Культура и рынок. Монетизация норм, ценностей, идей и смыслов

 

 

Культура и рынок. Монетизация норм, ценностей, идей и смыслов.

 

 

РЕФЕРАТ

 

по дисциплине:

Философия

 

 

 

 

Исполнитель:
студент группы
Руководитель:
преподаватель

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Томск - 2017

 

 

Содержание:

 

Введение………………………………………………………………………….3

1.Рынок и его экономическая  культура……………………………………...…4

1.1 Высокий уровень экономической  культуры рынка……………………….7

2. Предпринимательство и  культура………………………………………….11

3. Рынок и его влияние  на общество и культуру……………………………..14

Вывод……………………………………………………………………………18

Список использованной литературы………………………………………….19

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

В обществах с торговым обращением произведения культуры становятся в той или иной степени предметом купли-продажи, и само существование художника или мыслителя так или иначе оказывается связанным с коммерческими факторами. Производство на рынок означает, что предмет искусства становится товаром — независимо от того, имеет ли он уникальное значение или же существует во множестве копий. Соответственно и успех художника определяется спросом на его продукцию на рынке. При капитализме рынок становится основной формой материального обеспечения культурной деятельности. Хотя рынок был и раньше, и сохраняется в некоторой степени при социализме, художник и писатель, ученый и мыслитель должны создавать некоторые продукты — картину, книгу, музыкальное произведение и т.д., которые отвечают потребностям других людей и могут быть ими куплены. Естественно, что имущая часть населения в состоянии заказывать и покупать произведения искусства, оказывая тем самым коммерческое давление на художника, вынужденного зарабатывать себе на жизнь. В этих условиях возникла трудная дилемма между свободой творчества и зависимостью художника от коммерческого успеха (а в крайних вариантах «между самооплакиванием и проституированием»).

 

Рыночная цена произведения искусства и всякого предметного воплощения духовной культуры (художественного полотна, романа, научного открытия) не находится в непосредственном отношении к его духовной ценности. Из истории жизни таких крупных писателей XIX в., как Бальзак, Пушкин, Достоевский, мы знаем, насколько неустойчивым оказывалось их финансовое положение. Споры между художником и продавцом тянутся и по сей день, и лишь немногие деятели культуры могли добиться материального успеха или хотя бы относительного благополучия, если полагались только на рынок. Хорошо известно и то, что на рынке преуспевающими могли оказаться создатели далеко не лучшей продукции, которая пришлась по вкусу широкой публике. Так, великий голландский живописец Винсент Ван Гог скончался в нищете, никем не признанный, а впоследствии его картины побили на рынке все рекорды и продавались за миллионы долларов.

 

Освобождая художника от диктатуры государства или церкви, рынок вместе с тем ставит его в сильнейшую зависимость от колебаний коммерческого спроса.

 

1.Рынок и его экономическая культура

В связи с переходом к рыночной модели экономики о сущности, значении и формах рынка написано значительное количество журнальных статей и монографий. Большая часть из них посвящена проблемам рыночного спроса, предложения, их факторам и соотношению. Рынок стал отождествляться только с обменом и торговлей. Такое ограниченное восприятие рынка некорректно не только с теоретической точки зрения, но и пагубно с практической. Принципы свободного рынка базируются на свободе человека, его предпринимательских талантах и на справедливом отношении к ним государства. Их важность для рыночной экономики трудно переоценить. Такие основы, как свобода индивида и честное соревнование – очень тесно связаны с понятием правового государства. Гарантии свободы и честного соревнования могут быть даны лишь в условиях гражданского общества и правового государства. Но и сама суть прав, обретенных человеком в условиях правового государства, это право свободы потребления: каждый гражданин вправе устраивать свою жизнь так, как ему представляется, в рамках его финансовых возможностей. Человеку необходимо, чтобы права на собственность были нерушимыми, и в этой защите своих прав основную роль играет он сам, а роль по защите от незаконных посягательств на собственность гражданина других граждан берет на себя государство. Такое положение дел удерживает человека в рамках закона, так как в идеале государство стоит на его стороне. Но, защищая права граждан, государство не должно переходить границу как тоталитаризма, так и анархии. В первом случае всякая инициатива граждан будет сдерживаться или проявляться в извращенном виде, а во втором – государство и его законы могут быть сметены всеобщим неповиновением.Учитывая психологические, социальные и экономические особенности нашей страны, необходимо учесть, что бросать ее в стихию рынка опасно – это может вызвать катастрофу как в политическом, так и в экономическом плане. Но и затягивание введения реформ представляет не меньшую опасность. Рынок – более сложное, комплексное социально-экономическое явление в обществе. Обмен товарами – лишь одна из составных частей рынка, наряду с другими фазами воспроизводственного процесса, т.е. их производством, распределением и потреблением. При переходе к рыночной экономике рыночными должны стать не только обмен, но и производство, распределение и потребление. Как, по нашему мнению, отличаются эти фазы рыночной экономики от нерыночной?

 

Рыночное производство отличается от нерыночного, прежде всего, своей целевой ориентацией, а значит, своей организационной и отраслевой структурой. В условиях рынка должна производиться такая продукция, спрос на которую продиктован рынком. Разрыв экономических связей со многими областями России привел к колоссальным излишкам сельскохозяйственной продукции. Тысячи тонн ранее дефицитной садоводческой продукции в настоящее время не находят сбыта.

 

Следует также отметить, что в рыночной модели развитой экономики национальное производство должно сохранить приоритетное значение. Именно этим обстоятельством будет определяться реальная независимость и международный авторитет государства. Как бы умело и значимо ни была организована внешняя торговля, если доля собственного производства в валовом национальном продукте ниже 40%, то страна не может претендовать на экономическую суверенность. Разумеется, это один из ряда показателей в чрезвычайно деликатной социально-политической проблеме – суверенитет и независимость государства.

 

Рыночное распределение, по нашему мнению, это такая разновидность распределительной системы, где все потоки материальных и нематериальных ценностей в обществе и на предприятиях определяются интересами эквивалентного обмена, опосредованы денежным обращением и регулируются законами рынка. Рыночное распределение вовсе не исключает плановости и государственного участия в нем. Однако, оно принципиально отличается от директивного государственного и планово-централизованного распределения. В системе рыночного распределения нет места могущественной и коррумпированной системе государственного снабжения (Госснаба). Материальное обеспечение должно осуществляться региональными организациями оптовой торговли и отделами снабжения производственных фирм и предприятий. Только они смогут, исходя из целесообразности и эффективности деятельности предприятия, обеспечить непрерывное, своевременное и с наименьшими издержками снабжение необходимыми запасами сырья и материалов, устранить нерациональное замораживание значительных сумм оборотных средств.

 

В рыночной экономике распределение и обмен настолько взаимосвязаны, что в современной экономической теории их объединяют в единую фазу. Распределение происходит путем обмена. Торговля стала главной формой распределения. И, наконец, потребление… Его рыночная специфика состоит в том, что потребление испытывает колоссальное воздействие рынка путем целенаправленного формирования спроса. В развитой рыночной экономике потребление носит наиболее рациональный характер и способствует гармоничному физическому, интеллектуальному и культурному развитию личности.

 

Таким образом, переход к рыночной экономике подразумевает значительные преобразования во всех фазах общественного воспроизводства и требует формирования высокого уровня экономической культуры.

 

Экономическая культура – это одна из форм проявления общественного сознания и адекватное ей поведение граждан в экономической сфере жизнедеятельности.

 

Уровень экономической культуры отражается в степени зрелости как общественного сознания, так и развитости материальных условий общества. Формирование экономической культуры – длительный процесс как воспитательной работы, начиная с молодого возраста, так и культивирования, сохранение и поддержание необходимых тенденций и традиций в обществе. Сказанное в равной степени относится к отдельным гражданам, бизнесменам-предпринимателям, государственным деятелям и депутатам-законодателям. Пора подумать о том, чтобы вместо однообразной и бессмысленной кинопродукции, воспитывать людей на фильмах о добропорядочных отечественных собственниках-предпринимателях. Наша история бизнеса знает немало таких имен. Почему бы не снять фильмы о купце Посошкове, о сахарозаводчике Терещенко, о виноделе Голицыне. Нарождающийся класс собственников должен подумать о том, какой имидж он передаст своим преемникам. Иначе они будут отвергнуты своими детьми, и мы снова окажемся в ряду отцепредателей. Со временем высокий уровень экономической культуры общества становится сам по себе мощным фактором экономического развития, международного авторитета и социально-политической стабильности.

 

 

1.1 Высокий уровень экономической культуры рынка

 

Высокий уровень культуры рынка означает:

1. Управляемость, а не  стихийность рыночных процессов. Субъектами управления рынком  выступают: а) государственные структуры; б) влиятельные монопольные объединения; в) межгосударственные союзы (как, например, Европейское сообщество и др.). Особой проблемой в России  остается переход к сугубо  экономическим формам взаимоотношений  производителей с государством, преодоление экономически необоснованного  вмешательства государственных  институтов в деятельность предприятий. Практический интерес для отечественной  экономики представляет немецкий  опыт перехода от директивного планового к рыночному хозяйству в послевоенные годы. Творцом так называемого «немецкого чуда» являлся профессор Людвиг Эрхард, министр народного хозяйства ФРГ. За десять лет западная часть Германии полностью оправилась от войны, не только восстановила разоренное хозяйство, но и по многим экономическим показателям обогнала своих европейских соседей, заняв одно из лидирующих мест в числе состоятельных демократий мира. О результатах единства хозяйственной и валютной реформ в Германии некоторое время спустя французами Андре Пьетр и Жаком Рюефф было высказано: «С совершенной неожиданностью исчез черный рынок. Витрины были забиты товарами, дымились фабричные трубы, и улицы были заполнены грузовиками. Восстановление началось во всех отраслях хозяйственной жизни точно в день валютной реформы. Еще накануне немцы бегали бесцельно по городу, чтобы разыскать дополнительно какие-нибудь жалкие продукты питания. А на следующий день мысли их уже концентрировались лишь на том, чтобы заняться производством этих продуктов питания. Накануне на лицах немцев была написана безнадежность, на следующий день целая нация смотрела с надеждой в будущее».

 

Существующая система налогообложения не способны стабилизировать экономику: законодатели и исполнительная власть поставили на первое место идею «накачивания» бюджета за счет налогового прессинга. Проигнорирована известная истина, сформулированная Артуром Лаффером: большие налоги сдерживают все стимулы к деловой активности, в результате чего экономика работает неэффективно, делает неоправданные расходы, тем самым углубляя кризис. Наше государство в который раз меняет налоговую политику, невзирая на то, что налоговый механизм относится к рычагам длительного действия, дающим экономический эффект в будущем. В экономике рыночного типа особое значение приобретает стабильность налоговой системы, позволяющей производителям планировать и прогнозировать результаты финансово-хозяйственной деятельности. Нестабильность налоговой ситуации в России может существенно повлиять на возможности преодоления кризиса.

 

2. Минимальная ущербность  для всех экономических субъектов  любых рыночных изменений и  окружающей среде. Высокая эффективность  рыночных действий, т.е. достижение  высоких результатов в производстве, обмене, распределении и наиболее  полное удовлетворение потребностей  в потреблении при наименьших  затратах ресурсов во всех  фазах воспроизводства. Конкуренция  контролирует или направляет  мотив личной выгоды таким  образом, что он автоматически  способствует наилучшему обеспечению  интересов общества. Концепция «невидимой  руки» заключается в том, что, когда предприятия максимизируют  свою прибыль, общественный продукт  также максимизируется.

 

3. Достижение оптимальной  динамики экономических процессов в обществе – темпов производства, денежного обращения, инфляции, занятости и т.п. Развитая экономика на современном этапе обеспечивает устойчивые темпы роста валового внутреннего продукта при низких уровнях безработицы и незначительной инфляции.

 

Опыт развитых стран подсказывает, что умеренная управляемая инфляция не только неизбежна, но и необходима. Это особенно важно в условиях деградированного производства и при системе взаимных неплатежей, длительной и значительной задолженности по заработной плате. Многомесячные невыплаты заработной платы – это не только экономический и социальный порок нашей системы, но и свидетельство низкой экономической культуры и безграмотности.

 

4. Высокая морально-этическая  культура вхождения в рынок, соблюдение  межсубъектных отношений. Специфические стороны в менталитете значительной части населения нашей страны на фоне разнообразия национальных, этнокультурных традиций и особенностей в образе мышления обусловлены следующими причинами:

 

исторически сложившаяся иерархичность сознания большей части населения;

глубокий след в мышлении и деятельности людей оставила практика псевдопланирования, выражающаяся в формализации всех сторон социальной и личной жизни граждан;

безразличие к социальному расточительству, порожденное насильственным лишением реальной собственности;

в значительной мере псевдоправдивость информационных источников, отсутствие заинтересованности существенной части населения в получении правдивой информации, в неспособности или нежелании критического анализа и практического использования информации.

5. Конкуренция в рыночных  условиях, как правило, неизбежна. Но  формы и методы конкурентного  соперничества в значительной  степени отличаются. Уважение соперника, его прав и учет интересов  должны стать при этом неотъемлемым  атрибутом конкурентной борьбы. Итогом этой борьбы при высокой  экономической культуре рынка  становится лучшее качество товара, образцовое обслуживание покупателя, более совершенное и экономичное  производство товаров.

 

6. Партнерская надежность  в соблюдении договорных обязательств  и честность во взаимных расчетах. Это должно в равной степени  относиться ко всем предпринимателям, в т.ч. и к государству. Не может  страна рассчитывать на серьезный  успех, если государственные органы  вышли из доверия своих граждан. На основе законодательства правительство  получает возможность выполнять функции арбитра в области экономических связей, выявлять случаи нечестной практики экономических субъектов и применять власть для наложения соответствующих наказаний. Принятый в США в 1906 г. Закон о чистых пищевых продуктах и лекарствах и многие поправки к нему являют собой великолепный пример того, как правительство подкрепляет функционирование рыночной системы. Правительство вводит правила поведения, которыми должны руководствоваться производители в своих отношениях с потребителями. Оно запрещает продажу фальсифицированных товаров, устанавливает стандарты качества, воспрещает помещать ложные сведения на этикетках. Все эти меры преследуют цель предотвратить обманные действия производителей и одновременно укрепить веру публики в совершенство рыночной системы.

 

7. Гармоничное и наиболее  полное использование национальных  традиций, экономической этнокультуры  страны, региона, населения. Эти особенности  существуют у каждого народа, этноса в производстве какой-либо  продукции, в умении торговать  и в специфике потребления. Примером  тому являются достижения японского  управления, опирающегося на улучшении  человеческих отношений: групповую  ориентацию и согласованность, моральные  качества служащих, гармонизацию  отношения между рабочими и  управляющими, стабильность занятости. Японский специалист по менеджменту  Хидеки Йосихара выделяет шесть характерных постулатов управления персоналом для достижения успеха: 1) гарантия занятости и создание обстановки доверительности, что ведет к стабильности трудовых ресурсов и уменьшают текучесть кадров; 2) гласность и ценности корпорации. Все уровни управления и рабочие имеют доступ к общей базе информации о политике и деятельности фирмы, развивается атмосфера участия и общей ответственности, в результате чего улучшается взаимодействие и повышается производительность; 3) управление, основанное на информации; 4) ориентация на качество; 5) постоянное присутствие руководства на предприятии; 6) поддержание чистоты и порядка.

 

8. Экономический патриотизм  выражается в уважении к отечественному  производству, в предпочтении отечественных  товаров и использовании накоплений капитала, прежде всего, в собственной стране и на благо будущих поколений всего народа.

 

 

2. Предпринимательство и культура

 

Предпринимательство постоянно играло и играет значительную роль в регуляции культурной деятельности, и эта роль неизменно возрастала по мере развития капитализма. Конечно, основным механизмом влияния предпринимательства на сферу художественной культуры является рынок. Еще на заре капиталистического предпринимательства богатые купцы и фабриканты выступали «донаторами», получая за вознаграждение от художников свое изображение в качестве «волхвов, приносящих дары новорожденному Христу», верующих, благочестиво поклоняющихся Богоматери или оплакивающих ее Успение, а позднее просто портреты на фоне домашнего интерьера. Именно богатство было условием расцвета живописи, архитектуры, музыки, книгоиздательства. И хотя в этом проявлялась большая доля тщеславия, это богатство, соединяясь с культурой, служило и на пользу последней, так как поддерживало ее существование через обеспечение заказов на произведения «высокого искусства», получившего признание во вкусах культурной элиты.

Особое место в развитии различных видов художественной культуры занимают меценаты, имеющие своих предшественников еще в древней истории многих стран. Этим видом патрониро-вания занимается сравнительно небольшая группа очень богатых людей, хотя в скромных размерах к ней могут присоединиться и люди среднего достатка, что и происходит в последние десятилетия в развитых странах. Как раньше, так и теперь многие меценаты были и являются тонкими ценителями искусства и по мере возможностей и нравственных устремлений вносят свой вклад в его развитие. Но конечно, для данного типа деятельности еще в большей степени, чем для других субъектов социального регулирования культуры, характерна рекламная сторона. Именно этим обессмертил свое имя шведский фабрикант Альфред Нобель, основавший фонд, ежегодно присуждающий самые известные в мире премии за открытия в области науки и за литературные произведения. В нашей стране хорошо-известны имена таких покровителей искусств, как П. Третьяков и С. Морозов.

 

Конечно, между признанием и материальным обеспечением возникало немало препятствий и разрывов, результатом которых могло быть нищенское положение талантливого художника и его смерть в безвестности.

Существуют определенные противоречия между участием го-сударства и большого бизнеса в поддержании культуры, возникающие в силу того обстоятельства, что государство все же отражает более широкие общественные интересы, чем отдельные слои и группы бизнеса, и поэтому может действовать в ущерб отдельным слоям и группам буржуазии (например, оказывая предпочтение не «атлантическим» штатам, а Дальнему Западу или южному штату Техас).

Однако в большинстве стран вмешательство государства в культуру, как и в другие сферы жизни общества, так или иначе строго лимитировано. Когда государство «превышает полномочия» или если его деятельность не дает желаемого результата, оно становится объектом критики со стороны ряда общественных сил, среди которых наиболее влиятельным зачастую оказывается именно большой бизнес.

Впрочем, обычно перекосы в распределении сфер влияния и функций обоих институтов устраняются и достигается налаженное и динамичное согласование. Между менеджментом, правительственной бюрократией, местной администрацией, художественной интеллигенцией и университетскими кругами достигаются определенное рассредоточение функций и координация деятельности по регуляции культурной жизни.

В современных странах развитого капитализма различные слои бизнеса, а также сеть филантропических учреждений берут на себя определенную долю участия в регуляции культурной сферы. Конечно, такое участие имеет и вполне определенные экономические цели, связанные со следующими критериями: а) повышение культурного уровня персонала фирм и корпораций, что повышает рентабельность и прибыли; б) общественный престиж «патрона искусств» способствует упрочению веры в «добротность» фирмы и в хозяйственных делах; в) содействие процветанию искусств так или иначе

обогащает духовную жизнь общества и снижает остроту социальной и политической ангажированности; г) расширение культурной деятельности дает мощный стимул и для расширения деловой и социальной активности, что и привело к созданию «индустрии массовой культуры», достигшей огромного размаха.

В силу такой заинтересованности все большее развитие получают различные формы финансового участия, вклады в художественную культуру через создание культурных центров, музеев, выставок, интерьеров и т.д.

Характерным сдвигом в механизме коммерческой регуляции художественной жизни в 70-80-х гг. стало широкое подключение бизнеса к массовой культуре и даже к различным направлениям контркультуры (молодежная, движения «зеленых», за «альтернативный образ жизни»), движению национальных меньшинств и т.д. И конечно, развитие средств массовой коммуникации заметно изменило коммерческие пропорции. Все большее значение стали приобретать зрелищно-драматические виды искусства и аудиовизуальные средства коммуникации.

Все эти механизмы регуляции в большой степени способствуют сбалансированию хозяйственной и культурной сфер деятельности, поддержанию оптимального уровня культуры несмотря на экономическую обусловленность самого производства. Конечно, и большой бизнес тем самым добивается нейтрализации отношения к нему в общественном сознании и расширения сферы симпатий его деятельности. Немаловажно и то, что, идя навстречу творческим пожеланиям культурной элиты, большой бизнес ослабляет критику в свой адрес со стороны радикально настроенной творческой интеллигенции, а удовлетворяя потребности в «массовых идолах» — и навязывая эти потребности, — адаптирует широкие слои населения к функционированию в условиях массового общества.

Система регуляции культур подвержена изменениям в соответствии с процессами, происходящими как в политическом механизме общества, так и в функционировании хозяйства. Усиление общей хозяйственной и политической интеграции западных стран как во внутринациональных, так и в межнациональных рамках привело к тому, что все большее значение стали приобретать не только наднациональные органы (в том числе ООН, ЮНЕСКО, Европейский парламент и т.д.), но и транснациональные корпорации и международные фонды, распространяющие свою деятельность на различные уголки земного шара.

 

Но главное изменение связано все же не с государственной политикой или формированием и расширением неспециальных механизмов, институтов, фондов и т.д., а с разрастанием новой системы продажи товаров, через которую оказывается воздействие на общественное сознание и поведение в самых различных сферах, формируются действенные духовные и материальные запросы, ориентации и вкусы различных социальных слоев. Именно товар становится средством удовлетворения не только собственно материальных потребностей, но и духовных запросов. Последние не сводятся просто к комфорту и стилю, но требуют приобщения к собственно духовной жизни. Это достигается и через использование образов, мотивов, сюжетов «высокой культуры» (широкое распространение копий, сувениров, туризм к центарм мировой культуры), а вместе с тем и через стилизацию и эстетизацию новых товаров, рекламу и т.д.

 

3. Рынок и его влияние на общество и культуру.

 

В современном обществе, ставшем царством материи и плоти, вся жизнь вращается вокруг денег, основные события и главные новости так или иначе связаны по преимуществу с экономической жизнью: разного рода и вида торги и их результаты, значения основных валют... Все переосмысливается через деньги, смещается во внешнюю по отношению к собственному смыслу событий сторону. Международные события и договоры – на какие суммы заключены, сколько стоит инициатива и т. д. Культурная жизнь разворачивается и существует не в ее собственном смысле, логике и значении, но в переосмыслении через деньги (вложения, субсидии, стоимость, выручка и т. п.). Культура, политика уже не имеют собственного смысла – они воспринимаются и оцениваются вокруг и через деньги как общий их знаменатель и организующая ось. Деньги сообщают событиям нездоровый азарт, подогреваемый желанием получить больше, еще больше... И так далее до бесконечности. А. Моруа даже называет бизнес комбинацией войны и спорта – и по напряженности занятия, и по привычному исключительному интересу, который обычно проявляется и к спорту, и к актам насилия и террора в обществе. Примитивизация – и вспоминается Ф. Ницше с его вопросом по существу: не зияет ли нам в лицо пустота? Деньги, являющиеся старым практичным «изобретением», в современном историческом контексте открывают новые стороны проявления своей природы и сущности, часто выступают как символ власти; при этом забыто прежнее различение денег как способа специфической власти и самого феномена власти, которая в норме деньгами не измеряется и несводима к количеству. Даже в столь на вид простых формах традиционного знания и древней культуры именно человеческий интеллект выступал более высоким инструментом (и обоснованием) более высокой власти. Ум, мозг человека есть инструмент более гибкий, многосторонний, многогранно адекватный. Именно с его помощью обычно выстраивается пространство решения властных задач, определяется и организуется соответствующий этому контекст, осуществляется выбор адекватных средств. На самого человека деньги действуют особым образом, выступая средством не освобождения, а дополнительного его угнетения. В данном случае человеку не оставляется сил на его аутентичное развитие: он старательно выживает, но при этом у него не остается сил и времени для собственного развития и, наконец, исчезает и сама потребность в развитии. Творчество и инновации не окупаются, в них всегда присутствует риск, поэтому само развитие, особенно создание его предпосылок и условий, оказывается предприятием нерентабельным. В этой связи все чаще вспоминают и слова К. Маркса о том, что человек – в окончательном счете – есть совокупность общественных отношений. При неправильно организованных и функционирующих общественных отношениях и человек оказывается несоответствующим своей природе и ее перспективам, если самого его при этом считать своего рода «предприятием» природы, предназначенным к собственно человеческому развитию в развивающемся человеческом обществе. В современном обществе, где человек силой обстоятельств оказался марионеткой денег и их функцией, он утрачивает даже суверенность, самостоятельность живого, не говоря уже о сужении функции разумного существа и утрате возможности восхождения к духовному существованию. Деньги постепенно становятся целью, регулятором и хозяином человека, распорядителем самого его бытия.

Деньги, с одной стороны, расслаивают общество, внося в него вненравственное, узко прагматическое деление. С другой стороны, атомизируют его, ибо люди уже не ощущают себя связанными некой общей судьбой, общей природой – тот есть тем, что не имеет цены. Что имеет цену – не имеет ценности, как были убеждены многие известные мыслители, которым было хорошо известно, что существует целый ряд действительных ценностей, которые не имеют цены, ибо они бесценны. И наряду с так называемой «невидимой рукой рынка», должной будто бы все разместить по соответствующим местам, начинает действовать, и часто даже более активно, «невидимая рука криминала», способная уничтожить и то немногое действительно позитивное, что вносит в жизнь рынок как таковой. На отечественном ТВ, которое на практике претворяет лозунг «Деньги решают все!», одно время можно было часто видеть нечто вроде рекламы-рекомендации-пожелания: «Чтобы деньги – были!» Однако было бы неплохо дополнить этот лозунг небольшим корректирующим замечанием: «Чтобы при этом совесть – была!»

Деньги сужают значимое для человека экзистенциальное пространство, искажая ценностные представления, они извращают саму суть нормальных отношений, примитивизируя человека в его сущностно человеческом смысле. Можно сказать, они зримо показывают различие между культурой и цивилизацией.

Так, английский поэт и философ С. Кольридж считал даже, что следует не только различать, но и противопоставлять культуру цивилизации. По его мнению, цивилизация без культуры дезинтегрирует и даже развращает общество, в то время как культура обеспечивает его гармоническое развитие. Поэтому следует «обучать» людей культуре и таким образом гуманизировать обездушенное общество. В самом деле, мы хотели иметь «цивилизованный рынок», но никто не подумал, что получим бескультурный.

Так, в качестве результатов утверждения рыночных отношений и рыночной психологии, то есть результатов рыночного отбора, можно назвать следующие. Во-первых, незаметно, но неуклонно происходит развращение человеческой души и искажение ее структуры: системы ориентиров, приоритетов, содержания и смысла самих человеческих отношений. Во-вторых, деньги для многих становятся навязчивой идеей, что с психомедицинской точки зрения само по себе не есть нормальное состояние. В-третьих, рынок с его искаженной и искажающей картиной мира и его непредвзято- объективного порядка, в свою очередь, искажает и структуру души затянутых в него людей, становящихся узкими функционерами в «лучшем» случае, и просто функциями – в худшем (и обычном). В общем, можно еще раз отметить: рынок «работает» на понижение человеческого статуса (образа и состояния), объявляя негодным товаром человеческие ценности и человеческие чувства, про- возглашая сами человеческие судьбы разменной монетой... Рынок как бы и особым «избирательным» образом исключил идеологические факторы из сферы реального обращения, а также возможность идеологического учета из мотивационной сферы, сведя все к якобы более естественной экономике. И как-то оказалось незамеченным (не допущенным в сознание), что сами деньги и сделались новой идеологией: примитивной, узкопрагматичной, безлично-жесткой и фактически пустой в конечных своих основаниях. Разумеется, ничего нового мы здесь не сообщаем, и Америка в полном смысле слова была открыта задолго до нас. Еще А. М. Горький писал в свое посещение Америки о состоявшемся у него разговоре с «одним из королей республики», вся жизненная программа которого исчерпывалась формулой: «Я делаю деньги. Зачем? Чтобы делать деньги» и т. д. до (дурной) бесконечности15. Деньги жестко «закорочены» на самих себя, они ничего, помимо себя, не имеют в виду, они самоценность. Складывается впечатление, что и человечество, как зашоренная лошадь, бездумно идет по замкнутому (хотя и пестрому) кругу, что ничего, кроме внешних примет, для него не изменилось... Победивший в глобальном масштабе рынок сделал обреченной любую деятельность, не опирающуюся на деньги, которые, свойственным им образом деформируя людей, искажают любую, даже благую цель и идею.