Протестанские конфессии Росси в 19 веке
Министерство образования и науки Российской Федерации
______________________________
______________________________
Кафедра_______________________
________________________факуль
Реферат
по предмету: История
на тему: «ПРОТЕСТАНСКИЕ КОНФЕССИИ В РОССИИ 19 ВЕКА»
г._____________________
2014 г.
Оглавление
Введение…………………………………………………………
1. Истоки протестанизма……………………………………………
2. Основы протестанского вероучения……………………………………….8
3. Неправославные русские в России………………………………………….10
4. Основные протестанские течения (конфессии)…………………………….19
5. Протестанты сегодняшнего дня…………………………………………….25
Заключение……………………………………………………
Список использованной литературы…………………………………………..32
Введение
Протестантизм является третьим ведущим направлением в христианстве, хотя и сформировался намного позже православия и католицизма. Во всем мире протестантов: в ряде стран это религия большинства (например в США), а в некоторых странах протестантизм не является традиционной религией, поскольку основная часть населения принадлежит либо к римско-католической, либо к православной церкви. В настоящее время в Азии и Африке действуют «молодые» протестантские церкви, гораздо более многочисленные, чем в «старой» Европе.
Протестантские верующие собираются не только в величественных храмах, но и в скромных молитвенных домах. Протестантская литургия может проходить даже под открытым небом. В отличие от католицизма и православия, протестантизм не предписывает христианам обязательных внешних условий для почитания Бога и не требует от них обязательного подчинения церковной иерархии. Напротив, протестантское вероучение защищало христианина от произвола тех церковных властей, которые установили свои догматы и обряды, отсутствующие в Священном Писании.
Учение о необходимости возродить «чистое евангельское учение» Иисуса Христа легло в основу протестантизма, возникшего в ХVI в. в ходе реформации. Основатели протестантизма, реформаторы, боролись с господством средневекового католицизма. Реформаторы считали, что католическая церковь того времени уже не хранила чистоту нравов и не придерживалась братских религиозных обычаев апостольских общин.
Реформаторы не только призывали вернуться к истокам христианства, но и выразили чаяния своих современников, стремившихся к личному спасению и непосредственному общению с Богом. Христиане в эпоху Возрождения и Реформации продолжали, как и в средние века, жить под тяжким бременем ожидания неминуемой катастрофы конца мира и Страшного Суда, но те6перь изменился сам характер их поисков спасения души. Спасение достигалось без помощи церкви и ее служителей, в процессе глубокой личной молитвы. Светильником истинной религии представлялось протестантам учение Мартина Лютера о спасении. Положение о том, что христианин спасается собственной верой, таило в себе невиданную взрывную силу, направленную на разрушение основ средневековой идеологии и политики, олицетворением и носителем которых была прежняя церковь. Человек и его земная жизнь поднимались до уровня самостоятельных, независимых от церкви явлений вопреки их принижению в средневековом миропонимании. Лютеранство давало человеку независимость, самостоятельность, освобождение от церковного гнета, объявляло человека и мирскую жизнь естественной частью обновленной христианской религии.
В богословии другого основателя протестантизма, реформатора Жана Кальвина, христианин рассматривается как солдат на посту Всевышнего. Христианин должен стойко сражаться за честь Его знамени, быть верным исполнителем воинского долга, беспощадным к своим слабостям и непримиримым к врагам «чистого евангельского учения».
Протестантизм – религия книжной культуры. Если бы не изобрели книгопечатание, и книжная культура не вошла бы в повседневный быт немцев, французов, англичан и большинства других народов Европы, то протестантизм никогда не смог бы обрести верующих. Неограниченные возможности «вычитывать» при исследовании Библии то, что кажется наиболее актуальным в данный момент, постоянно приводят новые поколения протестантов к дальнейшему дроблению протестантского сообщества. Так возникли течения, которые в наши дни пользуются очень большим влиянием: в ХVII в. появились баптизм и квакерство, в ХVIII в. - методизм, в ХIX в. – адвентизм, в ХХ в. – пятидесятничество. Первоначальные протестантские направления (лютеранство, кальвинизм, англиканство), успевшие оформиться в государственные церкви и выработать собственные догматические системы, долгое время вели активную борьбу не только с католиками, но и с новыми протестантскими течениями.
Таким образом цель моей данной работы – дать представление об основах протестантизма и протестантских конфессиях в России в XIX в.
Для реализации поставленной цели необходимо решить следующие задачи:
-изучить литературу на заданную тему;
-изучить основы вероучения протестантизма;
-ознакомиться с основными течениями в протестантизме;
-оценить значение появления протестантизма;
-провести исследование протестантских конфессий России XIX в.;
-подвести общие итоги данного исследования, сделать выводы.
1. Истоки протестанизма
Традиционно самым ярким стартом истории протестантизма считается совершенная в 16-м веке в ряде Европейских стран под руководством Мартина Лютера и Жана Кальвина религиозная революция.
Первые протестантские (немецкие) общины появились в России ещё при жизни Лютера (при царе Василии III). И в дальнейшем московские цари предпочитали приглашать в Россию протестантов, а не католиков; всем им гарантировалась полная свобода вероисповедания (хотя в выписке Посольского приказа (1695) говорилось, что «люторы и кальвины… отстоят еретичеством своим от восточного благочестия дальше католиков»). Всем иноверцам ставилось жёсткое условие: не пытаться обращать православных в свою веру; попытки миссионерства карались с крайней жестокостью (обычно костром).
Количество протестантов в России увеличилось с присоединением Прибалтики и Польши, а в XIX веке — Финляндии. В конце XVII века в Москве были 3 лютеранские церкви и одна реформатская; вскоре кирхи и протестантские школы появились в Астрахани, Архангельске и др. крупных торговых городах. Начиная с Петра I, делами российских иноверцев ведал Синод (позднее — Юстиц-коллегия). Им дозволялись браки с православными при условии, что дети будут воспитываться в православии. При Екатерине II поощрялось расселение немцев в Саратовской и Самарской губерниях.
В 1832 г. Николай I утвердил Устав протестантских церквей в Российской империи. По уставу, общины избирали высший совет (конвент), следивший за соблюдением религиозных и государственных законов. Правовое положение пастора приравнивалось к дворянскому, часть его жалованья шла из казны.
Все вероучения делились на 4 класса: православие, другие христиане, раскольники, нехристиане. Второй класс (инославные), в свою очередь, особо выделял официально признанные конфессии (лютеране, англикане, реформаты), прочие назывались просто «сектами», причём среди них выделяли «особо вредные секты» (в первую очередь баптистов). С ходом времени в России появились и собственные неправославные общины (хлысты, скопцы, духоборы, молокане, штундисты и др.), вероучение которых местами было близко к протестантскому. «Сектантов» власти беспощадно притесняли. Свод законов Александра II подтвердил запрет на миссионерство, отчего особенно страдали российские баптисты и евангельские христиане. Распространение евангельского христианства и баптизма в империи особенно усилилось во второй половине XIX века. К 1910 г. число евангельских христиан и баптистов в России, по их собственным оценкам, выросло до 100000.
Только 17 апреля 1905 года Николай II подписал указ «Об укреплении начал веротерпимости», по которому отпадение от православия перестало быть уголовным преступлением. Всего в 1912 году протестанты составляли 4,85 % всего населения России; в Петербурге их было намного больше: 12,59 %, а число крупных протестантских храмов в столице достигло 22.
В 1914 году, в связи с началом войны, резко усилились антинемецкие настроения. Многие немцы-протестанты уехали на историческую родину. В советское время протестантские общины подвергались гонениям наравне с православными и католиками.
2. Основы протестанского вероучения
Протестантские вероучение, культ и организационное устройство формировались на основе требования устранения тех элементов, которые привнес католицизм в догматику и культ по конъюнктурным соображениям и которые в силу этого противоречия раннехристианским идеалам. Протестанты настаивали на личном отношении человека и Бога. Они боролись за право каждого христианина свободно читать Библию. В протестантизме Библия объявлена единственным источником вероучения, а Священное Предание либо отвергается, либо используется в той мере, в какой признается соответствующим Священному Писанию. Особое значение поэтому приобрел перевод Библии на национальные языки. В тех странах, где протестантизм вытеснил католицизм, церкви были лишены земельных угодий и подчинены светским властям. Поскольку протестанты отвергали учение о церкви как посреднице между Богом и людьми, поскольку они отказались признавать примат Римского папы и приняли принцип всеобщего священства. Была введена выборность пасторов и пресвитеров, которые уже не обладали правом от имени Бога отпускать людям их грехи.
Протестанты отвергли учение о чистилище – части забвенного мира, в которой, по католическому вероучению, душа умершего проходит очищение от грехов, прежде чем перейти в рай. Было отброшено и католическое представление о «запасе добрых дел», оставленных святыми, которыми церковь в лице папы распоряжается по своему усмотрению и даже может наделять ими тех, у кого нет добрых заслуг.
В основе учения протестантизма лежит представление о достижении небесного спасения посредством личной веры, а не посредством подчинения авторитету церкви. Вера не нечто такое, что может быть или отсутствовать у человека, она заложена в самой человеческой природе. Между человеком и Всевышним существует внутренняя связь, поэтому для утверждения человека в вере и его спасения не требуется выполнения регламентированных церковных церемоний и спасительных дел, предписываемых ею.
Согласно протестантскому вероучению, сам по себе человек из-за испорченности своей природы в результате первоначального греха лишен возможности творить добро, поэтому все доброе и нравственное в нем творит Святой Дух. Другими словами, человек может творить добро только благодаря божественной благодати, которую он получает даром, не имея никаких заслуг. Все иные высоко ценимые католицизмом способы добиться спасения - соблюдение обрядов, материальные пожертвования в пользу церкви, суровое соблюдение постов и т.п. - считаются второстепенными.
Протестантский культ по сравнению с культами других христианских церквей упрощен, что соответствовало требованиям первых идеологов рыночных отношений «дешевой церкви». Как правило, протестанты отвергают поклонение кресту и иконам, Богородице, мощам, выступают против института монашества. Большую роль в их богослужении играют проповедь, пение духовных гимнов, коллективная и индивидуальная молитва. Из семи христианских таинств протестантские церкви, за исключением англиканской, оставили два-три, иногда четыре, которые толкуются как простые обряды, во время которых не происходит ничего чудодейственного. Обновление внешних форм религиозности в протестантизме компенсируется идеалом внутреннего благочестия.
Согласно одной из основных идей протестантизма церковь должна непрерывно реформироваться. Но на практике каждое направление стремится закрепить свои традиции. Таким стабилизирующим инструментом выступают вероучительные документы - исповедания веры («конфессии»).
В организационной структуре протестантских церквей выразилось влияние новой общественной и культурной ситуации, новых духовных запросов личности, освобождающейся от сословно-корпоративных пут. Всех протестантов объединяет отказ признать примат римского папы. Чрезвычайно важным в протестантизме является принцип всеобщего священства. Всякий христианин, с точки зрения протестантов, в силу крещения получает и посвящение, благодать равно дается всем крещенным по вере. Все члены церкви могут играть активную роль в общинах, участвовать в выборных руководящих органах. Общины избирают или призывают специальных служителей - диаконов, пресвитеров, проповедников, благовестников, пасторов, епископов.
Многие протестанты соблюдают наиболее важные праздники, унаследованные от католического церковного года, главным образом связанные с жизнью Иисуса Христа. Некоторые протестантские объединения включают в свой календарь гражданские праздники, например День благодарения в США.
3. Неправославные русские в России
Впервые в России появилась действительно многочисленная протестантская интеллигенция.
«Быть русским значит быть православным» — эта сентенция Федора Достоевского вплоть до наших дней имела глубокий культурный смысл.
Русское самосознание на протяжении веков складывалось в тесной связи с православной церковностью. История России осознавалась основной массой населения страны как история утверждения и сохранения православной идентичности и поэтому, по крайней мере на уровне национального сознания, подвергалась сакрализации. Культура России (в том числе и светская культура XVIII-XIX веков) воспринималась, иногда осознанно, иногда неосознанно, как производное от православной религиозности.
В течение столетий российская власть культивировала моноконфессиональность русского государства. Подданный русского монарха должен был быть православным. Постепенно жизнь заставляла отказываться от этого принципа. При Петре I за российскими подданными западноевропейского происхождения было окончательно признано право быть протестантами и католиками, а при Екатерине II право на мусульманство появилось у тюркских и кавказских народов. Но русский мог быть только православным — переход в другое вероисповедание был государственным преступлением.
У россиян — западноевропейцев по происхождению формировалось особое, маргинальное сознание добрых подданных императора, но при этом чуждых основному течению национальной жизни. Немцы-лютеране или поляки-католики были верными сынами Российской империи, но все то, что составляло основу патриотизма русских, оставалось им чуждым.
Трагичнее складывалась судьба неправославных русских. Староверы, духоборы, молокане, а с конца XIX века и баптисты вплоть до 1905 года подвергались не просто дискриминации, но жестоким репрессиям. Власть выбрасывала их за пределы государственной и общественной жизни, общественное мнение видело в них чужаков. В результате у русских религиозных диссидентов вырабатывалось специфическое этнорелигиозное сознание. Они не считали себя вполне русскими, а в крайних случаях вообще не считали себя русскими. Не только вера, но и самосознание, особенности быта — фасон одежды, оригинальная лексика, фольклор и так далее — отделяли русского религиозного диссидента от русского религиозного конформиста. Религиозный диссидент находился в социальном и культурном гетто, из которого лучше было не высовываться. Ему не приходило в голову предлагать свои решения национальных задач и направление развития страны. Тем не менее он, каково бы ни было его вероисповедание, вследствие своей гонимости и дискриминируемости, был потенциальным поборником политической свободы и демократии.
Впервые в истории России подобное положение вещей оказалось под ударом в начале XX века. Закон 1905 года предоставил меньшинствам возможности участия в национальной общественной и культурной жизни. Тогда, в начале XX века, обретенной свободой в наибольшей степени воспользовались старообрядцы. Они успели проявить себя в общественной и политической жизни России, предложить свой «проект» развития страны. Сразу после революции евангелическое движение, возглавляемое Иваном Прохановым, предприняло решительную попытку преодолеть невидимые границы гетто, в котором находился русский протестантизм. По инициативе Проханова в марте 1917 года даже была создана «Христианско-демократическая партия "Воскресение"», претендовавшая на общероссийское значение и ставившая своей целью преображение России на евангельских принципах. Трудно предположить, как бы дальше развивалась ситуация, если бы с конца 1920-х годов советская власть не начала политики тотального искоренения религии. Но после конца 1920-х годов все достижения религиозных меньшинств в их попытках укорениться в русской жизни были уничтожены.
Но то, что произошло, парадоксальным образом способствовало становлению русского протестантизма в наши дни. С одной стороны, укорененность русских в православной культуре была сильно подорвана. С другой стороны, в советский период по инициативе властей, но и не без содействия некоторых из уцелевших от репрессий протестантских лидеров были уничтожены многие черты протестантской самобытности.
Производилось это уничтожение посредством конкретных рычагов воздействия — силовых структур и системы организации труда в советской стране, с одной стороны, и идеологической машины, единой системы образования и монополии на СМИ — с другой. Протестантская субкультура в советском государстве была обязана умереть. Оставшиеся протестанты, как известно, были помещены под контроль Всесоюзного совета евангельских христиан-баптистов (ВСЕХБ), где всякое противостояние государственным и общенародным ценностям было невозможно.
Однако в результате это унижение протестантов стало одним из источников их нового подъема в наше время. Поясним нашу мысль. За советский период все население нашей страны в целом было приведено к единой системе мировоззрения, даже глубже, к единому типу ментальности — недаром говорят иногда о феномене homo sovieticus. Маргиналов было немного, и они в целом изживались. Все советские дети получали одинаковое стандартизированное образование, все советские люди могли читать только те книги, которые были в библиотеках, смотреть только те фильмы, которые показывались сперва по одной, потом по трем программам советского телевидения. Но результатом такого уравнения стало не полное исчезновение в стране религиозных меньшинств, а, напротив, предпосылки для их широкого распространения в обществе после падения государственного атеизма.
Дело в том, что те протестанты, которые сумели выжить в советских условиях, постепенно перестали в основной своей массе быть чужими окружающему их обществу. Прежнего врага — православной церкви, инициировавшей преследования протестантов, как активной социальной силы вскоре не стало, а воинствующих атеистов в народе все-таки не было реально много. В поздний советский период преследования были в основном со стороны государства, но не общества, и то только в отношении особо непокорных.
Но при всем при этом благодаря государственной политике социальный статус протестантских общин на протяжении всей советской эпохи оставался сугубо маргинальным. Социальными (а не только культурными) маргиналами стали даже те, кто не был ими до революции, — например, лютеране, принадлежавшие к элите дореволюционного российского общества. Всем верующим людям ставили препоны в карьерном продвижении, фактически не допускали их к высшему образованию и к сколько-нибудь авторитетным государственным должностям. А запрет миссии и религиозного обучения делал невозможной какую-либо реальную «инкультурацию» протестантов.
Мощный толчок развитию российского протестантизма дало падение советской власти. Одно время у нас в стране была разрешена всякая миссия, и homines sovietici хлынули в том числе и в протестантские общины. Основную часть прихожан — которая, кстати, в численном отношении выросла невероятно — составили люди из безрелигиозных семей, получившие атеистическое воспитание и не знавшие какой бы то ни было религиозной традиции. Так был фактически открыт путь к превращению протестантизма в России в массовое явление.
Первые лет пять события, казалось бы, развивались в направлении, препятствующем формированию подлинно русского протестантизма и его адаптации российским обществом. Неофиты из числа протестантов обычно гордились тем, что являются членами американской или шведской церкви, и при случае нередко использовали возможность эмигрировать.
Яркий пример — название недавней статьи человека, считающего себя протестантом, — Михаила Неволина, под удивительным, ибо оно порождено, повторимся, внутри протестантизма, названием: «Патриоты ли протестанты?»[1] Вот характерный пассаж из этой статьи: «О протестантах сложилось мнение как о людях, которые, мягко говоря, не очень любят свою страну. Оно возникло не на пустом месте. Мы сами этому немало поспособствовали». «Мы можем и должны молиться за наш народ, за нашу Родину, за власти, но делаем ли мы это?» — говорит автор.
Очень интересна применительно к нашей теме и ситуация в отечественном лютеранстве. В Евангелической лютеранской церкви в России (ЕЛЦ) сегодня все более влиятельным становится направление, представители которого наибольшее значение в жизни Церкви придают литургике, в то время как для пиетистов из более старых братских общин главное — это изучение Библии и проповедь. Эти «русские консерваторы» подчеркивают мистическое значение таинств, являются сторонниками богатого церковного убранства, некоторые из них в частных разговорах даже допускают возможность иконопочитания. Многие из них стремятся изменить церковь согласно своим представлениям. Они очень недовольны немецким обликом церкви (и в теологическом, и в культурном плане), считая его неуместным в России, и все активнее выступают против либерально настроенного германского руководства, которое, как сказал один из семинаристов Новосаратовки, «навязывает свои еретические идеи, искажает евангельский облик церкви».
______________________________
1. Неволин М. Патриоты ли
протестанты? // Мирт. 2002. №3 (34). В Интернете:
http://gazeta.mirt.ru/2002/03/
Но еще более ярко «консервативная» линия прослеживается в нынешней Церкви Ингрии. Исповедание грехов и совершение таинств, мистика, а не проповедь являются там основой богослужения. Очень важен стиль литургии (сейчас возвращаются к полному, а не сокращенному варианту богослужения, который практиковался в конце XIX века). Богословие Церкви Ингрии не сконцентрировано на чтении и изучении только Библии и трактатов Лютера, но включает изучение трудов Отцов Церкви (как восточных, так и западных) и других религиозных сочинений.
Вообще можно отметить, что особенностью «инкультурации» лютеранства и методизма в России является связь русификации с усилением консервативных тенденций в теологии и в церковной жизни в целом. Все более заметным в идеологии многих российских лютеранских общин делается сознательное отторжение многих практик их собратьев из западных церквей-основателей, в основном — всяческих проявлений либерализма. Если у лютеран оно упирается главным образом в мощную старинную традицию, то у методистов — скорее просто в особенности менталитета русских прихожан и пасторов. Русские люди, неудовлетворенные государственной религией и требовавшие возврата к евангельским принципам, покидали государственную церковь». Они-то и «составляли лучшую часть верующих нашей страны, именно в них, в предтечах русского протестантства и в самих протестантах, наиболее отчетливо проявилась и русская религиозность, да и сама русскость»[2, с.51].
_____________________________
2. Подберезский И.В. Вера по Евангелию в России // Христианское слово. Иисус Христос-2000. М., 2000.
Конкретно о баптизме автор пишет: «Баптизм всегда и везде есть отклик на запросы и требования той культуры и того народа, в котором он существует. Российские баптисты — неотъемлемая и необходимая часть религиозного ландшафта России»[2, с.51].
Подобное направление мысли довольно успешно развивает и лютеранство, которое имеет в России поистине многовековую историю. И хотя эта история принадлежит этническим меньшинствам, нынешние русские лютеране считают себя глубоко укорененными в российской традиции и культуре. Наследие, принадлежавшее российским немцам и финнам, они рассматривают как общероссийское, русское наследие. От некоторых русских лютеран можно услышать утверждения о «двух столпах русской духовной культуры — православии и лютеранстве». Важным событием для русских лютеран стало издание фондом «Лютеранское культурное наследие» книги Ольги Курило «Лютеране в России: XVI — XX вв.»[3] — теперь роль лютеранства в истории России подтверждена ученым-специалистом.
Но в наибольшей степени и наиболее последовательно идеологию «русскости» в российский протестантизм привносит Ассоциация христианских церквей «Союз христиан» (АХЦ), объединяющая десятки протестантских (в основном пятидесятнических) общин по всей России.
Лидеры АХЦ полагают, что протестантские церкви России страдаютот наличия слишком «короткой» истории и неразработанности своего богословия.
______________________________
2. Подберезский И.В. Вера по Евангелию в России // Христианское слово. Иисус Христос-2000. М., 2000.
3. Курило О.В. Лютеране в России: XVI-XX вв. М.: Фонд «Лютеранское наследие», 2002.
Учитывая этот недостаток, лидеры АХЦ разработали соответствующую идеологию. АХЦ в своих прокламациях старается подчеркнуть свое русское происхождение, «национальный» характер всех своих идей и проектов. Она имеет свою концепцию истории российского государства, истории русской церкви и протестантизма в России, согласно которой корни евангельского движения на Руси уходят в глубокую древность. По мнению лидеров АХЦ, самобытный характер русского христианства и его независимость от византийской традиции прослеживаются со времен Ярослава Мудрого (ссылаясь на слова митрополита Иллариона: «Вера от Бога, а не от греков!»).
Дух богоискательства, приведший к формированию современного русского протестантизма, присутствовал в русском народе изначально. Многочисленным его проявлениям способствовало раннее появление в России Библии на русском — то есть национальном — языке. Ростки же евангельской реформации появились в России гораздо раньше, чем в странах Запада, — в 1370-х годах, в движении новгородских стригольников. Подчеркивается, что стригольники принадлежали к низшему, но образованному духовенству. По мнению пасторов АХЦ, достаточно рано возникло на Руси и представление о деятельном христианине — в противовес монашескому аскетизму, развиваемому в РПЦ. Далее «реформаторскую» линию в русском христианстве представляли «просветители» XVI века — Матвей Башкин и Иван Федоров. После раскола 1666 года трансформируются формы евангельского христианства в России — происходит переход от массовой религиозности к индивидуальной вере. Множественность форм и объединений русского протестантизма начала естественно зарождаться именно тогда.
Таким же естественным процессом было появление в ХХ веке крупных духовных союзов и ассоциаций русских протестантов, как, например, ВСЕХБ, чтобы при внешних различиях выделить в вере главное.
Революция 1917 года воспринимается в идеологии АХЦ как относительно положительный факт, так как она «примирила» все существующие в России конфессии. Кроме того, эмиграция множества русских верующих за рубеж после 1917 года способствовала тому, что после 1985 года быстро укрепились связи между христианами России и Запада и у русских протестантов появились возможности для диалога. АХЦ осуществляет несколько всероссийских проектов по обучению протестантских пасторов (в том числе и с привлечением светской профессуры, часто православного вероисповедания) православному богословию, русской религиозной истории и культуре — например, в рамках Русского христианского гуманитарного института, одного из самых престижных гуманитарных вузов в Петербурге, расположенного на Фонтанке.
