Партийная система. 3

Оглавление

ВВЕДЕНИЕ

Под партийной  системой понимается совокупность партий в данной стране, которая характеризуется, во-первых, количеством, партий; во-вторых, социально-политическими и правовыми условиями, в которых они действуют и взаимодействуют, и в-третьих, реальными возможностями для того, чтобы стать правящими, то есть сформировать правительство.

 Характер и особенности партийной системы той или иной страны обусловлены множеством факторов – расстановкой социально-классовых сил, степенью политической зрелости общества, уровнем политического сознания и культуры, историческими традициями, национальным составом, религиозной ситуаций и др.

 В соответствии с этим формируются различные типы партийных систем. В зависимости от характера политического режима можно говорить о демократических, авторитарных и тоталитарных партийных системах; в соответствии с господствующими социальными ценностями выделяют социалистические и буржуазные системы; учитывая характер отношений между партиями и государством– конкурентные и неконкурентные, альтернативные и неальтернативные партийные системы. Все эти типологии связаны с делением партийных систем на многопартийные, двухпартийные и однопартийные в соответствии с количеством партий, реально участвующих в борьбе за власть.

Однопартийные и беспартийные системы

 Партийная система представляет собой механизм взаимодействия и соперничества партий в борьбе за власть и ее осуществление.

 Старейшим (и наиболее популярным по сей день) критерием, используемым при классификации партийных систем, является количественный: выделяют беспартийные, однопартийные, двухпартийные и многопартийные системы. Первые две разновидности возможны лишь в сочетании с авторитарными режимами и могут быть названы партийными системами условно, ибо значимое политическое взаимодействие между партиями здесь отсутствует.

 Беспартийные системы встречаются в современном мире редко – это немногие сохранившиеся традиционные режимы и некоторые военные диктатуры, налагающие официальный запрет на деятельность партий. Так, в 20 странах легальные политические партии отсутствуют. Это преимущественно феодально-монархические и авторитарные государства (Саудовская Аравия, Бруней и др.). В ряде мусульманских стран (Катар, Кувейт, Оман и др.) все партии запрещены как разрушающие единство мусульманской общины правоверных. Также примером могут служить своеобразные политические устройства Ирана (после самороспуска Исламской республиканской партии) и Ливии. В современном мире «беспартийная демократия» наблюдается в ряде микроскопических государств тихоокеанского бассейна. Чаще всего заменой партиям там служит этническая или клановая принадлежность кандидатов.

 Однопартийность означает, что в данной стране только одна-единственная политическая партия получает статус легальной, а значит, и право формировать правительство при юридическом запрещении (но не обязательно фактическом отсутствии) всех других партий.

 В политической науке выделяют:

1. Однопартийные системы в строгом смысле этого слова, при которых исключается даже номинальное существование других партий; на деле такие партии являются частью государственного аппарата;
2. Фактически однопартийные системы (“искусственная многопартийность”), замаскированные под многопартийность; в них осуществляется тотальный идеологический и организационный контроль государственной партии; деятельность партий-сателлитов, интегрированных, как правило, в такие организации, как национальный и народный фронты, жестко регламентируется. Согласие относительно соблюдения демократических отношений между партиями лояльностью к режиму и государственной партии. Указанная партийная система существует в настоящее время в Китае, где наряду с правящей коммунистической партией действует еще несколько партий (Революционный комитет Гоминьдана, Крестьянско-демократическая партия и др.), входящих в единый “народно-демократический фронт”, демонстрируя некое “политическое единство”.

 Поскольку в однопартийной системе партия функционирует в сущности как постоянное правительство и нет никакой возможности, за исключением переворота или революции, такое правительство сместить, здесь она неизбежно срастается с государственной машиной. Поэтому говорят об «однопартийных государствах» и о «партийно-государственном аппарате». Можно говорить о двух довольно несхожих между собой однопартийных системах.

 Одна из них была характерна для социалистических государств, где «правящие» коммунистические партии контролировали практически все институты и стороны жизни общества. При однопартийной системе партия определяет взаимосвязи со всеми структурными подразделениями политической системы. Здесь отсутствует практическая конкуренция за власть, исключается чередование разных политических сил в осуществлении власти, отсутствует межпартийное соперничество, оппозиция запрещена, власть осуществляется ограниченным кругом партийного аппарата - партократией. Такие партии были привержены строжайшей идеологической дисциплине, не допускавшей ни малейшего отклонения от идей марксизма-ленинизма, и имели сложную иерархию, выстроенную по принципу демократического централизма. То были кадровые партии, членство в которых жестко ограничивалось по политическим и идеологическим основаниям. Сегодня лишь 4% населения Китая состоят в Коммунистической партии Китая, КПСС в свое время охватывала около 9% населения СССР. Ядро таких партий состоит из хорошо оплачиваемых функционеров – аппаратчиков, задачей которых является осуществлять идеологический контроль над государственными органами и общественными институтами.

 Главным средством, с помощью которого коммунистические партии контролировали государство, экономику и общество и обеспечивали подчинение «низших» органов «высшим», являлась номенклатура. То была система комплектации кадров, при которой практически на все значимые должности назначались кандидатуры, одобренные партией. Теоретическим оправданием партийной монополии на власть, как и ее притязаний на идеологический контроль, было ленинское положение о партии как «авангарде рабочего класса», направляющей силе общества, без которой массы не смогут выполнить своей революционной миссии.

 Вторая разновидность однопартийных систем возникла на подъеме антиколониального движения и укрепления государственности в развивающихся странах. Скажем, в Гане, Танзании и Зимбабве «правящие» партии возникли из освободительных движений, провозгласивших первостепенной своей задачей национальное строительство и экономическое развитие. В Зимбабве однопартийное правление установилось лишь в 1986 г. (через шесть лет после обретения независимости) в результате слияния двух ведущих партий ZANU и ZAPU, прежде бывших партизанскими формированиями. В некоторых случаях такие партии создавались для того, чтобы национальный лидер имел возможность консолидировать власть, как то было с Народной партией генерала Эршада в Бангладеш и Народным движением революции президента Мобуту в Заире.

 В Африке и Азии однопартийные системы, как правило, складывались вокруг харизматического лидера и вырабатывали свою идеологию на основе его взглядов. Ярким примером в этом отношении является Кваме Нкрума, возглавлявший Народную партию Ганы, пока его не свергли в 1966 г. Другими примерами могут служить Джулиус Ньерере в Танзании и Роберт Мугабе в Зимбабве. Чаще всего такие партии весьма слабо организованы (прямая противоположность той строжайшей дисциплине, что была присуща коммунистическим партиям однопартийных государств) и играют совершенно незначительную роль в выработке политики. Монополизируя власть, они подчас лишь содействуют авторитаризму и коррупции.

 Однопартийными остаются также некоторые африканские страны, где местной элите удалось сконцентрировать власть и навязать стране жесткий авторитарный режим. Это – Камерун, Габон (в котором правящая партия Габонский демократический блок объединяет в своих рядах все взрослое население), Заир (где государственные органы официально провозглашены составной частью правящей партии Народное движение революции).

Бипартизм как фактор стабильности правительств

 Количественный критерий является основой выделения двухпартийной системы (бипартизма) и системы «двух с половиной партий».

 Классическая двухпартийная система имеет три отличительные особенности:

1. независимо от общего количества партий, среди которых могут быть и «малые», лишь две из них обладают необходимым избирательным и законодательным потенциалом, позволяющим им реально претендовать на государственную власть;
2. править способна любая из партий (обычно на основе большинства в законодательном собрании), при этом другая выступает оппозицией;
3. поскольку обе партии способны победить и побеждают на выборах, они поочередно приходят к власти, оппозиция же представляет собой «теневой кабинет» и «ожидает своей очереди».

 Двухпартийная система вовсе не предполагает наличия в той или иной стране обязательно только двух партий. В Великобритании, например, существует несколько партий: Консервативная, Лейбористская, Либеральная, Социал-демократическая, Коммунистическая, а также ряд иных политических организаций (Кооперативная партия, Уэльская националистическая партия, Шотландская националистическая партия, Национальный фронт и др.). Тем не менее это страна с классической двухпартийной системой: только две партии – консерваторы и лейбористы – сменяя друг друга, формируют правительство и определяют основные направления внутри- и внешнеполитического курса страны.

 Преимущества двухпартийности очевидны. Она обеспечивает большую стабильность правительства. Однопартийный кабинет свободен от неустойчивости коалиционных соглашений. В сочетании с повсеместно распространенной сегодня партийной дисциплиной, с традицией сохранять пост главы правительства за лидером победившей на выборах партии, который таким образом сосредоточивает в своих руках всю полноту и государственной и партийной власти, данная система гарантирует большую эффективность исполнительной власти.

 Создавая трудности для деятельности третьих партий, отсекая их от власти, двухпартийная система ставит надежный барьер на пути радикально настроенных сил как слева, так и справа.

 Другими словами, в отличие от многопартийности, двухпартийность безусловно гораздо более надежный и эффективный инструмент защиты демократического режима.

 Сказанное, однако, не означает, что двухпартийная система автоматически решает все политические проблемы. Переход власти от одной политической партии к другой, особенно когда последняя занимает иные социально-политические позиции – серьезная встряска не только для государственного механизма, но и для всего общества. А через некоторое время, когда партии вновь поменяются местами, все будет отыгрываться обратно. Аналогичная картина наблюдается также в США при смене у власти республиканцев и демократов.

 Двухпартийность не исключает существенных перемен, альтернативных вариантов развития общества и государства. Однако она четко фиксирует допустимые рамки изменений в государственной политике, не позволяя ставить под вопрос основу существующего строя – рыночную экономику и демократию. В этом – важнейшее предназначение двухпартийной системы.

 Двухпартийность достаточно функциональна, поскольку обеспечивает эффективную работу политической системы в целом. Прежде всего она отражает существование естественного политического дуализма. «Двухпартийность, очевидно, представляет собой явление естественное. Мы хотим этим сказать, что политические решения, как правило, предстают в дуалистической форме. И далеко не всегда дело в дуализме партий, но почти всегда – в дуализме тенденций. Любая политика внутренне содержит выбор между двумя типами решений».

 Кроме того, двухпартийность способствует созданию эффективного и стабильного правительства, которое опирается на поддержку парламентского большинства из числа депутатов победившей партии. Избранное прямым всеобщим голосованием парламентское большинство позволяет функционировать правительству в течение всего срока полномочий. Более того, двухпартийность упрощает процесс агрегирования интересов и сокращения требований.

 Формированию двухпартийности во многом способствует мажоритарная избирательная система. Бипартизм позволяет обеспечить относительную стабильность власти, т.к. создает однопартийное правительство, свободное от неустойчивости коалиционных соглашений. Двухпартийная система, указывает французский политолог Р.-Ж.Шварценберг, упрощает процесс артикуляции и агрегации интересов, поскольку каждая из соперничающих партий стремится к обобщению, "сокращению" требований различных социальных групп с целью максимального расширения своей электоральной базы. Вместе с тем двухпартийность подвергается критике за то, что она отстраняет от участия в принятии решений мелкие, не слишком авторитетные партии, выражающие интересы меньшинства.

 Различают следующие типы двухпартийности. Так, «жесткая» двухпартийность отличается от «мягкой» дисциплиной голосования. В условиях «жесткой» двухпартийности (например, в Великобритании) при принятии важных политических решений депутаты каждой партии стремятся голосовать одинаково. В противном случае те, кто нарушил дисциплину голосования, исключаются из партии. «Мягкая» двухпартийность (например, в США) не предписывает депутатам обязательную дисциплину голосования.

 Различают также «совершенную» и «несовершенную» двухпартийность. «Совершенная» двухпартийность означает, что две партии набрали 90% голосов, причем одной из них обеспечено абсолютное большинство парламентских мест. Такая партия может руководить в одиночку, не вступая в союз с другими партиями.

 «Несовершенная» двухпартийность возникает в том случае, если число мандатов, полученных двумя крупными партиями на выборах, не позволяет им в одиночку завоевать абсолютное большинство. Им приходится объединяться с третьей партией. Подобная партийная система получила название системы «двух с половиной партий».

 Система “двух с половиной партий” или “две плюс одна партия”, при которой рядом с двумя основными партиями появляется третья, менее сильная, но способная оказать влияние на исход борьбы за власть. Поддерживая одну из двух главных партий, эта третья партия влияет на конечный успех одной из сильных партий и, таким образом, определяет контуры правительственной коалиции. Такие системы существуют в Канаде, Австрии, Австралии, ряде других стран, где ведущие партии собирают 75-80% голосов избирателей, ввиду чего должны учитывать влияние на электорат “третьей партии”.

 Систему, которая господствовала в Италии до 1994 г., иногда называли несовершенной двухпартийной системой в силу того, что в ней в течение почти всего послевоенного периода основные позиции занимали две крупные партии – христианские демократы и коммунисты. При этом первые всегда находились у власти, а вторые – в оппозиции. Но после введения здесь мажоритарной избирательной системы положение радикально изменилось – образовались два блока: левых и правых партий. Примерно такое положение (разумеется, с соответствующими оговорками) наблюдается в Японии, где власть в послевоенный период монополизировала либерально-демократическая партия, а социалисты и коммунисты ни разу не были допущены к власти. Эта традиция нарушилась только в середине 1993 г., когда либерально-демократическую партию у власти сменила коалиция из восьми партий.

 Из всего вышеизложенного следует вывод, что двухпартийная система в государстве обеспечивает стабильное однопартийное правительство, а также не допускает к власти радикально настроенные силы.

Многопартийность и ее разновидности

 Многопартийная система характеризуется наличием в стране нескольких политических партий, соревнующихся в борьбе за власть. Многопартийность обеспечивает наиболее полное представительство интересов различных социальных групп, содействует состязательности и публичности политического процесса, периодическому обновлению политической элиты общества.

 Историческая практика демонстрирует несколько разновидностей многопартийной системы. Ее конкретная структура– партийный уклад– существенно меняется от страны к стране. Классическая многопартийная система (Дания, Бельгия, Австрия, Нидерланды) характеризуется конкуренцией нескольких политических партий, ни одна из которых не в состоянии завоевать большинство мест в парламенте и самостоятельно осуществлять власть. Поэтому эту разновидность многопартийности часто определяют как уклад многопартийной раздробленности. В этих условиях партии вынуждены идти на компромиссы, искать союзников и партнеров с целью создания коалиционного большинства.

 Это классический вариант многопартийности, при котором в борьбе за власть участвуют более или менее равные по силам противники. В таком случае результат борьбы всегда трудно предсказуем. Ни одна из партий не имеет шансов добиться большинства в парламенте и, следовательно, при формировании правительства неизбежны союзы и соглашения. Правительство всегда имеет коалиционный характер, формирование его связано со значительными трудностями и может затягиваться на неопределенно долгий срок. Обеспечить стабильность такого правительства крайне сложно.

 Ввиду нестабильности исполнительной власти при системе многопартийной раздробленности в политической практике наблюдается тенденция перехода к другим партийным укладам, гарантирующим большую стабильность и эффективность политической власти.

 Некоторые политологи выделяют в качестве особой разновидности блоковую или поляризованную многопартийность. Мало чем отличаясь от классических многопартийных систем в обычных условиях, "блоковая" система, сложившаяся в 60–70-е годы, приобретает большое своеобразие в периоды проведения избирательных кампаний. Для нее показательна резкая поляризация политических сил, группирующихся в два противостоящих друг другу блока. При этом партии определяют свою предвыборную стратегию, исходя из принадлежности к одному из блоков. Партии и кандидаты, остающиеся вне рамок блоков, практически не имеют шансов на успех. Исход выборов определяется соответственно не столько силой каждой отдельной партии, сколько согласованностью действий внутри блока. Функционирование подобной системы в своих основных чертах напоминает функционирование двухпартийной системы.

 В развивающихся странах многопартийные системы в том традиционном виде, в котором они функционируют в ведущих странах с развитой рыночной экономикой, встречаются сравнительно редко (Индия, Малайзия и др.). Большее распространение здесь имеют ограниченно-многопартийные системы, т. е. такие системы, при которых легализация политических партий осуществляется в строго разрешительном порядке. Порой число их даже законодательно фиксируется (Индонезия, Сенегал до 1990 г.). Иначе говоря, государство весьма жестко регулирует возможность образования новых политических партий, оказывая сильное воздействие и на свободу деятельности легальных партий, и главное, на общее соотношение внутриполитических сил (в частности, в Индонезии).

 Многопартийная система с доминирующей партией (уклад доминации) характеризуется длительным пребыванием у власти одной партии при наличии малоэффективной оппозиции. Правящая партия получает и удерживает доминирующее положение благодаря слабости и распыленности своих противников, противоречия в рядах которых не позволяют им образовать прочный оппозиционный союз.

 Характерной особенностью систем с доминирующей партией является то, что фокус политической жизни в них всегда перемещается от соперничества между партиями к внутреннему соперничеству в этой самой господствующей партии.

 Уклад доминации позволяет сформировать стабильное однопартийное правительство, но несет в себе опасность косности, застоя для правящей партии.

 Многопартийные системы, несмотря на кажущиеся очевидными достоинства (плюрализм и др.), имеют и определенные недостатки. Так, в отличие от двухпартийности, мультипартийные системы неудовлетворительно отвечают целям агрегации требований. Как известно, двухпартийность побуждает каждую из соперничающих партий максимально расширять свой электорат. При этом эффективность политической системы увеличивается. В случае же многопартийности, когда имеется множество сравнительно мелких партий и каждая из них выражает интересы незначительного числа избирателей, власть может быть блокирована множеством противоречивых действий субъектов политики. Наконец, многопартийность в ряде случаев может вести к отсутствию стабильного парламентского большинства, на которое могло бы опираться правительство. Коалиционный характер правительств, как правило, ведет к нестабильности.

 Сравнительный анализ двухпартийной и многопартийной системы

 Сравнительный анализ недостатков и достоинств двухпартийной и многопартийной систем издавна занимал политологов. Большинство всегда склонялось в пользу первой из них, приводя следующие аргументы.

1. Утверждают, что двухпартийная система способствует смягчению идеологических конфликтов между партиями и их постепенному переходу на более умеренные позиции. А это делает политическую систему в целом более устойчивой. Предположим, известно, что в некой демократической стране существуют большие группы избирателей, которые всегда голосуют за одну и ту же партию. Если партий всего две, то им нет смысла заботиться о том, чтобы привлечь голоса наиболее экстремистски настроенных частей электората. Эти голоса им гарантированы. Избиратели, за которых действительно стоит побороться, – это люди центристских взглядов, для которых идеологические разногласия между партиями не так уж важны. Понятно, что таких избирателей легче всего отпугнуть экстремизмом. Поэтому рациональная стратегия избирательной кампании будет состоять в том, чтобы избегать идеологической полемики и делать основной акцент на практические проблемы, стоящие перед обществом. А избирательные кампании в организационной истории партий играют роль, сравнимую с ролью привычки в жизни индивида, – посеяв предвыборную риторику, рано или поздно пожнешь идеологическую ориентацию. В условиях же многопартийности рациональной часто оказывается прямо противоположная стратегия, когда всячески подчеркиваются глубокие идеологические разногласия между партиями.
2. Другое преимущество двухпартийной системы усматривают в том, что она позволяет одержавшей победу на выборах партии сформировать не подверженное кризисам правительство. Действительно, если в парламенте представлены лишь две партии, то одна из них непременно имеет абсолютное большинство мест, и вынести вотум недоверия ее лидеру – премьер-министру – просто-напросто невозможно. А в условиях многопартийности это происходит сплошь и рядом. Более того, иногда многопартийным парламентам вообще не удается сформировать правительство. Иллюстрацией может служить положение, сложившееся в 1990 г. в Греции. И консервативная партия Новая демократия, и Всегреческое социалистическое движение могли сформировать устойчивое правительство большинства, лишь вступив в коалицию с Коммунистической партией Греции. Но ни те, ни другие не считали это возможным, да и сами коммунисты не стремились участвовать в проведении «буржуазной» или «мелкобуржуазной» политики. Дело кончилось новыми выборами. Таким образом, можно констатировать, что многопартийная система нестабильна.
3. С точки зрения избирателя, несомненное достоинство двух-партийности – в том, что она облегчает выбор при голосовании. Не нужно читать десятки партийных программ или, часами сидя у телевизора, вникать в рассуждения «говорящих голов»: партий всего две, и соотнести собственные интересы с их программами не так уж сложно. Тем самым минимизируются затраты на приобретение информации, и избиратели получают реальный шанс не потратить свои голоса впустую. Многопартийная система, напротив, делает затраты времени и сил на приобретение информации непомерными для большинства граждан. Рациональный выбор при голосовании в таких условиях невозможен.
4. Наконец, утверждают, что только двухпартийная система позволяет приблизиться к идеалу ответственного правления, который важен для всех без исключения теоретических моделей демократии. Одна из партий находится у власти, другая – в оппозиции. Если избиратели недовольны работой правительства, они используют выборы для того, чтобы отправить его в отставку. В условиях многопартийности политическое руководство обычно носит коалиционный характер. Это делает возможной ситуацию, когда потерпевшая поражение на выборах партия остается в правительстве лишь потому, что является удобным партнером по коалиции. С другой стороны, бывают ситуации, когда победа на выборах ни на шаг не приближает к власти (как это неоднократно случалось с Итальянской коммунистической партией в 70-х гг.).

 Далеко не со всем в этой системе аргументов можно безоговорочно согласиться. Нетрудно заметить, например, что первый и третий из них противоречат друг другу: если идеологические позиции партий постоянно сближаются, то верно ли, что у избирателя нет проблем с выбором? Ведь не так-то просто выбрать лучшую из двух программ, похожих друг на друга, как братья-близнецы. Но факт остается фактом: двухпартийные системы действительно продемонстрировали уровень стабильности и эффективности, о котором в условиях многопартийности часто приходится только мечтать. Беда лишь в том, что случаи двухпартийности можно пересчитать по пальцам: на сегодняшний день критерию Сартори отвечают лишь партийные системы стран США, Мальты, Великобритании (с натяжкой) и нескольких карликовых государств. Поэтому самый сильный аргумент в защиту многопартийности состоит, пожалуй, в том, что во многих странах иная конфигурация партийной системы просто-напросто невозможна.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Типологии партийных систем по количественному критерию недостаточно, так как на формирование партийной системы в том или ином государстве оказывают влияние множество факторов, то и классификация партийных систем лишь по одному критерию нецелесообразна.

Выборы по мажоритарной системе в один тур ведут к образованию двух сильных и конкурирующих друг с другом партий. Таким образом, избирательная система влияет на реальное число партий и отношения между ними. Стоит сказать, что эти идеи были проверены на практике. Американский политолог Дуглас Рейн проверил выводы М. Дюверже на примере двадцати партийных систем во временном промежутке 1945-1964 гг. Он показал, что в 89,7% случаев развитие партийных систем шло в соответствии с постулатами.

Многопартийность, присущая в большинстве демократическим режимам, представляет собой такую систему, при которой возможно как наличие у власти доминирующей партии, что ведет к фактической однопартийной системе, ее еще называют квазимногопартийностью, так и большого количества партий у власти, что ведет к необходимости создании коалиционного правительства, которое менее стабильно в сравнении с однопартийным правительством при бипартизме.

 Из всего вышеизложенного следует, что партийная система – это специфическое явление, которое характерно лишь для конкретного государства. Это связано с тем, что на формирование и развитие партийной системы оказывают влияние огромное количество факторов, имеющих место лишь в этом государстве. Стоит отметить, что сравнительный анализ партийных систем на основе какого-то единственного критерия является недостаточным, так как это упрощает политическую систему государства, в то время как она является многосоставной и многослойной.

Список литературы

1. Алмонд Г., Пауэлл Дж., Стром К., Далтон Р.Сравнительная политология сегодня: Мировой обзор. – М.: Аспект Пресс, 2002. – 537 с.
2. Гаджиев К.С. Политология. – М.: Логос, 2001.– 488 с.
3. Голосов Г.В. Сравнительная политология. – СПб.: Летний сад, 2001. – 368 с.
4. Дегтярев А.А. Основы политической теории. – М.: Высшая школа, 1998. – 239с.
5. Демидов А. И., Федосеев А. А. Основы политологии. – М.: Высшая школа, 1995. – 271 с.
6. Желтов В.В. Сравнительная политология. – М.: Академический проект, 2008. – 648 с.
7. Ирхин Ю.В., Зотов В.Д., Зотова Л.В.Политология. – М.: Юристъ, 2002. – 511 с.
8. Конституционное право зарубежных стран / Под ред. М. В. Баглая, Ю. И. Лейбо, Л. М. Энтина. – М.: Норма, 2004. – 832 с.
9. Мухаев Р. Т. Политология. – М.: ПРИОР, 2000. – 400 с.
10. Политология / Под ред. М.А. Василика. – М.: Гардарики, 2001. – 588 с.
11. Политология / Под ред. С.В.Решетникова.– Минск.:ТетраСистемс, 2000– 448с.
12. Пугачев В.П. , Соловьев А.И. Введение в политологию. М.: Аспект Пресс, 2000. – 447 с.
13. Сморгунов Л.В. Современная сравнительная политология. – М.: РОССПЭН, 2002 – 472 с.
14. Теория политики / Под ред. Б. А. Исаева. – СПб.: Питер, 2008. – 464 с.
15. Хейвуд Э. Политология. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2005. – 544 с.
16. Дюверже М. Политические партии. – М.: Академический Проект, 2000. – 538 с.
17. Голосов Г.В. Форматы партийных систем в новых демократиях: институциональные факторы неустойчивости и фрагментации // Полис. – №1. – 1998. – С. 106
18. Голосов Г.В., Лихтенштейн А.В. “Партии власти” и российский институциональный дизайн: теоретический анализ // Полис. – №1. – 2001. – С. 6