Процессы над ведьмами

Министерство образования и науки Российской Федерации

федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Петрозаводский государственный университет»

Юридический факультет

Кафедра теории и истории государства и права

 

 

 

Процессы над ведьмами

 

 

 

 

Курсовая работа

студентки 1 курса

очного отделения

Яценко Ксении

Владимировной

 

 

 

 

Научный руководитель:

профессор, доктор юридических наук

Дусаев Р.Н.

 

 

 

Петрозаводск

2013

 

 

 

План:

 

1. Введение.
2. Глава 1 Причины, зарождения гонений на ведьм.
3. Глава 2 Создание инквизиции.
4. Глава 3 Процессы над ведьмами и их этапы:
1. Арест.
2. Допрос.
3. Приговор.
4. Казнь.
5. Глава 4 Масштабы.
6. Вывод.
7. Список используемой литературы.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

 

В данной работе будет рассматриваться явление истории, которое происходило в период со второй половины 15 в. по 17 в., когда человечество переживало один из самых кровавых периодов существования: «Охота на ведьм». Это, возможно, был один из самых безнравственных и жестоких примеров, когда человечество тормозило развитие своего же собственного прогресса, не давая ему свободы и прикрываясь религией и нравственными человеческими принципами. Эта тема подсознательно вызывает чувство особого, своими методами и способами, эталона несправедливости и порочности светского склада общества и его низов. «Охота на ведьм» погубила многих известных личностей, благодаря которым, вероятно, сегодня прогресс науки, искусства и творчества стоял бы на высшей ступени.

 

Об «Охоте на ведьм» написаны сотни книг и тысячи статей, опирающихся на достоверные факты или сомнительные легенды. Разумеется, задачей каждого историка во все времена провозглашалось установление истины. Тем не менее, оценки данного явления в исторической науке порой диаметрально противоположны. Например, историк Д. Занков в своей статье «Средневековые ведовские процессы. Раскрыта ли тайна охоты на ведьм?», предлагает довольно интересную картину произошедшего. Он рассматривает процедуру, которая предшествовала пытке и, по его мнению, служила главным доказательством вины. Это поиск на теле ведьмы или колдуна так называемой «печати дьявола» или «ведьминой метки». Изучая данную процедуру, Д. Занков находит сходство между описанием «печати дьявола» и вполне реальной болезнью – лепрой, и на основе этого делает вывод: «в основе гонения на ведьм лежало стремление средневекового общества обезопасить себя от страшного заболевания, распространение которого в 15 - 17 веках достигло своего апогея. Уничтожая прокаженных (мера, бесспорно, жестокая), Европа к концу 17 века в какой-то степени справилась с эпидемией проказы».

(экономически политической игрой с целью обогащения отдельных ее представителей).

 

«Охоту на ведьм» можно оправдывать, можно критиковать. Но все равно, как бы на наш взгляд она ни была бесполезна, она представляет закономерное глобальное и беспорядочное движение своего рода частиц, образующих такие случайные обстоятельства, результатом которых может стать что угодно, даже такая протяженная по времени и бесчеловечная по жестокости эпидемия Европейских стран, как инквизиция.

 

Данная тема актуальна и является поводом для обдумывания таких философско-социологических проблем на основе нижеизложенных фактов и анализа, приводящих к сложению определенного мнения и избегания повторений тормозящих развития мироздания факторов в истории.

 

В своей работе я рассмотрю «Охоту на ведьм»: её зарождение, причины, создание инквизиции, судебный процесс над ведьмами, масштабы этого явления. Данная цель, раскрывается, главным образом, через такие задачи как:

– установление причин развития гонений на ведьм, а так же условия, способствовавшие этому

– рассмотрение процесса создания инквизиции

– анализ процесса над ведьмами, включающий несколько этапов: арест, с предъявлением обвинений, допрос, приговор, казнь

– выяснение географических рамок происходившей «охоты на ведьм» и выявление численного количества жертв «охоты», ее последствия

 

Охота на ведьм многими воспринимается как символ «мрачного Средневековья», но ее разгар приходится вовсе не на «безмолвные века», а на начало нового времени. Кажется непостижимым, но людей сжигали во времена Ньютона и Декарта, Канта и Моцарта, Шиллера и Гете! Сотни тысяч «ведьм» пошли на костер в век научной революции, а среди судей были профессора университетов. Об охоте на ведьм историческая наука до недавнего времени знала очень мало, даже число жертв этой идеологической чумы не было известно. Лишь в последние десятилетия благодаря систематической кропотливой обработке судебных документов, монастырских и муниципальных архивов удалось воссоздать приблизительную картину событий.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА 1 ПРИЧИНЫ ЗАРОЖДЕНИЯ «ОХОТЫ НА ВЕДЬМ»

В раннем средневековье ведьмами не интересовались ни светская власть, ни церковь. Их не признавали, но столь безмерное положение вещей продлилось совсем недолго. Народные россказни о ведьмах распространялись очень быстро, и дабы пресечь эту чушь в 643 году Лангобардский король Ротар прямо запретил своим указом христианам верить в то, что женщины могут контролировать явления природы, пить кровь живых людей. Карл Великий в 787 году своим законом устанавливать смертную казнь в наказание тем, кто на основе подобной веры выискивал и убивал «колдунов». Итак, в древности колдовство было делом обычным и не запрещенным. Преследовали и наказывали лишь тех, кто нанес своими чарами какой-либо вред, но такие обвинения были редко. В раннем средневековье большинство процессов по ведьмам – это способ устранения конкурентов в борьбе за власть, за феодальные земли.   

 

Что же повлияло на возникновение массовой истерии, достигшей своего апогея в начале новое времени?

 

Существует несколько версий относительно возникновения массовых ведовских процессов, ни одну из которых, впрочем, нельзя считать исчерпывающей.

 

По одной версии, охота на ведьм стала лишь продолжением практики искоренения ересей. Сторонники этой точки зрения утверждают, что инквизиция воспринимала ведьм, как членов организованной сатанинской секты, и относят начало охоты на них к 12 веку, когда появляются сведения о секте катаров. 11 – 12 столетия, как известно, стали временем расцвета еретических движений богомилов, альбигойцев и вальденсов, и католическая церковь отреагировала на это созданием в 1215 году специального органа — папской инквизиции — для розыска и наказания еретиков.

 

«В 12 - 13 веках на христианском Западе появились секты, выступавшие с критикой господствующей Церкви. Большинство из них, однако, просуществовало недолго, но две превратились в могучие реформаторские движения: секта катаров (т.е. «чистых»; отсюда происходит немецкое слово «Ketzer» - еретик) и секта вальденсов, названная по имени ее основателя Пьера Вальдо. Их появление во многом предопределило отношение Церкви к колдовству и послужило толчком к началу охоты на ведьм.

 

Сразу же после жестокого подавления катаров в 1231 - 1232 гг. папа Григорий IX создал главную церковную комиссию для защиты истинной веры - папскую инквизицию. Латинское слово inquisitio означает «розыск». Отныне инквизиторы обязаны были сами, со всем возможным рвением выискивать еретиков. Папа издал чрезвычайно жестокие указы. Согласно им все верующие обязаны были доносить инквизиции о любом подозрительном человеке. Имена свидетелей сохранялись в тайне. До судебного разбирательства защитники не допускались. Сам судебный процесс проходил в условиях строгой секретности. Отныне незыблемой становилась формула: «еретик = колдун», «колдун = еретик». Так называемая «сделка с Дьяволом» глубоко оскорбительна для Бога. Поэтому все колдуны предатели христианской веры и должны быть наказаны как еретики. Это учение касалось также и суеверий, бытовавших среди простолюдинов. Так, верно, что демоны способны принимать обличье женщин и в виде так называемых суккубов вступать в связь с колдунами, или же являться в образе мужском, в виде инкубов, и соединяться с колдуньями. Кроме того, с помощью демонов колдуны умеют создавать новые тела путем сочетания разнообразных элементов, например, из ила порождать лягушек, змей и червей. Демоны также учат их вызывать бури, грозы и град. Это семя попало на благодатную почву инквизиции, которая отыскивала в ученых трудах схоластов все новые поводы для обвинений, в которых под пытками жертвы вынуждены были “признаваться”» 1.

 

«Триумфальное шествие христианства сопровождалось ожесточенной борьбой с языческими богами. Чтобы выстоять в этой борьбе, нужно было четко представлять себе своих врагов. Богословы эпохи раннего христианства, прежде всего знаменитый епископ Гиппонский Августин Блаженный (354 - 430), создали образы этих врагов, объявив языческих богов ужасными демонами и строго запретив общение с ними. Церковь с недоверием относилась к этим тайным обрядам. Она предостерегала верующих от  идолопоклонничества и в случае неповиновения грозила отлучением»2.

 

В соответствии с другой точкой зрения, ведьмы преследовались как некий фантомный «внутренний враг» наравне с другими изгоями, прежде всего евреями и прокаженными. Действительно, еще в XI веке появляются первые гетто для евреев в Германии и начинаются их массовые убийства в Испании. В 1179 году во Франции издается закон против прокаженных и гомосексуалистов. В конце XII века из Франции изгоняются евреи. И, наконец, в XIV веке в этой же стране происходят массовые убийства прокаженных. Но такие сопоставительные ретроспекции не проясняют причин массовой охоты на ведьм, развернувшейся многим позже перечисленных событий.

 

Существует и психоаналитическая интерпретация ведовских процессов, согласно которой они представляли собой массовую мизогинию — войну мужчин против женщин.

 

«16 век в Европе – время начала процесса модернизации, расширения свободы человеческого сообщества. Однако большинство исследователей не фиксируют в источниках улучшение статуса женщины. Наоборот, во многих европейских странах образ ленивицы и соблазнительной искусительницы вновь акцентируется и даже приобретает большую агрессивность. Причина в самом модернизационном процессе, который приводит к стрессу, в первую очередь мужчин. На смену раскованности приходят усиление темы неравенства полов, разобщенность, ограничение и дисциплинирование тела»3.

 

Проблема приниженного положения женщины своими корнями уходит в библейские сюжеты. Женщина была создана второй, создана была из ребра мужчины. Ребро – это грань, женственность – это грань человечности, это необходимый аспект женской природы, это своеобразный ответ на отказ женщине в полноте её человечности. То, что женщина была создана из ребра, указывает на её второстепенную роль, однако, женщина создана из ребра – из середины жизни человека, а не из остатков, что может указывать на то, что женщина - стоит на границе между добром и злом, между светом и тенью, то, к чему она будет принадлежать, зависит от неё.

 

Но Новый Завет закрепляет главенствующее положение мужа, и вторичное положение жены:

«Жена связана законом, доколе жив муж ее» (1-е Коринф. 7; 39)

« Хочу также, чтобы вы знали, что всякому мужу глава Христос, жене глава - муж, а Христу глава – Бог» (1-е Коринф. 11; 3)

« Итак, муж не должен покрывать голову, потому что он есть образ и слава Божия; а жена есть слава мужа. Ибо не муж от жены, но жена от мужа; и не муж создан для жены, но жена для мужа. Посему жена и должна иметь на голове своей знак власти над нею, для Ангелов», (1-е Коринф. 11; 7-11)

«Жена да учится в безмолвии, со всякой покорностью; а учить жене не позволяю, ни властвовать над мужем, но быть в безмолвии. Ибо прежде создан Адам, а потом Ева. И не Адам прельщен, но жена, прельстившись, впала в преступление; впрочем, спасется через чадородие». (1-е Тимоф. 2; 11-14)

 

Религия внушает женщине, что она должна «бояться мужа» (Ефес. 5; 23), что «жена не властна над своим телом» (1-е Коринф. 7; 4).

 

Для многих религий и языков человек - это, прежде всего мужчина, женское же начало относится к злому миру; изначально женщина-это зло. «Свет»- всегда мужской род, «тьма» - женский.

 

Страх перед женской сексуальностью также являлся одним из факторов, превративших “ведовство” в сатанинскую ересь и ужасное преступление.

 

Эта оригинальная интерпретация причины гонений на ведьм и поныне вдохновляет идеологов феминистского движения. Но утверждать, что ведовские процессы были «женским холокостом», мешают два исторических факта — среди осужденных в колдовстве было около трети мужчин (а в Нормандии и Скандинавии даже подавляющее их большинство), а обвинителями очень часто выступали именно женщины.

 

По самой курьезной из версий, охота на ведьм была следствием массового психоза, вызванного стрессами, эпидемиями, войнами, голодом, а также более конкретными причинами, в числе которых наиболее часто упоминается отравление спорыньей (плесенью, появляющейся на ржи в дождливые годы) или атропинами (белладонной и другими растительными и животными ядами). Однако принять эту версию мешает длительность эпохи преследования ведьм и очевидная бюрократичность, даже рутинность процессов. Кроме того, тогда придется признать, что расстройством сознания страдали не измученные голодом и стрессами крестьяне, а ученые демонологи и судьи: историки доказали, что рассказы о полетах на шабаш и других невероятных вещах, якобы вызванные галлюцинациями, были не фантазией обвиняемых, а всего лишь ответами на прямые вопросы следователей, добивавшихся с помощью пыток подтверждения своих собственных представлений о том, что и как должны делать ведьмы.

 

Согласно одному из самых убедительных объяснений, распространению ведовской истерии способствовало появление демонологических ученых трактатов — инструкций по поиску и искоренению ведьм. Они базировались на авторитете Ветхого завета: «Ворожеи не оставляй в живых», — гласит книга Исхода (22:18). Одно из самых влиятельных руководств такого рода — знаменитый «Молот ведьм» монахов-доминиканцев Якоба Шпренгера и Генриха Инститориса — было издано в 1487 году по поручению папы Иннокентия VIII. В последующие 200 лет этот трактат выдержал 29 изданий и использовался для формализации судебных допросов. В XVI — начале XVII века появляется много изданий такого рода — «Демономания» Жана Бодена, «Демонология» короля Якова I Стюарта, «Демонолатрия» Николя Реми. Тон этих сочинений выдает глубокое внутреннее напряжение, которое находило выражение в конструировании кошмарной вселенной, где свирепствуют и предаются разгулу дьявольские силы. Из трактатов ученых демонологов в сердца и умы читающей публики постепенно проникал образ дьявольской служанки — ведьмы.

 

 

 

КОНЕЦ: Во время этого безумия погибло очень много невинных людей. К примеру, в небольшом немец-ком городке за три месяца была сожжена заживо 121 «ведьма». По моему мнению, не имело значение: существуют ли ведьмы или это всего лишь воображение людей, важно, что никто ни в чем не хотел разбираться, просто убивали, кто-то из-за жажды денег, кто-то из-за фанатизма. Появление этого черного периода в истории человечества пока остается загадкой, ученые вы-двигают разные версии, но никто не знает точно: почему оно началось? 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Практически всегда средневековую охоту на ведьм наука рассматривает, как нечто вторичное, полностью зависящее от внешних обстоятельств - состояния общества, церкви.

Существуют несколько позиций.

Для большинства историков (отечественных и зарубежных) охота на ведьм - явление пусть и ужасающее, но вполне отвечающее общему строю суеверного, темного Средневековья. Такая точка зрения весьма популярна и сегодня. А между тем ее легко опровергнуть с помощью хронологии. Большинство ведьм сгорело на кострах инквизиции отнюдь не в начальный период Средних веков. Гонения на колдуний набирало силу в Европе параллельно с развитием гуманизма и научного мировоззрения, то есть в эпоху Возрождения. 

Советская историография всегда рассматривала охоту на ведьм как одно из проявлений развернувшейся в XVI-XVII веках феодально-католической реакции. Правда, она не учитывала то, что слуг дьявола вовсю жгли и в протестантских странах: жертвой мог стать каждый, независимо от социального положения и религиозных воззрений. Не избежала подобного взгляда и наиболее популярная ныне социальная теория: охота на ведьм - лишь очень яркий показатель степени обострения внутриобщественных отношений, стремление найти "козлов отпущения", на которых можно возложить ответственность за все проблемы и трудности бытия. Разумеется, охота на ведьм, как и любое иное историческое явление, нельзя изучать отвлеченно, в отрыве от общей исторической канвы. С этим спорить не приходится. Однако, когда такой подход становится превалирующим, вправе задать вопрос: а не теряется ли за общими выводами само явление с присущими ему особенностями? Факты и свидетельства источников зачастую лишь иллюстрирую т нарисованную исследователем картину. Хотя именно изучение фактов, их деталей первично в любом историческом исследовании. 

 

Никто из авторов, рассказывающих об охоте на ведьм, не обошел вниманием все этапы ведовского процесса: арест ведьмы, расследование преступлений, вынесение приговора и казнь. Пожалуй, наибольшее внимание уделяется разнообразным пыткам, приносившим почти стопроцентное признание во всех самых гнусных и чудовищных обвинениях.  

 

Однако обратим внимание на значительно менее известную процедуру, которая предшествовала пытке и, по сути, служила главным доказательством вины. Речь идет о поиске на теле ведьмы или колдуна так называемой "печати дьявола". Ее искали, сначала просто осматривая тело подозреваемого, а затем нанося уколы специальной иглой. Судья и палачи старались найти на обвиняемом места, отличающиеся от остальной поверхности кожи: пятна беловатого цвета, язвочки, небольшие вздутия, обладающие, как правило, настолько пониженной болевой чувствительностью, что они не ощущали укола иглы. 

 

Вот что говорит по данному поводу русский дореволюционный историк С. Тухолка в работе "Процессы о колдовстве в Западной Европе в 15-17 веках": "Еще до пытки колдунью подвергали операции отыскивания стигмата дьявола. Для этого пациенту завязывали глаза и вонзали в тело длинные иглы". Об этом же пишет и Я. Канторович в труде "Средневековые ведовские процессы", вышедшем в 1889 году: "Если у кого-нибудь на теле оказывались язвы или какие-нибудь следы, происхождение которых было неизвестно, то их приписывали дьяволу. Поэтому прежде всего обращались к испытанию иглой. Нередко такое, лишенное чувствительности место действительно находили на теле". О том, что наличие "ведовской печати" считалось абсолютным признаком виновности, сообщал и советский исследователь И. Григулевич. Правда, приводились такие факты лишь затем, чтобы показать суеверие и мракобесие, присущие как средневековому миру вообще, так и священнослужителям в частности. 

 

Однако отношение непосредственных участников событий, особенно демонологов, к ведовским знакам на теле было чрезвычайно серьезным. Один из первых, кто говорит в своих трудах о дьявольских отметинах, - теолог Ламберт Дано: "Нет ни одной ведьмы, на которую дьявол не поставил бы некую отметину или знак своей власти". Это мнение разделяли практически вce богословы и демонологи. Например, Питер Остерман в трактате, вышедшем в 1629 году, доказывал: "Еще не представало перед судом человека, который, имея клеймо, вел бы безупречный образ жизни, и ни один из осужденных за колдовство не был осужден без клейма". Такой же точки зрения придерживался и демонолог в короне - Яков I Стюарт. Этот неутомимый борец с ведьмами в трактате "Демонология" заявлял: "Никто не служит Сатане и не призывается к поклонению перед ним, не будучи отмечен его знаком. Клеймо - это самое высшее доказательство, гораздо более бесспорное, чем обвинения или даже признания". 

 

В самом существовании на теле человека каких-то пятен или отметин нет ничего странного и чудесного. Но если признать, что рассказы о ведьминых знаках имеют под собой реальную основу, то следует задать вопрос: а что представляли собой эти отметины? 

 

Есть два основных вида таинственных знаков - дьявольское пятно и ведьмин знак. Последний представлял собой своеобразный бугорок или вырост на теле человека и, по мнению демонологов, использовался ведьмами для кормления различных духов собственной кровью. Клеймо же дьявола можно скорее сравнить с родимым пятном.  

 

Исследователь Н. Пшибышевский в работе "Синагога Сатаны" дает достаточно подробное описание этих знаков: "Поверхность тела одержимого отмечена и снаружи особыми знаками. Это небольшие, не больше горошины, места кожи нечувствительные, бескровные и безжизненные. Они иногда образуют красные или черные пятна, но редко. Так же редко они отмечены углублением кожи. Большей частью они незаметны снаружи и находятся на половых органах. Часто они находятся на глазных веках, на спине, на груди, а иногда, но редко, они меняют место".  

 

Итальянский демонолог М. Синистрари отмечает: "Эта отметина не всегда одной и той же формы или контура, иногда она похожа на зайца, иногда на лапку жабы, на паука, щенка, соню. Она ставится ... у мужчин под веками или под мышками, или на губах, или на плечах, в заднем проходе или еще где-нибудь. У женщин обычно на груди или в интимных местах". 

 

И все же главный признак, по которому в Средневековье отличали дьявольское пятно, - его нечувствительность к боли. Поэтому при осмотре потенциальной ведьмы подозрительные пятна обязательно прокалывали иглой. И если на укол не следовала реакция, обвинение считалось доказанным. (Еще одна существенная особенность "чертовых знаков": при укалывании эти места не только не чувствовали боли, но и не кровоточили.)  

 

Отрешимся от фантастических деталей, вроде пылающего злобой дьявола, клеймящего собственной рукой (или иной конечностью) своих приверженцев, а признаем наличие на теле человека каких-либо специфических отметин. Но ведь описание "ведьминых знаков" очень напоминает какое-то кожное заболевание. 

 

Действительно, почему бы не предположить, что подавляющая часть людей, обвиненных в ведовстве, имела общую для всех болезнь? И только одно заболевание подходит под все приведенные выше симптомы. Это лепра, или проказа, - и сегодня один из самых страшных недугов, а в Средневековье - настоящий бич Божий. 

 

Вот что говорит об этой болезни медицинская энциклопедия, изданная в 1979 году: "Начинается она обычно незаметно, иногда с общего недомогания и повышения температуры. Затем на коже появляются беловатые или красные пятна, на этих участках кожа становится нечувствительной к теплу и холоду, не ощущает прикосновения и боль". Не правда ли, картина болезни очень напоминает демонологические трактаты? 

 

В сведениях, почерпнутых из медицинской литературы, можно найти объяснение и такому явлению, как ведьмин сосок. При дальнейшем развитии заболевания кожа начинает постепенно уплотняться, образуются язвы, узлы, которые действительно своей формой могут напоминать сосок. Приведем еще одну цитату: "Иногда на не изменившейся коже появляются ограниченные лепроматозные инфильтраты в дерме (бугорки) или в гиподерме (узлы), которые могут сливаться в более или менее мощные конгломераты. Кожа под ними жирная, может отличаться шелушением, чувствительность вначале нормальная, позднее расстраивается и понижается в различной степени". Совпадает даже месторасположение "дьявольских знаков" и лепроматозных пятен на теле человека.  

 

И, наконец, еще один аргумент, позволяющий отождествить проказу и "дьявольские отметины": по современным медицинским данным, "нарушение чувствительности в кожных поражениях наблюдается только при лепре и ни при каком другом кожном заболевании". 

 

Итак, с большой долей уверенности можно утверждать, что практически все колдуны и ведьмы, осужденные на смерть, были в той или иной стадии поражены проказой. Сам собой напрашивается и следующий вывод: в основе гонения на ведьм лежало стремление средневекового общества обезопасить себя от страшного заболевания, распространение которого в XV-XVII веках достигло своего апогея. Уничтожая прокаженных (мера, бесспорно, жестокая), Европа к концу ХVII века в какой-то степени справилась с эпидемией проказы.  

 

Верили ли сами судьи в то, что отправляют на костер именно дьяволово отродье, а не больных и отверженных людей? На этот вопрос пока нет абсолютно уверенного ответа. Однако вполне вероятно, что в Средние века люди достаточно хорошо знали симптомы проказы, и, по крайней мере, привилегированная, образованная прослойка государственных и церковных деятелей осознавала, что ведет борьбу не со слугами сатаны, а с заразной болезнью. Ведь неслучайно огромная роль в проведении ведовских процессов принадлежала врачам. По замечанию одного из современных исследователей, врачи "принимали достаточно активное профессиональное участие в процессах над ведьмами. В их обязанности входило диагностирование болезней, возникавших в "результате колдовства", и медицинское обслуживание пытки. Зачастую их заключение решало участь несчастной ведьмы". 

 

И тем не менее, видя в охоте на ведьм и колдунов лишь карантинную меру, а в судьях и палачах - борцов с опасным недугом, мы излишне модернизируем явление более чем пятивековой давности. Проказа в то время могла рассматриваться и, вероятно, рассматривалась как признак одержимости дьявольской силой, и именно поэтому носителям этой болезни объявили беспощадную войну на уничтожение. Эта сторона дела заслуживает тщательного изучения. 

 

И все же есть достаточные основания утверждать, что охота на ведьм объективно была борьбой с прокаженными. 

 

Но для начала обратимся к процедуре опознания ведьм, существовавшей в народе. Известно, что боязнь сглаза и порчи, присущая человечеству с глубокой древности, жива и поныне. Что же говорить о времени раннего Средневековья? Разъяренная толпа нередко устраивала самосуд над человеком, в котором видела колдуна. Но чтобы наказать ведьму или колдуна, сначала их необходимо выявить.  

 

Какие только средства, рожденные в глубинах суеверного сознания, здесь не применяли! Ведьму узнавали по полету ножа с изображением креста, брошенного через нее. А чтобы выявить всех ведьм в своем приходе, следовало взять в церковь пасхальное яйцо. Правда, любопытный при этом рисковал: если ведьма успеет вырвать и раздавить яйцо, у него должно было разорваться сердце. Принесенные в церковь намазанные салом детские башмачки грозили обездвижить ведьму. Но, пожалуй, самым распространенным оставалось испытание водой. Привязав правую руку ведьмы к левой ноге, а левую руку к правой ноге, колдунью бросали в ближайший водоем. Если она начинала тонуть, значит, невиновна, если же вода не принимала грешницу, то сомнений не оставалось: точно служила Сатане. Было распространено убеждение, что ведьма отличается от остальных людей меньшим весом: недаром же она летает по воздуху. Поэтому нередко обвиненных в колдовстве испытывали взвешиванием. 

 

Каждый из названных методов мог применяться в одном месте Европы и оставаться неизвестным в остальных. Однако с конца ХV века на смену стихийным народным расправам над ведьмами приходит четкая система борьбы с ними, в которой самое активное участие принимают церковь и государство. Для опознания ведьмы применяется одна лишь процедура - укалывание иглой. Доселе не известное испытание распространяется по всей Европе, от Швеции до Испании. Причем везде процедура проводится одинаково. Разве сам этот факт не вызывает подозрений?  

 

Косвенным доказательством моей версии служит и характер ведовских процессов (ведь не зря в литературе, им посвященной, они именуются эпидемиями). Нельзя сказать, что ведьм преследовали регулярно и равномерно по всей территории Западной Европы. Скорее можно говорить о локальных и ограниченных во времени вспышках охоты на ведьм. В одном городке вовсю полыхают костры, а в других о ведьмах будто никто и не слышал - не потому ли, что острая борьба с ведьмами развертывалась в местах, наиболее пораженных проказой, и заканчивалась при уничтожении угрожающего числа прокаженных. 

 

Если предположить, что средневековые истребители ведьм и колдунов знали, с чем они на самом деле сражаются, то посчитаем логичным их стремление как можно тщательнее изолировать от общества обвиненных в колдовстве. Многие авторы (например, Я. Канторович и Н. Сперанский) упоминают о том, что ведьмы содержались в особых, отдельных тюрьмах. Демонологи же в своих наставлениях предупреждают об опасности близкого контакта с ведьмами, а судьям рекомендуют при допросах избегать прикосновения колдуний. Хотя теологи и считали, что борющийся с ведьмами имеет благословение церкви, а потому неподвластен их чарам, практика нередко говорила об обратном. В литературе известны случаи, когда в колдовстве обвиняли палача и судью, ведшего процессы. В этом нет ничего удивительного: у них было достаточно возможностей заразиться.  

 

Конечно, наибольшая опасность заражения грозила прежде всего родственникам. Они же первыми могли заметить признаки страшного заболевания, и тогда страх за свою жизнь брал верх над любовью к ближнему. Недаром именно родственники часто (так говорят историчес кие документы) становились доносителями. Впрочем, даже такой шаг не отводил от них подозрения в приверженности ведовской заразе. Поэтому если хоть один из членов семьи был казнен по обвинению в колдовстве, то на всех остальных всю жизнь лежало подозрение. Иначе и быть не могло: инкубационный период лепры может составлять несколько лет, а следовательно, любой, кто общался с зараженным, внушал опасение. Нередко для подстраховки казнили всю семью разом.  

 

Всегда вызывала наибольший ужас и рассматривалась как дикий фанатизм казнь обвиненных в колдовстве детей. В XV-XVII веках на костер возводили даже двухлетних. Пожалуй, наиболее шокирующий пример дает город Бамберг, где одновременно были преданы огню 22 девочки от 9 до 13 лет. Как уже говорилось, вера в колдовство характерна для всего человечества, однако массовое обвинение в колдовстве детей отличает лишь Западную Европу XV-XVII веков. Факт в пользу излагаемой гипотезы: проказа не разбирает возраста, а каждый зараженный, взрослый или ребенок, представляет опасность.