Предъявительство в суде

Оглавление

Введение

Актуальность. Институт представительства является важнейшим  средством обеспечения реализации прав в сфере как материальных, так и процессуальных правоотношений. Со времен римского права, когда необходимость  представительства обосновывалась, как правило, физической невозможностью самого лица реализовать те или иные юридические действия, изменилось очень  многое.

В настоящее время  трудно дать однозначный ответ, что  же такое представительство в  гражданском процессе, так как  этот процессуальный институт объединяет, по сути, очень разные правовые явления.

Можно только с  полной определенностью сказать, что  сегодня он включает в себя собственно представительство и оказание квалифицированной  юридической помощи. Именно вторая составляющая и вызывает больше всего  вопросов в практике применения представительства. Но и само представительство является очень неоднородным явлением. Неоднозначность  института представительства следует  как из его различных целей, так  и из особенностей субъектов этих правоотношений.

Представитель не имеет своего процессуального статуса  и не относится ни к лицам, участвующим  в деле, ни к лицам, содействующим  осуществлению правосудия. Хотя неоднократно эта проблема была предметом научных  дискуссий, и многие авторы обосновывают отнесение представителя к лицам, участвующим в деле.

История развития законодательства о представительстве  достаточно многообразна. Первые зачатки  института как законного, так  и добровольного представительства  были заложены в древнем римском  праве. Гражданско-правовое регулирование  института представительства сочеталось с процессуальным. Первоначально правообладатель мог реализовать свое право только лично, первые исключения из правила nemo alieno nomine lege agere potest (никто не может искать по закону от чужого имени) были закреплены в Институциях Юстиниана. Допускалось выступление представителей за народ, за свободу и по вопросам об опеке. Закон Гостилия (около 175 г. до н.э.) допускал представительство на суде за лиц, попавших в плен или отсутствующих по делам государства.

В гражданских  правоотношениях законное представительство  опережало добровольное.

В российском как  дореволюционном, так и современном  законодательстве нормы о представительстве  стали традиционными, но при этом находили свое отражение в разных структурных элементах кодифицированных актов гражданского законодательства. Так, например, ГК РСФСР 1922 г. нормы о  доверенности включал в раздел об обязательствах после договора поручения, а нормы о представительстве  в целом были сосредоточены в  главе, посвященной сделкам.

Глава 10 Гражданского кодекса РФ посвящена регулированию отношений представительства в целом и особое внимание уделено одному из оснований возникновения представительства - доверенности.

Нормы о представительстве  и доверенности были закреплены и  в ранее действовавших Гражданских  кодексах России. Так, ГК РСФСР 1964 г. в  разделе "Общие положения" содержал гл. 4, посвященную представительству и доверенности, ГК РСФСР 1922 г. - нормы о представительстве в разд. VI "Сделки", а нормы о доверенности - в разд. IX, объединяющем нормы о договоре поручительства.

Нормы гл. 10 ГК РФ закладывают основу для отношений представительства, регулируемых другими отраслями права. Так, понятие доверенности, требования к ее содержанию, порядок совершения имеют важное значение для оформления отношений представительства в гражданском, арбитражном, уголовном процессе.

Цели и задачи работы. Целью данной курсовой работы является анализ правового регулирования института судебного представительства. В частности, необходимо исследовать существующие теоретические основы представительства в гражданском судопроизводстве.

Для достижения поставленной цели определены следующие  задачи курсовой работы:

- определить значение института представительства в гражданском судопроизводстве;

- дать понятие судебного представительства, раскрыть его сущность и значение;

- рассмотреть  отдельные виды процессуального  представительства, выделить их  специфические особенности;

- проанализировать  основные полномочия судебных  представителей, определить порядок их оформления.

Глава I. Понятие и значение института представительства

в гражданском судопроизводстве

Представительство, будучи плодом развитых юридических  отношений, «указанием на высшую степень  абстракции права, являясь понятием искусственным»¹, образованием, появлению которого мы обязаны относительно недавнему времени, требует четкого и корректного определения. Между тем, в современной процессуальной науке редкий институт имеет такую многообразную, а зачастую и путаную терминологию, как институт представительства. Представительство определяют и как процессуальные действиями как процессуальное отношение, и как институт процессуального права. При этом авторы разных определений горячо спорят друг с другом, указывая на некорректность определений оппонентов в той или иной части.

Однако без  четкого понятийного аппарата ни институт процессуального представительства, ни процессуальная наука вообще не могут развиваться. Все дискуссии  рискуют быть сведенными в итоге  к спору о понятиях как базовых  категориях, на которых строится любая  наука. В правовой же науке терминологическая  точность особенно важна, поскольку  выработанные теоретические понятия  в дальнейшем используются в законодательной  практике и приобретают всеобщее значение.

Справедливости  ради следует отметить, что подобное состояние понятийного аппарата представительства присуще не только науке гражданского процесса. Аналогичное  положение наблюдается и в  науке гражданского права, в которой  берут начала основные понятия представительства. Профессор В. А. Рясенцев писал: «Едва ли есть еще институт гражданского права, который породил бы такую путаную терминологию, как институт представительства. Одни и те же термины имеют различное значение, причем, понятия, которым они соответствуют, в науке еще точно не установлены»².

Сколь-нибудь развитой теории представительства в иных отраслях права вообще не наблюдается.

1.1. Представительство – система процессуальных действий

Самым распространенным определением процессуального представительства  является определение его как  системы процессуальных действий или  как деятельность.

Такого рода определение, например, дается А. Ф. Козловым. По его  мнению, судебное представительство  в гражданском процессе – это  процессуальная деятельность право-дееспособных субъектов от имени и в защиту прав и охраняемых законом интересов  сторон, третьих лиц, заявителей и  иных заинтересованных по делу лиц³.

Сходное понятие  представительства дает А. А. Добровольский, определяющий его как ведение  дела в суде одним лицом в защиту и в интересах другого⁴. В. М. Шерстрюк характеризует судебное представительство как деятельность представителя в гражданском процессе, осуществляемую от имени представляемого с целью добиться для него наиболее благоприятного решения, а также для оказания ему помощи в осуществлении своих прав, предотвращения их нарушений в процессе и оказания суду содействия в осуществлении правосудия по гражданским делам⁵.

Из дореволюционных  процессуалистов следует отметить К. И. Малышева, который указывал, что  представительством является замена одного лица другим, когда представитель  действует в процессе вместо представляемого, так что последствия его деятельности отражаются на этом представляемом лице⁶.

Сведение представительства  исключительно к процессуальной деятельности неизбежно влечет за собой  вопрос о месте процессуальных действий и процессуальной деятельности в  гражданском процессе. Некоторые  ученые-процессуалисты утверждают, что  деятельность суда и других участников процесса, урегулированная гражданско-процессуальным правом, и исполнительное производство представляют собой гражданский  процесс⁷. Другие указывают, что гражданский процесс есть процессуальная деятельность и связанные с ней правовые отношения суда и других участников процесса⁸.

Процессуальные  действия играют двоякую роль. Во-первых, они являются процессуальными юридическими фактами, с которыми гражданское  процессуальное право связывает  возможность возникновения, изменения  и прекращения гражданских процессуальных прав и обязанностей. Н. А. Чечина настаивает на том, что только процессуальные действия или бездействия выполняют в гражданском судопроизводстве роль юридических фактов⁹. Однако большинство авторов считает, что к процессуальным юридическим фактам относятся и события¹⁰. Во-вторых, процессуальные действия являются формой реализации всеми субъектами гражданских процессуальных правоотношений, предоставленных им прав и обязанностей¹¹.

С этой точки  зрения определение судебного представительства  как процессуальной деятельности, системы  процессуальных действий, ведения дела отражает динамику процесса и имеет  большое значение для практической деятельности представителя, позволяет  сосредоточиться на конкретной работе по реализации его полномочий в суде. Такое определение акцентирует внимание исследователя на том, что процессуальный представитель является активным участником процесса, деятельность которого направлена на получение известного правового результата для представляемого, а ближайшим следствием деятельности представителя является возникновение, изменение и прекращение процессуальных прав и обязанностей представляемого и их реализация.

Вместе с тем, названное определение имеет  и ряд недостатков. Во-первых, оно механистично, т. е. лишь описывает внешние явления, происходящие в рамках представительства, не показывая сущность представительства, его место в системе права. Во-вторых, оно оставляет без внимания наличие и содержание правоотношений, складывающихся между представителем и представляемым, представителем и судом. В-третьих, такое понятие не охватывает общественных отношений, не составляющих собственно деятельность, но урегулированных нормами института судебного представительства, например, отношений, связанных с основаниями (уполномочие, доверенность) и субъектами представительства (лица, имеющие право быть представителями), имущественными отношениями по возмещению расходов на представителя.

Представительство – процессуальное отношение

Определение процессуального  представительства как процессуального  правоотношения берет свое начало в  предложенной в XIX в. О. Бюлловым концепции права как системы правоотношений. Эта концепция в короткий срок завоевала множество сторонников, в числе которых были известные русские цивилисты и процессуалисты, такие как А. X. Гольмстен, Е. В. Васьков-ский, Г. Ф. Шершеневич¹².

Г. Ф. Шершеневич предложил следующее определение представительства в гражданском праве: «Представительство – есть отношение, в силу которого последствия сделок, совершенным одним лицом от имени другого, непосредственно переносятся на последнего»¹³. Применительно к гражданскому процессуальному представительству А. X. Гольмстен отмечал: «В гражданском процессе представитель есть лицо, осуществляющее процессуальные права другого от имени того, кому права эти принадлежат, и исполняющее процессуальные обязанности от имени того, на ком они лежат, и при том с тем, чтобы последствия его действий были отнесены на счет представляемого»¹⁴.

М. С. Шакарян охарактеризовала судебное представительство как правоотношение, в силу которого одно лицо (судебный представитель) совершает процессуальные действия в пределах данных ему полномочий от имени и в интересах представляемого (стороны или третьего лица), вследствие чего непосредственно у последнего возникают права и обязанности¹⁵.

Определение представительства  как правового отношения позволяет  сосредоточить внимание на правах и  обязанностях, возникающих в рамках процессуальных отношений. Традиционно  считается, что в этих рамках возникают  два вида отношений: между представителем и представляемым и между ними и судом. В первом случае представитель  наделяется процессуальными полномочиями, во втором происходит допуск его судом  к участию в процессе. По этой причине нельзя утверждать, что в  рамках процессуального представительства имеют место только процессуальные отношения, обязательным субъектом которых является суд.

Логичнее было бы разделить возникающие правоотношения на три вида: отношения между представителем и представляемым, в силу реализации которого представитель наделяется полномочием; правоотношение между  представителем и судом в процессе совершения им процессуальных действий; правоотношение между представляемым и судом, являющееся результатом  реализации внутреннего и внешнего правоотношения¹⁶.

Следует заметить, что и этими тремя видами отношений  не исчерпывается содержание процессуального  представительства. Представитель  как лицо, осуществляющее публично-правовые функции по оказанию правовой помощи налагает на себя соответствующие обязанности. Государство должно получить право  устанавливать определенные требования к процессуальному представителю  и его отношениям с представляемым. Применительно к договорному представительству эти отношения не могут и не должны строиться только на основании договора между представителем и представляемым. Государство не может оставаться безучастным к тому, кто и насколько качественно оказывает юридическую помощь при представительстве в судах.

Таким' образом, рассмотрение процессуального представительства  как правоотношения позволяет глубже изучить отдельные стороны судебного  представительства, исследовать права  и обязанности сторон этого правоотношения, помогает установить действительное положение  представителя в процессе как  субъекта одновременно публично-правовых и частно-правовых отношений.

1.2. Представительство – институт гражданского и арбитражного процессуального права

Современная теория права определяет правовой институт как обособленную группу юридических  норм, регулирующих общественные отношения  конкретного вида¹⁷ или как законодательно обособленный комплекс юридических норм, обеспечивающий цельное регулирование данной разновидности отношений или ее стороны¹⁸. При этом институтами гражданского процессуального права являются обособленные группы норм, регулирующие процессуальные отношения отдельных стадий гражданского процесса (специальные институты), либо некоторые общие стороны, присущие системе процессуальных отношений как целому по каждому подведомственному суду гражданскому делу (общие институты)¹⁹. Этому определению отвечает и группа правовых норм, регулирующих процессуальное представительство. Таким образом, нормы о гражданском и арбитражном процессуальном представительстве относятся к общим институтам гражданского и арбитражного процессуального права.

Отнесение этих норм к такой структурной общности права, как институт, является общепризнанным. Нормы о гражданском процессуальном представительстве и арбитражном процессуальном представительстве представляют собой не простые совокупности, а неразрывную общность, правовую целостность, а потому могут проявлять свои регулятивные свойства в полной мере лишь в единстве²⁰. В. М. Шерсткж верно отметил, что нормы о судебном представительстве сконцентрированы в ГПК РСФСР в одной главе и не случайно в последующих главах и разделах почти не встречаются правовые нормы о судебном представительстве²¹. Это позволяет утверждать, что гл. V ГПК РСФСР и гл. V АПК РФ достаточно полно регулируют все основные вопросы, относящиеся к деятельности представителя в гражданском и арбитражном процессе. Нормы о судебном представительстве образуют такую общность, которая обеспечивает практически полное регулирование этого элемента процесса. .Это позволяет утверждать, что нормы о гражданском процессуальном представительстве образуют институт гражданского процессуального права. Аналогичная правовая ситуация складывается и в арбитражном процессе.

С точки зрения юридической техники выделение  норм о гражданском процессуальном представительстве и об арбитражном  представительстве в отдельные  главы, расположенные в Общей  части ГПК и в Общей части  АПК, представляется довольно удачным. Все нормы о представительстве, имеющие общий характер, «выносятся за скобки» и распространяются на все стадии процесса и виды судопроизводства. С этой точки зрения разделение гл. IV ГПК «Лица, участвующие в деле» и гл. V «Представительство в суде» есть не разделение лиц, участвующих в деле, и представителей, а прием юридической техники, основанный на системе гражданского процессуального права. Такой прием не подтверждает вывода о том, что представитель не является лицом, участвующим в деле, а лишь подчеркивает его особый статус, как части системы публично-правовой защиты прав, а также то, что действие норм о представительстве распространяется на всех лиц, участвующих в деле.

Нельзя не признать, что опыт Устава гражданского судопроизводства в этой части может быть весьма поучителен. Так, нормы о поверенных содержались в Общих положениях Устава, распространявших свое действие на все стадии и виды производства в судах.

Прекращению дискуссий  относительно статуса представителя  и возможности совершения им действий, связанной в особенных частях ГПК и АПК с наделением статусом лица, участвующего в деле, может послужить дополнение действующих ГПК и АПК нормой, аналог которой имелся в Уставе гражданского судопроизводства: «Все процессуальные действия, которые могут быть совершены лицами, участвующими в деле, могут совершаться также и их представителями, за исключением случаев, когда закон запрещает представителю совершение каких-либо процессуальных действий. Запрет представителю совершать какие-либо процессуальные действия может быть установлен и представляемым».

Связь между юридическими категориями процессуальных действий и правоотношений института процессуального  права применительно к гражданскому представительству можно выразить следующим образом: процессуальные действия, совершаемые представителем, являются юридическими фактами, которые  влекут возникновение, изменение или  прекращение процессуальных правоотношений, в том числе и правоотношений между представителем и представляемым, которые, в свою очередь, являются объектом регулирования норм, составляющих институт гражданского процессуального представительства.

Я. А. Розенберг  и В. М. Шерстюк считают, что судебное представительство является институтом лишь гражданского процессуального  права²². Соглашаясь с этим, следует заметить, что процессуальное представительство не является исключительно институтом этой отрасли права, о чем подробно будет указано в гл. 3.

ГПК РСФСР и  АПК РФ не содержат определения процессуального  представительства. Более того, из содержания гл. V ГПК и гл. V АПК совершенно не ясно, что же имеет в виду законодатель, когда говорит о представителях, не определено ни его место в процессе, ни отношения с представляемым и судом, ни значение его действий для представляемого и суда. Единственной нормой, косвенным образом указывающей на правовое значение действий представителя, является норма ст. 46 ГПК РСФСР, которая указывает, что «полномочие на ведение дела в суде дает представителю право на совершение от имени представляемого всех процессуальных действий...» и аналогичная ей по содержанию норма ст. 50 АПК РФ. Уяснить правовое значение этой нормы и процессуального представительства в целом возможно только путем аналогии с гражданским представительством. Так, Гражданский кодекс РФ в ст. 182 устанавливает, что сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет или прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Поскольку стороны в гражданском и арбитражном процессе не совершают сделок в том смысле, в котором сделка является понятием гражданского права, и поскольку процессуальные действия сторон не влекут за собой по общему правилу возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, то безоговорочное применение этого определения в гражданском и арбитражном процессуальном праве этой дефиниции невозможно. Кроме того, процессуальные действия представителя не непосредственно создают права и обязанности для представляемого, а только после принятия их судом. Отсутствие же какого бы то ни было указания на правовое значение процессуальных действий представителя представляется неправильным, поскольку является пробелом в праве, который провоцирует применение норм гражданского права к отношениям в гражданском и арбитражном процессе.

Устав гражданского судопроизводства содержал норму, аналог которой в современных ГПК  и АПК позволил бы избежать необходимости  применения норм гражданского права  для уяснения содержания процессуального  представительства. Статья 249 Устава гласила, что поверенный представляет лицо тяжущегося на суде, и все действия его, совершенные в пределах данной ему доверенности, почитаются обязательными для доверителя. В связи с указанным ст. 46 ГПК РСФСР следовало бы дополнить предложением следующего содержания: «Процессуальные действия представителя, совершенные в пределах его полномочий, являются обязательными для представляемого». Аналогичную норму необходимо включить и в АПК.

Таким образом, определение  процессуального представительства  через институт позволяет не только определить место процессуального  представителя в гражданском  и арбитражном процессе, но и место  норм о процессуальном представителе  в системе права, а также более  эффективно совершенствовать этот институт.

Следовательно, понятие процессуального представительства должно быть определено как единство трех его составляющих: действий, правоотношений и норм, объединенных в институт.

Гражданское (арбитражное) процессуальное представительство  является формой оказания правовой помощи одного лица (представителя) другому  лицу (представляемому) в форме совершения процессуальных действий представителем от имени и в интересах представляемого  в рамках полученных полномочий в  связи с рассмотрением и разрешением  судом гражданского дела, урегулированных  совокупностью норм, составляющих институт.

Глава II. Основания и виды представительства в суде.

1. Основания судебного представительства

Основанием возникновения  процессуальной правоспособности представителя  выступает гражданская дееспособность. Согласно ст. 49 ГПК представителями в суде могут быть дееспособные лица, за исключением лиц, указанных в ст. 51 ГПК ("Лица, которые не могут быть представителями в суде"). Не могут быть представителями в суде судьи, следователи, прокуроры, за исключением случаев участия их в процессе в качестве представителей соответствующих органов или законных представителей (ст. 51 ГПК).

Поэтому, например, судья вправе обратиться в суд  за защитой от имени и в интересах  своего несовершеннолетнего ребенка, но сам, естественно, такое дело рассматривать  не может (ст. 16 ГПК).

Основанием возникновения  процессуальной дееспособности представителя  являются материально-правовые основания  представительства. Таковыми могут  быть гражданско-правовой или трудовой договор; норма материального права.

Соответственно, судебное представительство, будучи самостоятельным  институтом процессуального права, имеет по общему правилу материально-правовые предпосылки, которые могут быть разделены на две группы. Первая связана с выражением воли представляемого (договорное, или добровольное, представительство), вторая с волей представляемого не связана (законное представительство).

В большинстве  случаев материально-правовые предпосылки  предшествуют появлению процессуальных юридических фактов, влекущих возникновение  процессуальных отношений по поводу допуска представителя в процесс  и его участия в процессе.

Например, чтобы  адвокат мог быть допущен в  качестве представителя в процесс, необходимо представить документ (ордер, выдаваемый адвокатским образованием, либо доверенность), подтверждающий наличие материально-правовой предпосылки (соглашения, заключенного представляемым с адвокатом), - ст. 6, 25 ФЗ от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации"²³. В случаях предоставления бесплатной юридической помощи гражданам РФ (ст. 26 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации") также необходимо выражение воли представляемого в материально-правовом соглашении. Судебным представителем по договору поручения (ст. 971 ГК) может быть любой дееспособный гражданин, который допускается таковым на основании предоставления суду доверенности. В данном случае имеет место материально-правовой юридический состав: договор поручения и доверенность. Такой же юридический состав (договор плюс доверенность) требуется в случае представительства, основанного на трудовом договоре (представительство работником интересов организации). В качестве самостоятельного материально-правового основания судебного представительства возможно гражданское представительство, возникающее только на основании доверенности (ст. 185 ГК).

Материально-правовым основанием судебного представительства  могут быть определенные юридические  факты, с которыми норма материального  права связывает возникновение  представительства. Так, родитель допускается  в процесс в качестве законного  представителя своего несовершеннолетнего  ребенка, если представит документ, подтверждающий, что он является законным представителем в материальных правоотношениях (т.е. документ, подтверждающий происхождение  ребенка от него). Согласно ст. 64 СК родители являются законными представителями своих детей и выступают в защиту их прав и интересов в отношениях с любыми физическими и юридическими лицами, в том числе в судах, без специальных полномочий.

В некоторых случаях  возникновению материально-правового  основания представительства предшествует процессуальный юридический факт. Например, ст. 31 ГК установлено, что интересы ограниченно дееспособных и недееспособных граждан представляют в суде их попечители и опекуны, что подтверждается соответствующими документами, выдаваемыми органами опеки и попечительства. Материально-правовым основанием выступает решение органа опеки и попечительства о назначении опекуна либо попечителя. Однако предшествовать этому должно вступившее в законную силу решение суда о признании гражданина ограниченно дееспособным или недееспособным. Интересы гражданина, признанного судом безвестно отсутствующим, представляет лицо, которому передано в доверительное управление имущество безвестно отсутствующего (ч. 2 ст. 52 ГПК). В данном случае основанием возникновения представительства является вступившее в законную силу решение суда и договор о доверительном управлении между органом опеки и попечительства и доверительным управляющим (п. 1 ст. 43 ГК).