Введение

     Целью данной работы  является изучение отношения  науки к религии, и занимаемых ими мест в современном мире. Задача заключается в изучении научного познания, религии, их взаимоотношения  на ранних периодах развития человечества и на современном этапе.

           Каково отношение между религией  и наукой? Согласимы ли они  между собой? Может ли научно  образованный и мыслящий человек  иметь религиозную веру?

     Если  поставить эти вопросы современному русскому образованному - или, вернее, полуобразованному - человеку (ибо подлинно образованных людей на свете мало), то на них последует быстрый и решительный отрицательный ответ. Прежде всего, быть может, найдется немало людей, которые, как бы они ни относились к советской власти и господствующим коммунистическим идеям в других областях, в этом вопросе серьезно верят казенной доктрине, что религия есть "опиум для народа", что она "выдумана" "жрецами" или "попами" для того, чтобы одурачить народные массы, держать их в повиновении и извлекать из этого личные выгоды для касты священников или вообще для господствующих классов. Серьезно спорить с таким взглядом нет никакой надобности; он может быть опровергнут в двух словах, и всякий хоть немного, но подлинно образованный человек знает, что такой взгляд есть одновременно плод и чудовищного невежества, и жалкого недомыслия. История показывает, что все народы мира, первобытные и грубые и самые культурные, имеют религиозные представления и религиозную веру, в том числе и те народы, у которых еще нет никакого деления на классы или сословия; что есть многие народы, у которых вообще нет касты "жрецов" или священников, но которые вместе с тем глубоко религиозны (например, хотя бы народы античного мира). Словом, элементарное историческое образование достаточно, чтобы усмотреть, что религиозная вера никем сознательно не "выдумана", а есть коренное, исконное свойство человеческого духа, что как у всякого народа есть какие-то, никем нарочито не придуманные, а сами собой возникающие представления о добре и зле, о праве и нравственности, какие-то порядки семейной, хозяйственной, общественной жизни, так у всякого народа есть какие-то религиозные верования. А вдобавок к этому нужно лишь небольшое усилие ума, чтобы сообразить, что для того, чтобы "попы" или "жрецы" могли что-нибудь вообще "выдумать" и начать изготовлять свой "опиум", они прежде всего должны существовать; а существовать они могут, лишь когда у народа уже есть религиозная вера. Коротко говоря, при некоторых знаниях и некоторой сообразительности легко увидеть, что люди, верящие, что религия есть только способ одурачения народа, сами наивным образом одурачены, поддались гипнозу невежественных и бессмысленных слов.  
 
 

1. Наука  и научное познание.

     Наука — это мышление специальными понятиями как инструментами познания. Она является особой формой интеллектуального труда, системой деятельности по производству достоверной) (точного) знания. Всеобщим объектом науки выступает система «человек — мир». Объектом частных наук являются отдельные фрагменты мира (например, земная кора нашей планеты), которые вовлечены в сферу практики человека и интересуют его. Предмет же науки — это наиболее важные и существенные стороны объекта, его признаки и свойства, вызывающие интерес для данной отрасли научного познания.

     Наука представляет собой особый вид, или  сферу деятельности человека, где  целью и результатом является система объективных знаний о  внешнем мире и путях его практического  преобразования.

Научное познание всегда системно. Выработанные в ходе познания вещей их образы соединяются и подвергаются рациональной обработке (осмыслению). В итоге формируется совокупность различных идей и представлении о предмете. В ходе дальнейшего познания складываются такие сложные системы знания, как научная теория, научная картина мира и т.д.

     Наука — это и производительная сила. Она закладывает необходимые  предпосылки для изготовления человеком  орудий труда и техники. Без науки  была бы невозможна промышленность, создание разнообразных технологий по производству нужных человеку вещей. Тем самым она становится фактически органическим элементом производительных сил общества. В XX в. наука оказала колоссальное воздействие на развитие всего общественного организма. Совершенно очевидно, что она имеет прямое отношение к богатствам и достижениям человеческой цивилизации.

Научная картина мира есть картина того, как мир устроен и как он движется и развивается. Она является весьма сложным синтезом знаний, целостный  образ мира, получаемый с помощью  различных наук. Существуют также  понятия философской, религиозной картины мира. Научная картина мира — это не только система знания, но и тот идеал, к которому стремится научное незнание.

     Сразу стоит отметить, что научная картина  мира, возникшая из учений Декарта  и Ньютона, отбросила один очень важный момент, присутствовавший как у одного, так и у другого «патриарха»: фигуру Бога. Рациональномеханистнческий образ мира, сформировавшийся в трудах последователей, демонстрирует нам мир как единый и единственный: мир твердой материи, подчиненный жестким законам. Сам по себе он лишен духа, свободы, благодати, он безмолвен и слеп.

Механистическая Вселенная Ньютона состоит из атомов маленьких неделимых частиц, обладающих постоянной формой и массой и связанных таинственным законом  тяготения. Она организована в трехмерное пространство классической эвклидовой геометрии. Это пространство абсолютно, постоянно и всегда находится в покое. Оно представляет собой большое вместилище тел, само по себе нисколько от них не завися и лишь предоставляя им возможность перемещения под воздействием силы притяжения. Точно так же время являет собой чистую длительность, оно абсолютно, автономно и независимо от материального мира. Однородным и неизменным потоком течет оно из прошлого через настоящее в будущее. В целом Вселенная предстает как огромный полностью детерминированный часовой механизм, в котором действует непрерывная цепь взаимосвязанных причин и следствий, Если бы можно было получить точную информацию о каждом звене этой цепи, то стало бы вполне возможным совершенно точно реконструировать любую ситуацию прошлого и предсказывать события будущего без всяких погрешностей.

Вселенная, представленная в виде комплекса  механических систем, развивается без  участия какого бы то ни было сознания и разума. Вся ее история, начиная от «большого взрыва» до сегодняшнего дня результат слепого и стихийного движения материальных масс. Жизнь зарождается в первозданном океане случайно как результат беспорядочных химических реакции, и пойди процесс чуть по-другому, сознание никогда не проявилось бы в бытии. С физикалистской точки зрения появление жизни и сознания не только загадка, но и явление достаточно странное, абсурдное, так как оно противоречит второму началу термодинамики, утверждающему, что всякая сложная система неуклонно стремится стать простой, но не наоборот.

     Полагая человека случайностью, механистическая  наука не интересуется его судьбой, его целями и ценностями, которые  выглядят смешными нелепостями, мгновенной вспышкой сознания в грандиозной  машине бессмысленной Вселенной.

     Мир выглядит как нечеловекоразмерный, бесстрастно уничтожающий все человеческое, да и просто не замечающий его.

Интуиция  как метод научного познания.

Механизм  формирования интуитивного суждения только начинает изучаться в психологии. Но уже ясно, что здесь огромна роль бессознательного. Его взаимодействие с сознанием еще далеко не понято. Оно может протекать, как неосознаваемая длительная подготовительная деятельность, но завершается переходом в сознание в виде вербализуемого суждения, что для науки необходимо. Если этот переход совершается внезапно, как прорыв, то он имеет характер озарения.

     Однако  необходимо подчеркнуть одну, важнейшую  для последующего особенности любое  интуитивное суждение в науке  всегда ограничено одним жестким  условием: оно не должно противоречить ни логике, ни положительному знанию, опыту. Этого требования нет ни в искусстве, ни в религии. Более того, можно утверждать, что такое противоречие для них необходимо, и это обусловливает их коренное отличие от науки.

Можно пойти и дальше утверждать, что сам процесс построения научной системы пронизан интуицией. Как доказал Гегель, даже математика не мо быть полностью дедуктивной системой, построенной по схеме: аксиоматический базис- логика, но должна по мере развития включать все новые постулаты, т.е. является лишь "кусочно-дедуктивной". Но отдельный логический "кусок" может быть огромен, что охватывает, например, всю математику от Евклида до XX в.

Если  в начале XX в. виднейшие математики еще ставили задачу построения математики как чисто логически замкнутой, самодостаточной системы, то к концу века было понято, что не только аксиоматический базис, но даже используем основные понятия не могут быть удовлетворительно обоснованы и определены чисто логически, они вводятся эмпирически, как интуитивно усматриваемые. В результате распространилось убеждение, что математика наука эмпирическая. Более того возникло парадоксальное, но фундаментально важное утверждение, что "основы логики такие же продукты человеческого опыта, как аксиомы евклидовой геометрии (это вполне соответствует сказанному, как ни удивит это многих, Лениным в " философских тетрадях": "Практическая деятельность человека миллиарды раз должна была приводить к повторению различных логических фигур, дабы эти фигуры могли получить значение аксиом"). Довод в пользу этого утверждения можно усмотреть том, что по мере расширения человеческого опыта в процесс познания включаю объекты, для которых классическая логика недостаточна, и уже возникло много неклассических логик" (например, не содержащих "закон исключенного третьего всякое утверждение либо ложно, либо истинно).

2. Религиозное  видение мира.

Раз уж религиозные картины мира существуют, то надо знать, каковы они. Сразу необходимо отметить, что религиозное сознание невозможно без культа: обрядов, ритуалов, богослужений, молитв, и необходимых для этого храмов, утвари и т. д. Культ это особая духовная практика, которая призвана соединить верующего с высшим миром, которая позволяет ему быть услышанным всемогущими божественными силами.

Центральный пункт любой религиозной картины мира- учение о Боге и мире.

Образ Бога или богов, представление о  том, что же являет собой высшая истинная реальность. В развитых монотеистических религиях (т. е. религиях, признающих одного верховного всемогущего Бога) существует два типа богословия: катафатическое и апофатическое. Катафатическое богословие позволяет говорить о Боге и давать ему на человеческом языке характеристики в превосходных степенях: Бог вездесущ, всемогущ, всеблаг и т. д. Апофатическое богословие считает, что Бога можно познать только сердцем, только в откровении, и человеческий язык не в силах выразить божественных качеств, ибо они разительно отличаются от человеческих. Потому в логике Бог может быть определен только отрицательно: он не то, не то и не то... Что касается не богословского, а повседневного сознания, то оно всегда конкретизирует образ Бога и придает ему, как правило, человеческую внешность: облик возвышенный и грозный.

Бог представляет собой высшую власть над земным миром, однако в разных религиях эта власть может быть как безграничной, так и ограниченной. В политеистических представлениях (представлениях о существовании множества богов) главный бог (например, Зевс у древних греков) подчиняется космической необходимости, судьбе так же, как и люди. Ему отмерян свой век, свое время, хотя и гораздо более долгое по сравнению с человеческим. Зевс не создает земного мира и тем более Космоса, не создает их и Будда в буддизме. Будда не только не творец мира, но и не управитель. Он лишь наставляет богов, которых в буддизме огромное множество. В отличие от Зевса, подчиненного слепой судьбе, Будда рождается и умирает по собственному усмотрению, хотя, вообще-то мог бы непрерывно пребывать в состоянии нирваны запредельного высшего блаженства, которое не является ни бытием, ни небытием. Абсолютным всесилием и бессмертием обладает христианский Бог.

Христианский  Бог очень сложная для понимания  фигура (впрочем, на это можно возразить, что религия не требует понимания  умом, а требует эмоционального переживания). Он личный абсолют. т. е. это безличное творящее и законосозидающее начало, именуемое Отец, и в то же время это личность, Иисус Христос, Сын, интимное духовное Ты, навстречу которому открывается душа. Кроме ипостасей Отца и Сына Бог обладает еще и третьим проявлением Духа Святого. Все три лица неслиянны и неразделимы.

Христианский  Бог творит мир из Ничего и самовластно  управляет им: без воли божьей ни один волос не упадет с человеческой головы. В то же время Бог, создавая людей, наделяет их свободой выбора, и  они сами вольны решать, следовать им за небесным Отцом или предаться злу. Это одно из противоречий христианских религиозных представлении: человек и свободен, и предопределен. Богу в христианстве противостоит фигура Дьявола, который является падшим ангелом: он первым извратил дарованную Богом свободу и создал сферу зла. Но Дьявол только обезьяна Бога, он сам не выступает созидательным началом и может лишь переманивать на свою сторону заблудшие души. Таким образом, в христианской картине мира отношение добра и зла несимметрично: Бог всегда сильнее, он заведомый победитель. Он вечен и все ему подвластно.

Какова  пространство в религиях В любом  случае оно удвоено: это пространство обычного эмпирического мира, где  живем мы с вами, и пространство запредельное: Небо и адские слои. В древнем политеизме у тех же греков Олимп, где обитают боги всего лишь тора, хотя и высокая. А вот и в буддизме, и в христианстве Небо весьма сложно устроено. Собственно, в буддизме дается многоступенчатая пространственная модель мира как целого: существует З ступень бытия, причем с каждой ступенью одухотворенность увеличивается. Первые Н ступени называются кармалока, они связаны с кармой законом воздаяния. На самых нижних ступенях расположены обитатели ада, а на верхней - прозрачные божества, пребывающие в неге и блаженстве. С 12й по 27ю ступень простирается рупалока мир духовных форм, а еще выше, 28-З1я ступень находится арупалока мир бесформенного духа, пустоты, называемый также «космическим телом Будды».

Христианство  тоже выстраивает свою иерархию высшего мира, куда входят сонмы ангелов, разных чинов, различающиеся по их близости к Богу. Внизу ангелы в узком смысле слова, архангелы и начала, выше ангелы господства, силы и власти, и в непосредственной близости от божественной. троицы располагаются херувимы, серафимы и престолы. К божественному миру относится сфера рая дивного неземного блаженства, которым упиваются праведные бессмертные души. Противоположностью рая выступает ад, где души грешников расплачиваются за свои злодеяния вечными муками. Правда, в соответствии с неканоническими представлениями Христос спускался в ад, благодаря чему адские муки перестали быть вечными, и каждая душа приобрела возможность спасения, однако такой взгляд разделяется далеко не всеми.

Часть сакрального (священного) пространства присутствует и в земном эмпирическом·мире. Это пространство храмов, которое становится особенно близким к Богу во время богослужений.

Разнятся  в религиозных картинах мира и  представления о времени.

Буддизм рассказывает нам о периодах космического времени, которые носят название «кальпы». Каждая кальпа длится 4 миллиарда З20 миллионов лет, после чего происходит сгорание Вселенной. Причиной гибели мира всякий раз становятся накопленные грехи живых существ. Кальпы делятся на меньшие циклы юги: Критаюга, Третаюга, Двапараюга и Калиюга, которая называется также Железным веком, и в которой мы пребываем сейчас. Кроме того, буддизм как и другие религии, имеет свое мифологическое время, в котором происходят чудесные события: рождение Будды, подвига многочисленных богов и героев. Мифологическое время всякой религии судьбоносные дни и часы находит свое выражение в религиозных праздниках. Тогда обычное время превращается для верующего в сакральное. Всякий торжественный праздничный обряд это символическое воспроизведение священного события, расположенного в мифологическом времени. Если мы празднуем Рождество Христово, то символически рождение Христа происходит снова и снова, а верующий выступает в этом случае как лицо, лично причастное к великому и прекрасному событию.

Для христианства мировое время оказывается выстроено  линейно. История это путь, который  имеет свое начало, череду важных промежуточных  этапов-событий и венчается концом. История не циклична, не бессмысленна, она следует в определенном направлении, и направление это определено Богом. сотворение мира, грехопадение, пришествие Христа те вехи пути, которые уже миновали. Грешное человечество направляется к следующей вехе второму пришествию и Страшному суду, после которых все в корне изменится, в том числе исчезнет нынешнее человеческое время: последовательность убегающих дней, заставляющих людей стариться и умирать.

Все религии  во все времена считают, что наша эмпирическая действительность не самостоятельна и не самодостаточна. Она носит  производный, тварный характер, по сути своей вторична. Она результат или проекция другой настоящей, истинной реальности Бога или богов.

Таким образом, религии удваивают мир  и указывают человеку на превосходящие  его силы, обладающие разумом, волей, собственными законами. Эти силы обладают совсем иными качествами, чем те, что непосредственно знакомы нам по обыденной жизни. Они могучи, таинственны, чудодейственны с точки зрения эмпирического человека. Их власть над земным бытием если не абсолютна, то огромна. Мир божественного определяет людей и в их физическом бытии, и в ценностном строе.

3. Религия  в современном мире.

«Человек  нуждается в Боге» сей старый тезис обрел в последние годы новую популярность в нашей стране, и это, наверное, не удивительно, ибо  после долгого периода гонений церковь возрождается и все более берет в свои руки духовные бразды «Человек нуждается в Боге»,утверждают журналисты, писатели, политические комментаторы, говорят об этом утром и вечером: страстно и прочувствованно, постепенно создавая иллюзию, будто народ, более семи десятилетий проживший в атмосфере безбожия, на самом деле пылко религиозен.

Если  исследовать сознание не только как  исторический, но и как онтологический феномен, то окажется, что в нем  всегда, во все времена и эпохи  существует некий мирской, профанный пласт. Это мысли, чувства и переживания людей, непосредственно связанные с их повседневным бытием, с физическим и социальным выживанием, с обыденными заботами и земными радостями. Профанный пласт включает в себя все: от культурных 'форм обеспечения физиологических нужд до высоких межличностных и общественных переживаний (любовь, дружба, патриотизм, политические страсти и т. д., и т. п. ). Бог заглядывает в этот регион нашего внутреннего мира в основном Как помощник и советчик. А порой не заглядывает вовсе, ибо верующий, честно выполняя обряды, оставляет за собой полную свободу в мирских делах и в их оценке. Считая себя приверженцем той или иной веры, человек нередко ведет себя в практической сфере как атеист, чисто по-людски «отделываясь» от запредельности покаянной молитвой и мелким житейским жертвоприношением.

Такое сугубо мирское отношение к потустороннему находит выражение в народной речи, изобилующей поговорками типа: «На Бога надейся, а сам не плошай», «Богу богово, кесарю кесарево», «Не согрешишь, не покаешься, не покаешься, не спасешься», «Твои слова да Богу в уши» и т. д. Собственно говоря, процесс секуляризации, который характерен для ХХ в., явился во многом просто выведением на поверхность этих обыденных прагматических взглядов, латентно содержащихся в реальном сознании и поведении тысяч людей, искренне называющих себя верующими. Бог и потустороннее занимают первое место оказывают реальное влияние на жизнь лишь весьма узкого круга: подвижников, аскетов, отшельников, монахов, святых. Оттого они и святы, что до зыбкой паутинки истончили пласт повседневных мирских забот и интересов.

Основной  постулат объективно существующего  наивно-материалистического сознания прост, хотя из него делались и делаются очень разные нравственные и житейские выводы. Его можно сформулировать так: «Этот эмпирический, данный мне в каждодневном опыте мир единственная реальность, известная мне непосредственно и достоверно. Потому в своем практическом поведении я поступаю, исходя из единственности наличного мира, где для выживания нужны материальные блага, где практически невозможно игнорировать требования чувственности, а человек смертен и умирает навсегда».

Усиление  роли религии в современном обществе активизировало внимание исследователей к вопросу о соотношения науки и религии, знания и веры. Последняя имеет два значения: уверенность (доверие, убежденность) то, что еще не проверено, не доказано в данный момент, и религиозная вера. Контраверза знания и религиозной веры может вылиться в одну из трех основных позиций: абсолютизация знания и полная элиминация веры; попытка совмещения обоих полюсов, в особенности, современная философия религии.

Ее представители  стремится дать философский анализ религиозных верований, обосновать их эпистемологический статус, определить условия их рациональности и истинности, эксплицировать смысл религиозного языка, охарактеризовать природу и функции религиозного (особенно мистического) опыта, установить возможные «модели веры» и т. д.

В размышлениях философов разных направлений и ученых конца ХХ в. можно встретить рассуждения о том, что научной мысли нужна вера, как правой руке левая, и неумение работать обеими не следует считать особым преимуществом. Обосновывается это тем, что в научном и в религиозном познании задействованы в принципе разные структуры человеческого существа. В науке человек действует как «чистый ум»; совесть, вера, любовь, порядочность все это «подмога» в работе ума ученого. Но в религиозно-духовной жизни, напротив, «ум это только рабочая сила у сердца».

4. Место человека в религиозной картине мира.

Какова  же место человека в религиозных  картинах мира? В древнегреческих  представлениях этот вопрос не становится предметом специальной рефлексии. Человек создан богами, которые, в  сущности, очень похожи на людей, хотя и тесно связаны с природными стихиями. Подобно богам, он имеет свою судьбу и должен идти по жизни как героический фаталист, принимающий все, что посылает ему неумолимый рок. Он полон духа соревновательности и самоутверждения, ищет побед, его достоинство состоит в возможности смело глядеть в глаза смерти, над которой он может и посмеяться презрительным смехом Олимпийских богов. Когда приходит его час, он превращается в тень в царстве мертвых, где подземные власти решают, должен ли он расплачиваться за свои грехи и дерзости, либо может отправиться на блаженные острова. Для греков жизнь человека не проблема, а просто жизнь, которую надо прожить как положено.

Буддизм видит судьбу человека как чрезвычайно  печальную. Человек принадлежит  к низшим ступеням мира форм, он подчинен закону кармы причин и следствий. Всякий раз конкретная форма распадается, тело умирает, но причины, созданные поведением человека при жизни, определяют, где и кем ему снова родиться. Душа возвращается в мир, исполненный страданий, и пожинает плоды своего прошлого поведения, хотя и не помнит, чем провинилась прежде. Поскольку земная жизнь это сплошное страдание (болезни, утраты, разочарования, смерть), постольку высшая цель для человека «остановить колесо сансары», прекратить цепь перерождений, которая тянется в дурную бесконечность. Мудрец желает стать Буддой, т. е. просветленным, тем, кто способен отказаться от желании, порождающих страдания, и перейти в состояние нирваны вечного блаженного покоя, при котором личность растворяется во Вселенской пустоте. Потеря личности, индивидуальности, обладающей желаниями важнейшая цель человека.

От индивидуальности все зло. В буддизме избавиться от «я» и побороть страсти, привязывающие  к земле, человеку помогают бодхисатвы существа, которые уже могли бы быть, Буддами, по задержались для того, чтобы помочь всем страдающим обрести истинный путь.

Христианство  как никакая другая религия рассматривает  бытие человека в качестве трагического и разорвавшего. Дело в том, что  человек создан по образу и подобию  божьему, он может быть поистине «сыном божьим», совработником Бога, но трех Адама и Евы выбросил человечество из райских рощ на землю, в мир, полный тягот, несовершенства и смерти. Человек грешен. Грешен любой, даже новорожденный младенец, который наследует первородный трех уже в силу того, что рожден на земле плотскими родителями и потому несет в себе зерна всех страстей, плодящих зло. Человек, имеющий душу божественную искру, тем не менее, все время употребляет не по назначению драгоценный подарок Бога свободу. Он применяет ее для удовлетворения плотских желании, жажды власти, самоутверждения, для того, чтобы тешить свою гордыню. На всех людей ждет впереди Страшный суд, который определит посмертную судьбу каждого. Воскрешенные Господом в теле (а душа и тело для христианства едины), одни обретут вечное блаженство, другие вечные муки. Поэтому тот, кто хочет получить бессмертие в раю, должен следовать всем нравственным поучениям христианской церкви, твердо верить в основные положения христианства, молиться Христу, вести праведный и добродетельный образ жизни, не поддаваясь искушениям плоти и гордыми. Христос всегда помогает ревностно верующему побороть грех. 

Великие классики пошлого века (К.Маркс, Ф.Энгельс, В.И.Ленин, Н.А.Бердяев) о науке, религии, атеизме.

Религиозное убожество есть в одно и то же время выражение действительного убожества и протест против этого действительного убожества. Религия это вздох угнетенной твари, сердце бессердечного мира, подобно тому как она дух бездушных порядков. Религия есть опиум народа.

Упразднение религии, как иллюзорного счастья  народа, есть требование его действительного  счастья. Требование отказа от иллюзий  о своем положении есть требование отказа от такого положения, которое  нуждается в иллюзиях. Критика  религии есть, следовательно, в зародыше критика той юдоли плача, священным ореолом которой является религия.

( В.И.Ленин)

Духовные  потребности выступают как побудительные  силы, мотивы духовного производства. В обществе они всегда разнообразны: познавательные, религиозные, эстетические и иные. Известно, что потребность означает отсутствие необходимого для нормальной) существования человека, например, пищи, энергий, знаний. Без потребностей нет производства, в том числе и духовного.

Религиозное сознание представляет собой «компенсатор» социальной слабости человека. Оно характеризуется верой в сверхъестественное и мышлением догмами. Основным объектом отражения в религиозном сознании является Бог как якобы Творец и Спаситель мира и человека. Отражение мира в данной форме общественного сознания осуществляется в виде фантазий и верований, чувств и побуждений, культовых действий. Три мировые религии (христианство, ислам и буддизм) возникли из одних и тех же источников — социальных, гносеологических и психологических. Они родились на почве зависимости человека не только от природных, но и социальных сил и стремления человека найти некую точку и авторитет, в которых есть опора, надежда и спасение от бесчеловечности социального мира. Религия — это тоже поиск человеком ответов на вопросы о сущности общества и месте человека в нем, о призвании человека. Но при оценке религиозного сознания не следует впадать в крайности, столь свойственные русским людям. Религия и церковь всегда играли в истории человеческого общества далеко не однозначную роль. Эта роль нередко носила негативный характер, например, деятельность инквизиции в средние века, сращивание церкви с государством в России и т.д

(К.Маркс)

Экономическое угнетение рабочих неизбежно  вызывает и порождает всякие виды угнетения политического, принижения социального, огрубения и затемнения духовной и нравственной жизни масс. Рабочие могут добиться себе большей или меньшей политической свободы для > Борьбы те свое экономическое освобождение, но никакая свобода не избавит их от нищеты, безработицы и гнета, пока не сброшена будет власть капитала. Религия есть один из видов духовного гнета, лежащего везде и повсюду на народных массах, задавленных вечной работой на других» нуждою и одиночеством. Бессилие эксплуатируемых классов в борьбе с эксплуататорами так же неизбежно порождает веру в лучшую загробную жизнь, как бессилие дикаря в борьбе с природой порождает веру в богов, чертей, в чудеса и т. п. Того, кто всю жизнь работает и нуждается, религия учит смирению и терпению в земной жизни утешать угнетенных, рисовать им перспективы (это особенно удобно делать без ручательства за «осуществимость» таких перспектив...) смягчения бедствий и жертв при сохранении классового господства, а тем самым примирять их с этим господством, отваживать их от революционных действий, подрывать их революционное настроение, разрушать их революционную решимость.