Понятие и признаки преступления. 8

Белорусский государственный  университет культуры и искусств

Факультет информационно  – документных каммуникаций

Реферат на тему:

“Понятие и  признаки преступления”

Выполнила:

Студентка 350 группы

Шевченко Ольга

Минск, 2010

Введение

Ещё в середине XIX века видный немецкий философ и экономист К.Маркс писал, что «наказание есть не что иное как средство самозащиты общества против нарушения условий его существования, каковы бы ни были эти условия».

В этом высказывании содержится очень точная характеристика преступления как посягательства на условия существования общества, какими бы ни были эти условия. Но условия существования менялись от одной исторической эпохи к другой. Следовательно, и понимание преступного деяния тоже изменилось.

Институт преступления занимает центральное место в каждой уголовно-правовой системе. Он состоит из норм о понятии  преступления, о классификации преступлений, малозначительности деяния. Содержание этих норм определяет социальную сущность соответствующего законодательства, конструкцию институтов и норм Общей и Особенной частей  Уголовного кодекса, систематизацию уголовного законодательства.

Почему в нашем уголовном законе содержится именно такое определение «преступление»? Чтобы ответить на этот вопрос, надо проанализировать историческое развитие законодательного определения преступления, т. к. без прошлого нет будущего.

При анализе понятия  преступления очень важно установить, почему именно одни, а не другие человеческие поступки, действия, поведение преследуется и наказываются как преступные. Ответ на этот вопрос заключается в выяснении содержания признаков преступления, т. к. при  отсутствии одного из них преступления не будет, может быть, это будет какой-либо другой проступок. Поэтому также очень  важно выяснить, как отличить преступление от других проступков.

Понятие преступления

Преступление – это  не только правовое, но и социальное явление. Это объясняется тем, что  преступление совершается в обществе и посягает на существующий в нём  правопорядок. Но преступление совершает именно человек, который является членом данного общества. В принципе социальны и причины совершаемых преступлений. К ним можно отнести различные противоречия, объективно присущие данному обществу.

В теории уголовного права  разработана концепция, согласно которой преступление – это определённого рода отношения между людьми. Следует также отметить, что сами авторы разошлись во мнениях о признании такого отношения общества. Есть авторы, предлагающие рассмотреть данное отношение как аномальное, антисоциональное, конфликтное и т. п., но которые настаивают на необходимости разграничить общие отношения и индивидуальные, межличностные связи. Полагая, что преступление – это межличностная связь, они ссылаются на то, что:

1. Общественные отношения – результат связи людей, а преступление разрывает как     минимум одну из многих связей человека с другими людьми;
2. Общественные отношения предполагают организованность и порядок, а преступление это, можно сказать, акт индивидуального произвола;
3. Общественные отношения опосредуются различными социальными институтами, а преступление – единичный акт определённого индивида;
4. Общественные отношения – результат массовой деятельности людей, и поступок может быть включён туда, когда соответствующий этой деятельности, а преступление – «чужеродное образование, внедрившееся в таких общественных отношениях» (Уголовное право. Общая часть. Отв. ред. Казаченко И. Я., Незнамова З. А.);
5. Общественные отношения – результат социальной деятельности, а преступление – антисоциальное явление;
6. Общественные отношения имеют определённый круг субъектов, а сколь угодно большая масса преступников, как и отдельно взятый преступник, никакой социальной общности не образуют.

Некоторые авторы не разделяют  последнюю позицию и делают акцент на особой актуальности понятия преступления как некоторого рода отношения лица. Это обусловлено тем, что по своей природе преступление – общественное явление. Бесспорно, что преступление немыслимо без деяния, но оно также немыслимо без вины, нарушения прав и обязанностей, причинения или создания угрозы причинения вреда. Следовательно, очень важно указать на то, что объединяет все необходимые признаки. Но в этой связи каких-то новых определений понятия преступления ещё не предлагалось.

В уголовном праве  понятие «преступление» определялось различно. Если попытаться сгруппировать все известные определения, то можно выделить три типа: формальные, материальные и формально-материальные.

Формальное определение  – это такое определение, в  котором соединяется признак  противоправности и отсутствует признак общественной опасности. В законодательстве многих европейских государств этот подход обозначился в начале XIX века, что отразилось в разных формулировках признака противоправности. Но можно выделить наиболее общую формулировку. Преступление – это деяние, запрещённое уголовным законом под страхом наказания.

Достоинство такого понятия  заключается в том, что оно  соответствует принципу законности – «Нет преступления, нет наказания  без указания о том в законе»  и в нём предусматривается формальное равенство нарушителей закона перед ним.

Но у этого понятия  есть как достоинства, так и недостатки. Но достаточно выделить один существенный недостаток: оно чётко отражало юридический признак преступления (его противоправность) и совсем не раскрывало социальной сущности преступления и наказуемого деяния. Следовательно, получался какой-то замкнутый круг: преступно то, что наказуемо, наказуемо то, что преступно. А ответ на вопрос «Что лежит в основе преступного?» оставался за рамками такого определения. Поэтому в XX  веке прогрессивные учёные стали активно критиковать формальное определение.

Материальное определение  – это определение преступления, в котором указывается только на общественную опасность деяния и  отсутствует признак противоправности. Главный недостаток этого определения – отсутствие указаний на формальный признак преступления, т. е. предусмотрение деяния уголовным законом. Данное обстоятельство имело под собой объективные предпосылки – наличие в уголовном праве института аналогии. Он предусматривал возможность привлечения к уголовной ответственности за совершение общественного опасного деяния, прямо не предусмотренным уголовным законом, что позволяло восполнить пробелы законодательства в условиях быстро меняющейся действительности. Но это существенным образом противоречит принципу законности.

Этот существенный недостаток был учтён при разработке уголовного кодекса 1960 года, где законодательно закреплялись два основных признака: общественная опасность и противоправность. Это было уже формально-материальным определением понятия преступления.

Современное уголовное  законодательство содержит следующее  материально-формальное определение: «Преступлением признаётся совершённое  виновно общественно опасное  деяние (действие или бездействие), характеризуется признаками, предусмотренные настоящим кодексом и запрещённые им под угрозой наказания» (УК РБ 1999 г. ч.1 ст. 11).

Преступление  – деяние

Как мы видим из вышеуказанного определения, преступление – это  деяние. Но объектом исследования уголовного права является, прежде всего, поведение человека, под которым обычно понимают «внешнее проявление человеческой воли, т. е. активного действия или воздержание от выполнения какой-то обязанности, выражающейся в активных действиях».

Преступное деяние – это разновидность человеческих поступков – должно обладать всеми признаками последних в психологическом смысле. В психологии поведение – это социально значимая система действий человека, отдельные поведенческие действия называются поступком, если они соответствуют общепринятым нормам поведения, и проступком, если не соответствуют этим нормам.

С точки зрения психологии всякое человеческое действие или бездействие  обладает мотивированностью, т. е. вызывается теми или иными побуждениями или их системой  и целенаправленностью, предвидением результатов своего поведения. Если мотивированность и целенаправленность отсутствуют, то рефлекторные действия, совершённые в бреду, бессознательно или в результате воздействия непреодолимой силы, поведением как в психологическом, так и в уголовно-правовом смысле не являются.

В теории уголовного права  различают две формы преступного  поведения – действие и бездействие, которые являются важнейшими элементами преступления и составляют его ядро. Мысли, психические процессы, убеждения, их выражения вовне, сколь негативными они ни были, преступлениями не являются. Конечно, устное или письменное слово тоже поступок, и потому ряд «словесных» деяний признаются преступными (угроза убийством, причинением тяжких телесных повреждений или уничтожением имущества).

В теории активную дискуссию  вызвало употребление при определении  преступления термина деяние. В буквальном смысле этот термин употребляется для  обозначения действия и бездействия. Кроме того, этот термин используется и для обозначения преступления в целом. Именно в таком значении этот термин больше всего соответствует психологическому толкованию: «Деяния – это формы проявления активности субъекта, определяемые её социально значимыми результатами, ответственность за которые несёт сам субъект, даже в том случае, когда они выходят за рамки его намерений». Н. Ф. Кузнецова пишет, что «с точки зрения морфологии слово «деяние» является отглагольным существительным от глагола «делать» и означает уже совершённое событие, совершившийся факт, которому предшествует какое-либо действие». В связи с этим некоторые авторы теоретической модели уголовного кодекса предлагали определять понятие преступления как действие или бездействие, посягающие на общие отношения.

В настоящее время  некоторые учёные-криминалисты считают, что нет какой-либо существенной разницы между действием и бездействием как активной и пассивной формами преступного поведения. Для уголовно-правовой нормы не имеет значения, нарушена ли она действием или бездействием. Главное – сам факт нарушения. По этому спорному вопросу существуют различные точки зрения. Сахаров А.Б. и Церетели Т.В. все нормы делят на запрещающие и предписывающие. В связи с этим преступное нарушение и может быть выражено или в активном поведении – действии, или в пассивном – бездействии. Следовательно, здесь формы преступного поведения ставятся в зависимости от формулировки.

А Смолицкий Г.Р. ставит характер форм преступного поведения в зависимость от форм психического отношения к ним. Так он считает, что «бездействие теряет свой пассивный характер и приобретает характер активного посягательства», если невыполнение «требуемых законом действий допущено умышленно».

 Тимейко Г.В. дал анализ различных точек зрения. Он подчеркнул, что формы преступного поведения определяют прежде всего способ воздействия на внешний мир: «При действии используются естественные силы человеческого тела и природы, дающие толчок вредоносному событию, при бездействии человек находится в состоянии физического покоя, не вмешиваясь в общественные и естественные процессы, причиняющие вред».

Уголовное законодательство не содержит общего понятия действия или бездействия, но их разграничение  всё-таки проводится.

Преступное действие – это действие, происходящее в  пространстве и времени и переводящее  какой-то объект из одного состояния в другое. В данном случае речь может идти о перемещении в целом относительно других объектов и о перемещениях внутри объекта, деформирующих таковой до уровня совместимого или несовместимого с его дальнейшим существованием.

Внешнее проявление любого действия выражается в виде движения, а преступное действие  обычно проявляется посредством отдельных телодвижений. Телодвижение может отражать малейшее движение мысли человека мимикой, жестами, словами. Обычно оно охватывает совокупность движений, но следует учитывать, что одинаковые по своему значению действия могут выполнять различными движениями. В большинстве случаев каждое уголовно-правовое действие включает в себя ряд элементарных действий (например, открыть, вынести, бросить и т. п.).

Следует также отметить, что преступное «действие – это  не все преступление, это даже не вся его объективная сторона. Большое значение имеет установление начального и конечного моментов преступного действия, оно определяет реализацию таких институтов уголовного права, как добровольный отказ от совершения преступления, соучастие в преступлении, необходимой обороны и т. д.

Существует огромное множество преступных действий, но в них можно найти общие  признаки. Следовательно, начальным  моментом каждого преступного действия «будет тот момент, с которого оно обладает всеми этими признаками». Но сразу следует оговориться, т.к. преступного действия не будет, если у лица только созрело решимость совершить преступление, но не были предприняты какие-либо действия, направленные на его осуществление.

А «конечный момент действия определяется наступлением преступного  результата или отпадения хотя бы одного из указанных выше признаков». Из вышесказанного можно сделать  вывод, что конечный момент преступного  действия – это наступление вредного последствия, указанных в законе, или «последний акт телодвижений, совокупность которых образует его действие».

Физическое воздействие, слово и жест – наиболее распространенной формы преступного действия, используемые законодателем.

Физическое воздействие  на охраняемый уголовным законом  объект – это наиболее распространенная форма преступного поведения. Такая  форма обычно описывается в диспозиции статьи Особенной части уголовного кодекса.

Следующая форма преступного  действия – жест – встречается достаточно редко. Как правило, она присутствует при соучастии в совершении преступления.

По своему воздействию  сила слова иногда во много раз  превышает физическое воздействие  и, следовательно, может вызвать  самые тяжкие последствия.

В теории уголовного права бездействие считается одной из форм преступного поведения. Бездействие – это пассивная форма поведения, которое заключается в воздержании от всякого движения.

Специфика бездействия заключается в том, что социальную ценность и значение эта форма имеет только в обществе людей, которые обладают сознанием, волей, способных подчинять свое поведение определенным целям. Описать само бездействие возможно только через описание тех действие, которые какое-либо лицо должно было совершить. Следовательно, делая вывод, бездействие можно определить как акт поведения, состоящий в несовершении лицом того действия, которое оно должно было, а главное, могло выполнить. Т. е. для преступного бездействия необходимо, чтобы лицо не только было обязано действовать, а имело такую возможность. Если у лица объективно нет возможности выполнить требуемое действие, то его бездействие было проявлением не его воли, а непреодолимой силы.

Для определения границ преступного бездействия В. Н. Кудрявцев называет три обстоятельства: 1)обязанность лица выполнить определённое действие; 2) возможность совершить его в данных условиях; 3) невыполнение лицом тех действий, которые от него требуются.

В теории уголовного права  различают две формы преступного  бездействия. Это «упущение» или «чистое бездействие» и «смешанное бездействие».

«Чистое бездействие» - невыполнение указанных в законе действий, образующих само по себе преступление (например: недонесение (ст. 406 УК РБ), уклонение родителей от содержания детей (ст. 174 УК РБ) и другие преступления). При такой форме достаточно установить сам факт несовершения действий, указанных в законе, независимо от вредных последствий, которые не были предотвращены виновным.

«Смешанное бездействие» имеет место, когда необходимо наступление предусмотренных законом последствий, т. е. субъект не вмешивается в течение технических, естественных или общественных процессов и этим создаёт возможность причинения ими вреда. Например, нарушение правил безопасности движения или эксплуатации железнодорожного, воздушного или водного транспорта (ст. 134 УК). Сущность «смешанного бездействия» состоит в непредотвращении общественно опасных последствий лицом, которое должно было и могло это сделать.

 Тимейко Г.В. выделяет две разновидности «смешанного бездействия»:

1) непредотвращение вреда, причиняемого внешними силами, возникшими самостоятельно и действующие независимо от виновного;

2) непредотвращение вреда,  причиняемого внешними силами, возникшими  в результате предшествующих  невиновных действий данного  лица.

Но есть и другое мнение, когда под «смешанным бездействием» понимают случаи совершения виновным действий, которые позволяют ему создать видимость правомерности преступного бездействия. Сторонники этого понимания считают, что такое деление преступного бездействия основывается не на характере самого бездействия, а на законных приёмах описания последствий преступления.

Итак преступление –  это деяние. Деяние суть действия или  бездействия. Они представляют собой  виды человеческого поведения и  потому должны обладать всеми его свойствами как психологическими, так и физиологическими.

Преступление  – общественно опасное деяние

Говоря о том, что  материальное определение понятия  преступление и его основного признака – общественной опасности впервые было официально закреплено в Руководящих началах по уголовному праву 1919 года, следует подчеркнуть, что его разработка началась ещё задолго до Октябрьского переворота, и по этому вопросу была значительная теоретическая база, соответствующая уровню развития науки того времени.

Сейчас в учебной литературе указывается, что под общественно опасным действием или бездействием понимается такое действие или бездействие, которое посягает на охраняемый уголовным правом объект, причиняет ему вред или ставит его в опасность причинения такого вреда.

 Кудрявцев В.Н. под общественной опасностью преступных действий понимает тот вред, который они причиняют или могут причинить советскому государству.

Кузнецова Н.Ф. пишет, что «общественная опасность деяния состоит в том, что оно причиняет или создаёт угрозу причинения определённого вреда социалист. общественным отношениям».

Но немного по-другому даёт определение общественной опасности  Ляпуков Ю.И.: «Уголовно-правовая общественная опасность – это определённо объективное антисоциальное состояние преступления, обусловленное всей совокупностью его отрицательных свойств и признаков и заключающее в себе реальную возможность причинения вреда (ущерба) социалистическим общественным отношениям».

Следовательно, общественная опасность  представляется объективным признаком, способностью деяния причинять вред общественным отношениям, и одновременно это оценочная категория. 

Можно выделить два аспекта общественной опасности: социально-философский и  юридический. Первое связано с изначальной  оценкой обществом его материальных, социальных, духовных, религиозных и других общих ценностей, т. е. этот аспект характеризует исходное и фундаментальное основание для построения понятия преступления вообще. В юридическом аспекте общественная опасность характеризует преступление, когда первое представление об опасности конкретного деяния отражено в законе.

В основе понятия общественной опасности  лежит совокупность элементов, характеризующих  объективную сторону преступного деяния и, прежде всего, ущерба, который причиняется или может быть причинён общественным отношениям этим деянием. Но следует сказать, что на степень общественной опасности влияет не только причинённый ущерб, но и способ, место, время, обстановка совершения преступления.

Существенное влияние на общественную опасность оказывают и субъективные признаки: вина, мотив и цель. Например, общественная опасность умышленного причинения тяжкого телесного повреждения (ч. 1 ст. 147 УК) значительно выше, чем неосторожного тяжкого телесного повреждения (ст. 155 УК).

Но следует раздельно  рассматривать степень общественной опасности самого действия и степень  опасности личности. Второе свойство дополняет первое, но есть случаи, когда они не совпадают. Человек впервые может совершить очень тяжкое преступное деяние, хотя до этого он характеризовался положительно, и может быть наоборот, когда неисправимый рецидивист совершает незначительное преступное деяние. Тут следует учитывать, что степень общественной опасности преступника всегда повышается с повышением опасности преступления.

Теперь попытаемся ответить на следующие вопросы:

1. входит ли личность субъекта преступления в общественную опасность деяния;
2. принадлежит ли субъект преступления к компонентам общественной опасности деяния;
3. составляет ли распространённость преступления элемент общественной опасности;
4. влияет на общественную опасность преступления смягчающие и отягчающие обстоятельства.

На первый вопрос большинство  исследователей дают отрицательный  ответ. Т. к., можно сказать, что личность преступника – это система  социально-демографических, социально-ролевых и социально-психологических свойств субъекта преступления. Общественная опасность личности измеряется тем, каким образом она «вложилась» в совершённое ею преступление и прогнозом исправления посредством наказания. Любое наказание, назначенное личности с учётом её общественной опасности, лежит за пределами преступления и его общественной опасности.

На второй вопрос нельзя дать однозначный ответ, т. к. неизвестно, с каким субъектом преступления мы имеем дело (общим или специальным). Общий субъект – физическое лицо, вменяемое достигшее 16 или в некоторых случая 14 лет. Сами по себе эти свойства социально нейтральны для общественной опасности деяния, но не для наказания, т. к. при индивидуализации наказания всегда учитывается, например, возраст лица, совершившего преступление. Если рассматривать эти свойства с уголовно-правовой точки зрения, то они специфируют субъекта как лицо, совершившее преступление.

Признаки специального субъекта (военнослужащего, должностного лица, судьи) являются криминообразующими. Без них или вообще нет составов, например, воинские преступления, или нет квалифицированного деяния, например, получение незаконного вознаграждения служащим государственного аппарата. Специальный субъект включается в деяние, автором которого он является.

Ответ на третий вопрос тоже должен быть отрицательным. Распространённость деяний имеет значение по существу только для мелких деяний, не большой  общественной опасности. Их распространённость – скорее довод в пользу преследования не в уголовном, а в административном, дисциплинарном и т. п. порядке. Что же касается менее тяжких, тяжких и особо тяжких преступлений, то их распространённость не играет никакой роли. Каждое преступление обладает достаточной общественной опасностью.

Ответ на последний вопрос даётся в ч.3 ст. 63 и ч. 3 ст. 64 УК. Там  говорится, что если смягчающее (или  отягчающее) обстоятельство предусмотрено  статьёй Особенной части настоящего Кодекса в качестве признака преступления, оно не может учитываться при  определении меры ответственности виновного. Вторично суд не должен учитывать наличие этих обстоятельств. Но если какой-либо смягчающий (отягчающий) признак варьируется по степени общественной опасности, например, неоднократность возможна и при повторности, и при совершении десятка преступлений, она учитывается при индивидуализации наказания. Но смягчающие (отягчающие) обстоятельства не относятся к составу, а принадлежат к институту наказания.

В правовом государстве  общественная опасность – это  такой критерий, который даёт возможность законодателю дифференцировать деликты на преступления, административные, гражданско-правовые деликты, дисциплинарные проступки.

Преступление  – противоправное деяние

Обязательным и не менее важным признаком преступления является его уголовная противоправность. В теории уголовного права под уголовной противоправностью обычно принято понимать запрещённость преступления соответствующей уголовно-правовой нормой под угрозой применения наказания.

Противоправность –  это уже не только общественное, но и государственное отношение к действию, считающемуся общественно опасным только в общественном сознании. Следовательно, признание деяния противоправным – это официальное признание такого деяния общественно опасным со стороны государства. Следовательно, противоправность – это формальный признак преступления, который нельзя рассматривать отдельно от общей опасности деяния.

Можно выделить два аспекта  в вопросе о соотношении общественной опасности и противоправности:

1. рассмотрении их как двух отдельно одновременно существующих признака преступления и уяснения их различий;
2. уяснение определяющей роли общественной опасности по отношению к противоправности.

А. А. Пионтковский, когда характеризовал признаки преступления, писал, что общественная опасность – это материальная характеристика общественного свойства любого преступления, а противоправность – это всего навсего юридическое выражение этого свойства.

Это наиболее распространённая и традиционная точка зрения. Но во многом она является желаемой, чем  реально существующей как в законодательстве, так и на практике. Вот эта жёсткая связь между этими двумя признаками требует некоторых разъяснений.

Уголовная противоправность не механически отражает общественную опасность. К основаниям признания деяния уголовно противоправным можно отнести: 1)общественную опасность данного деяния; 2)общественную опасность данной группы преступлений; 3)целесообразность преследования того или иного деяния именно уголовно-правовыми средствами.

Но некоторые учёные (к этой группе относится и Г. В. Тимейко) считают единственным основанием уголовной противоправности – общественную опасность. Но также необходимо отметить, что большинство учёных-криминалистов всегда выделяли признак уголовной противоправности и всегда критически относились к попыткам признать его только формальным признаком, который отражает общественную опасность. Как раз именно такое мнение высказал А. А. Пионтковский, в связи с чем был подвергнут критике.

Общественная опасность  и уголовная противоправность –  равнозначные признаки преступления. Отсутствие любого из них исключает наличие преступного деяния. И даже то, что в уголовном законе при определении понятия преступления противоправности занимает третье место после виновности и общественной опасности, не нарушает и не искажает такую равнозначность. Можно попробовать переставить в определении преступления его признаки, поставив на первое место уголовную противоправность, тогда мы получим, что преступление – это запрещённое под угрозой наказания совершённое виновно общественное опасное деяние. Мы видим, что суть не изменилась.