Принудительный труд

Принудительный труд[¨]

Понятие принудительного труда

Принудительный труд  – это выполнение работы под угрозой применения какого-л. наказания (насильственного воздействия), в т. ч. для поддержания трудовой дисциплины и нужд эконо­мического развития; в качестве меры ответственности (наказания) за участие в забастовке и за наличие или выражение политических взглядов, идеологических убеждений, противоположных установлен­ной политической, социальной или экономической системе; в качес­тве меры дискриминации по признакам расовой, социальной, нацио­нальной или религиозной принадлежности.

К П. т. также относится работа, которую работник вынужден выпол­нять под угрозой применения какого-либо наказания (насильственно­го воздействия), в то время как в соответствии с трудовым законодательством он имеет право отказаться от ее выполнения, в том числе в связи с:

 нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере;

 возникновением непосредственной угрозы для жизни и здоровья ра­ботника вследствие нарушения требований ОТ, в частности не­обеспечения его СКЗ или СИЗ в соответствии с установленными нормами.

П. т. запрещен законодательством всех стран мира. Положение о запрещении П. т. содержится и в международных правовых актах – таких как:

Международный пакт о гражданских и политических правах (1966 г.); Конвенция МОТ 1930 г. (№ 29) о принудительном или обязательном труде;

Конвенция МОТ 1957 г. (№ 105) об упразднении принудительного труда.

В соответствии с трудовым законодательством многих стран (например, ст. 4 ТК РФ)  к П. т. не относятся:

 работа, выполнение которой обусловлено законодательством о во­инской обязанности и военной службе или заменяющей ее аль­тернативной гражданской службе;

 работа, выполнение которой обусловлено введением чрезвычайного или военного положения в порядке, установленном законами;

 работа, выполняемая в условиях чрезвычайных обстоятельств, т. е. в случае бедствия или угрозы бедствия (пожары, наводнения, го­лод, землетрясения, эпидемии или эпизоотии) и в иных случаях, ставящих под угрозу жизнь или нормальные жизненные условия всего населения или его части;

 работа, выполняемая вследствие вступившего в законную силу при­говора суда под надзором государственных органов, ответствен­ных за соблюдение законодательства при исполнении судебных приговоров.

Не является П. т. работа, выполняемая в условиях военного положе­ния, которое вводится Президентом страны в случаях агрессии или не­посредственной угрозы агрессии против государства. В условиях военного положения население мобилизуется на работы, необходимые для обороны страны.

Работа, выполняемая по приговору суда в качестве уголовного нака­зания (отбывания наказания в виде обязательных работ и в виде ог­раничения свободы), организуется, контролируется специальными органами на основе федерального закона и не отнесена к П. т.

МОТ считает необходимым избегать и косвенных средств, усиливаю­щих экономическое давление на население. В частности, это записано в Рекомендации МОТ 1930 г. (№ 35) о косвенном принуждении к труду.

Принудительный труд в его различных формах может проникать во все общества, как в развивающихся, так и в промышленно развитых странах, и никоим обра­зом не ограничивается несколькими участками на планете. Вместе с тем сама концепция при­нудительного труда в том виде, в каком она излагается в нормах МОТ по этому вопросу, еще не вполне понятна. Во многих кругах этот термин по-прежнему ассоциируется главным образом с практикой принудительного труда тоталитарных режимов, жестокой эксплуатаци­ей в гитлеровской Германии, Советском Союзе времен Сталина или в Камбодже при режиме Пол Пота. На другом конце этого спектра час­то используются такие термины, как «совре­менное рабство», «сходная с рабством практи­ка» и «принудительный труд», которыми обоз­начают неудовлетворительные и вредные условия труда, вклю­чая очень низкий уровень заработной платы. Действительно, в законодательстве некоторых стран задержка заработной платы или выплата заработной платы ниже установленного зако­ном минимального уровня рассматриваются, по крайней мере, как один из элементов ситуа­ции принудительного труда.

Отличительные особенности принудительного труда

В Конвенции 1930 года о принудительном труде (29), своей первой конвенции по этому вопросу, МОТ дает определение принудитель­ного труда применительно к международному праву как «всякую работу или службу, требуе­мую от какого-либо лица под угрозой какого-либо наказания, для выполнения которой это лицо не предложило своих услуг добровольно» (п. 1 ст. 2[*]). В другой основополагающей Кон­венции МОТ 1957 года об упразднении прину­дительного труда (105), уточняется, что прину­дительный труд никоим образом не должен использоваться в целях экономического разви­тия или как средство политического перевос­питания, дискриминации, укрепления трудовой дисциплины или в качестве наказания за учас­тие в забастовках (ст. 1). В этой Конвенции четко устанавливаются некоторые цели, для достижения которых ни в коем случае нельзя использовать принудительный труд, однако ее положения не меняют базовое определение, существующее в международном праве.

Принудительный труд нельзя просто при­равнять к низкой заработной плате или неудовлетворительным условиям труда. Это понятие не охватывает также ситуации чистой экономической необхо­димости, когда работник считает, что он не может покинуть рабочее место из-за реального или мнимого отсутствия альтернативной заня­тости. Принудительный труд – это грубое нарушение прав человека и ограни­чение человеческих свобод в том виде, в каком они определены в соответствующих конвен­циях МОТ и в других международных актах, посвященных проблемам рабства, практики, сходной с рабством, долговой кабалы или кре­постной зависимости.

Идентификация принудительного труда на практике

Отсутствие согласия на проводимую работу (ее недобровольный характер) («путь» к принудительному труду)

Рождение/наследование в ситуации «рабства» или долговой кабалы;

 физическое похищение человека;

 продажа человека в собственность другому человеку;

 физическое удержание на месте производственной деятельности (в тюрьме или в частных владениях);

 психологическое принуждение, т.е. приказание о выполнении работ, подкрепляемое угрозой наказания за непослушание;

 вынужденная задолженность (за счет подделки счетов, завышения цен, снижения стоимости товаов или услуг, завышения процентных ставок и т.п.);

 обман или лживые обещания относительно вида и условий труда;

 задержка и невыплата заработной платы;

 удержание удостоверений личности или иных личных ценностей.

Угроза наказания (средства удержания в ситуации принудительного труда)

Фактическое наличие или явная угроза:

 физического насилия в отношении работника или его семьи или близких;

 сексуального насилия;

 чрезмерного возмездия;

 заключения в тюрьму или иного физического ограничения свободы действий;

 денежных штрафов;

 выдачи властям (полиции, службам иммиграции и т.п.) и депортации;

 увольнения с нынешней работы;

 недопущения к будущей работе;

 исключения из общины и общественной жизни;

 лишения прав и привилегий;

 лишения пищи, крова или иных средств к существованию;

 перевода на работу с еще худшими условиями;

 потери социального статуса.

Определение принудительного труда МОТ содержит два важных элемента. Работа или служба выполняются под угрозой наказания и выполняются не добровольно. Деятельность контрольных органов МОТ позволила за 75 лет внести ясность в оба эти элемента. Наказание не обязательно проявляется в форме каратель­ных санкций, но может также иметь форму ут­раты прав и привилегий.

Кроме того, угроза наказания может также иметь многочисленные и разнообразные формы. В частности, крайней формой является физическое насилие или огра­ничение свободы, либо даже угроза смерти жертвы или ее родственников. Могут быть так­же и более утонченные формы угроз, иногда психологического характера. В ситуациях, рас­смотренных МОТ, были случаи угроз выдачи жертв полиции или миграционным властям, особенно в случае нелегального статуса в об­ласти занятости, либо передачи информации старейшинам в деревнях о девушках, вынуж­денных заниматься проституцией в отдален­ных городах.

Другие формы наказания могут иметь финансовый характер, в том числе эко­номические наказания, связанные с долгами, невыплатой заработной платы или ее утратой, что часто сопровождается угрозами об уволь­нении, если работники отказываются работать сверх рабочего времени, предусмотренного в их трудовом договоре или в национальном законодательстве. Работодатели также часто требуют, чтобы работники отдавали им свои документы и удостоверения личности и могут угрожать конфискацией этих документов, что­бы принудить их к труду.

Что касается свободы выбора, то контроль­ные органы МОТ рассмотрели в этой связи це­лый ряд элементов, которые включают: форму и предмет согласия; роль внешних ограниче­ний  или  косвенного  принуждения;  возмож­ность отказаться от свободно выраженного со­гласия.

Здесь также может содержаться утон­ченная форма принуждения. Многие жертвы попадают в ситуацию принудительного труда сначала по своему собственному выбору, хотя и с помощью обмана и мошенничества, и лишь впоследствии осознают, что они не имеют сво­боды действий, чтобы отказаться от этого тру­да. Впоследствии они не могут бросить работу из-за юридических, физических или психоло­гических факторов, используемых в качестве инструмента   принуждения.   Первоначальное согласие может считаться не относящимся к делу, если установлено, что для его получения использовались мошенничество и обман.

Ситуации с использованием принудитель­ного труда могут иметь особенно широкое рас­пространение в рамках некоторых видов эко­номической деятельности или отраслях, в кото­рых отмечается практика злоупотреблений при наборе и трудоустройстве персонала. Однако ситуация с использованием принудительного труда определяется характером отношений между каким-либо лицом и «работодателем», а не видом осуществляемой деятельности неза­висимо от того, насколько трудными и вредны­ми могут быть условия труда.

Принудитель­ный характер труда также не определяется тем, имеет ли тот или иной вид деятельности ле­гальный или нелегальный характер в соответ­ствии с национальным законодательством. Женщина, которую принуждают к проститу­ции, находится в ситуации принудительного труда, так как работа выполняется ею не на добровольных началах, а под угрозой независи­мо от того, является ли эта деятельность ле­гальной или нелегальной. Точно так же тот или иной вид деятельность не обязательно должен получить официальное признание как «эконо­мический вид деятельности», чтобы потенци­ально подпадать под категорию «принудитель­ного труда». Например, ребенок или взрослый, занимающиеся попрошайничеством по при­нуждению, входят в категорию жертв принуди­тельного труда.

Принудительный труд также является од­ной из наихудших форм детского труда, в со­ответствии с определением, содержащимся в Конвенции   1999 года о наихудших формах принудительного труда (182).  Детский труд приравнивается к принудительному труду не только тогда, когда детей, обладающих права­ми как личности, какая-либо третья сторона вынуждает трудиться под страхом наказания, но и потому, что детский труд включен в поня­тие   принудительного труда, выполняемого всей семьей.

Законодательство о принудительном труде и торговле людьми

Растущая глобальная озабоченность проб­лемами торговли людьми и связанными с ними вопросами принудительного труда побудили государства-члены уделить внимание концеп­ции и определениям принудительного труда в рамках своего уголовного или иного законода­тельства. Базовое определение торговли людь­ми, получившее в настоящее время почти уни­версальное признание, содержится в Протоко­ле 2000 года о торговле людьми[*]. Этот акт нап­равлен, в частности, на то, чтобы провести раз­личие между такими видами преступлений, как торговля людьми и незаконный ввоз. Торговля людьми подразумевает  вербовку,  перевозку, передачу, укрывательство или получение лю­дей путем угрозы силой или ее применения, либо иных форм принуждения, похищения, мо­шенничества и обмана «в целях эксплуатации». Эксплуатация включает, как минимум, «эксп­луатацию проституции других лиц или другие формы сексуальной эксплуатации, принуди­тельный труд или услуги, рабство или обычаи, сходные с рабством, подневольное состояние или извлечение органов» (п. а) ст. 3 Протоко­ла). Каждое государство-участник должно при­нять такие законодательные и другие меры, ко­торые могут потребоваться, с тем чтобы приз­нать в качестве уголовно наказуемых деяния, указанные в определениях, содержащихся в этой статье (п. 1 ст. 5).

Вступление в силу этого Протокола о тор­говле людьми в декабре 2003 года явилось оп­ределенным вызовом национальным правительст­вам и законодательным органам. Если подавля­ющее  большинство  государств-членов  МОТ ратифицировали хотя бы одну или обе конвен­ции МОТ о принудительном труде, многие из них не зафиксировали в своем уголовном зако­нодательстве принудительный труд как специ­фическое преступление, хотя во многих стра­нах это положение включено в трудовое зако­нодательство.   Законодательство  может  быть также составлено в общем плане и не содер­жать определения того, как может использо­ваться принудительный труд частными субъ­ектами, либо в нем не предусматриваются со­ответствующие  наказания  за  использование принудительного труда в его различных фор­мах. В некоторых случаях это может отражать длительную тенденцию приравнивания прину­дительного труда к практике, устанавливаемой государством, и не иметь отношения к совре­менным   ситуациям,   когда   принудительный труд в основном сосредоточен в частном секто­ре экономики.

Поэтому такое развитие событий является концептуальным вызовом, а также вызовом обеспе­чению соблюдения законодательства. Оно вво­дит в рамки международного права такое поня­тие, как эксплуатация, которое, в свою очередь, подразделяется на трудовую и сексуальную эксплуатацию, в отношении которой имеется ограниченный юридический опыт в прецедент­ном праве. В связи с этим необходимо, чтобы государства-участники, которые уже приняли законодательство по борьбе с торговлей людь­ми, которое охватывает лишь сексуальную экс­плуатацию женщин и детей, приняли новое или внесли изменения в действующее законо­дательство для включения более широкой концепции торговли людьми и эксплуатации.

Глобальное движение борьбы с торговлей людьми придало импульс пониманию пробле­мы принудительного труда и борьбе с этим злом, что может дать политикам и законодателям потенциальные альтернативы для действий. Практика злоупот­реблений при вербовке и в период занятости, от которой прежде всего страдают такие уязви­мые категории, как трудящиеся-мигранты, являющаяся ос­новой для состава преступления в форме при­нудительного труда или торговли людьми в рамках национального законодательства, а также обстоятельства при которых трудовая ситуация попадает в сферу действия этой концепции отнесены пока к чисто научным вопросам.

Эти вопросы  мо­гут оказать существенное влияние на то, как государства будут определять и защищать жер­твы практики злоупотреблений и принужде­ния, наказывать нарушителей и регулировать структурные  факторы,  которые  необходимы для эффективного предупреждения и искорене­ния принудительного труда. Действительно, в докладе Европейской группы экспертов по тор­говле людьми, которая была учреждена Евро­пейским союзом в 2003 году, эксплуатация в форме  принудительного  труда  определяется как «важнейший элемент» Протокола о торгов­ле людьми. Для эффективного противодейст­вия торговле людьми, по мнению Группы экс­пертов, «политические меры должны быть нап­равлены на проблемы принудительного труда и услуг, включая принудительные сексуальные услуги, рабства и практики сходной с рабст­вом, которые являются результатом торговли людьми, независимо от того, каким образом люди попадают в такие ситуации, а не только на сами механизмы торговли людьми или в до­полнение к ним. Государства должны считать преступной любую форму эксплуатации людей в виде принудительного труда, рабства или сходной с ним практики, в соответствии с ос­новными договорами о правах человека, поло­жения которых запрещают (их) применение»[*].

В настоящее время отмечается набираю­щее силу движение в сторону определения тор­говли людьми как уголовного преступления, когда в рамках уголовного законодательства предусматриваются положения о выявлении и преследовании преступлений, связанных, в ча­стности, с принуждением к труду. Это может оказать позитивное влияние на борьбу с прину­дительной эксплуатацией трудящихся-мигран­тов, если государства-члены примут законода­тельство о борьбе с торговлей людьми в самом широком плане, уделяя первоочередное внима­ние аспектам принудительного труда в связи с сексуальной   эксплуатацией,   а   во-вторых  — выделяя достаточно средств на обеспечение исполнения законодательства по этим вопро­сам. Вместе с тем новое законодательство о борьбе с торговлей людьми не должно служить причиной для того, чтобы не вводить законода­тельство о борьбе с принудительным трудом как с особым видом уголовного преступления. Далеко не все формы принудительного труда, которым подвергают­ся даже трудящиеся-мигранты в странах назна­чения, обязательно являются результатом тор­говли людьми. И не только мигранты становят­ся жертвами принудительного труда в странах назначения. Поэтому необходимо законода­тельство о борьбе с принудительным трудом и торговлей людьми.

Если в Протоколе о торговле людьми про­водится грань между торговлей людьми для сексуальной эксплуатации, с одной стороны, и торговлей людьми для принудительного труда или услуг (а также рабством и сходной с рабст­вом практикой и подневольным состоянием) — с другой, то это не означает, что сексуальная эксплуатация под угрозой насилия не является принудительным трудом. Действительно, конт­рольный механизм МОТ регулярно занимается вопросами принудительной проституции и сексуальной эксплуата­ции в рамках положений Конвенции о принудительном труде (29).

Принудительный труд и рабство

В первом глобаль­ном докладе о принудительном труде подроб­но рассматривались некоторые исторические обстоятельства, в которых принимались два ос­новных акта МОТ о принудительном труде, а также основные акты ООН о рабстве и практи­ке, сходной с рабством[*]. 

Рабство – это одна из форм принудительного труда. Оно связано с абсо­лютным контролем одного человека над дру­гим или, возможно, одной группы людей над другой социальной группой. Рабство определе­но в первом международном акте, принятом по этой проблеме в 1926 году, как статус или ус­ловия существования человека, в отношении которого осуществляются все полномочия, связанные с реализацией права собственности (п. 1 ст. 1)[¨]. Лицо, находящееся в условиях раб­ства, неизбежно будет принуждаться к труду, но это не единственная определяющая черта этих взаимосвязей. Более того, такая ситуация имеет постоянный характер и часто передается по наследству, а не устанавливается на какой-то фиксированный срок. Кроме того, в этом первом акте, который был принят в то время, когда принудительный труд широко практико­вался колониальными державами, содержалось положение, в соответствии с которым догова­ривающиеся стороны должны были «прини­мать все необходимые меры для предупрежде­ния того, чтобы принудительный или обяза­тельный труд развивался в условия, сходные с рабством» (ст. 5). Принятая МОТ через четыре года Конвенция 29 содержала положения об общем запрете принудительного труда, вклю­чая рабство, но не ограничиваясь им.

После этого началось массовое использо­вание принудительного труда по идеологичес­ким, политическим или иным мотивам, особен­но во время и после Второй мировой войны. После осознания этой проблемы в мире, МОТ приняла Конвенцию 1957 года об упразднении принудительного труда (105), в которой преж­де всего речь идет о принудительном труде, ис­пользуемом государствами. В то же время в ООН была принята Дополнительная конвенция об упразднении рабства, работорговли и прак­тики, сходной с рабством, положения которой в большей степени сосредоточены на таких вопросах структурного характера, как долговая кабала и подневольное состояние, которые в то время широко практиковались в развивающих­ся странах, но которые многие государства стремились устранить за счет проведения раз­личных социальных реформ, в частности в об­ласти землепользования и аренды.

Эти формы «практики, сходной с рабством» явно охваты­вают ситуации, когда отдельные граждане или социальные группы принуждаются к труду на других. Существует явный перехлест между ситуациями с принудительным трудом и прак­тикой, сходной с рабством. Долговая кабала или «долговое рабство» – это наглядная  особенность  современных  ситуа­ций, в которых используется принудительный труд.

Национальная терминология, отражающая принудительный труд

На национальном уровне может использо­ваться ряд отличающихся терминов для обозначе­ния разных форм принуждения, которые эти страны намерены ликвидировать. В законодатель­стве таких стран Южной Азии, как Индия, Па­кистан и в некоторой степени Непал, сущест­вуют довольно сложные определения кабаль­ного труда, которые направлены на ликвидацию этой особой формы принуждения. Боль­шинство работников, занятых на кабальных ра­ботах, подпадали бы под определение прину­дительного труда МОТ, но здесь могут быть и некоторые исключения. В Бразилии предпо­читают использовать термин рабский труд для обозначения практики принудительного набо­ра и принудительной занятости в отдаленных районах; практически все ситуации, охвачен­ные этим термином, подпадают под сферу при­менения конвенций МОТ о принудительном труде.

Универсальная концепция с национальными вариациями

Важным принципом, положенным в основу действий, направленных против принудитель­ного труда, служит то, что эта практика долж­на рассматриваться в качестве серьезного прес­тупления. Как четко установлено в первой кон­венции МОТ по этой теме, незаконное принуж­дение к труду должно подлежать наказанию как уголовное преступление, и каждое государ­ство-член, ратифицирующее эту конвенцию, обязано обеспечить, чтобы наказания, устанав­ливаемые в законодательстве, имели реально адекватный характер и строго выполнялись (ст. 25). Почти повсеместно принудительный труд признается в качестве преступления, од­нако это преступление редко преследуется по закону, часто потому, что в рамках нацио­нального законодательства и   нормативных правовых актов трудно изложить различные преступления, которые входят в понятие при­нудительного труда.

Задача заключается в том, чтобы вырабо­тать универсальную концепцию, признающую некоторые основополагающие принципы сво­боды в сфере труда и гарантий от принужде­ния, но позволяющую в то же время отдель­ным странам включать в свое законодательство вопросы, представляющие для них особый ин­терес, в свете их экономического, социального и культурного развития. Во всех обществах су­ществует риск возникновения грубых форм принудительного труда, когда отдельные жерт­вы и отдельные лица, практикующие принуди­тельный труд, могут быть легко идентифици­рованы. В таких случаях нарушители должны подлежать наказанию как преступники по всей строгости закона. Жертвы должны получать помощь на основе закона, политики и прог­рамм, проходить курс реабилитации и трудить­ся, получая соответствующее вознаграждение.

Чем больше МОТ расши­ряла свою исследовательскую, аналитическую и информационную деятельность по вопросам принудительного труда в различных регионах мира, тем больше приходилось сталкиваться с некоторыми базовыми факторами. Спектр ус­ловий труда и производственной практики яв­ляется весьма широким, причем он охватывает как  крайние  формы  эксплуатации,  включая принудительный труд, с одной стороны, так и достойный труд и полное применение трудо­вых норм – с другой.

В пределах этого спектра, где можно обнаружить условия принудитель­ного труда, порой бывает трудно провести чет­кую грань между принудительным трудом в строго правовом значении этого термина и исключительно плохими условиями труда. Да­же в рамках правового определения принуди­тельного труда можно обнаружить множество способов, с помощью которых работодатели могут лишать работников возможности в пол­ной мере пользоваться своими правами чело­века и трудовыми правами, особенно в отноше­нии минимальной или рыночной заработной платы, за счет использования целого набора инструментов принуждения и обмана.

Это в равной степени относится к промышленно раз­витым, развивающимся странам и к странам с переходной экономикой. Соответствующие ме­ры, направленные на преодоление такого поло­жения, могут иметь совершенно различный ха­рактер в зависимости от вида используемых инструментов принуждения, а также, вероятно, от степени их жесткости. Всестороннее право­вое рассмотрение этих вопросов, касающихся того, в какой степени эти едва заметные формы принуждения ведут к принудительному труду в смысле конвенций МОТ по этому вопросу, входит в сферу компетенции контрольного ме­ханизма МОТ.

Традиционные и новые формы принудительного труда

Весьма уместен вопрос о том, появляются ли в настоящее время новые формы принуди­тельного труда и в какой мере. Один из связан­ных с этим вопросов заключается в том, отли­чаются ли сегодня отдельные граждане и соци­альные группы, особо подверженные принуди­тельному труду, от соответствующих катего­рий в прошлом. Второй вопрос состоит в том, меняются ли механизмы принуждения. Несом­ненно   одно,   существует   множество   свиде­тельств того, что женщины, а также дети, как правило, особо уязвимы перед возможным их использованием для принудительного труда в результате практики торговли людьми, причем торговцы людьми используют новые формы принуждения.

Разумеется, грань между «более старыми» и «более новыми» формами принудительного труда небезупречна. Фактические формы при­нудительного труда, с точки зрения определе­ния МОТ, могут мало изменяться. Прежние проявления принудительного труда трансфор­мируются в более новые, как это происходит с долговой кабалой в Азии, где в настоящее вре­мя она затрагивает новые отрасли промышлен­ности и секторы экономики, а порой и различ­ные категории населения, включая женщин и внутренних   трудящихся-мигрантов.   В   этой связи может быть определенное совпадение между  более  ранними формами  кабального труда и  недавними  проявлениями  торговли людьми.

Более «традиционные» фор­мы, как правило, строятся на устаревших убежде­ниях, традициях, либо на аграрных или иных производственных структурах, которые иногда остаются в качестве колониального наследства. Они могут также быть результатом устоявших­ся форм дискриминации уязвимых категорий населения, будь то кастовые меньшинства в Азии или коренные народы в Латинской Аме­рике. Такие традиционные формы существуют также в тех регионах Африки, где давно зафик­сирована практика рабства и охоты на рабов, а также  где  наследие  традиционного  рабства могло привести к постоянной дискриминации и практике принудительной занятости.

«Современные»  формы,  вызванные  про­цессами глобализации и миграционных пере­мещений, могут быть вполне откровенно связа­ны со стремлением ряда сторон, часть из кото­рых может принадлежать к организованным преступным группировкам, получить незакон­ные финансовые доходы. Современные формы имеют глобальный характер и их можно обна­ружить во всех регионах. В промышленно раз­витых странах случаи долговой кабалы трудя­щихся-мигрантов зафиксированы в сельском хозяйстве и других трудоемких отраслях, таких как строительство, швейная промышленность, упаковочные работы и переработка продуктов питания.

Особенно вопиющий характер имеют случаи торговли детьми криминальными структурами для  их использования в качестве попрошайни­чества, торговли наркотиками или сексуальной эксплуатации. В странах с переходной эконо­микой Восточной и Юго-Восточной Европы отмечается принудительная экономическая эк­сплуатация трудящихся-мигрантов из Закавка­зья и Центральной Азии; такая же практика от­мечается также в сельском хозяйстве и на шах­тах Центральной Азии. Особенностями сов­ременного положения в области обязательного труда являются ограничения свободы передви­жения, изъятие удостоверений личности и уг­розы выдачи иммиграционным властям тех мигрантов, которые жалуются на плохие усло­вия жизни и труда.

В развивающихся странах можно также об­наружить более современные черты принуди­тельного труда наряду с прежними. К ним отно­сятся внутренняя и трансграничная торговля людьми, причем в ряде регионов особо широ­кие масштабы приобретает торговля детьми, и даже принудительный труд в сверхурочное время под угрозой увольнения. Давно сущест­вует проблема, связанная с новыми формами принуждения, которая касается обращения с домашней прислугой. Дети и взрослые, рабо­тающие в качестве домашней прислуги, многие из которых привезены в города развивающихся стран из сельской местности, в течение дли­тельного времени подвергаются принудитель­ной эксплуатации со стороны местных работо­дателей.