Крестьянская реформа в России

РЕФЕРАТ

Крестьянская  реформа в России

Крестьянская реформа в России (известная также как отмена крепостного права) — реформа, начатая в 1861 году, упразднившая крепостное право в Российской империи. Явилась первой по времени и наиболее значимой из реформ императора Александра II; возвещалась Манифестом об отмене крепостного права от 19 февраля (3 марта) 1861 года.

Первые шаги к ограничению  и последующей отмене крепостного  права были сделаны Павлом I и  Александром I в 1797 и 1803 годах подписанием  Манифеста о трёхдневной барщине об ограничении подневольного труда и Указа о свободных хлебопашцах, в котором прописано правовое положение отпускаемых на волю крестьян.

В 1816—1819 гг. крепостное право было отменено в прибалтийских (остзейских) губерниях  Российской империи (Эстляндия, Курляндия, Лифляндия, остров Эзель).

  Согласно данным историков, изучавших этот вопрос, доля помещичьих крепостных крестьян во всём взрослом мужском населении империи достигла своего наибольшего значения к концу царствования Петра I (55 %), в течение последующего периода XVIII в. составляла около 50 % и опять выросла к началу XIX в., достигнув 57-58 % в 1811—1817 гг. Впервые существенное сокращение этого соотношения произошло при Николае I, к концу царствования которого она, по разным оценкам, сократилась до 35-45 %. Так, к 10-й ревизии (1858) доля крепостных во всём населении империи упала до 37 %. Согласно переписи населения 1857—1859 годов, в крепостной зависимости находилось 23,1 миллиона человек (обоих полов) из 62,5 миллионов человек, населявших Российскую империю. Из 65 губерний и областей и штатов, существовавших в Российской империи на 1858 год, в трёх остзейских губерниях (Эстляндия, Курляндия, Лифляндия), в земле Черноморского войска, в Приморской области, Семипалатинской области и области Сибирских киргизов, в Дербентской губернии (с Прикаспийским краем) и Эриванской губернии крепостных не было вовсе; ещё в двух губерниях и двух областях (Архангельской и Шемахинской губерниях, Забайкальской и Якутской областях) крепостных крестьян также не было, за исключением нескольких десятков дворовых людей (слуг). В оставшихся 52 губерниях и областях доля помещичьих крепостных в численности населения составляла от 1,17 % (Бессарабская область, в которой вместо крепостных были феодально-зависимые царане) до 69,07 % (Смоленская губерния).

В течение царствования Николая I было создано около десятка различных  комиссий для решения вопроса  об упразднении крепостного права, но все они оказались бесплодными  ввиду противодействия помещиков. Тем не менее, в течение данного  периода произошла существенная трансформация данного института  и резко сократилась численность  крепостных, что облегчало задачу окончательного устранения крепостного  права. К 1850-м гг. сложилась обстановка, в которой оно могло произойти  и без согласия помещиков. Государству достаточно было ввести принудительный выкуп заложенных имений — с уплатой помещикам лишь небольшой разницы между стоимостью имения и накопленной недоимкой по просроченной ссуде. В результате такого выкупа большинство имений перешло бы к государству, а крепостные крестьяне перешли бы в разряд государственных (то есть по сути лично свободных) крестьян. Именно такой план и вынашивал П. Д. Киселев, отвечавший за управление государственным имуществом в правительстве Николая I.

Однако эти планы вызывали сильное недовольство помещиков. Кроме  того, в 1850-е годы усилились восстания  крестьян. Поэтому новое правительство, собранное Александром II, решило ускорить решение крестьянского вопроса. Как сказал сам царь 30 марта 1856 г. перед представителями московского дворянства, «Слухи носятся, что я хочу дать свободу крестьянам; это несправедливо,— и Вы можете сказать это всем направо и налево; но чувство, враждебное между крестьянами и их помещиками, к несчастью, существует, и от этого было уже несколько случаев неповиновения помещикам. Я убежден, что рано или поздно мы должны к этому прийти. Я думаю, что и Вы одного мнения со мной; следовательно, гораздо лучше, чтобы это произошло свыше, нежели снизу».

Основными причинами реформы  были: кризис крепостнической системы, крестьянские волнения, особенно усилившиеся  во время Крымской войны. Крестьяне, к которым царская власть обратилась за помощью, призывая в ополчение, полагали тем самым, что своей службой  они заслужат себе свободу от крепостной зависимости. Надежды крестьян не оправдались. Росло число крестьянских выступлений. Если за 10 лет с 1845 по 1854 гг. произошло 348 выступлений, то за последующие 6 лет (1855 по 1860 гг.) — 474.

Подготовка  реформы

Как указывают историки, в отличие от комиссий Николая I, где преобладали нейтральные  лица или специалисты по аграрному  вопросу (в том числе Киселев, Бибиков и др.), теперь подготовка крестьянского вопроса была поручена крупным помещикам-крепостникам (включая министров Панина и Муравьева, сменивших Киселева и Бибикова, и председателя Секретного комитета по помещичьим крестьянам А. Ф. Орлова), что во многом предопределило результаты реформы. Вместе с тем, историк Л. Г. Захарова указывает, что среди них были и представители «либеральной бюрократии» (Н. А. Милютин), руководствовавшиеся нравственной идеей ликвидации крепостного права.

3 января 1857 года был учреждён  новый Секретный комитет по  крестьянскому делу в составе  11 человек (бывший шеф жандармов  А.Ф. Орлов, М.Н. Муравьёв, П.П.  Гагарин и т.д.) 26 июля министром  внутренних дел и членом комитета  С.С. Ланским был представлен официальный проект реформы. Было предложено создать в каждой губернии дворянские комитеты, имеющие право вносить в проект свои поправки. Эта программа была узаконена 20 ноября в рескрипте на имя виленского генерал-губернатора В.И. Назимова.

Программа правительства, изложенная в рескрипте императора Александра II от 20 ноября 1857 года виленскому генерал-губернатору В.И. Назимову, предусматривала уничтожение личной зависимости крестьян при сохранении всей земли в собственности помещиков (вотчинная власть над крестьянами также, согласно документу, оставалась за помещиками); предоставление крестьянам определённого количества земли, за которую они обязаны будут платить оброк или отбывать барщину, и со временем — права выкупа крестьянских усадеб (жилой дом и хозяйственные постройки). Юридическая зависимость ликвидировалась не сразу, а только по истечении переходного периода (12 лет). Рескрипт был опубликован и разослан всем губернаторам страны.

В 1858 году для подготовки крестьянских реформ были образованы губернские комитеты, внутри которых  началась борьба за меры и формы  уступок между либеральными и  реакционными помещиками. Комитеты подчинялись  Главному комитету по крестьянскому  делу (преобразован из Секретного комитета). Боязнь всероссийского крестьянского бунта заставила правительство пойти на изменение правительственной программы крестьянской реформы, проекты которой неоднократно менялись в связи с подъёмом или спадом крестьянского движения.

Новая программа Главного комитета по крестьянскому делу была утверждена царём 21 апреля 1858 года. Программа  строилась на принципах рескрипта  Назимову. В программе было предусмотрено  смягчение крепостной зависимости, но не её ликвидация. Одновременно с  этим участились крестьянские волнения. Крестьяне не без основания беспокоились по поводу безземельного освобождения.

4 декабря 1858 года была  принята новая программа крестьянской  реформы: предоставление крестьянам  возможности выкупа земельного  надела и создание органов  крестьянского общественного управления. В отличие от предыдущей, эта  программа была более радикальной,  и к принятию её правительство  во многом подтолкнули многочисленные  крестьянские волнения (наряду с  давлением оппозиции). Эта программа была разработана Я.И. Ростовцевым. Основные положения новой программы были следующими:

- получение крестьянами личной свободы;

- обеспечение крестьян наделами земли (в постоянное пользование) с правом выкупа (специально для этого правительство выделяет крестьянам специальный кредит);

- утверждение переходного («срочнообязанного») состояния.

Для рассмотрения проектов губернских комитетов и разработки крестьянской реформы в марте 1859 года при Главном комитете были созданы  Редакционные комиссии (фактически существовала лишь одна комиссия) под председательством  Я.И. Ростовцева. Фактически работой  Редакционных комиссий руководил Н.А. Милютин. Проект, составленный Редакционными комиссиями к августу 1859 года, отличался от предложенного губернскими комитетами увеличением земельных наделов и уменьшением повинностей.

В конце августа 1859 года были вызваны депутаты от 21 губернского  комитета. В феврале следующего года были вызваны депутаты от 24 губернских комитетов. После смерти Ростовцева место председателя Редакционных комиссий занял консерватор и крепостник В.Н. Панин. Более либеральный проект вызвал недовольство поместного дворянства, и в 1860 в проекте при активном участии Панина были несколько уменьшены  наделы и увеличены повинности. Это направление в изменении проекта сохранилось и при рассмотрении его в Главном комитете по крестьянскому делу в октябре 1860 года, и при его обсуждении в Государственном совете с конца января 1861 года.

19 февраля (3 марта) 1861 года  в Петербурге император Александр  II подписал Манифест «О Всемилостивейшем  даровании крепостным людям прав  состояния свободных сельских  обывателей» и Положение о  крестьянах, выходящих из крепостной  зависимости, состоявшие из 17-и  законодательных актов. Манифест был обнародован в Москве 5 марта (ст. ст.) 1861 года, в Прощёное воскресенье в Успенском соборе Кремля после литургии; тогда же был обнародован в Петербурге и некоторых иных городах; в остальных местах — в течение марта того же года.

Затем в 1862 году Александр II подписал манифест о свободных мещанах и это стало толчком к отмене крепостного права.

Содержание  реформы

  19 февраля (3 марта) 1861 в Петербурге Александр II подписал Манифест об отмене крепостного права и Положение о крестьянах, выходящих из крепостной зависимости, состоявшие из 17 законодательных актов. Манифест «О Всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей» от 19 февраля 1861 года сопровождался рядом законодательных актов (всего 17 документов), касающихся вопросов освобождения крестьян, условий выкупа ими помещичьей земли и размеров выкупаемых наделов по отдельным районам России.

Основные положения  реформы

Основной акт — «Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости» — содержал главные условия крестьянской реформы:

- Крестьяне перестали считаться крепостными и стали считаться «временнообязанными»; крестьяне получили права «свободных сельских обывателей», то есть полную гражданскую правоспособность во всем, что не относилось к их особым сословным правам и обязанностям — членству в сельском обществе и владению надельной землей.

- Крестьянские дома, постройки, все движимое имущество крестьян было признано их личной собственностью.

- Крестьяне получали выборное самоуправление, низшей (хозяйственной) единицей самоуправления были сельское общество, высшей (административной) единицей — волость.

- Помещики сохраняли собственность на все принадлежавшие им земли, однако обязаны были предоставить в пользование крестьянам «усадебную оседлость» (придомовый участок) и полевой надел; земли полевого надела предоставлялись не лично крестьянам, а в коллективное пользование сельским обществам, которые могли распределять их между крестьянскими хозяйствами по своему усмотрению. Минимальный размер крестьянского надела для каждой местности устанавливался законом.

- За пользование надельной землёй крестьяне должны были отбывать барщину или платить оброк и не имели права отказа от неё в течение 49 лет.

- Размеры полевого надела и повинностей должны были фиксироваться в уставных грамотах, которые составлялись помещиками на каждое имение и проверялись мировыми посредниками;

- Сельским обществам предоставлялось право выкупа усадьбы и по соглашению с помещиком — полевого надела, после чего все обязательства крестьян перед помещиком прекращались; крестьяне, выкупившие надел, именовались «крестьянами-собственниками». Крестьяне также могли отказаться от права выкупа и бесплатно получить от помещика надел в размере четверти от надела, который они имели право выкупить; при наделении бесплатным наделом временно-обязанное состояние также прекращалось.

- Государство на льготных условиях предоставило помещикам финансовые гарантии получения выкупных платежей (выкупная операция), приняв их выплату на себя; крестьяне, соответственно, должны были выплачивать выкупные платежи государству.

Размер наделов

Согласно реформе устанавливались  максимальные и минимальные размеры  крестьянских наделов. Наделы могли  уменьшаться по специальным соглашениям  крестьян с помещиками, а также  при получении дарственного надела. При наличии в пользовании  крестьян наделов меньшего размера  помещик обязан был или прирезать  недостающую землю от размера минимума, или снизить повинности. Прирезки имели место только в том случае, если за помещиком остаётся не менее трети (в степных зонах — половины) земель. За высший душевой надел устанавливался оброк от 8 до 12 руб. в год или барщина — 40 мужских и 30 женских рабочих дней в год. Если надел был больше высшего, то помещик отрезал в свою пользу «лишнюю» землю. Если надел был менее высшего, то повинности уменьшались, но не пропорционально.

В результате этого средний  размер крестьянского надела пореформенного периода составлял 3,3 десятины на душу, что было меньше, чем до реформы. В чернозёмных губерниях помещики отрезали у крестьян пятую часть  их земель. Самые большие потери понесли крестьяне Поволжья. Помимо отрезков, другими инструментами  ущемления прав крестьян были переселения  на неплодородные земли, лишение  выпасов, лесов, водоёмов, загонов и  других необходимых каждому крестьянину  угодий. Трудности для крестьян представляла и чересполосица, вынуждавшая крестьян арендовать у помещиков земли, которые  вдавались клиньями в крестьянские наделы.

Крестьяне находились во временнообязанном состоянии вплоть до заключения выкупной сделки. На первых порах срок этого состояния не указывался. 28 декабря 1881 года он в конце концов был установлен. Согласно постановлению все временнообязанные крестьяне переводились на выкуп с 1 января 1883 года. Подобная ситуация имела место только в центральных регионах империи. На окраинах временнообязанное состояние крестьян сохранялось вплоть до 1912—1913 гг.

Во время временнообязанного состояния крестьяне обязаны были за пользование землёй платить оброк и трудиться на барщине. Размер оброка за полный надел составлял 8—12 рублей в год. Прибыльность надела и размер оброка никак не были связаны. Самый высокий оброк (12 рублей в год) платили крестьяне Петербургской губернии, земли которой были крайне неплодородны. Напротив, в чернозёмных губерниях величина оброка была значительно ниже.

Ещё одним пороком оброка была его градированность, когда первая десятина земли оценивалась дороже остальных. Например, в нечернозёмных землях при полном наделе в 4 десятины и оброке в размере 10 рублей за первую десятину крестьянин платил 5 рублей, что составляло 50 % от суммы оброка (за последние две десятины крестьянин уплачивал по 12,5 % от общей суммы оброка). Это вынуждало крестьян покупать земли, а помещикам давало возможность выгодно сбывать неплодородные земли.

Барщину обязаны были отбывать все мужчины в возрасте от 18 до 55 лет и все женщины в возрасте от 17 до 50 лет. В отличие от прежней  барщины, пореформенная барщина  была более ограниченна и упорядоченна. За полный надел крестьянину полагалось отработать на барщине не более 40 мужских и 30 женских дней.

Остальные «Местные положения» в основном повторяли «Великороссийское», но с учётом специфики своих районов. Особенности Крестьянской реформы для отдельных категорий крестьян и специфических районов определялись «Дополнительными правилами» — «Об устройстве крестьян, водворённых в имениях мелкопоместных владельцев, и о пособии сим владельцам», «О приписанных к частным горным заводам людях ведомства Министерства финансов», «О крестьянах и работниках, отбывающих работы при Пермских частных горных заводах и соляных промыслах», «О крестьянах, отбывающих работы на помещичьих фабриках», «О крестьянах и дворовых людях в Земле Войска Донского», «О крестьянах и дворовых людях в Ставропольской губернии», «О крестьянах и дворовых людях в Сибири», «О людях, вышедших из крепостной зависимости в Бессарабской области».

«Положение об устройстве дворовых людей» предусматривало освобождение их без земли и усадьбы, однако в течение 2 лет они оставались в полной зависимости от помещика. Дворовые слуги в то время составляли 6,5 % крепостных крестьян. Таким образом, огромное количество крестьян оказалось  практически без средств к существованию.

Положение «О выкупе крестьянами, вышедшими из крепостной зависимости, их усадебной оседлости и о  содействии правительства к приобретению сими крестьянами в собственность  полевых угодий» определяло порядок  выкупа крестьянами земли у помещиков, организацию выкупной операции, права  и обязанности крестьян-собственников. Выкуп же полевого надела зависел  от соглашения с помещиком, который  мог обязать крестьян выкупать землю  по своему требованию. Цена земли определялась оброком, капитализированным из 6 % годовых. В случае выкупа по добровольному соглашению крестьяне должны были внести помещику дополнительный платёж. Основную сумму помещик получал у государства.

Крестьянин обязан был  немедленно уплатить помещику 20 % выкупной суммы, а остальные 80 % вносило государство. Крестьяне должны были погашать её в течение 49 лет ежегодно равными  выкупными платежами. Ежегодный  платёж составлял 6 % выкупной суммы. Таким  образом, крестьяне суммарно уплачивали 294 % выкупной ссуды. В современных  терминах, выкупная ссуда была кредитом с аннуитетными платежами на срок 49 лет под 5,6 % годовых. Уплата выкупных платежей была прекращена в 1906 году в условиях Первой русской революции. К 1906 году крестьяне заплатили 1 млрд 571 млн рублей выкупа за земли, стоившие 544 млн рублей. Таким образом крестьяне фактически (с учетом процентов по кредиту) уплачивали тройную сумму, что составляло предмет критики со стороны наблюдателей, стоявших на народнических позициях (а впоследствии — со стороны советских историков), но было при этом математически нормальным результатом для столь долгосрочного кредита. Ставка кредита в 5,6 % годовых, учитывая неипотечный характер кредита (за неуплату выкупных взносов можно было изъять личное, не имеющее производственного значения, имущество крестьян, но не саму землю) и проявившуюся ненадежность заемщиков, была сбалансированной и сообразной со сложившимися ставками кредитования всех других видов заемщиков в то время. Так как пени за просроченные платежи неоднократно списывались, а в 1906 году государство простило сельским обществам всю неоплаченную часть задолженности, выкупная операция оказалась для государства убыточной.

Историки, изучавшие крестьянский вопрос, следующим образом комментировали основные положения указанных законов. Как указывал М.Н. Покровский, вся реформа для большинства крестьян свелась к тому, что они перестали официально называться «крепостными», а стали называться «обязанными»; формально они стали считаться свободными, но в их положении абсолютно ничего не изменилось или даже ухудшилось: в частности, пороть крестьян помещики стали ещё больше. «Быть от царя объявленным свободным человеком, — писал историк, — и в то же время продолжать ходить на барщину или платить оброк: это было вопиющее противоречие, бросавшееся в глаза. „Обязанные“ крестьяне твёрдо верили, что эта воля — не настоящая…». Такого же мнения придерживался, например, историк Н.А. Рожков — один из наиболее авторитетных специалистов по аграрному вопросу дореволюционной России, а также ряд других авторов, писавших о крестьянском вопросе.

Как указывал историк П.А. Зайончковский, представление о  том, что «эта свобода не настоящая» разделялось после реформы не только крестьянами, но и широкими слоями населения, включая либеральную  интеллигенцию: «Обнародование „Положений“  сразу же вызвало мощный подъем крестьянского  движения. Сохраняя наивную веру в  царя, крестьяне отказывались верить в подлинность манифеста и  „Положений“, утверждая, что царь дал  „настоящую волю“, а дворянство и  чиновники либо ее подменили, либо истолковывают  в своих корыстных интересах»; «Герцен и Огарев писали, что народу нужны „земля и воля“»; «задача  манифеста (об освобождении крестьян) заключалась в доказательстве того, что ограбление крестьян является актом „величайшей справедливости“, вследствие чего они безропотно должны выполнять свои повинности помещику. Известный общественный деятель либерального направления Ю.Ф. Самарин в своем письме к тульскому помещику князю Черкасскому именно так и оценивал значение манифеста… от которого, по его словам, „веет скорбью по крепостному праву“».

Существует мнение, что  законы 19 февраля 1861 г., означавшие юридическую  отмену крепостного права (в юридических  терминах второй половины XIX в.) не являлись его отменой как социально-экономического института (хотя и создали условия для того, чтобы это случилось в течение последующих десятилетий). Иными словами, согласно данному мнению (высказываемому, например, историками Б.Г. Литваком и Л.Г. Захаровой), они запустили или ускорили процесс исчезновения крепостного права. Крепостное право в России возникло в конце XVI — начале XVII вв. как запрет на уход крестьян с обрабатываемого ими участка, и сам термин (крепостное право) появился позднее, чем данный запрет, который в течение нескольких десятилетий существовал как некая временная мера, принятая ввиду чрезвычайных обстоятельств (Смута 1598—1613 гг., экономический кризис, разруха и т. д.). Лишь в течение первой половины XVII в. (окончательно — в Уложении 1649 г.) крепостное право было зафиксировано юридически как постоянное прикрепление крестьян к земле. Но возникновение крепостного права однозначно датируется историками не с момента его полного юридического оформления, а с момента фактического возникновения (конец XVI — начало XVII вв.). Соответственно, и после реформы 1861 г., вплоть до 1906 г., несмотря на юридическую отмену крепостного права, сохранялся фактический запрет на уход «обязанных» и «выкупных» крестьян со своего участка земли, что указывает на сохранение крепостного права как социально-экономического института.

Что касается конкретных условий  выкупа земли, то по данным Н.Рожкова  и Д.Блюма, в нечерноземной полосе России, где проживала основная масса  крепостных крестьян, выкупная стоимость  земли в среднем в 2,2 раза превышала  её рыночную стоимость, а в отдельных  случаях она её превышала даже в 5-6 раз. Поэтому фактически цена выкупа, установленная в соответствии с  реформой 1861 г., включала не только выкуп  земли, но и выкуп самого крестьянина  с семьёй — подобно тому, как  ранее крепостные могли выкупить вольную у помещика за деньги по договоренности с последним. Такой  вывод делают, в частности, историки Д. Блюм и П. А. Зайончковский. Таким  образом, условия освобождения крестьян в России были значительно хуже, чем в Прибалтике, где они были освобождены ещё при Александре I без земли, но и без необходимости  уплачивать выкуп за себя.

Соответственно, по условиям реформы крестьяне были по существу принуждаемы к выкупу земли, которую  М. Н. Покровский называет «принудительной  собственностью». А «чтобы собственник  от неё не убежал, — пишет историк, — чего, по обстоятельствам дела, вполне можно было ожидать, — пришлось поставить „освобождаемого“ в такие  юридические условия, которые очень  напоминают состояние если не арестанта, то малолетнего или слабоумного, находящегося под опекой». Как указывает  П.А. Зайончковский, за пользование  помещичьей землей «временнообязанные крестьяне» были обязаны отрабатывать барщину или платить оброк, которые даже выросли по итогам реформы (в расчете на десятину земли крестьянина). Они не имели права отказаться от предоставленного им помещиком надела и соответственно, от «феодальных повинностей» по крайней мере, в первые девять лет. «Это запрещение, — пишет историк, — достаточно ярко характеризовало помещичий характер реформы». В последующие годы отказ от земли был ограничен рядом условий, затруднявших осуществление этого права. А после 1881 г. выкуп земли и вовсе стал обязательным.

Ещё одним результатом  реформы 1861 г. стало появление отрезков — части земель, составлявших в  среднем около 20 %, которые ранее  были в ведении крестьян, но теперь оказавшихся в ведении помещиков  и не подлежащих выкупу. Как указывал Н.А. Рожков, раздел земли был специально проведен помещиками таким образом, что «крестьяне оказались отрезанными помещичьей землей от водопоя, леса, большой дороги, церкви, иногда от своих пашен и лугов… в результате они вынуждались к аренде помещичьей земли во что бы то ни стало, на каких угодно условиях». «Отрезав у крестьян, по Положению 19 февраля, земли, для тех абсолютно необходимые, — писал М.Н. Покровский, — луга, выгоны, даже места для прогона скота к водопою, помещики заставляли их арендовать эти земли не иначе, как под работу, с обязательством вспахать, засеять и сжать на помещика определённое количество десятин». В мемуарах и описаниях, написанных самими помещиками, указывал историк, эта практика отрезков описывалась как повсеместная — практически не было помещичьих хозяйств, где бы не существовало отрезков.

В последующем ликвидация отрезков стала одним из главных  требований не только крестьян, а также  революционеров последней трети XIX в. (народники, народовольцы и т. д.), но и большинства революционных  и демократических партий в начале XX в., вплоть до 1917 года. Так, аграрная программа большевиков вплоть до декабря 1905 г. в качестве главного и по существу единственного пункта включала ликвидацию помещичьих отрезков; это же требование являлось главным пунктом аграрной программы I и II Государственной Думы (1905—1907 гг.), принятой подавляющим большинством ее членов (включая депутатов от партий меньшевиков, эсеров, кадетов и «трудовиков»), но отвергнутой Николаем II и Столыпиным.

Осуществление реформы

«Манифест» и «Положения»  были обнародованы с 7 марта по 10 апреля (в Петербурге и Москве — 5 марта). Опасаясь недовольства крестьян условиями  реформы, правительство приняло  ряд мер предосторожности (передислокация войск, командирование на места лиц  императорской свиты, обращение  Синода и т. д.). Крестьянство, недовольное  кабальными условиями реформы, ответило на неё массовыми волнениями. Наиболее крупными из них были Бездненское и Кандиевское восстания.

Всего в течение только 1861 года было зафиксировано 1176 крестьянских восстаний, в то время как за 6 лет с 1855 г. по 1860 гг. их было лишь 474. Таким образом, число крестьянских восстаний в 1861 г. в 15 раз превысило  прежний «рекорд» второй половины 1850-х  годов. По другим данным, только с января по июнь произошло 1340 крестьянских выступлений, причем в 718 случаях волнения были ликвидированы  с помощью войска. Восстания не утихали и в 1862 году и подавлялись  очень жестоко. За два года после  объявления реформы правительству  пришлось применить военную силу в 2115 селах. Это многим дало повод  говорить о начавшейся крестьянской революции. Так, М.А. Бакунин был в 1861—1862 гг. убежден, что взрыв крестьянских восстаний неизбежно приведет к крестьянской революции, которая, как он писал, «по существу уже началась». «Несомненно, что крестьянская революция в России 60-х годов была не плодом испуганного воображения, а совершенно реальной возможностью…», — писал Н.А. Рожков, сравнивая возможные ее последствия с Великой французской революцией. Как отмечал П.А. Зайончковский, у правительства возникали опасения, что войска, применявшиеся для подавления восстаний крестьян, могут перейти на сторону последних.

Проведение Крестьянской реформы началось с составления  уставных грамот, которое в основном было закончено к середине 1863 г. Уставные грамоты заключались не с каждым крестьянином по отдельности, а с  «миром» в целом. «Мир» представлял  собой общество крестьян, находившихся в собственности отдельного помещика. На 1 января 1863 г. крестьяне отказались подписать около 60 % грамот.

Цена земли по выкупу значительно  превышала её рыночную стоимость  в то время, в нечерноземной полосе в среднем в 2—2,5 раза (в 1854—1855 гг. цена всех крестьянских земель составляла 544 миллиона рублей, в то время как  выкуп составлял 867 миллионов). В  результате этого в ряде районов  крестьяне добивались получения  дарственных наделов и в некоторых  губерниях (Саратовская, Самарская, Екатеринославская, Воронежская и др.) появилось значительное число крестьян-дарственников.

Под влиянием Польского восстания 1863 произошли изменения в условиях Крестьянской реформы в Литве, Белоруссии и на Правобережной Украине: законом 1863 вводился обязательный выкуп; уменьшились  на 20 % выкупные платежи; крестьяне, обезземеленные с 1857 по 1861, получали полностью свои наделы, обезземеленные ранее —  частично.

Переход крестьян на выкуп  растянулся на несколько десятилетий. К 1881 оставалось во временнообязанных отношениях 15 %. Но в ряде губерний их было ещё много (Курская 160 тыс., 44 %; Нижегородская 119 тыс., 35 %; Тульская 114 тыс., 31 %; Костромская 87 тыс., 31 %). Быстрее шёл переход на выкуп в чернозёмных губерниях, там же преобладали и добровольные сделки над обязательным выкупом. Помещики, имевшие большие долги, чаще, чем другие, стремились ускорить выкуп и заключить добровольные сделки.

  Переход из «временнообязанных» в «выкупные» не давал крестьянам права покинуть свой участок (то есть обещанной свободы), но значительно увеличивал бремя платежей. Выкуп земли по условиям реформы 1861 г. для подавляющего большинства крестьян растянулся на 45 лет и представлял для них настоящую кабалу, поскольку они не были в состоянии выплачивать такие суммы. Размер недоимок по выкупным платежам постоянно увеличивался. Так, в 1871 году губерний, в которых недоимки превысили 50 % оклада, было восемь (из них в пяти они составляли свыше 100 %); в 1880 году их насчитывалось уже 14 (из них в 10 губерниях недоимки были более 100 %, в одной из них — Смоленской — 222,2 %). А к 1902 году общая сумма недоимок по крестьянским выкупным платежам составляла 420 % от суммы ежегодных выплат, в ряде губерний эта цифра уже превышала 500 %. Лишь в 1906 г., после того как крестьяне в течение 1905 года сожгли порядка 15 % помещичьих имений в стране, выкупные платежи и накопившиеся недоимки были отменены, и «выкупные» крестьяне, наконец, получили свободу, обещанную им 45 лет назад.