Культура и религия в христианстве

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Целью настоящего реферата является изучение вопроса взаимосвязи культуры и религии. Актуальность исследования темы обусловлена вопросом пространственного положения нашей Родины на географической карте мира ее разделением на Европу и Азию соответственно подвергающейся влиянию культур и религий Востока и Запада. Особенно интересным на мой взгляд будет изучение означенного вопроса в разрезе становления и генезиса христианской морали.

Религия является необходимым составным элементом общественной жизни в том числе духовной культуры общества. Она выполняет в обществе ряд важных социокультурных функций. Одной из таких функций религии является мировоззренческая или смыслополагающая. В религии как форме духовного освоения мира осуществляется мысленное преобразование мира его организация в сознании в ходе которой вырабатывается определенная картина мира нормы ценности идеалы и другие компоненты мировоззрения определяющие отношение человека к миру и выступающие в качестве культурологических ориентиров и регуляторов его поведения.

Религиозное сознание в отличие от других мировоззренческих систем включает в систему «мир-человек» дополнительное опосредующее образование - сакральный мир соотнося с этим миром свои представления о бытии в целом и целях человеческого бытия.

Однако функция религиозного мировоззрения состоит не только в том чтобы нарисовать человеку определенную картину мира а прежде всего в том чтобы благодаря этой картине он сумел обрести смысл своей жизни принял активное участие как в материальной так и духовной культуре жизни общества. Именно поэтому мировоззренческая функция религии называется смыслополагающей или функцией «значений». По определению американского социолога религии Р. Беллы «религия есть символическая система для восприятия целостного мира и обеспечения контакта индивида с миром как единым целым в котором жизнь и действия имеют определенные значения». Человек становится слабым беспомощным пребывает в растерянности если он ощущает пустоту утрачивает понимание смысла в том что с ним происходит. Напротив знание человека зачем он живет каков смысл происходящих событий делает его сильным помогает преодолевать жизненные невзгоды страдания и даже достойно встретить смерть так как эти страдания смерть наполнены для религиозного человека определенным смыслом.

Таким образом основная функция религии состоит в придании нормам ценностям и образцам овладения характера абсолютного неизменного независящего от конъюнктуры пространственно-временных координат человеческого бытия социальных институтов и т. д. укоренение человеческой культуры в трансцендентное. Эта функция реализуется через формирование духовной жизни человека и оформляется в религии. Именно в силу перечисленных обстоятельств показательно рассмотреть взаимодействие сфер культуры и религии на примере развития и становления христианства.

В своей работе я опиралась на список литературы приведенной в конце реферата.

ГЛАВА 1. КУЛЬТУРА И РЕЛИГИЯ В ХРИСТИАНСТВЕ

Христианство - наиболее распространенная и одна из самых развитых религиозных систем мира. И хотя оно в лице своих последователей встречается на всех континентах а на некоторых абсолютно господствует (Европа Америка Австралия) это прежде всего религия Запада. Собственно это как раз та единственная религия (если не считать ее разделения на многочисленные церкви вероисповедания и секты) которая характерна именно для западного мира в противовес восточному с его множеством различных религиозных систем. Тем не менее в рамках данной работы необходимо уделить внимание христианству - потому что христианство тесно связано с культурой.

1.1. Возникновение христианства

В отличие от ранних религиозных систем складывавшихся в процессе формирования древних очагов цивилизации на Ближнем Востоке христианство появилось сравнительно поздно в условиях уже развитого общества с острыми социальными экономическими и политическими противоречиями. Появляющаяся в таких условиях новая религия претендующая на широкое внимание и распространение должна была откликнуться на запросы своего времени и предложить какие-то пусть иллюзорные но достаточно весомые в глазах миллионов людей пути и способы разрешения раздирающих общество противоречий сглаживания их направления их в иное русло. Новой религии следовало также решительно отказаться от этнической ограниченности свойственной ранним религиозным системам. Это было необходимое условие так как в противном случае она не смогла бы овладеть умами людей независимо от их происхождения и социального положения. И наконец еще одно: новая религия должна была быть достаточно интеллектуально развитой и насыщенной включать в себя все то чего достигли уже существовавшие до нее религиозные системы обширного ближневосточно-средиземноморского региона.

Удовлетворить всем этим условиям было непросто. И все-таки вызов эпохи потребности времени вели к тому что на рубеже нашей эры в антично-эллинистическом мире уже формировались системы способные дать ответ на этот «вызов». Среди них стоит упомянуть занесенный из Персии митраизм получивший широкое распространение в Римской империи и явно повлиявший на последующее формирование христианства. Видимо при благоприятных условиях в такого рода систему мог вырасти и неоплатонизм сложившийся на основе религиозного осмысления идеалистической философии Платона. Возможно такой системой могла стать какая-либо из восточных религий в первую очередь иудаизм - при условии разрыва ограничивавших его возможности национальных рамок. Однако ни один из возможных «кандидатов» так и не преуспел в своем стремлении достичь всеобщего признания. Этот успех выпал на долю христианства - учения принципиально нового но впитавшего в себя из концепций соперничавших с ним учений все то что могло его обогатить и усилить.

Итак христианство как наднациональная «вселенская» религиозная система возникло в условиях когда почти весь ближневосточно-средиземноморский мир был объединен в рамках наднациональной Римской империи. Но первоначальные очаги этой религии возникли отнюдь не в центре этой могущественной империи: они появились на ее периферии причем на восточной и юго-восточной периферии в тех издревле освоенных человечеством очагах цивилизации где пласты культурной традиции были особенно мощными и где всегда сосредоточивались центры пересечения различных идейных и культурных влияний.

1.2. Иудаизм и христианство

На рубеже нашей эры иудаизм переживал глубокий кризис. Несмотря на то что число иудеев по подсчетам современных специалистов исчислялось в ту пору несколькими миллионами (цифра весьма заметная для той эпохи) и что солидные иудейские колонии распространились уже по всему Средиземноморью включая Египет и Малую Азию конкретная историческая ситуация и реальное соотношение сил все более очевидно вели иудейское общество к кризису. Кризис усилился после подчинения Иудеи Риму. Светская власть династии Ирода не пользовалась авторитетом. Жрецы Иерусалимского храма и близкие к ним партии и группировки (фарисеи саддукеи зелоты) также теряли власть и влияние чему способствовала и их явная зависимость от наместников Рима в Иудее. Неудивительно что это состояние перманентного политического и социально-религиозного кризиса вело к оживлению эсхатологических пророчеств активизации деятельности различного рода сект с их ожиданием мессии который вот-вот придет и от имени великого Яхве спасет запутавшийся в противоречиях но все же богоизбранный народ. Мессию (греческий эквивалент этого иудейского термина - Христос) ждали почти все со дня на день.

Столь напряженно ожидавшийся мессия просто не мог не появиться. И он появлялся причем неоднократно. Все чаще то в одном то в другом районе Иудеи а то и вне ее на периферии среди евреев диаспоры руководители отдельных сект бродячие проповедники или экстравагантные странники объявляли себя мессиями призванными спасти заплутавшихся иудеев. Обычно власти болезненно реагировали на проповеди подобных деятелей. Все самозванцы сразу объявлялись лжемессиями и их деятельность пресекалась. Это однако не могло приостановить процесс. На смену неудачникам приходили новые и все повторялось снова. Иногда главы влиятельных сект оказывались достаточно могущественными чтобы бросить вызов всесильному Риму.

В результате следовавших за этим восстаний и войн (иудейские войны) Иудея как государство а вместе с ней Иерусалим и Иерусалимский храм во II в. н. э. перестали существовать.

Тем не менее именно постоянные гонения на спорадически появлявшихся харизматических лидеров и пророков чьи деятельность и проповеди в условиях кризиса становились все более заметными и созвучными общим ожиданиям и привели в конечном счете к укреплению в умах поколений идеи о великом мессии Христе который пришел не был узнан и понят погиб (приняв на себя грехи людей) и чудесным образом воскреснув стал божественным спасителем человечества. Эта идея и была взята на вооружение в тех ранних иудео-христианских сектах которые стали появляться как в самой Иудее так и в ближайших к ней районах расселения евреев диаспоры (Египет Малая Азия и др.) на рубеже нашей эры.

1.3. Основы христианского учения

В христианстве вобравшем в себя немалое наследие предшествовавших религий и учений отчетливо ощущаются и доктрины иудаизма и митраизм с его системой обрядов и культов и идея умирающего воскресающего божества из древневосточных религий. Позже по мере своего становления христианство многое восприняло из эллинистической философии из учения стоиков (Сенеки) и др. Но суть новой религии не сводится к эклектической сумме заимствованных элементов. Оригинальность и сила ее в том новом что возникло на базе сложного процесса религиозно-культурного синтеза всех этих элементов.

Основная идея христианства - идея греха и спасения человека. Люди грешны перед Богом и именно это уравнивает всех их: греков и иудеев римлян и варваров рабов и свободных богатых и бедных - все грешники все «рабы божии». Могут ли люди очиститься от этого греха начиная с «первородного» греха Адама и Евы который тяжелым камнем висит на человечестве? Да могут. Но только в том случае если они осознают что грешны если направят свои помыслы в сторону очищения от грехов если поверят в великого божественного Спасителя который был прислан Богом на землю и принял на себя грехи человеческие. Иисус Христос мученической смертью своей искупил эти грехи и указал людям путь к спасению. Этот путь - вера в великого и единого в трех лицах Бога (Бог-отец Бог-сын т. е. Иисус и Бог - святой дух - т. е. святая Троица) благочестивая жизнь покаяние в грехах и надежда на царство небесное после смерти. Праведнику воздается на том свете любой бедняк и раб может попасть в рай тогда как нечестивец и стяжатель попадет в ад будет гореть в «геенне огненной». Кроме «того света» нечестивцам и грешникам грозит и второе пришествие Христа за которым последует Страшный суд здесь на земле.

Раннее христианство вызревавшее в недрах оппозиционных официальному иудаизму и римским властям аскетических сект и распространявшееся затем по всему эллинистическо-римскому миру с первых своих шагов заявило себя учением угнетенных низов учением обездоленных и страждущих. Правда это учение не звало на борьбу - и в этом смысле его никак нельзя считать революционным по характеру. Скорее напротив христианство было альтернативой различного рода восстаниям и войнам начиная с восстания Спартака которые сотрясали на рубеже нашей эры мощную Римскую империю. И в качестве такого рода «умиротворяющей» альтернативы направляющей энергию угнетенных в русло религиозных иллюзий христианство было вполне приемлемым даже выгодным для власть имущих вскоре понявших это и принявших христианское учение в качестве господствующей идеологической доктрины. Однако это произошло позже. Раннее христианство в первые два-три века своего существования будучи религией бесправных и гонимых не только стояло в оппозиции к властям подвергаясь жестоким гонениям с их стороны но и не было лишено радикальных элементов даже революционного пафоса.

Пафос этот сводился прежде всего к резкому неприятию сложившихся норм жизни. В одном из наиболее ранних и радикальных по характеру текстов Нового завета - в Апокалипсисе (Откровение святого Иоанна Богослова) - с огромной силой прозвучало осуждение Рима как «великой блудницы» как нового развратного Вавилона со всеми его «мерзостями». Ангел божий предрекает падение этого Вавилона силы небесные победят мрак и мерзость произойдет Страшный суд и на обновленной земле возникнет «новый Иерусалим» во всем величии своей славы с древом жизни активно плодоносящим во имя всеобщего блага. Мистическая форма Апокалипсиса не может скрыть наполняющего его пафоса разрушения старой «мерзости» и грядущего обновления мира.

Революционный пафос раннего христианства нашел свое отражение в акцентировании внимания на двух важнейших сторонах новой религии. Во-первых на проповеди ею всеобщего равенства. Хотя это было равенство в первую очередь лишь «во грехе» равенство «рабов божиих» даже в этом своем качестве лозунг всеобщего равенства не мог не привлечь к себе внимания. Правда в некоторых евангелических текстах оправдывалось рабство и рабам внушалось повиновение их господам но тем не менее провозглашение принципа всеобщего равенства в эпоху расцвета Римской империи стоило многого. Во-вторых на осуждении богатства и стяжательства («скорее верблюд пройдет через игольное ушко чем богач попадет в царство небесное») на подчеркивании всеобщей обязанности трудиться («не трудящийся да не ест»).

Конечно здесь нет активной революционности но сам факт провозглашения эгалитарных принципов и следования им был вызовом господствующим общественным порядкам. Неудивительно что членами первых христианских общин (особенно после перемещения в начале нашей эры усилиями сторонников и последователей апостола Павла центра нового учения с периферии империи в Рим оказались прежде всего обиженные и угнетенные бедняки и рабы неимущие и изгои.

1.4. Трансформация раннего христианства

Переосмысление раннего христианства в духе паулинизма явилось началом его трансформации в сторону организованной вселенской церкви. В этом смысле именно Павел может считаться первым патриархом (если не основателем) христианства. С Павла точнее с нападок паулинистов на иудаизм берет видимо свое начало и тот резкий антагонизм между христианством и иудаизмом который впоследствии стал столь заметным несмотря на то что Ветхий завет иудеев был включен в христианское Священное писание и что Иисус его мать Мария его ученики включая и апостола Павла были евреями.

Паулинизм способствовал переключению радикальной активности христиан с критики существующих порядков на критику соперничающей религии представители которой оказались теперь виновны во всех грехах отклонениях и даже преступлениях - они ведь в конце концов распяли Христа. Кроме того паулинизм сделал сильный акцент на загробное воздаяние на вознаграждение за терпение и страдания блаженством на том свете. Эти два существенных момента сыграли важную роль в процессе дальнейшей трансформации раннего христианства.

В условиях становившейся все более жесткой догматической основы христианского вероучения уходила в прошлое полная опасностей и преследований но отличавшаяся свободой духа и действий жизнь первоначальных сект и общин возглавлявшихся харизматическими руководителями. На смену им в новых условиях приходили избиравшиеся верующими (а затем и утверждавшиеся сверху) должностные лица - дьяконы епископы пресвитеры. В рамках формировавшейся таким образом церковно-бюрократической структуры на переднем плане вскоре оказались епископы которые вначале были лишь казначеями общин и ведали хозяйственными делами но затем (именно в силу своей прочной позиции в общине) стали играть все более заметную руководящую роль. Уже со II в. епископы занимались толкованием сложных проблем догматики и культа активно выступали против тех общин и сект которые еще не смирились с общим процессом бюрократизации и догматизации христианства и пытались по-своему объяснять те или иные его проблемы. Необходимость борьбы с ересями с остаточным влиянием харизматических лидеров то и дело уводивших ту или иную из общин в сторону от главной линии эволюции учения способствовала дальнейшему укреплению епископальной организации формированию строгой церковно-бюрократической иерархии представители которой консолидировали свое единство на Вселенских соборах. Первые два из них состоялись в 000 и 000 гг. и на них была осуждена арианская ересь; третий в 000 г. осудил ересь несторианскую.

Замена харизматических руководителей бюрократической иерархией - неизбежное явление в условиях формировавшейся церкви с ее строгими канонами и нерушимыми догмами. «Видения» и «божественные откровения» трансформировавшейся и очищавшей себя от «ересей» ортодоксальной церкви более были не нужны. Страдавшие ими харизматические лидеры пророки-проповедники уже в III-IV вв. не только решительно отстранялись от активной церковной деятельности но и просто не допускались к ней. Их удел отныне стал иным: за их счет формировался институт монашества деятельность и «святой дух» которого были поставлены теперь на службу церкви на укрепление ее авторитета причем без особой опасности для ее строгой внутренней структуры так как уединенные и замкнутые высокими стенами монастыри препятствовали широкому распространению оригинальных «видений» осененных благодатью святых отцов в монашеской рясе.

Таким образом очищенная от «грехов» молодости христианская церковь стала вполне приемлемым для социально-политических верхов институтом влияние которого в массах делало желанным сближение с ним и использование его на что не преминули обратить внимание римские императоры. Император Константин в начале IV в. поддержал церковь (по его инициативе был созван первый христианский собор) его преемники (кроме Юлиана Отступника правившего сравнительно недолго) последовали его примеру и вскоре христианство стало господствующей религией. Из гонимых христиане стали гонителями о чем свидетельствует в частности погром «языческой» библиотеки в 000 г. в Александрии видном центре эллинской культуры.

Распад Римской империи в конце IV в. на Западную и Восточную привел к расколу христианской церкви. В Западной империи где власть императора ослабевала позиции церкви постепенно усиливались. В V в. всесильный римский епископ был провозглашен Папой в руках которого вскоре сосредоточилась огромная власть над всем раздробленным в политическом отношении западноевропейским римско-католическим миром. Старательно поддерживая идею о божественном происхождении своей власти и собственной непогрешимости Римский Папа сумел поставить свой авторитет выше авторитета государей средневековой Европы соперничавших друг с другом и искавших его поддержки.

1.5. Католицизм и реформация

С благословения римской католической церкви были преданы забвению и осуждены многие культурные традиции «языческой» античности с ее свободомыслием. Правда церковная традиция культивировавшая латынь способствовала сохранению значительной части рукописного наследия античной культуры. Возрожденное при помощи арабов учение Аристотеля значительно подкорректированное церковью стало даже (наряду с Библией) своего рода высшим и чуть ли не последним словом духовной культуры. Однако многое было безвозвратно утеряно и прежде всего духовная свобода. Католические священники (дававшие обет безбрачия и потому не связанные в своей деятельности лично-семейными интересами целиком отдававшие себя службе интересам церкви) ревниво следили за строгим соблюдением церковных догм и ритуалов беспощадно осуждали и карали еретиков к числу которых относились все кто хоть в чем-либо смел отклониться от официального учения. Лучшие умы средневековой Европы гибли на кострах «святой» инквизиции а остальным запуганным и смирившимся «грешникам» церковь охотно продавала за немалые деньги-индульгенции - отпущения грехов.

Жестокий фанатизм и активная агрессивность католицизма опиравшегося на строго иерархическую централизацию власти церкви во главе с Римским Папой вызывали неудовольствие государей средневековой Европы постепенно преодолевавших феодальную раздробленность и усиливавших свое могущество. Эти государи тоже опирались на авторитет церкви и использовали его о чем свидетельствуют крестовые походы на Иерусалим для освобождения «гроба Господня» от «неверных». Но с течением времени их все более тяготила поставившая себя над ними власть католической церкви. Более того соперничество с церковью в какой-то мере активизировало их деятельность способствуя усилению борьбы за приоритет именно светского начала за освобождение от всесилия религии. И эта борьба дала свои результаты. Покончив с феодальной раздробленностью усилившись за счет городов т. е. поддержки третьего сословия бюргерства заинтересованного в укреплении центральной власти антиклерикальные силы в XIV-XV вв. уже были готовы к тому чтобы бросить вызов всесилию римской церкви. И этот вызов был брошен причем брошен именно в той сфере где всесилие церкви представлялось наиболее полным - в сфере культуры. Наступила эпоха Возрождения (Ренессанса).

Эпоха Возрождения в лице своих гениев и гигантов (Данте и Рабле Рафаэль и Боккаччо Коперник и Галилей Томас Мор и Кампанелла Эразм Роттердамский и Сервантес Леонардо да Винчи и Микеланджело и многие другие) опрокинула веками создававшийся церковный заслон препятствовавший свободе мысли и научному поиску. Оставив как бы в стороне церковные догмы с их мертвящей схоластикой деятели Возрождения щедрой пригоршней черпали из сокровищницы культурных традиций античности возрождая тем самым «языческие» нормы свободы мысли и творчества.

Разумеется Ренессанс как сложное и многостороннее явление был как о том уже шла речь в первой главе подготовлен всем ходом протекавших в Западной Европе социально-экономических процессов. Значение его в этом смысле выходит за пределы только религиозного противостояния католицизму. Однако нанесенный им удар по католической церкви оказался тем камнем который рождает горную лавину. Если гиганты Возрождения реформировали лишь верхний слой культуры возродив принципы гуманизма и свободомыслия то сильнейший удар по основам католицизма был нанесен следовавшей по пятам за Возрождением и бывшей реакцией церкви на него Реформацией.

Преследуя цель сохранить церковь от ударов нанесенных ей Возрождением и выступив против ассимиляции католичеством элементов ренессансной культуры Реформация свелась к решительной реформе основ католического христианства. Ее лидеры - Лютер Кальвин Мюнцер и другие резко выступили против догмата о непогрешимости Папы практики продажи индульгенций мишуры и пышности католического богослужения наконец против преувеличения роли церкви как посредника между человеком и Богом. Начавшись в XVI в. реформационное движение быстро охватило широкие слои населения наиболее развитых стран северной и частично средней Европы - Англии Голландии Швейцарии Германии. Идея упрощения церковной структуры и характера богослужения призыв к строгости и скромности церкви к отказу ее от честолюбивых и властолюбивых политических претензий к противопоставлению внутреннего нравственного самоконтроля исступленной вере фанатиков - все это импонировало нарождавшейся европейской буржуазии и отвечало ее интересам. Протестантизм как это в свое время показал Вебер стал духовной основой и этической нормой складывавшихся буржуазных государств Западной Европы.

Конечно Реформация отнюдь не означала гибели католицизма. Прибегнув к помощи Контрреформации католическая церковь сумела выстоять и вплоть до сегодняшнего дня вся ее церковная иерархия во главе с Римским Папой являет собой серьезную силу влияние которой ощущается во многих районах мира. Однако эпоха Реформации нанесла католицизму и вообще всесилию христианской церкви такой удар от которого оправиться было уже невозможно. Времена «святой» инквизиции и тотального контроля над мыслью над духовной жизнью людей со стороны церкви стали уходить в безвозвратное прошлое. Католицизм - следом за протестантской церковью - вынужден был согласиться на то что Богу положено «богово» т. е. весьма определенное место в жизни и деятельности людей остальное их время и внимание должны уделяться другим делам не имевшим прямого отношения к религии и не зависевшим от ее вмешательства и оценки. Это естественно не означало что роль церкви была сведена почти к нулю. Еще и в XVIII в. Вольтер активно боровшийся с влиянием церкви не мог выступить против нее с открытым забралом. И все же то отделение церкви от государства и от различных сфер деловой активности людей которое было итогом Реформации сыграно огромную роль в дальнейших судьбах Западной Европы в успешном развитии ее по капиталистическому пути.

1.6. Православная церковь в России

Особо следует сказать несколько слов о православии в России. Дело в том что по византийскому стандарту зависимая от власти и потому не только политически но и духовно слабая к тому же огражденная от людей труднопонимаемой ими церковнославянской лексикой официальная церковь в России (в отличие от гонимых еретических движений начиная от протопопа Аввакума и кончая более поздними в том числе современными староверами и другими сектантами с их сильными нравственными убеждениями и соответствующим - обычно столь поражающим привыкших к иному - стилем жизни) не сумела создать в обществе где она призвана была быть пастырем жесткой системы нормативной этики. Русская православная церковь оказалась не с состоянии внушить своей пастве должного уважения к святым библейским заповедям и главное превратить эти заповеди в непреложную норму автоматически и жестко соблюдаемую основной массой населения (как того добилась скажем католическая церковь в Латинской Америке). Результатом оказалось не столько неуважение к самой церкви (она пользуясь официальным покровительством властей могла на него рассчитывать) сколько неуважение к моральной норме - в первую очередь в отношениях между людьми. Конечно можно было бы в оправдание заметить что трудно ожидать от крепостного раба хорошего знания и тем более повседневного соблюдения норм высокой морали. Но стоит снова и снова напомнить что индейцы и негры Латинской Америки и южных штатов США чье социальное положение вплоть до середины прошлого века было аналогичным положению русских крепостных относились к соблюдению христианских заповедей и санкционированных церковью моральных норм иначе.

Разумеется население нашей страны не отрицало ни церковных заповедей ни связанных с ними моральных норм и тем более обрядов. Но одно дело - признавать норму и совсем иное - автоматически ее соблюдать. Классическая русская поговорка «Пока гром не грянет мужик не перекрестится» очень наглядно подтверждает именно то о чем идет речь. Церковь не сумела воспитать автоматизм ни в религиозном сознании народа ни тем более в соблюдении им жестких моральных принципов. Отсюда и привычные для российского населения бесцеремонные формы взаимоотношений основанные на нарочитом неуважении как к собеседнику так и к самому себе (чего стоит хотя бы наиболее распространенное у нас матерное обращение людей друг к другу). Отсюда и восходящее к первобытной архаике массовое неуважение к собственности что выражается - мягко скажем - в примиренческом отношении общества к повсеместному и повседневному воровству а также издревле широко распространенное пьянство причем пьянство обычно безмерное когда о соблюдении норм морали рассуждать вовсе не приходится. К этому же корню восходит и теми же причинами объясняется массовое и чаще всего мерзкое даже извращенное сквернословие. Нельзя не упомянуть и о недостаточно высокой культуре и дисциплине труда. К сожалению трудно не прийти к выводу что многие беды преследующие нашу страну включая и драматические события двадцатого века в немалой степени обусловлены слабостями традиционной народной культуры за которые в конечном счете всегда несет ответственность господствующая в обществе религия.

Слабости русской православной церкви (трудно сказать насколько они являются ее виной и насколько - бедой) и хромота санкционированной ею народной культуры - особенно духовной т. е. генеральных моральных принципов - во многом объясняются осознанной и даже воинственной политикой православия видевшего своего заклятого врага только на Западе во всяком случае прежде всего и именно там. Главным своим соперником русская церковь считала католицизм позже также и протестантизм т. е. основные модификации развитой христианской цивилизации. Александра Невского сражавшегося с тевтонскими рыцарями и ползавшего на коленях перед татарскими ханами она канонизировала как святого. И это не было случайностью. Это был принцип. Принцип который сближал наше государство (а вместе с ним и церковь) с восточной командно-административно-распределительной структурой хорошо знакомой с деспотизмом и произволом власти но незнакомой с основами античной свободы и демократии и с тесно связанной с ними рыночно-частнособственнической структурой западного типа.