Раннее царство Древнего Египта

Египет. Древнее и среднее царство. Реферат

 

Просмотров: 86

ДРЕВНЕЕ ЦАРСТВО   (XXX-XXIV  ВЕКА ДО Н.Э.) 

 

Расцвет искусства  Древнего Египта начинается в третьем  тысячелетии до н.э. после объединения   страны. В укрепление неограниченной власти фараоны объя

вили себя сы-нами солнца, которое почиталось как бог живых  царей. Богом умерших был Осирис. Скульптура Древнего Египта, с самого возникновения связанная с заупокойным  культом, тяготела к точному портретному  изображению. 

Особое значение в  третьем тысячеле

тии до н.э. приобрело строительство  гигантских гробниц. Они состояли из подземного помещения, куда ставился саркофаг, и масштабы –  надземного холма, облицованного кирпичом. Однако в нарастающей грандиозности фараонов III династии сказалось желание возвеличить в веках жизнь правителя. Усыпальница фараона Джосера в Саккаре (XXVIII в. до н.э.), возведенная зодчим Имхотепом, достигала в высоту более 60 м и состояла из семи убывающих кверху каменных ступеней. Однако здесь еще не были достигнуты ясность и простота, тот ничем не сдерживаемый плавный подъем ввысь, которые выражены в пирамидах фараонов последующей IV династии.

Одним из «семи  чудес света» называли пирамиды Хеопса, Хефрена и Микерина (XXVIII в. до н.э.) в Гизе. Их образ воплотил величие  и дерзновенную

 смелость человече-ского  замысла противопоставить векам  деятельность своих рук и разума. Огромная масса пирамид, сложенных  из мощных каменных блоков, поражает  простотой и ясностью фор-мы. В  плане каждой пирамиды – квадрат,  а стороны представляют собой  равнобедренные треугольники. Высота наиболее грандиозной пирамиды Хеопса 146,6 м, длина стороны основания 233 м. Пирамиды в Гизе составляли часть грандиозного ансамбля. Они были соединены с Нилом длинными коридорами. 

Ансамбль дополняет  гигантская фигура сфинк

са, стоящая на пути к пирамиде Хефре-на. Высеченный из массива единой скалы, сфинкс с широко открытым взглядом, устрем-ленным в пространство, словно утверждал идею вечного покоя.

Неотъемлемую  часть храма и гробниц составляли статуи фараонов, знати, придвор

ных 

писцов. Все они  были выполнены в рамках строгих  канонов. Люди изображались в спо-койных, полных неподвижного величия позах, словно застывшие в веках. Вместе с тем, скульптура Древнего царства  отличалась острым реализмом, огромной внутренней энер-гией.

 Лица на портретах  еще более оживлялись яркой  раскраской, инкрустацией глаз гор-ным  хрусталем и эбеновым деревом.  Статуя сидящего писца Каи   (середина третьего ты-сячелетия, Париж, Лувр), выполненная из известняка, с внимательным взглядом больших глаз, поражает остро выраженной портретностью. 

Деревянная статуя вельможи Каапера, опирающегося на посох (Каир, Музей), отлича-ется правдивостью и индивидуальностью (прозвана «сельским  старостой»). 

Простота обобщенных форм, совершенство исполнения присущи  парным

статуям Ра-хотепа и его  супруги Неферт  (Каир, Музей). Они сидят на жестких кубических тронах с прямыми спинками, разъединенные расстоянием и направлением взглядов, устремленных прямо перед собой. По традиции мужская статуя раскрашена красно-коричневой краской, женская – желтоватой, волосы – черной, одежда – белой. Несмотря на неподвижность и лаконизм, их образы полны обаяния, чистоты и ясности.

Рельефы и росписи, украшающие стены гробниц, также  связаны с заупокойным куль-том. Рельефы обычно плоски, почти н

е выступают над поверхностью стены. Силуэт фигур 

ясен и графичен. В деревянном рельефе, изображающем зодчего Хесира (Каир, Музей) весь облик  – развернутые широкие плечи, узкие бедра в профиль, густая шапка волос, гордое лицо – создают  ощущение внутренней

силы человека, подчеркивают красоту и ритмичность его  упругого движения.

Для рельефов Древнего царства типичен принцип фризового  развития сюжетов, разворачивающихся  сцена за сценой. Та же чистота линий, сдержанность и спокойная ясность  ритмов –  в росписях

 из гробницы в Медуме. 

В росписях стен применялись обычно золотистые, оранжево-красные, зеленые, синие и бирюзовые краски, нанесенные на сухую поверхность. Часто  специальные углубления заполнялись  цветными пастами, похожими на инкрустацию. Обобщенные конт

урные ли-нии подчеркивали плоскость стены, монументальную целостность  ансамбля. 

 

ИСКУССТВО СРЕДНЕГО ЦАРСТВА (XXI-XVIII  ВЕКА ДО Н.Э.) 

 

Около XXIV века до н.э. Египет распался на ряд областей, возглавляемых местными правителями. В XXI веке вновь началась

борьба за объединение. Фиванские  правители Югаснова объединили Египет, однако они не смогли окончательно подчинить себе но-мархов Среднего Египта.

Первым из памятников, ознаменовавших поиски новых архитектурных  образов, была усыпальница Ментухотепов в Дейр

-эль-Бахри близ Фив.  Здесь была осуществлена попыт-ка  соединить храм с пирамидой,  положено начало крупным храмовым  ансамблям более позднего времени.  Золотисто-розовый цвет камня,  огромная протяженность окруженной  стенами дороги, ведущей к храму  с двумя террасами и широким пандусом, расположен-ному среди диких гор, сообщали этому своеобразному ансамблю величественный размах.

Особое значение в Среднем царстве приобрели  мощные колоннады, опоясывающие террасы  храмов и дворы, а также колоссальные статуи правител

ей, как бы вышедших из темноты  храмов и охраняющих их. Нововведением  были пилоны – две мощные башни  с узким проходом посредине, являющиеся своеобразным рубежом на пути людей, вступа-ющих в храм.

В скульптуре новые  искания проявились особенно остро  во второ

й половине Среднего

царства. Усилилась  резкая властность черт правителей. Величавая  ясность образов Древ-него царства  сменилась напряженностью. Портретная голова Сенусерта III (XIX в.до н.э., Нью-Йорк, Метрополитен-музей) с глубоко запавшими  глазами, резки

ми дугами бровей, обострившимися скулами, выделенными блеском отполированного  темного обсидиана, свидетельствуют  от усложнении человеческого образа. Та же сила в лепке лица и интерес  к передаче характера ощущаются  в портретной голове Аменемхета III (Каир, Музей). 

Темы рельефов стали разнообразнее. В рельефах гробницы номарха Среднего царства  Сенби в Меире (XX в. до н.э.), изображающих сцены охоты, звери показаны свободнее  и живее, чем прежде. Их фигуры не располагаются строго по фризам, а  свободно размеще-

ны в пейзаже. На рельефах в Меире изображаются и другие сцены жизни людей того вре-мени: сбор папируса, ремесленники за работой. Новые сюжеты занимают все более  важ-ное место в искусстве, наполняют  его все большей конкретностью.

В живописи, украшавшей стен

ы гробниц и храмов, также  обнаруживаются попытки преодолеть старые композиционные схемы. Строгие, полные величавого покоя фризы сменяются  более свободно сгруппированными сценами, краски становятся нежнее и про-зрачнее. Росписи исполняются темперой по сухому грунту. Золотистый цвет тел сочетает-ся в них с зеленью трав, белизной одежд, голубизной цветов. Не ограничиваясь локаль-ными тонами, мастера пользуются смешанными красками, наложенными то густо, то еле уловимо. Контуры обозначаются то резко, то нежно, отчего по-прежнему плоские силуэты становятся легче и живописнее.

В гробнице Хнумхотепа II в Бени-Хасане (XX в. до н.э.) была создана  одна из самых замечательных росписей в искусстве Среднего Царства  – сцена охоты на берегах Нила. По воде в изогнутых ладьях

 движутся высокие и  стройные фигуры охотников. Вокруг  них на деревьях с тончайшим  кружевом прозрачной листвы изображено  множество ярких птиц в нарядном  оперении. Дикая кошка с мягкими  вкрадчивыми движениями притаилась  на упруго согнувшемся стебле  лотоса среди нежных голубых цветов. Все в этой росписи исполнено совершенного мастерства и вместе с тем подчинено тонкому декоративному строю. 

 

ИСКУССТВО НОВОГО ЦАРСТВА (16-11 ВЕКА ДО Н.Э.) 

 

Период Нового Царства состоял из нескольких крупных  этапов, характеризую

щих сложные пути развития культуры этого времени. Около XVII в.до н.э. Египет был завое-ван гиксосами  – пришельцами из Передней Азии, спустя столетие иноземные завоеватели  были изгнаны, а Египет вновь объединен  в мощное государство фиванскими фараонами, превратившими Египет в наиболее могущественную державу середины второго тысячелетия до н.э. Египту была подвластна огромная территория, в том числе частично Передняя Азия и Нубия. Столицей вновь становятся Фивы, где ведется колоссальное строительство. Основное храмовое строительство посвящается заупокойному культу и богу Амону.

Наибольшее распространение  в период Нового царства получил  тип храма с четким прямоугольным  планом. Его ансамблевый характер был рассчитан на постоянную смену  впечатлений у многочислен

ных участников торжественных  религиозных процессий. Фа-сад храма  обращался к Нилу, от которого шла  дорога, обрамленная по сторонам камен-ными сфинксами или овнами. Мерное повторение их фигур создавало спокойный  ритм. Аллея сфинксов приводила ко входу – каменному пилону – грандиозной, сужающейся кверху в форме трапеции стене, разделенной узким проходом посередине. Перед пилоном воздвигались колоссальные статуи, обелиски. За пилоном открывался прямоугольный в плане открытый двор, обнесенный колоннами.

В Фивах

 были возведены колоссальные  посвященные богу Амону  храмовые ансамбли Карнака и Луксора. Первым строителем Карнакского храма  (XVI в.до н.э.) был зодчий имени, Луксорского (XV в. до н.э.) – Аменхотеп Младший, который впервые ввел в архитектуру колоннаду двора.

Завершающим звеном ансамбля Карнака был грандиозный (103 х 52м) Гипостильный зал (XIV-XIII вв. до н.э.), сооруженный зодчими Иупа и Хатиаи. Он представлял собой целый лес  мощных колонн. Центральный, более высокий  ряд колонн, пропускал солнеч-ный  свет

, который постепенно поглощался  сумраком боковых рядов. Колонны  Карнака и Луксора имели мощные  капители и уподоблялись гигантским  цветам лотоса и папируса, воспроизводя  каменный лес, где человек чувствовал  себя былинкой. В то же время  благо-даря теплому золотистому тону, нежным краскам росписей, красоте рельефов, египетские храмы Нового царства не производили ощущения гнетущей мощи камня.

Новый характер приобрели гробницы царей и заупокойные  храмы. Гробницы фиван-ских  царей располагались в тайниках скалист

ых ущелий, а храмы возводились  на равнине у подножия гор.

Заупокойный храм царицы Хатшепсут (начало  XV в.до н.э.), выстроенный близ Фив, в Дейр-эль-Бахри, в той же долине, что и храм Ментухотепов, представлял собой грандиозный ансамбль, состоящий из трех

колоссальных террас, объединенных пологими пандусами. Постепенно поднимаясь, храм врастает в толщу скал. Мерный ритм колонн и столбов, окружающих каждую террасу, находит отзвук в изумительной красоте пустынной и дикой  природы, дополнившей творение Сенмута  –  строителя этого ансамбля.

Рельефы стен храма  царицы Хатшепсут повествуют о путешествиях, иноземных по-слах, ладьях, пускающихся  в плаванье. Женские статуи и портреты частных лиц становят-ся более  пластичными, мягкими по проработанности  объемов.

В живопи

си мастера Нового царства  также искали более смелого и  сложного изобра-жения окружающего  мира. Быт знати, охоты, пиры, выезды показаны чрезвычайно кра-сочно. Усложнилась  композиция, разнообразнее стали  движения фигур, колорит обога-тился  сиреневыми, розовыми оттенками. В раскраску фигур вводится золотисто-розовый цвет. Женщины в прозрачных одеждах представлены танцующими и музицирующими. (Роспись гробницы Нахта в Фивах, конец XV в.до н.э.).  

 

 

 

 

 

ИСКУССТВО АМАРНЫ –  вершина развития египетского реалистическ

ого искус-ства.

В начале  XIV века до н.э. фараон Аменхотеп IV провел религиозную реформу. Еди-ным божеством было провозглашено вместо символа солнца Амона-Ра само солнце – Атон. Фараон назвал себя Эхнатоном –  «Духом Атона». Столица была перенесена из Фив

 в Ахетатон  (современная Тель-эль-Амарна), возведенный заново местными мастера-ми.

Лучшие произведения амарнского периода отличаются проникновенностью, овеяны подлинным дыханием жизни, полны  внутреннего обаяния. Лучшее, что  было создано в этот период –  ск

ульптурные портреты Эхнатона и его жены Нефертити, выполненные  в рельефеи круглой пластике. Впервые  в истории египетского искусства  появилось изобра-жение фараона  в кругу семьи. Солнечный диск бога Атона повсюду простирает к  ним свои лучи, благословляя их любовь и деяния.

Портрет Нефертити  в высокой короне из раскрашенного  известняка (XIV в.до н.э.,Берлин-Далем  Музей) стал своего рода олицетворением современного Египта. Гордая голова царицы на тонкой шее поражает совершенством  точеных черт прекрасного лица,

 необычайной гармонией,  завершенностью композиции, великолепным  сочетанием кра-сок.

Незавершенным остался портрет из кристаллического золотистого песчаника, овеян-ный  дыханием жизни, юной красоты и гармонии. Бархатистая поверхность камня  придает этому порт

рету особую мягкость. Утвердившиеся  новые идеалы в искусстве вскоре превращаются в своеобразные каноны, порождая определенную манеру.

После смерти Эхнатона наступила реакция, были восстановлены  прежние верования и ритуалы. Юный преемник Эхнатона Тутанхамон

 вернулся в Фивы. Роскошь  его погребения была призвана  показать истинность старых религиозных  устоев. Инкрустированные саркофаги  Тутанхамона из литого золота  с перегородчатой эмалью, воспроизводящие  прекрасный лик юного царя, поражают  мастерством обработки материала, совершенством пластики.

В XIV-XI веках до н.э. завоевательные войны способствовали новому притоку бо-гатств в Египет. Помимо Гипостильного зала в Карнаке  были созданы заупокойные вы-рубленные  в скалах храмы. Таков храм Рамсеса II в Абу-Симбеле 

(Нубия), целиком вы-рубленный  в скалах. Фасад его представлял  собой гигантский пилон, перед  которым воз-вышались  двадцатиметровые статуи сидящих фараонов, наделенные портретными черта-ми Рамсеса II.

Стены храмов по-прежнему покрывались рельефами и роспися

ми. Рельеф из Мемфиса 

«Плакальщики» (XIV в. до н.э., ГМИИ им. А.С. Пушкина, Москва) пронизан беспокой-ным ритмом, выраженным в гибких движениях рук, то простертых вперед, то вскинутых кверху.

Последний расцвет  древнеегипетского искусства в  период объедине

ния под властью саисских фараонов (VIIв. до н.э.) характеризуется  появлением холодного изысканного  стиля. Живопись изобилует яркими красками. Бронзовые статуэтки, покрытые чеканными  узорами и инкрустацией золотом, нарядны, но лишены внутреннего тепла  амарнских портретов.

С завоеваниями Александра Македонского в 332 г. до н.э. начался эллинистический период. В 30 г. до н.э. Египет стал провинцией Римской  империи. 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Древнее царство   

 

В Гизе, неподалеку от нынешнего Каира, на скалистом  плоскогорье пус

тыни, отбрасывая на песок  три четкие тени, стоят три громадных  геометрических тела – безупречно правильные четырехгранные пирами-ды, гробницы фараонов Хеопса, Хефрена  и Микерина. Они стоят уже больше сорока веков. Их облицовка не сохранилась, погребальные камеры с саркофагами давно разграблены, но ни время, ни люди не смогли нарушить идеально устойчивую, монолитную форму этих сооружений. Высочайшая их них, пирамида Хео-пса, до сих пор не имеет себе равных по величине среди каменных построек всего мира. Ее высота – 146 метров, а длина основания каждой грани – 230 метров. Греческий Парфенон по сравнению с ней выглядел бы совсем крошечным – как лодка по сравнению с морским пароходом. В пирамиде Хеопса, если б она была полая внутри, мог бы уместиться весь ансамбль собора св.Петра в Риме. А ведь пирамида не полая, она почти сплошной массив из тяжелых каменных плит, только внизу прорезанный узкими коридорами, ведущими в усыпальницу фараона. Подсчитали, что для того чтобы перевезти все эти камни, из которых сложена пирамида Хеопса, сейчас понадобилось бы 20 тысяч товарных поездов, каждый по 30 вагонов. А тогда пирамиду строили голыми руками, даже без помощи вьючных животных. Это поистине необычайный памятник непреклонной воли фараона и многолетнего каторжного труда сотен тысяч рабов. К пирамидам примыкали низкие заупокойные храмы, у подножия рядами располагались гробницы придворных и родичей фараона – “мастаба” (“каменные скамьи”). И храмы и мастаба рядом с пирамидами выглядели очень маленькими и издали не были заметны, а треугольники пирамид на фоне неба виднелись отовсюду как напоминание о вечности. Длинная прямая дорога вела к ним с востока, от плодородных долин, оро-шаемых Нилом: дорога от обители жизни к безмолвному миру песков и гробниц. Границу пустыни и сейчас сторожит колоссальный сфинкс, лев с лицом фараона Хефрена, - прадед всех бесчисленных египетских сфинксов. Он создан не только руками людей, но и самой пустыней: люди обтесали и обработали скалу, похожую по форме на тело лежащего льва. 

Писатель Иван Бунин

, иного путешествовавший, влюбленный в седую грозную  старину Востока, оста-вил путевые  записки, не уступающие по художественной  силе его рассказам. Вот как  он описывал впечатление от  Большого Сфинкса.

“Вокруг меня мертвое  жаркое море дюн и долин, полузасып

анных песками скал и могильников. Все бле-стит, как атлас, отделяясь  от шелковистой лазури. Всюду гробовая тишина и бездна пламенного света… Я иду и не свожу глаз со Сфинкса.

Туловище его  высечено из гранита целиком, - приставлены  только голова и плечи. Гр

удь обита, плоска, слоиста. Лапы обезображены. И весь он, грубый, дикий, сказочно- громадный, носит следы  той жуткой древности и той  борьбы, что с незапамятных времен суждена ему, как охранителю “Страны  Солнца”, страны жизни, от Сета, бога смерти. Он весь в трещинах и кажется покосившимся от песков, наискось засыпающих его. Но как спокойно-спокойно глядит он куда-то на Восток, на далекую солнечно-мглистую долину Нила. Его женственная голова, его пятиаршинное безносое лицо вызывает в моем сердце почти такое же благоговение, как в сердцах подданных Хуфу”. 

 

 

 

 

 

Культура и  искусство Древнего царства  

 

 

 

Некрополь в  Гизе и его гигантский страж возводились  в эпоху Древнего царства –  в первой половине 3-го тыс. до н.э. Тогда  уже сложился стиль монументального  еги

петского искусства, выработались изобрази-тельные каноны, которые  потом свято оберегались на протяжении веков. Их постоянство объясняется  за-стойностью общественного порядка, а также тем, что искусство  Египта было составной частью культа, за-упокойного ритуала. Оно столь тесно связано с религией, обоготворявшей силы природы и земную власть, что трудно понять его образную структуру, не имея хотя бы общего представления о религиозно-обрядовых обычаях египтян. 

Пантеон египетских богов очень велик. Но высшим к

ультом был культ солнечного божества, грозного и благого, дающего  жизнь и испепеляющего. Египет называли страною Солнца, фараонов – сынами Солнца. Солнечная символика многообразна: солнце изображали в виде крылатого  шара, в виде шара со множеством простертых рук-лучей; изображали его соколом, тельцом. Круг – подобие солнечного диска – постоянно встречается в египетских орнаментах. Обелиск – архитектурная форма,, впервые созданная в Египте, - символизировал солнечный луч.

Воплощением солнечного божества, поб

еждающего силы мрака, был  Гор, светлый сокол, сын Осириса. Миф об Осирисе и Горе особенно важен для понимания египетского  искусства. Согласно ему, бог плодоро-дия  Осирис некогда был царем Египте аи научил египтян возделывать землю, сажать сады. Он был убит своим братом Сетом, олицетворявшем начало мрака и зла. Сын Осириса, Гор, вызвал Сета на поединок и победил его; после этого Гор воскресил Осириса, дав ему проглотить свой глаз. Воскресший Осирис уже не вернулся на землю, он стал господином подземного царства, царем мертвых. Наследником его на земле, царем живых стал Гор.

История Осириса  есть не что иное, как трансформация  древнейшего сказания земледельцев о вечном самообновлении природы, об умирающем и оживающем зерне, брошенном в землю А Гор  – это животво

р-ный солнечный свет.

Когда царь умирал и на его место короновался  другой, устраивалась традиционная мистерия: нового царя объявляли богом, воплощением  Гора. А похороны умершего сопровождались заупокойным обрядом, где символически воспроизводилась история 

гибели Осириса, оплакивания  его богиней Исидой и его воскресения. В Древнем царстве осирийские ритуалы относились только к особе  фараона, но позже так стали хоронить любого знатного и богатого человека.

Умершего вельможу бальзамировали, осыпали драгоценнос

тями, на грудь ему клали  священный амулет – фигурку жука-скарабея. На нем было написано заклинание, призывающее  сердце умершего не свидетельствовать  против своего обладателя на суде Осириса. Рисунки, изображающие суд Осириса, сопровождают тексты египетской “Книги мертвы” на длинных свитках папируса. После суда и очищения наступала загробная жизнь, во всем похожая на светскую. Чтобы покойник мог счастливо жить за гробом, его надо было снабдить всем, чем он обладал на земле. Всем – вплоть до его собственного тела, избежавшего тления. Отсюда и обычай бальзамирования. Верили, что, кроме души и тела, есть еще нечто промежуточное – призрачный двойник человека, его жизненная сила, называемая “Ка”. Нужно, чтобы Ка всегда мог найти свою земную оболочку и вселиться в нее, - тогда душа будет чувствовать себя уверенно и спокойно. Поэтому, кроме самой мумии, в гробницу помещали портретную статую умершего, иногда не одну, причем портрет должен был быть очень похожим – иначе как же Ка опознает свой облик. Из этой традиции выросло знаменитое портретное искусство Египта. Египетские портреты своеобразны: они с удивительной силой передают индивидуальные черты, но выражение лица остается отвлеченным, психологически не расшифрованным.

Но мало было сохранить тело – нужно было сохра

нить умершему богатство: и рабов, и скот, и семью другие древневосточные народы, у которых  были сходные верования, поступали  просто и жестоко: когда умирал знатный  человек, убивали его вдову и  слуг и хоронили их вместе с господином. Но египетская рели-гия не требовала человеческих жертв – она требовала только искусства. Не палачи, а художники обеспечи-вали умершему владыке посмертное благополучие. Множество небольших статуэток – “ушебти” – заменяли покойному слуг. На стенах гробницы располагались фризами росписи и рельефы с изображением вереницы земных событий: тут были войны, захват пленных, пиры, охота, отдых властелина в кругу семьи, труд его рабов на полях, пастбищах и ремесленных мастерских. 

В эпоху Древнего царства Египет переживал свой первый военно-

политический и культурный подъем. Искусство Древнего царства  – это египетская классика: оно  монументально, спокойно и торжественно, в нем особенно ощутима та размеренность, ритмичность, величавость, которая  так характерна для египетского  искусства вообще. А вместе с тем в нем едва ли не больше дыхания жизни, чем в искусстве Среднего царства. Это и неудивительно: ведь изобразительные каноны в Древнем царстве хотя и соблюдались особенно строго, но еще не покрылись лоском тысячелетних традиций и были ближе к жизненным первоистокам.

Среди шедевров круглой скульптуры Древнего царства  очень известно раскрашенное изваяние супру-жеской четы Рахотепа и Нофрет. Парные статуи мужа и жены, помещаемые в гробницах, постоянно встре-чаются в истории египетского искусства. Г

руппа Рахотепа и Нофрет принадлежит  к древнейшим скульпту-рам этого  иконографического типа. Помимо жизненности  лиц, статуи отличаются особенным благород-ством  пластики: в фигурах мужчины и  женщины ясно ощущается целостный  каменный блок, из которого они изваяны. Гармонична раскраска – сочетание белого и смугло-золотистого, оживляемое цветными полукружиями ожерелья Нофрет и столбцами иероглифов на спинках кресел. Приложив руки к сердцу, устремив взоры прямо перед собой, чистые душой и помыслами, супруги предстают перед лицом вечности. 

В рельефах Древнего царства утвердился мотив шествия, процессии, где фигуры движутся одна за другой по фризу через одинаковые интервалы, часто с ритмическими повторами жестов.

Классический  пример такой композиции – рельеф из гро

бницы в Саккара. Слуги  усопшего ведут быков, выступающих  с царственной важностью. В нижнем поясе этого же фриза шествую  стайками гуси и журав-ли. Движения слуг довольно непринужденны – они  нагибаются, оглядываются назад, поглаживают  быков по спине (такая вольная трактовка допускалась при изображении слуг, но никогда – при изображении хозяев). Однако равномерная повторяемость фигур, их движений и поз лишает сцену оттенка жанровости и придает ей нечто ритуально-торжественное: это не скотный двор – это вереницы живых существо движутся в вечность.

Нельзя не заметить особую художественную роль иероглифов в этой композиции, как и в любом  еги-петском рельефе. Среди иероглифических  знаков, идущих по верху фриза и  заполняющих пустоты между фигурами, встречаются фигур

ки гусей и быка –  такие же, только маленькие; они чередуются с неизобрази-тельными геометризованными  знаками, и все, вместе с основным изображением, создает впечатление  оду-хотворенного узора. О связи  египетского искусства с письменностью  нужно сказать отдельно. Нигде боль-ше, даже в Китае, изображения и надписи не образуют такого прочного художественного синтеза, как в Египте. И связь здесь не только декоративная, а более глубокая, обусловленная мировоззрением египтян и их пониманием искусства.

Пиктография

 была общей первоначальной  основой и письменности и искусства  Египта. Изображение для египтян  – это прежде всего знак, священный  знак-образ, обладающий животворной  силой. Создать изобразительный  знак предмета – значило сберечь  и увековечить его жизненную  силу. Но и надпись – тоже знак. Письменность, как и искусство, была частью религии, делом жрецов; писцы считались служителями бога Тота, возносили ему молитвы и приносили жертвы.

Один из самых  древних египетских рельефов - шиферная таблетка фараона Нармера 

не сопровождается надписью, но сам рельеф представляет собой  надпись - пиктограмму. Изображение  на одной стороне плиты расшифровывается как фраза: “Царь вывел 6 тысяч  пленных из равнинной страны”, а  на обратной стороне: “Царь разрушает  крепости, уничтожает врага”. 

 

 

   Здесь изображение и письмо тождественны. В дальнейшем пути их расходятся, но все же остаются очень близкими: искусство - это отчасти письмо, а письмо - отчасти искусство.

В рельефах постоянно  встречается градация размеров - от больших к сред

ним и малым. Она для  египтян была, прежде всего, градацией  ценности. Чем значительнее предмет, тем он больше. Самым большим изображается хозяин гробницы, его родственники - меньше, рабы или пленники - еще  меньше. Размер делал ненужными какие-либо дополнительные атрибуты величия. Примечательно, что даже фараон, почитавшийся богом, изображается в искусстве без всякой преувеличенной пышности. Он также полуобнажен, также в набедренной повязке, как и его подданные, - на царственное происхождение указывает только головной убор, а главное - масштаб фигуры. 

Сдержанной и  непестрой была и раскраска - рельефы  всегда раскрашивались. Преобладали  сочетания желтых и коричневых с  голубями и зелеными - тона земли  и безоблачного неба Египта. Великолепен  и насыщенный и звонки

й голубой цвет, который  египтяне, видимо, особенно любили; эту  голубую окраску превосходно  сохранили до наших дней мелкие фаянсовый  статуэтки и изделия прикладного  искусства. 

 

 

 

Культура и  искусство Среднего царства  

 

 

 

Хотя искусство  Среднего царства тщ

ательно соблюдало каноны и традиции Древнего, оно не осталось совершенно тем же самым. После долгого  периода смуты и распада Египта на отдельные номы, государство в 21в. до н.э. снова объединилось под  властью фиванских правителей - этим знаменуется начало Среднего царства. Но теперь централизация уже не была столь абсолютной, как прежде. Местные правители, номархи, стали богаче и самостоятельнее. Теперь гробницы вельмож располагались не у подножия царских пирамид, а отдельно, на территориях номов. Пирамиды стали скромнее, меньше размерами. Как отразились эти перемены на стиле искусства? С одной стороны - снижается пафос монументальности: в искусстве появляется оттенок сниженности, обиходности. В портрете усиливаются черты индивидуальной характерности.