Петр Великий: Православный царь или Антихрист?

 

 

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение

Высшего профессионального образования

«Российский государственный профессионально педагогический университет»

филиал в г. Советском

Кафедра профессионально-педагогического образования

 

 

 

 

 

 

 

Реферат

по дисциплине

«История Отечества»

 

на тему

«Петр Великий: Православный царь или Антихрист?»       

 

 

 

 

 

 

 

 

Выполнил студент

группы Св-:111 оУЭ

Мамаев В.С.

 

Проверил: Зудов Е.В.

                    

 

 

 

 

 

 

 

 

Советский 2010

 

Оглавление

ВВЕДЕНИЕ                                                                                                                                        3

1.ПЕТР ВЕЛИКИЙ ГЛАЗАМИ  СОВРЕМЕННИКОВ И ИСТОРИКОВ                               5

2.ОБЩАЯ ОЦЕНКА ЛИЧНОСТИ  И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПЕТРА I.                                      6

          2.1 «Панегиристы»                                                                                                                  6

          2.2 «Обличители»                                                                                                                    9

          2.3 «Объективисты»                                                                                                              12

ЗАКЛЮЧЕНИЕ                                                                                                                                15

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ                                                                                                              17

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

«Любой человек противоречив, любой несет в душе и являет в поступках свет и тьму, доброе и злое. Почему же тогда столько споров именно о царе-реформаторе? Очевидно, потому, что петровские реформы во многом определили исторический путь России и, значит, обращаясь к Петру, мы обращаемся во многом к истокам нашей культуры, нашей цивилизации, пытаемся понять нечто очень важное в себе самих».

Петр Первый один из самых известных не только в России, но и во всем мире монархов. Однако мы знаем о нем только то, что написано в школьных учебниках, но такой литературе свойственно врать для того чтобы воспитывать в школьниках патриотизм. Нам известен миф о Петре Первом, великом реформаторе, полководце, «кузнеце, мореплавателе и плотнике». Но знаем ли мы о нем правду? Часто ли мы вспоминаем, что этот «самодержавный исполин» собственноручно запорол до смерти своего сына? Что при этом царе мужское население России сократилось почти что вдвое? Что из всех его реформ фактически ни одна так и не была воплощена в жизнь? Что народ называл его (и считал) антихристом, имея для этого немало веских оснований.

Петровские реформы так же, как и его личностные качества, встречали у современников и потомков различные оценки. Одни из его современников до небес восхлавляли царя, называли его «земным богом». Другие считали его «мироедом» или самозванцем (которым немцы якобы подменили подлинного царя  во время его заграничного путешествия). В частности  раскольники считали Петра антихристом…

Такие же различные оценки и противоречия во взглядах на Петра I мы находим и в последующее время. В XIX веке «западники» славили Петра. «Славянофилы» наоборот ненавидели его за искажение русских самобытных начал и порчу национального характера Святой Руси. А знаменитый русский писатель А.С. Пушкин до небес возносит Петра и «дело Петрове».  «Град Петра» проходит красной нитью сквозь все пушкинские творчество. Пушкин не видит никаких теневых сторон. Только «начало славных дней Петра мрачили мятежи и казни»; дальнейшие дни — дни славы, побед, творимой легенды о «медном всаднике» и о «гиганте на бронзовом коне», который

          ... над  самой бездной 

          На высоте, уздой железной 

          Россию  вздернул на дыбы...

Пушкин слал свое пожелание петровскому парадизу, который, как мы помним, построен на костях:

          «Красуйся, град Петра, и стой 

          Неколебимо, как Россия»

Достоевский напротив писал: «Петербургу быть пусту». П. Милюков давал оценку Петра, прежде всего, как растратчика народного достояния, а Соловьев наоборот видел в нем великого вождя, которого только и ждала Россия, уже собравшаяся в какой-то новый, ей еще неизвестный, путь. Мережковскому в Петре мерещился его старый приятель — Антихрист. Алексей Толстой (советский) в своем «Петре Первом» пытается показать Сталина. Он показывает психологически сталинскую Россию петровскими методами реализующую петровский же лозунг: «догнать и перегнать передовые капиталистические страны». Сталин восстает продолжателем дела Петра, этаким Иосифом Петровичем, заканчивающим дело великого преобразователя. Официальная советская история возвращается к пушкинскому гиганту, — а «мятежи и казни», как бы сокрыты туманом: «даже и Петр так делал, а уж он ли не патриот своего отечества! » Великим патриотом считал Петра уже Чернышевский — духовный отец и теоретический изобретатель сегодняшних колхозов. Маркс и Энгельс также считали Петра «истинно великим человеком». Несколько осторожнее, но в том же роде выражался и Ленин. Официальная история СССР, можно сказать, классически объясняет милюковскую критику деяний Петра: «вождь российской буржуазии Милюков старался накануне революции 1905 года в России вылить всю ненависть своего класса ко всему новому, взрывающему старое». 

Но кто прав в своих оценках и как должна история оценить его дело? Пушкин говорил: «А Петр Великий, который один есть целая всемирная история!» Поэтому до сих пор существует вопрос о том, кто же на самом деле Петр Великий: Православный царь или Антихрист?

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1.ПЕТР ВЕЛИКИЙ ГЛАЗАМИ СОВРЕМЕННИКОВ И ИСТОРИКОВ

Прошло уже 3 столетия со дня смерти императора Петра I Алексеевича и в отечественном общественном сознании, и в научной литературе возникло множество различных мнений и оценок его личности и деятельности. Оценки эти, зачастую, противоположны, причем так было изначально и между собой спорили уже современники Петра. Сподвижники императора всячески восхваляли его, считали его деяния великими (недаром еще при жизни Петра Сенат преподнес ему официальный титул «Великий»), видели в нем идеал монарха. А противники петровских реформ называли царя антихристом, явившимся на Землю для уничтожения христианского мира. Многоплановость и противоречивость оценок личности и деятельности Петра I сохранились до сих пор.

Личность и деятельность Петра I постоянно находится в центре общественного внимания. Можно отметить научный парадокс: с одной стороны, «эпоха Петра Великого давно уже стала достоянием прошлого», но, с другой — «мы как будто все еще стоим под обаянием этого времени, как будто все еще не пережили этой тревожной, лихорадочной поры и не в силах отнестись к ней вполне объективно». Причины такой ситуации виделись в том, что «великий император ребром поставил вопросы, которых мы и до сих пор окончательно не решили…» (Е.Ф. Шмурло). Это отразилось и на литературе, посвященной петровским преобразованиям, которая «скорее напоминает судебные речи в защиту или в обвинение подсудимого, чем спокойный анализ научной исторической критики». А согласно несколько ироническому отзыву В.О. Ключевского, «часто даже вся философия нашей истории сводилась к оценке петровской реформы: посредством некоторого, как бы сказать, ученого ракурса весь смысл русской истории сжимался в один вопрос о значении деятельности Петра, об отношении преобразованной им новой России к древней». 

 

 

 

 

 

 

 

2.ОБЩАЯ ОЦЕНКА ЛИЧНОСТИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПЕТРА I.

2.1  «Панегиристы»

Петр Великий — уникум всей русской истории. Он полностью разрушил сложившийся столетиями образ русского царя. Петр ввел множество изумлявших современников новшеств в придворный быт и повседневную жизнь дворян. Он удивлял всех своей одеждой, поведением, манерой общения.

В отличие от всех предшествующих российских государей, он лично участвовал во всех своих начинаниях. Это он находился в пекле сражений, не жалея живота своего. Это он одерживал блистательные победы над сильным неприятелем. Это он странствовал по бездорожью России, а также по столицам западноевропейских дворов, чтобы возвести страну в ранг европейских государств, это он, наряду с другими кораблестроителями, работал топором, овладел в совершенстве кораблевождением и артиллерийским делом, фортификацией и градостроительством.

Многим современникам импонировала простота царя, его неприхотливость, умение, напрягая волю, физические и нравственные силы, преодолевать препятствия. Современников поражало то, что царь, как простой бомбардир участвовал в осаде Азова, а во время торжественного шествия в Москве по поводу взятия Азова, шагал в общей колоне с протазаном на плече. Его отец, Алексей Михайлович, никогда не покидал собственные покои без сопровождающей его свиты. А Петр Алексеевич не гнушался ездить в двуколке без свиты и охраны. Удивление вызвал тот факт, что в 1697 году Петр не возглавил Великое посольство, а отправился в заграничный вояж одним из членов этого посольства, да еще и под чужим именем — Петр Михайлов. Но еще более обескуражило современников то, что заграницей царь, приобретя экипировку простого плотника, сам усердно трудился над сооружением корабля, учился этому мастерству и даже получил диплом кораблестроителя.

Не страшась смерти, подвергая собственную жизнь Петр, проявляя чудеса личной храбрости нередко находился в самой гуще боя, а в ходе Полтавского сражения вообще только его личный пример воодушевил солдат, когда он повел войска в контратаку.

Царь игнорировал давний обычай, в соответствии с которым физический труд считался зазорным для государя и для бояр. С полной самоотдачей и рвением он овладевал разнообразными ремеслами от плотничьего и кузнечного до ремесла хирурга и дантиста (он мог сам вырвать у кого-нибудь больной зуб!).

Петр, в отличие от своих предшественников и ближайших преемников, не ограничивал свои обязанности актом торжественного приема иностранных дипломатов, а вступал с ними в переговоры, минуя учреждения, ведавшие дипломатией. 

Свидетельства иностранцев:

Н. И. Павленко считал, что преобразования Петра — крупный шаг по дороге к прогрессу (хотя и в рамках феодализма). С ним во многом согласны выдающиеся советские историки: Е. В. Тарле, Н. Н. Молчанов, В. И. Буганов, рассматривая реформы с точки зрения марксистской теории. Вольтер писал неоднократно о Петре. К концу 1759 г. выпустил первый том, а в апреле 1763 г. вышел второй том «Истории Российской империи при Петре Великом». Главной ценностью петровских реформ Вольтер определяет прогресс, которого русские добились за 50 лет, другие нации не могут этого достигнуть и за 500.

С. Ф. Платонов в своей книге «Личность и деятельность» писал следующее:

«Люди всех поколений в оценках личности и деятельности Петра сходились в одном: его считали силой. Пётр был заметнейшим и влиятельнейшим деятелем своего времени, вождём всего народа. Никто не считал его ничтожным человеком, бессознательно употребившим власть или же слепо шедшим по случайной дороге»

 

В письме послу Франции в России, Людовик XIV так отзывался о Петре: «Этот государь обнаруживает свои стремления заботами о подготовке к военному делу и о дисциплине своих войск, об обучении и просвещении своего народа, о привлечении иностранных офицеров и всякого рода способных людей. Этот образ действий и увеличение могущества, которое является самым большим в Европе, делают его грозным для его соседей и возбуждают очень основательную зависть».

Мориц Саксонский называл Петра величайшим человеком своего столетия.

Курфюрстина София Ганноверская: «…Он признался нам, что не очень любит музыку. Я его спросила: любит ли он охоту? Он ответил, что отец его очень любил, но что у него с юности настоящая страсть к мореплаванию и к фейерверкам. Он нам сказал, что сам работает над постройкой кораблей, показал свои руки и заставил потрогать мозоли, образовавшиеся на них от работы… Надо признать, что это необыкновенная личность… Это государь одновременно и очень добрый, и очень злой, у него характер — совершенно характер его страны. Если бы он получил лучшее воспитание, это был бы превосходный человек, потому что у него много достоинства и бесконечно много природного ума».

Итальянский певец Филиппо Балтари: «Царь Петр Алексеевич был высокого роста, скорее худощавый, чем полный; волосы у него были густые, короткие, темно-каштанового цвета, глаза большие, черные, с длинными ресницами, рот хорошей формы, но нижняя губа немного испорчена; выражение лица прекрасное, с первого взгляда внушающее уважение. При его большом росте ноги мне показались тонкими, голова у него часто конвульсивно дергалась вправо».

Датский посланник в России Юст Юль: «…Он тотчас же сел за стол, пригласил меня сесть возле себя и тотчас же начал разговаривать со мною без толмача, так как сам говорил по-голландски настолько отчетливо, что я без труда мог его понимать; со своей стороны он понимал, что я ему отвечал… Царь очень высок ростом, носит собственные короткие коричневые волосы и довольно большие усы, но весьма проницателен и умен… Царь развлекается точением и, путешествуя, возит станок за собою. В этом мастерстве он не уступает искуснейшему токарю и даже достиг того, что умеет вытачивать портреты и фигуры…».

Нарвский пастор Симон Дитрих Геркенс: «Обыкновенно его величество видят в такой простой одежде, что тот, кто его не знает, ни за что бы не признал в нем столь великого монарха… Следует, кроме того, признать, что его величество благочестив и от природы добр и милостив. Говорят также, будто его величество желал бы по-доброму реформировать и улучшить русское вероисповедание, как он уже для людей, переходящих в русскую веру, отменил в обряде крещения погружение в воду, прежде требуемое. Кроме того, он разрешил не соблюдать в своей армии принятые у русских долгие и строгие посты, во время которых им совсем нельзя есть мясо…»  

 

 

 

 

 

 

 

2.2«ОБЛИЧИТЕЛИ»

Петр I полностью разрушил идущую с древности традицию в представлениях о личности российского государя. Его показная простота, одежда, поведение, манера общения — всё это было заимствованным, чужим, противоречащим национальным и религиозным традициям России. Но всё это делалось Петром совершенно сознательно, он стремился к разрушению традиций, к уничтожению всего традиционно русского.

Его личная жизнь и поведение не может вызывать ничего, кроме осуждения. Петр впервые узаконил нравственную распущенность при царском дворе. Именно он, еще в юности учредив «Всепьянейший собор», ввел в качестве нормы при царском дворе безудержное пьянство и публичные разгулы. Петр отличался распутством, для него узы брака ничего не значили, у него было множество любовниц. Распутство, поощряемое царем, господствовало и при императорском дворе. Ужасно то, что Петр даже не скрывал своих низменных страстей, наоборот, всячески демонстрировал их публично. Тем самым Петр разрушал в глазах подданных образ православного русского царя, создававшийся столетиями. А, значит, Петр собственным поведением дал начало процессу разрушения нравственных основ российской государственности.

При Петре происходит десакрализация (устранение священного из понимания каких-либо реальностей) как персоны царя, так и идеи власти и самой государственной власти. В отличие от предшественников на русском престоле, Петр не поставил перед Российской империей каких бы то ни было духовных целей. Следовательно, произошел разрыв с предшествующей духовной русской традицией, в соответствии с которой Российское государство есть, прежде всего, государство истинной православной веры. Ушли в прошлое пышные церемониальные церковные шествия государя с участием множества церковных и светских чинов. А это значит, что обращения царя к Богу перестали быть публичными молитвами православного государя за свой православный народ. Царь Петр прекратил исполнять один из важнейших для России государственных ритуалов, свидетельствующий о заступничестве государя перед Богом за народ и государство, данное ему Господом. Даже подчинив Церковь государству, Петр, по сути дела, отказался от сакральной, священной функции русской государевой власти.

Отказ от исполнения государством духовных задач вел и к иному пониманию отношений государства с Церковью. В своем стремлении все подчинить государственной целесообразности Петр I нарушил еще одну древнюю русскую традицию — полностью подчинил себе Церковь, превратив ее в одну из структур общего государственного аппарата. Это произошло в ходе церковной реформы, которая проводилась в течение всей первой четверти XVIII века. Уничтожение самостоятельности Церкви трагическим образом сказалось на всей последующей русской истории.

И недаром уже при жизни Петра в народном мнение распространяется убеждение, что царь Петр — это не царь, а антихрист. Или другое убеждение — царя Петра подменили в детстве на «немчина». Разрушение нравственных начал Российской государственности привело к тому, что уже в момент возникновения Российской империи был заложен ее трагический конец.  

Свидетельства современников, представителей простого народа:

Н. М. Карамзин, признавая этого государя Великим, сурово критикует Петра за чрезмерное увлечение иностранным, стремление сделать Россию Нидерландами. Резкое изменение «старого» быта и национальных традиций, предпринятое императором, по мнению историка, далеко не всегда оправдано. В результате русские образованные люди «стали гражданами мира, но перестали быть, в некоторых случаях, гражданами России».

П. Н. Милюков, в своих произведениях развивает мысль, что реформы проводились Петром спонтанно, от случая к случаю, под давлением конкретных обстоятельств, без какой-либо логики и плана, были «реформами без реформатора». Также он упоминает о том, что только «ценой разорения страны, Россия возведена была в ранг европейской державы». По мнению Милюкова, в период правления Петра, население России в границах 1695 года сократилось в силу беспрестанных войн.

Август Стриндберг так охарактеризовал Петра «Варвар, цивилизовавший свою Россию; он, который строил города, а сам в них жить не хотел; он, который наказывал кнутом свою супругу и предоставил женщине широкую свободу — его жизнь была великой, богатой и полезной в общественном плане, в частном же плане такой, какой получалась.»

Лебедка, духовник князя А.Д. Меншикова: «Петр — антихрист. Он сына своего не пощадил, бил его и царевич не просто умер. Знамо, что де государь его убил…»

Монах, бывший капитан Левин: «Последние времена пришли… Ныне у нас не царь, а антихрист — заставляет нас, монахов, есть мясо и с женами жить…».

Крестьянин Старцев: «Какой де это царь, он де антихрист, а не царь, царство свое покинул и знаетца с немцами и живет все в Немецкой слободе, в среду и в пятку ест мясо. Инова де антихриста не ждите, тот де он антихрист».

Народное мнение: «Государя де царя Петра Алексеевича и государя царевича на Москве нет, изведены, извели бояре да немцы, вместо него царствует антихрист».

Дьякон Чудова монастыря Иона Кириловец говорил о подмененном Петре: «Государь де не царь и не царского поколения, а немецкого… Когда были у государыни царевны Натальи Кирилловны сряду дочери и тогда государь, царь Алексей Михайлович, на нее, царицу, разгневался… И когда де приспел час ей родить дщерь, и тогда она, государыня, убоясь его, государя, взяла в обмен из Немецкой слободы младенца мужеска полу, из Лефортова дворца…»

Мнение неких крепостных крестьян: «Государь де не царского колена, немецкой породы, а великого государя скрали немцы у мамок, в малых летех, а вместо ево подменили инова. Немцы лукавы, лик под лик подводят».

Некий крестьянин: «Государь всю свою землю выпустошил, остались де только душой да телом… Государя на Москве нет. Семь лет в плену, а на царстве сидит Немчин. Вот де тысячи с четыре стрельцов порубил. Есть ли б де он был государь, стал ли б так свою землю пустошать». 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2.3«ОБЪЕКТИВИСТЫ»

Петр I — сложная, противоречивая личность. В его натуре сочетались совершенно противоположные качества. Доброта, иногда доходившая до необъяснимого всепрощения (так он относился к своим любимцам, к тем, кому полностью доверял, например, к А.Д. Меншикову) и жестокость, переходившая в столь же необъяснимое зверство (личное участие в казнях стрельцов, личное присутствие при пытках сына царевича Алексея). Склонность к неспешному философскому осмыслению действительности, любовь к мудрости (например, его беседы с немецким философом Лейбницем) и активная деятельность, личное участие во всех начинаниях, торопливость и импульсивность в принятии решений. Стремление к устроению своей жизни и жизни народа по строгим, рациональным правилам, жесткая регламентация самых сокровенных сторон жизни человека (например, обязательное посещение церкви, обязательные, четыре раза в год, исповедь и причастие) и собственное, нередко, безнравственное поведение. Смелость и мужество, не раз проявленные в боях, и периодические приступы страха. Безусловная личная религиозность и нелюбовь, а то и ненависть к Церкви и к традициям православной веры. И, наконец, искреннее желание превратить Россию в великую европейскую державу, имеющую большое политическое влияние, обладающую развитыми культурой и наукой, мощной промышленностью и полное отрицание старых русских традиций, неприятие древней России, погрязшей, как считал Петр, «во мраке невежества», т.е. неприятие реальной России.

Но все эти личные, противоречивые качества Петр I сумел подчинить главной идее — идее служения Отечеству и деятельному преобразованию своего Отечества в новых исторических условиях. И в этом его величие. Поэтому можно сказать, что в личности Петра преломились и отразились те объективные потребности и те объективные противоречия, которые существовали в России в тогдашних конкретно-исторических условиях. 

Мнения историков:

Н.М. Карамзин: «Явился Петр... Он сквозь бурю и волны устремился к своей цели: достиг — и все переменилось! Сею целью было не только новое величие России, но и... присвоение обычаев европейских... Потомство воздало усердную хвалу сему бессмертному государю и личным его достоинствам и славные подвигам. Он имел великодушие, проницание, волю непоколебимую, деятельность, неутомимость редкую: исправил, умножил войско, одержал блестящую победу над врагом искусным и мужественным; завоевал Ливонию, сотворил флот, основал гавани, издал многие законы мудрые, привел в лучшее состояние торговлю, рудокопни, завел мануфактуры, училища, академию, наконец поставил Россию на знаменитую степень в политической системе Европы. ...Но мы, россияне, имея перед глазами свою историю, подтвердим ли мнение несведущих иноземцев и скажем ли, что Петр есть творец нашего величия государственного? Забудем ли князей московских: Иоанна I, Иоанна III, которые, можно сказать, из ничего воздвигли державу сильную, и,— что не менее важно, учредили твердое в ней правление единовластное? И, славя славное в сем монархе, оставим ли без замечания вредную сторону его блестящего царствования?..

Деды наши, уже в царствование Михаила и сына его присваивая себе многие выгоды иноземных обычаев, все еще оставались в тех мыслях, что правоверный россиянин есть совершеннейший гражданин в мире, а СВЯТАЯ РУСЬ — первое государство. Пусть назовут то заблуждением; но как оно благоприятствовало любви к отечеству и нравственной силе оного! Теперь же, более ста лет находясь в школе иноземцев, без дерзости можем ли похвалиться своим гражданским достоинством? Некогда называли мы всех иных европейцев НЕВЕРНЫМИ, теперь называем братьями; спрашиваю: кому бы легче было покорить Россию — неверным или братьям? То есть кому бы она, по вероятности, долженствовала более противиться? При царе Михаиле или Феодоре вельможа российский, обязанный всем Отечеству, мог ли бы с веселым сердцем навеки оставить ее, чтобы в Париже, в Лондоне, Вене спокойно читать в газетах о наших государственных опасностях?

Мы стали гражданами мира, но перестали быть, в некоторых случаях, гражданами России. Виною Петр. Он велик без сомнения; но еще мог бы возвеличиться больше, когда бы нашел способ просветить ум россиян без вреда для их гражданских добродетелей. К несчастью, сей государь, худо воспитанный, окруженный людьми молодыми, узнал и полюбил женевца Лефорта, который от бедности заехал в Москву и, весьма естественно, находя русские обычаи для него странными, говорил ему об них с презрением, а все европейское возвышал до небес. Вольные общества Немецкой слободы, приятные для необузданной молодости, довершили Лефортово дело, и пылкий монарх с разгоряченным воображением, увидев Европу, захотел сделать Россию — Голландиею…»

С.М. Соловьев: «Петр не был вовсе славолюбцем-завоевателем и в этом явился полным представителем своего народа, не завоевательного по природе племени и по условиям своей исторической жизни. Гений Петра высказался в ясном уразумении положения своего народа, он сознал, что его обязанность — вывести слабый, бедный, почти неизвестный народ из этого печального положения посредством цивилизации. Трудность дела представлялась ему во всей полноте по возвращении из-за границы, когда он мог сравнить виденное на Западе с тем, что он нашел в России, которая встретила его стрелецким бунтом. Он испытал страшное искушение, сомнение, но вышел из него, вполне уверовавши в нравственные силы своего Народа, и не замедлил призвать его к великому подвигу, к пожертвованиям и лишениям всякого рода, показывая сам пример во всем этом. Ясно осознавши, что русский народ должен пройти трудную школу, Петр не усумнился подвергнуть его страдательному, унизительному положению ученика; но в то же время он успел уравновесить невыгоды этого положения славою и величием, превратить его в деятельное, успел создать политическое значение России и средства для его поддержания. Петру предстояла трудная задача: для образования русских людей необходимо было вызвать иностранных наставников, руководителей, которые, естественно, стремились подчинить учеников своему влиянию, стать выше их; но это унижало учеников, которых Петр хотел сделать как можно скорее мастерами; Петр не поддался искушению, не принял предложения вести дело успешно с людьми выученными, вполне приготовленными, но иностранцами, хотел, чтоб свои, русские, проходили деятельную школу, хотя бы это стоило и больших потерь, сопровождалось большими неудобствами... С какой бы точки зрения мы ни изучали эпоху преобразования, мы должны прийти в изумление перед нравственными и физическими силами преобразователя, сфера деятельности которого была бы так обширна».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Заключение

 

Во что и в кого верил Петр Первый и с какой миссией пришел в эту жизнь? Все, что не было сделано Петром Великим все ли было во благо России? Этот вопрос актуален во все времена истории. Трудовое поколение, которому достался Петр, работало не на себя, а на государство и после длительной и тяжелой работы ушло едва ли не беднее своих отцов. Сам Петр не оставил после себя ни копейки государственного долга, не израсходовал ни одного рабочего дня у потомства, напротив завещая преемникам обильный запас средств, которыми они долго пользовались, ничего к ним не прибавляя. Его преимущество перед ними в том, что он был не должником, а кредитором будущего.

Петровские преобразования в силу различных причин оказались, к сожалению, не лишенными ряда противоречий, среди которых есть и такие, коих можно было, наверное, не допустить. Широко привлекая иностранцев к преобразованиям, имея в подчинении многочисленную иноплеменную рать, Петр в то же время никогда не заблуждался относительно истинных намерений и обещаний западных союзников. Иностранных советников держал в известном страхе. Не было в Петре и наивного подобострастия перед Западом. Опора делалась на внутренние ресурсы; попытки вывоза капитала, — а Петр начал чеканить для оживления денежного обращения в России банковую монету, — карались беспощадно. И хотя в предотвращении вывоза капитала он так и не преуспел, но поучительно то, что Петр всеми доступными ему силами с этим боролся. Для масштабных преобразований нужен волевой и ответственный государственный деятель, обладающий сплоченной командой профессионалов. Под тяжелой дланью Петра росла вместе с ним когорта «птенцов гнезда Петрова». Разработка технологии реформаторства. На ощупь, сверяя замыслы с результатами, «и мореплаватель, и плотник, и академик, и герой» формировал структуру новой власти — главный инструмент преобразований. Не занимаясь пиаром, он строил обновленную Россию не как прожектер, а как мастеровой. Реформы для Петра были не самоцелью, а лишь орудием укрепления ее мощи и усиления ее влияния в Европе.

После смерти Петра отсутствие преемственности власти в считанные годы во многом обесценило многие усилия титана. И только после победы русской армии в Семилетней войне наша страна сумела восстановить свою роль в Европе. Одно из основных и неразрешимых противоречий состояло в том, что Петр, по мнению историков, надеялся грозою власти вызвать, пробудить самодеятельность народа в порабощенном обществе и через рабовладельческое дворянство водворить в России европейскую науку, народное просвещение как необходимое условие общественной самодеятельности, «хотел, - по словам О.В. Ключевского, - чтобы раб, оставаясь рабом, действовал сознательно и свободно. Однако, совместное действие деспотизма и свободы, просвещения и рабства - это политическая квадратура круга, загадка, разрешавшаяся у нас со времен Петра два века и доселе неразрешимая». Из всего сказанного видно, что взглядов на Петра, его эпоху - великое множество. Пожалуй, ни одна личность в отечественной истории не вызывала столько жарких споров. В деятельности Петра невозможно выделить однозначно положительные или отрицательные стороны, ибо то, что одни считают величайшим благом, другие считают непоправимым злом. Вряд - ли в настоящее время можно говорить о категорическом преобладании какого - либо взгляда. В спорах о петровских деяниях на первый план выходит глубина исторического анализа, объективность ученого - историка. Вообще, споры о Петре великом - нечто большее, нежели споры об одном отдельном периоде русской истории, одном отельном правителе. Это - непрекращающийся уже столетия спор между западниками и славянофилами, норманистами и антинорманистами, церковью и светским миром. Но в любом случае, самым наглядным свидетельством величия Петра, грандиозности его времени, значимости его реформ, на мой взгляд, являются сами эти споры, непрекращающиеся уже на протяжении трех столетий.