Правовая система в Китае в средние века: источники права

Глава 1 «Правовая система в Китае в средние века: источники права»

 §1 «Источники права в Китае в период средневековья»

Для средневекового Китая характерно появление династийных сводов законов,  как основных источников права, самыми разработанными кодификациями начального периода средневековья стали законы династии «Тан»  и династии «Сун». После захвата Китая Монголами, династия монгольских правителей Юань(1280-1368 гг.), предпочла подражание издревле существующим порядкам и превратила в законы, специально отобранные судебные прецеденты. В предисловии к «Законам Великой династии Мин», которые стали крупнейшим законодательным памятником Минской эпохи, император выразил свои ожидания и надежды относительно социального эффекта вводимых законов в следующих словах: « Я, владея Поднебесной, подражал древности в осуществлении управления, дабы руководить народом, устанавливал в качестве декретов, проводил в жизнь все это уже в течение долгого времени, но что поделать, нарушители законов продолжали появляться один за другим. Отсюда возникли пять видов наказаний и жестокие законы, чтобы наказывать их (нарушителей)…Отредактировав написанные законы, мы составили книгу и отпечатали  ее для распространения в столице и на местах, дабы сановники и народ знали чего придерживаться». Подобные строки, прежде всего, свидетельствуют о том, что действующие на тот момент законодательства постоянно становились более жёсткими, но также и появлялись задатки информирования граждан об ответственности за их действия, в каком- то смысле это отражает действующий сегодня принцип «незнание закона не освобождает от его ответственности».

Исторически сложилось так, что уголовные (карательные) законы и своды законодательства получили наибольшее развитие. Но также развивался и широкий круг законов военных, гражданских и административных. Такое соотношение отраслей законодательной деятельности объясняется тем, что в Китае, как и в других районах мира, древнее и средневековое законодательство было воплощением одновременно законных и моральных требований. Также немаловажно чертой было и то, что были смешаны уголовное и гражданское законодательство. При всем при этом важную и своеобразную часть таких законодательств  составило законодательство административное, поскольку Китай всегда был страной централизованного и даже сверх централизованного управления.

Особенно ярко такой комплексный и многоотраслевой характер проявил себя в минском кодексе XIV в. Все законы этого кодекса изложены в 460 статьях, собраны в 30 главах, но параллельно указывают на отраслевой характер законодательного регулирования. Законы подразделяются по ведомствам:

Схема 1.

«Ведомственным» разделам кодекса предпослано вступление из 47 статей, названное «меры наказаний и принципы применения законов». Наряду с кодексами существовало своеобразное «указное право» императоров, которое затем в виде кратких записей решений и постановлений с добавлениями составляло особый жанр законодательствования и специфический источник права - собрание указов («чи»), или Китайскую разновидность прецедентного императорского права. Иногда собрания указов - «чи» – выполняли роль новых уголовных законов. И практикующий судья сначала смотрел в сборник указов, а затем в уголовный кодекс. И хотя иногда низводили кодекс до вспомогательного средства, его действие некогда не отменялось.

§ 2 «Танский кодекс как основной источник права

 в средневековом Китае»

Первым и крупным сводом законов средневекового Китая, стал Танский уголовный кодекс с комментариями и разъяснениями. Составленный под руководством зятя императора Тай-цзуна. Комментарии и разъяснения не только имеют большую практическую ценность, но и облегчают ориентирование в обилии законодательных установлений за счет достаточно подробного комментирования преступлений и наказаний. В этом состоит еще одна особенность китайского средневекового законодательного искусства. Составление Танского кодекса было завершено в 653 г., обнародование состоялось только в 737 г. Кодекс династии Сун «исправленное и пересмотренное собрание уголовных законов» (составлен в 959 г., опубликован в 963г.) во многом повторял Танский кодекс.

Характерной особенностью династийного законодательства стало допущение исходного для конфуцианства представления о том, что эффективность государственной системы контроля и регулирования возможна только на основе сочетания и взаимодействия моральных норм и жестких предписаний закона. Последующие пересмотры и переиздания кодексов производились в согласии с конфуцианской традицией, требовавшей «с любовью относиться к древности, но и знать новое».

Танский кодекс имел следующую структуру: 502 статьи были собраны в 30 глав (цзюаней), которые были сведены в 12 тематических разделов. Эти разделы имели следующие области регулирования:

1. Меры наказания и принципы применения законов;
2. Охрана запретных мест;
3. Должностные обязанности чиновников и порядок их исполнения;
4. Домохозяйства и бракосочетания;
5. Государственные конюшни и зернохранилища;
6. Самовольные действия администрации;
7. Разбой и хищения;
8. Драки и тяжбы;
9. Мошенничества и подлоги;
10. Разнородные карательные законоустановления;
11. Задержания и побеги;
12. Судопроизводство и тюремное содержание;

Первый раздел «Меры наказания и принципы применения законов» - самый большой и составляет примерно пяту часть всего корпуса Танского кодекса. Он содержит толкования  основных и вспомогательных разновидностей наказания и общих принципов их применения. В остальных разделах разбираются конкретные типы преступных деяний и наказания, которые им соответствуют. Так в разделе 1 в статье о пяти видах наказания легкими палками приводиться следующие «разъяснение» составителей кодекса самой меры наказания и ее происхождение и назначение: «наказывать легкими палками» -  значит «бить» и, кроме того, может толковаться как «стыдить». Объясняется это тем, что, если человек совершил легкий проступок, по закону необходимо вразумить его, поэтому применяют к нему битье, чтобы устыдить.

Танское законодательство не знает института необходимой обороны, но освобождает от ответственности ближайших родственников, вступившихся за мать или отца в случае нападения. Наказание смягчалось для трех категорий лиц: стариков, детей и инвалидов. Классификация преступных деяний строилась под влиянием конфуцианской философии, осуждавшей общественное зло, и еще с древности получила название «10 зол». Объектом посягательств мог быть не только государственный порядок или человек и его имущество, но и прежде всего ритуал межличностного и межгруппового общения (этикет), нарушения которого в виде сыновней непокорности или несогласия могло при желании могло законодателя обрастать расширительными толкованиями.

 В число упомянутых зол входили заговор о мятеже против государя, «великое непокорство» (бунт против существующего порядка и морали с умыслом что-то разрушить) а также измена (переход на сторону врагов императора». Четвертое зло - «непочтение непокорность» - имело в виду внутри родственные конфликты (избиение или убийство родных), затем следовало зло в виде «несправедливости, порочности» (преступления совершенные с особой жестокостью и злостью). Шестое зло - «выражение великого непочтения»- подразумевало кражу предметов культа, вещей императорского обихода, а также оплошности при приготовлении ему пищи, лекарства либо злословие в его адрес. Виновные в этом подлежали удавлению.

Следующие разновидности зла были сгруппированы в связи с их вредом для нравственных семейных устоев: «выражение сыновьей непочтительности», «несогласие, разногласие» с близкими родственниками;  далее следовала группа преступлений, оцениваемых как «несправедливость, неправедность» во взаимоотношениях из разряда официальных и иерархических (убийство начальника его подчиненным, убийство командира, учителя, наставника; сюда же было отнесено выражение непочтения к мужу со стороны жены, например отказ от ношения траурной одежды в связи с его кончиной). Десятое зло - кровосмесительные связи, которые уподоблялись взаимоотношениям «птиц и зверей» Совершение одного из таких зол не освобождало от наказания никого вне зависимости от занимаемого положения и лишало возможности откупа от наказания. Наказанию подлежали также члены семьи преступника с конфискацией их скота и имущества. В первую очередь к ответственности привлекались жена и дети преступника, - его родители, самого тяжкого - его деды и внуки, братья, сестры по отцу, племянники.

Особую группу преступлений составляли различные виды несправедливого обогащения – получение материальных благ обманом либо с помощью запугивания или получением чрезмерной выгоды. Помимо явного сближения карательных и договорных запретов китайское законодательство, не обособляло сферу уголовного наказания от административного наказания. Из этого следует, что одним из самых типичных и тяжелых преступлений в бюрократическом аппарате, средневекового Китайского государства было взятничество, которое вначале Танский, а затем и Минский кодексы сближают с воровством в рамках таблицы наказаний за «шесть видов присвоения» (казенного и частного имущества). Согласно Танскому кодексу, наказуемые виды присвоения имущества расположены по принципу убывающей общественной опасности, выглядят следующим образом: грабеж или разбой в двух разновидностях – с применением угроз или силы и с применением оружия; взятничество с извращением закона в двух разновидностях - получающими жалование или не получающими жалование. Перечисленные преступления включают в качестве наказания высшую меру - смертную казнь путем удавления и обезглавливания. Далее следует взяточниство без извращения закона получающими жалование и не получающими жалование; воровство; присвоение подведомственного имущества и наказуемое присвоение.

Широко распространенной практикой в применении наказаний в средневековом Китае стало предоставление возможности избежать или сократить срок вынесенного наказания с помощью откупа денежными ассигнациями, серебром, или осуществлением определенной физической работы. Так, наказание битьем палками можно было заменить работой в месяцах или в пересчете на серебро, взносом зерна, перевозкой извести или кирпича, воды и угля и др. Наказание 10 ударами  палкой было эквивалентно одному месяцу работы или 300 мерам серебра. Наказание в 100 ударов палками приравнивалось к работе в течение 6  месяцев или в 1800 ли серебра. Однако возможность откупиться от наказания предоставлялась далеко не всем и при наличии определенных условий. На мой взгляд, принималось во внимание возраст, социальное положение, состояние здоровья, характер преступления и вид наказания.

Как итог главы важно подчеркнуть, что основными источниками права в средневековом Китае являлось Танский кодекс и указы императора которые  образовывали систему конкретных публичных законов для управления государством и построения на базе этого кодекса отдельных отраслей права которые и регулировали общественные отношения, но уже в рамках не уголовного кодекса.

Глава 2 «Правовая система в Китае в средние века: правовое регулирование общественных отношений».

Правовое регулирование общественных отношений представляет собой особую систему по устройству государственных органов и свода законов, на основании которых, происходит регулировка общественных отношении. В средневековом Китае была сформирована, судебная система и хотя основным регулятором отношений как уже сказано выше являлось уголовное право (свод законов династии Тан), средневековое право Китая регулировало общественные отношения и закрепляло правовой статус основных групп населения, регулировало Брачно-семейные отношения и имущественные отношения, а также было заложенно админестративное право которое регулировало отношения связанные с налогами, государственной службой и.д.

§ 1 «Брачно - семейные  отношения,  и их правовое регулирование в средневековом Китае»

В Китайском брачно-семейном праве достаточно подробно разработан институт брака – порядок заключения брака, развод, а также статус наложниц. По Китайской традиции и закону брак не был личным делом вступавших в него и заключался, по сути, старшими представителями двух семей. Так в кодексе Тан предусматривается следующий случай: « некто, находясь на службе вне семьи, вдали от нее, сам вступал в брак и брал себе жену». Однако позднее его старшие по поколению или возрасту родственники сосватали его, и брак, заключенный лично младшим членом семьи, не считался законным, следовало признать брак, заключенный старшими по поколению родственниками.

В кодексе устанавливаются: большая патриархальная семья, главенство мужа в семье, власть родителей над детьми.

При заключении брака имело  значение согласие семьи девушки на заключение брака, когда родители просватали свою дочь с объявлением писем с предложением о заключении брака, или было заключено частное соглашение сторон. Заключение брака свершается родителями путем покупки жены. Брачный возраст женщины предусматривался в 15 лет, у мужчины – 20 лет.

Закон Тан определял два момента, которые означали имеющиеся согласие семьи девушки на заключение брака, как уже сказано выше это: 1) родители просватали свою дочь с объявлением писем с предложением о заключении брака; 2) заключено частное соглашение сторон. Объявление брачных писем означало, что от семьи жениха поступило в семью невесты письмо, присланы подарки (со стороны жениха это означало просьбу выдать девушку замуж). Семья девушки в ответном письме соглашались выдать ее замуж. Наличие же «частного договора» означало выяснение возраста вступающих в брак, наличия или отсутствия физических недостатков, происхождения (были ли это дети супруги или наложницы).  Если после этого семья отказывалась от заключения брака, то старшие в ее семье наказывались в уголовном порядке 60 толстыми палками, а брак заключался. Если семья жениха, за которой признавалась инициатива сватовства, отказывалась от заключения брака, это не считалось преступлением, ей только не возвращались сделанные свадебные подарки. Считалось, что семья просватала девушку и в том случае если, если просто были приняты подарки от семьи жениха, и не было дано письменного согласия на брак. Размер даров не был установлен, и достаточно было взять подарков на сумму в один "чи", как уже не дозволялось отказываться от брака. Подарком не считалось угощение во время сговора. Но если от семьи жениха были даны деньги на угощение или иные средства на его устройство (вино, еда), то это также рассматривалось как  получение подарков от семьи девушки. То, что принятые от семьи жениха подарков было узаконенной точкой отсчета установления брачных отношений, подтверждается и в самом кодексе. Однако брак уже считался совершенным окончательно, если жених и невеста «видели друг друга», т.е. вступали в подлинные брачные отношения. При ответственности «юаньцзо»  даже если семьей девушки были приняты подарки и определен семьями день свадьбы,  но если «жених и невеста не видели друг друга», ответственности «по юаньцзо» не наступало. Если девушку сватали одновременно за двоих, виновным полагалось по 100 толстых палок. Если после того как девушка была просватана за одного, ее выдавали за другого, виновные наказывались полутора годами каторжных работ. Если муж знал, что взял себе в жены девушку уже ранее просватанную за другого, наказание ему уменьшалось на одну степень по сравнению с мерой наказания главе семьи его жены (год каторги); если же брак еще не был совершен, наказание виновным уменьшалось на пять степеней(60 толстых палок), а девушку отдавали в жены тому, кто первый просватал ее.  Если  же первый жених отказывался от нее, семья девушки возвращала первому жениху (его семье) полученные от него подарки, а второй жених вступал с ней в брак на законных основаниях.

  Из всего этого очевидно, что с точки зрения закона брак рассматривался как покупка родителями жениха жены для своего сына у родителей невесты. Ибо добровольное принятие цены девушки ее родителями, пусть символическое, означало, что она просватана; если ее родители изменяли своему слову, это влекло за собой уголовную ответственность. И в XIX в. для полного совершения брака были необходимы согласие родителей или представителей мужских родственников семей, принятие подарков семьей невесты, «каковые могут рассматриваться как своего рода плата за передачу дочери из одной семьи в другую», передача невесты в дом жениха. Поскольку не было официально установленной «цены» на жену, то трудно считать, что времен Тан брак следует расценивать как покупку невесты. Плата за жену ее, ее покупка или была реликтом далекого прошлого, или тем, что все формальности совершены, родители передали права на свою дочь жениху и дело только за тем, что бы он отвез ее в свой дом.

Если муж при живой жене женился вторично и брал себе вторую жену (именно жену, а не наложницу, что дозволялось), то он наказывался за двоеженство годом каторжных работ. Глава семьи второй жены к уголовной ответственности не привлекался. Китайское право исходило из того, что «один муж и одна жена – не подлежащий изменению порядок». Все браки, заключенные в обход действующего законодательства, подлежали расторжению.

Развод. Развод не только допускался, но и одобрялся законом, если имелось «нарушение [супружеского] долга». Оно понималось не так как в наши дни, и заключалось не только в действиях, направленных против супруга (супруги), но прежде всего против их близких родственников, или было заключено в действиях в родственников мужа или жены друг против друга. Во всех этих случаях развод был обязательным – за не развод полагался год каторжных работ. Если кто-то один не желал разводиться или обе стороны не желали развода, то при наказании членов таких семей виновник «нарушитель долга» считался главарем, а его помощники - пособниками. Чиновник, разбиравший дело «нарушителей долга», был обязан беспристрастно определить меру из вины. Таким образом, требование развода при «нарушении долга» могло возникнуть не по личной вине супругов, а быть вызванными действиями членов их семей или родственников, даже не членов их семей.

Когда же не имело место «нарушение долга», право развода в значительной степени принадлежало мужу.  Муж имел семь законных оснований на развод со своей женой:

1. Отсутствие детей;
2. «Разврат» (супружеская неверность жены);
3. Неспособность ее служить свекру и свекрови;
4. Болтливость жены;
5. Воровство, совершенное женой;
6. Ревность мужу со стороны жены;
7. Тяжелое заболевание жены;

Вышеперечисленные 7 поводов для развода с женой не были действительны в трех случаях:

1. Если жена носила траур по свекру или свекрови.
2. Если во время заключения брака семья мужа была бедной, а в результате этого брака стала богатой.
3. Если жене некуда было уйти, « не было тех, к кому она могла возвратиться».

Каким образом при Тан происходил развод на законных основаниях, неизвестно. Позднее процедура была проста. Муж передавал жену в ее прежнюю семью главе семьи с письмом, в котором извещал об отказе от жены с указанием дозволенных законом оснований для развода. Если семья отказывалась ее принять, к делу привлекались авторитетные люди селения, а уже затем и власти. Между семьями начиналась судебная тяжба. Видимо при Тан развод осуществлялся подобным же образом.

«Путь мужа и жены – постоянная верность до одной могилы, единственный союз и содружество, неизменяемые до конца». Однако это не был союз равных. Положение женщины определялось «подчинением трем» - в девушках отцу, в браке - мужу, а после смерти мужа сыну.

Исходя из вышеизложенного материала можно констатировать, что при регулировке такого вида общественных отношений как брачно - семейные в средневековом Китае четко определены преступления и наказания в  брачно-семейных отношениях, причины развода, порядок вступления в брак, определенные отношения, связанные с запретом тех или иных браков.

§ 2 « Формы собственности в средневековом Китае»

Изучение права собственности в древних и средневековых обществах представляет собой значительные трудности.  Даже римские юристы «не оставили точного определения права собственности», а феодальное право «не знало всеобщей абстрактной правоспособности, единого понятия ответственности». Пока не сложилось определенного понятия прав собственности, «термин “владение” широко применялся…для обозначения того господства над вещью (имуществом), которое признавалось и сохранялось правопорядком в качестве наиболее полного господства над вещью». В соответствии с тем, что устанавливало, средневековое право также не имело, специального термина для обозначения права собственности и обходилось для выражения этого права обычным глаголом  «ю» («иметь»). Глагол «ю» в значении «иметь в собственности» известен с конца Чжоу, с IV – III вв. до н.э.

Танское право делило объекты собственности на имущество движимое и недвижимое. Движимостью считалось «то, что нужно перемещать», недвижимостью – «то, что невозможно переместить». К движимому имуществу относились вещи, «которые нужно перемесить и отделить от их основного места» (как сказано в кодексе вещи подобные деньгам и тканям), «вещи, которые можно взять в руку и спрятать» (вещи «типа жемчуга, нефрита, и драгоценных камней»), вещи, которые можно переместить, но для этого надо их погрузить, (это «деревянные и каменные тяжелые вещи») и «вещи, по своей принадлежности находящиеся внутри изгороди или на привязи» (например скот). Недвижимостью являлось земля; «поскольку землю не отделить от постоянного места, ее природа отличается от природы вещей», «распаханное под поле землю невозможно переместить».

Китайское право выделяло правовые титулы, три формы собственности: частную собственность («сы»), казенную или государственную собственность («гуань») и собственность публичную, общественную («гун»). Особый вид собственности представляла собой собственность буддийских и даосских общин. В отдельных случаях правом признавалось то, что  принадлежит данному конкретному лицу, личная собственность («цзи»).

Субъектом права частной собственности был хозяин («чжу»). «Казенная вещь возвращается в казну, частная вещь возвращается хозяину». «Частные поля пахотной земли и постройки каждые имели своего хозяина». Хозяевами являлись простые люди и чиновники, когда они выступали не как должностные лица, а как лица частные. «Если любой, находящейся на чиновничьей должности,  захватит поле, принадлежащие частному лицу, площадью 1 "му" и менее, то виновному 60- толстых палок».

Субъектом казенной собственности была казна в лице ее представителя, чиновника. Субъектом публичной, общественной собственности могли также выступать казна, государство, или ее пользователями было все или почти все население. Правом выделять нечто в собственность обладало исключительно государство.

В старом Китае государство в отдельных случаях ограничивало полномочия собственника, например при купле - продаже земли. Сложным представляется и вопрос о правах собственности на землю в Китае в период господства там так называемой надельной системой. Эта проблема связана и с собственностью казенной, и суть ее состоит в том, была ли в старом Китае верховная, императорская государственная собственность на землю? Была ли как самостоятельная форма собственности собственность удельная, императора и его семьи?

Как и само государство, собственность была неразрывно связана с императорской властью. Политическая мысль Китая никогда не выдвигала, идию о государстве без императора, государстве как абстракции. Как государство, материализовавшееся в аппарате управления и чиновниках, было лишь средство осуществления высшей воли, воли императора, так и собственность государства, казны была аналогичным средством реализации этой воли.  Власть императора имела сакральную природу, и если китайский император не рассматривался как божество, то он по крайне мере рассматривался как «человек, выбранный за свои божественные качества выполнять божественную волю». Поэтому теоретически не могло быть собственности государственной, которая не была бы императорской. Право и правовая теория были частью политической теории, но не совпадали с ней.  По закону, все, что являлось императорским или было материальным символом власти императора, как, например, императорские печати, трактовавшиеся как «инструменты, обладающие сакральным свойством» либо рассматривалось как вещи, предназначенные императору, а потом как обладающие особым качеством.

В кодексе Тан при комментировании статьи о запрете продажи надела коуфэньтянь есть ссылка на древний трактат: «Коуфэньтянь называются земли, которые получают в зависимости от количества ртов, не являющиеся землями юнъе (находящимися в вечной собственности), а также землями, занятыми под жилыми постройками, садами и огородами. Те, кто самоуправно продает их сказано: “пахотные земли не должны продаваться”. Здесь говориться о том, что “получивший их от гуна не имеет права частным порядком продовать [их]”».

Как отмечает Д. Твитчетт, вторая часть цитаты: «получивший их от гуна не имеет права частным порядком продовать [их]». Слово «Гун» Д. Твитчетт переводит  не как «государь», «князь», а как «государство»  и делает вывод, что «традиционно все земли империи теоретически считались принадлежащим императору».  В любом случае включение в кодекс этого пассажа может рассматриваться как свидетельство того, что в годы существования надельной системы земли, выдававшейся в подушный надел («Коуфэньтянь»), рассматривались действующим правом как полученные от «гуна», и если брать основное значение слова «гун» - «публичное», «казенное», «не частное»,- то следует понимать, что они получены от казны, государства, а значит, от императора.

Вместе с тем введение надельной системы не сопровождалось провозглашением того, что «все земли принадлежали государству в лице его верховного главы, императора».  Таких прямолинейных эдиктов не встречается ни в одном из известных эдиктов; надельными были объявлены земли, которые давно уже были в собственности крестьян. Надельная система, возможно, и не была чисто китайским институтом. Она появилась в 485 г. При сяньбийской династии Северная Вэй, и ее появление – это не что иное, как реакция властей на невозможность после длительных войн и беспорядков установить подлинных собственников земли и упорядочить налогообложение. Вначале, было решено просто узаконить, фактическое владение землей, и лишь затем, просто узаконить фактическое владение землей. Важно заметить, что недельная система не упраздняла частной собственности на землю. Введение надельной системы имело целью в   интересах государства обеспечить за трудоспособным налогоплательщиком определенное количество земли на время его активной трудовой деятельности и гарантировать натуральные поступления зерном, тканью и трудповинностью. Аналогию с несколько иной целью мы имеем в средневековой Европе, где в интересах постоянного наличия мужской вооруженной силы вассал не имел права продать, передать:  «такое количества земли, которое лишило бы его возможности выполнять лежавшие на нем повинности».

§ 3 Административное право

Административное право, пожалуй, было одним из самых обширных видов традиционного китайского права. Правовое регулирование действий бюрократии, аппарата управления империей поистине занимало центральное положение в системе старого китайского права.

Подворные списки населения составлялись в целях налогообложения. При династии Тан и Сун был установлен порядок, в соответствии с которым каждые три года из всех округов страны подворные писки населения и планы земельных угодий поступали в императорский секретариат. Устанавливалось «что все хозяева, главы дворов, назначаются из глав семей. В пределах двора те члены двора, которые платят налог, считаются налогоплательщиками, а те, которые не платят налога, считаются неплательщиками налога».

«Все подворные списки составляются раз в три года. Составление их начинается на первой декаде первого месяца. Уездное управление требует списки семей, составленные лично [главами] подлежащих учету семей и пересылает их в округ, где должно быть проверено, что они составлены по установленной форме. В волостях такие списки составляются по особенному, пишутся они в трех экземплярах. В верхней части свитка делается пометка: такой-то округ (чжоу), такой-то уезд (сянь), такая-то волость (сян), списки такого-то года. Для указания наименования округа используется печать округа, для указания наименования уезда – печать уезда. К 30-му дню третьего месяца составление списков завершается. Списки сброшуровываются, и один их экземпляр отправляется в императорский секретариат. В округе и уезде остается по одному экземпляру списков. Необходимые для составления списков бумага, кисти, обертки – все это взимается с подлежащих регистрации дворов, для чего особо взимается по одной монете с члена подлежащей регистрации семьи».

В зависимости от своей состоятельности дворы подразделялись на девять категорий. Принципы этого деления, его конкретика остаются неясными. Не облагались налогом престарелые (старше 60 лет), инвалиды больные, вдовы, жены и наложницы, рыбы и рабыни, а также все чиновники, относящиеся к основному штату чинов и имеющие ранги девятого разряда рангов и выше. А все чиновники столичных управлений и все чиновники шестого разряда рангов и ниже, как в столицах, так и в провинции, освобождались от трудовой повинности. Присоединение к именитым родственникам, « объединение дворов» с целью уклониться от уплаты налогов и трудовой повинности наказывались двумя годами каторжных работ. Но механизм господства освобождал часть родственников чиновников от налогов и трудоповинности. «освобождаются от налогов и трудовой повинности, совместно живущие родственники всех гражданских и военных чиновников, состоящих на действительной службе и имеющих ранги третьего разряда рангов и выше.