Омар Хайям: поэт, философ, математик



Содержание

 

Введение…………………………………………………………………………...3

1. Жизненный путь Омара Хайяма………………………………………………4

2. Омар Хайям как  поэт…………………………………………………………...7

3. Омар Хайям как  философ…………………………………………………….13

4. Омар Хайям как  математик……………………………………………....…..16

Заключение 19

Список использованных источников 20

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

 

Тема данного реферата – Омар Хайям: поэт, философ, математик.

Творчество Омара Хайяма – удивительное явление в истории  культуры народов Средней Азии и  Ирана, всего человечества. Его открытия в области физики, математики, астрономии переведены на многие языки мира и имеют историческое значение. Его стихи «жалящие как змея» до сих пор покоряют своей предельной ёмкостью, лаконичностью, образностью, простотой изобразительных средств и гибким ритмом. Философия Омара Хайяма сближает его с гуманистами эпохи Возрождения («Цель творца и вершина творения – мы»). Он ненавидел и обличал существующие порядки, религиозные догмы и пороки, царившие в обществе. Однако часто Хайям впадал в пессимизм и фанатизм, что было широко распространено в средневековье и особенно на востоке. Этот мир считался временным и преходящим. Богословы и философы того времени придерживались того мнения, что вечную жизнь и блаженство можно найти только после смерти. Всё это не могло не найти своего отражения в творчестве Омара Хайяма. Однако поэт также любил и реальную жизнь, протестовал против её несовершенства и взывал наслаждаться каждым её мигом, невзирая на то, что существующие нравы и инквизиция не разделяли и преследовали подобные взгляды на жизнь.  

 Рубаи Омара Хайяма  – классика средневековой восточной  поэзии, которая и по сей день  привлекает к себе всех ценителей  мудрого слова.

Целью данной работы является изучение жизни и творчества Омара  Хайяма. Исходя из поставленной цели предполагается решение следующих задач:

  1. рассмотреть жизненного пути Омара Хайяма;
  2. проанализировать деятельность Омара Хайяма как поэта;
  3. рассмотреть деятельность Омара Хайяма как философа;
  4. изучить деятельность Омара Хайяма как математика.

1. Жизненный путь Омара Хайама

 

Омар Хайям родился  в 1048 году в восточноиранском городе Нишапуре. О том, кто были его родители и чем занимались, никаких сведений не сохранилось. Однако литературное имя  поэта – Хайям, что в переводе означает «палаточных дел мастер», указывает на то, что будущий поэт происходил из сословия ремесленников. Впрочем, семья как видно, располагала достаточными средствами, чтобы обеспечить способному мальчику возможность получить образование в престижных учебных заведениях того времени. Он закончил считавшееся в то время одним из лучших в Иране медресе в Нишапуре, которое славилось своими культурными и просветительскими традициями. Там он близко сходится со своим сверстником Абдул-Кассемом, стяжавшим впоследствии громкую славу визиря (о его успехах и государственной мудрости с похвалой отзываются персидские летописи). Именно Абдул-Кассем позже проявил трогательную заботу о судьбе Омара и предоставил ему возможность свободно заниматься наукой. Затем продолжил Хайям своё образование в крупных культурных центрах Центральной Азии и Хорасана - Самарканде и Балхе. За годы учения Хайям овладел всеми науками, традиционно включаемыми в круг средневековой образованности – математикой, физикой, астрономией, философией, теософией, правоведением, а также историей, корановедением и основами стихосложения. Он был также сведущ в науке врачевания  и астрологии. В совершенстве изучив арабский язык, который являлся языком книжности и науки, Хайям со временем стал настоящим знатоком арабской и персидской поэзии. Увлекался он и изучением теории музыки. В 25летнем возрасте написанный им «Трактат о доказательствах проблем алгебры и ал-мукаббалы» поставил его в ряд выдающихся математиков того времени. Сразу же Хайям становится придворным учёным, которому оказывают покровительство правители – меценаты. До 1074 года он служил при дворе наследного принца в Бухаре, а затем получил приглашение ко двору могущественного правителя династии Сельджукидов Малик – шаха в Исфахан. Здесь начинается двадцатилетний период  наиболее плодотворной научной деятельности Хайяма. По настоянию шахского визиря Низам ал-Мулка, в распоряжение Хайяма передаётся одна из крупнейших в средневековом мире обсерваторий – исфаханская. Здесь ему с группой  «лучших астрономов века» удаётся разработать, названный в честь высочайшего покровителя «маликшаховым», новый календарь, превосходивший по точности нынешние календари. К сожалению, были безвозвратно утрачены бесценные « Астрономические таблицы Малик-шаха», в которых подводился итог многолетних наблюдений его обсерватории за движением небесных тел. Не сохранился и трактат  Хайяма по математике, в котором содержалась формула, получившая впоследствии название бинома Ньютона. Считается, что в своих тогдашних работах по математике Хайям обогнал современную ему европейскую науку не менее чем на 500 лет. Невероятно высок был авторитет Омара Хайяма и как придворного астролога.

Плодотворный во многих отношениях исфаханский период Хайяма обрывается с гибелью его главного покровителя  при шахском дворе визиря Низам ал–Мулка, павшего от рук фанатика- убийцы. А вскоре при загадочных обстоятельствах умирает и сам Малик-шах. Вокруг престола Сельджукидов разворачивается ожесточённая борьба за власть. После смерти Малик-шаха фактической правительницей государства стала его вдова Туркан-хатун. Хотя положение Хайяма при шахском дворе стало непрочным,он ещё некоторое время оставался в Исфахане, исправляя должность астролога и врача царицы. Однако она не могла простить ему близости к бывшему визирю. Таким образом, конец придворной карьеры Омара был неизбежен. В 1097 году он покидает Исфахан. С его отъездом город потерял своё значение научного и культурного центра, была закрыта обсерватория. Фактически изгнанному Хайяму не остаётся ничего другого как вернуться в свой родной город Нишапур, где он и проведёт остаток своих дней. Всего лишь несколько раз он покинет Нишапур – в одном случае его целью станут краткие поездки в Бухару и Балх, в другом – длительное, через весь Ближний Восток, паломничество в Мекку. В последние годы Хайям преподаёт в медресе, общается с ограниченным кругом учеников.

В нишапурские годы к  славе выдающегося учёного и  мудреца он сумел прибавить славу  крамольного философа, опасного вольнодумца  и вероотступника. После возвращения  в Нишапур, лишённый сильных покровителей, Хайям становится удобной мишенью для ревнителей ислама, у которых и его крамольные философские взгляды и стихи, содержащие «неудобные» вопросы, вызывали постоянное раздражение. Невзирая на это, он отстаивал свои жизненные позиции и самобытность.

Рассказ о последних  часах жизни Хайяма передаёт нам  Бейхаки со слов зятя учёного и  поэта. Однажды во время чтения «Книги об исцелении» Абу Али ибн Сины, Хайям почувствовал приближение  смерти( а было ему тогда уже  за восемьдесят). Остановился он в  чтении, заложил между листов золотую зубочистку, которую держал в руке и закрыл фолиант. Затем он позвал своих близких и учеников, сделал завещание и после этого уже не принимал ни пищи, ни питья. Исполнив молитву на сон грядущий, он положил земной поклон и, стоя на коленях, произнёс: « Боже! По мере своих сил я старался познать Тебя. Прости меня! Поскольку я познал Тебя, постольку я к Тебе приблизился». С  этими словами на устах Хайям и умер. Это произошло в 1123 году.

Автор «Четырёх бесед» описывает  следующий эпизод : « В году 1113 в Балхе, на улице Работорговцев, в доме Абу Саида Джарре остановились ходжа имам Хайям и ходжа имам Музаффар Исфизари, а я присоединился к услужению им. Во время пиршества, я услышал как Доказательство Истины Омар сказал: «Могила моя будет расположена в таком месте, где каждую весну ветерок будет осыпать меня цветами». Меня эти слова удивили, но я знал, что такой человек не станет говорить пустых слов. Когда в году 1136 я приехал в Нишапур, прошло уже четыре года с тех пор, как тот великий закрыл лицо своё  покрывалом земли, и низкий мир осиротел без него. В пятницу я пошёл поклониться его праху. На кладбище Хайре у подножия стены, огораживающей сад, увидел его могилу. Грушевые и абрикосовые деревья свесились из этого сада и, распростёрши над могилой цветущие ветви, всю могилу  его скрыли под цветами. И пришли мне на память те слова, что я слышал от него в Балхе и я разрыдался». Ныне над могилой Хайяма в Нишапуре воздвигнут величественный мавзолей, одно из красивейших мемориальных сооружений в современном Иране.

 

 

2. Омар Хайям  как поэт

 

Поэтическое наследие Омара  Хайяма — математика и философа, поэта — вызвало больше споров, чем творчество любого другого персидского  стихотворца. В своей знаменитой работе «Омар Хайям и странствующие  четверостишия», вышедшей в 1897 г., русский ориенталист проф. В. А. Жуковский, суммируя существующие в науке характеристики Хайяма и его творчества, писал: 
«Он вольнодумец, разрушитель веры; он безбожник и материалист; он насмешник над мистицизмом и пантеист; он правоверующий мусульманин, точный философ, острый наблюдатель, ученый; он — гуляка, развратник, ханжа и лицемер. Он не просто богохульник, а воплощенное отрицание положительной религии и всякой нравственной веры; он мягкая натура, преданная более созерцанию божественных вещей, чем жизненным наслаждениям; он скептик-эпикуреец, он персидский Абу-л-Ала, Вольтер, Гейне». 
Омар Хайям писал стихи всю жизнь, писал на полях ученых трудов в часы раздумий, писал обо всем, что дорого его сердцу, в котором хватало места любви и к прошлому, и к настоящему, и к будущему. Могут спросить: почему он так много писал о вине? Он что — много пил? Ответ дал французский ориенталист Дж. Дермстетер еще в прошлом веке: «Человек непосвященный сначала будет удивлен и немного скандализирован местом, какое занимает вино в персидской поэзии. Вспомним, что Коран запрещал вино (Мухаммед запретил пить вино, ибо не мог смириться с тем, что его дядя Хамза, напившись, срезал саблей горбы верблюдам). Застольные песни Европы — песни пьяниц, здесь же это бунт против Корана, против святош, против подавления природы и разума религиозным законом. Пьющий для поэта — символ освободившегося человека, попирающего каноны религии». Это целиком относится и к поэзии Омара Хайяма. 
Стихотворцем он себя всерьез не считал — писал свои рубаи «для души», иногда чтобы отвлечься, иногда подводя вкратце итог наблюдениям над жизнью, философским раздумьям, ученым трудам. Но при этом не думал о славе. По крайней мере, поэтической. У него была своя «настоящая» работа: математика, астрономия, философия.

Омару Хайяму приписывается  авторство около 5000 рубаи, причем значительное их количество изобилует повторами. Это объясняется тем, что Хайям  и не помышлял о собирании и  распространении своих четверостиший: будучи ученым-математиком, он не считал их чем-то серьезным. Они записывались слушателями на память и переписывались в множестве вариантов. 
Европейцам Омар Хайям стал известен с 1859 года, когда Эдвард Фицжеральд вольно переложил 75 рубаи на английский язык. А в 1928 году И. Тхоржевский опубликовал в Париже сборник стихов Омара Хайяма на русском языке. Хотя уложенные в короткий размер пятистопного ямба рубаи передавали настроение и смысл четверостишия, но содержание оригинала заметно обеднялось. 
В этом-то и сложность: современные переводы Хайяма, многие из которых сами по себе превосходны, не учитывают того, что в древности стихи читались нараспев, протяжно, по-разному, а не в рамках одного размера. Причем смысл скрывался между строк, так сказать, в душевной глубине. 
Именно поэтому родилась попытка заново переложить на русский язык все рубаи Омара Хайяма. В библиотеке Кембриджского университета хранятся подлинники древних рукописей, содержащих 293 рубаи, которые, по мнению востоковедов, достоверно принадлежат ему. По подстрочникам этих стихов и был сделан перевод, в котором я старался как можно точнее передать не только мелодику стиха, но и нюансы бездонной души великого поэта.

Писать стихи (рубаи) он начал после тридцати лет уже, будучи сложившимся ученым. Всемирную  славу Хайяму принес перевод его четверостиший на английский язык поэтом Э.Фитцджеральдом. Широко известная поэма под названием «Рубайят Омар Хайяма» выдержала в XIX веке двадцать пять изданий. С тех пор число переизданий этого произведения растет с неимоверной быстротой.

Поэзия Омар Хайяма –  целый мир человеческих переживаний, переплетающихся в многообразной  и остроумной гамме поэтических  метафор, олицетворений и сентенций. На творчестве Омара Хайяма лежит  печать его века, противоречивого  и сложного.

Для Хайяма характерен свободный полет мысли, резкое недовольство миром, желание улучшить его. Его поэзия по своей сути очень лирична, но вместе с тем в ней чувствуется большая напряженность, несогласие с существующими порядками, протест против насилия, несправедливости, подавления личности, бунт против запретов ислама.

Хайяму присущи свои особые изобразительные средства, свое особое построение фразы. Особое место  в его понимании занимает глина  – всеобщая материя, из которой все  возникает и в которую все  превращается. Он подчеркивает равенство всех людей – независимо от социального положения все становятся прахом.

Лирика Хайяма проста той величественной простотой, которая  свойственна большим мастерам.  

От поэзии Хайяма веет и духом гордого одиночества  и жизнерадостным восприятием жизни.

Ироничный и неуживчивый, Хайям без  колебания и страха публично высмеивал своих гонителей, среди которых часто оказывались  духовные лица высокого звания. Например, о  его скептическом отношении  к достоинствам духовных лиц свидетельствует  рассказ средневекового историка. « Рассказывают – говорит историк – что в Нишапуре была старая семинария и для её починки ослы возили кирпичи. Однажды мудрец с учениками шёл по двору и увидел, что один из ослов никак не может войти внутрь. Заметив это, мудрец улыбнулся, и направившись к ослу, произнёс экспромтом:

Ты ушёл, а вернулся в сей мир бессловесным

                                                                 скотом,

Твоё имя, известное  прежде, меж других

                                        затерялось потом,

твои ногти срослись воедино - копытами стали,

Борода твоя выросла  сзади и стала хвостом.

Осёл вошёл и тогда  мудреца спросили, что послужило  тому причиной. Омар ответил: «Дух, вошедший в тело этого осла, обитал в теле наставника этой семинарии, вот почему он не мог войти внутрь. Теперь, когда он понял, что сотоварищи его узнали, сам по необходимости вошёл во двор». У средневековых историков личные качества Хайяма подвергаются открытому осуждению и служат основой для обвинений в нарушении норм шариата и  вероотступничестве. Ярче всего такое мнение о его богопротивной натуре, отразил Джамал ад-Дин ал-Кифти (1172 – 1231), который писал о Хайяме: «не было ему равных в астрономии и философии – и в этих областях он стал притчей во языцах. О, если бы дарована была ему способность избегать неповиновения Господу!»

Принадлежащие ему четверостишия  до сих пор изумляют читателя своей  предельно логической точностью, философской  весомостью, дерзкой иронией.  В  них поэтический почерк Хайяма, крамольного  философа, скептика и богоборца, неповторим и узнаваем. Эти стихи – бесконечный спор с Богом, который бесстрашный учёный, вечно сомневающийся и бунтующий, вёл всю свою жизнь.

Стихи Хайяма, рассмотренные  в совокупности, позволяют выделить три этапа в его поисках  собственной позиции:

1) юная восторженность  перед Творцом, порождавшая экстатические  стихи; вскоре - прохождение суфийской  школы и последующий разрыв  с ее представлениями о цели  человеческих устремлений;

2) после краткосрочного  интереса к зороастризму - разочарование во всех известных Хайяму мировоззрениях, период "мировой скорби" в его стихах;

3) выработка и проповедование  собственной мировоззренческой  концепции.

Любопытно, что, когда четверостишия  Хайяма расставлены соответственно этим этапам, хорошо заметен такой же поэтапный рост его как поэта.

Вначале - традиционные восхваления  Аллаха, в которых, при всей взволнованности  и искренности, а часто и вдохновенности автора, отчетливо видны следы  старательного поэтического ученичества. Он овладевает формой стиха виртуозно, но ему, по сути, еще нечего сказать своего.

Суфийские стихи уже раскрепощеннее по форме, в них иногда начинают встречаться  по-хайямовски пронзительные образы.

Об интересе к зороастризму свидетельствуют несколько четверостиший. Именно здесь, в "зороастрийских" стихах, поэзия Хайяма вдруг буквально взрывается радостью жизни, наполняется весенней музыкой, солнцем и щебетом птиц. Удивительно или нет, но факт: суфизм не вдохновил Хайяма ни на одно жизнерадостное стихотворение! И впоследствии Хайям неоднократно поминает зороастризм добрым словом, он как бы продолжает числить себя среди его последователей.

 Стихи этого  периода наиболее известны, для  многих читателей как раз они-то  и создают поэтическое лицо  Хайяма. Не удивительно: они потрясают "бетховенскими" контрастами между вспышками юного веселья и юного трагизма (юность, как утверждали мудрые греки, - возраст от 20 до 40 лет). Заметим, это примета именно юного пера: говорить такое, что хоть сейчас - головой в омут, но при этом говорить так, что слушатели более приходят в восторг, чем сопереживают. Позже, в старости, у Хайяма возникает новый пласт трагических стихов, но там иные, сугубо личные мотивы и гораздо более мягкая, человечная поэтика, так что их легко различать.

Гипнозу стихов "нигилистического" периода поддаются не только читатели. Исследователи, анализировавшие миросозерцание (увы, не мировоззрение) Хайяма, сосредоточивались именно на них, отсюда и шли их выводы, будто в целом Хайям - поэт пессимизма, бессмысленности жизни, и т.п.. Это верно, однако, лишь для одного этапа его жизни. Причем не главного. Возможно, и не очень долгого. Этот этап - лишь преддверие взлета, лишь предисловие к стихам Хайяма, пока еще только вырастающего в поистине великого мыслителя и поэта.

Теперь обратимся к четверостишиям, которые относятся к третьему, вершинному этапу Хайяма. Их сотни. Здесь уже звучит полностью раскованная поэтическая речь; пронзительные хайямовские образы и приемы письма, презревшие все поэтические традиции, рассыпаны во множестве; сверкающие созвучия и внутренние рифмы возникают как бы сами собой, без усилий автора; при необходимости вдруг опять предстают головокружительные стихотворные конструкции, выполненные с прежним блеском, однако наполненные теперь словами, несущими глубокий неожиданный смысл. В совокупности эти стихи заставляют сделать вывод, что Хайям создал собственное этико-философское учение, уникальное и по большому счету революционное.

Один из знатоков и  любителей Хайяма в Иране, первый современный издатель его «Рубайята» Садек Хедаят написал о  его стихах : « Пожалуй во всём мире не найти книг, подобных сборнику стихов Омара Хайяма, расхваленному, преданному анафеме и ненавидимому, искажённому и оклеветанному, подвергнутому скрупулёзному толкованию, снискавшему всеобщую славу, завоевавшими весь мир  и, в конечном счёте, так и непознанному».

Своеобразны и  довольно сложны для понимания шуточные стихи, образы которых навеяны научными размышлениями Хайяма. Он пытается ввести читателя в заблуждение, лукаво перемешивая строго научный смысл с обыденным, со здравым смыслом неуча. Например: "Неужто до того окружность уст мала, что центр окружности был вытеснен наружу?!" Это про родинку возле губ (из лирического цикла, ? 862). И одновременно - про то, как спотыкается воображение, пытаясь совладать с бесконечно малыми величинами. Взять ту же окружность: трудно отделаться от ощущения, будто она, неограниченно уменьшаясь, должна в конце концов выдавить из себя - наружу - точку собственного центра. 
Стихи Хайяма, как и любого другого поэта, очень неоднозначны, и подгонять их под какую-то схему, толковать их в одном ключе значит получить заведомо ошибочный результат. Каждое четверостишие требует тщательного анализа: хайямовское ли оно по стилю и духу? Если да, то в какой период жизни могло быть им написано? В каком настроении? Как перекликается со всеми остальными? Если это явный экспромт, в какой ситуации мог он возникнуть? Переводчик должен совершить невозможное: перенестись в его время, слиться с поэтом, воплотиться в него. И тогда Омар Хайям - оживет.

 

3. Омар Хайям  как философ

 

Философия занимает в  нашей жизни достаточно важное место. Наследие великих философов в  определенные этапы жизни помогает переосмыслить ценности, разобраться  в конфликтных ситуациях, найти  выход из них и жить дальше.

Многие разумные люди до сих пор руководствуются стихотворными  советами Омара Хайяма:

Запрет вина, считающийся  с тем,

где пьётся и когда, и  много ли и с кем,

когда соблюдены все  эти оговорки,

пить признак мудрости, а не порок совсем.

Когда восставшие исмаилиты убили Малик-шаха и разрушили обсерваторию, Омар Хайям остался не у дел и вернулся в родной Нишапур после более чем сорокалетнего отсутствия. Со многим пришлось смириться: вольнодумная поэзия вызывала нарекания со стороны всего темного, реакционного. Во время позднего периода жизни Омар Хайам пребывает в Мерве. В этот период времени философские взгляды Хайяма вызывали злобное раздражение ревнителей ислама, его отношения с высшим духовенством резко ухудшились. Враги поэта обличали его в богохульстве.

Данная ситуация приняла столь опасный для  Омара Хайяма характер, что он вынужден был, в уже немолодые годы, совершить  долгий и трудный путь паломничества  в Мекку. Ал-Кифти в "Истории  мудрецов" сообщает: "Когда же его современники очернили веру его  и вывели наружу те тайны, которые он скрывал, он убоялся за свою кровь и схватил легонько поводья своего языка и пера и совершил хадж по причине боязни, не по причине богобоязни, и обнаружил тайны из тайн нечистых. Когда он прибыл в Багдад, поспешили к нему его единомышленники по части древней науки, но он преградил перед ними дверь преграждением раскаявшегося, а не товарища по пиршеству. И вернулся он из хаджа своего в свой город, посещая утром и вечером место поклонения и скрывая тайны свои, которые неизбежно откроются. Не было ему равного в астрономии и философии, в этих областях его приводили в пословицу; о если бы дарована была ему способность избегать неповиновения богу!".

Таким образом, последние  годы своей жизни Омар Хайям провел в Нишапуре, читая, размышляя над бытием. Умер он в 1123 году.

Имам Хорасана, Ученейший  муж века, Доказательство Истины, Знаток греческой науки, Царь философов  Востока и Запада — таков, по утверждениям историков, далеко не полный перечень почетных титулов Омара Хайяма в  зените его славы. 
Низами Арузи Самарканди оставил такой рассказ: «В городе Балхе... во время беседы и веселия я услышал слова Омара, который сказал: „Моя могила будет в таком месте, где два раза в году деревья будут осыпать ее лепестками цветов“. Эти слова показались мне невероятными, но я знаю, что он не говорит пустых слов. Когда я прибыл в Нишапур, то прошло уже несколько лет с тех пор, как тот великий муж прикрыл лицо завесой из праха и мир лишился его. А я был обязан ему как ученик. В пятницу я отправился на могилу Хайяма... Мой проводник привел меня на кладбище Хайра по левую сторону от Кашле. У основания садовой стены находится могила Хайяма. Абрикосовые и грушевые деревья из сада протянули ветви через стену, и на его могиле было столько цветочных лепестков, что под ними не было видно земли. Я вспомнил слова, которые слышал от него в Балхе, и заплакал, ибо нигде во всем мире, от края до края, я не видел равного ему...»

Его всю жизнь мучили так и не разгаданные им до конца  тайны бытия, что нашло отражение  в глубоком философском смысле, который он вкладывал в свои стихи:

Приход наш и уход загадочны – их цели

Все мудрецы земли  осмыслить не сумели

Где круга этого начало, где конец,

Откуда мы пришли, куда уйдём отселе?

Значительная часть  его четверостиший  воспевают любовь и вино:

«Не пей, Хайям!»- Ну как  им объяснить,

Что в темноте я  не согласен жить,

А блеск вина и взор лукавый милой –

Вот два блестящих  повода, чтоб жить.  

 

 

 

4. Омар Хайям  как математик

 

В обсерватории Хайям  и его сподвижники собрали  наиболее точные в то время инструменты — астролябии, квадранты. Точность расчетов Омара Хайяма стала легендарной. Она достигалась ценой многократных — тысячи раз! — наблюдений и сравнений, что уменьшало возможность ошибки в счислениях в тысячу раз соответственно!

Биографические сведения о поэте малочисленны и отрывочны, и каждое письменное свидетельство о его жизни и творчестве бесценно, ибо Хайям был не только выдающимся математиком и великим поэтом, но и в подлинном смысле энциклопедистом. Его волновало многое, в том числе и параллельные линии, те самые параллельные линии, которые послужили основой для всей евклидовой геометрии. Вот как сформулировал постулат сам Евклид: «И если прямая, падающая на две прямые, образует внутренние и по одну сторону углы меньше двух прямых, то продолженные эти две прямые неограниченно встретятся с той стороны, где углы меньше двух прямых». И Хайям пишет «Комментарии к трудностям во Введениях книги Евклида».

А если углы равны двум прямым? Тогда линии параллельны, и они нигде не встретятся. Даже в бесконечности? А что такое бесконечность? Можно ли всерьез принимать то, что нельзя проверить измерением? 
И Омар Хайям берется за решение этой проблемы. А решали ее ученые и за тысячу лет до него. И будут решать еще много веков после него, пока не появятся Лобачевский и Риман... Хайям, сам того не подозревая, вплотную подошел к проблемам, которыми начнут заниматься в далеком будущем, начиная с того места его изысканий, где он допустил существование треугольников только со всеми острыми или только со всеми тупыми углами...

В одном из документальных источников под названием «Рай жизни», датированном 1405 годом, говорится: «Омар  Ибрахим Хайям в большей части  наук, и особенно в астрономии, был  в свое время выдающимся.

Первым дошедшим до нас  сочинением Хайяма является небольшой алгебраический трактат, рукопись которого хранится в библиотеке Тегеранского университета. Рукопись не имеет заглавия, однако указан автор. Не вполне ясно, где и когда был написан этот труд. Он, по сути дела, предваряет более полный "правильный" трактат по алгебре - следующую по времени работу Хайяма.Это «Трактат о доказательствах проблем ал-джебры и ал-мукабалы». В его первых главах Хайям излагает алгебраический метод решения квадратных уравнений, описанный ещё ал-Хорезми. В следующих главах он развивает геометрический метод решения кубических уравнений, восходящий к Архимеду: неизвестное в этом методе строилось как точка пересечения двух подходящих конических сечений. Хайям привёл обоснование этого метода, классификацию типов уравнений, алгоритм выбора типа конического сечения, оценку числа (положительных) корней и их величины. К сожалению, Хайям не заметил, что кубическое уравнение может иметь три положительных вещественных корня. До явных алгебраических формул Кардано Хайяму дойти не удалось, но он высказал надежду, что явное решение будет найдено в будущем.

В «Трактате  об истолковании тёмных положений у Евклида», написанном около 1077 года, Хайям рассматривает иррациональные числа как вполне законные, определяя равенство двух отношений как последовательное равенство всех подходящих частных в алгоритме Евклида. В этой же книге Хайям пытается доказать пятый постулат Евклида, исходя из более очевидного его эквивалента: две сходящиеся прямые должны пересечься.

Хайям предложил  также новый календарь — более точный, чем григорианский. Вместо цикла «один високосный год на 4 года» он выбрал следующую, более точную подходящую дробь «8 високосных на 33 года». Другими словами, за период из 33 лет будет 8 високосных лет и 25 обычных. Ошибка в один день накапливается тогда за 4500 лет. Проект Омара Хайяма был утверждён и лёг в основу иранского календаря, который действует в Иране в качестве официального с 1079 года.

Хайям обосновал  теорию геометрического решения  алгебраических уравнений. В своих  философских взглядах Хайям был последователем Аристотеля и Ибн Сины. В 1080 году был написан первый философский трактат – «Трактат о бытии и долженствовании». Замечательный мыслитель Востока, он намного опередил свою эпоху в знаниях.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Заключение

 

Таким образом, цель, поставленная в данной работе была достигнута. Были рассмотрены и проанализированы  жизнь и деятельность Омара Хайяма. Были подробно рассмотрены и изучены такие направления его деятельности как поэзия, философия, математика.

Ведь во всём мире Омара Хайяма знают и чтут как поэта, автора изящных и глубоких по мысли рубаи, создателя знаменитого « Рубайята». Однако у себя на родине поэт стал известен сначала как выдающийся учёный – астроном, математик, физик и философ. Не случайно, уже при жизни поэта земляки  награждают его почётными титулами « Доказательство истины», « Царь философов Запада и Востока». Парадокс в том, что при жизни и в средние века, его знали лишь как выдающегося учёного, но не признавали за поэта, а в наши дни – знают как выдающегося поэта, но не знают как учёного. Ирония судьбы заключается в том, что его «Рубайят» приобрели мировую славу спустя семь веков после своего создания. В Европе Омар Хайям долгое время  практически не был известен за исключением узкого круга специалистов. В 1857 году английский поэт Эдвард Фитцджеральд перевёл рубаи Хайяма на английский язык. Перевод имел оглушительный успех среди читателей. Автор «Рубайята» стал едва ли не самым читаемым зарубежным поэтом в англоязычном мире Он быстро выходит за пределы Англии и охватывает всю Европу, а затем и Америку. Только до 1926 года было осуществлено 139 переизданий его рубаи. В России первый литературный перевод на русский язык был сделан в 1891 году.

Творчество Омара Хайяма актуально и сегодня. Каждый человек  найдет для себя те четверостишия, которые станут любимыми, и будут вспоминаться всегда. Если у вас установлен прямой номер мтс, то друзья без особых усилий смогут позвонить и поддержать вас в трудную минуту, процитировав строки Омара Хайяма. Ведь они учат нас быть мудрыми!

 

Список используемых источников

  1. История математики с древнейших времён до начала XIX столетия (под ред. А. П. Юшкевича), М.: Наука, 1972.
  2. Крамар Ф. Д. Об исследованиях Омара Хайяма и Насирэддина Туси по теории параллельных линий / Ф. Д. Крамар. Алма-Ата, 1964.
  3. Розенфельд Б. А., Юшкевич А. П. Омар Хайям / А. П. Юшкевич, Б. А. Розенфельд. М.: Наука, 1999
  4. Розенфельд Б. А., Юшкевич А. П. Теория параллельных линий на средневековом Востоке / А. П. Юшкевич, Б. А. Розенфельд. М.: Наука, 2002
  5. Султанов Ш. З., Султанов К. З. Омар Хайям / К. З . Султанов Ш. З. Султанов. М.: Наука, 2003.
  6. Шамсиддинов Д. Проблема общих понятий и научной абстракции в творчестве Омара Хайяма // Философские науки.1987. № 7. С.101-105.
  7. http://www.easttime.ru
  8. http://www.russianplanet.ru
  9. http://www.philosophy.ru
  10. http://www.оmar.by.ru
  11. http://www.khayyam.nev.ru

Омар Хайям: поэт, философ, математик