Здесь также
вначале у человека возникает
желание сорвать цветок, но цветок
здесь представлен как живое
существо. Поэтому человек нашел
другое решение - взять цветок с корнями,
не раз¬рушая его жизни и перенести
его к себе домой.
В. А. Ясвин
считает экологически целесообразным
формировать у населения субъектное отношение
к природе субъектно-этического типа.
Такой тип отношения характеризуется
личностной установкой на партнерское
взаимодействие с природными суще¬ствами,
включением их в сферу действия этических
норм.
НЕНАСИЛИЕ
КАК ФОРМА ОТНОШЕНИЯ К ПРИРОДЕ
И КАК НРАВСТВЕННЫЙ ПРИНЦИП
В социальной
сфере переход к ненасилию
есть акт весьма свое¬временного
морального выбора, содействующий
консолидации людей, установлению
взаимопонимания между различными
куль¬турными, этническими, конфессиональными
общностями, способ¬ствующий терпимости
и готовности к разрешению конфликтов,
кажущихся неразрешимыми.
В сфере
отношений человека и природы
этика ненасилия изме¬няет не
представления о природе, а
отношение к ней. Согласно принципу
ненасилия человек обязан вести себя не
как существо, озабоченное лишь материальными
запросами, а как цельная лич¬ность. Здесь
уместно будет привести примечательные
строки из И. Канта: «В отношении живой,
хотя и лишенной разума, части тварей насильственное
и вместе с тем жестокое обращение с живот¬ными
еще более противно долгу человека перед
самим собой, так как препятствуется сочувствие
человека к их страданиям, ослаб¬ляются
и постепенно уничтожаются естественные
задатки, очень полезные для моральности
в отношениях с другими людьми» (Кант И.
Соч.: В 6 т. - М., 1966. - Т. 4. - С. 382).
Ненасилие
выступает в качестве той духовной
инстанции, жиз¬ненного и этического
принципа, которые дают возможность
чело¬веку обрести истинную духовность,
достичь состояния, когда не¬насилие
в различных его формах будет восприниматься
как нечто вообще противное самой природе.
В нашем
понимании ненасилие как альтернатива
насилию -это идеологический, этический
и жизненный принцип, в основе
которого лежит признание ценности
всего живого, человека и его жизни, отрицающий
принуждение как способ решения политиче¬ских,
нравственных, экономических и межличностных
проблем и конфликтов.
Современные
взгляды ученых основываются
на положении об интеграции
человека и природы, гармонизации
их отношений, понимании системного строения
всей природы. Основной акцент в этике
делается на развитии так называемой экологической
со¬вести и экологического долга. Долг
в экологической интерпрета¬ции состоит
не только в том, чтобы сберечь то, что
есть, поддер¬живать сложившееся равновесие
в природе, но и предпринимать усилия для
достижения наилучшего состояния экосистем.
Только через призму такого подхода можно
рассматривать и практиче¬ские интересы
человека, решать проблемы, связанные
с его жиз¬нью и деятельностью.
В настоящее
время в качестве одного из
принципов построения отношений
человека с природой, принципов,
основанных на по¬нимании целостного
единства человека с миром,
прежде всего со всем живым,
можно признать принцип «благоговения
перед жиз¬нью» А. Швейцера: «Я испытываю
побуждение высказывать рав¬ное благоговение
перед жизнью как по отношению к моей воле
и жизни, так и по отношению к любой другой».
А. Швейцер
говорит об элементарном мышлении,
которое ис¬ходит из фундаментальных
представлений об отношении человека
к миру, о смысле жизни и о сущности добра.
Элементарное мыш¬ление - такое мышление,
которое занято природой познания, ло¬гическими
построениями, естественными науками;
если же чело¬век побуждается к постоянному
размышлению о самом себе и своем личностном
отношении к миру, то это приоритет уже
дру¬гого типа мышления.
В сжатом
виде содержание концепции А.
Швейцера состоит в следующем.
1. Реальный мир
- мир, полный жизни.
2. О мире человек
знает только то, что все существующее,
как и он сам, является проявлением воли
к жизни; к этому миру он име¬ет как пассивное,
так и активное отношение; как существо,
стоя¬щее в пассивном отношении к миру,
он приходит к духовной свя¬зи с ним через
смирение; как существо, стоящее в активном
отно¬шении к миру, человек приходит к
духовной связи с ним благода¬ря тому,
что не живет для себя одного, а чувствует
себя одним це¬лым со всей жизнью, которая
находится в сфере его влияния.
3. Начав думать
о тайне своей жизни и о
связях, соединяющих его с жизнью,
человек уже не может относиться к своей
и окружаю¬щей его жизни иначе, как в соответствии
с принципом «благогове¬ния перед жизнью»,
и этот принцип не может не проявиться
в этиче¬ском миро- и жизнеутверждении,
которое выражается в его дейст¬виях;
он будет не просто жить, а по-настоящему
испытывать жизнь.
4. Для человека
по-настоящему нравственного жизнь
священна даже та, которая находится
на нижней границе шкалы ценностей,
он делает различия только
в каждом конкретном случае, под
дав¬лением необходимости, например,
когда ему предстоит решить, какой из двух
жизней он должен пожертвовать, чтобы
сохранить другую. «Если этика Благоговения
перед жизнью затронула его, - пишет А.Швейцер,
- он наносит вред в жизни и разрушает ее
лишь в силу необходимости, которой он
не может избежать, и ни¬когда - из-за недомыслия.
Насколько он является свободным че¬ловеком,
настолько он использует любую возможность,
чтобы испытать блаженство: оказаться
в состоянии помочь жизни и от¬вести от
нее страдание и разрушение» (Швейцер
А. Благоговение перед жизнью как основа
миро- и жизнеутверждения. - С. 342).
Этика А.
Швейцера одинаково и гуманистична,
и реалистична. Признавая тот
факт, что человек не может
избежать насилия над жизнью
и ее уничтожения, тем не
менее он, как существо разумное,
не будет этого делать на субъективном
основании, произвольно, помня всегда
о том, что «он несет ответственность за
жизнь, ко¬торая принесена в жертву». Такого
рода этический подход, весьма близкий
принципу ненасилия, может, по нашему мнению,
способ¬ствовать разрешению глобальной
проблемы, гармонизации взаи¬модействия
человека и природы, полноте использования
собст¬венного разума, когда индивид осознает
как ценность окружаю¬щий мир, так и собственную
ценность и когда эти ценности связа¬ны
воедино неразрывными узами.
ПРОБЛЕМА
НЕНАСИЛЬСТВЕННОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ
ЧЕЛОВЕКА, ОБЩЕСТВА И ПРИРОДЫ
В РЕЛИГИОЗНЫХ КОНЦЕПЦИЯХ
Первоначально
наиболее отчетливо проблема
ненасилия была поставлена в
религиозных концепциях прежде
всего в древних ре¬лигиях
Востока, в частности в Индии. Религии
Востока исходят из представлений о мире
как о целостной системе, где все элементы
целого представляют некоторое единство,
где человеку отведено определенное место.
Во многих из них в качестве центральной
доминирует идея о перевоплощении душ,
согласно которой жизнь человека - это
система следующих одно за другим перевоплоще¬ний,
переходов из одной телесной оболочки
в другую. С идеей перевоплощения тесно
связано понятие о карме, которое, по сути,
выражает причинную обусловленность деяний
человека, судьбу. Смысл этого представления
состоит в том, что человеку вменяется
долг освобождения от кармической зависимости,
достижения со¬вершенного состояния души,
полноты абсолютного бытия, само¬достаточности.
Кроме того, постановке и решению проблемы
не¬насилия способствовал сам характер
восточных религий, которые отличаются
открытостью, способностью к интеграции
других ре¬лигиозных систем, проповедуют
терпимость как всеобъемлющий принцип
и сами отличаются терпимостью.
Джайнизм. Особое
место проблема ненасилия занимает
в фи¬лософии и этике джайнизма. Исходным
положением джайнизма является признание
приоритета духа над телом (материей).
Достичь спасения и освобождения можно
только путем освобождения от материального.
При этом материальной является и карма,
пред¬ставляемая в качестве тонкой и липкой
материи, к которой прили¬пает вся остальная,
более грубая материя. Джива (душа) связана
с адживой (материей, телом), соединяясь
с последней посредством кармы, она приобретает
форму живых существ (растений, живот¬ных,
человека). Освободиться от кармической
зависимости возмож¬но путем познания
и последующего правильного поведения,
что позволяет добиться освобождения
от действия кармы, вначале вредной, а
затем и остальной. Это и определяет этику
джайнизма, основы которой сформулированы
в виде принципов, положений.
Первое положение
- убежденность в истинности учения,
подлинная вера в каждое слово
доктрины как основы правильных
поступков и правильного поведения.
Второе положение
- правильное познание и, как итог, его
со¬вершенное знание; считается, что полностью
джайнское знание открывается только
тем, кто смог избавиться от вредной кармы.
Третье - праведная
жизнь, под которой понимается
жесткая ориентированность на
соблюдение определенных норм
поведения. Все члены джайнистской
общины добровольно принимают на себя
пять основных обетов: не причинять вреда
живому (ахимса - бук¬вально отказ от насилия),
не красть, не прелюбодействовать, не стяжать,
быть искренним и благочестивым в речах.
Итак, принцип
ахимсы - отказ от насилия по отношению
к жи¬вой природе, занимает одно из ведущих
мест в этике джайнизма; джайны не едят
мяса, стремятся не причинять вреда даже
мелким животным, не говоря об охоте на
крупных животных; то же самое относится
и к растениям: к примеру, они не едят клубней
и корней, а также плодов, содержащих много
семян - источник жизни; для них характерна
забота как о домашних, так и о диких животных.
Обоснование
принципа ахимсы в джайнизме
носит вполне оп¬ределенный, конкретный
и категоричный характер: нельзя
причи¬нять вреда живому, поскольку оно
обладает душой и находится на своем пути
в цепи перевоплощений, поэтому произвольное
пре¬рывание нарушает этот процесс и отрицательно
сказывается на карме человека, совершившего
насилие.
Буддизм.
Наряду с джайнизмом почти одновременно
с ним (VI-V вв. до н.э.) возник буддизм, в котором
много общего с джайнизмом, но и очень
много отличий, которые и сделали впо¬следствии
буддизм мировой религией. Рассмотрим
как решается проблема ненасилия в буддизме.
Суть учения
буддизма в его первоначальной основе
изложена в трех проповедях Гаутамы, Будды.
В первой
проповеди он указывает на
две крайности, которые необходимо
избегать: потворства чувственным
наслаждениям и крайнего аскетизма.
Это можно сделать, выбрав срединный
путь, который способствует видению и
знанию, ведет к миру, высшей мудрости,
просветлению и нирване. Срединный путь
- это вось¬меричный путь, включающий в
себя: правильное понимание, пра¬вильную
мысль, правильную речь, правильное действие,
правиль¬ный образ жизни, правильное намерение,
правильное усилие, пра¬вильную концентрацию.
Далее Гаутама
отмечает, что жизнь - это страдание,
дуккха: рождение, разложение, болезнь
и смерть есть дуккха; все, связанное
с привязанностями, желаниями,
есть страдание. Причина страдания
состоит в желаниях, в привязанностях
к жизни, чувственным на¬слаждениям. Прекращение
страдания возможно путем отстране¬ния
от желаний, отречения, отказа от них, освобождения
от жела¬ний, что осуществляется прохождением
по восьмеричному пути.
Во второй
проповеди излагается учение об отсутствии
души у человека. Осознание этой иллюзии
приводит к свободе.
В третьей
проповеди говорится о «колесе
жизни», которое при¬водится в
движение неведением, затемняющим
истинный разум человека. Неведением
обусловлены действия, формирующие обы¬денное
сознание, которое выделяет в мире формы
наименования, становящиеся, в свою очередь,
объектами для наших органов чувств. В
результате контакта с формами и наименованиями
по¬являются чувства, которые порождают
желания, желания стано¬вятся причиной
жадности, в современном толковании - неуемно¬го
потребительства.
Таково сложное
отношение буддистов к миру, к
тому, что в нем реально бытует.
Все это затрудняет понимание
буддизма для обыденного сознания,
в том числе и понимание
его этики.
Между тем
следует отметить, что буддизм,
как и джайнизм, придавал большое
значение этике, нормам поведения.
Постичь буддийское чтение можно,
только следуя жестко фиксированным
этическим стандартам.
Обоснованием
этических принципов буддизма
является, так же как и в джайнизме, необходимость
избавления от кармы и дости¬жения нирваны.
Однако карма здесь понимается по-иному,
как сумма добродетелей и пороков данного
индивида, причем не толь¬ко в нынешней
жизни, но и во всех перерождениях, а основное
вни¬мание обращается не столько на сами
действия, сколько на созна¬тельные поступки
или даже моральные и аморальные намерения.
Поэтому любой человек может в этой жизни
заложить основы бу¬дущей кармы, которая
помогла бы в последующих перерождениях
рассчитывать на достижение незамутненного
сознания и спасения. Следовательно, человек
должен вести себя надлежащим образом,
чтобы позитивная карма увеличивалась,
а негативная ослаблялась.
В качестве
ведущего этического принципа
здесь выступает принцип ахимсы
в буддийском варианте, который означает
не только отказ от насилия, но и непричинение
зла и даже непротив¬ление злу насилием.
Наряду с этим в буддизме ненасилие приоб¬ретает
и некоторое новое звучание. Принцип ахимсы,
как и в джайнизме, имеет первостепенное
значение, но насыщается до¬полнительным
содержанием и выступает как средство
преодоле¬ния человеческого эгоцентризма
и антропоцентризма. В то же время принцип
ахимсы не доводится здесь до крайности.
Так, на¬пример, чань-буддисты в средневековом
Китае придерживались принципа «срединного
пути», стремились максимально щадить
природу, признавая, однако, что человек
не может прожить, не убивая и не поедая
живые существа. В процессе взаимодействия
с природой главным критерием является
отсутствие личной заинте¬ресованности
в результатах своей практической деятельности,
которая может нанести вред живым существам.
Что касается
окружающей социальной среды,
то человеку буд¬дизм предписывает
относиться к ней с любовью
и милосердием, в то же время
особая, исключительная привязанность
к кому-либо решительно осуждается. С другой
стороны, буддийская любовь -это скорее
не активная, деятельная позиция, а пассивно-благожела¬тельное
настроение - непротивление злу, прощение
обид.
Согласно
буддийской концепции ненасилие
не означает ис¬пользование активных,
ненасильственных методов в достижении
справедливости, поскольку сама справедливость
признается, как и мир в целом, майей, иллюзией.
Все это означает принятие мира таким,
каков он есть. Отсюда этика ненасилия
состоит не в том, чтобы что-то изменять,
а в том, чтобы не усугублять страдания,
которыми пронизана вся жизнь, отказаться
от личного участия в совершении насилия,
принуждения, «давления». Проявления люб¬ви
и милосердия выступают как естественные
состояния человека, но они признаются
таковыми, пока отвечают требованиям «средин¬ного
пути». Чрезмерные любовь и сострадание
- это формы при¬вязанности к жизни, загрязнения
сознания, от которых нужно так же освобождаться,
как и от проявлений враждебности, зла
и т.п. Поэтому ахимса, отказ от насилия
- это лишь ступенька индиви¬дуального
продвижения к цели, разрыву цепи перевоплощений,
к нирване, а не нравственный принцип,
имеющий самоценность, посредством которого
возможно торжество, жизни, имеющей не¬преходящее
значение.
Индуизм.
Наиболее общими принципами индуизма
являются следующие.
Мир признается
не как случайное сочетание,
а как иерархиче¬ски упорядоченное
целое, космос. Всеобщий вечный
порядок, ор¬ганизующий вселенную
как единое целое, называется
дхарма («держать»), без дхармы мир
не мог бы существовать. Дхарма во¬площает
в себе некую безличностную закономерность
вселенского целого и лишь вторично, производно
выступает в качестве зако¬на, предопределяющего
судьбу человека. Так устанавливается
ме¬сто каждой частицы в ее отношении
к целому. Из всеобщей дхар¬мы выводится
дхарма отдельно взятого предмета.
Дхарма пронизывает
все и выступает в роли имманентной
справедливости, поэтому всякому
индусу рекомендуется тщатель¬но
обдумывать свое действие; правильное
действие есть добро, неправильное
- зло, т.е. нравственная оценка поступка
происхо¬дит в зависимости от соответствия
дхарме.
Однако поскольку
каждое действие является результатом
на¬мерения и желания индивида,
то душа будет рождаться и
вопло¬щаться в мире до тех
пор, пока не освободится от элементов
вся¬кого желания. Смысл существования
состоит в том, чтобы интуи¬тивно познать,
что множественность мира - обман, ибо
есть одна Жизнь, одна Сущность, одна Цель.
В постижении данного един¬ства и состоит
спасение, величайшее благо, освобождение
и выс¬шее назначение. Жизнь вечна и безгранична
не своей продолжи¬тельностью, а познанием
вселенной в себе самом и себя во всем.
Совокупность
средств, которая дает такую
возможность, назы¬вается йогой.
Именно в системе йоги в
качестве основного пред¬писания
выступает принцип ахимсы. Йога включает
в себя восемь ступеней: воздержание (яма),
выполнение предписания (нияма), упражнение
тела (асана), управление дыханием (пранаяма),
от¬влечение чувств от их объектов (пратьяхара),
сосредоточение соз¬нания (дхарана), созерцание
(дхьяна), сосредоточение в состоянии транса
(самадхи).
Первые две
ступени - яма и нияма - основной акцент
делают на этическом аспекте. Следует
практиковать ненасилие (ахимса), быть
правдивым, честным, сдержанным, т.е. избегать
причинения вреда как действием, так и
намерением, словом, следуя восточной
традиции. Ахимса в данном контексте означает
последовательное воздержание от причинения
зла всем живым тварям и одновре¬менно
отсутствие чувства вражды и ненависти.
«Не убий» здесь основное правило, даже
самозащита не оправдывает убийства. Этическая
подготовка (яма и нияма) служит базой
для следующих ступеней: через владение
телом, дыханием, успокоением чувств человек
постепенно поднимается к усвоению высших
ступеней йоги, вплоть до состояния самадхи
- интуитивного проникнове¬ния в истину,
возвращения духа к своей естественной
основе.
Каковы же
нравственные и философские основы
ненасилия в индуизме. Чтобы ответить
на этот вопрос, нужно обратиться
не¬посредственно к анализу проблем
ненасилия, который дается в замечательном
памятнике индийской литературы, философии,
религии - «Бхагават-гите».
Содержание
книги, входящей в качестве
составной части в «Махабхарату»,
составляет разговор между Арджуной
и Кришной, принявшим облик
принца одной из царских династий
перед нача¬лом сражения. В этом разговоре
излагаются основы мироздания, религии,
роль и назначение человека и его путь
к спасению.
Диалог начинается
с того, что Арджуна высказывает
сомнение Кришне, взявшему на
себя роль возничего колесницы
прослав¬ленного лучника принца Арджуны,
о целесообразности войны, т.е. совершения
насилия, сомневается также в том, имеет
ли он моральное право на войну, тем более
что на противоположной стороне находятся
его родственники. На что Кришна отвечает,
что со смертью человек не исчезает, а
затем раскрывает смысл идеи о переселении
душ и учения о предопределении. Основная
задача человека, в том числе и в этом конкретном
случае, - не вы¬ходить из равновесия, сохранить
твердость духа и в счастье, и в несчастье.
Душа же не претерпевает изменений, она
бессмертна.
Таким образом,
в приведенном отрывке ненасилие
не призна¬ется ценностью. Поскольку
душа человека вечна, то в
принципе жизнь и смерть не
имеют значения, что делает возможным
оправ¬дать насилие. Однако дальнейший
ход мысли показывает, что все гораздо
сложнее. Оправдывается, как в приведенной
ситуации, только насилие во имя определенных
принципов. Во имя религи¬озных принципов,
например, оправдывается жертвоприношение.
Кришна утверждает, что сражение предопределено
свыше, как предопределен и его исход,
а задача Арджуна как в этом, так и в другом
деле исполнять свой долг, главное состоит
в том, чтобы делать свое дело (любое), не
привязываясь к результатам, к про¬дуктам
деятельности. Отказ же от долга, предначертанного
свы¬ше, есть религиозный грех.
В «Бхагават-гите»
неоднократно подчеркивается, что
самое важ¬ное для человека - это
отрешенность от мира, от чувственных
удо¬вольствий, материального богатства.
Плоды деятельности не при¬надлежат
человеку. Рассуждения заканчиваются
призывом: «Сра¬жайся! Отбрось все сомнения».
Тем самым как бы оправдывается насилие,
но только то, которое предначертано свыше;
во всех иных случаях утверждается принцип
ахимсы как один из осново¬полагающих
нравственных принципов. Отмечается, что
все качества, в том числе и отказ от насилия,
сотворены Верховным Брах¬мой. Ахимса
как отказ от насилия означает, что не
следует совер¬шать поступков, причиняющих
страдания или беспокойство дру¬гим. Ахимса
означает также, что людей необходимо
обучать таким образом, чтобы можно было
достичь полной реализации возмож¬ностей
человеческого тела, которое предназначено
для духовного самосознания, поэтому любое
движение или поступок, не ведущие к этой
цели, есть насилие над собой. То, что приближает
духовное счастье всех людей, называется
отказом от насилия.
Отказ от
насилия в «Бхагават-гите» - это
этический принцип и знание, выступающее
в противовес невежеству.
В других
текстах этой книги ненасилие
рассматривается и как качество,
присущее праведным людям, наделенным
божественной природой, наряду с очищением
своего существования, развитием духовного
знания, благотворительностью и др. В то
же время особо подчеркивается ценность
древнего, первоначального значения тер¬мина
«ахимса», именно как «непрерывание чьей-либо
жизни»; на¬пример, если животное убивают
преждевременно, то ему снова придется
возвращаться в эту форму жизни, чтобы
завершить по¬ложенный срок существования
в ней, и лишь затем перейти в сле¬дующую
форму. Ненасилие выступает и в качестве
особой формы аскетизма.
Таким образом,
ненасилие по отношению к человеку
и всему живому на Земле
выступает, с одной стороны,
как некоторая цен¬ность, выражающаяся
одновременно и как этический
принцип, и как знание, и как
божественное качество, и как
форма аскетизма. По своему содержанию
это: а) непрерывание чьей-либо жизни, так
как человек не вправе нарушить произвольно
цепь перевоплоще¬ний; б) отказ от поступков,
причиняющих страдания и беспокой¬ство
другим; в) ненасилие - это также все то,
что способствует ду¬ховному счастью
всех людей. С другой стороны, не само по
себе ненасилие самоценно, а лишь в связи
с обращенностью каждого человека к Верховному
Божественному Началу - Брахме. Насилие
недопустимо, если оно совершается человеком
по личному произ¬волу. От такого насилия
нужно отказываться, преодолевая в себе
наклонности к принуждению, не говоря
о самом факте насилия, в то же время оно
допустимо, если совершается по высшему
боже¬ственному предначертанию, когда
человек выполняет свой долг и не может
в силу определенных законов поступить
иначе.
Даосизм.
Основателем даосизма считается
древнекитайский философ Лао-цзы,
написавший трактат «Дао-дэ-цзин».
В центре даосской концепции
учение о великом Дао, всеобщем
Законе и Абсолюте. Дао находится
везде и во всем, его никто
не создал, все происходит от него, оно
всему дает начало, форму и имя. Познать
Дао, «путь», слиться с ним, следовать ему
- в этом смысл, цель и счастье жизни. Проявляется
Дао через Дэ, и если Дао все порож¬дает,
то Дэ все вскармливает. Так же, как и в
других религиозных концепциях Востока,
постичь Дао можно через самоотречение,
уход от страстей и суетности жизни. Достигается
это при помощи специальных процедур,
получивших название даосской йоги.
С точки
зрения анализа проблемы ненасилия
даосизм интере¬сен тем, что
он выступил против всякого манипулирования
лич¬ностью, которое признавалось конфуцианством.
Даосизм утверж¬дает принцип ненасилия
прежде всего для каждого человека, став¬шего
на путь познания великого Дао. Этот процесс
познания нель¬зя ускорить или замедлить,
нельзя навязать, каждый индивид в соответствии
со своей духовной природой проходит свой
путь сам. Для этого необходимо забыть
все нормы и условности, а вместе с этим
свое «Я».
В качестве
универсального принципа и одновременно
метода достижения Дао является
принцип «не-деяния» («у-вэй»), который
в контексте обсуждаемой проблемы имеет
большое значение для понимания сути ненасилия.
Принцип «не-деяния» означает не не¬делание,
а отстранение от своих дел, своих мыслей,
переживаний, страстей, т.е. умение встать
по отношению к себе как бы в пози¬цию
стороннего наблюдателя, приобрести то,
что мы сегодня на¬зываем эмоциональной
устойчивостью. Если в негативном смысле
«не-деяние» характеризуется как «ненарушение
естественного хо¬да вещей», «отказ от
насильственного вмешательства в природу
человека», то в позитивном как «деяние-через-не-деяние».
Такого рода «не-деяние» давало возможность
преодолеть свой страх пе¬ред угрозой
нападения, смертельной опасностью, с
одной сторо¬ны, закладывало основу для
побед, например, в единоборствах -с другой.
Такой подход стал условием для так называемого
нена¬сильственного сопротивления и нашел
в последующем развитие в ненасильственном
взаимодействии и с людьми, и с природой.
Таким образом,
хотя в даосизме специально
и не решалась про¬блема ненасилия,
однако разрабатывались ее принципиальные
по¬ложения, которые в дальнейшем развивались
другими религиозны¬ми и философско-этическими
концепциями. Это положения даосиз¬ма
о недопустимости насилия над природой
человека, о следовании естественности
окружающего мира в целом; т.е. индивид
самостоя¬тельно, в соответствии со своими
наклонностями и способностями должен
вступить на путь единения с Дао, а также
фундаментальный принцип недеяния как
условие приобретения эмоционального
рав¬новесия, что является предпосылкой
отказа от насилия.
Ислам. Догматика
ислама сводится к следующим
положениям: вера в Бога, предполагающая
внутреннюю убежденность, исповедание
веры словом и совершением
добрых дел; исповедание, что
Мухаммед - пророк Аллаха; признание
существования ангелов и злых духов; ожидание
Страшного Суда; убеждение, что в послед¬ний
день мира мертвые воскреснут и все получат
воздаяние за свои дела: кто праведники
- блаженство в раю, а грешники - мучения
в аду; признание существования божественного
предопределения, поскольку Аллах каждому
человеку заранее назначил его судьбу.
В соответствии
с догматикой строятся практические
и обрядо¬вые заповеди, к которым
относятся: пятикратная ежедневная
мо¬литва; обязательное омовение перед
молитвой и в других специ¬ально
оговоренных случаях, налог в пользу бедных,
ежегодный пост и паломничество (хадж)
в Мекку.
Рассмотрим
теперь, каким образом ставится
проблема ненаси¬лия в мусульманстве.
В отличие от других религий
в исламе пол¬ностью оправдывается
насилие по отношению к неверным,
осо¬бенно к последователям тех религий,
которые не имеют Писания. Коран содержит
воинственные призывы к борьбе с многобожниками;
вина же за убийство неверных здесь снимается.
Достаточно
жесткая система наказаний предусматривается
в Коране за различного рода нарушения
этических и правовых норм. Все действия
людей разбиты на пять категорий: 1) обязан¬ность
или необходимое действие; сюда вошли
действия, соверше¬ние которых вознаграждается,
а несовершение влечет наказание; 2) рекомендуемое
действие, за которое полагается награда,
но не¬совершение которого не наказывается;
3) дозволенное действие или безразличное
действие; 4) предосудительное действие,
но не¬наказуемое; 5) запрещенное действие
и наказуемое. В Коране в полной мере нашел
отражение так называемый «закон уравнове¬шивания»
в его исходной первоначальной формуле:
«око за око, зуб за зуб», что выражает
понимание о справедливости через при¬знание
мести. Суть же справедливости состоит
в том, что отвечать (мстить) нужно однородным
действием. Однако такого рода предписание
допускает в отличие от некоторых языческих
рели¬гий отсрочку наказания и уплату
денежного штрафа, но только за первое
убийство. Вообще же в Коране убийство
осуждается, хотя и делается исключение
для убийств в ходе священной войны -джихада.
Делаются здесь различия в убийстве предумышленном
и убийстве случайном. Во втором случае
месть не применима и за¬меняется выкупом.
Следует указать и на факт строгого наказания
за воровство, которое предусматривает
отсечение кисти руки вору или воровке.
Предусматривается система наказаний
и за нанесе¬ние морального ущерба, например
ростовщичество запрещено многими стихами
Корана. В ряде положений Корана принижают¬ся
права женщин, оправдывается ограничение
их свободы, дис¬криминация, а узаконивается
принуждение. Однако отношение к женщине
в исламе определяется ее обязанностями
матери и жены, данными ей Аллахом. В то
же время в Коране определяются иму¬щественные
и социальные права женщин, что способствовало
уп¬рочению статуса женщины в семье и
обществе.
