Портрет террориста

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ 
ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ 
БЕЛГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ 
ФАКУЛЬТЕТ УПРАВЛЕНИЯ И ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА 
КАФЕДРА МЕНЕДЖМЕНТА ОРГАНИЗАЦИИ 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

РЕФЕРАТ 
на тему: «Психологический портрет личности» 
 
 
 
 
 
 
 

Выполнила: 
студенка 3 курса 
группы 110911 
очного отделения 
Куропятник А. Н 
Проверил: 
доц. Чуркин В.Ф. 
 
 

 
 
Белгород – 2011

Содержание  

Введение……………………………………………………………………… 3

I.Общая характеристика террориста ………………………………………....4

1. Общие сведения ……………………………………………………….7
2. Внешние признаки и признаки поведения…………………………..7
3. Мотивация поведения………………………………………………...8
4. Общая и специальная подготовка……………………………………9
5. Особенности социальной дезадаптации…………………………...10
6.    Динамика психического состояния……………………………….11

 II.Психология террориста ………………………………………………….12

      2.1 Психологические типы террористов……………………………….18

Заключение ………………………………………………………………….22

Список литературы  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

     Терроризм стал знакомым для всех явлением современной жизни. Когда мы слышим слово теракт, то   мы начинаем испытывать  тревогу, страх, многих охватывает паника, начинают «бегать мурашки» по телу, мы беспокоимся за себя и за близких людей. Все мы знаем, что это ужасное событие, с которым связана кровь, страдания, смерть. 
 
      Террор (лат. terror – страх, ужас) – направлен на  «устрашение», «запугивание». 
 
      Для мирных жителей теракт это всегда психотравма. Отметим, что специфично, травма не всегда проявляется в чистом виде, как болезненное воспоминание или переживание. Она становится (Фрейд об этом пишет в примечании) как бы «возбудителем болезни» и вызывает симптомы (например, тики, заикание, обсессии и т. д.), «который затем, обретя самостоятельность, остается неизменным». Далее Фрейд проводит аналогию между травмой психической и физической: «Психическая травма или воспоминание о ней действует подобно чужеродному телу, которое после проникновения вовнутрь еще долго остается действующим фактором». 
 
     Таким образом, теракт, как психотравма для многих становится реалией жизни, связанной с глубокими психическими переживаниями. Каждый реагирует на трагические события по-разному, но  если человек обращается  психологу, то специалист обязан выслушать, понять, принять. Терроризм это разрушительная сила, как в физическом аспекте, так и в психологическом, сила с которой нужно бороться, применяя комплексные меры  по предотвращению трагедии. 
 
 
 
 
 
 
 

Общая характеристика террориста

     В настоящее время отсутствуют развернутые характеристики личности террориста на достаточно репрезентативном уровне.

      Однако даже имеющиеся разрозненные сведения по этому вопросу весьма значимы для понимания мотивации терроризма.

      Большая часть террористов – люди, обделенные в детстве материнским вниманием. У них очень часто встречаются заболевания среднего уха. Есть определенные закономерности формирования у них агрессивного поведения, непримиримого отношения: недостаточное психофизиологическое развитие, детский травматизм, врожденные заболевания. Часть из них – люди с ярко выраженным дефектом личности, многие же – абсолютно адекватные, хорошо «закамуфлированные» люди с актерскими данными. Есть такие, которые «больны» сверхидеей и осознанно идут на совершение террористического акта, прекрасно осознавая все его последствия для себя.

     Среди террористов много лиц, которые в детстве, молодости подвергались унижениям, не могли самоутвердиться. Позже, выйдя на следующий уровень своего развития, они поняли, что могут отомстить, причем не только своим обидчикам, но и всему обществу. Это люди, которые не смогли реализовать свои идеи. Такое положение вызывает неудовлетворенность и желание любым способом доказать свое «Я». Человек подчас не осознает, что не мог самореализоваться в свое время, не потому что ему не дали, а потому что он вообще не мог этого сделать – ему это было не дано. Но он не может себе в этом признаться. Ему кажется, что общество недооценило, неправильно обошлось с ним.

     Очень многие террористы – это люди, которые в свое время выступая за какие-то права и свободы, были осуждены государством, выброшены, поставлены за черту закона. Для них терроризм становится социальной местью государству. Большинство террористов составляют мужчины, хотя много и женщин, роль которых в террористических организациях очень высока. К примеру, в XIX веке в России женщины не только сами осуществляли терракты, но и выступали в качестве идеологов терроризма. Такие террористические организации, как Ирландская революционная армия, Красные бригады, латиноамериканские группы и т. д. активно используют женщин в агентурных и боевых целях. Среди женщин-террористок встречаются весьма яркие личности. На Арабском Востоке известность получила Лейла Халед, чья красивая внешность сыграла не последнюю роль в росте ее «популярности» как террористки.

     Одной из причин совершения преступлений являются недостатки воспитания в школе, результаты наших исследований свидетельствуют о связи между преступностью и уровнем культуры, образования.

     Между тем, образование еще не предопределяет у человека должного уровня нравственной и правовой культуры. В этой связи П. Лафарг писал: «...Образование оказалось бессильным уменьшить число преступлений: оно лишь дало криминалистам возможность новой классификации преступлений, так как было замечено, что степень образованности влияет на роль и характер преступлений»2. Поэтому не случайно, что сложные и изощренные способы совершения корыстно-насильственных преступлений «по силам» наиболее образованным лицам. Образовательный уровень обследуемых характеризуется данными, приведенными в следующей таблице:

Таблица 9

     Приведенные данные свидетельствуют о том, что общеобразовательный уровень осужденных за эти преступления значительно ниже, чем у населения в целом. Если в основе всего работающего населения республики лица со средним и высшим (полным и неполным) образованием составляют 74,7 %1, то среди исследуемых лиц малограмотные и с образованием 8 классов составили 48,6 %, а лица со средним и высшим образованием – 51,4 %. Следует особо отметить, что лица, имеющие специальное или полное и неполное высшее образование среди осужденных, составили 4,5 %2.

     Личностные особенности террористов заметно различаются в зависимости от конкретного вида их террористической деятельности. Так, политические и идеологические террористы отличаются от националистических, религиозных, и тем более криминальных. Однако не следует думать, что любой, к примеру, политический террорист более интеллектуально развит, чем террорист-националист, участвующий в разбойничье-устрашающем набеге на соседний народ. Конечно, современный политический террорист более подготовлен, чем любой другой, особенно если он действует в группе, созданной, оснащенной и поддерживаемой тоталитарным государством. Вместе с тем не каждый политический экстремист умеет профессионально анализировать информацию, прогнозировать и планировать свои и чужие действия – он может быть и простым исполнителем.

     Как отмечали В.В. Витюк и С.А. Эфиров, само понятие «экстремистский тип личности» или «экстремистский тип сознаний» выглядит весьма расплывчатым, неоднозначным и вряд ли поддается строгому определению. Пытаться создать единый психологический и интеллектуальный портрет экстремиста – неблагодарная и, увы, безнадежная задача. Тому свидетельство, неоднократные безуспешные попытки ученых дать, так сказать, универсальную характеристику личности террориста-экстремиста.

     Так, людей, осуществляющих терракты, квалифицировали и как идеалистов, и как шизофреников, и как фанатиков догмы, и как садистов, и как людей ущербных, закомплексованных, самоутверждающихся, пожираемых личными амбициями и властолюбием либо отчаянием и жаждой уничтожения, и как людей морально глухих, и как мучеников высшего морального императива, и как преступников. Как видим, характеристики весьма несовместимы.

     Среди террористов встречаются люди самых разных возрастов. Руководителями и организаторами терроризма чаще бывают лица старшего возраста, исполнителями – молодые. Именно молодые члены террористических организаций, непосредственно осуществляющие терракты, наиболее уязвимы и для пуль стражей порядка, и для уголовной юстиции.

     Террористические группы могут состоять не только из давних неудачников, неуверенных в себе и страдающих комплексом неполноценности лиц, но и умных, волевых, уверенных в своих силах людей. Первые, как уже отмечалось, ищут в группе признание и психологическое убежище, другие же, если они становятся лидерами, отличаются стремлением к доминированию и управлению окружающими. Часто именно они могут действовать не только в составе группы, но и в одиночку, приняв чье-то чужое учение, активнейшим образом поддерживают его и варварскими методами пытаются внедрить в жизнь.

     Руководители террористов для обеспечения сплоченности своих рядов и подчинения каждого члена террористической организации или группы общим интересам формируют в сознании «соратников» образ беспощадного, коварного, на все готового врага в лице общества, государственной власти, той или иной социальной группы, религии, нации и т.д. При этом должно быть обеспечено черно-белое видение мира в том смысле, что «все не наше – плохое, все наше – хорошее». «Всем плохим» в более редких случаях может быть весь мир, как и «всем хорошим» – только группа, и тоже в более редких случаях.

     Названными характеристиками в большей мере обладают автономные террористические группы, чем те, которые составляют часть большой террористической организации либо намеренно созданы тем или иным государством, например, для международного терроризма.

1.1 Общие сведения

     Это подростки 7-14 лет, молодые люди, девушки 15-17 лет, сироты из малообеспеченных семей, не имеющие влиятельных родственников, молодые вдовы, как правило, не старше 35 лет, глубоко верующие (мусульмане) мужчины среднего возраста, совершившие религиозные или бытовые преступления и осужденные шариатскими судами к смертной казни. Чаще это люди одинокие, не имеющие близких родственников или потерявшие связь с семьей.

1.2 Внешние признаки  и признаки поведения

     Террористы часто выглядят старше своих лет. Мужчины, как правило, чисто выбриты (подготовка к обряду погребения), в безукоризненно чистой обуви. Смертник может иметь отстраненный или, напротив, сосредоточенный взгляд, держаться настороженно, обособленно от других. В целях маскировки женщины-смертницы могут выдавать себя за беременных, могут использоваться лица с различными увечьями (без руки, ноги, глаза и т.п.). Могут иметь место подозрительные (неестественные) выпуклости в районе пояса, носимые объекты, замаскированные под бытовой предмет, рюкзак, сумку, детскую коляску и тому подобное, к которым террорист относится повышенно осторожно. Он обычно прижимает вещи к себе и периодически их непроизвольно ощупывает. Одет, как правило, в одежду, соответствующую местным условиям, стилю, погоде. Но одежда может и не соответствовать погоде для сокрытия на теле взрывного устройства (в зоне проведения может использоваться военная форма одежды). Приводом детонатора взрывного устройства обычно служит шнур или провод, зажатый в руке или виднеющийся из-под складок одежды (рукава).

     Характерной особенностью поведения террористов-смертников является заметное немотивированное возбуждение, сопровождаемое обильным выделением пота, а иногда и слюны, повышенным вниманием к окружающей обстановке и людям. Некоторые из них произносят молитвы с переходом на шепот при приближении посторонних лиц. 

1.3 Мотивация поведения

     Анализ субъективных мотивов, которыми руководствовались люди, участвовавшие в террористическом акте, позволяет выделить следующие основные группы таких мотивов (перечислены в порядке убывания частоты).

     Во-первых, это меркантильные мотивы - именно они оказываются на первом месте. Опасная работа стоит денег и может быть способом добычи средств для существования или для продолжения террористической деятельности.

     Во-вторых, идеологические мотивы. Это более устойчивые мотивы, основанные на совпадении собственных ценностей человека, его идейных позиций с идеологическими ценностями группы или организации. Террор становится для человека не просто средством реализации идеи, а "заданием", "поручением", "миссией" со стороны данной общности.

     В-третьих, мотивы преобразования мира. Это мотивы, связанные с пониманием несовершенства и несправедливости существующего мира и настойчивым стремлением улучшить его.

     В-четвертых, мотив своей власти над людьми. Это один из наиболее древних, самых глубинных мотивов, и в какой-то степени он всегда имеет место.

     В-пятых, мотив интереса и привлекательности террора как сферы деятельности. Для некоторых, особенно для обеспеченных и образованных, террор бывает интересен просто как необычная сфера занятий.

     В-шестых, "товарищеские" мотивы эмоциональной привязанности - от мотива мести за вред, нанесенный товарищам по борьбе, единоверцам, соплеменникам, родственникам до мотивов участия в терроре "по традиции" - потому, что им занимался кто-то из друзей, родственников, соплеменников или единоверцев.

     В-седьмых, мотив самореализации. Это - парадоксальный мотив. С одной стороны, самореализация - удел сильных духом людей, ее полная самоотдача. Однако, с другой стороны, самореализация в теракте - признание ограниченности возможностей и констатация несостоятельности человека, не находящего иных способов воздействия на мир. 

1.4 Общая и специальная  подготовка

     Уровень общей подготовки террористов-смертников не имеет принципиального значения. Вся специальная подготовка сводится к достижению беспрекословного подчинения наставникам и готовности к самопожертвованию.

     В качестве дополнительного элемента идеологической подготовки молодых мужчин-смертников может использоваться:

- противопоставление  молодежи родителям и людям  старшего поколения;

-пропаганда среди мусульманской молодежи идеологии пренебрежения к труду, физической работе, социальной справедливости;

- привитие  чувства особенного ваххабитского  достоинства и превосходства  над лицами, исповедующими ислам  другого толка;

- компрометация  обычаев и семейных устоев по традиционным для данной местности исламским традициям, привитие чувства неуважения к официальному мусульманскому духовенству, отрицание их учения в среде верующих;

- пропаганда  упрощенного исполнения мусульманских  обрядов (совмещение нескольких молитв, отрицание требований традиционной школы ислама) в ваххабитских общинах и джамаатах;

- навязывание  (в том числе и методами физического  давления) мыслей об уходе от  национального обычая и переходе  на позиции «чистого ислама»;

- насаждение  чувства безнаказанности за посягательство на имущество «неверных» (движимое и недвижимое), жизнь и здоровье «кафиров»;

- призывы  к проявлениям «джихада» с  применением оружия, взрывчатых  веществ, ядов;

- агитация  к вытеснению славян из Северного  Кавказа и захвату их собственности силовыми методами.

     В качестве элементов идеалогической подготовки молодых девушек («невест Аллаха») может использоваться:

- предстоящее  замужество;

- сексуальное  насилие, которое фиксируется  на видео;

- предупреждение  жертвы и родителей, что запись насилия может стать известна всем друзьям и родственникам;

- мощный  идеологический и психотропный  прессинг, цель которого — показать, что единственный выход — «смерть  во имя Аллаха».

     В качестве элементов идеалогической подготовки женщин средних лет («черных вдов») может использоваться:

- отрыв  этих женщин от семьи и максимальное  подчинение джамаату (ваххабитской  общине);

- мощная  идеологическая обработка и приучение  к психотропным препаратам;

- программирование  действий по сценарию организаторов теракта.

     В качестве элементов идеологической подготовки жителей различных национальностей конкретного региона может использоваться психопрограммирование. 

1.5 Особенности социальной дезадаптации

     Особенности социально-психологической дезадаптации связаны с повышенной тревожностью, замкнутостью, ориентацией только на узкую группу наставников, повышенной пассивностью, деструкцией личностной сферы. В наличии постоянно неустойчивая, неадекватная самооценка. Причем она может быть как завышенной (до ощущения себя сверхчеловеком, решающим судьбы других людей), так и заниженной (нуждающейся в подтверждении за счет этих других людей). Целеустремленность является лишь фиксированным моментом психологической неустойчивости, достигающей уровня ненормальности. Личность акцентуированная, с необычно сильной, яркой, не вполне «нормальной» выраженностью некоторых черт. 

1.6 Динамика психического состояния

     Психическое состояние террориста может меняться от едва заметного возбуждения до паники. Характер и степень изменения психического состояния террориста зависят от:

- индивидуально-психологических  особенностей;

- сохранения  подконтрольности психологического  состояния при осознании: приближающейся  смерти, наличия факторов, мешающих  осуществлению террористического акта (сотрудников милиции, бдительных граждан, неблагоприятного стечения обстоятельств и т.п.); 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Психология террориста

 
     В абсолютном большинстве случаев террористы — это молодые люди в возрасте около 20 лет, плюс-минус пять лет, получившие воспитание в патриархальной и весьма религиозной культуре.  
     В их сознании обычно присутствуют устойчивые представления об исторической травме своей нации и мощные эмоциональные связи с последней. Типичные социальные чувства — скорбь и горе, в сочетании с ущемленной национальной гордостью. Чаще всего для террористов характерны особые (во многом — искаженные и мифологизированные) представления об «историческом обидчике» и потребность в его наказании и возмездии, которые задаются устойчивыми паттернами поведения и оценок, активно культивируемыми в социуме.  
Эти представления, скорее всего, дополняются актуальной психической травмой, связанной с реальными фактами гибели родных, близких или просто соплеменников, нередко — непосредственно на глазах у будущего террориста.  
     В индивидуальной истории, как правило, присутствует раннее лишение родительской заботы и внимания, а также травматогенная юность, проведенная в лишениях и сопровождавшаяся многочисленными унижениями и утратами (дома, близких, имущества, социального и материального статуса и т.д.).  Отсутствие эмоциональных связей в детстве в последующем обычно компенсируется в их идеологическом или религиозном варианте, в частности, в фанатической преданности тем или иным лидерам или идеям (вплоть до идей богоизбранности) и религиозно-утопическим мечтам о совершенном мире (с весьма упрощенными представлениями о нем).  
 
    Характерные мировоззренческие составляющие и предпосылки, свойственные людям, совершающим теракты:  
 
- смещение чувства времени — прошлое включено в актуальное настоящее;  
- стирание границ между реальностью и фантазией;  
- некоторая наивность в сочетании с размытостью моральных ограничений;  
- смешанность границ добра и зла, в отдельных случаях наличие апокалиптических переживаний и фантазий в сочетании с идеями мессианства;  
- садомазохистическая позиция — жалость к себе и своим соплеменникам в сочетании с ненавистью к реальному или мифологическому противнику и готовностью к самопожертвованию;  
- идентификация с агрессором, то есть наличие идей типа: «если я сам буду агрессором, то не стану объектом агрессии»;  
- ограниченная способность понимать и принимать доводы тех, кто мыслит иначе;  
- определенная утрата рациональности, особенно в сфере представлений о доступных и недоступных целях и идеалах; при этом, если цель недоступна, эрзац-целью может стать тотальная ориентация на разрушение всего, что препятствует достижению цели, даже если это никак не приблизит реализацию последней.  
      Религиозное «обрамление» идей борьбы, мести или возмездия создает не столько особый кодекс поведения, сколько определяет специфическую социальную связь между членами конкретной национальной или социальной группы, что отражает общечеловеческую потребность слияния с чем-то большим (наполненным высоким смыслом), чем просто слиянием с конкретной группой.  
Одним из важнейших факторов такого идейного слияния являются представления о смерти и загробной жизни.  
     В культуре социумов, откуда пополняются ряды террористов, их смерть считается героической и благородной жертвой, подвигом мученичества, и практически всегда вызывает одобрение и поддержку, которые проецируются на семью и весь род террориста, окружаемых заботой и уважением.  
     Это не значит, что семьи поощряют смертников или не испытывают чувства горя, но и семьи, и сами террористы знают, что, наряду со скорбью и болью утраты, будут присутствовать и принятие жертвы, и понимание, и одобрение и даже гордость. Такая смерть считается не самоубийством, а мученичеством, при котором конкретная личность навсегда сливается с историей общества или нации, с его прошлым, настоящим и будущим.  
     Смерть в молодом возрасте вообще не воспринимается как некий конечный (необратимый) феномен, и даже обычные самоубийцы (с атеистической установкой) в ряде случаев имеют фантазии о том, как они увидят то, что будет после их смерти. Религиозные идеи вечного блаженства, безусловно, являются более мощными и сопровождаются представлениями о переходе на другой уровень бытия и слияния с Богом или, во всяком случае — ощущениями идентификации с великой идеей или целью.  
    Особое место занимает понятие смыслообразования — то есть потребность ощутить, что мое существование имеет некий особый смысл, выходящий далеко за рамки серой, убогой и безнадежной повседневности (поэтому, чем более экономически, социально и политически бесперспективна ситуация в окружении, тем больше вероятности возникновения террористического типа мировосприятия).  
      В силу вышеизложенного, террорист практически не поддается рациональному разубеждению. Ему практически неведом страх и раскаяние в совершаемом или совершенном. Попытка изобразить террориста как психически больного неверна по сути и никуда не ведет. Столь же неверны представления о террористе, как примитивном малообразованном человеке.  
Существует огромная разница между человеком, который решил покончить с собой из-за непереносимых психических страданий, и террористом-смертником, который любит жизнь, полон сил, внутренней энергии и уверен в своей особой миссии.  
     Поведение, деятельность и заявления террориста не поддаются рациональному анализу и требуют специальных подходов с позиций иррационального.  
    Одним из ведущих элементов любой антитеррористической операции является переговорный процесс, эффективность которого определяется наличием высококвалифицированных специалистов-переговорщиков (как правило — психологов) со специальной (многолетней) дополнительной подготовкой.  
     Существуют различные разновидности терроризма: информационный, экономический, социальный (бытовой), политический, идейный, религиозный. В последнее время все чаще на первый план выходит такая разновидность терроризма, как суицидальный терроризм (использование террористов-смертников). Это обусловлено рядом причин:

- ростом  числа подходящих кандидатов  в террористы–смертники (ухудшение  уровня жизни, возрастание количества  вдов, сирот, одиноких, отверженных,  обиженных, озлобленных, агрессивных  людей, оказавшихся в трудных, на их взгляд, безвыходных ситуациях, потерявших чувство привлекательности жизни и готовых при определенных условиях, как позитивных (идея, вера, любовь), так и негативных (шантаж, дискредитация, страх), расстаться с жизнью. Остается только создать эти условия);

- наименьшим  риском и наибольшей скрытностью  при доставке взрывчатых веществ  к месту скопления большого  количества людей (возможность  проноса под видом личных вещей,  в том числе с размещением  на теле под одеждой);

- относительной  дешевизной подготовки террористов-смертников;

-возможностью  уйти от ответственности организаторам  террористических акций. Деятельность  террористов-смертников осуществляется  в рамках идеологических течений  и общественно-политических движений, стремящихся повлиять на процесс общественного развития, исходя из собственных, агрессивных представлений о нормах жизни.

     Теоретическое обоснование террористической деятельности, как известно, сводится к тому, что современное общество утратило способность к конструктивному и ненасильственному решению общественно-политических проблем. В результате этого объектом террористических акций становятся не только политические деятели, но и обычные люди, которые, по мнению террористов, должны быть патологически запуганы, чтобы легко поддаваться требованиям «нового порядка».

      Как результат вышеизложенного, террористы-смертники стали широко использоваться для совершения крупных, масштабных террористических акций, вызывающих широкий общественный резонанс. Всему миру известны такие теракты с их участием, как взрывы 11 сентября в США, в феврале 2004 г. в Московском метро, в июне 2003 г. на рок-фестивале в Москве, двух самолетов в августе 2004 г. Активно используются террористы-смертники против правительственных сил и армии США в Ираке.

    Для исполнения террористической акции наиболее подходят люди с определенными индивидуально- и социально-психологическими особенностями, возрастными данными и религиозными убеждениями.

    В связи с этим для правоохранительных органов приобретает особую актуальность составление примерного психологического портрета террориста-смертника, учитывающего эти особенности.

     Терроризм стал знакомым для всех явлением современной жизни. Когда мы слышим слово теракт, то   мы начинаем испытывать  тревогу, страх, многих охватывает паника, начинают «бегать мурашки» по телу, мы беспокоимся за себя и за близких людей. Все мы знаем, что это ужасное событие, с которым связана кровь, страдания, смерть. 
    Террор (лат. terror – страх, ужас) – направлен на  «устрашение», «запугивание». 
     Ситуация теракта, произошедшего в аэропорту «Домодедово», теракт на «Невском экспрессе», к сожалению, этот перечень можно продолжать долго, но все эти события наглядно показывают, что за всеми несчастьями стоит смерть и множество искалеченных судеб. Эффект заражения массовой паникой заставляет плакать зрителей телеэкранов, сострадать жертвам теракта, находится в печали, горевать. Траур, в котором находится вся страна задевает за душу многих людей, которые оказалось бы не имеют к теракту никакого отношения.  
     Факт жестокого разрушения, внезапность трагедии и многочисленные жертвы заставляют задуматься: «сходить ли сегодня в метро?», «полететь ли очередным рейсом на самолёте?», «стоит ли ехать в командировку в Москву?» и т.д. Терроризм несёт с собой угрозу существования. Тот , кто производит теракт это не человек,  по выражению Д.А.Медведева, это «подонки». Что должно твориться в психической реальности у человека, который готовится к совершению теракта? 
     Большая часть сравнительных исследований не обнаружила никакой явной психической ненормальности террористов. Тем не менее продолжаются попытки выявить специфическую личностную предрасположенность у людей, становящихся на пути терроризма. Среди членов террористических групп наблюдается значительная озлобленность паранойяльных индивидов. Общая черта многих террористов  - поиск вовне источников личных проблем. Имеет место сверхсосредоточенность на защите Я путём проекции. Другие характерные черты – постоянная оборонительная готовность, чрезмерная  поглощенность собой и незначительное  внимание к чувствам других. Была обнаружена психодинамика, сходная с той, которая обнаружена в случаях, граничащих с нарциссическими расстройства (Поуст, 1993). 
 
      Проявления нарциссизма в форме самолюбования, утверждений об исключительности и особых правах своей национальной, религиозной или классовой группы и её представителей, о собственных выдающихся способностях и др. можно обнаружить у большинства террористических объединений, например, чеченских и ирландских. Хотя  нарциссизм  в аспекте терроризма еще не исследовался, Э.Фромм специально анализирует это явление  среди причин  человеческой деструктивности, составной частью которой является терроизм. 
      Личность террориста характеризуется сочетанием  истерических и эксплозивных  черт, высоким уровнем нейротизма фрустрированностью, приводящей к  прорыву  барьеру  социальной адаптации, выраженной асоциальностью. У большинства террористов  обнаруживают расстройства личности с высоким уровнем косвенной агрессии. При этом механизм реализации террористического акта, как правило, включает в себя аффектогенную мотивацию, психопатическую самоактуализацию. Главная цель террориста – демонстрация  собственной силы, а не нанесение реально ущерба. Террорист не стремится  к безымянности, он всегда  охотно берет на себя ответственность за свои действия. 
     В детском и подростковом возрасте террористы обнаруживают высокий уровень притязаний, завышенную самооценку, отличаются , склонностью к фантазированию, занимают выраженную обвиняющую позицию, требуют к себе повышенного внимания педагогов. Психопатологический компонент личности террориста чаще всего связан с ощущением реального или мнимого ущерба, понесенного террористом, дефицита чего-то необходимого, настоятельно потребного для личности. Как правило, логика и мышление террористов носят путаный и противоречивый характер. С эмоциями связаны морально-нравственные проблемы («комплекс греховности»), иногда мучительные для террористов, несмотря на достаточно высокий уровень образования и  интеллектуального развития. Террорист выступает, как бездушная «деструктивная машина». 
 
     Психологический анализ позволяет выделить три наиболее ярких варианта  такой «террористической машины». «Синдром зомби» - состояние постоянной боеготовности, своего рода «синдром бойца», нуждающегося в непрерывном самоутверждении и подтверждении своей состоятельности. Он присущ террористам-исполнителям, боевикам низшего уровня. «Миссионерство» - основной  психологический стержень «синдрома Рембо». К основным психологическим характеристикам «синдрома камикадзе», прежде всего, относится экстремальная готовность к самопожертвованию  в виде жертвы самой своей жизнью. Преодоления страха смерти вполне возможно за счёт изменения отношения к жизни. Стоит перестать рассматривать жизнь как некую свою собственность, как страх смерти проходит. 
     Дифференциальный анализ (Ольшанский, 2002) показал, что среди участников террористических организаций и террористических действий 46% холериков, 32 % сангвиников, 12% меланхоликов и 10% флегматиков. 
  Таким образом, личность террориста  многогранна. Воспитание террористов начинается с самого детства, присутствует идиологический компонент, ритуализация, строгость и ограниченность. 
 
     .