Наука в Древнем Китае. 2

 

Содержание:

 

1. Введение.

2. Древне-Китайская наука. Астрономия и География.

3. Иероглифическая письменность и китайский язык.

4. Древне-китайские изобретения.

5. Религиозно-философские учения.

6. Медицина.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение.

 

Древний Китай — легендарная древняя империя на территории современного Китая, будто бы образовавшаяся около 3000 лет до н.э.

 

Известно, что наука  в древнем Китае была очень  развита. Однако, она шла совершенно иным путем, чем нынешняя наука Запада. В чем же состоит коренное отличие древней китайской науки от современной западной науки?  
 
Приведем пример: у любого правительства имеются свои политические, экономические и военные тайны, которые оно не разглашает перед общественностью. Это похоже на то, что для общественности эти вещи как бы не существуют. Только квалифицированные специалисты могут на законном основании просматривать конфиденциальные документы. Такие люди должны быть надежными и преданными своей стране, тогда им доверяют государственные тайны.  
 
Тайны Вселенной еще удивительнее и глубже, чем государственные тайны, и никто не может постичь их. Человеку нужен ключ, чтобы получить доступ к тайнам Вселенной.

 

1. Древне-китайская  наука.

Астрономические и географические представления Древнего Китая выражаются в сохранявшихся до самого недавнего времени представлениях о своём государстве, как о Серединной Империи, Поднебесной, занимающей основную и центральную часть суши. Окраины Земли и острова в Океане принадлежат варварам, в своей дикости не подчиняющимся китайскому императору. Растущая у варваров борода делает их похожими на обезьян.

«Небо подобно зонтику, а Земля — перевёрнутой тарелке. И Небо, и Земля в центре вытянуты вверх, а к краям становятся ровными. Точка под Северным полюсом является центром и Земли, и Неба. Это самая высокая точка Земли, отсюда края Земли спускаются подобно падающему потоку воды. Солнце, Луна и звёзды поочерёдно то светят, то прячутся, и от этого бывают день и ночь. Самая высокая точка в центре Неба, где Солнце находится в период зимнего солнцестояния, достигает 60000 ли, если считать от горизонтальной линии, обозначающей уровень края Неба. Высота Земли в её самой высокой точке под северным полюсом также составляет 60000 ли. Высшая точка Земли отделена от горизонтальной линии уровня краёв Неба 20000 ли. Поскольку высшие точки Неба и Земли совпадают, то Солнце постоянно находится на одном и том же расстоянии от Земли — 80000 ли.» (Чжан Хэн, якобы 78–139 г. н.э)»

Китайские мнения о собственной  древней науке происходят из Нового Времени, и скорее всего внушены европейскими миссионерами. Ошибочность их вполне подтверждается отсутствием у китайцев чего–то нового и неожиданного для европейца, кроме палочек для еды, но китайцы, по их заявлениям, изобретали тоже самое, что и европейцы, однако гораздо раньше. Эта идея родилась при втором маньчжурском императоре Канси, он же Шен Цзу и Сюань Е (1662–1722): 

 

 

  «Хотя  китайцы вообще признают превосходство  западных наук, открытий и изобретений  новейшего времени, подчас обуславливают  такое признание весьма неожиданным аргументом. Так, многие из числа учёных и образованных китайцев готовы утверждать, что некоторыми изобретениями, коими так кичатся европейцы, они обязаны китайским учёным, додумавшимся до них ещё тогда, когда западные народы пребывали в первобытном состоянии. Изобретения и открытия, так же как и многие науки, создались–де в Китае и затем лишь были перенесены на Запад. Здесь они развились, обособились и образовали так называемые науки и искусства. Первым, провозгласившим столь оригинальную теорию, был некто Мей Вуань, живший в царствование богдыхана Канси. Защитники приведённой теории подкрепляют её курьёзными примерами из древних летописей, так, например, они доказывают, что европейская наука, называемая оптикою, была известна китайцам за 500 лет до Рождества Христова, ибо в исторических памятниках того времени упоминается об отражении посредством зеркал. Иностранцы, говорят они, утверждают, что земля шарообразна,— то же самое доказывал китайский учёный Чу Юань, живший задолго до этого открытия на Западе.»

Европейцы ознакомились с началами китайской астрономии благодаря богослову–августинцу, директору  обсерватории аббатства им. св. Женевьевы в Париже Александру Ги Пэнгрэ, опубликовавшему в 1783–1784 годах двухтомную «Кометрографию», в которую он включил кометные списки, собранные в XVIII веке иезуитами–миссионерами в Китае Иосифом де Майлья и Антуаном Гобилем. Обнародованные кометные данные входили в «древнекитайское» сочинение «Тун Дзянь Кан Мух» (Всеотражающее зеркало) и по всей видимости сочинены Майлья и Гобилем или их предшественниками в Китае иезуитами–миссионерами XVII века. Именно в этих трудах содержатся первые легендарные сведения о зарождения китайской астрономии при императоре Яо, якобы в XXIV в. до н.э.: император повелел учёным Хе и Хо (Плану и Чертёжу) начать наблюдения за звёздами, изготовить телескоп и астролябию, создать календарь и определить даты равноденствий и солнцестояний. С этим заданием учёные Хе и Хо справились успешно. 

 

Следующее появление  «древнекитайской» астрономии в Европе связано с трудами французского синолога Эдуарда Константина Био (E.–C. Biot, 1803–1850), опубликовавшего в 1846 году китайские летописи «Ше Ке» (Летозаписи историка Сы Ма Цяня) и «Ма Туан Лин» (Лесной Конь или Конь Хвойного Леса — по имени предполагаемого древнего автора). Эти списки были полнее тех, что были ранее представлены Майлья и Гобилем, но носят следы взаимного переписывания друг из друга. Историки долгое время считали, что эти летописи передают традицию астрономических наблюдений со времён патриарха Еноха, примерно с 3253 года до РХ. Н.А. Морозов доказал ([1, стр. 42–53]), что эти сведения могли зародиться только в 1323–1623 годах н.э., и астрономически датировал начало китайских календарных и астрономических вычислений 1563 годом н.э. 

 

3. Иероглифическая  письменность и китайский язык

Традиционная история  приписывает изобретение китайской  письменности первому китайскому монарху  Фу Си, он же Тай-хао (якобы, около 2250 г. до н.э. или по другим сведениям в 2952–2838 годах до н.э.), правившему Китаем 115 лет. Но ещё сто лет назад ([5, стр. 423]) изобретателем китайской письменности считался философ Конфуций, якобы VI века до н.э. Стандартизацию иероглифов историки относят к III в. до н.э. 

 

Система китайских иероглифов содержит 3000 основных и 45000 специальных значков, которые эволюционировали из первоначальных картинок, в значительной мере сходных с египетскими иероглифами. Первоначальные картинки, из которых комбинируются современные иероглифы называются «ключами», и их насчитывают 214 штук. Изначально одна идеограмма означала одно слово, и это правило сохраняется для предметов повседневного обихода. Позднее пиктограммам стали придавать и переносные, аллегорические значения для того, чтобы записывать более сложные и отвлечённые идеи.

Китайская иероглифическая письменность устроена таким образом, что при незначительных усилиях читать её могут все многочисленные народности Китая и прилежащих Кореи и Японии. Иероглифы обозначают некоторые конкретные понятия и не имеют самостоятельного звучания. Таким образом, иероглифы являются международными идеографическими значками, похожими на европейскую алхимическую и астрологическую символику средневековья или — на современную математическую символику.

Учеными было отмечено, что  китайские книги похожи на таблицы логарифмов.

Таким образом возникла гипотеза, что китайская письменность была занесена в Китай извне европейскими учёными–миссионерами в весьма позднее  время. Миссионеры не могли использовать европейские фонетические алфавиты в виду многочисленности диалектов Китая и из–за значительного несовпадения фонетического строя китайских языков с европейскими. К тому же современная практика использования европейского алфавита (и европейской транскрипции) для записи китайских слов показала, что текст при такой подстановке приобретает неприличный и провокационный вид, неприемлемый для религиозных проповедников.

4. Древне-китайские  изобретения. 

1. путеводная повозка  с компасом, согласно немецкому  китаеведу Юлиусу Клапроту, 2364 г. до н.э.

2. подзорная труба, XXIII в. до н.э.

3. рукописи, XII в. до  н.э.

4. шёлк, XI в. до н.э.

5. философия, VI в. до  н.э.

6. макароны, 490 г. до  н.э.

7. арбалеты, стремена, IV в.  до н.э.

8. палочки для еды, IV в. до н.э.

9. открытие Даосской  Академии наук (Цзися, с кит.  «Учёный двор у западных ворот») в городе Линьцзы, 318 г. до н.э.

10. каналы, бумага, напёрсток, III в. до н.э.

11. открытие императорского  университета, 124 г. до н.э.

12. металлические деньги, спусковой курок арбалета, I в.  до н.э.

13. бумага, 100 г. н.э.

14. компас, II в. н.э. (для гадания Фэн–Шуй, китайской геомантии)

15. матрицы, для решения  систем линейных уравнений методом К.Ф. Гаусса, III в. н.э.

16. сталь и стальное  оружие, V в. н.э.

17. Единый Государственный  Экзамен, VII в. н.э.

18. хомут, VII в. н.э.

19. корабли с колёсными двигателями на человеческой тяге, IX в. н.э.

20. книгопечатание с  помощью деревянных досок, 868 г.  н.э.

21. печи для обжига  фарфора, 1004 г. н.э.

22. печатные бумажные  деньги, 1024 г. н.э.

23. наборная типографская  касса с глиняными литерами, 1045 г. н.э.

24. фарфор, VIII в. н.э.

25. чайная церемония, VIII в. н.э.

26. порох, X в. н.э. (для  отпугивания злых духов фейерверками)

27. мелиорация, XI в. н.э.

28. шлюзы, XI в. н.э.

29. зубная щётка, 1498 г. н.э.

30. роман, XVI в. н.э.

Интерес европейцев к Китаю возник в конце XVII века, когда миссионеры–иезуиты перевели на латинский язык книгу Конфуция «Лунь Юй» (Беседы и суждения, опубликована Филиппом Купле в 1687 году, а написана скорее всего Матвеем Риччи). В XVIII веке любовь европейцев ко всему китайскому доходила временами до «китаемании». Под влиянием французских просветителей Вольтера и Монтескье в светском обществе сложился идеализированный образ справедливого конфуцианского государства. Образованным европейцам, измученным войнами, революциями и религиозными притеснениями, импонировали китайская стабильность, а также — уважение к литературному и научному труду.

Представления об изобретательском духе древних китайцев в значительной мере оформились только в ХХ веке, хотя уже у Брокгайза написано об изобретении китайцами книгопечатания в 581 г. н.э., а с помощью литер — в 1024 г. н.э. (причём замечается, что лубочный способ резания матрицы книги на досках сохранился в Китае до современного Брокгаузу и Ефрону времени — XIX в.).

В современных исторических утверждениях о китайских изобретениях присутствуют серьёзные противоречия. Так, например утверждается, что употребление чая в Китае зафиксировано по летописям в 2737 году до н.э., но в иных источниках сообщают, что употребление этого бодрящего напитка придумал создатель Чань–Буддизма и настоятель Шао–Линьского монастыря Дамо (инд.Бодхидхарма, яп. Дарума), якобы 28–ой общебуддийский патриарх VI в. н.э.

Изобретение бумаги одни источники приписывают учёному–евнуху Цай Луню (то есть, «Способному Луню»), якобы в 105 г. н.э., а другие — генералу Мэн Тяню, якобы III в. до н.э. Вместе с тем первый письменный документ, содержащий 20 иероглифов, якобы относящийся к Древнему Китаю, обнаружен только в 1942 году на руинах сторожевой башни, заброшенной, будто бы в 110 году до н.э. А считающийся древнейшим образец бумаги был обнаружен в Китае в гробнице Шэньси в 1957 году. Историки без особых оснований датировали его периодом между 140 и 87 годами до н.э.

Западный мир ознакомился  с философским наследием Древнего Китая благодаря христианскому миссионеру в Гонконге, шотландцу Джеймсу Леггу (James Legge, 1815–1897): с 1861 года по 1872 год он издал пять томов «Классических литературных произведений Древнего Китая», включавший переводы «Бесед и диалогов» Конфуция, «Великое учение» и «Доктрину о среднем», труды Мэн Цзы, «Шу Цзин», или «Книгу исторических документов», «Ши Цзин», или «Книгу Песен», «Шунь Цю». В 1876 году он занял пост руководителя кафедры китайского языка при Оксфордском университете, который занимал до своей смерти в 1897году. Всё это время он продолжал делать переводы китайских сочинений. Публикации Джеймса Легга стали возможны с помощью филантропа Джозефа Джордена, имевшего собственное дело в Гонконге, и давшему Леггу 16 тысяч долларов для издания его книг. 

 

Важнейший вклад в  создание представлений о Древнем  Китае внёс англичанин Джозеф Нидхэм (J. Needham, 1903–1985), по научной специальности — биохимик. Обучаясь с 1918 года биологии в Кембриджском университете, он познакомился там с группой студентов-китайцев и навсегда очаровался древней китайской культурой. Его заинтересовал парадокс — отчего Китай не опережает другие страны в своём научном и экономическом положении на целые века, при всём его впечатляющем преимуществе в прошлом. Именно Нидхем положил начало созданию научной легенды о древней китайской науке и технологии. 

 

Выучив китайские диалекты, в 1942 году Дж. Нидхем приехал в Китай в качестве эмиссара Британского королевского общества и стал служить научным советником посольства Британии в Чонцине. Разъезжая по стране, он собирал легенды о древнекитайской науке. В китайских текстах Дж. Нидхем выискивал всякие туманные упоминания о технических приспособлениях древности, додумывал за древних китайцев научные открытия, стоявшие за этими изобретениями. Результатом его поисков стала книга «Китайская наука и цивилизация», опубликованная Кембриджским университетом. Её первый том отпечатан в 1954 году, а в следующие 30 лет было опубликовано ещё 14 томов. Именно здесь утверждается, что почти все выдающиеся открытия или изобретения в области науки, медицины, сельского хозяйства и инженерии были впервые совершены в Китае, начиная с 1400 года до н.э.

 

5. Религиозно-философские учения

 

Специфика религиозной  структуры и психологических  особенностей мышления, всей духовной ориентации в Китае видна во многом. Здесь тоже есть высшее божественное начало – Небо. Но китайское Небо – это не Яхве, не Иисус, не Аллах, не Брахман и не Будда. Это высшая верховная всеобщность, абстрактная и холодная, строгая и безразличная к человеку. Ее нельзя любить, с ней нельзя слиться, ей невозможно подражать, как и нет смысла ею восхищаться. Правда, и системе китайской религиозно-философской мысли существовали, кроме Неба, и Будда {представление о нем проникло в Китай вместе с буддизмом из Индии в начале пашей эры), и Дао (основная категория религиозного и философского даосизма). Однако не Будда и не Дао, а именно Небо всегда было центральной категорией верховной всеобщности в Китае.

 

Для традиционной китайской  культуры не характерна связь типа бог – личность, прямая или опосредованная фигурой жреца (богослова), как это  было присуще иным культурам. Здесь  связь принципиально иного типа: "Небо как символ высшего порядка – земное общество, основанное на добродетели, опосредованная личностью осененного небесной благодатью правителя"3. Этот императив, стократно усиленный конфуцианством, определил на тысячелетия развитие Китая.

 

Особое развитие в  Древнем Китае получила философия. Первым известным философом считается Лао-цзы (VI в. до н.э.). Им, согласно преданию, был составлен трактат «Дао дэ цзин». Здесь даются основные принципы философии дао, или даосизма. Дао – путь, достижение личного духовного совершенства; идея дао отритцает нравственные, эстетические, социальные ценности – добро и зло, красоту и уродство, славу и позор, богатство и нищету. Целью жизни провозглашается достижение идентичности индивида и мира, обретение естественности (цзы-жань). Основным средством для этого оказывается не-деяние (у-вэй). В даосизме сложилась особая практика психотренинга, диеты, физических упражнений, призванная раскрыть естественные задатки.

 

Младшим современником  Лао-цзы был Кун Фу-цзы, более  известный под европеизированным  именем Конфуций. Им было разработано учение о благородном муже (цзюнь-цзы). Благородный муж должен был обладать пятью добродетелями: гуманностью (жэнь), благопристойностью (ли), справедливостью (и), мудростью (чжи) и верностью (син).

 

Другим выдающимся мудрецом Древнего Китая был Мо Ди (V в. до н.э.). Ему приписывают написание трактата «Мо цзы», в котором даны основные принципы философии моизма. Мо Ди исходил из естественного равенства возможностей человека. «Сановники не вечно должны быть знатными, простолюдины не вечно должны быть незнатными».

 

Имя Конфуций (551-479 до н.э.) - латинизированная форма китайского имени Кун-цзы (Учитель Кун). Вопросы  веры занимали самое незначительное место в мировоззрении Конфуция, однако его имя очень часто  упоминается в одном ряду с именами Будды, Заратустры, пророка Мухаммеда.

 

Не был он и умозрительным  философом: теория познания и загадки  бытия также оставались вне его  поля зрения. Несмотря на всё это  Конфуций оставил широкий и неизгладимый след в духовном развитии целого культурного региона.

 

К тридцати годам у  него уже была заложена всех будущих  начинаний мудреца. Конфуций освоил достижения древнекитайской письменной культуры, что позволило в будущем  приступить к составлению "Книги  истории"(Шу цзина), "Книги стихов"(Ши цзина), "Книги перемен"(И цзина), "Весны и осени"(Чунь-цу), "Книги о ритуалах"(Ли цзи), "Книги и музыке"(Юе цзи). Начиная с ханьского периода (2 в. до н.э.- 2 в. н.э.) эти памятники обрели статус канонической литературы, став в дальнейшем несущей конструкцией всей китайской культуры.

 

Его идеалом есть высоко моральный человек, опирающийся  на традиции мудрых предков. Учение делило общество на «высших» и «низших» и  требовало от каждого выполнения возложенных на него обязательств. Конфуцианство сыграло значительную роль в развитии китайской государственности и функционировании политической культуры императорского Китая.

 

Основное содержание учения Конфуция сводится к провозглашению идеала социальной гармонии и поиску средств достижения этого идеала, эталон которого сам мудрец видел в правлении легендарных мудрецов древности — тех самых, что блистали добродетелями. Выступив с критикой своего века и высоко ставя века минувшие, Конфуций на основе этого противопоставления создают идеал совершенного человека, который должен обладать гуманностью и чувством долга. Конфуцианство с его идеалом высоко морального человека явилось одной из основ, на которых зиждилась гигантская централизованная империя с ее мощным бюрократическим аппаратом.

 

С обретением мощных социальных и духовных санкций официально-государственной, рационально-философской, эмоционально-психологической, религиозной, конфуцианские и конфуцианизированные этико-ритуальные нормы и ценности стали непререкаемо обязательными для всех членов общества, от императора до простолюдина.

 

Как известно, основное содержание учения Конфуция сводится к провозглашению идеала социальной гармонии и поиску средств достижения этого идеала, эталон которого сам мудрец видел  в правлении легендарных мудрецов древности – тех самых, что  блистали добродетелями. Выступив с критикой своего века и высоко ставя века минувшие, Конфуций на основе этого противопоставлена я создал идеал совершенного человека, который должен обладать гуманностью и чувством долга. Конфуцианство с его идеалом высокоморального человека явилось одной из основ, на которых зиждилась гигантская централизованная империя с ее мощным бюрократическим аппаратом.

 

Однако ни общество в  целом, ни человек в отдельности, как бы ни были они окованы официальными догмами конфуцианства, не могли всегда руководствоваться только ими. Ведь за пределами конфуцианства оставалось мистическое и иррациональное, к чему всегда притягивает человека. Экзистенциальная функция религии в этих условиях выпала на долю даосизма (философия Лао-Цзы, старшего современника Конфуция) – учения, ставившего своей целью раскрыть перед человеком тайны мироздания, вечные проблемы жизни и смерти. В центре даосизма – учение о великом Дао, всеобщем Законе и Абсолюте, господствующем везде и во всем, всегда и безгранично. Его никто не создал, но все происходит от него; невидимое и неслышимое, недоступное органам чувств, безымянное и бесформенное, оно дает начало, имя и форму всему на свете; даже великое Небо следует Дао. Познать Дао, следовать ему, слиться с ним – в этом смысл, цель и счастье жизни. Даосизм получил популярность в народе и благосклонность императоров благодаря проповеди долголетия и бессмертия. Исходя из идеи о том, что тело человека представляет собой микрокосм, подобный макрокосму (Вселенной) даосизм предложил ряд рецептов достижения бессмертия:

    ограничение  до минимума в еде (путь, изученный  в совершенстве индийскими аскетами  – отшельниками);

    физические  и дыхательные упражнения, начиная  от невинных движений и поз  до инструкции по общению между  полами (здесь видно влияние индийской йоги);

    совершение  свыше тысячи добродетельных  поступков;

    принятие пилюль  и эликсира бессмертия; не случайно  увлечение волшебными эликсирами  и пилюлями в средневековом  Китае вызвало бурное развитие  алхимии4.

 

Во II-III ив. в Китай проникает буддизм, и главное в нем – то, что было связано с облегчением страданий в этой жизни и спасением, вечным блаженством в будущей жизни – воспринял простой народ. Верхи же китайского общества, и прежде всего интеллектуальная элита, черпали из буддизма значительно больше. На основе синтеза идей и представлений, извлеченных из философских глубин буддизма, с традиционной китайской мыслью, с конфуцианским прагматизмом и возникло в Китае одно из наиболее глубоких и интересных, интеллектуально насыщенных и пользующихся до сих пор немалой привлекательностью течений мировой религиозной мысли – чань-буддизм (японский дзэн)5.

 

Буддизм просуществовал а Китае почти два тысячелетия, сильно изменившись в процессе приспособления в китайской цивилизации. Однако он оказал огромное воздействие на традиционную китайскую культуру, что наиболее наглядно проявилось в искусстве, литературе и особенно в архитектуре (овальные комплексы, изящные пагоды и др.). Немалое влияние оказали на китайский народ и его культуру буддийская и индо-буддийская философия и мифология. Многое из этой философии и мифологии, начиная от практики гимнастической йоги и кончая представлениями об аде и рае, было воспринято в Китае. Буддийская метафизика сыграла свою роль в становлении средневековой китайской натурфилософии. Еще большее воздействие на философскую мысль Китая оказали идеи чань-буддизма об интуитивном толчке, внезапном озарении и т.п. В целом можно сказать, что классическая китайская культура представляет собой сплав конфуцианства, даосизма и буддизма.

 

В политической истории  Китая, в развитии китайской государственности  и функционировании политической культуры императорского Китая сыграли значительную роль легизм и конфуцианство. Легисты  были главной силой, противостоящей конфуцианству именно в сфере социальной политики и этики.

 

Существенно то, что конфуцианство  делало ставку на высокую мораль и  древние традиции, тогда как легизм выше всего ставил административный регламент, державшийся на строгих  наказаниях и требовании абсолютного  повиновения сознательно оглупленного народа. Конфуцианство ориентировалось на прошлое, а легизм бросал этому прошлому открытый вызов, предлагая в качестве альтернативы крайние формы авторитарной деспотии. 

 

 

 

6. Медицина  Древнего Китая 

 

Истоки традиционной системы врачевания в Китае относятся к глубочайшей древности. Европа еще находилась в состоянии первобытного варварства, когда в Китайской империи уже вполне была развита культура. 

 

Китайская традиционная медицина представляет собой удивительно  целостное и, самое главное, до сих пор живое наследие прошлого. В отличие от других традиционных медицин китайская имеет огромную специальную литературу и сохраняется до настоящего времени в виде живой традиции передачи знаний от учителя к ученику. 

 

Один из наиболее знаменитых классических трудов древней китайской медицины – "Хуанди Нэй-цзин" ("Трактат о внутреннем"), написанный за 2 тысячи лет до нашей эры, состоит из 18 огромных томов и долгие века служит руководством ко всему комплексу теоретических и практических вопросов медицины. 

 

По оценкам специалистов, китайская традиционная медицина имеет  более 20 тысяч рукописных трудов, накопленных  за несколько тысячелетий. Она имеет  ценный опыт лечения самых разнообразных  заболеваний и сыграла огромную роль в борьбе многих поколений против тяжелых недугов. В Китае были сделаны открытия, которые на много столетий опередили открытия врачей Европы. Например, о важнейшем значении пульса говорится еще в древнем трактате "Хуанди Нэй-цзин": "Без пульса невозможно распределение крови по большим и малым сосудам... Именно пульс обуславливает круговорот крови и пневмы". Далее в этом же труде есть указание на круговое движение крови: "Сосуды сообщаются между собой по кругу". В этом круге нет ни начала, ни конца... Кровь в сосудах циркулирует непрерывно и кругообразно..., а сердце хозяйничает над кровью". 

 

Интереснейшее замечание, особенно если учесть то, что Уильям Гарвей выдвинул свое экспериментальное  обоснование теории кругового кровообращения только в 1628 году, т.е. почти на 3500 лет позже написания в Китае трактата "Хуанди Нэй-цзин"! 

 

Уже 4 тысячи лет назад  при определении болезней китайские  врачи придавали огромное значение исследованию пульса, различая более 500 его видов. Они проводили многообразнейшие наблюдения над действием целебных сил Природы, глубоко знали целебное действие многих минералов, применяли в качестве лечебных средств различные органы животных и насекомых, не говоря уже об обширнейшей, даже по современным масштабам, фармакопее лекарственных растений. 

 

Китайские медики в древние времена, познав существование взаимной обусловленности всех явлений Природы, считали, что человек – это Космос в миниатюре, действующий под влиянием тех же сил, которые господствуют в Природе. 

 

С целью обоснования  и организации опыта лечения в теоретической системе китайские врачеватели разработали учение о противоборстве и взаимосвязи Женского и Мужского Начал в Миродвижении, создали учение о всепроникающей Животворящей Энергии – "Ци" – источнике всякого движения и в Природе, и в организме живого существа. Развивая представление об этой Всеначальной Энергии, китайские медики развили учение о Пяти Первоэлементах, составляющих все вещи и явления. 

 

Ян – Мужское Начало. Инь – Женское Начало. Все в  Космосе, в том числе и жизнь  организмов, управляется борьбой и взаимодействием этих двух фундаментальных противоположностей.  

 

Китайская традиционная медицина отличается тем, что последовательно рассматривает  все физиологические и патологические явления, происходящие в организме  человека, в теснейшей взаимосвязи с жизнью окружающей среды. Наряду с самим заболеванием, время года, атмосферные условия, ветер, жилище, одежда, диета, эмоциональные особенности, привычки, настроение составляют предмет пристального внимания и изучения китайского врачевателя.  

 

Китайские медики справедливо рассматривали  человеческий организм не как нечто  замкнутое в себе и обособленное от окружающего мира, но видели в  нем сложнейшую систему, каждый из элементов  которой функционально связан со всеми остальными в определенных соотношениях и по вполне определенным законам. 

 

Болезнь китайскими врачами рассматривалась  как естественный процесс, возникающий  в результате нарушения нормальных взаимоотношений как в самом  организме, так и между организмом и окружающей его средой. Врачи Древнего Китая считали, что при каждом заболевании в патологический процесс неизбежно вовлекается весь организм как неделимое целое, и при изменении функции одного органа неизбежно и вполне закономерно изменяются функции и всех других органов и систем. Вообще, теоретические положения системы китайской медицины весьма своеобразны и в корне отличны от принятых в современной европейской науке взглядов, как, впрочем, и методы, и приемы лечения, используемые китайскими врачевателями издревле. 

 

В Китае народные врачи, прежде чем начинать самостоятельную лечебную практику, проходили обучение сроком до 15 лет, а то и более. Их учителями были старые опытные медики и древние манускрипты. Таким образом шло обучение народных врачей в древности. Так же оно идет в Китае и сейчас. Передача исторически накопленного опыта шла из поколение в поколение путем непосредственного обучения у постели больного. 

 

Китайская традиционная медицина, как  одна из древнейших медицинских систем прошлого, значительно повлияла на формирование медицинских воззрений других цивилизаций Древнего Мира, которые находились в тесном контакте с Китайской Империей.