Особождение Лиды 1944 г

Освобождение  Лиды.

9 июля 1944 в  газете «Правда» был опубликован  Приказ Верховного Главнокомандующего  Маршала И. Сталина.

приказ  Верховного Главнокомандующего Маршала  И. Сталина

В этом приказе  Сталина одна большая неправда – 16 частей, упомянутых в приказе, Лиду не освобождали. Архивная справка из Министерства обороны СССР № 56829 от 6 июня 1964 г. свидетельствует вполне определенно: «Непосредственное участие в освобождении города Лида принимал 3 гвардейский кавалерийский корпус (командир генерал-лейтенант Осликовский Николай Сергеевич), в составе: 5 гв. кав. дивизия (командир генерал-майор Чепуркин Николай Степанович), 6 гв. кав. дивизия (командир генерал-майор Брикель Павел Порфирьевич), 32 кав. дивизия (командир генерал-майор Калюжный Иван Прокофьевич)… Части и соединения под командованием других офицеров непосредственного участия в освобождении города Лиды не принимали».

Пехотные, артиллерийские и танковые части должны были, в соответствии с директивой Ставки, участвовать в штурме Лиды – железнодорожного узла и важного опорного пункта обороны немцев, но не участвовали.

Возможно, в  генштабе не знали, что 3 -й кавалерийский  корпус оторвался на два суточных перехода от поддерживающей его 31 армии (командарм генерал-лейтенант Глаголев) и представили на подпись Сталину сомнительный приказ, либо сам Сталин специально увеличил список соединений, создавая впечатление огромного количества войсковых соединений на Лидском направлении, чтобы дезинформировать немецкое командование. Как бы там не было эта ошибка или «деза» закрепилась в истории и в камне.

Обычно значительные исторические события обрастают  легендами и вымыслами со временем. Взятие Лиды обросло легендарным  эпосом сразу – назавтра. Созданию легендарного эпоса способствовал спецкор ТАСС К. Пухов, который из действующей армии о взятии Лиды сообщил следующее: «Подступы к городу Лида немцы обороняли с исключительным упорством… В своих показаниях пленные немецкие солдаты и офицеры говорят о том, что гитлеровское командование рассчитывало остановить наступление наших войск на рубеже Лида- Вильно… Однако стремительность и внезапность действий войск 3-го Белорусского фронта спутали планы врага. .. Развивая наступление, вчера в результате умелого маневра советская конница, танковые подразделения и пехота к вечеру ворвались в город Лида и завязали уличные бои. В течение ночи наши бойцы очищали от фашистских захватчиков городские кварталы. Большая часть немецкого гарнизона была ликвидирована. К утру сопротивление врага было подавлено, и над городом Лида взвился советский флаг. В ходе боев за город немцы понесли большой урон в живой силе и технике. Захвачены трофеи и пленные» («Правда» от 10 июля 1944 г.).

Во всех советских  военных и белорусских исторических энциклопедиях, в том числе и в ЭГБ, а также в многочисленных монографиях, очерках и статьях сообщается, что Лида была освобождена 9 июля. Например: «9 июля части 3 кавалерийского корпуса во взаимодействии с другими частями овладели городом Лида, разгромив при этом основные силы 260-й пехотной дивизии противника. Бои носили ожесточенный характер. Враг, используя заранее подготовленные окопы с ходами сообщения и каменные здания с бойницами, приспособленными для стрельбы из всех видов оружия, отчаянно сопротивлялся; кавалеристам приходилось выбивать противника штурмом с гранатами в руках. Особенно упорные бои разгорелись в центре города, где враг имел много орудий и минометов, из которых бил прямой наводкой по атакующим кавалерийским частям. Однако созданные заранее штурмовые группы сыграли свою роль, и противник был разбит». (Советская кавалерия». Москва. 1984. с. 270).

А город упорно празднует свое освобождение от немецкой оккупации 8 июля. Потому что горожане хорошо помнят, когда кавалеристы  ворвались на городские улицы и прикрепили флаг над зданием довоенного педучилища. Энциклопедисты продолжают переписывать друг у друга «Лида освобождена 9 июля», местная печать уверенно сопротивляется – «освобождена 8 июля». Иногда по этому поводу у мемуаристов возникает полемика.

В действительности Лида была освобождена от фашистов 8 июля в продолжение трех часов, с 16 до 19, в результате стремительной  атаки двух конных полков практически  без потерь.

15 мая 1965 г.  в центре Лиды, в сквере по  ул. Советской по проекту архитектора Юрия Никодимовича Кишика был установлен небольшой памятник освободителям города, со стеллой, на южной стороне которой был увековечен Приказ от 9 июля и выдержка из приказа Верховного от 25 июля 1944 г.: «В ознаменование успеха в боях за освобождение г. Лида 307-ой авиадивизии (командир полковник Кожемякин А.В.), 17-му (командир подполковник Шевченко М.Т.), 23-му (командир подполковник Бондарь Б.Т.) и 86-му (командир подполковник Труханов А.Ф.) гвардейским кавалерийским полкам присвоено наименование «Лидских». Тоже ошибочка. 86 -й полк не был гвардейским.

Бетонный  вариант (1965-2010)

В 2010 г. стеллу из бетона заменили на гранитную.

Гранитный вариант (с 2010)

Освобождение  Лиды по воспоминаниям солдат и офицеров

Никого  из тех, кто освобождал Лиду в 1944 г. нет в  живых.  

5 июля 1944 г.  командующий 3-го Белорусского  фронта генерал армии И.Д. Черняховский  поставил задачу: «Третьему гвардейскому  кавалерийскому корпусу генерала Н.С.Осликовского во взаимодействии с 31 Армией не позднее 10-12 июля овладеть г. Лидой, в дальнейшем выйти на р.Неман и захватить плацдарм на её западном берегу».

Бывший  командир 3 –го гвардейского кавалерийского корпуса  Осликовский Николай  Сергеевич: 
«Шестого июля корпус устремился к Лиде. В ряде пунктов, и особенно на узлах дорог немцы оказывали упорное сопротивление. Здесь ими предпринимались все меры, чтобы задержать продвижение кавалерии. Нам оставались обходные пути, а они пролегали большей частью по лесам и болотам. Бойцы и офицеры корпуса прилагали нечеловеческие усилия, чтобы не снижать темпов движения. Ведь малейшее промедление в таком деле, без красного словца, смерти подобно».   

Бывший  начальник политотдела 3-го гв. кавалерийского корпуса Давид  Семенович Добрушин: 
«Нам предстояло … дожидаться подхода стрелковых частей и танкового корпуса, которые отстали от кавалеристов на два суточных перехода, а уже затем всем вместе объединиться для штурма города Лиды. Генерал Осликовский рассудил иначе. Противник поспешно отходит к внешним обводам Лидского оборонительного узла. Одновременно навстречу выдвигаются свежие резервные части. Нельзя допустить, чтобы они объединили свои усилия. Нужно атаковать. Не дожидаясь подхода пехоты и танков, своими силами, немедленно! Привал был короток — всего два-три часа, и вот снова колышутся в седлах конники. Но за это время о новой боевой задаче узнали все в корпусе. Приказ был встречен с энтузиазмом».  

Бывший  командир огневого взвода 6-й батареи 178 –го гвардейского артиллерийско-минометного полка 5 -й дивизии Василий Газьянович Тимергазин: «Наступление здесь настолько стремительное было, что мы сутками не слезали с седел. Даже пищу в походных кухнях готовили на ходу, а кормить людей приходилось в несколько этапов: батарея продолжает наступление, а один расчет остается у кухни для приема пищи. Потом этот расчет и кухня догоняют батарею, расчет занимает свое место в колонне. А другой расчет остается с кухней. О сне думать было вообще некогда».  

Бывший  командир 307-й штурмовой  авиадивизии полковник  Александр Владимирович Кожемякин: 
«В Белорусской операции мы взаимодействовали с конно-механизированной группой генерала Осликовского. …Дивизия была укомплектована прекрасными по тому времени самолетами-штурмовиками ИЛ-2. Они могли летать буквально в десятке метров над землей. Имея мощное вооружение – пулеметы, пушки и, конечно, бомбы, – штурмовики были настоящей грозой для фашистских вояк. …Результативно действовали штурмовики и в боях за Лиду. Экипажи десятки раз летали на штурмовку узлов сопротивления, громили пехоту в окопах и на марше, совершили налет на лидский аэродром. Наша помощь конникам и танкистам позволила ускорить освобождение города».

Бывший  бортовой техник старший  лейтенант 334-го бомбардировочного  авиаполка авиации  дальнего действия Пятаев Александр Григорьевич: «5 июля 1944 г. ночной боевой вылет, продолжительность полета 5 часов 15 минут; боевое задание –уничтожение живой силы и техники противника в районе города Лиды, такие – же боевые вылеты нашим экипажем были совершены в ночь на 7-8 июля”.

7 июля 1944 года.

Ситуация  на Лидском направлении. Отступающие остатки 31-й (170-й) пехотной и подразделения 7-й танковой дивизий, 31 и 36 –го полицейских полков пытались задержать наступление корпуса на западном берегу Гавьи на линии Жемыславль, Субботники, Липнишки, Гавья, Бурносы. В Лиде находился 1036-й маршевый батальон, батальон 286- й охранной дивизии, части 186 штурмой бригады, остатки 190-го (419-го) строительного батальона с 5 танками.

Из  журнала боевых действий 6-й  гвардейской кавалерийской  дивизии. В 19-30 части дивизии, сломив упорное сопротивление противника, овладели высотой 189,1 (28-й гв. кавполк и 198-й танковый полк), Гумнище (23 гв. кавполк) и Мильки (25-й гв. кавполк), что дало возможность в 20-15 выступить для дальнейшего преследования, оставив заслоном от закрепившегося в Трабы противника 3-й эскадрон 28-го гвардейского кавалерийского полка. С рубежа Мильки 25-й гв.кавполк – головной отряд дивизии, по пятам преследуя отступающего противника, стремительными ударами сбивая сопротивление арьергардных групп, к 23-15 овладел населенным пунктом Субботники; противник, однако, сумел путем применения зажигательных снарядов и огнеметов сжечь большую часть этого населенного пункта. В районе д. Высоцкие лихим налетом боевого отряда полка захвачен склад боеприпасов и до 100 автомашин».

Из  журнала боевых действий 5-ой гвардейской кавалерийской дивизии. 7 июля в 23-30 17-й гв. кавполк завязал бой на подступах к Липнишкам с перешедшим к обороне маршевым батальоном противника, только перед этим прибывшим из Германии. Батальон, поддерживаемый артиллерийскими и минометными батареями, танками на рубеже реки Гавья, оказывает упорное сопротивление».

Из  журнала боевых действий 32 Смоленской кавалерийской  дивизии. По овладении Ивье, дивизия форсированным маршем, следуя в общем направлении на Лиду, к 22-00 7 июля авангардом — 65-м кавалерийским полком достигла Дубовки.

К вечеру 7 июля передовые подразделения 3-го гвардейского кавалерийского корпуса вышли на левый восточный берег Гавьи. Командир корпуса Осликовский принимает  решение нанести главный удар правым флангом (5-я и 6 –я дивизии), в обход города с севера и северо-запада, а 32-ю дивизию вывести на прямой удар по маршруту Гавья -Стерково-Нетечь.

8 июля 1944 г. Раннее  утро.

Из  журнала боевых действий 6-й  гвардейской кавалерийской  дивизии. « В 3-30 8.7.1944 г. при подходе к д. Жили полк был встречен сильным огневым сопротивлением группировки автоматчиков противника численностью до 150 человек. К 7-00 сопротивление этой группировки противника сломлено и к 8-00 полк полностью овладел Опита, Жили, Белевичи, Иодуци. С рубежа Опита — 28-й гвардейский кавалерийский полк — головной отряд дивизии. Уже на подходе к Кузмы полк встретил огневое сопротивление до роты пехоты противника и к 9.30 стремительным ударом сбил это сопротивление, отбросив остатки разгромленного противника за реку Жижма и отбив при этом у конвоя до 1000 человек из местного населения, подготовленного противником к уводу в Германию. К 11-00 к полку присоединился оставляемый заслоном со стороны Траб 3-й эскадрон».

Из  журнала боевых действий 5-ой гвардейской дивизии. «8 июля. В 2.00 из-за левого фланга 17-го гв. кавполка повел наступление 24-й гв. кавполк, который к 4-00 овладел высотой 158,2 и завязал бой на восточной окраине Липнишек. В 5-00 противник перешел в контратаку на 24-й гв. кавполк, оттеснил его, вновь овладел высотой 158,2.

17-й гв. кавполк  в 6-00, используя положение тем,  что 24-й гв. кавполк сковывает  часть сил противника, перешел  в атаку и, стремительно продвигаясь  вперед, занял Липнишки, захватив  трофеи и пленных. Противник  вынужден был отойти настолько поспешно, что не успел даже взорвать мост, хотя он и был подготовлен к взрыву». Имеется в виду мост через Жижму.

Из  журнала боевых действий 32 Смоленской кавалерийской  дивизии. Развивая наступление, в 00.30 8 июля дивизия авангардом — 65-м кавалерийским полком — вступила в бой с 419-м строительным батальоном 9-го армейского корпуса противника на реке Гавья. В результате двухчасового огневого боя дивизия овладела Гавье и форсировала реку, прочно оседлав стык дорог западнее Гавье.

Бой у д. Татарцы.

Бывший замполит 86 кавалерийского полка 32 кавалерийской дивизии Манов Федор Иванович: ”Утром 86-й кавполк, стремясь с ходу ворваться в город, завязал бой у развилки дорог, что у деревни Татарцы. Здесь 31-й охранный полк фашистов оказал сильное огневое сопротивление и трижды в течение пяти часов переходил в контратаку против конников. К 11 часам дня 31-й охранный полк совместными усилиями 86-го и 65-го кавполков был полностью разгромлен. Ручной пулеметчик 4-го эскадрона 86 кавполка Болгарин в этом бою уничтожил 35 фашистов и убил полковника, командира 31охранного полка, пытавшегося па легковой машине вырваться из окружения. В бою за Татарцы погиб любимец полка командир 4-го эскадрона, 23-летний кубанский казак лейтенант Марков”.

Петрунин  С. “ Я тогда находился в 86-ом кавалерийском полку, который двигался в авангарде дивизии. 
К 11 часам мы форсировали Гавью, не встретив сопротивления, овладели высотой 128,9 и направили разведку в сторону Корнилок, Стерково и Хоружевцев. До нас доносился шум боя вблизи Докудово. Это 65-й кавалерийский полк выбил противника из села и взял направление на Дроздово.

Вскоре разведка сообщила, что вблизи Стерково в  направлении Лиды движется вражеская  колонна силой приблизительно в пехотный батальон. Мы с командиром полка Трухановым и разведчиками выбежали на окраину леса, что к востоку от Стерково и увидели такую картину. Одна колонна пехоты с обозами спешила в Лиду, она подходила к д.Нетечь, вторая была на рубеже Волковцы-Стерково. Противник не подозревал о нашем близком местонахождении. Подполковник Труханов вызвал на НП командиров подразделений и поставил перед ними задачу разгромить заднюю колонну, а потом атаковать остальных фашистов.

В 13 часов  по сигналу красной ракеты началась атака. В стане противника от неожиданности возникла паника. После сильного огня красные конники с криком «Ура!» навалились на врага. Противник разбегался в разные стороны, спасаясь от сабельных ударов. Разгромив вражескую колонну, конники 86-го полка догнали главный отряд фашистов и освободили Нетечь”.

8 июля. Вторая половина  дня.

На ближних  подступах к городу основной рубеж  обороны немцев проходил по долине р. Лидейки от д. Малейковщина до д. Шейбаки. Были выкопаны траншеи в полный рост и размещены опорные точки. К югу от Лиды в Докудово был размещен двухтысячный заслон власовцев с четырьмя пушками.

Осликовский Н.С.: «Передовые части корпуса подошли на подступы к г. Лида. Обходной маневр начали с севера подразделения 6 гв.кавдивизии. Они перерезали шоссейную и железную дороги Вильнюс-Лида. Обе магистрали здесь идут параллельно, и разделены лишь лесопосадкой. Вскоре части дивизии ворвались в город. Командир этой дивизии П.П. Брикель направил 23 гв.кавполк в обход для укрепления моста и плацдарма на западном берегу реки Дитва в р-н Мыто. Командир полка подполковник Висаитов тут же организовал захват моста и плацдарма на западном берегу р.Дитва. С востока к городу подошел головной отряд – 17-й гв. кавполк 5-й дивизии под командованием подполковника Шевченко. Полк в конном строю ворвался в г. Лиду. Только в самом его центре кавалеристы вынуждены были спешиться и завязать уличные бои. В 18-00 части 32-й кавдивизии с 86 кавполком … ворвались на южную окраину города. В 18-30 8 июля на здании, где три года размещалась канцелярия гебитскомиссара, взвился красный флаг. Город был освобожден. На станции нетронутыми остались эшелоны с грузом, склады, заводы, мастерские и дома. Словом все то, что по приказу Гитлера фашисты обязаны были уничтожить. К 19 часам город был полностью очищен от противника. Самолеты командования фронта проверили занятость города частями нашего корпуса, и на утро последовал благодарственный приказ Верховного Главнокомандующего.

Остатки разбитых в боях за г. Лиду частей противника, в числе которых было много власовцев, рассеялись по лесам юго-западнее города и старались отойти за р.Дитва. Захват же и удержание переправ через реку составляли предмет боевых усилий корпуса после взятия г. Лида, так как закрепление на этих позициях обеспечивало дальнейшее движение корпуса на запад».

Добрушин  Д.С.: «Сейчас, вспоминая об этом бое, разглядывая его сквозь призму многих лет, миновавших с того дня, я представляю партитурой, которую слаженно и красиво разыграл огромный оркестр. Поистине разыграл «как по нотам». Обходной маневр Лидского оборонительного узла начался одновременно 32-й кд и головным полком 5-й гв. дивизии, 17 гвардейским и 86 кавалерийскими полками, развивать успех должен был 28-й гв. кавполк 6-й дивизии. Обезвредив фланговые контратаки с севера, 6-я гвардейская во встречном бою разгромила 1036-й маршевый батальон и части нашей «старой знакомой», 170-й пехотной дивизии противника. Конногвардейцы 17-го гв.кавполка во главе с подполковником Шевченко 8 июля перерезали шоссейную дорогу Вильнюс- Лида, (здесь обе магистрали идут параллельно и разделены лишь густой лесопосадкой), но противник еще упорно сопротивлялся. Активно и мастерски действовал 86-й кавполк во главе с Трухановым и его боевым соратником, замполитом полка майором Мановым. 86 кавполк наступал на Лиду с юга, неожиданно для врага ворвался на железнодорожную станцию Лида, захватив немало трофеев.

В 17-00 на самом  высоком здании Лиды, где в течение  трех лет размещалась канцелярия гебитскомиссара, взвился красный  флаг. В то же самое время в Лиду вошли и подразделения 17-го кавполка.

28-й гв. полк  устремился к реке Дзитва западнее  города, смял заслоны противника  на ее берегу и захватил  переправы. Пути отхода вражеского  гарнизона были отрезаны.

Бой за город  прошел в таком головокружительном тем¬пе, так согласованно и в полном смысле этого слова син¬хронно действовали эскадроны, полки и дивизии корпуса, что на станции нетронутыми остались эшелоны, в городе — склады, дома, заводы, словом, все, что по приказу Гитлера фашисты обязаны были сжигать и взрывать. Право же, нетрудно понять военных историков, для которых иная боевая операция не только представляет научный интерес, но и приносит какое-то особое удовлетворение. Я думаю, взятие Лиды относится к их числу».

Северный фланг.

 
Бывший командир 5-ой гв. кавалерийской дивизии генерал-майор Николай Степанович Чепуркин: «На главном направлении, на г. Лиду наступала 5-ая гв. кавдивизия, имея в авангарде 17 гв. кавполк под командованием подполковника Шевченко. Это его полк первым, не дав опомниться врагу, ворвался в город. В обход города справа наступал авангардный 86-ой кавполк под командованием подполковника Труханова, и слева 23 гв. кавполк подполковника Бондаря. Когда мы в первой половине дня с командиром корпуса генералом Осликовским подъехали к Лиде, то бой шел еще в центре города, горела станция и тут на левый фланг Шевченко была предпринята сильная контратака. Но вскоре и она была с успехом отражена 17 гв. кавполком и подошедшим слева полком Бондаря. Таким образом, при овладении гор. Лида, корпус, преследуя противника, последовательно разгромил подходящие резервы и после короткого артиллерийского налета, в ожесточенных уличных боях овладел городом, не дав возможности отступающим войскам противника использовать его укрепления и заграждения».

 
Бывший командир 17 гв. кавалерийского полка подполковник Шевченко Михаил Тимофеевич: «17 гв. кавполк наносил удар в направлении пивзавод, ж/д станция и далее на западную окраину города и к 17 часам 8 июля г. Лида был освобожден от немецко-фашистских захватчиков, вышел на рубеж р. Дзитва в районе севернее с. Мыто, где отразил две сильные контратаки танков и пехоты немцев.

В боях за г. Лида отличились масса бойцов и командиров славного 17 гв кавполка. К ним относятся  разведчик капитан Кочанов, сержант  Иванов И.К., рядовой Кулибишев, пулеметчик Сысик, командир первого эскадрона  Мельников, командир саперного взвода Михаил Титов и многие другие. Было взято в плен 58 гитлеровцев, 8 танков, 3 транспортных самолета, много боеприпасов и другой техники. На полном ходу работал Лидский пивзавод, который охранял командир саперного взвода полка Титов Михаил до подхода главных сил дивизии».

 
Бывший начштаба 17 гвардейского кавалерийского полка Рудометкин Василий Иванович:  «наступали мы ночью, а на подступах к городу враг яростно сопротивлялся, очевидно, надеялся удержать г. Лиду, но мощный удар был по всему фронту, в том числе и в направлении г. Лиды. Наш полк взял г. Лиду и дальнейшая задача была не дать врагу закрепиться, наседать на него, стремительно продвигаться вперед, преследуя врага, нанося ему потери».

 
Бывший командир артиллерии 17 гвардейского кавалерийского полка Бугай Филипп Самойлович: «Я вспоминаю раннее утро того дня, когда наш 17 гв кав полк подошел к городу. Город был в какой-то настораживающей тишине. Полк спешился и приготовился к атаке. Артиллеристы развернули свои средства. Артиллерия полка, которой я командовал, состояла из 5 батарей плюс приданные средства. Через некоторое время разведка доложила, что в городе засели крупные силы противника. После массированной артподготовки полк пошел в атаку. Город был освобожден. Собравшись с силами, противник вновь попытался завладеть городом. Немецким автоматчикам удалось завладеть окраиной и частью города. Завязались упорные уличные бои. Артиллеристам приходилось на руках перекатывать орудия с позиции на позицию, чтобы в упор расстреливать противника. Город вновь был очищен от фашистских оккупантов».

Бывший пулеметчик 17 гвардейского кавалерийского полка Сысик Михаил Терентьевич: Первый вариант: «Мы, небольшая горстка, выполняя приказ командования, первыми ворвались в город. И во второй половине жаркого июльского дня в неравном бою выиграли боевую победу над превосходящими силами противника. Я очень хорошо помню состав бывшего нашего пулеметного расчета, который первым ворвался в Лиду. В состав его входили гв. сержант Килик, пулеметчики Гулько и Сысик, а также ездовой Потехин. Наш станковый пулемет был на пулеметной тачанке.

Не доезжая  перекрестка с левой стороны, были многоэтажные здания из чердаков и окон, которых мы выбивали засевших там фашистов. У самого перекрестка по обе стороны улицы были разбиты бомбежкой здания. За перекрестком были многоэтажные здания. На этом перекрестке был разбит обоз полицаев, подожжен немецкий танк и вездеход с немецкими автоматчиками… На перекрестке дороги уходящей на Кенигсберг, пулеметному расчету «Максим» пришлось лицом к лицу встретиться с обозом отступающих фашистов и полицаев, которым на помощь подошла автомашина вездеход с автоматчиками и немецкий танк. И в этом неравном поединке … выиграли наши пулеметчики… Мне помнится, что на этом перекрестке остались сгоревшими вездеход и танк, и разбитый обоз».

Второй вариант: «Во второй половине дня, преследуя  отступающих фашистов по Молодеченской дороге, мы достигли ж/д полотна, которое было укреплено проволочными заграждениями. Командиром полка был дан приказ выяснить обстановку в городе. На горизонте пылала горящая Лида. Какая обстановка в городе мы не знали. Выполняя приказ командира, броском мы достигли окраины города. Нами было принято решение ворваться в город, принять бой на себя и дать возможность основным силам полка развернуться и вступить в бой за освобождение города. Нам удалось проскочить по заваленным улицам (по нынешней Советской). Город полностью был в руках немцев. Не зная расположения города, мы ворвались в город и оказались в ловушке. Лицом к лицу столкнулись с отступающими немцами, бежавшими от крепости. Перекрыв дорогу на Кенигсберг, не снимая пулемета с тачанки, в упор вели огонь по немцам. На дороге создалась пробка. Немецкие автоматчики открыли по нас из подошедшего вездехода у калитки костела, автоматный огонь. Вслед за вездеходом прорывался немецкий танк, который из пулемета поливал нас свинцовым огнем. Когда запылал подбитый вездеход и рядом стоящий танк, у нас уже кончилась пулеметная лента (250 патронов). В кожухе пулемета закипела вода, мы мгновенно сняли его с тачанки, установив в оконный проем развалины. На этом месте сейчас построен горком. Нас начали обстреливать с чердаков немцы со всех сторон. Как сейчас помню, со стороны нынешнего планетария в спину, из костела, почти в упор обстреливали нас немцы. Находясь в немецком кольце, мы взяли двоих солдат в плен. Справа от нас через мостовую были груды кирпича.

К заходу солнца весь город запылал, охваченный пожаром. Когда наши товарищи подошли нам  на помощь, бой уже развернулся  в районе вокзала. Если идти к крепости по Советской за перекрестком стояло разрушенное здание справа и небольшая  трансформаторная будка, под которой лежало несколько трупов детей примерно в возрасте до 10 лет и труп старика. Когда развернулись уличные бои в городе мы с трофейными автоматами, отобранными у пленных немцев, принимали участие в очистке чердаков небольших двухэтажных зданий возле планетария. И только поздно вечером за городом мы нашли свой полк».

Бывший сержант 17 гвардейского кавалерийского полка Бандура Иван Иванович: «Мы Лиду брали на галопе, крупнокалиберные пулеметы по нас стреляли, но мы город взяли. Многие товарищи погибли».

Бывший наводчик 45 мм противотанкового орудия рядовой Драпоенко Александр Андреевич: «По проселочной дороге через лес наш 17 полк подошел к городу Лиде, перерезал железную дорогу и подходил к шоссейной дороге. Там в засаде недалеко от домика лесника были 4 танка. Наше противотанковое 45 мм орудие шло в головной заставе. Мы приняли бой с танками, подбили 2 танка, а остальные немцы бросили. Я был ранен в грудную клетку и бедро, а ездовой Чуйков ранен в живот. Нас подобрали и свезли в длинную хату в лесу. Там расположили на земле, на соломе. Нас там было человек 15, и мы там лежали 2 или 3 суток. За нами ухаживала старая женщина из этого дома, подавала пить и кушать. Затем подвезли еще раненых из- под Лиды, нас погрузили и повезли на Молодечно. Ночью нас обстреляли из леса остатки фрицев. Затем повезли на Минск и в Смоленскую область в Ярцевский район в госпиталь в № 2540. За город Лиду я ношу осколок в правом легком 7х7 мм».

Южный фланг.

 
Бывший командир 32 Смоленской кавалерийской дивизии Калюжный Иван Прокофьевич: 
«С утра 8 июля славные дивизии 3 гв корпуса, в том числе и лихие смоленцы на всем фронте сбили противника, форсировали р. Гавью и устремились к г. Лида, беспощадно уничтожая на своем пути нашего кровного врага – немцев. Смоленцам достался тяжелый участок на подступах к г. Лида – грязный и болотистый, пришлось вести тяжелые бои с частями СС, которые прикрывали отход их главной группировки. Здесь дивизия разгромила и пленила до 1,5 полков СС и с боем форсировала р. Лидея и ударом с юга овладела частью города и ж/д вокзалом, отрезав пути отхода противнику по шоссе и железной дороге. Одновременно с этим 65 кавполк, которым командовал белорус Костенич, захватил шоссе, направленное на Белицу, Барановичи…. На подступах к Лиде славные конники смоленцы много уничтожили фашистов и их техники. Захвачено много эшелонов, груженых различным дорогим военным добром: оружием, боеприпасами, продовольствием».

Манов Ф.И.: «После боя за Татарцы полк был усилен четырьмя самоходными установками (САУ-100) и получил задачу, следуя в авангарде главных сил дивизии, сходу ворваться в гор. Лида. Подвергаясь непрерывным ударам авиации противника, полк на рысях к 16 часам дня подошел к г. Лида. Командир полка подполковник Труханов Алексей Федорович приказал командиру 1-го эскадрона капитану Белухину спешить личный состав эскадрона и посадить десантом на самоходные артустановки. На головную самоходку сел и я с командиром эскадрона Белухиным. Эскадрон десантом сходу ворвался на центральную улицу города, идущую с востока на запад. Наши бойцы из пулеметов и автоматов вели беспрерывный огонь по крышам домов, из чердаков которых немцы вели сильный огонь. Самоходки с коротких остановок вели огонь и уничтожали машины с пехотой противника и тягачи, на прицепах которых находились зенитные орудия. Улица узкая и пламя горящих домов жгло десантников. Через полтора часа (к 17-30) десант понес незначительные потери, вышел на западную окраину города, отрезал отход убегающим из города фашистам на запад и был в готовности к отражению возможных атак противника с Гродненского направления.