«Отелло» Шекспира: источники сюжета

Министерство  науки и образования Украины

Мариупольский Государственный Гуманитарный Университет 
 
 

Реферат:

По предмету

«История  мировой литературы»

На тему

«Отелло»  Шекспира: источники сюжета» 
 
 
 
 
 

Выполнила:

Студентка І курса

Специальности журналистика

Корчма  Оксана

Проверила:

Вялкова И.А. 
 

Мариуполь 2009

Содержание: 

Введение……………………………………………………………………………..3

1. История создания и источник сюжета………………………………………….3
2. Трагедия «Отелло»……………………………………………………………....4
3. Система образов………………………………………………………………....4

а) Яго……………………………………………………………………………..4

б) Родриго………………………………………………………………………..5

в) Отелло…………………………………………………………………………6

г) Дездемона…………………………………………………………………......8

4.  Интересные  факты……………………………………………………………...10

Заключение…………………………………………………………………….…...11

Список литературы………………………………………………………………...12 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение: 

Отелло, венецианский мавр — пьеса Уильяма Шекспира, написанная около 1604 года. Сюжет пьесы  основан на произведении Джиральди  Чинтио «Венецианский мавр». Эта  трагедия Шекспира, посвященная проблеме зла. По выражению одной американской исследовательницы, главное в этой трагедии – «фактор Яго». Как зло распространяется в мире? Какими способами оно путешествует?» 

1. История создания и источник сюжета:

«Отелло» - трагедия У. Шекспира. Эта трагедия была впервые поставлена на сцене лондонского театра «Глобус» 6 октября 1604 г. в честь короля Якова I, незадолго до этого даровавшего труппе театра право называться «Слугами Его Величества». Вероятно, трагедия была написана в том же году. Впервые была опубликована в 1622 г. лондонским издателем Т. Уокли. Источником сюжета послужила новелла Д. Чинтио «Венецианский мавр» из сборника 1566 г. «Сто рассказов», в котором история подана как «рассказ жены прапорщика». Эта новелла была переведена на английский язык лишь в XVIII веке, поэтому остается допустить, что либо Шекспир был знаком с ее итальянским или французским текстом, либо слышал чей-то подробный пересказ. При сохранении обшей линии сюжета, в ключевых моментах, в создании психологически сложных характеров героев Шекспир существенно переработал исходный материал: видоизменил мотив мести негодяя Прапорщика, по новелле, влюбленного в Дездемону и отвергнутого ею, придает возвышенный характер любви Дездемоны и Отелло, которого она «полюбила доблесть», он же ее «за сочувствие к нему». Мотив ревности Отелло также был значительно изменен: у Шекспира она продиктована не уязвленным чувством чести или оскорбленной гордостью мужа-собственника, а является исполнением реального долга героя, стремящегося уничтожить зло в мире. Отелло - не мелодраматический злодей, убивающий из ревности; при таких условиях поэт не мог бы заинтересовать нас его судьбой и еще менее - вызвать в нас впечатление трогательное и возвышенно трагическое. Драма здесь утрачивает узко личный, любовный смысл и поднимается до высшего трагического мотива - до столкновения личности со средой.

Во всех зрелых шекспировских трагедиях изображаемые на сцене события отодвинуты от зрителя  в глубину веков - в античность или в легендарное средневековье. Такая хронологическая дистанция была необходима поэту для того, чтобы он мог в обобщенной форме решать самые большие и самые острые проблемы, выдвигаемые современностью. И только «Отелло» в этом плане представляет исключение. Историческое событие, которое Шекспир вводит в свою пьесу, - попытка турецкого нападения на Кипр - имело место в 1570 году, всего за 30 лет до премьеры «Отелло». Если же учесть, что англичане эпохи Шекспира, несмотря на всю неприязнь к своим главным врагам - испанцам, продолжали восхищаться победой испанского флота над турками при Лепанто в 1571 году, то становится ясным, что зрители «Глобуса» должны были реагировать на трагедию о венецианском мавре как на пьесу о современности.

В «Отелло» развитие действия пьесы в наибольшей, по сравнению со всеми зрелыми трагедиями Шекспира, степени сконцентрировано вокруг событий личного плана. Здесь нет ни Троянской войны, ни столкновения Египта с Римской империей. Даже военный конфликт, готовый разгореться между Венецией и турками, оказывается исчерпанным уже в первой сцене второго действия: буря, пощадившая корабли Отелло и Дездемоны, пустила ко дну турецкую эскадру.

Такое построение пьесы легко может привести к  анализу «Отелло» как трагедии сугубо личного плана. Однако любое преувеличение  интимно-личного начала в «Отелло» в ущерб другим сторонам этого произведения в конце концов неизбежно оборачивается попыткой ограничить шекспировскую трагедию узкими рамками драмы ревности. Правда, в словесном обиходе всего мира имя Отелло уже давно стало синонимом ревнивца. Но тема ревности в шекспировской трагедии выступает если не как второстепенный элемент, то во всяком случае как производное от более сложных проблем, определяющих идейную глубину пьесы. [2] 

2. Трагедия  «Отелло»:

Мавр Отелло – военный на службе венецианского дожа. Он любит дочь венецианского сенатора Брабанцио, и эта любовь взаимна, влюбленные бегут и тайно венчаются. Но у Отелло есть заклятый враг – Яго, которому Отелло не дал лейтенантского чина, возведя в это звание Кассио. Яго клянется отомстить. В качестве своей пешки он использует влюбленного в Дездемону Родриго. Яго убеждает Отелло, что Дездемона изменяет ему с Кассио, а в качестве доказательства фигурирует платок, который Дездемона обронила. (Платок этот, принадлежавший ранее матери Отелло, мавр отдал своей жене.) Платок подобрала жена Яго Эмилия и отдала мужу, который подбросил его Кассио. Родриго пытался убить Кассио, но только ранил его, а Яго убивает самого Родриго. Однако на трупе Родриго находят обличающие Яго письма. Отелло душит Дездемону, но, узнав о страшной трагедии, Эмилия признается в том, что она подобрала платок и отдала Яго. Яго закалывает Эмилию, и она умирает рядом с Дездемоной. Узнав о том, что он убил невинную Дездемону, а виноват во всем Яго, Отелло ранит Яго и закалывается. [4] 

3. Система образов:

а) Яго: 

Яго молод - ему  всего 28 лет, но в венецианской армии  он уже не новичок; и видно, что вся его сознательная жизнь связана с военной службой. В этом с особой наглядностью убеждает искреннее возмущение Яго по поводу того, что на место заместителя Отелло назначен не он, а Кассио; в повышении Кассио Яго усматривает вызов нормальному армейскому порядку, при котором на продвижение по службе может в первую очередь претендовать тот, кто выше по званию и у кого больше выслуга лет.

В той же сцене  Яго упоминает о своем участии  в боях на Кипре и Родосе, в  христианских и языческих странах; в дальнейшем он также неоднократно вспоминает эпизоды своей боевой жизни.

Ум Яго чем-то напоминает ум шахматиста. Садясь за доску, шахматист имеет перед собой главную цель - выигрыш; но он еще не знает, каким конкретным путем этот выигрыш может быть достигнут. Однако опытный игрок, наблюдая за тем, как ответные действия недостаточно подготовленного противника обнажают слабости его позиции, очень скоро создает тактический план атаки и начинает предвидеть, к каким последствиям приведут его ходы и как совокупность этих ходов позволит ему добиться победы. Так и Яго объявляет войну Отелло, еще не имея конкретного плана наступления.  

Яго использует лучшие качества, присущие Отелло и Дездемоне, для того, чтобы погубить их. 

Главное, могучее  и эффективное оружие Яго - его  трезвый, практический ум. Яго - человек, наделенный замечательной наблюдательностью, которая помогает ему составить  безошибочное представление об окружающих его людях. Помимо проницательного ума Яго вооружен еще одним свойством, позволяющим ему выполнять свои черные планы. Это его великолепное умение скрывать свою сущность под маской солдатской прямоты и простодушия. Очень часто Яго, коварно преследуя свои тайные цели, говорит заведомую ложь о других действующих лицах пьесы. Но в минуты, когда он, оставшись один на сцене, откровенно отзывается о людях, с которыми ему приходится сталкиваться, его оценки поражают своей проницательностью; в них лаконично, но четко и объективно выражена самая сокровенная сущность персонажей. 

б) Родриго: 

Социальная характеристика Родриго предельно ясна. Он богатый  наследник, проматывающий имения, которые  достались ему от предков. Родриго  вхож в приличное общество; он даже сватается к дочери уважаемого венецианского сенатора, одного из самых влиятельных лиц в городе.

Родриго смешон: он глуп и труслив, он безволен до плаксивости. Однако комическая сторона далеко не исчерпывает всего содержания образа Родриго. Этот представитель золотой венецианской молодежи не наделен способностью мыслить или действовать самостоятельно. Поэтому нет ничего удивительного в том, что Яго удалось сделать Родриго послушным исполнителем своих планов.  

Очень показательно, что Яго не посвящает Родриго в суть своего замысла. Преследуя свои собственные цели, Яго одновременно укрепляет слабую волю Родриго и раскрывает перед ним определенный простор, который необходим ему для исполнения своих желаний. И во имя этих желаний Родриго, подхлестнутый Яго, оказывается способным на любое преступление, вплоть до убийства из-за угла, как это доказывает его ночное нападение на Кассио.

Так происходит потому, что Родриго лишен каких  бы то ни было моральных принципов. Брабанцио отказал ему от дома, Дездемона вышла замуж за мавра. Но похотливость, движущая Родриго, заставляет его надеяться, что с помощью сводника ему все же удастся пробраться в спальню Дездемоны. Вот и весь круг его желаний.

А сводником  в глазах Родриго выступает Яго. Реплика, открывающая трагедию, свидетельствует об этом более чем убедительно: 

Ни  слова больше, это  низость, Яго. 

Ты  деньги брал, а этот случай скрыл. 

В конце пьесы  Родриго предпринимает попытку  порвать с Яго, но это решение  продиктовано вовсе не высокими моральными соображениями. Родриго возмущен лишь тем, что Яго обобрал его; он намерен обратиться к Дездемоне и просить у нее драгоценности, которые Яго якобы передавал ей. Великолепный штрих, до конца разоблачающий мелочность и торгашескую сущность Родриго! Размолвка между Яго и Родриго делает еще более наглядной безвольную подлость Родриго: как оказывается в дальнейшем, он соглашается убить Кассио, имея в то же время в кармане письмо, в котором он - пусть в неясной форме - отмежевывается от Яго. 

в) Отелло: 

Отелло по внешнему положению - всеми чтимый генерал, имеющий за собой царственных предков, общепризнанный спаситель Венеции, опора ее свободы. Но нравственно он одинок и не только чужд республике, а даже презираем ее правителями. Во всем венецианском совете не находится никого, кроме дожа, кто бы мог поверить в естественность любви Дездемоны к мавру, и все совершенно серьезно справляются, не прибегал ли он «к средствам запрещенным, насильственным, чтоб подчинить себе и отравить девицы юной чувство?». Отелло инстинктивно понимает свою роль, с болью в сердце сознается, что у него не было ни малейшей надежды увлечь Дездемону, первую красавицу гордого аристократического мира, и он даже теперь не может объяснить сенаторам, как это случилось. И его единственное объяснение, отнюдь не свидетельствующее о самоуверенности: «Она меня за муки полюбила». Так говорит Отелло, очевидно, не решаясь чувство Дездемоны приписать каким бы то ни было своим достоинствам. Он принимает ее любовь как незаслуженный дар, как счастье, в момент осуществления которого остается только умереть.

Когда в душу Отелло впервые закрадывается мысль  о том, что он может потерять Дездемону, венецианский полководец с чувством обреченности вспоминает что от - черен. 

Целый ряд элементов  в характеристике Отелло показывает его внутреннюю противопоставленность венецианскому обществу. Мавр может служить Венеции практически в любой должности вплоть до поста командующего крупными военными соединениями. Но он не может органически войти в это общество и слиться с ним. А чернота Отелло служит исключительным по выразительности, доведенным до интенсивности символа сценическим средством, которое постоянно напоминает зрителю о сущности отношений между Отелло и венецианской цивилизацией. 

«Отелло от природы не ревнив - напротив: - он доверчив». Это беглое по форме замечание Пушкина позволяет понять самые глубокие истоки трагической судьбы венецианского мавра.

Перед лицом  смерти Отелло говорит о том, что  ревность не была страстью, изначально определявшей его поведение; но эта  страсть овладела им, когда он оказался не в состоянии сопротивляться воздействию  на него со стороны Яго. А этой способности  к сопротивлению лишила Отелло та самая сторона его натуры, которую Пушкин называет главной, - его доверчивость.

Однако основной источник доверчивости Отелло не в  его индивидуальных качествах. Судьба забросила его в чужую и  непонятную ему республику, в которой  восторжествовала и укрепилась власть туго набитого кошелька - тайная и явная власть, делающая людей своекорыстными хищниками. Но мавр спокоен и уверен в себе. Отношения между отдельными членами венецианского общества его практически не интересуют: он связан не с отдельными лицами, а с синьорией, которой он служит в качестве военачальника; а как полководец Отелло безупречен и крайне необходим республике. Трагедия начинается именно с замечания, подтверждающего сказанное выше о характере связей Отелло с венецианским обществом: Яго возмущен тем, что мавр не прислушался к голосу трех венецианских вельмож, ходатайствовавших о его назначении на должность лейтенанта. 

Но вот в  жизни Отелло происходит событие  огромной важности: он и Дездемона  полюбили друг друга. Чувство, возникшее в душе Дездемоны, куда более ярко, чем признание сенатом полководческих заслуг Отелло, доказывает внутреннюю цельность, красоту и силу мавра.

Отелло не только восхищен решением Дездемоны; он в какой-то мере и удивлен случившимся. Любовь Дездемоны для него - это открытие, позволившее по-новому взглянуть на самого себя. Но у события, которое должно было еще больше укрепить спокойствие духа Отелло, оказалась и оборотная сторона. Мавр был надежно защищен своей собственной силой и храбростью, пока он оставался только полководцем. Теперь же, когда он стал мужем венецианки, иными словами, когда у него появились новые формы связей с обществом, он сделался уязвимым.  

А Яго для  своего нападения подготовлен великолепно. Он до зубов вооружен знанием нравов, царящих в венецианском обществе, всей своей циничной философией, в которой обману и лжи отведено столь почетное место.

Чтобы нанести  Отелло смертельный удар, Яго использует и свое глубокое понимание характера  прямого и доверчивого Отелло, и свое знание моральных норм, которыми руководствуется общество. Яго убежден в том, что внешность человека дана ему для того, чтобы скрывать свою истинную сущность. Теперь ему остается убедить мавра в том, что такое утверждение справедливо и в отношении Дездемоны.

И Яго удается на какое-то время одержать частичную победу. Мысль о том, что Дездемона так же лжива, как и все венецианское общество, вытесняет в мозгу Отелло мысль о высокой чистоте чувства, связывающего его с Дездемоной. 

Сравнительная легкость, с которой Яго удалось  одержать эту победу, объясняется не только тем, что Отелло верит в честность Яго и считает его человеком, прекрасно понимающим подлинный характер обычных отношений между венецианцами. Низменная логика Яго захватывает Отелло в первую очередь потому, что аналогичной логикой пользуются и другие члены венецианского общества.

Для венецианцев  вроде Родриго или Яго мысль  о том, что женщина общедоступна, давно стала прописной истиной; раз общедоступны и жены, то обиженному мужу не остается ничего другого, как  только в свою очередь наставлять рога обидчику. Но Отелло не может отказаться от своих идеалов, не может принять моральные нормы Яго. И поэтому он убивает Дездемону. 

г) Дездемона: 

Истинная красота  Дездемоны - в ее искренности и  правдивости, без которой для  нее нет ни любви, ни счастья, ни жизни.

Любовь к Отелло - самая большая правда для Дездемоны. Во имя этой правды она готова обмануть родного отца; во имя этой правды она, умирая, предпринимает последнюю  отчаянную попытку спасти своего возлюбленного. И эта великая правда любви делает Дездемону одним из самых героических женских образов во всей шекспировской драматургии. 

Разрыв с венецианским обществом, на который идет Дездемона, - это решение, героическое по своей  смелости. И все же наиболее полное звучание тема героизма Дездемоны приобретает в сцене ее смерти: 
 
 

Никто. Сама. Пускай мой  муж меня 

Не  поминает лихом. Будь здорова. 

Эти последние  слова Дездемоны - высшее проявление самоотверженности в любви. Уходя  из жизни по вине Отелло, Дездемона  по-прежнему страстно продолжает любить своего мужа и в последнее мгновение старается уберечь Отелло от кары, которая должна обрушиться на него за совершенное преступление.

Не исключено, что последние слова Дездемоны  несут в себе и глубокий психологический  подтекст: зная о своей полной невиновности, Дездемона в момент предсмертного прозрения понимает, что ее муж стал жертвой какого-то трагического заблуждения, и это примиряет ее с Отелло.

Мавр хотел изгнать из мира ложь, а вместо этого он своими руками убил человека, для которого правда - высший закон. 

Признание Отелло, что хаос царил в его душе до тех пор, пока эта душа не была озарена  светом любви к Дездемоне, может  в определенном смысле служить ключом к пониманию всей истории отношений  между главными героями трагедии.

А вместе с Дездемоной в жизнь сурового воина вошла  неведомая ему дотоле гармония. Даже самые тяжкие опасности и невзгоды, выпавшие на его долю, теперь предстали  перед ним в ином свете, ибо  за муки, которые он некогда перенес, его полюбила прекраснейшая из женщин. Дездемона для Отелло - средоточие всех высших моральных ценностей, и поэтому удар, который наносит Яго, в сущности превосходит по своим последствиям даже ожидания самого клеветника. Опорочив Дездемону, Яго лишил Отелло веры в людей вообще, и мир опять предстал перед мавром в виде страшного хаоса. 

По мере приближения  финала в трагедии почти с физической ощутимостью сгущается тьма. На темных улицах Кипра происходят убийства и  нападения из-за угла; а в это  время Отелло, готовясь казнить Дездемону, гасит свет в ее спальне. Но самая страшная тьма царит в душе Отелло. Затемненное сознание мавра рисует ему образ лживой и развратной Дездемоны - образ тем более страшный для Отелло, что его любовь к жене по-прежнему безмерна. Так тема хаоса органически перерастает в тему самоубийства Отелло.

У Отелло в его  страстной любви к Дездемоне  сосредоточена вся вера в светлые  идеалы. Если и Дездемона дурна  и порочна, значит, мир - это сплошное беспросветное царство зла.

Ощущение того, что жизнь без Дездемоны невозможна, возникает у Отелло намного раньше, чем решение казнить свою жену. Впервые подумав о том, что он может потерять Дездемону, Отелло готов отпустить ее на волю, как неприрученную птицу. Но он знает, что для этого надо порвать путы, которые удерживают Дездемону.

Так в пьесе  возникает тема самоубийства Отелло. Она еще звучит неясно и приглушенно, но это отдаленные раскаты грозы, которая совсем скоро разразится над головой мавра.

Тот факт, что  перспектива самоубийства возникает  перед Отелло задолго до финала пьесы, имеет огромное значение. При всей своей красоте и даже героизме Дездемона остается лишь средством в борьбе Яго против Отелло. Как справедливо отмечено критикой, судьба Дездемоны практически не интересует Яго или интересует его лишь постольку, поскольку он может использовать героиню, чтобы нанести смертельный удар мавру. Самый большой успех, которого добивается Яго, - это не смерть Дездемоны, а самоубийство Отелло, ибо главная тема трагедии - рассказ о том, что силам зла удалось погубить Отелло. 

Успех Яго показывает, насколько могучим оказалось зло, таящееся в недрах венецианской цивилизации. А смерть героев делает пьесу об Отелло одной из самых тяжелых трагедий Шекспира.

И тем не менее  это произведение не оставляет пессимистической убежденности в том, что добро изначально и неизбежно обречено на поражение в столкновении со злом. 

Предсмертное  прозрение Отелло, его возвращение  к вере в высокие идеалы, вере в реальность существования честности, преданности, чистоты, самоотверженности, любви - это не столько победа, сколько спасение Отелло.

Настоящий триумфатор в трагедии о венецианском мавре, победитель Яго и спаситель Отелло - это Дездемона. Всей своей сценической  жизнью юная героиня опровергает  подлую философию Яго. Именно в самом  образе Дездемоны кроется тот главный, глубинный источник оптимизма, который просветляет финал мрачной трагедии.

Шекспир показывает, что идеалы правды и благородства - это реальность; но само существование  идеалов в условиях венецианской цивилизации находится под смертельной  угрозой. И уж во всяком случае мир своекорыстных эгоистов достаточно силен, чтобы расправиться с конкретными носителями этих высоких идеалов. [3] 

4. Интересные  факты:

1)Уильям Шекспир заимствовал свои сюжеты буквально отовсюду — из старинных хроник, новелл и моряцких рассказов. Порой он обходился с исторической правдой весьма вольно. Например, Отелло на самом деле мавром никогда не был. Реальный прототип литературной трагедии — итальянец по имен Маурицио Отелло. Он командовал венецианскими войсками на Кипре с 1505 по 1508 годы и потерял там свою жену при крайне подозрительных обстоятельствах.

Киприоты очень  гордятся, что Дездемону душили именно на их острове, и охотно показывают туристам замок Отелло в Фамагусте. Но даже они полагают, что с национальностью  главного героя Шекспир перегнул. И в Венеции, и на Кипре, и во всей тогдашней Европе мавров не считали полноценными людьми и вряд ли стали бы доверять им командование флотом.

Ключ к разгадке кроется в имени ревнивца. Уменьшительный вариант имени Маурицио звучит как «Мауро». А еще это слово означает «мавр» по-итальянски. Видимо, поэтому Шекспир решил причислить своего героя к народу, населявшему тогда южное побережье Средиземного моря. Ошибку Шекспира усугубили театральные режиссеры, сделавшие Отелло негром, каковым он и по сей день выходит на сцену.

Но мавры вовсе  не были неграми! Они были северными  арабами — смуглыми, но отнюдь не чернокожими. Напрасно на Отелло изводят  в театре так много чёрного  грима и изображают его пылким, страстным и недалеким. Настоящий  Маурицио Отелло был вполне интеллигентным военачальником и не имел прямого отношения к чёрному цвету кожи. 

2)Именами главных персонажей пьесы названы два популярных сорта бузульника¹ —Ligularia dendata ‘Desdemona’ и Ligularia dendata ‘Othello’. У обоих сортов листовая пластина сверху зеленоватая, а снизу — более тёмная, близкая к кроваво-красной; у сорта Othello красные жилки листа на просвет напоминают кровеносные сосуды. [1] 

Заключение:  

Поведав миру о  трагической судьбе, выпавшей на долю героев его пьесы, Шекспир как бы сказал своим зрителям: да, идеалы существуют, их торжество возможно, но не в условиях данной цивилизации. Так проблема оптимизма органически перерастает в проблему утопии, в которой носителем высших ценностей выступает чернокожий воин, и по складу своей души, и по происхождению чуждый цивилизованному обществу, главный принцип которого выражен словами Яго: «Насыпь денег в кошелек». А единственным верным союзником мавра оказывается женщина, порывающая с венецианским обществом. Счастье этих прекрасных людей, гармония их чистых и правдивых отношений - гармония, без которой они не могут существовать, - возможны. Но сфера счастья, сфера торжества высоких идеалов - это не цивилизованная Венеция, а утопическое царство «естественного человека».

Шекспировская трагедия наполняет сердца зрителей ненавистью к обществу, которое губит Отелло и Дездемону, - страшному своей деловитой своекорыстной порочностью обществу, в котором Яго чувствует себя как рыба в воде. Но она вселяет и гордость за человечество, способное породить людей, подобных Отелло и Дездемоне.