Письменные известия о ранней истории Тюрок

МИНИСТЕРСТВО  ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

                          Государственное образовательное  учреждение 

высшего профессионального  образования

«Алтайская государственная  академия образования 

имени В.М. Шукшина»

(ГОУВПО «БПГУ»)

Факультет истории и права

  Письменные известия о ранней истории Тюрок                    

                                                         Реферат

                                                 Бийск – 2011

                                 Содержание:

Введение…………………………………………………………………………..3.

Формирование древнетюркской народности………………….3-5.

Китайские письменные источники о  восточных тюрках в Центральной  Азии……………………………………………………………5-10.

Арабские источники о истории  Тюрок…………………………..10-13.

                                                                      Введение

     Древние тюрки принадлежали к миру кочевых обществ, роль которых в этнической истории Старого Света чрезвычайно велика. Перемещаясь на огромные расстояния, смешиваясь с оседлыми народами, кочевники - номады - не раз перекраивали этническую карту целых континентов, создавали гигантские державы, изменяли ход общественного развития, передавали культурные достижения одних оседлых народов другим, наконец, и сами внесли немалый вклад в историю мировой культуры.Из византийских письменных источников известно, что тюркский народ, как организованный в государственную форму, исторически известен за 200 лет до Р.Х. В то время населенным центром этого народа были окрестности озера Байкал, но его кочевые элементы доходили до великой китайской стены и до Черного моря. Исторические данные об этом периоде сохранились в китайских летописях. Из летописей известно, что тюрки уже в те древние времена имели свое государство, свою культуру и письменность.

             Формирование древнетюркской народности

     Если судить по сведениям "Авесты" и ранних сюжетов "Шахна-ме", а ее "богатырская часть" охватывает период 782-50 гг. до н.э., борьба между Ираном и Тураном была борьбой между кочевыми племенами скотоводов, с одной стороны, и оседлыми земледельцами, с другой. Земледельцы в "Авесте" представлены как положительные герои, кочевники - как отрицательные. Но и те и другие ираноязычны. Эти сведения подтверждаются археологическими и палеоантро-пологическими данными. Согласно им, ареал, в котором впоследствии сложились древнетюркские племена, то есть Алтай, Тува, Западная Монголия, был вначале заселен племенами индоевропейской культуры, европеоидными в антропологическом отношении. Так, предметы быта, оружие, найденные в "афанасьевских" курганах Алтая и Минусинской котловины, имеют большое сходство с инвентарем курганных погребений южнорусских степей, особенно катакомбных захоронений, определенно индоевропейских по культуре. Раскопки в Монголии так-же показали, что индоевропейцы проникли сюда еще на рубеже III-II тысячелетий до н.э.: западные области Монголии были заселены в это время европеоидными скотоводами, сходными культурой с "афанасьевцами" Енисея; восток же страны населяли монголоидные охотничьи племена.

    Следующая волна индоевропейцев захлестнула будущий тюркский ареал в начале I тысячелетия до н.э. Это скорее всего и были те ираноязычные кочевники - саки, о которых говорит "Авеста", называя их "турами с быстрыми конями". С ними связывают могильные курганы опять-таки западных областей Монголии, датируемые первой половиной I тысячелетия до н.э. - III в. н.э. Они аналогичны скифским захоронениям Пазырыка (Алтай) и Северной Тувы. Расовый состав погребенных - европеоидный, тогда как восточнее лежит область культуры "плиточных могил", принадлежащих монголоидному населению, занимавшемуся охотой.

  Затем, с III в. до н.э., будущий ареал древних тюрков постепенно входит в область распространения хуннов, а с VI в. н.э. источники связывают его уже с тюрками.

  Исходя из всех этих данных, можно приблизительно определить время формирования древнетюркской народности. Судя по "Авесте", которая сложилась в VI-IV вв. до н.э., туры, туранцы - ираноязычны. Но в послехуннскую эпоху их место занимают тюрки, народность уже тюркоязычная. Следовательно, завершение этногенеза древних тюрков падает на III-V вв. н.э. Оказавшись в гуще тюркоязычных хуннов, ираноязычные туры из-за своей относительной малочисленности ассимилировались с ними - переняли их язык, но сохранили прежний этноним "тур", который стал звучать как "тюрк". Переход иранского "тур" в тюркское "тюр" закономерен фонетически: иранские широкие губные гласные трансформировались в тюркском языке в узкие, например туман - тюмен (десять тысяч), окус - окюз (вол), Рустам - Рюстем. Что же касается окончания "-к" в слове "тюрк", то оно характерно для этнических наименований и у иранцев, и у тюрков: таджик, согдак (согдиец), сукак (перс), кыпчак, казак (казах), бедженек (печенег), кумук (кумык) и т.п. Наконец, фонетическое изменение этнонима при ассимиляционных процессах - явление вполне закономерное.

  Вначале этноним "тюрк" имел довольно узкое значение, прилагался, скорее всего, к одному определенному племени. Об этом свидетельствуют тексты памятников тюркским вождям Кюльтегину и Тоньюкуку (712-732 гг.), находящихся в Монголии. Из них явствует, что не все племена, язык которых впоследствии получил название тюркского, были охвачены этнонимом "тюрк". Это название не распространялось, например, наогузов, кыргызов, курыкан, хотяогузы, кыргызы - тюркоязычные этносы, а курыканы - одни из предков якутов, также тюркоязычных. Памятники характеризуют все эти племена как враждебные тюркам: токуз-огузы воевали с тюрками; кыргызы, куры-каны, отуз-татары, кидани, татабы - все были врагами тюрков. Впоследствии племенной этноним "тюрк" распространился и на другие, родственные по языку племена, вошедшие в период существования Тюркского каганата в союз племен, который возглавили тюрки - отюречившиеся иранцы.

  По хозяйственно-культурному типу древние тюрки были преимущественно кочевыми скотоводами. К этому виду хозяйства они перешли от бродячей охоты под влиянием индоевропейских, главным образом иранских, номадов, о чем свидетельствует заимствованнаяими животноводческая лексика. Основным животным была лошадь, которая давала мясо, молоко, кожу и служила средством передвижения. Разводили также овец, коз, коров, верблюдов, яков. Скот находился в частной собственности семей. Важное значение в хозяйстве продолжала иметь охота. Транспорт был вьючным и тележным.

  О кочевничестве тюрков сообщают китайские хроники: ту-по не имеют постоянного местопребывания, живут в юртах, перекочевывают в поисках хороших пастбищ и источников воды, занимаясь скотоводством и охотой, едят мясо, пьют кумыс, носят одежду из меха, кожи и шерсти, постоянно упражняются в военном деле, оружием им служат роговые луки, копья, сабли, латы. О номадизме древних тюрков свидетельствуют и их погребения - с конем, оружием и бытовыми предметами, характерными для кочевников.

  Тюркские племена вели обширную меновую торговлю с Китаем, о чем также есть сведения в китайских летописях. Тексты орхоно-енисейских памятников мало что говорят о хозяйстве тюрков, но все, что в них сообщается, связано исключительно с кочевым военно-скотоводческим бытом, свидетельствует о крупных табунах, бесчисленных стадах и отарах. Никаких указаний о наличии земледелия и оседлой жизни в них нет. Однако археологические исследования на Алтае показали, что часть тюрков, живших здесь в VI-VII вв. и занимавшихся выплавкой железа и земледелием, уже тогда перешла на оседлый образ жизни.

Китайские письменные источники о  восточных тюрках в          Центральной Азии.

  Китайские исторические хроники являются одним из важнейших источников по истории кочевых народов Центральной Азии, в том числе восточных тюрков (туцзюэ). Как отмечал известный русский востоковед В. В. Бартольд, изучение истории тюрков в основном базируется на китайских письменных источниках. И даже сегодня, несмотря на существенные успехи в археологических изысканиях в Центральной Азии в XX в., приходится соглашаться с мнением авторитетного ученого, так как археологические данные не могут нам восстановить общую канву политических событий и передать настроение эпохи, а надписи на надгробиях, которые принадлежат восточным тюркам, содержат довольно скудную информацию.

  В силу данных обстоятельств именно письменные известия китайских авторов чрезвычайно важны для изучения восточных тюрков и имеют преимущество перед другими источниками.

В своих исследованиях ученые ХХ в. периодически обращались еще к одному источнику, практически малоизвестному и менее доступному в отечественной историографии, — истории восточных тюрков в изложении германского востоковеда китайского происхождения Лю Мао-цзая, который перевел и опубликовал доступные ему источники о восточных тюрках с китайского языка на немецкий. Лю Мао-цзай собрал воедино разрозненные сведения о восточных тюрках (туцзюэ), содержащиеся в китайских исторических трудах VI— XVIII вв., охватывающие период середины VI— X в. Всего в своей работе автор использовал 36 различных китайских источников, и объем его труда составил 390 текстовых страниц.

Кратко характеризуя собрание Лю Мао-цзая и его перевод китайских источников по истории восточных тюрков, можно  отметить, что им представлены извлечения из различных по характеру первоисточников, расположенных в хронологической последовательности. Это нашло отражение и в структуре работы: собрание Лю Мао-цзая состоит из четырех частей, которые освещают историю восточных тюрков в определенные эпохи китайских династий.

Лю Мао-цзай в структуру первого  тома своего собрания поместил подборку сведений о восточных тюрках (туцзюэ) в соответствии с указанными выше династийными эпохами, разделив их на четыре части: первая часть — туцзюэ в период династий Северная Вэй (386— 534), Западная Вэй (535— 556) и Северная Чжоу (556— 581); вторая часть — династия Суй, которая охватывает период с 581 по 618 г.; третья часть — туцзюэ в период династии Тан (618— 906); четвертая часть — восточные тюрки в период У-дай (907— 959).

При этом автор привлекает различные  категории письменных источников, в  которых порой находят отражение  одни и те же сюжеты событийной жизни  именно восточных тюрков. Это, в свою очередь, позволяет современным  исследователям-тюркологам провести сравнительный  анализ биографических сведений, а  также тех или иных фактов в  истории восточных тюрков. Лю Мао-цзай в своей работе использовал следующие  категории письменных источников: официальные  династийнные хроники («Чжоу шу», «Бэй Ци шу», «Суй шу», «Бэй ши», «Цзю Тан  шу», «Тан шу», «Цзю У дай ши», «У дай  ши цзи»), которые, в свою очередь, имеют  четкую внутреннюю структуру и содержат императорские анналы и биографии; другие китайские исторические произведения («Тун дянь», «Тан хуйяо», «У дай хуйяо», «Цзы чжи тун цзянь», «Цзы чжи  тун цзянь као-и», «Да Тан чуанъе цицзю чжу»; китайские энциклопедии «Цэфу-юаньгуй» и «Гуцзинь-Тушу-цзичэн»).

Одним из основных источников по истории  восточных тюрков являются официальные  китайские исторические произведения, или хроники. Кроме истории царствования императоров и хронологических  таблиц, хроники включали в себя также специальные трактаты об астрономии, математике, музыке, административном устройстве, законах, географии, а также  биографии известных государственных  деятелей и полководцев. Особый интерес  представляют разделы об иноземных  странах и народах. Источниками  служили ежедневные хроники, записи деяний и слов императоров. Для разделов об иноземных странах большую  роль играли отчеты и донесения послов, рассказы путешественников и торговцев. Эти сочинения отличаются обширностью, полнотой и точностью содержащихся сведений . Одной изнаиболее ранних династийных хроник является «Чжоу шу», состоящая из 50 глав, в которой повествуется о тюрках. Одним из авторов был Лин-ху Дэ-фэнь (583— 666). Работа была закончена примерно в 629 г. В поздние времена утерянные части были заимствованы из «Бэй ши». Сообщения о тюрках (туцзюэ) в «Чжоу шу» соответствует полностью по содержанию аналогичным сообщениям в «Бэй ши», за исключением 12 добавлений в тексте «Бэй ши», которые попали из «Суй шу». Сообщения о тюрках (туцзюэ) в императорских анналах обеих летописей также одинаковы. Сообщения в биографиях в «Бэй ши» имеются исключительно в коротких формулировках.

В качестве примера различий формулировок в летописях можно привести следующий: в биографии императрицы из рода Ашина, жены императора У-ди Северной Чжоу, в «Чжоу шу» (а также в «Бэй ши») сообщается, что императрица  хорошо выглядела и была безукоризненна в поведении, поэтому император  ее очень уважал. Напротив, в «Тан Гао-цзу ши лу» Фан Сюань-лина сообщается, что императрица была безобразна и не пользовалась милостью императора. Рассказ в биографии  императрицы Тайму, жены императора Гао-цзу династии Тан, воспроизводит  то же самое [см.: Ibid.].

Следующая династийная хроника, «Бэй Ци шу», была начата автором Ли Дэ-линем (530— 590) и закончена его сыном  Ли Бо-юем (565— 648) в 636 г. «Бэй Ци шу» состоит из 50 глав. Со времени династии Северная Сун (960— 1126) «Бэй Ци шу» не переиздавалась. Современная редакция источника — это поздняя выдержка из «Бэй ши» и других источников. В «Бэй Ци шу» не содержится собственно сообщений о туцзюэ. Сообщения о них в императорских анналах и в биографии «Бэй Ци шу» и «Бэй ши» одинаковы. Только два случая отправки послов в императорских анналах «Бэй ши» не упоминаются.

Хроника «Суй шу» содержит 85 глав. Императорские анналы и биографии  были закончены в 629— 636 гг., а императорские  письма — в 641— 656 гг. Это сочинение  написано также при Танской династии, авторы — Вэй Чжэн (580— 643) и другие. Сведения о происхождении, обычаях  восточных тюрков в «Суй шу» соответствуют  по содержанию «Чжоу шу». Это свидетельствует  о том, что или «Суй шу» полностью  заимствовала текст из «Чжоу шу», или при составлении «Суй шу»  использовались одни и те же источники, что и при написании «Чжоу  шу». В качестве источников о тюрках в «Суй шу» могли быть использованы следующие произведения: 1) «Бэй хуан фэн суцзи» — сообщения об обычаях  в «северной дикости» (в 2 ч.); 2) «Чжу фань фэн суцзи» — сообщения об обычаях варваров (в 2 ч.); 3) «Туцзюэ  со-чу фэн фэнсу ши» — сообщения  об обычаях тюркского происхождения (1 ч.). Династийная хроника «Бэй ши», или «Северная история», т. е. история династии Северная Вэй, Северная Ци, Северная Чжоу и Суй, описывает события период с 386 по 618 г. Работа состоит из 100 глав. Автором этого произведения был Ли Янь-шоу, живший при Танской династии и закончивший работу в 659 г.

Так как многие части «Вэй шу», «Бэй ци шу» и «Чжоу шу» позже  стали неполными и соответствующими местами ранее были включены в  «Бэй ши», поэтому «Бэй ши» является наиболее ценной летописью. Сообщения  о тюрках (туцзюэ) в «Суй шу» и  «Бэй ши», за исключением некоторых  упущений при передаче императорского приказа и письма кагана в «Бэй ши», в целом повторяются. При сравнении Лю Мао-цзай установил, что текст известий о тюрках — как в главах о тюрках, так и в биографиях в «Бэй ши» — полностью соответствуют аналогичным главам в «Бэй ци шу», «Чжоу шу» и «Суй шу».

Хроника «Цзю Тан шу», или «Старая  Танская история», имеет 200 глав. Среди  авторов — историк Лю Сюй (887— 946) и др. Им использованы ранние материалы. Свою работу он окончил в 941— 945 гг.

Династийная хроника «Тан шу» состоит  из 225 глав. Иногда ее называют «Новой Танской  историей» или просто «Танской историей». Ее авторами были Оуян Сю (1007— 1072), Сун  Ци (998— 1061) и др. Работа была закончена  в 1045— 1060 гг. «Тан шу», так же как и «Цзю Тан шу», имеет одинаковые письменные источники, но все же есть различные рассказы и сообщения из частных источников. Одним из интереснейших произведений династийной хроники «Тан шу» является произведение Ли Жэнь-ши «Вэй гун пин туцзюэ гуши» (в 2 ч.), где раскрывается история о покорении туцзюэ.

Сравнение сообщений о тюрках (туцзюэ) в «Цзю Тан шу» и «Тан шу», проведенные  Лю Мао-цзаем, выявило дополнения и  ошибки в тексте «Тан шу». При составлении  «Тан шу» были использованы известия о тюрках из других источников, например из «Цэфу-юаньгуй», «Тан хуй яо», «Чжэнь-гуань  чжэн-яо», «Ши-лу» и «Тан-ли». Автор  «Тан шу» скорректировал текст «Цзю Тан шу» и сократил его, поэтому  возникло большое количество ошибок, которые отнюдь не повлияли на информационную ценность источника.

О более позднем периоде истории  восточных тюрков (X в.) повествует официальная  хроника «Цзю У дай ши», которая  состоит из 150 глав. Ее автором является Ся Цзю-чжэнь (912— 981). Работа закончена  в 973— 974 гг. и описывает период 907— 960 гг.

Другая официальная история  — «У дай ши цзи» («Синь У дай  ши цзи») — имеет 75 глав. Ее автором  является Оуян Сю (1007— 1072). Здесь описывается  период с 907 по 960 г. «У дай ши цзи» долгое время считалась частным произведением, но с 1077 г. является официальной историей. В «У дай ши цзи» содержится интересное сообщение о тюрках. Это сводка известий о прибытии посланников  тогда уже не существующего государства  восточных тюрков в анналах обоих «У дай ши». Таким образом, Лю Мао-цзаем была проделана серьезная работа по выявлению в китайских официальных династийных хрониках информации по восточным тюркам, и сегодня его собрание является самым информативным письменным источником по истории восточных тюрков.

В целом, сообщения о тюрках в  китайских источниках можно подразделить на следующие виды:

1) сообщения Хун-лу-сы (ведомства  по вассалам и гостям государства)  о географических отношениях, обычаях, нравах, оплаты дани и т. д. через посольства восточных тюрков;

2) сообщения китайских посланников  о тюрках;

3) сообщения Чжун-шу-шэн (Центральной  канцелярии дворца) о прошениях  относительно вторжений и подчинений  восточных тюрков;

4) военные сведения Бин-бу (военного  министерства) об обороне от вторжений  тюрков, сообщения об их подчинении  и после возвращения армии  также сообщения заинтересованных  генералов о павших городах  и крепостях, раненных и убитых  сановниках, жителях и захваченных  животных;

5) записи придворных хронистов  о советах по поводу тюрков, о переговорах с тюрками и  о переговорах императора с  их посланниками;

6) императорские приказы относительно  тюрков, императорские письма к кагану и письма кагана к императору;

7) сообщения Ли-бу (министерство  по делам сановников) о назначении  гражданских чинов;

8) сообщения Бин-бу (военного министерства) о назначении офицеров;

9) выдержки из биографии сановников, которые вступали в контакт  с тюрками; их жизнеописание  (син-чжуан) составлялось обычно  после их смерти их коллегами  и передавалось в центральное  историческое ведомство;

10) зарисовки одежды и внешнего  вида иностранцев, прибывших на  аудиенцию.

Среди других исторических произведений, которые помогают сравнить и дополнить  вышеуказанные работы, следует отметить произведение «Тун дянь», которое состоит  из 200 глав, автором является Ду Ю (735— 812). Работа была закончена в 801 г, и  в ней описываются события  до 800 г.

Следующим произведением является «Тан хуйяо», которое содержит 100 глав. Другое название произведения — «Обозрение Танской истории», автором был  Ван Пу (922— 982). Произведение закончено  в 961 г. В этом сочинении имеется  много новых и ценных подробностей из истории восточных тюрков, что  придает ему особое значение.

Другое произведение, «У дай хуйяо», состоит из 30 глав. Ее автором является тот же Ван Пу. Работа была закончена  в 961 г.

Ценным произведением является «Цзы чжи тун цзянь», которое состоит  из 294 глав. Ее автором был Сыма Гуань (1019— 1086). Работа была закончена в период 1079— 1084 гг.; в работе описываются события от 403 г. до н. э. до 959 г. н. э. При написании, кроме династийных историй, Сыма Гуан использовал всего 322 источника, однако в основном из «Цзю Тан шу». «Цзы чжи тун цзянь» является важнейшим историческим произведением. В нем содержатся некоторые факты, которые мы сегодня можем найти только в этой работе.

«Цзы чжи тун цзянь као-и» содержит 30 глав, автором также является Сыма Гуань. Она была дополнением  «Цзы чжи тун цзянь» и описывала  события того же периода. Работа была закончена в 1084 г. Это произведение является очень важным в том отношении, что Сыма Гуань здесь не только называет используемые источники для создания «Цзы чжи тун цзянь», но цитирует их и излагает с некоторыми критическими замечаниями.

Следующим историческим произведением  является «Да Тан чуанъе ци-цзюй чжу», которое состоит из трех частей. Автором был Вэнь Да-я, который  скончался примерно в 629 г. Работа была написана в период 618— 626 гг. В произведении описываются события, связанные с Ли Юанем (будущий император Гао-цзу Тан) и основанием государства, т. е. между 615 и 618 гг. Здесь также сообщается в подробностях и о взаимоотношениях между Тан и тюрками. Автор был при Ли Юане в качестве военного хроникера, поэтому разбирался в документах. Это произведение считается достоверным [см.: Liu Mau-Tsai, 475].

Еще более поздними источниками, созданными после эпохи Восточнотюрк-ского  каганата, но в то же время очень  информативными, являются китайские  энциклопедии. Очень часто в содержание энциклопедий входят более ранние источники, которые либо потеряны, либо уничтожены. Так, энциклопедия «Цэфу-юаньгуй» имеет 1 тыс. глав, написана по императорскому распоряжению и окончена в 1013 г.; описывает  время от начала и до основания  империи Сун (до 981 г.).

Энциклопедия «Гуцзинь-Тушу-цзичэн»  содержит 10 тыс. глав, написана по императорскому распоряжению Цзян Тин-си (1669— 1732) и  другими и окончена в 1726 г. Информация о туцзюэ в этой энциклопедии полностью заимствована из официальных династийных хроник и содержит сведения VI— VIII вв.

Всего в китайских источниках сообщается о 135 личностях, в биографиях которых  можно найти сведения о восточных  тюрках. Здесь и родственники императорского дома, и простые китайцы, тюрки, другие иностранцы, а также чиновники  или военные лица, которые были отправлены в качестве посланников  к тюркам, поэтому их биографии  содержат эти сведения.

             Арабские источники о истории тюрок

В средневековой арабской литературе сохранились Довольно многочисленные свидетельства о том, что среди  тюрков были жители как степей, так  и городов и крепостей. Они занимались хлебопашеством, рыболовством, ремеслами, разводили сады, огороды и виноградники. В словаре тюркского языка Махмуда ал-Кашгари (XI в.) содержится много слов тюркского происхождения, охватывающих практически все основные понятия земледельческого производства и виды продукции. Вместе с тем, если предубеждение о низком уровне духовной культуры тюркских кочевых народов, как говорилось, уже преодолевается, то указанные выше изменения их социально-экономического быта и по сей день связываются исключительно с внешним фактором — исламизацией, открывшей широкие возможности для культурно-хозяйственных контактов с оседлыми народами.

Первым самостоятельным тюркским властителем, принявшим ислам и  объявившим его официальной религией своего государства, был Абд ал-Карим  Сатук Бугра-хан (901—955), основатель караханидской державы в Средней  Азии. С этого момента исламизация  тюрков происходила весьма быстро и  приняла массовый характер. В 960 г. ислам  приняли около 200 тыс. семей. Мусульманский  мир распахнул перед тюрками  свои ворота настежь, и через несколько  десятилетий они, возглавляемые  победоносным Тогрул-беком Сельджукидом, десятками тысяч устремились  на Средний и Ближний Восток, чтобы  открыть новую страницу в его  многовековой истории.

Однако к этому времени история  непосредственных контактов мусульман  с тюрками насчитывала уже  целых четыре столетия. Арабские воины, первыми в составе отрядов  мусульман вошедшие в соприкосновение  с тюрками, были поражены бесстрашием, воинским искусством и несгибаемостью тюркских воинов. Арабское завоевание здесь приостановилось, и ислам, как заметил известный советский  востоковед В. В. Бартольд, перешел на границе с тюрками от наступления  к обороне. 

При этих обстоятельствах богатое  воображение арабов дало толчок к  созданию легенд и рассказов, внесших  свою лепту в формирование устрашающего образа варвара-тюрка. Жестокими, не знающими жалости, внешне безобразными «с маленькими глазами, приплюснутыми носами, плоскими, как кованые щиты, лицами» предстают  тюрки в этих рассказах, которые  для придания им  большей достоверности приписывались видным сподвижникам Мухаммада, и даже самому пророку, хотя он вряд ли мог иметь какие-либо личные впечатления о тюрках.

В потоке этих панических сообщений  в средневековой мусульманской  историографии не сразу удается  обнаружить и извлечь объективные  сведения о тюрках.

Оказывается, те самые стены, которые  должны были ограждать цивилизованные народы от набегов тюркских варваров и одновременно внушали им страх  перед ними, в некоторых местах уже давно входили в состав владений самих тюрков. Арабские авторы ал-Балазури (IX в.) и Кудама (X в.) сообщают, что в давние времена население  Гургана, юго-восточного Прикаспия, построило  оборонительную стену против тюрков, но ко времени мусульманского завоевания тюрки ее преодолели и владели  всем Гурганом, а также соседней областью Дихистан. Эти сведения наши источники приводят в связи с  событиями 716 г., когда новоназначенный  омеййадский наместник Ирака  Йазид б. Мухаллаб выступил в Хорасан, чтобы усмирить сторонников своего мятежного предшественника, знаменимого  полководца Кутейбы б. Муслима (ум. 715 г.). Тогда тюркским властителем Гургана (арабск. Джурджана) и Дихистана был  некто Сул. 

Сведения об этой тюркской династии немногочисленны и туманны. Они  правили в юго-восточном Прикаспии, по-видимому, еще со времени до начала арабских завоеваний, поскольку первые арабские отряды Сувайда б. Мукаррина, появившиеся здесь в 642 г., пришли в столкновение с силами некоего  Рузбана Сула, подданными которого названы тюрки. Был заключен мирный договор с условием выплаты ежегодной  дани Договор датирован 18(639) г., но Табари поместил его в ряду событий 642 г., обоснованно полагая, что арабы не могли появиться в Гургане до битвы при Нехавенде (642). Условия договора 642 г., как видно, не выполнялись, дань не выплачивалась, и в 650 г. последовал новый поход арабов во главе с Саидом б. ал-Асом в Гурган и Дихистан. По мирному соглашению на этот раз предусматривалась выплата определенной суммы дани, которая колебалась от 100 тыс. дирхамов до 300 тыс. Но местное население выплачивало дань весьма нерегулярно, а потом и вовсе перестало, пока уже известный нам Йазид б. Мухаллаб не взял в 716 г. крепость Сула  и окончательно не подчинил эти области. Судьба самого Сула не совсем ясна: по одним сообщениям, он был убит в сражении, по другим сведениям, он после кровопролитного сражения, в ходе которого было убито 14 тыс. тюрков, сдался, получив гарантии сохранности своей жизни и жизни своих домочадцев и челяди 

Несколько позднее, в 720 г. сын Сула, который назван владетелем соседней с Дихистаном области Кухистан, оказался в числе тех сторонников восставшего  против центрального правительства  Йазида б. Мухаллаба, которые попали в плен после внушительного поражения  от войск халифа Йазида б. Абд ал-Малика. На этом, считают специалисты-исследователи, тюркская династия Сула, правившая в Гургане, Дихистане, а возможно, и в Кухистане, прерывается. 

Однако вне внимания исследователей оказались два сообщения ат-Табари, из которых следует, что гораздо  позже, в 835 г. к уже дскому халифу ал-Мутасиму был доставлен закованным некий правитель Сул Артекин (или  Тегин) вместе с группой своих  подданных (ахл биладихи).  По всей видимости, он был помилован и обласкан халифом, который даже взял его на государственную службу: в 839 г. он упоминается как военный правитель Дамаска.  Видимо, этот Сул Тегин был отпрыском династии Сулидов, сохранявшей вплоть до 835г. свои владения в юго-восточном Прикаспии.

835 г., как известно, был временем  перелома в многолетней борьбе  халифата с грандиозным восстанием  Бабека, охватившим Азербайджан  и северный Иран. Многие местные  правители примкнули к восставшим. Особую известность получил правитель  примыкающей к Гургану прикаспийской  области Табаристан Мазйар б.  Карин, который в 837 г. был  распят в Самарре, тогдашней  столице халифата, на одной доске  с Бабеком. Возможно, и Султегин вначале каким-то образом поддерживал Бабека, но потом отошел от него, заслужив тем самым благосклонность халифа.

Весьма вероятно, что еще сам  Сул принял ислам, а его потомки  к началу IX в., несомненно, уже восприняли и арабский язык, и мусульманскую  культуру. Из этой семьи происходили, по крайней мере, двое выдающихся представителей средневековой арабо-мусульманской  культуры: знаменитый поэт IX в. Абу Исхак  Ибрахим б. ал-Аббас ас-Сули (ум. 857 г.) и известный историк  Абу Бакр Мухаммад б. Йахйа ас-Сули , оставивший после себя весьма содержательную историю Аббасидов Х в.

Такова вкратце история одной, но не единственной тюркской династии, с которой столкнулись арабы  на самом раннем этапе своих завоеваний и о которой, в отличие от остальных, мы можем твердо сказать, что она  стояла во главе значительного тюркского  населения, перешедшего или переходящего к оседлости.

Помимо Сулидов, арабам в Мавераннахре, области за рекой Аму-Дарья, пришлось иметь дело и с другими тюркскими  правителями: бухарским властителем  бухарахудатом Тугдж Шадом, правителем Согда и Самарканда согдийским ихшидом  Гуреком, тюркским правителем области  Бадгис Низаком Тарханом и др. Оказав упорное сопротивление завоевателям и отстояв свое достоинство и  практическую независимость, эти тюрки  тем не менее не могли остаться в стороне от начинавшегося великого культурного и политического  подъема халифата. В начале IX в. потомков этих правителей, в частности бухарахудата и согдийского ихшида, мы видим  в числе наиболее выдающихся военачальников халифа ал-Мамуна (813— 833).