Процесс принятия группового решения

Процесс принятия группового решения

Процесс принятия группового решения тесно  связан с проблемой лидерства  и руководства, потому что принятие решения – одна из важных функций  руководителя, а организация группы на принятие такого решения – особенно сложная функция. Тот факт, что  групповые решения во многих случаях  являются более эффективными, чем  индивидуальные, отмечался неоднократно. В современных условиях, когда  деятельность групп активизируется во многих звеньях общественного  организма, эта проблема приобретает  особую актуальность. Не только в социальной психологии, но и в повседневной практике разработаны различные  методы принятия групповых решений, и дело науки – выявить в  полной мере их возможности.

Однако, прежде чем говорить о конкретных формах принятия групповых решений, необходимо уяснить себе некоторые  принципиальные вопросы, на которые  должна ответить социальная психология, исследуя эту проблему.

Главные из этих вопросов следующие: что такое  вообще «групповое решение», иными  словами, как объединяются индивидуальные мнения членов группы в единое решение? Какую роль в процессе принятия группового решения играет предшествующая ему  дискуссия? Действительно ли всегда групповое решение лучше, чем  индивидуальное, и если да, то в каких  случаях оно лучше? Наконец, каковы последствия для группы принятия общего решения и каково значение этого факта для каждого индивида, принимавшего в нем участие? Каждый из этих вопросов так или иначе  вставал в социальной психологии, но исследованы они неодинаково.

Так, наиболее исследована роль групповой  дискуссии, предшествующей принятию группового решения. На экспериментальном уровне эта проблема, как и другие вопросы  групповой динамики, была изучена  Левиным. Эксперимент был осуществлен  в США в годы второй мировой  войны и имел прикладное значение. В условиях экономических затруднений  в связи с военной ситуацией  в США снизилось количество пищевых  продуктов, поступающих в торговую сеть. Вместо мяса населению предлагались многочисленные субпродукты, однако домохозяйки  бойкотировали их покупку. Цель экспериментального исследования Левина состояла в том, чтобы сравнить эффективность воздействия  на мнение домохозяек традиционной формы, используемой рекламой (лекции), и новой  формы – выработки собственного группового решения на основе групповой  дискуссии. Было создано шесть групп  добровольцев-домохозяек из Красного Креста, каждая группа по 13-17 человек. Некоторым  из этих групп были прочитаны лекции о пользе субпродуктов и о желательности  их покупки, а в других группах  была проведена дискуссия по этим же вопросам. Через неделю были проведены  интервью с целью выяснить, насколько  изменились мнения домохозяек. В группах, слушавших лекции, было зарегистрировано 3% изменения мнений, в группах, где  прошли групповые дискуссии, – 32%.

Левин предложил следующую психологическую  интерпретацию полученного результата. На лекции домохозяйки пассивно слушали  предлагаемые рассуждения, они интерпретировали излагаемые им факты в свете собственного прошлого опыта. После лекции они  имели два варианта поведения: покупать или не покупать субпродукты. В момент лекции решение не было принято, и  поэтому никакой поддержки группой  в пользу принятия решения они  не имели; в группе не возникло социальной нормы, которой бы в дальнейшем следовали  члены этой группы. Поэтому изменение  мнения базировалось исключительно  на эффективности убеждения, а она  оказалась невысокой. Напротив, в  ходе групповой дискуссии каждый член группы чувствовал себя включенным в принятие решения, и это ослабляло  сопротивление нововведению. В ходе дискуссии стал очевидным факт, что  другие члены группы также движутся в направлении определенного  решения, это укрепляло собственную  позицию. Решение таким образом, было подготовлено шаг за шагом, принятое решение превращалось в своеобразную групповую норму, поддержанную и  принятую участниками дискуссии. Такой  эффект стал возможным потому, что  решение не было навязано, а было именно принято группой.

Со  времени этого эксперимента Левина было проведено много других экспериментальных  исследований по изучению механизма  и эффекта группового принятия решения  и выяснению роли групповой дискуссии  в этом процессе. Были выявлены две  важные закономерности: 1) групповая  дискуссия позволяет столкнуть  противоположные позиции и тем  самым помочь участникам увидеть  разные стороны проблемы, уменьшить  их сопротивление новой информации, 2) если решение инициировано группой, то оно является логическим выводом  из дискуссии, поддержано всеми присутствующими, его значение возрастает, так как  оно превращается в групповую  норму. Значение групповой дискуссии  изучалось в дальнейшем не только с точки зрения ценности принятого  решения, но и с точки зрения тех  последствий, которые сам факт дискуссии  имел для группы в плане перестраивания структуры внутригрупповых отношений. Что же касается влияния групповой  дискуссии как стадии, предшествующей принятию группового решения, то направление  дальнейшего анализа также обозначилось довольно четко: начался – особенно на прикладном уровне – активный поиск  различных форм групповой дискуссии, стимулирующих принятие решения.

Некоторые из этих форм хорошо известны, они выдвинуты  самой практикой, их ценность давно  осознана и даже получила закрепление  в пословицах («ум хорошо, а два  лучше» и т.д.). Например, широко практикуемой формой являются различного рода совещания, что – в терминах социально-психологического анализа – является своеобразной формой групповой дискуссии. Можно  сказать, что социальная психология в долгу перед практикой в  смысле описания психологической структуры  совещании, выявления резервов для  принятия оптимальных групповых  решений.

Наряду  с этим в исследованиях по проблемам  групповых решений выдвинуты  и новые формы групповых дискуссий. Одна из них, введенная А. Осборном, получила название «брейнсторминг» («мозговая  атака»). Суть дискуссии такого плана  заключается в том, что для выработки коллективного решения группа разбивается руководителем на две части: «генераторов идей» и «критиков». На первом этапе дискуссии действуют «генераторы идей», задача которых состоит в том, чтобы набросать как можно больше предложений относительно решения обсуждаемой проблемы. Предложения могут быть абсолютно неаргументированными, даже фантастическими, но обязательно условие, что на этом этапе их никто не подвергает критике. Цель – получить как можно больший массив самых разнообразных предложений. В этой связи встает чрезвычайно важный вопрос о значении критичности личности в ходе принятия решения. Традиционно критичность позиции рассматривается как позитивная черта, препятствующая суггестивному воздействию. Однако в экспериментальных исследованиях было установлено, что чрезмерная критичность на определенных фазах принятия группового решения играет не положительную, а отрицательную роль (Тихомиров, 1977. С. 126-128).

На  втором этапе в дело вступают «критики», они начинают сортировать поступившие  предложения: отсеивают совершенно непригодные, откладывают спорные, безусловно принимают очевидные  удачи. При повторном анализе  спорные предложения обсуждаются, и из них удерживается также максимум возможного. В конечном итоге группа получает довольно богатый набор  различных вариантов решения  проблемы. Метод «брейнсторминга» некоторое  время тому назад считался очень  популярным, завоевавшим признание, особенно при выработке различных  технических решений. Однако, как  это часто бывает со многими начинаниями, по-видимому, какие-то стороны метода были переоценены, что в дальнейшем, напротив, породило довольно сильный  скептицизм относительно его возможностей. Естественно, «брейнсторминг» не может  заменить собой другие подходы, и  его абсолютизация нецелесообразна. Но в конкретных ситуациях он приносит определенную пользу.

Другой  метод групповой дискуссии, разработанный  У. Гордоном, – это метод синектики, буквально – метод соединения разнородного.

Почерк  этого метода напоминает брейнсторминг, так как основная идея та же –  выработать на первом этапе как можно  больше разнообразных, а в данном случае – и прямо противоположных, взаимоисключающих предложений. Для  этого в группе выделяются «синекторы»  – своеобразные затравщики дискуссии. Дискуссию ведут именно они, хотя и в присутствии всей группы. Синекторы  – это люди, наиболее активно  заявляющие свою позицию в группе. Экспериментально установлено, что  их оптимальное число – 5-7 человек. Они начинают дискуссию, впоследствии в нее включаются и другие члены  группы, но задача синекторов – наиболее четко формулировать противоположные  мнения: группа должна «видеть» две  возникшие крайности в решении  проблемы с тем, чтобы всесторонне  оценить их. В ходе дискуссии отбрасываются  эти крайности, принимается решение, удовлетворяющее всех. При применении метода синектики широко используется логический прием рассуждения по аналогии. В условиях, например, дискуссии  по техническим вопросам допускается  даже такая аналогия, когда один из синекторов отождествляет себя с  каким-либо техническим процессом  — током воды, вращением вала и т.д. или какимлибо физическим объектом. Широко применяются и более простые аналогии, например, предлагающие решения, ссылаясь на опыт других наук. Как и в случае с брейнстормингом, подобного рода дискуссии широко применяются при обсуждении технических проблем и дают здесь также известный эффект.

Описанные формы групповой дискуссии имеют  в основном прикладное значение. Что  же касается теоретической стороны  проблемы, то важнейшим вопросом здесь  остается вопрос о сравнительной  ценности групповых и индивидуальных решений. При исследовании его был  обнаружен чрезвычайно интересный феномен, получивший название «сдвиг риска». Все предшествующее открытию этого  феномена изучение малых групп использовало установленный факт, что группа обладает свойством быть своеобразным модератором  индивидуальных мнений и суждений ее членов: она отбрасывает наиболее крайние решения и принимает  своего рода среднее от индивидуальных решений. В установлении этого факта  сыграли свою роль и исследования по конформизму в их традиционном варианте, и исследования по образованию  групповых норм, и многое другое. Этот процесс усреднения групповых  решений был назван процессом  нормализации группы.

Исходя  из этой традиции, можно было предположить, что и при изучении механизма  групповых решений должен быть зафиксирован такой же факт нормализации, т.е. групповое  решение должно оказаться своеобразным усреднением решений отдельных  членов группы. Однако это положение  не подтвердилось в тех случаях, когда принимаемое решение включало в себя момент риска. В 1961 г. Дж. Стоунер  показал, что групповое решение  включает в себя в большей мере момент риска, чем индивидуальные решения. В эксперименте испытуемым (группы по 5-7 человек) предлагался набор  дилемм для выбора одной из них: либо той, где высока вероятность успеха, но низка его ценность («синица  в руке»), либо той, где вероятность  успеха низкая, но зато привлекательность  – ценность – высока («журавль в  небе»). Примеры дилемм: перейти –  без гарантий — на новую, высокооплачиваемую работу или остаться на старой, среднеоплачиваемой, но зато без риска; сыграть среднему шахматисту в престижном турнире  и предпочесть почетное поражение  или совершить рискованный ход, за которым может последовать  грандиозный успех или полный провал. Члены групп сначала индивидуально  выполняли задания, а затем проводили  групповую дискуссию и решение  принимали коллективно. Было выявлено, что во втором случае «рискованная»  альтернатива выбиралась гораздо чаще.

До  сих пор существует острая дискуссия  относительно объяснения феномена «сдвига  риска». Она затрагивает весьма важные и более общие вопросы о  том, может ли группа быть рассмотрена  как нечто, стоящее над индивидами, можно ли вообще прогнозировать какой-либо продукт групповой деятельности на основе знания индивидуальных вкладов  в него. Острая актуальность этой проблемы, особенно на прикладном уровне, дает толчок для исследования ее (в аналогичных  ей) и на теоретическом уровне.

Так, особенно важно проанализировать вопрос о качестве принимаемых группой  решений и о возможности совершенствования  процесса принятия группового решения  в различных группах. Что касается качества группового решения, то установлено, что его преимущество перед индивидуальным решением зависит от стадии принятия решения: на фазе нахождения решения  индивидуальное решение более продуктивно, на фазе разработки (доказательства правильности) выигрывают групповые решения (Тихомиров, 1977). Возможность совершенствования  процесса принятия группового решения  зависит от умения и навыка вести  эффективную групповую дискуссию, что пытаются развивать при помощи социально-психологического тренинга. Из трех основных форм социально-психологического тренинга – открытое общение, ролевая  игра, групповая дискуссия – последняя  является одной из самых развитых. Обучение групповой дискуссии предполагает не только обеспечение более эффективных  групповых решений, но и изменение  многих важных характеристик групповой  структуры.

На  качество решения влияет еще один фактор, получивший название «групповой дух» (не вполне удачный перевод  английского термина «group-think»). Этим термином, введенным И. Джанисом, обозначается такая высокая степень включенности в систему групповых представлений  и ценностей, которая мешает принятию правильного решения. Очевидность  правильного решения приносится в жертву единодушию группы. Было выявлено, что наиболее значимыми факторами  формирования «группового духа»  являются: очень высокая сплоченность группы, ярко выраженное наличие «мы-чувства», изоляция группы от альтернативного  источника информации и высокий  уровень неопределенности одобрения  индивидуальных мнений членами группы. Большая роль феномена «группового  духа» снижает качество групповых  решений, т.е. представляет собой ограничение  возможностей участников решения посмотреть на проблему объективно; группа становится жертвой своего единодушия.

Групповая дискуссия приводит к своеобразному  явлению внутри групповой структуры, которое получило название поляризация  группы. Сущность этого явления заключается  в том, что в ходе групповой  дискуссии противоположные мнения, имевшиеся у различных группировок, не только обнажаются, но и вызывают принятие или отвержение их большей  частью группы. Более «средние» мнения как бы отмирают, напротив, более  крайние отчетливо распределяются между двумя полюсами. Это обнажение  крайних позиций способствует более  ясной картине, которая складывается в группе по дискутируемой проблеме. Как видно, групповая поляризация  противоречит ранее принятой идее об усреднении в групповом решении  индивидуальных решений. Это дало основание  предположить, что «сдвиг риска», открытый Стоунером, можно трактовать более  широко – как «сдвиг выбора», осуществляемый в ходе принятия группового решения.

Однако  вопрос о том, которая из двух полярных точек зрения будет положена в  основу группового решения, не снимается  однозначно. В результате многочисленных экспериментальных исследований установлено, что, как правило, групповая дискуссия  укрепляет то мнение, которое и  до нее было мнением большинства. Однако эти данные нельзя считать окончательными (Емельянов, 1985). Массив экспериментальных работ по выявлению роли групповой дискуссии в процессе принятия группового решения еще не так велик. Поэтому первая часть задачи – обучение ведению групповой дискуссии как формы социально-психологического тренинга разработана лучше, чем вторая часть – выявление механизма образования группового решения в ходе дискуссии и последствий групповой дискуссии для ее участников. Навык ведения групповой дискуссии – обязательное условие успешного руководства группой со стороны руководителя, потому тренинг в этой его форме особенно целесообразен для руководителей.