Л.И. Петражицкий: «Психологическая теория права»

Министерство  Образования РФ

Уральская Государственная Юридическая Академия

Институт  Права и Предпринимательства

Кафедра философии и социологии 
 
 
 
 

РЕФЕРАТ

по  философии права

на  тему:

Л.И. Петражицкий: «Психологическая теория права» 
 

Выполнила:

студентка 326 группы

Ктасина Елена Юрьевна

Проверила:

Постоляко Лариса Станиславовна 
 
 
 

Екатеринбург 2011

Содержание 

Введение 

Одним из выдающихся теоретиков права в  России был Л.И. Петражицкий (1867-1931). Петражицкий явился создателем оригинальной психологической теории права, идеи которой получили признание не только в России, но и в других странах. Право, по Петражицкому, это не государственные нормы (как полагали защитники правового этатизма), не фактические правовые отношения (позиция социологической школы), не нравственная идея (в естественно-правовом смысле), а явление индивидуальной психики – особые эмоции, обладающие специфическими признаками. Их отличие от других эмоций Петражицкий видел в двустороннем характере: с одной стороны, они авторитетно (императивно) возлагают обязанности, с другой стороны, они также авторитетно отдают другому, предписывают ему как право то, чего они требуют от нас. Такие эмоции Петражицкий называл императивно-атрибутивными, в отличие от императивных моральных эмоций, которые, предписывая определенное поведение как обязанность, не предоставляют никому права требовать ее безусловного исполнения. Наличие атрибутивной, управомочивающей составляющей и является сутью права, отличающее его как специфическое явление от всех других явлений. В этой части своей теории Петражицкий осуществил, фактически, феноменологический анализ права, выявив его неизменную структуру как связь правомочия и обязанности. Но общие субъективистские предпосылки его теории не позволили сделать из этого научно корректные выводы. Право фактически сводилось Петражицким к индивидуальным эмоциям (части правосознания) и тем самым создавался искаженный образ права, а сама сфера правового непомерно расширялась. Правовой характер приобретали не только, например, правила карточной игры, правила поведения за обеденным столом, внутрисемейные отношения, но и воровские правила и даже воображаемый договор человека с дьяволом о продажи души. Такое право Петражицкий именовал неофициальным. Право, имеющее официальную поддержку от государства – право высшего сорта – получало статус права официального.

Петражицкий выделял также интуитивное и  позитивное право. Позитивные правовые эмоции осознаются обязательными в  силу чужих авторитетных велений (Бога, монарха и т.д.) или в силу иных внешних авторитетно-нормативных фактов (например, обычая), чего нет в области интуитивных (автономных) нравственных и правовых убеждений. От нормативных фактов Петражицкий отличал правовые нормы. То, что в традиционной теории права понимается под правовыми нормами, по убеждению Петражицкого есть следствие “наивно-проекционной точки зрения”, в соответствии с которой субъективные переживания лица переносятся (проецируются) на других лиц, которым приписываются определенные права и обязанности, и возникает представление, что “где-то, как бы в высшем пространстве над людьми имеется и царствует соответствующее категорическое и строгое веление или запрещение…, а те, к которым такие веления и запрещения представляются обращенными, находятся в особом состоянии связанности, обязанности”.

Критикуя  естественно-правовые доктрины, Петражицкий  полагал, что их содержанием должны являться не отвлеченные нравственные принципы (свободы, справедливости и  т.д.), а “догматика интуитивного права”, т.е. “систематическое изложение автономно-правовых убеждений авторов”. В противовес концепциям “возрожденного естественного права”, представители которого утверждали, что естественное право – это совокупность нравственных требований к позитивному праву, Петражицкий полагал, что интуитивное право является более подходящим масштабом для критики позитивного права, чем нравственность, ибо нравственность как совокупность чисто императивных убеждений не знает притязаний и представляет поэтому масштаб, не адекватный праву.

Но что превращает право из явления человеческой психики в регулятор общественных отношений? Пытаясь ответить на этот вопрос, Петражицкий указывал на природу атрибутивной стороны права, которая заставляет расценивать неисполнение должного как нанесение вреда, ущерба, как агрессивное действие. Поэтому носитель права не просит и не убеждает, а требует исполнения помимо воли обязанного. В противном случае он жаждет наказания нарушителя и обращается за помощью к сородичам, друзьям, соседям. Отсюда, по Петражицкому, вытекает потребность в существовании высшей власти, которая бы имела в своем распоряжении достаточную силу, чтобы доставить удовлетворение атрибутивной стороне и эвентуально (помимо этого) наказать нарушителя. Такую силу создает и отдает на служение праву развитие “правовой психики социально-служебной власти” в лице государства. Не государство, по Петражицкому, создает право, а, наоборот, развитие права порождает государство. Право выступает необходимой предпосылкой его возникновения, а государство является формой его защиты. В этом моменте понимания основной функции государства Петражицкий солидаризировался с либеральной концепцией юснатурализма как она сформулирована, например, в теории общественного договора, хотя, конечно, он не сводил все право к индивидуальным правам и свободам. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Методологические  и философские  основы теории 

В освещении  правовых явлений и самой природы  права Л.И. Петражицкий в методологическом и философском отношении следовал началам позитивной философии, но при  этом проявил большую самостоятельность и оригинальность.

В решении  проблемы соотношения морали и права  стремился отойти от конфронтации либералов  и консерваторов, с одной стороны, и методологических разногласий  теоретиков права и философов  права - с другой. Ученый не отрицал значение культурной традиции, но вместе с тем поддерживал либеральную идею автономии права от государства. Он стремился рассматривать право в связи с развитием культуры в целом для того, чтобы создать такую теорию права, которая могла бы стать методологической основой как профессиональной юриспруденции, так и правосознания российского общества в целом, тяготеющего к недооценке права в пользу морали. 

В целях  установления научной теории поведения  людей и животных Л.И. Петражицкий  предлагает различать два класса эмоций:

1) Специальные эмоции (специальные импульсии), которые имеют тенденцию превращать организм (индивидуальный психофизический аппарат, вообще годный для производства многих и весьма различных действий) на время в аппарат, специально приноровленный к исполнению определенной биологической функции и действующий в этом направлении, т. е. вызывать соответственные движения (сокращения мускулов) и бесчисленные вспомогательные физиологические и психические (интеллектуальные, волевые и чувственные) процессы.

В качестве примера действия таких эмоций автор  приводит следующий: так, голод-аппетит  приводит к появлению представлений  и мыслей, касающихся пищи и еды, чем сильнее голод, доходящих  до бреда и галлюцинаций; вытеснению прочих интеллектуальных, эмоциональных и волевых процессов и т.д.

2) Абстрактные или бланкетные эмоции имеются наряду со специальными эмоциями в нашей психике и играют весьма важную роль в жизни. Такие эмоции могут служить побуждением к любому поведению, а именно, они побуждают к тем действиям, представления о которых переживаются в связи с ними. Л.И. Петражицкий относит к таким эмоциям эмоции, возбуждаемые обращенными к нам велениями и запретами. Так, резкие приказы и запреты, высказанные строго-внушительным тоном, действуют как электрический ток и приводят к выполнению содержания повелений.  

Этические эмоции

Сообщенные  выше общие психологические положения  дают Л.И. Петражицкому возможность  решить проблемы, связанные с природой нравственности и права.

Для этого  правовед выделяет два класса нормативных переживаний: эстетические эмоции и этические эмоции.

1) Эстетические  эмоции переживаются часто не  только по адресу разных человеческих  поступков, но и по адресу  разных иных явлений и предметов,  называемых в таких случаях  красивыми, прекрасными (при наличности притягательной эстетической эмоции) или некрасивыми, безобразными, гадкими (при наличности отталкивающей эстетической эмоции). Как отмечает Л.И. Петражицкий, именно на сочетаниях разных представлений с этими эмоциями покоятся так называемые правила приличия, правила доброго тона, обращения в обществе, элегантности. Эстетические эмоции восстают против грамматических, стилистических погрешностей в речи.

2) Этические  эмоции (эмоции долга, обязанности)  представляют для исследования природы нравственности и права гораздо больший интерес. Этические эмоции переживаются человеком и управляют его поведением весьма часто. Но, как и многие другие эмоции, они обыкновенно для субъекта незаметны, не поддаются различению и наблюдению, a во всяком случае ясному и отчетливому познанию.

Понятие права и его  отличие от нравственности

Понятие права охватывает с позиции Л.И. Петражицкого:

1) все  правовые нормы - императивно-атрибутивные  нормы (т.н. объективное право),

2) все  правовые обязанности - долги одних, активно закрепленные за другими (т.н. субъективное право).

В своем  труде правовед много времени  уделяет разграничению понятий  права и нравственности и выделяет их отличительные признаки:

1) Нормы  права и нормы нравственности  представляются обременяющими, но только нормы права могут быть наделяющими.

2) В  нравственности имеются только  односторонние обязанности, в  праве -- правоотношения, представляющие  для одних обязанности, для  других права.

3) Сознание  правового долга, т. е. вместе  с тем и права другого, оказывает более сильное давление на поведение, вызывает более успешно соответствующее поведение, нежели сознание чисто нравственного долга, без права для другого. Таким образом, оказывая более сильное и решительное давление на поведение, чем нравственность, право тем самым оказывает и сильное воспитательное действие на индивидуальную и массовую психику, чем нравственность. 

Виды  права

Л.И. Петражицкий  предлагал выделять больше видов  права, чем современная ему юриспруденция.

1) Позитивное  право 

2) Интуитивное  право 

Соотношение же позитивного и интуитивного права  проявляется, по мнению автора, в трех областях:

1) сфера  действия исключительно позитивного  права (например, в распорядительной  сфере государства);

2) сфера  действия исключительно интуитивного права (человек выполнял вследствие возникшей двусторонней эмоции обязательства по отношению к другому человеку, которые не были зафиксированы ни в одной норме);

3) сфера  параллельного существования и  действия обоих видов права  (сфера семьи).

Ставя вопрос о соотношении позитивного и интуитивного права, Л.И. Петражицкий отмечал, что интуитивное право, если оно приобретает массовое распространение, устойчивость, может ограничивать позитивное право (законодательство). Если же интуитивное право проявляется достаточно редко, его значение и влияние на позитивное право снижается.

Интуитивное право, как отмечал Петражицкий, содержит в себе тенденцию к позитивации. «Этим объясняется отчасти инстинктивное, отчасти сознательное, но повсеместно  замечаемое стремление людей к выработке, признанию и уважению так называемого позитивного права, права, определяемого по однообразным для всех внешне распознаваемым признакам».

Л.И. Петражицкий  выделял особый вид позитивного  права - официальное право, к которому он относил нормативные акты, судебные решения. Автор называл официальное право самым эффективным видом права среди других разновидностей позитивного права.

Официальное право определяется Л.И. Петражицким  как особый вид позитивного права, посредством которого государство влияет на эмоциональную сферу в прогрессивную сторону.

Но есть также, по Петражицкому, и неофициальное право, появляющееся во всех сферах жизни людей, где в их сознании возникают императивно-атрибутивные переживания. Получается, что в каждой обособленной группе людей формируется свое право наряду с официальным правом. В качестве примера неофициального права правовед приводит «детское право», складывающееся в психике детей; «разбойное право», складывающееся в психике разбойников, и т.д.

Таким образом, под неофициальным, интуитивным  правом понимается существование таких  обязанностей в поведении тех или иных лиц, которые не регламентируются непосредственно нормативными актами государства.

Официальное право, по Петражицкому, представляет собой «совершенно микроскопическую величину» по сравнению с тем необъятным множеством жизненных ситуаций, которые регулируются интуитивным правом¹. Л.И. Петражицкий приписывает интуитивному праву как явлению весьма подвижному, живому, гибко реагирующему на запросы времени все более возрастающую роль в жизни общества.

Очень актуальным представляется позиция  автора о том, что для развития и процветания общества официальное право должно вобрать в себя прогрессивные положения интуитивного права, прежде всего, аксиомы интуитивного порядка, выраженные в понятии «справедливость».

Именно  «сознание справедливости оказывает  давление на разработку, толкование и применение права и является (мирно или революционно действующим) фактором создания, разрушения и изменения позитивного права» в ходе неизбежного конфликта между позитивным правом и правом интуитивным. Отсюда следует вывод о том, что официальное право, нарушающее аксиомы интуитивного права, утрачивает справедливый и действенный характер и подлежит отмене. 
 
 
 
 
 
 
 
 

Возникновение психологической  теории права 

Возникновение психологических концепций права  было связано с процессом становления психологии как самостоятельной отрасли знаний. Интерес обществоведов к проблемам психологической науки заметно возрос на рубеже XIX—XX вв., когда в ней возобладали экспериментальные методы исследований и начали складываться крупные научные школы, разошедшиеся в трактовке психики человека (рефлексология, бихевиоризм, фрейдизм и др.). Воспринятые социологами и юристами, идеи этих школ положили начало формированию новых направлений в общественно-политической мысли.

Оригинальную  психологическую теорию права выдвинул Лев Иосифович Петражицкий. Его взгляды наиболее полно изложены в книге "Теория права и государства в связи с теорией нравственности" (1907 г.).

Петражицкий исходил из того, что право коренится  в психике индивида. Юрист поступит ошибочно, утверждал он, если станет отыскивать правовой феномен "где-то в пространстве над или между людьми, в "социальной среде" и т.п., между тем как этот феномен происходит у него самого, в голове, в его же психике, и только там". Интерпретация права с позиции психологии индивида, считал Петражицкий, позволяет поставить юридическую науку на почву достоверных знаний, полученных путем самонаблюдения (методом интроспекции) либо наблюдений за поступками других лиц.

Источником  права, по убеждению теоретика, выступают эмоции человека. Свою концепцию Петражицкий называл "эмоциональная теория" и противопоставлял ее иным психологическим трактовкам права, исходившим из таких понятий, как воля или коллективные переживания в сознании индивидов.

Эмоции  служат главным побудительным ("моторным") элементом психики. Именно они заставляют людей совершать поступки. Петражицкий различал два вида эмоций, определяющих отношения между людьми: моральные и правовые. Моральные эмоции являются односторонними и связанными с осознанием человеком своей обязанности, или долга. Нормы морали — это внутренние императивы. Если мы подаем из чувства долга милостыню, приводил пример Петражицкий, то у нас не возникает представлений, что нищий вправе требовать какие-то деньги. Совершенно иное дело — правовые эмоции. Чувство долга (обязанности) сопровождается в них представлением о правомочиях других лиц, и наоборот. "Наше право есть не что иное, как закрепленный за нами, принадлежащий нам — как наше добро — долг другого лица". Правовые эмоции являются двусторонними, а возникающие из них правовые нормы носят атрибутивно-императивный (предоставительно-обязывающий) характер.

Теория  Петражицкого безгранично расширяла  понятие права. Он считал правовыми  любые эмоциональные переживания, связанные с представлениями о взаимных правах и обязанностях. Петражицкий относил к правовым нормам правила различных игр, в том числе детских, правила вежливости, этикета и т.п. В его сочинениях специально оговаривалось, что правовые нормы создаются не путем согласования эмоций участников общественных отношений, а каждым индивидом в отдельности: "Переживания, которые имеются в психике лишь одного индивида и не встречают признания со стороны других, не перестают быть правом". На этом основании Петражицкий допускал существование правовых отношений с неодушевленными предметами, животными и нереальными субъектами, такими, как бог или дьявол.

Приведенные высказывания вызвали резкую критику  в отечественной литературе. Юристы нередко обращали внимание на абсурдность  отдельных выражений Петражицкого, не замечая, что за ними стоит теоретическая проблема. Петражицкий стремился найти универсальную формулу права, которая охватывала бы различные типы правопонимания, известные истории (включая договоры с богом и дьяволом в правовых системах прошлого). Его концепция явилась одной из первых попыток, теоретически во многом незрелой, проследить формирование юридических норм в правосознании.

Многочисленные  правовые нормы, создаваемые индивидами, неизбежно вступают в противоречия друг с другом, указывал Петражицкий. На ранних этапах истории способом их обеспечения выступало самоуправство, т.е. защита нарушенного права самим индивидом или группой близких ему лиц. С развитием культуры правовая защита и репрессия упорядочиваются: возникает система фиксированных юридических норм в форме обычаев и законов, появляются учреждения общественной власти (суд, органы исполнения наказаний и т.п.). Монополизируя функции принуждения, государственная власть способствует "определенности права".

Развитие  обычаев и законодательства вместе с тем не вытесняет полностью индивидуальные правовые переживания, утверждал Петражицкий. В современных государствах наряду с официально признанным правом существует, по его мнению, множество систем интуитивного права, как, например, право зажиточных слоев, мещанское право, крестьянское, пролетарское, право преступных организаций. Психологическая теория в этом отношении приближалась к идеям правового плюрализма, однако право социальных классов и групп в ней было истолковано индивидуалистически. "Интуитивных прав столько, сколько индивидов", — подчеркивал Петражицкий.

Соотношение интуитивного и официального права, по теории Петражицкого, в каждой стране зависит от уровня развития культуры, состояния народной психики. Россия является "царством интуитивного права по преимуществу". В ее состав входят народы, стоящие на разных ступенях развития, с множеством национальных правовых систем и религий. К тому же, полагал ученый, российское законодательство находится в неудовлетворительном состоянии, а его применение сплошь и рядом подменяется официальным действием интуитивно-правовых убеждений. Петражицкий ратовал за проведение в стране унификации позитивного права, создание полного свода российских законов. Передовое законодательство, по его словам, ускоряет развитие менее культурных слоев общества.

Одновременно  Петражицкий подчеркивал недопустимость возведения интуитивного права даже наиболее образованных социальных классов  в масштаб для оценки действующих  законов. Реформы законодательства, как он полагал, необходимо проводить на основе научных знаний. В связи с этим им выдвигался проект создания особой научной дисциплины — политики права. С точки зрения Петражицкого философия права распадается на две самостоятельные науки: теорию права и политику права. Теория права должна быть позитивной наукой, без каких-либо элементов идеализма и метафизики. Политика права как прикладная дисциплина призвана соединить знания о праве с общественным идеалом, т.е. представить научное решение проблемы, составлявшей содержание прежних естественно-правовых учений.

Петражицкий не оставил подробных рекомендаций относительно практического осуществления  политики права. Свою задачу он видел  в том, чтобы наметить отправные  принципы новой юридической науки, обосновать ее необходимость. Вполне ясно ему было одно: главенствующее положение в правовой политике государства должны занимать не принудительные меры, а механизмы воспитательного и мотивационного воздействия на поведение людей. Лишь с помощью таких механизмов официальное право способно направить развитие народной психики к общему благу.

Общественно-политические идеалы Петражицкого были близки к  этическому социализму, получившему  распространение в России на рубеже XIX—XX вв. Для современной эпохи, отмечал  он, характерны процессы "социализации производства", замены "деспотического режима системой государственного и общинного самоуправления". В будущем право изживет себя и уступит место нормам нравственного поведения. "Вообще право существует из-за невоспитанности, дефектности человеческой психики, и его задача состоит в том, чтобы сделать себя лишним и быть упраздненным".

Учение  Петражицкого пользовалось большой  популярностью среди сторонников  партии кадетов. Под влиянием его  идей происходило формирование взглядов многих представителей немарксистского социализма в России того времени (Г. Д. Гурвич, П. А. Сорокин и др.). Сближению психологической концепции права с марксизмом способствовал М. А. Рейснер, один из первых советских правоведов. Восприятие марксистами учения Петражицкого о воспитательной роли права облегчалось тем, что в документах российской социал-демократии и в Конституции РСФСР 1918 г. социализм определялся как безгосударственный строй (с утверждением сталинизма и теории советского социалистического государства последователи Рейснера были подвергнуты идеологическому шельмованию за пропаганду надклассовой этики).

Правовая  доктрина Петражицкого привлекла внимание социологов к проблемам нормативной  природы и структуры правосознания, стимулировала исследования в области  юридической психологии. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Заключение 

По мысли  создателя психологической теории, проблему определения того, какое  право должно защищать государство, необходимо разрешать при помощи политики права. Политика права должна придти на смену концепциям естественного права и указывать путь к общественному идеалу. Она призвана совершенствовать человеческую психику, очищая ее от асоциальных наклонностей, и направлять индивидуальное и массовое поведение посредством соответственной правовой мотивации в сторону общего блага. Как уже было отмечено, свой общественный идеал Петражицкий видел в “достижении совершенного социального характера” и в “господстве действенной любви в человечестве”.

Психологическая теория права Петражицкого, несмотря на ее явные просчеты, дала серьезнейший толчок развитию правовой мысли не только в России, но и далеко за ее пределами. Интересно, что современник создателя психологической теории, сам незаурядный мыслитель и правовед Б.П. Вышеславцев, полагал, что наилучший анализ сущности права дал "величайший современный русский юрист" Петражицкий. При этом Вышеславцев был уверен, что если устранить субъективизм его теории, считающей себя психологией права, "то мы получим настоящую феноменологию права, формулированную с редкой отчетливостью и глубиной, со свойственной этому ученому исключительным проникновением в стихию права".

Идеи  Петражицкого удачно развивал его ученик, профессор юридического факультета Петроградского университета П.А. Сорокин (1889-1968). Ему удалось связать правовую теорию с социологией и после вынужденной эмиграции из России в Америку стать одним из выдающихся социологов современности.  
 
 

Список  использованной литературы: 

1. А.В. Поляков. Российский правовой дискурс и идея коммуникации

  (Психологическая теория права Льва Петражицкого).

2. http://www.bibliotekar.ru/istoria-politicheskih-i-pravovyh-ucheniy-1/142.htm
3. http://society.polbu.ru/polyakov_communi/ch03_all.html
4. Петражицкий  Л. И. «Теория  права  и государства  в  связи с  теорией  нравственности».  2-е изд.1909