Национализация

Национализация  ресурсов

Национализация — передача в собственность государства  земли, промышленных предприятий, банков, транспорта или другого имущества, принадлежащего частным лицам или  акционерным обществам. Национализация может осуществляться через безвозмездную  экспроприацию, полный или частичный  выкуп.

Национализация в истории:

• Национализация крупной промышленности и банков в Советской России в 1917—1920
• Национализация нефтедобычи в Мексике в 1938 правительством Ласаро Карденаса
• Национализация ряда отраслей промышленности в Великобритании в 1940-х годах
• Национализация Суэцкого канала правительством Египта в 1956 (см. Суэцкий кризис)
• Национализация горнорудной промышленности в Чили в 70-х годах (при президенте Сальвадоре Альенде)
• Национализация нефтедобычи в Венесуэле в 1976 г.
• 24 марта 2011 года термин «национализация» ввел в законодательство Казахстан

Венесуэла - Национализация народного достояния

Вся современная история  Венесуэлы связана с историей эксплуатации её нефтяных ресурсов.

Нефть в Венесуэле была открыта в 1922 году. До национализации 1976 нефтяные месторождения разрабатывались на основе концессий, среди владельцев которых сначала преобладали компании Великобритании, а с конца 1920-х — корпорации США. Согласно условиям концессий, их владельцам принадлежало добытое сырьё, и они же устанавливали на него цены. Государство же получало крайне низкую концессионную пошлину, плату за недра (роялти), пропорциональную объёму производства, и налог на прибыль.

За период с 1917 по 1975 общий  размер доходов иностранных нефтяных корпораций в Венесуэле превысил $200 млрд, тогда как государство  получило лишь около $45 млрд.

История экономического развития. Валовой внутренний продукт (ВВП) Венесуэлы  — совокупность произведенных в  стране товаров и услуг — составил в 2002 приблизительно 131,7 млрд долл., а  средний доход на душу населения  был самым высоким в Латинской  Америке. Столь резкое преображение страны объясняется одной причиной — высоким уровнем нефтедобычи.

С начала 1920-х до конца 1960-х  годов происходил быстрый рост нефтяной индустрии. Нефть обеспечивала более 90 % доходов Венесуэлы от экспорта и 60 % государственных доходов, составляя почти 25 % ВВП; именно нефтью объясняется большой объём иностранных инвестиций. Налоги и различные отчисления, выплачиваемые предприятиями нефтяной промышленности, позволили развернуть обширную программу общественных работ и предоставить кредиты многим частным предпринимателям. Валютные поступления от экспорта нефти позволяют закупать за рубежом не только потребительские товары, но и товары производственного назначения в достаточном объёме, что способствует быстрому росту производства.

После падения диктатуры  Хименеса в 1958 правительство взяло  курс на более сбалансированное экономическое  развитие. Увеличились затраты на образование, поощрялись капиталовложения в обрабатывающую промышленность, часть  средств была направлена на развитие внутренних областей страны. В период с 1958 по 1970 темп экономического роста  составлял 6,1 % в год. С 1961 по 1971 количество людей, занятых в обрабатывающей промышленности и торговле, удвоилось.

В 1959 правительство Венесуэлы  повысило налог на прибыль нефтяных компаний с 26 % до 45 %, а к началу 1970-х  — до 50 % и выше. Стал меняться и  порядок определения цен на нефть, после того как в 1960 была образована ОПЕК, одним из создателей которой стала Венесуэла.

В 1976 при президенте Карлосе  Пересе нефтяная промышленность Венесуэлы  была национализирована, однако Венесуэла  не смогла эффективно использовать создавшиеся  возможности и возросшие поступления  от экспорта нефти для увеличения собственного нефтедобывающего потенциала, развития обрабатывающей промышленности, создания многоотраслевого хозяйства, снижения зависимости экономики  Венесуэлы от нефти.

Государственная нефтяная компания Petroleos de Venezuela SA (PDVSA) работала крайне неэффективно, расходуя значительные средства на дорогостоящие  и амбициозные проекты, жалование  высокопоставленным работникам. Несмотря на высокие цены на нефть, вырос внешний долг.

В конце 1980-х резкое снижение нефтяных цен на мировом рынке  привело к экономическому кризису[1]. В 1989 президент Карлос Перес, вновь  избранный на этот пост, начал осуществление  программы экономической стабилизации и структурной перестройки, разработанной  по инициативе МВФ, однако предпринятая им шоковая терапия вызвала массовое недовольство населения, и Перес был отстранен от власти.

Недостаток собственных  ресурсов для развития нефтяной промышленности вынудил президента Рафаэля Кальдера вновь открыть эту отрасль  для иностранных консорциумов, которые  занялись разведкой и разработкой  месторождений легкой и средней  нефти на условиях раздела продукции.

В 1973—1974 цены на нефть на мировом рынке, а следовательно, и доходы Венесуэлы от экспорта нефти  выросли на 400 %. Это дало правительству  средства для осуществления далеко идущих планов, включавших развитие сельского хозяйства, гидроэнергетики и новых отраслей тяжелой промышленности, особенно металлургической; строительство промышленных предприятий предполагалось в восточной части Венесуэлы — в Сьюдад-Гуаяне и других городах. Темп экономического роста в 1970—1977 составлял 5,7 % в год. После 1977 в экономике наблюдался застой. В 1986 объём ВВП Венесуэлы был даже ниже, чем в 1977. Снижение ВВП по сравнению с предшествующим годом зафиксировано в 1989 и ещё раз — в 1994. За период с 1965 по 1979 ВВП вырос на 93 %, однако с 1979 по 1995 прирост составил лишь 25 %. Пытаясь добиться стабилизации в экономике, сменявшие друг друга правительства принимали меры по усилению рыночного сектора в экономике. В 1989 администрация Переса приняла программу жесткой экономии и сокращения расходов, что привело к волнениям и вспышкам насилия. В 1994 и 1995 правительство Кальдеры следовало провозглашенной им во время избирательной кампании более либеральной программе (отчасти имевшей популистский характер), однако в 1996 приняло неолиберальную программу, предусматривавшую новые соглашения о займах с Международным валютным фондом и проведение структурной перестройки экономики.

С приходом к власти Уго  Чавеса (1999) был принят закон, предполагающий усиление роли государства и увеличение налогообложения в нефтяной сфере (2002). Доля государства в нефтеразведке  и нефтедобыче была установлена  на уровне не ниже 51 %. Значительно увеличена  и плата за недра — роялти. Недовольный реформами персонал PDVSA начал бастовать, но в длившейся  почти два года борьбе с забастовщиками Чавесу удалось одержать победу: в  начале 2003 около 18 000 работников компании (то есть почти половина персонала) были уволены. Чавесу удалось полностью  поставить деятельность компании под свой контроль.

Внутренние цены на бензин в Венесуэле с 1998 г. сохранялись  на уровне 0,03 доллара США за литр и были самыми низкими в мире. В конце января 2007 президент Венесуэлы  Уго Чавес объявил об увеличении внутренних цен на бензин до 0,05 долларов США за литр.

Половина нефти, добываемой в Венесуэле, экспортируется в США. Венесуэльская нефть на конец 2006 года составляла 13 % нефтяного импорта США.

В начале января 2007 Уго Чавес  объявил о предстоящей национализации крупнейших в Венесуэле телекоммуникационной и электроэнергетической компаний — Compania Nacional de Telefonos de Venezuela (CANTV) и EdC, контролируемых американскими фирмами. Речь идёт также  о намерении Венесуэлы получить контрольный пакет акций добывающих и нефтеперерабатывающих предприятий  «ExxonMobil», Shevron, Total, ConocoPhillips, Statoil, BP. По словам Чавеса, он намерен строить «социализм XXI века».

 

 

 

Президент Венесуэлы Уго  Чавес, переизбранный на новый шестилетний  срок, продолжает в Венесуэле национализацию. Президент подготовил законы, которые  должны вернуть под контроль государства  нефтеперерабатывающие заводы, принадлежащие  американским компаниям. Также должны быть национализированы предприятия  сферы телекоммуникаций, электроэнергетики  и водоснабжения. Следует установить общественную собственность на стратегические средства производства страны, подчеркнул Чавес.

"Мать всех революционных  законов" – именно так назвал  президент Венесуэлы Уго Чавес  готовящийся пакет законов, которые  должны наделить его полномочиями  для дальнейшей национализации  ключевых предприятий страны. В  первую очередь изменения коснутся  нефтеперерабатывающих предприятий,  которые в настоящий момент  контролируются иностранными компаниями  – в основном американскими.  НПЗ, работающие с тяжелой нефтью, составляют основу нефтяной промышленности  Венесуэлы. "В районе Ориноко…  международные компании контролируют  и полностью управляют процессом  переработки тяжелой нефти… они  должны быть переданы венесуэльцам", - заявил переизбранный президент,  принося президентскую клятву перед кабинетом министров.

Как сообщает AFP, президент  Чавес пообещал, что новые экономические  реформы будут еще более серьезными, чем в 2001 году, когда изменения  земельного законодательства привели  к массовым протестам со стороны  бизнесменов и социальным волнениям. "Если в 2001 году на социально-экономическую  структуру страны было оказано серьезное  воздействие, то на этот раз изменения  экономической ситуации будут еще  мощнее", - заявил Чавес. "Давайте  вернем наши стратегические средства производства… все, что было приватизировано, должно быть национализировано", - объяснил свою цель президент. В результате экономических  преобразований в Венесуэле своей  собственности могут лишиться американские компании Chevron и Texaco, а также французская Total.

Президент не раскрыл деталей, как именно будет проводиться  национализация, однако сообщил о  начале "глубокой реформы" конституции, которая должна превратить Боливарскую  Республику Венесуэлу, объявленную  в 1999 году, в Социалистическую Республику Венесуэлу.

На строительство социализма Чавес предложил израсходовать  часть золотовалютных резервов Центрального банка. 7 млрд долларов из 37 млрд будут  перечислены в фонд национального  развития. Кроме того, Чавес заявил, что Центробанк "не должен быть независимым", так как это "неолиберальная концепция".

Между тем, сообщение о  новых экономических преобразованиях  уже сказались на курсе национальной валюты. Как сообщает "Интерфакс", курс боливара к доллару США упал в понедельник на 17% - до рекордного минимума 4,062 боливара за один американский доллар. За последние шесть месяцев 2006 года стоимость боливара относительно американской валюты упала на 54%. Обвалились и котировки акций компаний, которые планируется национализировать.

Второй президентский  срок Чавеса, одержавшего победу на выборах 3 декабря 2006 года, официально начнется с 10 января 2007 года и продлится  до 2013 года. Чавес также контролирует законодательное собрание Венесуэлы, так как оппозиция бойкотировала последние выборы в парламент.

Во вторник 9 января стало  известно, что Венесуэла проводит консультации с членами Организации  стран экспортеров нефти (ОПЕК) для  проведения внеочередной встречи с  целью не допустить падения мировых  цен на нефть.

  Президент Венесуэлы Уго Чавес заявил, что не признает решение международных арбитражей о выплате компенсации американской нефтяной компании Exxon Mobil Corporation (Public, NYSE:XOM).

Не так давно Арбитражный  суд международной торговой палаты в Париже постановил, что венесуэльская  государственная нефтяная компания Petroleos de Venezuela (PDVSA) обязана выплатить Exxon компенсацию в размере 908 млн  долл. В своей речи брат Уго заявил, что международные компании изъяли из недр Венесуэлы богатства на многие миллиарды долларов, и «акулы империализма»  не могут рассчитывать даже на поздравление с профессиональным праздником.

Кроме того, президент Венесуэлы  отдал правительству распоряжение о выходе страны из Международного центра урегулированию инвестиционных споров Всемирного банка (ICSID).

Сама Exxon Mobil оценивает свой ущерб от национализации активов  в Венесуэле в 7 млрд долл., и именно такую сумму требует от властей  страны. Как отмечают в компании, ICSID рассмотрит этот иск в феврале 2012г.

В то же время PDVSA согласна выплатить  лишь 255 млн долл. PDVSA учитывает свои средства в 300 млн долл., замороженные на счетах в США в связи с  национализацией бизнеса Exxon Mobil в  Венесуэле. Также будут учтены требования PDVSA к Exxon Mobil на сумму 160 млн долл. и  долг в размере 191 млн долл. перед  венесуэльской компанией, связанный  с разработкой одного из месторождений.

Другая нефтяная компания — ConocoPhillips (Public, NYSE:COP) оценивает свой ущерб от потери активов в Венесуэле  в 20 млрд долл. и также направила  соответствующие иски в международные  суды.

Причины нациолизаций венесуэльских властей

Во-первых, национализируя потребительскую  сферу, правительство предполагает, что контроль над ценами и наличие  в руках государства предприятий, производящих продовольствие, позволят снизить темпы инфляции и избежать резкого роста цен даже в случае снижения курса национальной валюты. Как известно, правительство Чавеса отказалось от девальвации, обосновав  это тем, что не желает снижать  внутренний спрос и покупательную  способность населения в зависимой  от импорта экономике. Такая мера, в свою очередь, означает снижение возможностей государства по инвестированию в проекты преобразований в стране из-за снижения экспортных поступлений, но правительство действует в интересах широких слоев населения.

Одновременно это означает, что Чавес больше не хочет вести  с частным бизнесом любопытную игру (которая ведется уже довольно давно). За последние годы массированные  государственные вложения и меры по перераспределению сверхдоходов от экспорта сырья привели к гигантскому  росту благосостояния «среднего  класса» Венесуэлы. Следствием этого  стал потребительский бум. Рост потребления  внутри страны привел, в свою очередь, к большой заинтересованности иностранных  компаний, ухватившихся за новый рынок  сбыта. Правительство Чавеса увидело  в этой ситуации шанс навязать компаниям  ряд ограничений, направленных на улучшение  социального положения беднейших  слоев венесуэльского общества –  например, продовольственные компании обязали производить определенный объем продовольствия по твердым  ценам.

n:justify">Теперь хрупкий консенсус  подорван мировым экономическим  кризисом, так как компании, испытывающие внутренние трудности, идут на нарушение  соглашений, что заставляет правительство  стать более активным игроком  на рынке. К тому же государство хочет  частично компенсировать потерю экспортной выручки за счет поступлений от продажи  продовольствия на внутреннем рынке, доходы от которых теперь будут поступать  в казну полностью, а не только в виде налогов.

Вместе с тем Чавес  провел через конгресс, контролируемый Единой социалистической партией Венесуэлы, меры, которые позволяют переводить под государственный контроль объекты  инфраструктуры, ранее находившиеся в ведении местных органов  власти, если они не поддерживают их в надлежащем состоянии. Уже через  несколько дней Чавес воспользовался новым правом и объявил о занятии  портов и аэропортов. Эта мера направлена на сосредоточение экономической власти в руках государства, но на этот раз  противником правительства является не частный бизнес, всячески старающийся  обойти социально-экономические меры регуляции. Дело в том, что на последних  выборах в ноябре 2008 года оппозиция  заметно усилила свои позиции  на муниципальном уровне, получив, в  том числе, и пост мэра Каракаса. Сложившееся положение создает  проблемы для правительства, поэтому  Чавес пошел на передачу объектов инфраструктуры в ведение центрального правительства. Он заявил: «Мы собираемся занять порты и аэропорты по всей республике, кто хочет, может сопротивляться, но это закон республики». Действия Чавеса направлены на сокращение полномочий органов местного самоуправления. В  краткосрочной перспективе они  позволят Чавесу консолидировать власть в стране и противостоять последствиям экономического кризиса, но в целом  сокращение полномочий является серьезной  угрозой процессу демократической  революции в Венесуэле.

 

Мнения политиков  рахныз стран о нациолизаций ресурсов  венесуэльских властей

Президент Венесуэлы - Великий  Уго Чавес выступил с угрозой  очередного этапа национализации , которая теперь может затронуть  частные банки и крупнейшие в  стране сталелитейные компании . В  этом году Чавес уже фактически осуществил экспроприацию энергетического  сектора .В то же время Чавес , дает шанс избежать этой участи другим отрослям , предложив сталелитейной компании Ternym-Sidor и банкам больше отвечать << Национальным интересам >> . По его  словам , банкам нужно в первую очередь  обращать внимание на внутренние льготные кредиты для народа Венесуэлы , а  завод должен поставлять на рынок  страны больше дешевой продукции . << Если они сейчас же не согласятся на изменения в процессе и не станут работать больше на внутренний рынок  в интересах Республики , они вынудят  национализировать компанию , как  я сделал это с ( телефонной компанией ) CANTV >> , сказал Чавес , говоря о Ternym- Sidor . В то же время Венесуэла закончила  нацонализацию нефтяных ресурсов . Все скважины , которые ранее принадлежали иностранным корпорациям , полностью  перешли под контроль государства . Эту новость сообщил гражданам  президент Уго Чавес , - << Эту  церемонию можно назвать исторической . Мы , наконец , завершаем ошибочный  период нашей новейшей истории , которая  была начат больше 10 лет назад . Уходит в прошлое время разграбления наших национальных ресурсов >>. << Национализация природных ресурсов необходима для построения СОЦИАЛИЗМА >> , заявил Чавес . После прихода  к власти в 1999г венесуэльский  лидер активно борется с империализмом , считая его злом , которое исходит  от США .Как передаёт российская телекомпания НТВ , по самым общим оценкам , итоговый запас венесуэльских месторождений  нефти , составляет более 200 миллиардов баррелей .

 По материалам газеты << Молния>>. Трудовая Россия .

 

 Пример Боливара .

Я хочу закончить цитатой  Симона Боливара : << Самая совершенная  система управления - такая , которая  производит максимальное возможное  количество счастья , наибольший объём  социальной защиты и наиболее высокий  уровень политической стабильности >>. Я считаю , что это программа  президента Чавеса ,и я думаю , что  эта программа , которая бросает  вызов глоболизации ,- программа  радикальной современности и  исключительного качества .

 Игнасио Рамонэ ,

 Французсский журналист  Le Monde Diplomatique.

 

 Венесуэла показывает , что иной мир возможен .

Все умозрительные схемы  революционного процесса в странах << третьего мира >> рассыпаются  в случае с Венесуэлой . Правительство  Чавеса , после того как оно устояло во время попытки переворота в апреле 2002г благодоря мобилизации рабочих масс и армейских соединений , может быть охарактеризовано как государство рабочих и крестьян в эмбриональном состоянии , оприающееся на вооружённые силы . Венесуэле нужна вся наша солидарность и поддержка , чтобы выиграть идеологическую битву . В настоящее время имеет место гигантский вакуум информации о Венесуэле и постыдный недостаток международной солидарности с ней . То , что мы можем сделать - это образовывать , информировать людей , рассказывать им историю прогрессирующей Социальноц Революции . Если мы это успешно осуществим , это не только изменит лицо всего континента Латинской Америки , но также повсеместно вдохновит людей , что иной мир возможен .

 Корал Вайтнер

 австралийский политический  деятель

 

  Пример интернационализма Боливарианской Революции .

  Прекрасный и жестокий пример Боливарианской Революции не ограничен границами Венесуэлы , он расширяется с каждым днём , распостоняясь на всю Латинскую Америку , на Эквадор , Боливию , Бразилию, Аргентину , процветая и создавая грандиозное объединение людей , которые начинают осознавать свою силу . Фактически , эту угрозу США описывают так : угроза для них самих и их проекта завоевать Мира.

 Катрин Лахэй 

журналист Counterpunch , США .

 

 

  

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Казахстан ввел в  законы термин «национализация»

 

Казахстан впервые ввел в  законодательство понятие «национализация», пообещав прибегать к ней «в крайних  случаях» и выплачивать инвесторам компенсации. Об этом сообщает Reuters.

«Национализация - это процесс  изъятия имущества, который используется только в чрезвычайных случаях, когда  все другие формы изъятия или  согласования с собственниками имущества  исчерпаны», - объяснила министр  экономического развития и торговли Жанар Айтжанова после заседания  правительства Казахстана, где был  представлен принятый закон.

По словам министра, власти Казахстана смогут прибегнуть к национализации только в случае возникновения «угрозы  национальной безопасности» страны. Она не пояснила детали, но дала понять, что правительство позднее конкретизирует «угрозы». «По каждому конкретному  предприятию или имуществу, которое  национализируется, будет готовиться отдельный законопроект», - заявила  она, добавив, что государство гарантирует  выплату рыночной компенсации в  течение двух месяцев после подписания акта о национализации.

Ранее казахстанские чиновники  избегали термина «национализация», предпочитая говорить о «восстановлении  баланса интересов» в спорах с  крупнейшими иностранными нефтекомпаниями, отмечает Reuters.

В последние годы иностранные  операторы нефтегазовых проектов в  Казахстане столкнулись с претензиями  со стороны правоохранительных, налоговых, экологических органов и даже с угрозами разрыва контрактов в  одностороннем порядке. Одновременно Казахстан проявлял желание увеличить  свою долю в этих проектах.

Так, с 2009 года Астана ведет  спор с иностранным консорциумом Karachaganak Petroleum Operating (KPO), ведущим добычу на гигантском нефтегазоконденсатном  месторождении Карачаганак. Власти страны стремятся получить долю в  проекте, который разрабатывают  британская BG и итальянская Eni (доля каждой составляет 32,5 процента), а также Chevron (20 процентов) и «Лукойл» (15 процентов).

В январе 2011 года власти Казахстана оштрафовали KPO на 27 миллионов долларов за «за самовольное и сверхнормативное размещение отходов в окружающей среде». В 2010 году Таможенный комитет  Казахстана взыскал с KPO более 140 миллионов  долларов по итогам проверки консорциума.

В 2008 году Астана удвоила  свою долю (до 16,81 процента) в другом гигантском нефтяном проекте - Кашаган.

 

 

 

 

Мнения казахстанских  политиков и экономистов о  нациолизаций ресурсов

 

Казахстан планирует национализировать  ресурсы

Что интересно, одним из инициаторов  этого движения национализации есть Коммунистическая партия Казахстана.

Идея национализации ресурсов, выдвинутая на прошлой неделе общественным комитетом «Защитим Конституцию», вызвала  в обществе дискуссию. Одни считают, что «давно пора все вернуть», другие предлагают «забирать, но не все», а  третьи боятся оттока инвестиций.

 Мы спросили представителей  гражданского общества Казахстана  о том, насколько эффективной  может быть национализация при  нынешней политической системе  и какие риски сопряжены с  передачей в госсобственность  ранее «прихватизированных» предприятий.

Руки прочь от нефти?

Лидер партии «Руханият» Серикжан Мамбеталин уверен, что национализация не должна касаться нефтяных предприятий. И к тому же сам этот термин, по его мнению, не в полной мере отражает возможные процессы в казахстанском  обществе. Политик предлагает вариант  реприватизации — пересмотр итогов приватизации, которая проходила  в Казахстане с многочисленными  нарушениями.

- Предприятия горнорудной  промышленности, которые были построены  в советское время и куда  был вложен труд советских  людей, можно реприватизировать.  По ним вопросы будут подниматься, -  предполагает Мамбеталин.

Реприватизация может  проходить по разным схемам, и все  зависит от того, какая власть будет  ее проводить. Одной из эффективных  схем управления реприватизированными компаниями Мамбеталин считает создание акционерных обществ на базе предприятий.

- Все доходы от деятельности  таких предприятий могут идти  в бюджет, но государство может  нанять управленцев. За определенный  «управленческий процент» в акциях, к примеру 5—10, эти наемные  менеджеры будут работать. Но  когда менеджмент уходит с  предприятия, он перестает получать  дивиденды с акций. После увольнения  управленцы должны продавать  свою долю другим менеджерам.

Политик уверен, что реприватизация возможна и больших рисков для  имиджа Казахстана как инвестпривлекательной  страны в себе не несет, но только при  соблюдении верховенства закона в стране.

- Инвестиционный климат  зависит от верховенства закона. Если будут соблюдаться законы, любой инвестор придет. Если законы  пишутся для всех по-разному,  то тогда сюда придут авантюристы  всех мастей, - заметил Мамбеталин.

В новой фазе

С политиком не совсем согласна доктор экономических наук, президент  АО «Институт экономических исследований»  при Министерстве экономического развития и торговли РК Жамиля Бопиева. Она считает: если уж и проводить национализацию, то в стратегических отраслях экономики, а для Казахстана это в первую очередь нефтегазовый сектор.

- Государство должно наращивать  свое присутствие путем выкупа  определенной части, а уже потом  через анонсируемый инструмент  «народного IPO» сделать средних  казахстанцев миноритарными собственниками  этих компаний, - объяснила свое  видение национализации г-жа Бопиева. -  Сами миноритарии будут требовать  от руководства более прозрачного  и подотчетного менеджмента.

Отчасти, по мнению доктора  наук, это связано с тем, что  мировая практика гласит: государство  — плохой предприниматель. Однако контроль над стратегическими отраслями  экономики дает больше маневра в  государственном управлении. Ведь главной  задачей крупного бизнеса является даже не создание большего числа рабочих  мест, а устойчивость экономики.

Что касается плюсов и минусов  национализации, то она напомнила, как  мы в начале своей независимости  прошли период приватизации, а сейчас, по всей видимости, вступаем в фазу национализации, позже вновь может  настать фаза приватизации — это  закономерный и переменчивый процесс.

Страшилка для инвесторов

Политолог Эдуард Полетаев в первую очередь обратил внимание на минусы национализации. Он уверен, что  есть риск распугать иностранных  инвесторов.

- Это не может быть  массовым. Казахстан и так тяжело  пережил 90 е годы повальной  приватизации, я не думаю, что  страна и бизнес захотят повторять  это вновь. Национализация возможна, если инвестор не выполняет  свои обязательства, а такое  очень часто бывает в том  же сырьевом секторе.

По мнению эксперта, несложно предугадать возможную реакцию  со стороны иностранных инвесторов, которые могут использовать разнообразные  механизмы для защиты своих интересов. В том числе и политические, так как ни для кого не секрет, по мнению Полетаева, что многие европейские  и американские чиновники являются лоббистами международных корпораций.

Для обеспечения эффективного контроля за расходами и доходами национализированных предприятий  политолог предлагает использовать мировой опыт отчетности и привлекать к контролю гражданское общество:

- Для таких предприятий  нужен серьезный общественный  аудит — создание комиссии  из представителей НПО, которые  могли бы внятно оценивать  реальное состояние дел у этих  компаний.

Вернуть, но не все

По мнению президента фонда  Б. Тайжана Мухтара Тайжана, национализация, т. е. огосударствление, не должна быть конечной целью, потому что государство  — это чиновники, которые всегда плохие собственники, т. к. они лично  никогда не отвечают за результат  работы.

- Так есть в Казахстане, так есть во всем мире. Взять,  например, «КазМунайГаз» или институты  развития. Ведь миллиардные инвестиции  в «Ромпетрол», «Тбилгаз», расходы  институтов развития официально  признаны неэффективными. И никто  за это лично не понес ответственности,  а госфинансы понесли громадные  убытки, - уверен экономист.