«Крещение Руси» в оценках историков

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО РЫБОЛОВСТВУ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ  ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

 «МУРМАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ  ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»

МОРСКАЯ АКАДЕМИЯ

                                                                            Кафедра истории и социологии

                                    Реферат

                                         по отечественной истории

                            «Крещение Руси» в оценках историков  

                                                                                       Выполнил: Москалев А.А.

                                                                                       курсант группы  Су-131(2)

                                                                                       Проверил: Нефёдова О.В.

Доцент кафедры истории  и                                                                                                                         социологии

                                                     Мурманск, 2013г

Содержание

Введение

1. Концепция "крещения Руси": от Средневековья до наших дней.
2. Факты и легенды о проникновении христианства на Русь
3. "Христианы и Русь" до "крещения"
4. Немного из истории восточного славянства
5. Выводы о значении и последствиях "крещения Руси"

Заключение

Список литературы

Введение

"История христианства  и, в частности, крещение Руси - темы неизменно актуальные". Смена верований в крупнейшем государстве средневековья, естественно, привлекает внимание и историков различных времен, поскольку религия в древних обществах неразрывно связано с культурой и необходима, по мнению известного советского историка А.Г. Кузьмина, "тончайшая операция, дабы с предрассудками не выбросить на свалку многовековой культурно-социальный и хозяйственный опыт". А последнее, подчеркивает он, случается не так уж редко.          

"Обстоятельства, при которых  произошло "крещение Руси" князем Владимиром, были и остаются во многом загадочными. Источников, содержащих необходимую информацию, мало: несколько летописных преданий, скупые сведения житийной и панегирической литературы, единичные свидетельства иностранных авторов - вот, собственно, и все, чем располагает современный исследователь. И, тем не менее, научный поиск продолжается.

1. Концепция "крещения Руси": от Средневековья до наших дней.

            В истории часто бывает так, что о событиях, вроде бы всем известных, в действительности известно очень мало. По мнению историка А.Г. Кузьмина, это происходит потому, что для потомков они значат больше, чем для современников, или же потомки их иначе воспринимают. "Подправляя сведения о деяниях прошлого, они подтягивают их под собственные представления и желания. Борьба за наследство редко обходится без искажения истины, даже если искажение и не осознается"(1). Именно так получилось с актом "крещения Руси" Владимиром. Прошло сто с небольшим лет со времени крещения, а русские люди уже имели довольно смутное представление об этом событии. Это означает, что "крещение Руси" не запечатлелось глубоко в памяти народной, являясь в сознании современников малозаметным происшествием. "Однако впоследствии интерес у древних книжников к учреждению христианства на Руси возрастал, что было результатом утверждения христианской религии как господствующей идеологии".          

"Стремление средневековых  писателей знать о крещении  больше того, что давали их  предшественники, породило фантастические  построения, отсутствующие факты  они стали восполнять всякого  рода вымыслами". "Появилась,  например, легенда, по которой  князя Владимира склонял к  христианству сам Кирилл-философ,  а патриарх Фотий направил  к нему первого митрополита,  тогда как Кирилл и Фотий  жили столетием раньше Владимира.  Средневековые идеологи православия  рассматривали деяния Владимира,  связанные с введением на Руси  христианства, как богом вдохновенные, или"богодухновенные". И не случайно он был причислен к лику святых".

(1).Кузьмин А.Г. История России с древнейших времен до 1618 г.: Учеб. для студ. высш. учеб. заведений: В 2 кн. — М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2003. - Кн. 1. – 28 стр.

Венцом всех этих изобретений  стала теория пятикратного крещения Руси, проводившая лестную для  русского православия мысль о 

крещении народа кровью пяти ран христовых.

 Официальным историкам  церкви и богословам такая  теория настолько импонировала, что они воспроизводили ее  даже в XIX в., хотя русский историк  В.Н. Татищев еще в XVIII в. в  своем труде "История Российская  с древнейших времен" выразил  по поводу пятикратного крещения  серьезные "сумнительства".          

В дореволюционной историографии  принятие Русью христианства всячески превозносилось и восхвалялось. Оно  преподносилось как великое деяние князя Владимира, приобщившего к  истинной вере прозябавший в языческом  невежестве народ, введшего его в  семью христианских народов и  открывшего ему путь к "спасению", к новой высокой культуре, просвещению. Сформулированная в конце XVIII- начале XIX в. русским писателем и историком Н.М. Карамзиным идея о решительном превосходстве "Закона Христианского" над языческими верованиями разделялась многими историками и начала XX в.         

Однако некоторые из дореволюционных  исследователей сумели преодолеть наивную  традицию, сводившую проблему введения христианства на Руси к духовным запросам руководителей древнерусского общества. В трудах этих исследователей можно  проследить попытки связать принятие христианства с общественными потребностями". Например, выдающийся русский историк  С.М. Соловьев писал, что язычество  могло удовлетворить только рассеянные племена, а киевлянам, которые познакомились  с другими религиями, нужно было решиться на выбор. "А либеральный  церковный историк XIX в. Е.Е. Голубинский  подчеркивал, что в решении Владимира  заимствовать из Византии "истинную веру" принимали активное участие "и мотивы государственные, что он тут действовал не только как равноапостольный, но и как великий государь". Более конкретно высказался отечественный историк М.Д. Приселков, увязав приобщение Руси к христианству с политическим развитием древнерусского общества: утверждение "единодержавного уклада" послужило причиной обращения Руси к христианству.         

Но, несмотря на указанные  попытки, в дворянско-буржуазной историографии, стоявшей на идеалистических позициях, проблема обусловленности принятия христианства социально-экономическими и социально-политическими процессами оставалась в целом не разработанной, в то время как восторженные оценки крещения Руси звучали очень часто.          

Вполне понятна негативная реакция первых советских историков  на такого рода оценки". М.Н. Покровский в 1920 году подчеркивал, что христианская церковь обязана своим существованием и процветанием в России верхнему слою общества, который гнушался старыми  языческими обрядами. "Взглядами  М.Н. Покровского и его учеников на крещение Руси знаменовали собой  начало пересмотра укоренившихся в  дворянско-буржуазной исторической науке  воззрений, что несомненно, являлось позитивным фактом. Вместе с тем  высказывания М.Н. Покровского страдали известным схематизмом и отчасти  даже нигилизмом, а это едва ли могло  способствовать правильному пониманию  исторического значения принятия Русью  христианства. Распространилось несколько  упрощенное представление о введении христианства Владимиром, ставящее его  в разряд случайностей.         

Однако в дальнейшем эти  представления были преодолены, в  конце 30-х гг. исследователи сформулировали положения, которые сыграли определяющую роль в дальнейшей разработке вопроса  о"крещении Руси". А именно: "введение христианства - прогрессивное явление; крещение имело массовый характер; вместе с христианством на Руси появилась письменность; христианство приобщило восточных славян к достижениям византийской культуры, содействовало их сближению с народами более высокой культуры, сближению с народами Западной Европы". "Яркой иллюстрацией этих положений служит статья ученика выдающегося ученого середины ХIX- начала XX в. В.О. Ключевского советского историка С.В. Бахрушина (1937)… Коренная причина принятия Русью христианства открылась исследователю в социальных и культурных условиях, имевших место в древнерусском обществе Х в., когда возникал слой феодальной знати, которая "торопилась освятить свои притязания на господствующее положение". Христианство играло роль "энергичного поборника" передового (по сравнению с первобытнообщинным строем) феодального способа производства, оно ускоряло процесс феодализации Руси, боролось с остатками родового строя, стремилось ликвидировать элементы рабского труда. Древнерусская церковь стала активным проводником феодальных порядков на Руси. Вот почему "переход в христианство имел, объективно говоря, очень большое и, несомненно, прогрессивное для данного отрезка времени значение". Влияние нововведенного христианства на древнерусское общество было всеобъемлющим, простираясь на экономику, социально-экономические и политические отношения, культуру и просвещение".         

"Прошло пятьдесят лет  с момента публикации статьи  С.В. Бахрушина, но до сих  пор выводы, заключенные в ней,  так или иначе, варьируются  нашими историками. Правда, кое-что  все же было отвергнуто: с помощью  археологии доказан высокий для  тех времен уровень земледелия  восточных славян, самобытным и  высокоразвитым предстало древнерусское  ремесло; не нашла поддержки  и мысль о появлении письменности  на Руси лишь с принятием  христианства. Но убеждение в  том, что христианств утверждало  новые феодальные порядки, открывало  широкие возможности для развития  русской культуры, ввело Киевскую  Русь в семью передовых стран  средневековой Европы, осталось  неизменным.         

С точки зрения потребностей феодализации рассматривал крещение Руси глава советских историков академик Б.Д. Греков, называвший принятие христианства фактам "первостепенной важности". Для академика М.Н. Тихомирова "установление христианства на Руси было крупнейшим историческим событием. Оно отметило важный этап в развитии феодальных отношений на Руси и победу новых феодальных отношений над отживающим родовым строем с его язычеством. В культурной жизни Древней Руси утверждение христианства обозначало присоединение ее к традициям Византии и эллинизма с их замечательной письменностью и искусством. Таковы громадные последствия утверждения христианства на Руси, ясные и заметные для историков". А вот мнение другого академика Б.А. Рыбакова, у которого христианство выступает как чрезвычайно приспособленное к "нуждам феодального государства". Но поскольку "феодальная формация только начинала свой исторический путь" во времена крещения, будучи необходимой и прогрессивной, поскольку создание раннефеодальной монархии, завершившееся в период княжения Владимира, было "глубоко прогрессивным" явлением, поскольку и христианская религия, призванная содействовать утверждению феодализма, должна рассматриваться как фактор прогресса в древнерусской истории. Сравнительно недавно в интервью корреспонденту газеты "Советская Россия" Б.А. Рыбаков заявил о том, что тысячу лет тому назад принятие христианства для молодой державы было прогрессивным фактом… Но не только в научных исследованиях, написанных советскими историками, звучат чрезмерно восторженные оценки учреждения на Руси христианства князем Владимиром. Они содержатся и в статьях, имеющих публицистическую, программно-идеологическую направленность". Например, член-корреспондент АН СССР В.Т. Пашуто призывает достойно встретить тысячелетие "крещения Руси". "Следовательно, не исторические достижения предшествующих времен позволили нашей стране войти "в круг передовых народов средневековой Европы", а обращение к иноземной религии. Поверхностным рассуждением такого рода должен быть противопоставлен другой, строго научный подход: "Не христианство "подключило" Древнюю Русь к европейской цивилизации, а распространение христианства в Древней Руси и принятие его в качестве государственной религии идеологически завершили процесс формирования этой цивилизации".         

К сожалению, представление  о принятии Русью христианства как  чрезвычайно важном средстве преодоления  национальной отсталости по сравнению  с цивилизованными государствами  Западной Европы и Византией легло  в основу статьи академика Б.В. Раушенбаха "Сквозь глубь веков"… Теория заимствований, развиваемая Б.В. Раушенбахом, обедняет отечественную историю, лишая ее самобытности и национальных корней".         

"Советский историк  0.М. Рапов отмечает, что "данное  событие оказало огромное влияние  на развитие материальной и  духовной культуры Древней Руси, а также на многие другие  стороны жизни древнерусского  общества". Христианская религия  способствовала утверждению феодальных  порядков. Вот почему "принятие Русью христианства и отход от язычества было важным и прогрессивный для того времени явлением". Советский исследователь А.Г. Кузьмин усматривает в крещение Руси "один из важнейших поворотных пунктов в русской истории". Он подчеркивает то обстоятельство, что"советские ученые в целом единодушны в оценке крещения Руси как прогрессивного явления"".          

Главный, хотели бы мы того или  нет, итог изучения нашими историками введения христианства на Руси это "прогрессивная  роль христианства, благоприятствовавшего  росту феодализма в древнерусском  обществе, подъему культуры, укрепившего  международное положение Киевского  государства. В результате "крещение Руси" приобретает значение события огромной исторической важности. И он не теряет своей впечатляющей силы, несмотря на оговорки по поводу негативных для русского народа сторон принятой религии.          

Подобное "понимание" исторического значения "крещения Руси" вполне устраивает современных специалистов-теологов". Так, В.А. Никитин, рассуждая о социальных причинах христианизации Руси, даже ссылается на некоторые работы советских авторов. "Разумеется, для автора крещение- "великое в истории Руси событие"".         

"Сложилась парадоксальная  ситуация, по мнению историка  И.Я. Фроянова, ученые, сами дают  в руки идеологов православия,  всячески восхваляющих крещение, "добротный", по терминологии В.Т. Пашуто, пропагандистский материал.         

 Нетрадиционный взгляд  на причины утверждения христианства  в восточнославянских землях  и эго роль в жизни древнерусского  общества имеет известный специалист  по истории Киевской Руси И.Я.  Фроянов. Он известно отличается  от того, что преобладает в  современной литературе. Подход  И.Я. Фроянова к вопросу "крещения  Руси" заслуживает, на мой взгляд, особого внимания и поэтому  ниже можно часто встретить  ссылки на его работы. Изложение  И.Я. Фрояновьм своей точки  зрения по вопросу "крещения Руси" основано на появившихся в последнее время новых данных, а также переосмысливании известных уже исторической науке фактов развития Киевской Руси. Это позволяет ему иначе представить обстановку, связанную с принятием христианства на Руси.  

 Факты и легенды  о проникновении христианства на Русь.

       Значение "крещения Руси" нельзя понять, отвлекаясь от предшествующего ему распространения христианства среди восточных славян. Авторы богословского направления стремятся удревнить историю христианства на Руси и тем самым поднять авторитет церкви. Православные идеологи не останавливались даже перед выдумыванием всевозможных небылиц. Венцом подобных сочинительств была изобретенная еще в средневековье теория пятикратного крещения Руси, проводившая лестную для отечественного православия мысль, будто Христос крестил Русь кровью пяти своих ран. Согласно этой Фантастической теории, славяне приняли крещение:

1. от апостола Андрея;
2. от Мефодия и Кирилла;
3. от константинопольского патриарха Фотия;
4. от княгини Ольги;
5. от князя Владимира Святославича.

         По одной из летописных легенд, первым о крещении русских земель еще в I в. н.э. возвестил один из 12 библейских новозаветных апостолов - Андрей…  Православные богословы до сих пор  историю христианства на Руси начинают с этого явно баснословного сюжета, хотя учеными, начиная с Татищева и Карамзина, проповедническая деятельность одного из апостолов среди днепровских  славян в начале новой эры неоднократно отрицалась и подвергалась сомнению.          

Е.Е. Голубинский, четко уловивший  идеологическую направленность этого  сказания, квалифицировал его как "вовсе неудачный вымысел…" И, тем не менее, заключает И.Я. Фроянов, поныне раздаются голоса со страниц богословских изданий и с церковных амвонов поющие славу Андрею Первозванному - проповеднику слова христова в России. К сожалению, известный повод для таких заявлений дают, как-то ни странно, исследования маститых советских ученых. Академик Д.С. Лихачев, к примеру, замечает: "Рассказ о посещении русской земли апостолом Андреем, хотя и не соответствует действительности, не может, однако, считаться выдумкой русского летописца". Д.С. Лихачев всем ходом своих суждений склоняет к мысли об исторической основе рассказа. Другой крупный исследователь, академик Б.Д. Греков также оправдывает внесение в летопись предания об апостоле Андрее. А вот мнение доктора философских наук профессора Н.С. Гордиенко. Он, опираясь на данные, взятые им у академика В.Г. Василевского, признавал лишь возможность "проповеди христианства" на территории нашей страны в первые века новой эры и ознакомления с этой религией какой-то части древних славян. Но он не усматривал никакой преемственности между этой "проповедью" и "крещением Руси". Н.С. Гордиенко говорит: "Однако никаких следов влияния "проповеди христианства" на религиозные верования древних славян, на язычество Древней Руси ни один исследователь отечественной истории не обнаружил(2). Не упоминают о них и современные церковные авторы. 3начит, если такая проповедь и была (разумеется, не в I веке н.э., когда христианство еще не сформировалось, а значительно позднее, когда оно уже стало государственной религией Римской империи), то она оказалась бесплодной, прошла бесследно, и нет оснований связывать ее с "крещением Руси", начавшемся в конце Х века". Не принимая во внимание другие несуразности церковной легенды,

(2).ГордиенкоН.С.Крещение Русси:факты против легенд и мифов.Полемические заметки .1986.-140 стр.

 И.Я. Фроянов замечает, что пребывание славянского населения  в это время на данной территории  сомнительно. Понятно, почему  многие современные исследователи  считают, что русское предание  об Андрее Первозванном является  переработкой и дополнением византийской  легенды о миссии апостола  в греческих колониях Северного  Причерноморья, посещение которых  могло иметь место в то время.  Легендой, включенной в древнерусскую "Повесть временных лет" (ПВЛ), обосновывалась независимость отечественной церкви от греческой. Крещение Руси апостолом Андреем означало получение веры как бы из первых рук - от одного из первых учеников Христа, а не от греков, чем уравнивалось положение церквей. "…в I в. н.э. христианство еще не стало мировой религией, освобожденной от националистических пережитков, а потому и пропаганда его среди неиудеев вряд ли вообще тогда получила широкое распространение".          

Б.Д. Греков высказал мнение о проникновении христианской религии  в славянское общество в V столетии на основании свидетельства церковного писателя Иеронима о том, будто "холода Скифии пылают жаром новой веры". Однако сходные сведения имеются в сочинениях Тертуллиана (III в.), Афанасия Александрийского (IV в.) и др. По мнению И.Я. Фроянова: "Все упоминания о христианской вере у скифов настолько неопределенны и глухи, что едва ли могут быть использованы как заслуживающие доверия данные. Перед нами скорее риторические пассажи, за которыми, возможно, скрывались единичные поездки миссионеров в пределы погруженной в язычество Скифии". А вот что пишет по этому поводу О.М. Рапов: "Христианство не проникло в Среднее Поднепровье и в более позднее время. В V-VII вв. здесь располагались восточнославянские поселения, о чем свидетельствуют, в частности, могильники пражско-корчакского типа, хорошо изученные археологами. Могильники содержат только трупосожжения, что исключает наличие христиан в данном регионе, так как для последних характерным является обряд ингумации".         

Для Б.Д. Грекова было вообще характерно стремление удревнить историю  христианства на Руси, что диктовалось, как подчеркивает И.Я. Фроянов, его  представлениями о раннем формировании классового общества у восточных  славян.         

Однако и в связи  с более поздними сообщениями  о начале распространения христианства в землях восточных славян в науке  существует еще много нерешенных проблем. Сохранившиеся источники  рисуют крайне неясную и несогласованную  с последующими событиями картину  проникновения христовой веры в  восточнославянское общество.         

Доктор философских наук А.Д. Сухов констатирует тот факт, что есть сведения о появлении  христианства в среде восточных  славян уже в конце VIII- начале IX в., но в дальнейшем изложении он никак  это не комментирует. О.М. Рапов по этому поводу замечает, что уже  в первой половине IX в. христианство появляется в восточнославянских землях. Арабский географ Ибн-Хордадбех, написавший около 846 г. обширный труд "Книга путей и стран", отметил в нем существование русов-христиан, торговавших с Византией и странами Арабского Востока. Однако Н.С. Гордиенко ставит под сомнение свидетельства иностранных и отечественных историков о крещении части русов в IX в. и предлагает считать "начальной фазой" обращения жителей Руси в христианство крещение киевлян князем Владимиром Святославичем.          

Другие историки (С.М. Соловьев, В.А. Пархоменко, А.Н. Сахаров) также  связывают появление христианства у восточных славян с началом IX в. и исходят из сведений, почерпнутых  из Жития Стефана Сурожского, в  котором повествуется о походе русской  рати во главе с князем Бравлином  на Сурож. Выдающийся русский византинист  В.Г. Василевский считал, что Житие  Стефана Сурожского имеет весьма малую историческую ценность. Этой точки зрения придерживается и И.Я. Фроянов: "Анализ жития показывает, что мы имеем дело с источником сомнительным, поскольку оно представляет собой славяно-русскую редакцию XV в., осуществленную, следовательно, спустя шесть столетий после описываемых событий". Самое большое, что можно признать действительным из позитивных утверждений, - это нападение в первой половине IX в. на Сурож русского войска. Все остальное (чудеса, крещение Бравлина с боярами) есть вымысел. В обстановке военного нападения на город, сопровождавшегося убийствами, грабежом и пленениями, крещение врага - вещь нереальная. Житийное свидетельство о крещении Руси в Суроже в начале IX в. - это фантазия русского автора, не имеющая какой-либо ценности для ранней истории христианства в России.         

Более основательными, по мнению И.Я. Фроянова, выглядят попытки исследователей отнести начальную историю христианства в России ко второй половине IX в. Выводы делаются на основании двух сохранившихся  источников. В окружном 867 года послании константинопольского патриарха Фотия  упоминаются русы, которые "променяли" язычество на веру христианскую. Почти через 100 лет византийский император и писатель Константин Багрянородный в биографии своего деда Василия I Македонянина сообщил об этом более пространные сведения. Далее И.Я. Фроянов замечает:"Историки обычно сопоставляют послание Фотия с известиями походе русов на Царьград в 860 году, полагая, что тогда примерно и произошло их приобщение к христовой вере, о чем писал патриарх. Однако известие Фотия о крещении русов нельзя принять безоговорочно". Так как, во-первых, древнерусские летописцы молчат о "крещении Руси", а такое значительное событие, как крещение, должно было оставить память о себе. "Но летописцы знают лишь о неудачном походе русских князей Аскольда и Дира на столицу Византии, не больше". А, во-вторых, в летописи есть одна примечательная деталь, из которой следует, что в представлении летописцев, оставивших нам известия о походе русов на Константинополь, Русь являлась страной язычников: летопись называет русских безбожными, то есть язычниками.         

Не находит подтверждения  сообщение Фотия и в византийских источниках. Правда, Константин Багрянородный, живший на много десятилетий позже Фотия, хотя и говорит о крещении русов, но в патриаршество не Фотия, а Игнатия, возглавлявшего византийскую церковь дважды - в 847-858 и в 867-877 годах. Нетрудно заметить, что рассказ Константина Багрянородного, содержащий фантастические подробности, более похож на легенду, чем на историческое свидетельство. Для исследователей до сих пор остается загадкой - какая Русь тут имеется виду: Киевская или Причерноморская. Спор ведется давний, и едва ли он полностью разрешим, хотя археологический материал, накопленный учеными в последние десятилетия, свидетельствует об отсутствии в рассматриваемое время на территории Таврики и Южного Приазовья славяно-русского населения.          

Этот источник доставил немало хлопот историкам, заставив их ломать голову в поисках объяснений, которые  могли бы примирить его рассказ  с известиями Фотия. Мнения, разумеется, высказывались разные. Одни авторы считали, что автор допустил естественную в таком случае неточность, перепутав  имена патриархов; другие утверждали, будто противоречие между сообщениями  Фотия и Константина кажущееся, ибо Игнатий, заняв патриарший престол, заменил ставленников Фотия, среди  которых был и русский епископ, своими людьми; наконец, третьи склонялись к мысли о двух крещениях: Руси азовско-черноморской при Фотии  и Киевской при Игнатии.         

"Сообщение патриарха  Фотия также не может быть  безоговорочно принято. Фотий,  по словам известного советского  исследователя Византии М.В. Левченко, сильно преувеличил возможность  прочных успехов и церковного  воздействия Византии на Русь. И, тем не менее, император  Константин и патриарх Фотий  выдавали делаемое за действительное, хотя, конечно, полностью игнорировать  их информацию нельзя. За преувеличенными  слухами о "крещении Руси" и организации русской епархии скрывались первые попытки византийских миссионеров проповеди христианства среди восточных славян. Однако деятельность проповедников не дала нужного грекам результата: Русь еще некоторое время оставалась в лоне язычества". "Современный историк А.Н. Сахаров считает возможным лишь предположить, что греки добились у русского посольства согласия на допуск в Киев миссионера с целью обращения в христианство желающих".         

Итак, И.Я. Фроянов делает вывод: "В целом же на протяжении IX в. Русь, как и прежде, сохраняла верность язычеству. Она еще не созрела для принятия христианства, язычество удовлетворяло еще и племенную верхушку в лице князей и народные массы".   

1. "Христианы и Русь" до "крещения".

      Чтобы яснее понять историческое значение и причины "крещения Руси", необходимо познакомиться с тем, когда и при каких обстоятельствах появились первые христиане в восточнославянском обществе.         

Сообщений о дальнейшей деятельности византийских церковников на Руси нет. И.Я. Фроянов предполагает, что она  могла "заглохнуть в результате захвата в 882 г. Киева новгородским князем Олегом - варягом по происхождению, язычником по вероисповеданию". Советский ученый А.Г. предполагает, что в период правления Олега (882-912 гг.) христианская община в Киеве либо отсутствовала, либо (что более вероятно) была лишена возможности открыто проповедовать свою религию. По мнению И.Я. Фроянова, более правильным является первое предположение.         

Основанием для вывода, который делают некоторые историки, о том, что христианство, появившееся  на Руси в IX в., было полностью подавлено  языческой реакцией после захвата  Киева князем Олегом, служат договоры Олега с Византией, заключенные  в 907 и 911 гг. В них русы-христиане  вовсе не упоминаются. Однако договоры, заключенные при Олеге, открыли, как отмечает И.Я. Фроянов, зеленую  улицу христианству на Руси. Принимая русских послов в 911 г., византийцы старались  приобщить язычников к своей  вере. Он говорит: "И только после договора 911 года, укрепившего непосредственные связи Руси с Византией и поставившего ее в выгодные условия торговли на византийских рынках, начали мало-помалу появляться среди русских первые приверженцы христианской веры. О русах-христианах этого времени говорят арабские источники. Но самые выразительные данные дошли до нас в договоре Руси с Византией 944 года, где среди послов, приносивших клятву в Царьграде, фигурируют, и язычники, и христиане".         

Проникновению христианства способствовали наряду с посольскими  торговые контакты, а также связи  в военной области. Визиты в Царьград становились по договору 911 г. обычный  явлением, как и присутствие греков в русских землях. Пропаганда христианства велась теперь не только среди посольских людей. Возможности русских купцов неизмеримо расширялись благодаря  праву беспошлинной торговли. Наряду с представителями мирных дел  в Византии искали удачи также  русские наемники. Все это, делает вывод И.Я. Фроянов, служило каналами для усиливающегося проникновения  христианства на Русь. "В 40-х годах видны уже первые плоды тесных отношений между "Христианы и Русью" - между Византией и Киевом".