Польско-Шведская интервенция 1609-1912 годов

Санкт-Петербургский  Государственный

университет кино и телевидения 
 
 
 
 

Реферат

Польско-Шведская интервенция

  1609-1912 гг. 
 

Выполнила: студентка 1-го курса

                                                                                                               факультета СО

                                                                                                                  Семенова Дарья 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Санкт-Петербург 2010 г. 

План

1. Введение ___________________________________________________   стр. 2-5

2. Основная  часть: Польско-Шведская интервенция 1609-1612 гг. _____ стр. 6-17

§ 1 Начало открытой интервенции  и первое народное ополчение __стр. 6-11 
 

§ 3 Второе народное ополчение и освобождение Москвы __________стр.12-15 

3. Заключение __________________________________________________ стр. 16-17

4. Библиография ________________________________________________ стр.18

Введение

            В истории государства нашего были такие периоды, в которые под угрозу была поставлена его независимость и самобытность народа, если хотите. Одним из таких примеров является лихолетье конца XVI - начала  XVII веков. Этот  период в Российской истории (с момента смерти Ивана Грозного (1584 г.) до воцарения Михаила Федоровича Романова (1613 г.) историки называют Смутным временем. Смута стала порождением тяжелейшего внутреннего и внешнего кризиса, который носил структурный характер, т.е. охватывал все сферы жизни. 

         Так, экономический кризис, который связан с последствиями Ливонской войны, опричнины, ростом феодальной эксплуатации, послужил основой для кризиса социального.   Социальная напряженность наблюдалась в низах общества из-за тяжелого экономического положения, но социальную неудовлетворенность испытывало и дворянство. Его возросшая роль мало соответствовало его положению. Господствующий класс претендовал на большее и в плане материального вознаграждения за государеву службу, и в служебном продвижении.

           Политический кризис проявился в том, что монархическая тираническая модель взаимоотношения власти и общества, навязанная, как известно, Иваном Грозным, показала свою несостоятельность, т.к. социальная структура претерпела серьезные изменения. Таким образом, на повестке дня оказался главный политический вопрос: кто и как, с какими правами и обязанностями будет принадлежать к правящему слою в государстве, которое уже перестало быть собранием разрозненных земель и княжеств, но еще не превратилось окончательно в единое органическое целое. 

           Политический кризис породил  кризис династический, который совсем не закончился с воцарения Б.Годунова, а, наоборот, только разгорелся с новой силой.

           В рамки структурного кризиса  я бы еще отнесла и ослабление нравственных и религиозных основ общества, ибо в годы царствования Ивана Грозного, по сути был снят нравственный запрет на убийство, кровь лилась рекой, а цениться стали такие качества, как угодничество, беспринципность и ловкость. 

             Так как объектом моего реферата  является Польско-Шведская интервенция  1609-1912 гг., то для начала я определилась с одним из центральных понятий реферата – «интервенция». Под интервенцией понимается насильственное вмешательство одного или нескольких государств во внутренние дела других стран и народов. Это вмешательство может быть военным (агрессия), экономическим, дипломатическим, идеологическим¹. В нашем случае Польско-Шведскую интервенцию можно определить как военную агрессию Польши и Швеции против России, которая преследовала и политические, и экономические цели. Автор реферата считает, что в Польской интервенции можно выделить два четко прослеживающихся периода. Первый я бы охарактеризовала как скрытый, «анонимный» и его начало отнесла к воцарению Лжедмитрия первого, т.е. к 1605 году. Второй носит характер открытой интервенции и начинается с осады поляками Смоленска в 1609 году. В ходе реферата я попытаюсь это доказать.        

           Всю использованную литературу  я классифицировала по следующему  принципу.

           К первой группе работ я отнесла труды русских историков: В.Д.Сиповского², Г.Вернадского³ и А.О.Ишимовой⁴.

          Все они, рассматривая Польско-Шведскую интервенцию, уделят внимание личностям Лжедмитрия I, Василия Шуйского, Лжедмитрия II, роли в борьбе с интервентами Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского. Но если ни один из представленных авторов не сомневается в огромной роли последних в победе русского народа, то, например, к Лжедмитрию первому просматривается различие во мнениях. Так В.Д.Сиповский называет его талантливым и ревностным политиком, «который не затрудняясь, без особого труда объяснял и решал возникающие проблемы…». Автор считает, что этот царь много чего сделал для государства Российского⁵. А А.О.Ишимова называет его «притворным царем, потому что он никогда не любил русских и, во всяком случае, предпочитал их полякам…»⁶. Отсюда делает вывод, что Лжедмитрий принес больше вреда, чем пользы. Но ни А.О.Ишимова, ни В.Д.Сиповский не говорят о том, что уже период его правления можно считать началом интервенции. Историки отметили агрессивный характер интервенции, во многом связав ее с внутриполитической борьбой и личными качествами Василия Шуйского. Оба автора согласны в том, что иностранное вмешательство способствовало гражданско-духовному объединению русского народа.

              А Г. Вернадский, рассматривая основы победы над интервентами, использует термин «вертикальная солидарность»⁷. Под ней автор понимает духовное сближение всех слоев населения независимо от их социального статуса и материального положения. Историк считает, что вертикальная солидарность характерна для периодов, связанных с внешней опасностью, т.е. угрозой потери независимости своего Отечества⁸. Автор реферата согласен с данной позицией.

            Ко второй группе работ я отнесла труды российских и советских историков: А.Н.Сахарова и В.И.Буганова⁹, С.Г.Пушкарева¹⁰, Н.И.Павленко и И.Л.Андреева¹¹, А.В.Шишова¹². Эти авторы последовательно излагают историю интервенции, выявляют причины заговоров против Бориса Годунова и Василия Шуйского, говорят о деятельности руководителей народного ополчения Минина и Пожарского. Все названные историки указывают на то, что в процессе национального выживания огромную роль сыграла и Русская православная церковь, которая вкупе с национальным осознанием всеобщей беды помогла народу объединиться, определив первостепенные задачи на тот день, уведя определенные слои населения от решения своих сугубо экономических и политических проблем.

           В итоге, все указанные мною  авторы считают  Польско-Шведскую  интервенцию 1609-1612 гг. порождением серьезного кризиса, который проник во все сферы общественной жизни Русского государства в начале XVII века.

           Изученная литература позволяет  мне выдвинуть гипотезу: Польско-Шведская интервенция 1609-1612 гг.  чуть не приведшая к потере Россией независимости, сама же и явилась катализатором, ускорившим процесс выхода Российского общества из глубочайшего политического кризиса. Также я считаю, что казачество, как особая социальная прослойка русского общества, выступая под знаменами Лжедмитрия I и Лжедмитрия II, усилила борьбу между представителями высшего сословия за более привилегированное положение в обществе, тем самым ускорило начало открытой интервенции Польши и Швеции.

В связи  с выше изложенным, автор ставит следующую цель реферата: показать Польско-Шведскую интервенцию как первооснову для  проявления вертикальной солидарности русского народа в ходе борьбы с интервентами, а также роли К.Минина и Д.Пожарского в освобождении страны от интервентов.       

   Задачами реферата являются:

1. Изучение литературы по данному вопросу;
2. Сопоставление точек зрения разных историков;
3. Представление собственного мнения.

Автор реферата использовал методы анализа, сопоставления и описания. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Основная  часть: Польско-Шведская интервенция 1609-1612 гг.

§ 1. Начало открытой интервенции и первое народное ополчение.

             В начале параграфа считаю возможным представить собственное мнение о том, что в Польской интервенции Смутного времени я прослеживаю два периода: период скрытой, «анонимной» интервенции и интервенции открытой. Первая, на мой взгляд, началась с прихода в Москву Лжедмитрия I, то есть в 1605 году.  В качестве довода приведу точку зрения  историков А.Н.Сахарова и В.И.Буганова, в которой я сомневаться не смею. За именем Лжедмитрия первого «…как тогда считали многие, скрывался мелкий дворянин из Галича, ставший после скитаний монахом, послушником у патриарха Иова в Москве – Григорий Отрепьев . Бежав в Польшу, он принял имя покойного царевича и заявил права на престол государей московских. Его поддержали польский король Сигизмунд, магнаты, шляхта и католическое духовенство, мечтавшие о русских землях и иных богатствах. Папский посол Рангони благословил «царевича», тайно принявшего католичество. Папский Рим надеялся  провести в Россию унию католичества и православия, подчинить ее своему влиянию»¹³.                                    

 Таким  образом, авторы четко называют  мотивы повышенного интереса к России со  стороны Польши и католической церкви уже в самом начале кризиса династического. Это территориальные притязания польской щляхты и духовная власть католической церкви. Налицо скрытая экономическая и идеологическая интервенция.

                Кроме того, историки особое внимание  уделяют и чертам характера  самого Григория Отрепьева, которые  очень удовлетворяли и поляков, и Папу Римского. «Человек беспокойный и одаренный по натуре, «царевич» был одержим мечтами о власти, славе, богатстве»¹⁴. Все складывалось как нельзя хорошо. Также я считаю, что стремления Григория Отрепьева подогревались и польскими авантюристами, в частности, Мариной Мнишек, дочерью сандомировского воеводы Юрия Мнишека (выходца из Чехии), в которую он влюбился. «Царевич» обручился с ней, обещая ее отцу, своему тестю, русские земли, деньги и привилегии. Ну чем ни интервенция, хоть и  не открытая? В данный период поляки при поддержке католической церкви использовали Григория Отрепьева как инструмент для вмешательства во внутренние дела России.

               Таким образом, выше изложенное, считаю аргументом в пользу  точки зрения, что интервенция со стороны Польши началась задолго до 1609 года, только носила скрытый, «анонимный» характер. Хоть историки Н.И.Павленко и И.Л.Андреев не называют правление Лжедмитрия I интервенцией, но употребляют к этому периоду термин «авантюра»¹⁵.

             Можно считать, что открытая интервенция началась осенью 1609 года, когда армия Сигизмунда III появилась под Смоленском, хотя польский король все еще оставался верным Василию Шуйскому.  Встает вопрос: что же явилось поводом для того, чтобы поляки открыто выступила против России?

              Наверное, нужно начать с поражения  И.Болотникова в гражданской войне  1606-1607 гг. (до 1608 г. выступление продолжалось  на Урале). Потому что поражение  не стало для Шуйского торжеством, ибо вскоре появился новый  центр притяжения оппозиционных сил в лице Лжедмитрия II. Следует отметить, что Лжедмитрий II появился в городе Стародубе, который находился на границе Речи Посполитой и России. Сие есть немаловажный факт. Вокруг нового самозванца объединились чрезвычайно разнообразные силы, среди которых особую роль играли так называемые «рокошане» - участники выступления против польского короля. Для них это была новая авантюра, в ходе которой они надеялись на богатое от Лжедмитрия II вознаграждение. К нему также примкнули польские отряды Лисовского, гетмана Ружинского и позднее - гетмана Сапеги. Сюда же потянулись и русские силы: разбитые отряды Болотникова, «вольное казачество» во главе с Иваном Заруцким, все недовольные Василием Шуйским. Вскоре появился лагерь их в селе Тушино. Власть Лжедмитрия II распространилась вскоре на значительную территорию. По сути, в стране установилось своеобразное двоевластие: две столицы – Москва и Тушино, два государя – Василий Иванович и Дмитрий Иванович, два патриарха – Гермоген и Филарет, которого силой привезли в Тушино и «нарекли» патриархом. На мой взгляд, в этот период проявляется нравственное оскуднение общества, когда дворяне по нескольку раз переходили из одного лагеря в другой ради получения наград и сохранения за собой нажитого при любом исходе дела.

Начавшиеся  военные действия привели к разорению  и потерям. В 1609 году гетман Сапега осадил Троице-Сергиев монастырь. Его оборона  способствовала укреплению национального  чувства и сильно повредила самозванцу, покровителю поляков- разорителей православных святынь.

              В этой ситуации царь Василий Шуйский более полагался не на патриотические чувства, а на реальную силу. Так он в 1609 году заключает договор со Швецией, по которому в обмен на уступленную Корельскую волость шведы оказывали военную помощь московскому государю.

На  мой взгляд, данная практика принесла Василию Шуйскому больше минусов, чем  плюсов. Во-первых, данный договор нарушал  прежнее соглашение с поляками¹⁶ и давал Сигизмунду III повод для открытого вмешательства в московские дела  и преодоления внутренней оппозиции, препятствующей войне на Востоке. Кстати, Сигизмунд и воспользовался ситуацией «всеобщей шатости», заявив, что под Смоленск пришел «ради прекращения междоусобия и смуты»¹⁷. Во-вторых, в этих условиях полякам уже не нужен был Лжедмитрий II, с которым они перестали считаться, и ряды повстанцев стали переходить на сторону польского короля. Что также не улучшило положение московского царя. Несмотря на героическую оборону Смоленска от поляков, возглавляемую воеводой боярином М.Б.Шеиным и длившуюся в течение 21 месяца, поляки не отказались от своих планов. Так началась Польская открытая интервенция.

             А в феврале 1610 года русские тушинцы во главе с М.Г.Салтыковым заключили под Смоленском с Сигизмундом соглашение о призвании сына его, королевича Владислава на московский престол. Авторы договора стремились сохранить основы русского строя жизни: Владислав должен был блюсти православие, прежний административный порядок и сословное устройство. Власть королевича ограничивалась Боярской Думой и даже Земским Собором. Ряд статей должен был защитить интересы русского дворянства и боярства от проникновения «панов». Примечательно, что тушинцы оговорили право выезда для науки в христианские земли. Договор был шагом в конституировании прав господствующих сословий по польскому образцу. Я уверена, что главным вопросом для русских тушинцев был вероисповедальный вопрос. Они настаивали на принятии Владиславом православия, а Сигизмунд был категорически против, т.к. мечтал о династической унии Речи Посполитой и России.

              В апреле 1610 года скоропостижно  скончался князь М.Скопин-Шуйский.  Ходили слухи, что его отравил  брат бездетного царя – Д.Шуйский.  Эта смерть губительно сказалась  на Шуйских вообще, т.к. они  лишились единственной близкой им личности, которая могла бы сплотить все слои русского общества.

            В июне 1610 года гетман Жолкевский  поразил царские войска под  командованием, как считают Н.И.Павленко  и И.Л.Андреев, «бездарного Д.Шуйского…»¹⁸ у села Клушино близ Можайска. Сражение не отличалось упорством: иноземцы изменили, русские не собирались стоять насмерть за Василия Шуйского. В этой ситуации Жолкевский двинулся на Москву. В это же время из Калуги на Москву двигался и Лжедмитрий II. Он, как известно, обратился к жителям с призывом открыть ворота «природному государю»¹⁹.

            17 июля 1610 года бояре и дворяне  во главе с Захарием Ляпуновым   свергли Василия Шуйского с  престола. А 19 июля, чтобы избежать  реставрацию власти Шуйского, он  был насильственно пострижен в монахи. Примечателен тот факт, что заговорщики так объясняли низвержение Шуйского: «…на Московском государьстве не любят… и служити ему не хотят, и кровь междоусобная льется многое время…»²⁰. Они же, заговорщики, обещали выбрать государя «всею землею, сослався со всеми городы…»²¹. Смею заметить, что заговорщики извлекли из периода правления Шуйского хороший урок. Ведь, как известно, царь не имел поддержки многих городов и земель, поэтому и обещали избрать нового царя, который бы удовлетворял всех. А до выборов власть переходила к правительству из семи бояр, так называемой «Семибоярщине».

           Следует обратить внимание на  тот факт, что заговорщики, выступая  против Шуйского, надеялись, что  окружение Лжедмитрия II поступит с ним точно так же. Русские и поляки договорились о том, что убрав эти две одиозные фигуры, удастся преодолеть рознь. Однако сторонники самозванца своего обещания не выполнили. Лжедмитрий II продолжал угрожать захватом Москвы, анархией и переменами в составе правящих лиц и социальных групп. В этих условиях, не имея реальной силы, «Семибоярщина» искала стабильности. И нашла ее, заключив договор о призвании королевича Владислава на русский престол²². Договор во многом повторял соглашение, заключенное ранее русскими тушинцами. Но если там вероисповедальный вопрос оставался открытым, то Москва теперь присягала новому государю с обязательным условием, что «…ему, государю, быть в нашей православной вере греческого закона…»²³.  Договор позволил боярам ввести польские войска в Москву, а Лжедмитрий II вместе с «вольными казаками» Заруцкого отступил к Калуге.

            О том, как вели себя поляки  в Москве, сходятся во мнениях  все представленные мною историки. Вели они себя как завоеватели,  надменно, хамовито, не стеснялись  открыто заявлять о своих намерениях. Королевич Владислав не появлялся. От его имени правил наместник Александр Гонсевский, который опирался на узкий круг русских бояр. Нарушались статьи августовского договора, продолжалась осада Смоленска. Для урегулирования ситуации было отправлено великое посольство в королевский лагерь для переговоров, которые, как известно, зашли в тупик. Сигизмунд отказывался снимать осаду Смоленска и отпускать 15-летнего Владислава в Москву. Неизменной оставалась его позиция и по поводу принятия Владиславом православия. Более того, скоро стало известно о тайном намерении короля самому взойти на русский престол. Ситуация не разрешилась, а только усугубилась с арестом русских послов по приказу Сигизмунда.

            Страна оказалась на краю гибели. Во-первых, общество было расколото  на враждебные лагеря. Во-вторых, преобладали рознь и сословный  эгоизм. В-третьих, в Москве стоял  польский гарнизон, а страной  управляло марионеточное правительство.  И, в-четвертых, свержение Василия Шуйского развязало руки Карлу IX, противнику Сигизмунда, и шведы оккупировали значительную часть северо-запада России.

            На мой взгляд, в это трагическое  время огромную роль сыграли  церковь и церковные деятели.  В частности, патриарх Гермоген, а позднее настоятель Троице-Сергиева монастыря Дионисий. Именно Гермоген возглавил религиозно-национальные силы и освободил подданных от присяги Владиславу, призвал к сопротивлению. Именно церковь дала национально-освободительному движению национальную идею – защиту православия и восстановление православного царства. Вокруг этой идеи консолидируются здоровые силы общества. Возникает мысль о созыве всенародного ополчения. Отряды вольных казаков И. Заруцкого и князя Д.Трубецкого присоединились к дворянским отрядам П.Ляпунова и образовали Первое ополчение.

            Весной 1611 года ополчение осадило  Москву, заняв часть города. А  накануне здесь вспыхнуло восстание,  активным участником которого  был Дмитрий Пожарский. Там  его ранили, и он был вывезен в свою нижегородскую вотчину. Не имея сил, поляки полностью выжгли посад. 

         Ополчение создало высший временный  орган власти страны – Совет  всей земли. Но действовал он, по мнению Г.Вернадского, нерешительно, был скован внутренними разногласиями и взаимными подозрениями²⁴. Казаки плохо ладили с дворянами, последние казаков опасались, видя в казачьих станицах пристанища для беглых, а в самих казаках – соперников по службе.

          В данной ситуации Ляпунов  хотел навести порядок силой  и расправился с несколькими казаками. 22 июля 1611 года Ляпунов был вызван на казачий круг и убит. Со смертью Ляпунова первое ополчение распалось. Дворяне покинули подмосковный лагерь. Казаки продолжили осаду, но их силы были малы, чтобы справиться с польским гарнизоном. Эти события совпали с падением Смоленска в начале июня 1611 года. Сигизмунд открыто заявил о своем намерении сесть на московский престол. Шведы также активизировались. 16 июля они захватили Новгород, власти которого пошли на соглашение с Карлом IX, предусматривавшее избрание царем его сына Карла-Филиппа. Россия снова оказалась на краю гибели. Доказательством этого может служить то, что самым популярным публицистическим жанром  того времени были «плачи» о погибели Русской земли.

В заключение первого параграфа смею подвести первые итоги:

1. К периоду правления Лжедмитрия I, на мой взгляд, все же больше подходит понятие «скрытая интервенция», а не «авантюра»;
2. Непризнание власти Василия Шуйского многими городами и землями усиливало политический кризис внутри государства, все больше раскалывая русское общество. Он не смог стать силой, способной его консолидировать. А соглашательская политика с поляками и шведами привела к логическому ее завершению – открытой интервенции;
3. Представителей высшего сословия – бояр и дворян – в этот период больше всего интересовала не судьба Отечества, а собственное социальное положение и материальное благополучие;
4. В национальном объединении русского народа огромную роль сыграла Русская православная церковь и ее деятели – патриарх Гермоген и настоятель Дионисий;
5. Казачество начинает быть значительной социальной силой;
6. Поведение поляков, шведов и русских бояр и дворян в нашей стране способствовало созданию первого народного ополчения, в котором были представлены различные слои русского общества, но особую роль в нем сыграли «люди земские» и казаки. Начинается патриотический подъем.

§ 2. Второе народное ополчение  и освобождение Москвы

          После распада первого ополчения,  земщина вновь показала способность к возрождению. В провинциальных городах начинается движение за организацию второго ополчения. Осенью 1611 года староста нижегородского посада Кузьма Минин обратился с призывом «…пожертвовать всем ради освобождения России…»²⁵. Под его началом городской совет стал собирать средства для призыва ратных людей. В истории создания второго ополчения было всякое. Но самое поразительное, на мой взгляд, это патриотический порыв, готовность к самопожертвованию, охватившие массы. Был избран и воевода, отличавшийся «крепкостоянием и внутренней честностью»²⁶ - Дмитрий Пожарский. Последний вместе с «выборным человеком» Кузьмой Мининым возглавил новый Совет всей земли²⁷.

          Второе ополчение не сразу  выступило к Москве. Поднявшись  вверх по Волге, оно более  четырех месяцев простояло в Ярославле, завершая организацию правительства и основных приказов. Это необходимо было, чтобы, во-первых, опираясь на менее разоренные северные города, собраться с силами и средствами и, во-вторых, договориться с «вольными казаками». Судьба Ляпунова была еще слишком памятна, чтобы игнорировать важность подобной акции. Сей факт красноречиво подтверждает мое мнение о том, что казачество становится реальной силой в государстве.

        Между тем в подмосковных войсках  произошел раскол. Честолюбивый И. Заруцкий, мечтавший о самостоятельной роли, ушел со своими сторонниками в Коломну, где находились Марина Мнишек и ее сын от Лжедмитрия II, Иван-«ворёнок», по определению современников. Имя Ивана Дмитриевича, «законного» наследника престола, давало Заруцкому желаемую свободу действий и независимость.

        Оставшаяся часть вольного казачества  одно время присягнула очередному  Лжедмитрию III, который объявился в Пскове. Однако самозванческая идея сильно скомпрометировала себя, и казаки скоро отступили от «псковского вора».

           В августе 1612 года второе ополчение пришло под Москву. Уже в сентябре подмосковные воеводы договорились Москву «доступать» вместе и «Российскому государству во всем добра хотеть безо всякой хитрости»²⁸. Было образовано единое правительство, выступавшее отныне от имени обоих воевод, князей Трубецкого и Пожарского.

           Еще до этого, в 20-х числах августа, ополченцы отразили попытку гетмана Хоткевича освободить осажденный польский гарнизон. Однако поляки упорствовали. Их всякий раз отбрасывали ополченцы Пожарского-Минина и отряды Трубецкого – то западнее Боровицких ворот, то у Донского монастыря. Не стяжав успеха, потеряв много людей и возов с продовольствием, гетман ушел из-под Москвы.  Им было жалко расставаться с богатой добычей, награбленной в Москве. Сильно они надеялись на помощь короля. Но в это время Сигизмунд столкнулся с целым рядом трудностей: шляхта, в частности, опасалась самодержавных устремлений короля, усиленных ресурсами Москвы, ограничивала его силы. Сигизмунд вынужден был отступить. Польские и литовские люди изнемогали. Но осада и схватки продолжались. 22 октября был взят Китай-город. В кремле начался голод, и осажденные 26 октября 1612 года  капитулировали.  Ополченцы торжественно вступили в Москву – сердце всей России, которая была освобождена усилиями народа, проявивший в тяжелый час для России выдержку, стойкость, мужество, спас от национальной катастрофы свою страну.

        «Совет всея земли» созвал  представителей разных сословий  населения на Земской собор (А.Н.Сахаров и Б.И.Буганов называют духовенство, боярство, дворянство, посадских людей, казачество, черносошных крестьян²⁹). В январе 1613 года он избрал царем молодого Михаила Федоровича Романова – сына тушинского патриарха Филарета, в миру – боярина Федора Никитича Романова, родственника по женской линии царей Ивана Грозного и Федора Ивановича. Избрание царя означало возрождение страны, ограждение ее суверенитета, самостоятельности и самобытности.