Понятие движения

Введение

Вселенная, говорит английский астроном Д.Джинс, живет своей жизнью и идет по дороге от рождения к смерти так же, как и все мы; наука не знает другого изменения, кроме перехода к старости. Мы видим, что звезды беспрестанно растворяются в радиации так же вечно и непрерывно, как ледяная гора тает в теплом море. Солнце сейчас весит на много биллионов тонн меньше, чем это было месяц назад. Не только количество вещества уменьшается во вселенной, но и то, что осталось, непрерывно разбегается в ледяной холод пространства с колоссальной и зловеще увеличивающейся скоростью.

Мир находится  в постоянном движении: у него нет  «выходных дней», он никогда не «устает». Миллиарды звезд, которыми мы любуемся в ясную ночь, и которые кажутся не подвижными, движутся сложным образом с колоссальными скоростями. Вместе со своими спутниками, вращающимися вокруг них, они вращаются вокруг своей оси и участвуют во вращении всей Галактики вокруг ее оси.

 Движение  многообразно. В организмах животных  и людей совершаются сложные  физиологические процессы. Сердце, толкая кровь по сосудам, бьется, не переставая ни на одну  минуту… И так всю жизнь. В обществе все время происходит развитие и обновление экономики, политики, культуры, трудовой и познавательной деятельности людей. [1, с.272]

Актуальность  данной темы никогда не выйдет из моды, движение происходит всегда и везде. Существование не возможно без движения, а эволюция без развития.

Автор реферата ставит перед собой цель: понять, что же такое движение с точки зрения философии.

Задачами  реферата являются: понятие движения, формы движения, понятие развития и его формы.

В данной работе автор пользовался литературой  библиотеки БрГУ, в частности учебником философии Спиркина А.Г. и электронными ресурсами.

1. Понятие движения

Движение - это способ существования материи, оно абсолютно и противоречиво, существует в различных формах, взаимодействующих друг с другом. Существование любого материального объекта возможно только благодаря взаимодействию образующих его элементов. Но кроме внутреннего взаимодействия между элементами и частями целого происходит и взаимодействие объектов с внешним окружением. Взаимодействие приводит к изменению свойств, отношений, состояний объекта. Изменение обозначается в философии понятием движения. 
В истории философии постоянно поднимался вопрос, является ли движение атрибутом, т.е. всеобщим, неотъемлемым, универсальным свойством материи или только ее модусом, т.е. частным свойством, которое может быть, а может и не быть. Истоки диалектического понимания движения восходят к Гераклиту, который в образной форме выразил мысль о том, что материальная первооснова постоянно тождественна себе и в то же время находится в состоянии постоянного изменения. Античная философия в лице Гераклита и Эпикура обнаружила источник всякого движения в противоречивости внутренних процессов. 
В то же время трудности постижения процесса движения в логике понятий посредством логического доказательства привели античного философа и математика Зенона к формулированию апорий, трудноразрешимых проблем, которые, в противовес чувственным впечатлениям, заставляли усомниться в движении как в атрибуте материи. 
Мыслители эпохи Возрождения были уверены, что всякое бытие, от Вселенной до мельчайших частиц, приводится в движение присущей ему душой. Преимущественное развитие механики в XVII - XVIII вв. привело к тому, что движение стали рассматривать только как механическое движение, т.е. простое пространственное перемещение. Ограниченность метафизических представлений была связана с отношением к движению как модусу с убеждением в необходимости первотолчка. 
Философы-материалисты XVIII в., такие как Д. Толанд и Д. Дидро признавали движение атрибутом материи и понимали его как всеобщую внутреннюю активность.

В современной философии понятие движения истолковывается в широком смысле как представление о любом изменении. 
Движение характеризуется такими признаками, как всеобщность, универсальность, противоречивость, атрибутивность, абсолютность и непрерывность. Одни видят основное противоречие в возникновении и уничтожении, другие - в противоречии пространства и времени, третьи - в противоречии устойчивости и изменчивости. 
Процессы, связанные с преобразованием качества предметов, с появлением новых качественных состояний, которые как бы развертывают потенциальные возможности, скрытые и неразвернутые в предшествующих качественных состояниях, характеризуются как развитие. "Понятие развития, - отмечал Вл. Соловьев, - с начала настоящего (т.е. XVIII) столетия вошло не только в науку, но и в обиходное мышление". 
Выделяются две разновидности процессов развития. Первая разновидность - это процессы качественных превращений, не выходящие за рамки соответствующего вида материи, определенного вида ее организации. Вторая разновидность - это процессы перехода от одного уровня к другому. 
Развитие также подразделяется на прогресс, при котором имеет место усложнение структуры, повышение уровня организации предмета или явления, и регресс, когда движение происходит в обратном направлении, от более совершенных и развитых форм к менее совершенным.[2]

2. Формы движения с точки зрения материализма

Изменения, происходящие в окружающем нас мире, имеют различное содержание и  форму. Их содержание определяется видом  материи, свойствами тех или иных материальных объектов и процессов. Форма же зависит от характера  взаимодействия этих объектов и процессов  и тех превращений, которые происходят с ними. Поэтому каждому виду материи  соответствуют более или менее  определенные формы движения.

Ф. Энгельс сто лет назад в соответствии с современным ему уровнем развития науки выделял шесть форм движения материи. Механическую форму движения он связывал с перемещением и взаимодействием в пространстве твердых, газообразных и жидких тел. Физическая форма движения охватывала взаимодействие молекул и электромагнитные процессы, распространение и превращение тепловой энергии и т. п. Химическая форма охватывала процессы образования молекул из атомов и превращения одних химических веществ в другие, биологическая — все виды жизнедеятельности растительных и животных организмов. Социальная форма движения рассматривалась как совокупность всех видов общественной деятельности человека. Мышление также признавалось особой формой движения материи, хотя само по себе мышление не материально, а идеально. Рассматривая мышление как форму движения материи, Ф. Энгельс имел в виду, что оно возникает в результате взаимодействия вполне материального мозга, нервной системы со столь же материальным окружающим миром.

За прошедшие  сто лет в научных представлениях о строении мира произошли гигантские изменения. Мы знаем теперь множество новых форм движения материи, связанных с внутриатомными процессами, с взаимодействием кварков, разнообразных физических полей и элементарных частиц, а также с другими видами материи, возникающими на стыке живой и неживой природы, в сложных космических процессах и т. д. Научные представления о новых видах материи и формах их движения будут рождаться постоянно. Поэтому вопрос о том, сколько форм движения материи существует и каковы эти формы, получает каждый раз новый ответ в зависимости от достигнутого уровня научного познания мира. С философской же точки зрения следует отметить исключительную важность самой идеи Ф. Энгельса о том, что в процессе развития материального мира возникают новые виды материальных объектов и процессов, то есть новые виды материи, а следовательно, и новые формы движения. Более сложным объектам и процессам соответствует и более сложная форма их движения. Чем сложнее данный вид материи, тем разнообразнее формы движения, в которых она одновременно находится. Так, живые организмы сложнее любого физического образования, состоящего из молекул, кристаллов и т. п. Им присуща биологическая форма движения, но вместе с тем они подчиняются и физическим законам, например законам притяжения, и химическим законам, которые управляют соединением молекул, образующих органы животных или растений и т. д. Человек включен в общественную форму движения, но одновременно — как живое существо — и в биологическую форму движения и т. д. Точно так же планеты Солнечной системы включены в особые планетарные формы движения (например, Земля — в геологическую). Вместе с тем они представляют собой очень сложные системы, части и элементы которых включены в физическую, химическую и другие формы движения.

Высшие, более сложные формы движения включают в себя более простые  формы, сложившиеся на предшествующих ступенях развития. При этом более  сложные формы нельзя свести к  более простым. Так, общество как особую форму движения нельзя свести к биологической форме движения. Попытка такого сведения означала бы разрушение общества и превращение людей в животных. Каждой форме движения материи соответствуют свои особые объективные законы. Как нельзя свести более сложные формы движения материи к более простым, так и законы более сложных форм движения нельзя свести к законам более простых форм. Однако было бы неверно думать, что между этими законами нет внутренней связи. Такая связь возникает в процессе развития, и ее изучение является важной задачей марксистской диалектики. Движение происходит во времени и пространстве. Поэтому дальнейшее обсуждение вопроса о материи и законах движения и развития требует ответа на очень важный для науки, философии вопрос, что такое время и пространство.[3]

В окружающей действительности можно выделить 5 основных форм движения материи (Энгельс), которые соответствуют  уровням организации материи:

1. механическая форма  (перемещение макротел в пространстве)

2. физическая (тепловые процессы, магнитные взаимодействия)

3. химическая (взаимодействия между атомами)

4. биологическая (органическая  жизнь, обмен веществ, процесс  функционирования живой клетки)

5. социальная или общественная (любые общественные процессы, любая  практическая деятельность людей).

Особым типом движения является развитие. Свойства развития:

- всеобщность (развитие существует на всех уровнях организации материи)

- необратимость (развитие связано с появлением в системе новых элементов или нового способа связи ее частей, что делает невозможным возврат объекта в исходное состояние)

- направленность (протекание процесса по восходящей или нисходящей ветви развития: прогресс, регресс, одноплоскостное развитие. Прогрессивное развитие – усложнение существующей организации, ее преобразование на более высокую ступень развития. Одноплоскостное развитие связано с сохранением существующей организации без существенного ее изменения. Регресс – обратное движение, понижение сложившегося уровня организации, возврат к ранее существующим уровням, утрата способности выполнять определенные функции).

В ходе исторического развития развивались различные теоретические  модели:

- эволюционная (в двух вариантах 1) всеобщая постепенная эволюция и 2) вариант творческой эменджентной эволюции)

Первый вариант обозначил  Спенсер. В его концепции развитие распространяется от неорганического до социального и нравственного. Творческая эволюция вырабатывалась Уайтхедом и Бергсоном: жизнь – могучий поток творческого формирования, который превращается по мере ослабления напряжения в нечто неодушевленное – материю.[4]

3. Движение с точки зрения энергетизма

Противоположную материализму позицию занимает энергетизм, выдвинутой немецким ученым В. Оставальдом. В своей теории В. Оставальд пытался свести материю и движение к энергии (отсюда и произошло название теории энергетизма). Как известно, энергия - это физическая мера движения. В. Оставальд же объявляет энергией все, что существует в мире. Следовательно, и материя, и сознание, и познание - все это энергия, а следовательно материя и сознание являются производными от энергии и движения. Современная форма энергетизма (неоэнергетизм) связана с попытками доказательства - процесса превращения материи в энергию на основе известного закона соотношения массы и энергии А.Эйнштейна Е =mс²  (здесь Е - энергия, m - масса, с - скорость света в вакууме). Однако эти попытки оказались несостоятельными, как в физическом, так и в философском отношении. С физической точки зрения эта формула отражает пропорциональность взаимосвязи массы вещества и энергии ее межатомных связей и коэффициентом этой пропорциональности является квадрат скорости света в вакууме). С философской же точки зрения она лишь подтверждает, что вещи, имеющие массу покоя, объективно существуют. Более того, они находятся в связи со столь же объективно существующими полями, не имеющими массы покоя (электрическими, магнитными, лептонными, микролептонными и т. п.). И, наконец, эта формула, подтверждает принципиальное положение материалистической философии о возможности превращения всего во всё, а том числе и вещества в поле.                           Движение обладает целым рядом важнейших свойств. Во-первых, движению

свойственна объективность, т. е. независимость его существования от сознания человека. Иными словами, материя сама по себе имеет причину своих изменений. Отсюда следует положение и о бесконечности взаимопревращений материи. Во-вторых, движению свойственна всеобщность. Это означает, что любые явления в мире подвержены движению как способу существования материи (нет объектов лишенных движения). Это означает также и то, что само содержание материальных объектов во всех своих моментах в отношениях определяется движением,

выражает его конкретные формы (и проявления). В-третьих, движению свойственны несотворимость и неуничтожимость. Последовательный философский материализм отвергает какое-либо рассуждение о начале или конце движения. Известно, например, что И. Ньютон допускал возможность божественного толчка. а немецкий философ Е. Дюринг считал, что движение возникает из покоя через так называемый мост постепенности. В явной или не явной форме в данном случае проводится мысль о некоем начале (исходе) движения. Такая позиция критикуется материалистами. Последовательно это защищает диалектический материализм. Утверждая принцип самодвижения материи, диалектики-материалисты одновременно, раскрывают и его механизм. По их мнению (а оно подтверждается опытом человечества и данными естественных наук) движение есть результат борьбы объективно существующих противоположностей. Это, например, действие и противодействие в механическом движении, более высокая и более низкая температура (энергия) - в тепловом движении, положительный и отрицательный заряд - в электричестве, полярные интересы  людей и их различных объединений - в общественном развитии. В-четвертых, движению свойственна абсолютность. Признавая всеобщий характер движения, философский материализм не отвергает существования в мире устойчивости, покоя. Однако последовательный философский материализм подчеркивает относительный характер таких состояний материальных объектов. Это означает, что абсолютная природа движения реализуется всегда только в определенных, локально и исторически ограниченных, зависимых от конкретных условий, переходящих и, в этом смысле, относительных его видах. Именно поэтому можно сказать, что всякий покой (или устойчивость) – это момент движения, поскольку он преходящ, временен, относителен. Покой – это как бы движение в равновесии, поскольку покой включен в совокупное движение, и он снимается этим абсолютным движением. Следовательно, о покое как некотором равновесии, моменте движения можно говорить лишь по отношению к определенной точке отсчета. Так, например, можно видеть, что любой возраст человека, (допустим 18 лет) - это фиксированный момент в его постоянном изменении, движении связан с определенной устойчивостью, покоем временного состояния некоторых свойств его натуры по сравнению, скажем, с 17-летием и 19-летием.[5]

4. Развитие

РАЗВИТИЕ - характеристика качественных изменений  объектов, появления новых форм бытия, инноваций и нововведений и сопряженная  с преобразованием их внутренних и внешних связей. Выражая прежде всего процессы изменений, развитие предполагает сохранение (системного) качества развивающихся объектов. Концепции развития тесно связаны с пониманием процессуальности и исторической изменчивости систем и явлений. В социологии первоначальное осознание прецессуальности было связано с введенным Контом соотношением социальной статики и социальной динамики, а осознание историчности - с разработкой Марксом гегелевского принципа единства логического и исторического. Причем изначально эти две установки практически никак концептуально не соотносились между собой, а наоборот, чаще противопоставлялись друг другу. Само общество описывалось при этом в различных концептуальных моделях, вводивших свои понимания идеи: организмической (линия Спенсера, в которой уже разделялась структура как строение (форма) целого, и функция - как способы деятельности и трансформации целого); системной (линия Дюркгейма с двумя продолжениями: функциональным императивизмом Парсонса и функциональным структурализмом Мертона); системно-процессуальной (линия Сорокина, введшего представление о процессе как любом виде модификаций и трансформаций, касающихся как количественных, так и качественных параметров объекта или системы); альтернативных (по отношению к предыдущим) моделях (линия символического интеракционизма (нет социальных структур, есть структуры взаимодействия), линия Бурдье (анализ взаимодействующих социокультурных полей); цивилизационной (линия Тойнби и Шпенглера) - локализация разных типов Р. в самодостаточных социокультурных целостностях); стадиальной (линия Маркса – развитие как смена способов производства, конституирующих особые целостности - общественно-экономические формации). Проблема развития связывается в этих моделях с: цикличностью или направленностью (линеарной или нелинеарной) процессуальных изменений; их одно- или многовекторностью (факторностью в "теории факторов"); их однозначной (естественноисторической) предзаданностью или возможностью альтернатив; с эволюционным или скачкообразным (революционным) характером социокультурных изменений; с мерой их "искусственности" (организуемости) и "естественности". Все эти дихотомии синтезируются в основополагающей проблеме любой теории Р. - критериях оценки качества изменений (дополнительная задача - понимание самого этого качества). Часть моделей связывает Р. с идеей прогресса - эволюционным или революционным, линеарным или нелинеарным приращением качества. Это порождает проблемы: выбора критериев (прогресс разума, технический прогресс и т.п.); обоснования их безусловности и "нулевой" (исходной) точки отсчета; применимости за пределами рассматриваемой области (есть ли прогресс техники, например, одновременно и прогресс нравственности и т.д.); определения временной (достаточно длительной) перспективы, позволяющей увидеть "последствия" Р.; универсальности данного типа Р. для иных социокультурных систем и т.д. Таким образом, понятие прогресса оказывается выходящим за пределы рационального обоснования и фундирующим идеологические концепции. Другая часть моделей пытается избегать отождествления Р. с прогрессом и задавать формальные основания Р. и критерии его оценки, что позволяет выделять в процессах Р. как наращивание, так и потерю качества, которое важно удержать в социокультурной системе для поддержания ее идентичности и целостности. Тогда Р. во многом отождествляется с процессуальной изменчивостью и противопоставляется фазам консервации и (или) стагнации социокультурных целостностей, связанных, как правило, с их переструктурацией функциональным и (или) смысловым переопределением, меняющим вектора изменений. . Одна из первых попыток задания формальных критериев Р., нашедшая в дальнейшем широкую поддержку и породившая целый ряд переинтерпретаций, связана с идеей Спенсера о Р. как усложнении элементного состава и дифференциации структур и функций, организации взаимодействия и отношений между людьми. В этом же смысле можно трактовать идею Поппера об открытых и закрытых типах обществ, что предполагает разные критерии Р. в закрытых и открытых социокультурных системах и задает общую линию изменений - от структур закрытого типа к открытым. Это позволяет обосновывать формальные требования, которым должна удовлетворять система открытого типа и класть их в основу конкретных анализов и программных проектов Р. Культурология конца 20 в. активно разрабатывает дополнительную к формальному типу задания понятия развития идею полифоничности и многомерности развития, а также его разнотипности в традиционных и нетрадиционных обществах.[6]

5. Прогресс и регресс

Прогресс  и регресс (лат. progressus — движение вперёд и regressus — возвращение) — наиболее общие, противоположные по своим характеристикам, разнонаправленные и вместе с тем неотделимые друг от друга, диалектически взаимосвязанные тенденции развития. Прогресс — тип (направление) развития сложных систем, для которого характерен переход от низшего к высшему, от простого к сложному, от менее совершенного к более совершенному в отличие от регресса как движения вспять, назад (от более высоких и совершенных форм к низшим и менее совершенным).

Первоначально понятия прогресса и регресса применялись почти исключительно  в рамках философского осмысления проблемы направленности общественного развития и носили сильно выраженный отпечаток  человеческих ориентации и предпочтений (мера реализации в общественной жизни  различных исторических эпох идеалов  равенства, социальной справедливости, свободы, человеческого достоинства  и т. д.). Начиная с середины 19 в. понятия прогресса и регресса постепенно наполняются объективным научно-теоретическим содержанием (наиболее значительный вклад в это внесла концепция материалистического понимания истории, созданная Марксом и Энгельсом) и одновременно универсализируются, распространяясь на сферу живой и (в меньшей степени) неживой материи (под воздействием развития комплекса биологических наук, кибернетики, теории систем и др.). Соответственно в качестве важнейшего универсального объективного критерия прогресса рассматривается повышение уровня организации материи. Если в процессе развития возрастает число элементов и подсистем, усложняются объединяющие их структуры, увеличивается число связей и взаимодействий, а также возрастает набор функций, т. е. действий и процедур, выполняемых этими элементами и подсистемами, обеспечивая тем самым бо́льшую устойчивость, приспособляемость, жизнеспособность и возможность дальнейшего развития, то такой процесс представляет собой прогресс. Если же в результате развития, напротив, уменьшается набор полезных для системы функций, распадаются существовавшие ранее структуры, уменьшается число подсистем, элементов и связей, обеспечивающих существование, устойчивость и жизнедеятельность данной системы, то такой процесс называется регрессом.

О прогрессе  можно говорить, имея в виду характер (направленность) изменения либо системы  в целом, либо отдельных элементов (подсистем). При этом прогрессивное  развитие системы в целом не означает, что такая же направленность изменений  присуща всем её подсистемам; и наоборот, изменение в прогрессивном направлении  какой-либо подсистемы автоматически  не влечет за собой прогресса системы  в целом. Так, прогрессивное развитие (усложнение) организма в целом  не исключает противоположно направленного  процесса упрощения, деградации отдельных  его функций или органов.

Прогресс  и регресс — диалектические противоположности; развитие невозможно понять как только прогресс или только регресс. В эволюции живых организмов и развитии общества сочетаются и сложно взаимодействуют прогрессивные и регрессивные тенденции. Причём взаимосвязь этих тенденций в живой материи и в обществе не исчерпывается связями чередования или цикличности (когда процессы развития мыслятся по аналогии с ростом, расцветом и последующим увяданием, старением живых организмов). Будучи диалектически противоположными, прогресс и регресс связаны между собой неразрывно, включены друг в друга. «…Каждый прогресс в органическом развитии, — отмечал Энгельс, — является вместе с тем и регрессом, ибо он закрепляет одностороннее развитие и исключает возможность развития во многих других направлениях» .

Диалектическое  соотношение прогресса и регресса проявляется и в объективной  многонаправленности процессов развития природных и социальных явлений; они включают в себя не только прогресс, но и регресс, и одноплоскостные, и круговые изменения; прогрессивное развитие — лишь одно из возможных (и реально осуществляющихся) направлений развития сложных системных объектов. Понятия прогресса и регресса — интегральные характеристики сложных развивающихся систем, и потому нельзя судить о направленности их изменений по отдельным изолированным показателям. Это особенно важно применительно к анализу особенностей прогресса социальных систем. Здесь необходимо учитывать не какие-то изолированно взятые черты, а весь комплекс показателей экономической, социальной, политической, духовной жизни общества и такую интегральную характеристику их взаимосвязи, как обеспечиваемая ими степень жизнеспособности, перспективности той или иной социальной структуры. Понятие прогресса применительно к обществу несет в себе идею единства исторического процесса, преемственности, сохранения и приумножения высших достижений материальной и духовной культуры человечества, всех его гуманистических ценностей. Суть общественного прогресса, его цель — человек, его освобождение, расширение возможностей разностороннего и гармоничного развития.

Прогресс  не есть какая-то самостоятельная сущность или трансцендентная цель исторического  развития. Понятие прогресса имеет  смысл лишь в применении к определённому  историческому процессу или явлению, это всегда прогресс по отношению  к чему-то. Цели, стремления и идеалы людей, в свете которых они оценивают историческое развитие, сами меняются в ходе истории, поэтому такие оценки неизбежно страдают субъективностью, неисторичностью. Как пишет Маркс, «так называемое историческое развитие покоится вообще на том, что новейшая форма рассматривает предыдущие как ступени к самой себе и всегда понимает их односторонне, ибо лишь весьма редко и только при совершенно определенных условиях она бывает способна к самокритике».

Объективный критерий общественного прогресса  надо искать в материальной основе общества. Производственные отношения  выражают прерывность, дискретность исторического  процесса и специфичность его  конкретных форм. Напротив, производительные силы развиваются более или менее  непрерывно и кумулятивно (хотя и  здесь, конечно, бывает понятное движение). К тому же это главная, определяющая сторона общественного развития. Поэтому В. И. Ленин считал интересы развития производительных сил «… высшим критерием общественного  прогресса…» [3]. Более высокому уровню развития производительных сил соответствует  и более сложная форма производственных отношений и общественной организации  в целом. Степень овладения обществом  стихийными силами природы, выражающаяся в росте производительности труда, и степень освобождения общества из-под гнёта стихийных общественных сил, социально-политического неравенства  и духовной неразвитости людей —  вот наиболее общие критерии исторического  прогресса. В свете указанного критерия первобытнообщинная, рабовладельческая, феодальная, капиталистическая и  коммунистическая формации представляют собой закономерные стадии поступательного  развития человечества.

Однако  процесс этот противоречив, а типы и темпы его различны. Для первобытнообщинного, а также рабовладельческого и  феодального обществ характерны вообще крайне медленные темпы развития. Капитализм означает громадное ускорение темпов, но при этом усиливается и обостряется антагонистичность, свойственная развитию эксплуататорского общества. В любом процессе развития существует определённая взаимосвязь между группой ведущих, развивающихся элементов системы и её структурой как целым. Отдельные элементы опережают другие, за ними подтягиваются остальные, и лишь затем меняется структура целого. В досоциалистических формациях первоначально из-за низкого уровня развития производства, а в дальнейшем также из-за частной собственности на средства производства одни элементы социального целого систематически прогрессируют за счёт других. Это делает прогресс общества в целом антагонистическим, неравномерным, зигзагообразным [4]. Прогрес техники и развитие общественного разделения труда колоссально повышают его производительность. Но оборотной стороной этого является превращение человека в частичного работника, рост отчуждения и эксплуатации. Сравнительно высокий жизненный уровень немногих развитых капиталистических стран достигнут отчасти за счёт беспощадной эксплуатации колоний. Диспропорции наблюдаются не только в развитии разных стран и народов, но и в развитии различных сфер и элементов общественной жизни. Так, К. Маркс отмечал, что «… капиталистическое производство враждебно известным отраслям духовного производства, например искусству и поэзии» .

Диспропорция  между материальным богатством капиталистического общества и уровнем его духовной культуры особенно заметна в эпоху  общего кризиса капитализма. Она находит своё отражение в росте социального пессимизма и многочисленных философских и социологических теориях 20 в., прямо или косвенно отрицающих прогресс и предлагающих заменить это понятие либо идеей циклического круговорота (О. Шпенглер, А. Тойнби, П. Сорокин), либо «нейтральным» понятием «социального изменения» (американский социолог У. Ф. Огборн). Широкое распространение получают также различные эсхатологические концепции относительно «конца истории» и пессимистические антиутопии вроде «Славного нового мира» О. Хаксли или «1984» Дж. Оруэлла. Переход от капитализма к социализму в мировом масштабе — генеральная линия общественного прогресса в современную эпоху. Колоссально ускоряя темпы общественного развития, коммунистическая формация постепенно преодолеет унаследованные от прошлого диспропорции в развитии города и деревни, передовых и экономически отставших стран, людей умственного и физического труда, производительных сил и духовной культуры общества. Таким образом, произойдёт становление нового, коммунистического типа прогресса, свободного от антагонистических противоречий прежних формаций. Однако это процесс отнюдь не автоматический. Обилие задач и недостаточное знание механизма действия законов социалистического общества (которое само отчасти объясняется ограниченностью имеющегося исторического опыта) создают возможность появления элементов субъективизма и волюнтаризма, приводящих к диспропорциям. Социалистическое общество, устраняя социальный антагонизм, не отменяет противоречивости развития как такового. В частности, познание законов развития общества — процесс по существу бесконечный; между тем именно степень познания и овладения такими законами определяет меру социальной свободы. [7]

Заключение:

Движение- это способ существования сущего. Быть – значит быть в движении, изменении. Нет в мире неизмененных  вещей, свойств и отношений. Мир слагается и разлагается он никогда не может быть чем- то законченным. Движение несотворимо и неуничтожимо. Оно не привносится извне. Движение сущего есть самодвижение в том смысле, что тенденция, импульс к изменению состояния присущи самой реальности: она есть причина самой себя. Оно абсолютно, непреложно и всеобще, проявляясь в виде конкретных форм движения. Каждой форме движения присущ определенный носитель- субстанция. Как бы не изменился предмет, пока он существует, он сохраняет свою определенность.[1, с. 273-274]

В ходе работы была достигнута цель, рассмотрены определения движение и развитие, отражены точки зрения некоторых философов по вопросам движения. Автор данного реферата в большей степени придерживается точки зрения энергетизма в вопросах движения, так как движение есть результат борьбы объективно существующих противоположностей. Это, например, действие и противодействие в механическом движении, более высокая и более низкая температура (энергия) - в тепловом движении, положительный и отрицательный заряд - в электричестве, полярные интересы  людей и их различных объединений - в общественном развитии. Абсолютная природа движения реализуется всегда только в определенных, локально и исторически ограниченных, зависимых от конкретных условий, переходящих и, в этом смысле, относительных его видах. Именно поэтому можно сказать, что всякий покой (или устойчивость) – это момент движения, поскольку он преходящ, временен, относителен.