Политический менеджмент. 5

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

Менеджмент (от англ. “management”  – управление, заведование, организация) выделился в самостоятельную область знаний в ХХ веке. Основоположником менеджмента, как науки, считается американский инженер и исследователь Ф. У. Тейлор (1856-1915гг.), который возглавил движение научного управления. Он заинтересовался не эффективностью человека, а продуктивностью деятельности организации, что и положило начало развитию школы научного управления.

А управление - это важная и неотъемлемая часть политической жизни общества. С его помощью  решаются как масштабные задачи координации  политических, экономических и социальных процессов в обществе, так и  более мелкие, связанные с достижением  конкретных целей и задач, таких  как: завоевание доверия масс, победа на выборах, разрешение конфликтных  ситуаций и т.д. Управленческие отношения  в политике многообразны. Одним из видов управленческих отношений  является политический менеджмент.

Политический менеджмент это один из важнейших инструментов целенаправленного, сознательного, планомерного регулирования системы общественных отношений, а также поиска новых способов включения людей и их интересов в процесс преобразования жизни.

Цель работы: описать политический менеджмент и  выяснить наличие политического менеджмента в России.

Задачи:

- дать определения понятиям  менеджмент, управление, политический  менеджмент;

-выяснить актуальность  политического менеджмента;

- определить виды политического  менеджмента;

- привести пример из  Российской действительности;

- выявить проблему применения  политического менеджмента в  России.

 

1. Теория политического  менеджмента

1.1.Понятие политического менеджмента

 

Управление присуще всем организованным системам: физическим, биологическим, социальным. С его  помощью достигается целостность  этих систем, сохраняется их качественная специфика, осуществляется воспроизводство  и развитие.

Управление, относящееся  к сфере политики, включает всю  совокупность управленческих процессов, возникающих в поле политических властеотношений. Можно выделить следующие  основные виды управления в политике:

а) управленческие отношения, возникающие между государственными должностными лицами и государственными органами, выступающими в роли субъекта управления, с одной стороны, и  населением или отдельными его группами – с другой. Этот вид управления обычно называют государственным управлением, потому что его субъектом является государство, его учреждения и должностные лица. В нем выделяют как особый сегмент - государственно-административное управление, включающее в себя все многообразие управленческой деятельности, осуществляемой органами исполнительной власти (правительством, министерствами, ведомствами и иными госучреждениями).

Главной особенностью государственного управления является то, что оно  опирается на право “легитимного насилия”, т.е. субъект управления обладает властными полномочиями, необходимыми статусными ресурсами для проведения в жизнь управленческих решений. В современном обществе государственное  управление осуществляется преимущественно  в виде создания соответствующими органами и учреждениями норм, носящих деперсонализированный  характер и существующих в виде законов  и иных общих нормативных актов. Государственное управление в современном  обществе является многоуровневым и  необычайно сложным, прежде всего в  силу необычайно разросшегося числа всевозможных государственных организаций и учреждений.

б) управленческие отношения, складывающиеся внутри государственных  и политических организаций с  целью упорядочения их деятельности, повышения эффективности работы. Его особенностью является то, что  управленческие отношения ограничены рамками отдельных организаций (государственных  учреждений, политических партий и  т.д.), что придает этому виду управления много общих черт с менеджментом экономических организаций. Управление в государственных учреждениях  и политических организациях также  основано на возможности субъекта управления (руководства государственного учреждения, руководящие органы партии) опереться  на статусные ресурсы, на право создавать  общеобязательные для членов данной организации нормы.

в) управленческие отношения, где субъект (политическая организация, группа давления, государственный деятель) не может опереться на право “легитимного насилия” и на свои статусные ресурсы  для достижения поставленных целей, не может принять закон или  иное распоряжение, обретающее обязательный характер, а поэтому вынужден прибегать  к иным формам и методам воздействия  на предполагаемый объект управления. Этот вид управленческих отношений  мы и будем называть политическим менеджментом или политико-технологическим управлением.[1]

Рассмотрев различные  виды управления в политике, перейдем к довольно новому понятию «политический  менеджмент». Это понятие весьма близко к понятию управления, но не идентично ему. В тоже время, на основе политического управления базируется политический менеджмент, который определяется как  особый вид управления в политике, когда субъект управления, стремящийся к достижению определенной цели, лишен возможности создавать общеобязательные нормы и опираться на право «легитимного насилия», т.е. либо на право государственного принуждения, либо на статусное право в политической организации.[1]

Также политический менеджмент – это наука и искусство анализировать тенденции политического развития и прогнозировать его результаты, вырабатывать рекомендации и алгоритмы работы политических деятелей и реализовать их на практике.  Как наука и искусство политический менеджмент способствует грамотному исполнению управленческих решений и проектированию новых образов мышления, жизнедеятельности социальной организации.  В этой связи выделяют следующие его функции:

• Конструктивность;
• Системность;
• Компетентность;
• Профессионализм;
• Гуманизм;
• Прагматизм.[2]

Появление понятия “политический  менеджмент” можно объяснить  определенной близостью управленческих и политических технологий, их единой направленностью на человека и его  интересы. Само понятие менеджмента  очень широкое, потому допускается  его использование в различных  сферах человеческой жизнедеятельности.

Менеджмент (от англ. “management” –  управление, заведование, организация) выделился в самостоятельную  область знаний в ХХ веке. Основоположником менеджмента, как науки, считается  американский инженер и исследователь  Ф. У. Тейлор (1856-1915гг.), который возглавил  движение научного управления. Он заинтересовался  не эффективностью человека, а продуктивностью деятельности организации, что и положило начало развитию школы научного управления. В своих работах "Управление фабрикой" (1903 г.) и "Принципы научного менеджмента" (1911 г.) Ф. Тейлор разработал ряд методов научной организации труда.

Менеджмент – многозначный термин, отражающий сущность реального явления  с различных сторон и разных подходов. До середины ХХ века политический менеджмент существовал лишь как практика политического управления. Чтобы политический менеджмент превратился в науку, способную снабжать заинтересованных людей знаниями о формировании электоральных предпочтений, создания благоприятной информационной сферы для политической организации и т. д., должны были произойти серьезные изменения в системе научного социального знания.

Развитие социологии, психологии, политологии, наук об управлении создало предпосылки для перехода к тому, что политический менеджмент может стать объектом научного знания, развитие которого должно помогать в достижении различных политических целей.

В ХХ веке в жизни многих обществ  происходили серьезные изменения. Процессы демократизации, ограничение  действий высших государственных должностных  лиц законом, провозглашение незыблемости прав и свобод личности, изменение ценностных ориентаций населения, выход на политическую арену партий, общественно-политических движений, объединений потребовали внесения серьезных коррективов в способы достижения политических целей. В такой ситуации не могло не произойти возрастание интереса различных политических сил к особому виду управленческих отношений – к политическому менеджменту.[4]

Политический менеджмент позволяет управляющему субъекту решать следующие задачи:

1.Укрепление авторитета государственного или политического деятеля.

2.Создание привлекательного образа  государственного учреждения, политической партии, общественной организации или группы давления.

3.Расширение числа сторонников  той или иной политической программы, управленческого проекта.

4.Формирование электоральных предпочтений  населения.

5.Организация политических союзов, блоков.

6.Влияние на политических оппонентов, а также на противников в политических конфликтах.

7.Оказание воздействия на лиц, принимающих государственные решения.

8.Мобилизация масс для политической  поддержки.[1]

Перечисленные политические задачи невозможно решать традиционными методами управления – путем принятия обязательных к  исполнению решений, путем создания норм, правил или законов, путем принуждения людей к выполнению принятых управляющими решений. Разве можно издать указ, обязывающий граждан уважать и любить своего президента?

Особенностью политического менеджмента  является то, что в его рамках субъект управления, стремясь к достижению поставленных целей, не использует право легитимного насилия и статусные ресурсы политической власти. Политический менеджмент использует специфические приемы и методы как особый вид управленческих отношений.[4]

 

1.2. Роль политического менеджмента в современных условиях.

Издавна перед правителями  вставали задачи повышения влияния  на общество, в то время как представители  высших сословий искали способы воздействовать на самих правителей. Так были заложены основы политического менеджмента. Его развитию в современных условиях предшествует следующие шесть процессов:

1. изменение роли масс в политической жизни, состоящее в неподчинении общества аристократическим меньшинствам. Суть этого процесса сформулировал известный испанский философ X. Ортега-и-Гассет, приверженец концепции «массового общества». Для сдерживания его разрушительных сил от прямого воздействия на массы держатели власти перешли к более скрытым методам влияния;
2. утверждение в массовом сознании ценностей либерализма — процесс формирования свободы личности, идеологического и политического плюрализма, толерантности, равенства всех перед законом, недопустимости вмешательства со стороны государства в личную жизнь и т.д. В данном случае к методам косвенного воздействия на массы политические деятели прибегали все чаще, стараясь не противоречить общественным ценностям;
3. демократизация обществ — процесс, представляющий собой утверждение принципа разделения властей, выборности государственных органов, многопартийности, приоритетности прав человека по отношению к правам государства. Поэтому ограниченные в своих действиях законодательством, государственные и политические лица стали применять принципы политического менеджмента для формирования авторитета в обществе и продвижения своих программ;
4. введение всеобщего избирательного права — процесс создания особых технологий и методов влияния на массы (особенно в период избирательной кампании), способных воздействовать на выбор в пользу того или иного кандидата, при этом граждане не должны замечать давления, оказываемого на них со стороны;
5. превращение политических партий и общественных организаций в самостоятельные субъекты, стремящиеся играть активную роль в сфере политики. Политический менеджмент стал для них единственным методом управленческого влияния на общество, поскольку в отличие от государства они имеют право на создание общеобязательных норм и на использование методов легитимного насилия;
6. развитие электронных средств массовой коммуникации — процесс, благодаря которому значительно расширились возможности воздействия на общество; не только информировать людей, но и убеждать их.

С конца XX в. наблюдается  возрастание интереса к политическому  менеджменту. Необходимость воздействия  на общество в условиях законности и незыблемости прав и свобод человека предполагает внедрение и активное применение новых методов повышения эффективности управления. Эти методы призваны исключить прямое насилие и принуждение, а значит, определяют и важность роли политического менеджмента в структурах власти.[2]

 

1.3. Виды политического менеджмента.

Возрастание значения политического  менеджмента 1 в современном мире способствует его профессионализации и дифференциации как области  деятельности. Появляются специалисты  по решению различных задач политико-технологического управления, а возможности применения самого политического менеджмента  в политике и обществе значительно  расширяются. Все это способствует выделению различных видов политического  менеджмента.[2]

В настоящее время можно  говорить о следующих основных видах  политического менеджмента:

1. Имиджмейкинг или создание  образа, имиджа государственного, политического  деятеля, привлекательного для  широких масс;

2. Корпоративный политический  имиджмейкинг или формирование  в массовом сознании узнаваемого  положительного образа государственного  учреждения, политической организации,  партии;

3. Электоральные технологии  как системная организация предвыборной  кампании;

4. Политический брендинг (бренд – торговая марка) или  внесение в массовое сознание  узнаваемых символов, значений, образов,  способных в соответствии с  целями субъекта политико-технологического  управления сплачивать, объединять  людей или, напротив, разъединять  их на соперничающие группы. Политический  бренд – это своеобразный маркер, который позволяет при помощи  одного слова, словосочетания  или заменяющих их символов  указывать на принадлежность  людей к той или иной политической группе и на то место, которое они занимают в политическом пространстве. Например, такие слова-маркеры, как «коммунисты», «демократы» позволяли россиянам в конце ХХ в. разделять общество на тех, кто выступает за обновление страны, и кто противится этому обновлению. Политические бренды, при умелой их раскрутке превращаются в символы, объединяющие людей, поэтому можно сказать, что главный смысл политического брендинга как вида политико-технологического управления – формирование политической, социальной идентичности в интересах субъекта управления;

5. Технологии политических  союзов как деятельность, ориентированная  на вовлечение в решение поставленных  задач своих политических союзников  и оппонентов;

6. Технологии регулирования  и разрешения политических конфликтов, предполагающие поиск путей и  средств снижения политического  противостояния и политической  напряженности в обществе;

7. Технологии лоббизма, представляющие  собой деятельность, направленную  на оказание воздействия на  государственных должностных лиц,  принимающих управленческие решения.

Перечисленные виды политического  менеджмента различаются по целям, которые может ставить перед  собой субъект политического  управления. Достижение каждой такой  цели потребует от субъекта разработки различных стратегий. Так, при формировании имиджа политический менеджер направляет усилия на формирование образа конкретного  политика, создавая благожелательное отношение к нему широких слоев  населения; при регулировании конфликтов – на поиск точек соприкосновения  во взглядах противоборствующих сторон и т.д.[5]

Вместе с тем, разделение политико-технологического управления на различные виды является достаточно условным. На практике приходится нередко  одному и тому же субъекту управления решать различные задачи, например, создавать узнаваемый, понятный населению  образ политической организации и одновременно формировать имидж сильного, компетентного, заботящегося о нуждах простого человека, лидера этой организации. Технологии лоббизма включают, как правило, не только поиск возможностей воздействия на лиц принимающих государственные решения, но и формирование в глазах общественности образа группы интересов как силы, борющейся за процветание страны.

Переплетение видов политико-технологического управления, их взаимодополняемость  становятся возможными благодаря тому, что в их основе лежат общие  принципы организации управленческого  взаимодействия, общие технологические  приемы достижения поставленных целей.

Решение задач в рамках каждого вида политико-технологического управления требует усилий специалистов в различных областях. Например, в формировании имиджа политика участвуют  ученые-аналитики, психологи, визажисты, спичрайтеры, специалисты PR, организаторы публичных акций, рекламисты.

Такое функциональное разделение труда, подчеркнем, характерно для всех видов политического менеджмента. В его основе лежит сложность, решаемых субъектом управления, задач. А главным итогом этой функциональной дифференциации стало появление  специалистов, исполняющих узкие  функциональные обязанности в рамках политико-технологического управления и обладающих для этого соответствующими знаниями, навыками и умениями.

Выделение особых видов профессий  дало основание для классификации  политико-технологического управления по профессиональному признаку. В  соответствии с этим критерием принято  выделять следующие виды политического  менеджмента

:• Аналитическое обеспечение  политических кампаний.

• Политическая реклама

• Политический PR как информационное обеспечение политических кампаний.

• Имиджмейкинг в узком  смысле слова, включающий работу консультантов  с политиком с целью коррекции  его поведения

• Спичрайтинг или написание  текстов выступлений для политика

• Организация и проведение массовых политических акций.

Приведенный перечень видов  политических технологий не является исчерпывающим. Рождаются новые  профессии – ньюсмейкер (создатель  событий, новостей или информационных поводов), спин-доктор (организатор  пропагандистской кампании, направленной на снижение роли негативной для политического  деятеля информации). Таким образом, политико-технологическое управление не только дифференцируется по видам  решаемых задач, но и усложняется  по профессиональному признаку. [3]

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. Пример из  Российской действительности.

2.1. Лоббизм, как это делается в России( GR и PR)

"Лоббизмом" – это  многоплановое взаимодействие (участие)  граждан, групп граждан, общественных  объединений, организаций, предприятий  или отдельных лиц, специализирующихся  на лоббистской деятельности, других  субъектов правоотношений… с  органами государственной власти  с целью оказания влияния на  принятие необходимых им (или  их доверителям) единичных решений  (законодательных актов, административных, политических и иных официальных  решений) и (или) для постоянного  отстаивания своих (или доверителей)  интересов .

Всем хорошо известны классические технологии лоббизма. Такие как: участие (взносы) в избирательных кампаниях, выступления в профильных комитетах  законодательного органа и разного  рода слушаниях, составление законопроектов и вынесение их на обсуждение парламента, организация пропагандистских кампаний по поводу готовящихся или принятых решений, публикация данных голосований  депутатов по законопроектам, проведение научно-практических конференций с  участием представителей власти, презентация  результатов исследований (в т.ч. социологических опросов) в СМИ  и органах власти, взаимодействие с прессой (пресс-конференции, пресс-релизы, в т.ч. "слив" информации в СМИ), организация торжественных встреч и приемов для представителей власти, опосредованный и прямой подкуп должностных лиц, интернет-технологии (электронные слухи, " слив" компромата), рекламные технологии применительно  к продвигаемым решениям и пр. Все  перечисленные технологии можно  отнести к " стандартному набору " в портфеле лоббиста.[6]

GR — это government relations, то есть  связь с органами власти, без  помощи которых не может осуществиться  ни один серьёзный политический  или бизнес-проект.

Специалист по GR должен выстроить  тесные, доверительные отношения  между своим работодателем и  властью.[7]

Это на Западе лоббизм - традиция и есть специальные законы. В России  в этом направлении законодательный  вакуум и терминологическая путаница. К этому выводу приходишь, знакомясь  с результатами годового исследования "Лоббизм и GR в современной  России", проведенного по инициативе Международной ассоциации бизнес-коммуникаторов (IABC/Russia) Независимым институтом изучения новой экономики (НИИНЭ) в сотрудничестве с консалтинговой группой "PROтект". Группа исследователей, опросив специалистов по GR (government relations - взаимодействие политико-экономичных  групп общества c государством), чиновников, депутатов, бизнесменов и общественных деятелей, выяснила, что "лоббизм" у нас в стране практически  синоним "коррупции", а понятие GR и вовсе экзотический фрукт  для российского бизнеса. А посему рынка лоббизма и GR в России нет, но очень нужен.

- У нас напрочь отсутствуют  прозрачное ценообразование, здоровая  конкуренция и общепринятая оценка  эффективности деятельности, - считает  директор по связям с государственными  органами Shell Павел Кузнецов. - Одну  и ту же вещь можно сделать  бесплатно, а можно запросто  попросить за нее 100 тысяч евро. Как рынок, как среда коммуникации, эта отрасль не очень развита.  Это связано с тем, что отсутствует  нормальный механизм взаимодействия  между властью и обществом.

Некоторые эксперты отмечали, что деньги и "откаты" тем, от кого зависит "крайнее" решение, уже  не особо актуально. Сегодня просят должность или долю в бизнесе. Вместо практики прямого денежного  стимулирования вопросы решаются с  помощью передачи пакета акций. И  это, по мнению ряда экспертов, "более  цивилизованные технологии" лоббизма по-русски, чем традиционные взятки.

Еще один из выводов исследования: на Западе и в России лоббизмом  занимаются разные группы людей. У "них" - это специальные подразделения  либо профессионалы, у "нас" лоббистами являются первые лица компаний, чиновники  и депутаты Государственной Думы.

В этой связи небезынтересны мнения зарубежных экспертов. К примеру, директора Instituto Iberoamericano Висенте Барриентос (который вместе с другими маститыми  лоббистами со всего мира был этой осенью в Москве на первом в российской истории конгрессе специалистов по GR).

- Лоббирование бизнес-интересов  в России проходит в основном  в узком кругу, и логика принятия  решений обществу непонятна, - утверждает  г-н Барриентос, сам много лет  лоббирующий интересы бизнесменов  из Бразилии в нашей стране. - У вас процветает теневой  лоббизм. Многие бизнесмены сами  вынуждены идти во власть.

Говоря об объемах рынка "коммуникации интересов", эксперты всех уровней уверяют, что он в  России не менее "оборотистее", чем  в США. В 2008 году индустрия федерального лоббирования оценивалась там в 3,4 млрд долл. (по подсчетам президента Американской лиги лоббистов Дэвида Венхолда, в два раза больше, если брать все сопряженные с нею  отрасли - консалтинг и PR). В кризисный 2009 год объем услуг вырос как  минимум на 10%.[8]

 Согласно афоризму  помощника министра промышленности  и энергетики Станислава Наумова, GR — это «пиар и лоббизм  в одном флаконе: взбалтывать,  но не смешивать».

Попасть в закрытый орден  «джиарщиков» человеку без связей и  опыта невозможно. Специалистов по GR не выпускает ни одно учебное заведение. Они не нуждаются в публичной  славе и редко попадают под  свет софитов. Исключением стал бывший вице-спикер Госдумы РФ и экс-сопредседатель Союза правых сил, а ныне успешный «джиарщик» Борис Немцов.

Борис Немцов После поражения  на парламентских выборах 2003 года бывший лидер фракции СПС стал работать «джиарщиком» сразу в двух крупных  корпорациях. В концерне «Нефтяной» он занимает должность председателя совета директоров, в компании «Ростик  Групп» — советника по стратегическому  развитию. Ко всему прочему после  «оранжевого переворота» на Украине он был назначен советником президента Ющенко по вопросам привлечения инвестиций.

 «Стояние» Немцова на майдане Независимости в оранжевом шарфе можно считать экзотичным, но эффективным элементом искусства «джиара». Пробиться непосредственно к главе правительства или самому президенту — это, конечно, высший пилотаж, который может сулить быстрые дивиденды. Но у него есть и минусы. Публичный GR совершается на глазах всей страны, а значит, и конкурентов. Настоящий GR почти никогда не становится достоянием общественности. Стоит какой-то фирме поступить вопреки этому правилу, и...

Именно так произошло  во время корпоративной войны  с участием холдинга «Илим Палп Энтерпрайз». Его глава Захар Смушкин пожаловался  премьер-министру Михаилу Касьянову  на «происки злых конкурентов» прямо  во время правительственного приёма в Хельсинки. В СМИ тут же появилась  информация о том, что магнат попал  в состав делегации благодаря  помощнику премьера Олегу Бекленишеву. После этого Касьянову при  всём желании невозможно было бы удовлетворить  просьбу Смушкина, дабы не быть заподозренным  в использовании служебного положения  в корыстных интересах.

 «Наведением мостов»  специалисты по GR занимаются лишь  в крупных компаниях. Причём  речь идёт о возведении резервных  мостов «на всякий случай»,  так как каждая большая корпорация  и так уже делегировала во  власть своих представителей. Один  из самых наглядных примеров  — компания «Норильский никель».  Её руководитель Владимир Потанин  лично послужил образцом корпоративного  «джиара», получив портфель первого  заместителя Председателя Правительства  РФ. Впрочем, вскоре он предоставил  эту миссию своим подчинённым.  На сегодняшний день представители  «Норникеля» возглавляют три  субъекта РФ: Александр Хлопонин  — Красноярский край, Олег Бударгин  — Таймырский автономный округ,  Дмитрий Зеленин — Тверскую  область.

Сегодня конкуренцию этой металлургической империи может  составить лишь ЛУКОЙЛ. Его креатурами могут считаться губернаторы  Волгоградской, Астраханской, Архангельской, Калининградской областей, Республики Коми и Ненецкого автономного  округа. Прочие компании обычно контролируют свой, «домашний» субъект Федерации: «Северсталь» — Вологодскую область, «Алмазы России» — Республику Саха (Якутия), «Сибнефть» — Омскую область и т.д.

Однако никакие региональные связи не спасут компанию, если её GR-спецы  не сумели наладить контакт с федеральным  центром. Самый наглядный пример — компания «ЮКОС». В середине 90-х  она достигла вершин своего могущества именно благодаря прекрасным отношениям с властью. И с региональной, и  с федеральной. По некоторым оценкам, главы Самарской, Иркутской, Томской  областей и ещё ряда субъектов  РФ считались креатурами

ЮКОСа. Главным «джиарщиком» компании был Леонид Невзлин. Именно он занимался в МЕНАТЕПе, а позже  в ЮКОСе инвестициями — в полезные связи. Высокопоставленных чиновников правительства хлебосольно принимали  на «менатеповских» дачах на Рублёво-Успенском  шоссе. Возникавшие в ходе непринуждённого  общения добрые отношения Невзлин  умело переводил в зримую сферу  банковских активов. Полем его «джиара» были все ветви российской власти, но особенно Минфин РФ, главе которого приписывали тесные неформальные отношения  с Невзлиным. Вместе с Ходорковским он оказался в числе 5 советников премьер-министра России Ивана Силаева.

Но репутация нарабатывается годами, а рушится в одночасье. Власть в Кремле переменилась, а  с ней и наработанные связи. Против Невзлина было возбуждено уголовное  дело, и он эмигрировал в Израиль. Роль главного «джиарщика» ЮКОСа» её руководство решило поручить самому знаменитому банкиру в новейшей истории России — Виктору Геращенко. Отказавшись от кресла первого зампреда Комитета Госдумы, он принял в июне 2004 года должность председателя совета директоров компании. Казалось, такая фигура, как Геращенко, сможет спасти ЮКОС. Но даже его возможности оказались бессильны. Уже через месяц после назначения Геращенко Ходорковский призвал коллег отправить банкира в отставку.