Новоевропейская философия. 2

Новоевропейская философия

1. Проблемы научного познания в философии Нового времени:

 XVII век открывает новый этап в развитии философии, именуемый философией Нового времени. Исторической особенностью  данного периода было упрочение и становление новых общественных отношений, что порождает изменения не только в экономике и политике, но и в сознании людей. Человек становится, с одной стороны, более свободным от влияния религиозного мировоззрения, а с другой – менее духовным.  Он устремлен не к потустороннему блаженству, не к истине, как таковой, а к пользе, увеличению комфортности земной жизни. Господствующим фактором сознания в эту эпоху становится наука в ее  классическом варианте. Если в Средние века философия выступала в союзе с богословием, в эпоху Возрождения – с искусством, то в Новое время она главным образом опирается на науку. На первый план в философии выходит гносеологическая проблематика. В ее рамках формируются два важнейшие направления, в противоборстве которых проходят 17 – 18 века в философии Нового времени: эмпиризм (опора на опыт, чувства) и рационализм (опора на разум, абстрактное мышление). Этот период можно обозначить как эпоху познания окружающего мира и эпоху борьбы методов.

Представители эмпиризма (от греч. опыт) утверждали, что все знания возникают из опыта и наблюдений. Наиболее яркими представителями этого направления были Ф. Бэкон (1561 – 1626), Т. Гоббс (1588 – 1679) и Д. Локк (1632 – 1704).

Родоначальник английского эмпиризма Ф. Бэкон в своем главном труде «Новый органон» назвал свой метод индуктивным. Веря в универсальность метода, ученый предлагал положить в основу исследований наблюдение и эксперимент. Он резко критиковал предложенный еще Аристотелем метод установления истины из априорных предположений и предлагал производить множество опытов, которые способствуют ускорению развития знания и строгости  научного открытия. Основная цель, которую преследовал Бэкон в построении своей научной методологии – увеличение власти человека над природой. К этому вопросу он неоднократно возвращался на протяжении всей своей жизни.

Уже  в молодости Бэкон вынашивает грандиозный план «Великого Восстановления наук», к реализации которого стремился всю жизнь. Первую часть этого труда составляет совершенно новая, отличная от традиционной для того времени аристотелевской, классификация наук. Она было предложена еще в труде Бэкона «О преуспевании знания», но полное развитие получила в главном труде философа «Новый органон» который в самом названии указывает на противопоставление авторской позиции догматизированному Аристотелю, почитавшемуся тогда в Европе за непогрешимый авторитет. Ученому принадлежит заслуга придания философского статуса опытно-экспериментальному естествознанию. Широко известно высказывание Бэкона: «Знание – сила», в котором отразилась практическая направленность новой науки.

Хотя в центре внимания философии Ф.Бэкона стоят  проблемы теории познания, однако, он утверждает, что достигнуть истинного объективного знания человеку не так-то просто –  он подвержен заблуждениям. Эти заблуждения  Бэкон называет «призраками» или  «идолами» человеческого рода. Как  считает философ, существует 4 вида таких «идолов» (идолы пещеры, идолы  театра, идолы площади, идолы рода). Идолы пещеры связаны с индивидуальными  особенностями людей – их склонностями, воспитанием, психическим складом и т.п. (каждый человек смотрит на мир как бы из своей пещеры, что делает процесс познания очень субъективным). Идолы театра -  вера в авторитеты, мешающая самостоятельно без аксиом и предубеждений опираться на свой собственный опыт, в отличие от призраков пещеры они очень трудноискоренимы. Нелегко победить и идолов площади (их существование связано с самим общением людей – использованием языка, неточностями и искаженностью смыслов слов при понимании друг друга; кроме того, вместе с языком мы бессознательно принимаем все предрассудки, предубеждения предшествующих поколений, от которых, являясь носителями самого языка, очень трудно избавится). Наиболее же опасны идолы рода, поскольку они коренятся в самой человеческой сущности. Например, стремление человека истолковывать природу по аналогии с самим собой (антропоморфизм) – величайшее из заблуждений человеческого рода, которое заводит процесс познания «в тупик». Таким образом, проблема заблуждений человеческих чувств (и разума), поставленная в философии Нового времени Ф.Бэконом, на первый план в философии выводит не только гносеологическую, но и критическую функцию философии, позволяющую человеческому роду бороться с собственными предрассудками в целях объективного познания действительности.

В непосредственной связи с учением Ф. Бэкона можно  рассматривать учение Т. Гоббса. Необходимо указать на крайне механистический характер его системы, отличающий ее от учения Бэкона.   Мышление Гоббса совершенно равнодушно к специфическим особенностям вещей, он простирает на все области законы, имеющие силу лишь  в ограниченной сфере бытия – механике. В какой-то степени, это определяется характером науки того времени, с точки зрения, которой, материя, как субстанция, обладает одним атрибутом – величиной или протяженностью. Качественное своеобразие не дано в вещах, оно создается посредством механического движения. Единственной реальностью познания Т.Гоббс (аналогично Ф.Бэкону) признает субъективный опыт индивида. Он так определяет основной принцип сенсуализма (основа познания только чувства, ощущения): «нет ни одного понятия в человеческом уме, которое не было бы порождено первоначально, целиком или частично, в органах ощущения»[27].

Основоположника английского Просвещения Д.Локка (1632 – 1704) также относят к представителям эмпиризма. В центре философской системы Д. Локка стоит теория познания. Свои идеи Локк изложил в главном труде «Опыт о человеческом разуме», над которым работал более двадцати лет. В основе знания, по Локку, лежат простые идеи. С помощью анализа, синтеза, абстрагирования человек преобразует простые идеи в сложные, а так же идеи более общего порядка. Критерием истины в познании выступает ее адекватность действительности.

Логически следуя  собственной методологии,  Локк распространяет  её и на частную жизнь личности. Можно утверждать что этика, а также политическая программа английского  просвещения была разработана в основных чертах Локком. Понятия добра и зла он выводил из ощущений удовольствия или страдания (в физическом и духовном смыслах). Поскольку люди, считал Локк, соотносят эти понятия с требованиями повседневной жизни, то и правила, регулирующие их отношения, должны отличаться удобствам, целесообразностью и полезностью. Позже эту этику стали называть утилитарной, и именно она способствовала закреплению в характере англичан таких черт как предприимчивость, изобретательность, практицизм. Выступая в защиту индивидуальных прав и свобод, английское просвещение безусловно признавало право каждого человека преследовать свой частный интерес. Большое влияние в этом вопросе на идеи Локка  оказало учение Гоббса об эгоистической природе человека, которое  послужило основой этики себялюбия, или разумного эгоизма.

Поначалу апология эгоизма не вселяла в англичан уверенности в том, что стремление к личному преуспеванию приведет общество к стабильности. Просвещение  столкнулось со сложной этической  проблемой: как погасить разрушительную инерцию эгоизма? Как обеспечить порядок в индивидуалистическом обществе? Английские просветители сделали  многое, чтобы решить эту проблему не только теоретически, но и практически. Благодаря их усилиями была создана  рациональная модель отношений между  людьми в практической жизни, соответствующая  роли и значению гражданского общества. Одним из важнейших достоинств человека признавалась его способность к  сотрудничеству с другими людьми. Философы во многом преуспели в стремлении привить широким слоям населения  Англии свои ценности и идеалы. Значение этого в полной мере проявилось в  ходе социально-политических бурь, пронесшихся  над Европой в конце ХVIII вв. Англия оказалась островком стабильности, этика политического компромисса  стала более надежным средством  умиротворения общества, чем дисциплина, поддерживаемая силой. В этом  и заключается одно из основных достижений этической концепции Локка.

К представителям рационализма можно отнести Р. Декарта (1596-1650), Б. Спинозу (1632-1677), Г. Лейбница (1646-1716).

В лице рационалистов  человеческое мышление утверждает себя как суверенное и истинное бытие, выражением чего было знаменитое положение Декарта: «Я мыслю, следовательно, я существую». Антитрадиционализм – альфа и омега философии Декарта. Когда мы говорим о научной революции XVIIвека, то именно Декарт являет собой тот тип реформатора, усилиями которого и была создана наука Нового времени. Принцип новой философии с его предельной четкостью выразил сам Декарт: никогда не принимать за истинное ничего, что не познал бы таковым с очевидностью, включать в свои суждения только то, что представляется уму столь ясно и столь отчетливо, что не даст никакого повода для сомнения.

Истинное знание по Декарту мы должны получить для  того, чтобы руководствоваться им в практической жизни, в своем  жизнестроительстве. То, что прежде происходило стихийно, ныне может  стать предметом сознательной и  целенаправленной воли, руководствующейся  принципами разума. Человек стремится  контролировать историю во всех ее формах, начиная от строительства  городов, государственных учреждений, правовых норм и заканчивая наукой.

Философское творчество никогда не начинается «на пустом месте». Декартова связь с предшествующей философией обнаруживается постоянно. Например, для того, чтобы суждение «мыслю, следовательно, существую» приобрело  значение исходного положения философии, необходимы, по крайней мере, два  допущения. Во-первых, восходящее к  античности (прежде всего к платонизму) убеждение в онтологическом превосходстве  умопостигаемого мира над чувственным, ибо сомнению у Декарта подвергается, прежде всего, мир чувственный, включая  небо, землю и даже наше собственное  тело. Во-вторых, чуждое  в такой мере античности и рожденное христианством сознание высокой ценности «внутреннего человека», человеческой личности, отлившееся позднее в категорию «Я». В основу философии нового времени, таким образом, Декарт положил не просто принцип мышления как объективного процесса, каким был античный Логос, а именно субъективно переживаемый и сознаваемый процесс мышления, такой, от которого невозможно отделить мыслящего.

Значимо для  развития науки и философии понимание  Декартом метода. Последний должен превратить познание в организованную деятельность, освободив его от случайности, от таких субъективных факторов, как  наблюдательность или острый ум, с  одной стороны, удача и счастливое стечение обстоятельств, с другой. Опытно-индуктивной  методологии Ф.Бэкона здесь противопоставляется  рационалистическая методология. Если Бэкон полагал, что познание истины предполагает последовательное движение мыли от единичного к общему, то Р.Декарт, напротив, начинал с наиболее общих  положений и от них продвигался  к более частным выводам конкретных наук. Он считал, что правильно рассуждающий ум обладает огромной предвосхищающей, предсказательной силой. Основные принципы его рационалистического метода следующие: 

 истинным  может быть признано только  то, что познается предельно ясно  и очевидно (принцип интеллектуальной  интуиции);

·        мысленно необходимо делить исследуемый вопрос на максимально простые элементы, чтобы выстроить иерархию между ними (т.е. установить взаимодействие частей объекта);

·        требуется последовательное движение мысли при осуществлении вывода научных положений из первичных самоочевидных принципов.

Образно говоря, метод Декарта превращает научное  познание из кустарного промысла в  промышленность, из спорадического и  случайного обнаружения истин –  в систематическое и планомерное  их производство. Метод позволяет  науке ориентироваться не на отдельные  открытия, а мыслить и развиваться  системно.

Если Декарт-теолог и Декарт-философ находятся в  состоянии борьбы между собой, то Б. Спиноза  уже не знает такой раздвоенности, такого противоречия. Бог, или субстанция, у Спинозы, существует прежде вещей не по  времени, а лишь по природе. Основной принцип Спинозы – единство материального и духовного. Философ научно истолковывал соотношение этих двух сторон человеческой жизни. Когда тело инертно, отмечал он, то и дух не расположен к мышлению, когда тело находится во сне, то одновременно с ним и дух пребывает в бездеятельности. Мыслит не душа, как нечто изолированное от тела, мыслит само тело.

Философские воззрения  Спинозы складывались под влиянием Декарта и механико-математической методологии. В конечном счете, он стремился  к созданию целостной картины  природы, опираясь на тезис  о тождестве бога и природы (пантеизм). Изучая наследие этого, безусловно, незаурядного мыслителя, нельзя не утверждать, что оно было монистично и строго логично. Это дало повод последующим  исследователям для критики учения, как с религиозных, так и с атеистических позиций. 

Философская система Готфрида Лейбница явилась итогом переработки идей Демокрита, Платона, Декарта, Спинозы и др. Ему удалось преодолеть механический характер философских представлений своего времени. Ученый стремился синтезировать  все рациональное в предшествующей философии с новейшим научным знанием на основе собственной методологии, составляющими которой были, прежде всего, универсальность и строгость рассуждений. В дальнейшем подобный подход оказал значительное влияние на немецкую классическую философию.

В своем рационалистическом учении Лейбниц различал мир умопостигаемый, мир истинно сущего (метафизическая реальность) и мир чувственный, или  только являющийся (феноменальный), физический мир. Реальный мир (истинно  сущее) состоит, по Лейбницу, из бесчисленных психических деятельных субстанций – монад. Монады у него – неделимые первоэлементы бытия, самостоятельные субстанции. Ни одна из монад не может влиять на другие; тем не мене они находятся между собой в отношении предустановленной гармонии. Гармония между монадами установлена Богом изначально, когда тот избирал  для существования данный, из всех возможных миров. В силу гармонии развитие каждой монады находится в полном соответствии с развитием других монад и всего мира в целом. Это соответствие основано на заложенной Богом способности монад представлять, воспринимать или выражать и отражать все другие монады и весь мир. Монада – «зеркало  Вселенной». Жизнедеятельность монад состоит в том, что они способны воспринимать и стремиться  к новым восприятиям. Способность восприятия Лейбниц называет апперцепцией, и она внутренне присуща каждой монаде (осуществляется в течение ее жизни как изначально заложенная индивидуальная программа). Бог замыслил эту программу еще до сотворения монад и, таким образом, все их действия  предопределены.

Лейбницево  понятие  о монадах на первый взгляд кажется слишком умозрительным. Между тем, в философии следует придерживаться правила не отвергать с порога идею, сколь не была бы она на взгляд современника «безумна». Так, в 1996 г.  в  космосе  астрофизиками была открыта «материально-нематериальная» частица – квантон. Это открытие дало повод ряду ученых провести определение параллели между квантоном и монадами Лейбница.

В новоевропейском  рационализме научное познание уподоблялось конструированию гигантского механизма, состоящего из простейших элементов  – предельно ясных, простых, четких идей, которые интеллектуальная интуиция усматривает в человеческом разуме. Инструментом такого конструирования  служит именно рационалистический метод.

Подводя итог рассмотрению противостояния идей эмпиризма и  рационализма в философии Нового времени (прежде всего, в 17 столетии), следует  сказать, что это противостояние обусловлено необходимостью создания методологии опытного исследования природы, а так же необходимостью систематизации разрозненных и беспорядочно накопленных знаний.

2.Дилема эмпиризма и  рационализма:

Философия Нового времени датируется XVII в. Эта эпоха в западноевропейской истории знаменуется быстрым развитием естественных наук: физики, химии, астрономии, математики, среди которых ведущей становится физика. Развитие естествознания диктует основную проблему философской рефлексии — проблему построения универсального метода и универсальной науки. Гносеологическая проблематика становится центром философствования в XVII в.

Новое время провозглашает  науку наиболее важной деятельностью человека, способной избавить его от всех бед и страданий. Очевидно, что метод такой науки также должен быть универсальным, гарантировать получение вечной, неизменной, полной истины. Размышления о методе отодвинули на задний план вопросы о бытии, человеке, смысле жизни и т.п. Вокруг ответа на вопросы об универсальном методе и источнике научного познания в философии Нового времени сложились две конфликтующие позиции: эмпиризм (сенсуализм) и рационализм. Дилемма эмпиризма и рационализма существовала на протяжении всей истории философии, однако в XVII в. дискуссия между представителями этих направлений стала нервом философии.

Представителями эмпиризма  Нового времени являются Фрэнсис Бэкон, Джон Локк и Томас Гоббс. Сенсуалисты в качестве единственного источника познания признают опыт, а ведущей познавательной способностью считают сенситивную. Душа человека — чистая доска, tabula rasa, на которой природа пишет свои письмена. На этом основании представители эмпиризма называют индукцию универсальным научным методом. При этом, конечно, осознаются проблемы, связанные с вероятностной природой индуктивного знания, ищутся способы повышения его достоверности.

Представителями рационализма Нового времени являются Рене Декарт, Бенедикт Спиноза и Готфрид Вильгельм  Лейбниц. Рационалисты утверждают, что всеобщее и необходимое знание невозможно получить из опыта, достоверное знание выводимо только из разума, который является главной познавательной способностью человека. В разуме изначально заложены всеобщие и необходимые истины, из которых по определенным логическим правилам выводится все содержание знания. Мышление действует наподобие духовного автомата, который производит истину по заранее установленным правилам. На этом основании универсальным философским методом рационалисты считали дедукцию. Если сенсуалисты столкнулись с проблемой достоверности индуктивного знания, то рационалисты не могли удовлетворительно ответить на вопрос, откуда возникают познавательные ошибки, если истины заранее содержатся в уме и выводятся из него дедуктивным способом.

Несмотря на дискуссию  по вопросам об источнике знания и  универсальном методе, рационализм  и эмпиризм Нового времени не разделены  непреодолимой стеной. Рационалисты не отрицают возможности сенситивного познания, не игнорируют опыт, но лишь утверждают, что достоверное знание невозможно вывести из опыта. Представители эмпиризма не отрицают роли интеллекта в познании, с помощью которого единичные данные органов чувств путем индукции организуются в общие знания, выступая, однако, против идеи врожденных истин, из которых выводится все содержание знания.

В Новое время сформировалась также идеалистическая версия сенсуализма, иначе называемая субъективным идеализмом. Представителями этого направления являются Джордж Беркли и Дэвид Юм. Идеалистические сенсуалисты субъективизировали опыт, отождествив его с совокупностью ощущений. Тезис эмпиризма — все из опыта — был истолкован ими в субъективно-идеалистическом духе. Все, с чем человек сталкивается в опыте, это его собственные чувственные впечатления, человек не знает ничего, кроме данных своего сознания, поэтому познаются не объективные вещи, а их субъективные образы. На этом основании идеалистические сенсуалисты сделали вывод, что европейская философия и наука строятся на иллюзорных понятиях, фикциях ума, за которыми ничего не стоит. Такими понятиями сенсуалисты назвали материю, субстанцию, причину, следствие, необходимость и т.п. Если отказаться от этих ложных понятий, то наука и философия в прежнем виде оказываются невозможными.

Дилемма эмпиризма и рационализма была разрешена в трансцендентальном идеализме И. Канта, который продемонстрировал возможности построения теоретической науки и впервые поднял вопрос о границах познающего разума.

3.Проблемма субстанции  в рационализме (Декарт,Спиноза,Лейбниц):

1.Рационализм  философии Нового Времени Р.  Декарт 

Рассмотрение данного  вопроса, я думаю, необходимо начать именно с самого яркого представителя  рационалистического направления  – Рене Декарта. Несколько слов о  его биографии. Он в восемь лет  уходит на учебу в иезуитский колледж  Ла-Флеш. Здесь он получил основы образования. В ряде жизнеописаний  Декарта указывается, что сухое, педантичное обучение его не удовлетворяло. Отрицательное отношение к схоластическому  пониманию науки и философии  проявилось у него, однако, позже, когда  он как военный побывал в значительной части Европы. В 1621 г. он уходит с  военной службы и путешествует. Посетил  Германию, Польшу, Швейцарию, Италию и  некоторое время жил во Франции. Наиболее интенсивно предавался исследованиям  во время своего сравнительно долгого  пребывания в Голландии в 1629—1644 гг. В этот период он пишет большинство  своих работ. Годы 1644—1649 были наполнены  стремлением отстоять, и не только теоретически, взгляды и идеи, содержащиеся, в частности, в «Размышлениях  о первой философии» и в «Началах философии». В 1643 г. в Утрехте, а в 1647 г. в Лейдене (где сравнительно долго жил Декарт) было запрещено  распространение его воззрений, а его труды были сожжены. В  этот период Декарт вновь несколько  раз посещает Париж и думает даже о возвращении во Францию. Однако затем он принимает приглашение  шведской королевы Христины и уезжает  в Стокгольм, где вскоре умирает  от простуды.  Наиболее выдающиеся из его философских трудов — это работы, посвященные (как и у Бэкона) методологической проблематике. К ним принадлежат, прежде всего, «Правила для руководства разума», написанные в 1628—1629 гг., в которых Декарт излагает методологию научного познания. С этой работой связано и вышедшее в 1637 г. как введение к его трактату о геометрии «Рассуждение о методе». В 1640— 1641 гг. Декарт пишет «Размышления о первой философии», в которых вновь возвращается к определенным аспектам своей новой методологии и одновременно придает ей более глубокое философское обоснование. В 1643 г. выходит его труд «Начала философии», в котором полно изложены его философские воззрения.        Естествознание XVI—XVII столетий еще не формулирует эти новые принципы познания (по крайней мере без соответствующей степени общности). Оно скорее реализует их непосредственно в процессе овладения своим предметом. Если философия Бэкона является предвестником нового (его философия скорее симпатизирует естествознанию Нового времени, чем создает для него философское обоснование), то в философии Декарта уже закладываются основания (достаточно общие) новой теории света, в которой не только обобщены, но и философски разработаны и оценены все полученные к тому времени результаты нового естествознания. Поэтому философия Декарта представляет собой новый, цельный и рационально обоснованный образ мира, не только соответствующий актуальному состоянию естествознания, но и полностью определяющий направление его развития. Одновременно она вносит и основополагающие изменения в развитие самого философского мышления, новую ориентацию в философии. Первую и исходную определенность всякой философии Декарт видит в определенности сознания — мышления. Требование, что должно исходить лишь из мышления как такового, Декарт выражает словами: «во всем должно сомневаться» - это абсолютное начало. Таким образом, первым условием философии он делает само отвержение всех определений. Декартово сомнение и «отвержение всех определений» исходит, однако, не из предпосылки о принципиальной невозможности существования этих определений. Это не скепсис, с которым мы встречались, например, в античной философии. Принцип Декарта, согласно которому во всем следует сомневаться, выдвигает сомнение не как цель, но лишь как средство. Первичную достоверность Бэкон находит в чувственной очевидности, в эмпирическом, смысловом познании. Для Декарта, однако, чувственная очевидность как основа, принцип достоверности познания неприемлема.

Декарт ставит вопрос о  постижении достоверности самой  по себе, достоверности, которая должна быть исходной предпосылкой и поэтому  сама не может опираться на другие предпосылки. Такую достоверность  он находит в мыслящем Я — в  сознании, в его внутренней сознательной очевидности. «Если мы отбросим и  провозгласим ложным все, в чем можно  каким-либо способом сомневаться, то легко  предположить, что нет бога, неба, тела, но нельзя сказать, что не существуем мы, которые таким образом - мыслим. Ибо является противоестественным  полагать, что то, что мыслит, не существует. А поэтому факт, выраженный словами: «я мыслю, значит, существую» (cogito ergo sum), является наипервейшим из всех и наидостовернейшим  из тех, которые перед каждым, кто  правильно философствует, предстанут»         С проблематикой познания в философии Декарта тесно связан вопрос о способе конкретного достижения наиболее истинного, т. е. наиболее достоверного, познания. Тем самым мы подходим к одной из важнейших частей философского наследия Декарта — к рассуждениям о методе. В «Рассуждении о методе» Декарт говорит, что его «смыслом не является учить здесь методу, которому каждый должен следовать, чтобы правильно вести свой разум, но лишь только показать, каким способом я стремился вести свой разум». Правила, которых он придерживается и которые на основе своего опыта полагает важнейшими, он формулирует следующим образом: не принимать никогда любую вещь за истинную, если ты ее не познал как истинную с очевидностью; избегать всякой поспешности и заинтересованности; не включать в свои суждения ничего, кроме того, что предстало как ясное и видимое перед моим духом, чтобы не было никакой возможности сомневаться в этом; разделить каждый из вопросов; которые следует изучить, на столько частей, сколько необходимо, чтобы эти вопросы лучше разрешить; свои идеи располагать в надлежащей последовательности, начиная с предметов наипростейших и наилегче познаваемых, продвигаться медленно, как бы со ступени на ступень, к знанию наиболее сложных, предполагая порядок даже среди тех, которые естественно не следуют друг за другом; совершать везде такие полные расчеты и такие полные обзоры, чтобы быть уверенным в том, что ты ничего не обошел. Правила Декарта, как и все его «Рассуждения о методе», имели исключительное значение для развития философии и науки Нового времени. Рационализм Декарта нашел много продолжателей. К наиболее выдающимся из тех, кто существенным образом способствовал обогащению и развитию философской мысли, принадлежат, в частности, Б. Спиноза и Г. В. Лейбниц.

2. Рационализм  философии Нового Времени Б.  Спиноза

Спиноза всю жизнь прожил в Голландии. И хотя, Голландия  в то время была страной прогрессивной, он и здесь не избежал жестокого  преследования со стороны как  еврейских, так и протестантских и католических религиозных кругов.       Основные идеи философии Спинозы изложены в его главном и основном труде – «Этике». Рассуждения, содержащиеся в «Этике», разделены на пять основных частей (о Боге, о природе и происхождении мысли, о происхождении и аффекте, о человеческой несвободе, или о силе аффектов, о силе разума, или о человеческой свободе). Как раз интерес для нашей темы представляет собой последняя, пятая часть «Этики». Мышление трактовалось как своего рода самосознание природы. Отсюда принцип познаваемости мира и глубокий вывод: порядок и связь идей те же, что порядок и связь вещей. И те, и другие суть только следствия божественной сущности: любить то, что не знает начала и не имеет конца, — значит любить Бога. Человек может лишь постигнуть ход мирового процесса, чтобы сообразовать с ним свою жизнь, свои желания и поступки. Мышление тем совершеннее, чем шире круг вещей, с которыми человек вступает в контакт, т.е. чем активнее субъект. Мера совершенства мышления определяется мерой его согласия с общими законами природы, а подлинными правилами мышления являются верно познанные общие формы и законы мира. Понимать вещь — значит видеть за ее индивидуальностью универсальный элемент, идти от модуса к субстанции. Разум стремится постичь в природе внутреннюю гармонию причин и следствий. Эта гармония постижима, когда разум, не довольствуясь непосредственными наблюдениями, исходит из всей совокупности впечатлений.  

3.Рационализм  философии Нового Времени Г.  Лейбниц

Готфрид Вильгельм Лейбниц  представляет определенное завершение европейского философского рационализма. В философии Лейбница отразились почти все философские импульсы его времени. Он был подробно знаком не только с философией Декарта, Спинозы, Бойля, но и с философскими трудами  представителей эмпирически ориентированной  английской философии, в частности  с работами Дж. Локка, и давал им оценку. Так, он был не согласен с  концепцией картезианского дуализма, отвергал определенные элементы картезианской  теории познания, в частности тезис  о врожденных идеях, возражал и против спинозовской единой субстанции (бога), которая является и всем, и субстанцией. Лейбниц не создал ни одного философского труда, в котором он представил бы или логически разработал свою философскую систему. Его воззрения разбросаны по разным статьям и письмам. Ядро философской системы Лейбница составляет учение о «монадах» — монадология. Монада — основное понятие системы — характеризуется как простая, неделимая субстанция. Лейбниц отвергает учение Спинозы о единой субстанции, которое, по его представлениям, вело к тому, что из мира исключаются движение, активность. Он утверждал, что субстанций бесконечное множество. Они, согласно его воззрениям, являются носителями силы, имеют духовный характер. Вопрос гармонии — важнейший в философии Лейбница. Она является неким внутренним порядком всего мира монад и представляет собой принцип, преодолевающий изолированность монад. Следующая характерная черта монад заключается в том, что каждая монада имеет собственную определенность (является носителем определенных качеств), которой она отличается от всех остальных. В этой связи Лейбниц формулирует и свой известный принцип тождества. Если бы две монады были полностью одинаковы, они были бы тождественны, т. е. неразличимы.        По степени развития он различает монады трех видов. Низшая форма, или монады нижайшей степени, характеризуется «перцепцией» (пассивной способностью восприятия). Они способны образовывать неясные представления. Монады высшей степени уже способны иметь ощущения и опирающиеся на них более ясные представления. Эти монады Лейбниц определяет как монады-души. Монады наибольшей степени развития способны к апперцепции (наделены сознанием). Их Лейбниц определяет как монады-духи. Монады сами не имеют никаких пространственных (или каких-либо физических) характеристик, они, таким образом, не являются чувственно постижимыми. Мы можем их постичь лишь разумом. Чувственно воспринимаемые тела, т. е. соединения монад, различаются согласно тому, из каких монад они состоят. Тела, содержащие лишь монады низшей степени развития (т. е. тела, в которых не содержатся монады, способные к сознанию или ощущениям),-это тела физические (т. е. предметы неживой природы). Тела, в которых монады способны к ощущениям и представлениям (содержат монады-души), являются биологическими объектами. Человек представляет собой такую совокупность монад, в которой организующую роль играют монады, наделенные сознанием. Образование совокупностей монад не является случайным. Оно определено «предустановленной гармонией». При этом, однако, в каждой из монад потенциально заключена возможность развития. Этим Лейбниц объясняет тот факт, что все монады постоянно изменяются, развиваются и при этом их развитие не «подвержено влиянию извне».           Отношение Лейбница к основным идеям сенсуалистской концепции познания более внимательное и осторожное, чем, например, отношение к ней Спинозы. Он не отвергает чувственного познания или роли опыта в процессе познания. Он принимает главный тезис сенсуализма «ничего нет в разуме, что не прошло бы раньше через чувства», но он дополняет его следующим положением — «кроме самого разума», т. е. врожденных способностей к мышлению и образованию понятий или идей.     Чувственное познание выступает, таким образом, как определенная низшая ступень или предпосылка рационального познания. Разумное, рациональное познание раскрывает действительное, необходимое и существенное в мире, тогда как чувственное познание постигает лишь случайное и эмпирическое.       Философское мышление Лейбница представляет собой вершину европейской рационалистической философии.      Итак, подводя итог вышесказанному, мы выделяем следующие характерные черты рационализма новоевропейской философии: