Развитие организационной науки в трудах отечественных теоретиков

Содержание

 

1. Введение ____________________________________________________ стр. 3

2. Предпосылки для возникновения в России отечественной школы теории организации ________________________________________________ стр. 5

3. Российские школы организации ______________________________ стр. 7

3.1. Организационные идеи А.А. Богданова ______________________ стр. 7

3.2. Научная организация труда О.А. Ерманского _________________ стр. 12

3.3. Теоретические разработки А.К. Гастева _____________________ стр. 16

3.4. Харьковская школа управления Ф.Р. Дунаевского _____________ стр. 22

3.5. Конструктивизм Н.А. Витке _______________________________ стр. 26

3.6. Научная организация труда П.М. Керженцева ________________ стр. 28

4. Этапы отечественной  организационной науки с 1930 г. до конца двадцатого века ______________________________________________________ стр. 34

5. Заключение ______________________________________________ стр. 37

6. Список использованных  источников ____________________________  стр. 39

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1. Введение

Формирование собственных  научных школ организации и управления в России началось почти на две  тысячи лет позднее, чем в Европе. Античная и средневековая парадигмы  лишь краешком задели Боспорское и  Скифское царства, Киевско-Новгородскую Русь, которые, несомненно, пользовались распространенными в античном и средневековом обществе представлениями о структуре общества, но не сформировали самостоятельного слоя ученых-обществоведов.

Лишь с XVI века правомерно говорить о формировании системы  общественных наук в России. Их основой стала утверждавшаяся индустриальная парадигма. Можно назвать целую плеяду ярких имен, сформировавших ядро первой волны русской общественной мысли: И. Пересветов, А. Ордин-Нащокин, А. Радищев, В. Татищев, Ф. Прокопович, А. Кантемир, А. Орлов, А. Манкиев, М. Сперанский и др. Величественной вершиной этой волны был М.В. Ломоносов, внесший немало самобытного и оригинального во множество естественных и общественных наук. Под его влиянием сложилась российская версия парадигмы индустриального общества.

Вторая волна подъема  общественных наук в России наблюдается  со второй четверти XIX в. в значительной мере под влиянием победы в Отечественной  войне 1812 г., знакомства с передовыми западными учениями, движения декабристов. Своего пика эта волна достигла во второй половине XIX в., чему немало способствовали обострение социальных противоречий в канун и после крестьянской реформы 1861 г.; поражение в Крымской войне, обнаружившей загнивание феодально-крепостнического строя; значительное отставание России от ушедших далеко вперед после промышленной революции западноевропейских стран. В этот период сформировались два крыла российской общественной мысли: отечественное (А. Григорьев, Т. Грановский, С. Соловьев, Н. Костомаров, Д. Писарев, М, Чернышевский) и эмигрантское (А. Герцен, М. Бакунин и др.). Третья волна относится к двадцатилетию 1894—1913 гг, — «серебряному веку» российского обществоведения. На его небосклоне блистали звезды мирового класса, относящиеся к различным, часто противоборствующим школам (Г. Плеханов, В. Ленин, М. Туган-Барановский, П. Струве, М. Ковалевский, П. Кропоткин и многие другие), огромное влияние в мире приобрели философские взгляды Л. Толстого.

Однако, несмотря на вышеизложенное, по-настоящему серьезный всплеск, именно теории организации, произошел в России в начале XX века с последующими преобразованиями представлений об организации в течение советского периода существования Российского государства.

Что послужило толчком  для становления отечественной  теории организации? Кто блистал на небосклоне отечественного теоретического менеджмента? Как и почему изменялись взгляды отечественных мыслителей организации на протяжении всего ХХ века? И, наконец, в чем сходство и различия между отечественными и зарубежными школами организационной науки? На эти вопросы мы постараемся пролить свет в данной работе.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. Предпосылки для возникновения в России отечественной школы теории организации

В начале XX века в России аграрное население преобладало  над индустриальным. На Западе интенсивность и производительность труда были гораздо выше, чем в России. Отличительными чертами российской экономики служили наличие огромной доли дешевой рабочей силы, низкая заработная плата, неограниченный рабочий день, пренебрежение элементарными требованиями техники безопасности, отсутствие наследственной рабочей аристократии, рабочих династий и устойчивого кадрового ядра рабочего класса. Рабочие, вчерашние выходцы из деревни, по культуре и организации труда оставались все еще кустарями-отходниками.

Формирование буржуазии, сама буржуазная революция, интенсивное развитие производства, импорт в Россию иностранной техники, капиталов и специалистов неизбежно вынуждал ученые умы задуматься над систематизацией знаний по организации различных экономических процессов и сопровождался заимствованием прогрессивных идей в области теории организации и менеджмента. Другими словами, время требовало появления в России знаний, способных переломить ситуацию в российской экономике.

В первые десятилетия  ХХ века в США и Европе приобрели широкую популярность тейлоризм, фордизм, файолизм и другие течения, что не могло не вызвать интереса со стороны российских мыслителей. В России разработка научных основ организации велась в рамках научной организации труда – НОТ. В период становления менеджмента как науки она имела несколько терминологических обозначений. Родоначальник этой отрасли знания американский инженер Ф. У. Тейлор дал её название “научный менеджмент”, что при переводе на русский язык значит “научное управление” (management - управление). В свою очередь, толкователь принципов Ф. Тейлора французский ученый де Шателье перевел это название на французский язык как “научная организация труда”. В Германии же эта новая область науки быстро распространилась под обозначением “рационализация”. В России все эти обозначения обычно употреблялись как синонимы, а развитие теории организации долгое время шло под флагом “НОТ” (научная организация труда).

После социалистической революции в 1917–1921 гг. в нашей стране были сформированы основы управления социалистической экономикой. Основным теоретиком этого периода выступал В. И. Ленин. Его заслуги в деле становления теории и практики управления и организации несомненны и могут быть сведены к следующим основным моментам:

  • сформулированы основные принципы управления социалистической экономикой;
  • решен ряд практических вопросов управления в масштабах отраслей и народного хозяйства в целом (в западной практике такие вопросы не ставились еще, по крайней мере, в течение 20 лет);
  • начата подготовка специалистов в области управления.

В. И. Ленин призывал изучать, преподавать и распространять тейлоризм по всей России. Именно Ленин в 1921 г., вопреки ожесточенной критике недругов А. К. Гастева, прозванного «русским Тейлором», поддержал его начинания и выделил миллионы рублей золотом на создание Центрального института труда — те миллионы, которые советники Ленина предлагали употребить на решение других насущных проблем. Нигде в мире глава государства не ставил судьбу страны в зависимость от системы управления.

Таким образом, на мой взгляд, сложившаяся политическая и экономическая ситуация в России сподвигла российских ученых заняться теорией организации, а действия В.И. Ленина по развитию научного управления и организации в рамках государственной программы послужили основой для  формирования мощной отечественной школы теории организации.

 

 

 

 

3. Российские школы организации

 

3.1 Организационные идеи А.А. Богданова

Александр Александрович  родился 10 (22) августа 1873 года в селе Соколка Гродненской Губернии.

Как отмечал сам Богданов, его мировоззрение оформлялось  под воздействием книг разночинцев - «шестидесятников», таких выдающихся популяризаторов, как Чернышевский и Писарев, и таких видных естествоиспытателей, как Сеченов и Тимирязев.

Уже в 1904 г. в работе "Обмен и техника" он выдвигает ряд положений своей концепции "подвижного равновесия" экономики. В 1913 г. А. Богданов написал брошюру «Между человеком и машиной», в которой проанализировал систему Тейлора. А. Богданов ставил перед организационной наукой задачу триединой организации – вещей, людей и идей. Эта наука, по мнению Богданова, должна систематизировать огромный организационный опыт человечества и вооружить руководителей знанием организационных законов.

Его заслугой является разработка фундаментальных методологических проблем теории организации. Исходя из анализа сущности организации, А. А. Богдановым была выдвинута идея о необходимости системного подхода к ее изучению. Все виды управления (в природе, обществе, технике) имеют общие черты, что и изучается новой наукой — тектологией (всеобщей организационной наукой).

Десятилетие разработки тектологии (1912-1922) было эпохой величайшего  «кризиса форм» – научных, социальных и политических революций. Как полковой врач русской армии на восточном фронте мировой войны Богданов воочию увидел срыв «цивилизованного» человечества на «пути Каина», а как ученый-провидец - угрозу атомного самоуничтожения.

Сформулированная и  разработанная А. А. Богдановым «Тектология» явилась одной из первых концепций общего учения об организации. В ней автор дал общее описание процессов возникновения и распада организаций. В отличие от Ф. Тейлора и его последователей, рассматривавших организацию именно как замкнутую систему, находившуюся в неизменном окружении, Александр Александрович отмечал взаимосвязь организации с внешней средой. В своем фундаментальном труде Богданов по существу сформировал целостное представление об организационной науке, сформулировал ее основные принципы и закономерности и объяснил механизм их проявления, показал ее роль и значение в мироздании и пути развития.

Он дифференцировал  науку и искусство организации, считая, что организационное искусство  существовало всегда. Предметом этой науки являются, по мнению его, общие  организационные принципы и законы, по которым протекают процессы организации во всех сферах органического и неорганического мира: в психических и физических комплексах, в природе, в работе стихийных сил и в сознательной деятельности людей. Эти процессы действуют в технике (организация вещей), в экономике (организация людей), в идеологии (организация идей).

Пути стихийно-организационного творчества природы и методы сознательно-организационной  работы человека могут и должны подлежать  научному обобщению. Богданов высказал идею о необходимости системного подхода к изучению организационной науки, дал характеристику системы и ее элементов, показав, что организационное целое оказывается больше простой суммы его частей. Богданов считал необходимым рассмотрение всякого целого, всякой системы элементов в ее отношении к среде и каждой части в ее отношении к целому.

Основными в тектологии являются понятия об элементах и  их сочетании. Элементами являются активности – сопротивления всех возможных  родов. Сочетания сводятся к трем типам комплексов: комплексы организационные, дезорганизационные и нейтральные. Они различаются по величине практической суммы их элементов.

Формирующий механизм включает в себя такие компоненты, как, «конъюгация» (соединение комплексов), ингрессия (вхождение  одного комплекса в другой) и дезингрессия (распад комплекса).

Организационная деятельность человека, в какой бы сфере она  ни осуществлялась, заключается в  соединении и разъединении каких-нибудь комплексов.

Соединение комплексов (первичный элемент) составляет первооснову механизма тектологии, названную биологическим термином конъюгация. В этот термин Богданов вкладывал следующее: это и сотрудничество, и всякое иное общение, и плавление металлов, и обмен товарами между предприятиями и многое другое. Соединение комплексов, ведущее к организационному кризису, разрыву технологической границы между ними и возникновению какой-то качественно новой связки (ингрессии). Наряду с соединением комплексов часто имеет место и разделение, распад организационный кризис системы, только иного типа.

Модель организационного устройства Богданова носит универсальный  характер и применяется им к познанию безграничного диапазона процессов  и явлений, происходящих как в  природе, так и в обществе.

Богданов выдвинул следующие  научно-организационные принципы тектологии:

1. Всякое организованное  целое есть система активностей,  развертывающихся в определенной  среде в непрерывном взаимодействии  с ней. Отсюда и общество  представляет систему «человеческих  активностей» в природной среде  в борьбе с ее сопротивлениями.

2. Каждая часть организационной  системы находится в определенном  функциональном отношении к целому. Так, в обществе каждая отрасль  его хозяйства, каждое предприятие,  каждый работник выполняют свою  определенную функцию.

Тектологические законы:

1) закон наименьших - устойчивость целого зависит от наименьших относительных сопротивлений всех его частей во всякий момент. Данный закон относится к ингрессионным комплексам (соединение, комбинация, “клей”). Пример - разрыв цепи в наиболее слабом месте, звено, за которое можно вытащить всю цепь в экономике, фирма - также хороший пример с точки зрения вопроса об устойчивости на основе определения слабого звена;

2) закон расхождения - комплексы  расходятся, различаются между собой  в силу первичности неоднородности  (начальная разность), разности среды и под воздействием несходных изменений. Всякая закономерная тенденция может быть парализована другими закономерными тенденциями (тенденции и контртенденции в экономике, например, объективная тенденция усреднения норм прибыли, в основе которой конкурентное начало, ослабляется или парализуется контртенденцией, в основе которой монополистическое начало, приводящее к присвоению капиталами-монополиями на устойчивой основе прибыли выше средней).

За всяким многообразием следует искать сравнительное единообразие, от сложного переходить к простому, от многообразия мира - к его модели. При разрыве связей следует учитывать заранее неизбежное расхождение обособившихся частей.

Необходимо отметить, что принцип  расхождения применяется в прямом смысле: когда расхождение желательно, оно - задача (см. ниже тектологический акт), когда нежелательно - его необходимо преодолеть.

Следующая проблема - определение  структурной устойчивости комплекса. Различают слитную и четочную структуры (примеры - централистский тип организации и федеративный). Во втором случае - больше “сопротивления” внешней среде, так как организация имеет с ней большую “границу” соприкосновения.

Слитная структура благоприятна для  сохранения комплекса при отрицательном  подборе, четочная - при положительном (неблагоприятные условия внешней среды или благоприятные). В условиях кризиса слитные структуры организации устойчивее за счет мобилизации централизующего начала (см. теорию реструктуризации компаний в 9.3). В нормальных условиях централизм может действовать с отрицательным знаком, так как возможны замедление технического процесса и бюрократизация внутрифирменной среды.

Чем больше равномерность связей, тем больше слитность (устойчивость) комплекса. Сравним конкурентный и  монополистический рынки. Конкурентный - устойчивее. Монополистический требует регулирования извне. У монополистического рынка больше соприкосновений с внешней средой? Нет, но больше неравномерность связей (существование двух народнохозяйственных анклавов - монополистического и структурно-больного).

Первую Всероссийскую  инициативную конференцию по НОТ (Научная  организация труда) 20 января 1921 г. открывал доклад А. А.Богданова «Организационная наука и хозяйственная планомерность». Он вызвал восторженные отзывы виднейшего специалиста по статистике труда, одного из будущих руководителей Госплана С.Струмилина и организатора Центрального научно-технического клуба профсоюзов (в прошлом - секретаря редакции журнала «Производительные силы России») С.Раецкого. Однако для ведущих советских идеологов НОТ А. Гастева (директор Центрального института труда – ЦИТа) и О.Ерманского тектологический подход был слишком абстрактным. В целом позиция власти (за исключением Бухарина) к идеям Богданова была отрицательной и вполне укладывалась в следующую цитату заведующего Агитпропом ЦК, что «богдановщина – идеалистическая фальсификация марксизма, смыкающаяся с реакционной буржуазной наукой» (XVI съезд ВКП(б).

Впоследствии начиная с 60-х годов, такие авторы, как Сетров, Блауберг, Малиновский, Тахтаджян и др. перешли к радикальному пересмотру отношения к тектологии и ее оценке. Так в 1972 г. академик А. Л. Тахтаджян в обширной статье изложил основные идеи тектологии, сравнил ее с общей теорией систем Л.фон Берталанфи (в пользу А. А. Богданова) и обогатил новыми категориями, установленными биологической систематикой, теорией эволюции и кибернетикой: субсистема, ограничение разнообразия, гетерогенные и гомогенные системы, матричный и эмергентный отбор, тригеррный эффект, принцип гетеробатмии (внутрисистемной структурной разноступенчатости) и т.д.

Переиздание в СССР «Тектологии» после 60-летнего перерыва в 1989 г. под редакцией  академика Л.И.Абалкина стало своеобразным «свидетельством о возрождении».

Следует отметить, что, по некоторым  современным оценкам, А. А. Богданов разработал "наиболее полно теорию динамического экономического равновесия, лежащую в основе современных представлений об оптимальном перспективном планировании", и внес заметный вклад в принципы построения межотраслевого баланса.

Принципы наименьших и подвижного равновесия и другие тектологические правила не потеряли своей актуальности и сегодня.

В концепции А. Богданова  содержатся немало интересных и важных идей, однако его теория не была по достоинству  оценена современниками. Да и сегодня она еще недостаточно осмыслена. Следует также заметить, что Богданов исключительно философичен, а его язык философски перегружен и требует соответствующей подготовки и уровня мышления.

3.2 Научная организация труда О.А. Ерманского

О.А.Ерманский (1866-1941 гг.) является автором концепции “о физиологическом оптимуме”. Он был одним из первых российских ученых, подвергших глубокому критическому анализу западные теории научной организации труда и попытавшихся выделить в них положительные и отрицательные стороны. Он довольно точно выделил предпосылки, определяющие возможность возникновения теории организации труда как самостоятельного направления. Её становление автор связывал с развитыми на определенном уровне технико-экономическими условиями, с бурным развитием крупного машинного производства, усиливающим потребность в организующих и рационализирующих научных методах. Именно Ерманский впервые употребил аббревиатуру НОТ. Он полагал, что возникновение научной организации возможно только при наличии соответствующих достижений и в области научной мысли, так как НОТ - синтетическая научная система, черпающая материал из других научных дисциплин, главным образом, из сферы техники, экономики и психофизиологии труда.

О.Ерманский разделял взгляды Богданова в том, что основополагающими принципами рациональной организации труда являются принцип положительного подбора и закон организационной суммы. Однако значение этих принципов, согласно профессору О. Ерманскому, заключается, прежде всего, в том, что они обеспечивают условия для реализации третьего принципа - самого главного (по мнению ученого) в теории рационализации труда и управления – принципа оптимума.

Ядром концепции является понятие “физиологический оптимум”. Согласно О. Ерманскому, основной вопрос теории рационализации организации труда заключается в определении критерия рациональности организации любой работы. Ученый полагал, что таким критерием не может быть время, то есть скорость выполнения данной работы, определяющая интенсивность затрат энергии. Если бы это было важнейшим, решающим фактором (критерием) рациональности, то можно было бы, очевидно, не ставить никаких пределов скорости (интенсивности). Однако на практике существуют физические пределы повышения скорости работы. Также нельзя выдвигать в качестве важнейшего критерия и пространство, так как нередко в целях большей рациональности длина пути, проходимого работающим органом при данном рабочем движении, увеличивается. Таким образом, время и пространство рассматриваются не как критерии рациональности организации, а лишь как “формы, в которых развертываются явления бытия”, сутью которых является взаимодействие сил природы. К такого рода взаимодействиям О. Ерманский относил производственную деятельность, в которой силы части (части природы) взаимодействуют с машинами, материалами и прочими вещественными факторами производства в том или ином сочетании.

Главнейшими элементами в любой  производственной деятельности он считал расходуемую энергию всех производственных факторов (Е) и достигаемый при  данной затрате энергии полезный результат (R). “Совершенно очевидно, что нельзя рассматривать как самую рациональную такую организацию работы, при которой получается максимальная величина R, но достигается ценою затраты огромного количества энергии”. Вместе с тем, нельзя принимать за первостепенный критерий и минимальный расход энергии, ибо в этом случае достигнутый результат может оказаться ничтожным.

Как полагал О. Ерманский, таким  критерием является только отношение  между R и Е, выражаемое коэффициентом  рациональности m=R/E. Величина m показывает количество полезной работы, приходящейся на каждую единицу затраченной энергии, она и является настоящим критерием рациональности организации данной работы. Получение возможно большего полезного результата на единицу затрат или использование возможно меньшей энергии на единицу достигаемого результата всегда должны находиться в поле зрения организаторов производства, так как в этом и состоит суть принципа оптимума - основного принципа НОТ. Любое использование сил, нарушающее принцип оптимума, означает ненаучную организацию работы, ибо приводит либо к расточению всех видов энергии, либо к их недоиспользованию. Для того же, чтобы добиться максимального соотношения затрат и результата, требуется углубленное знание закономерностей производственных процессов, черт и особенностей как личных, так и вещественных факторов производства. Это даст возможность сочетать и использовать их самым рациональным образом. Кроме того, для достижения наилучших значений соотношения требуется знание основных принципов организации и, конечно, прежде всего, самого принципа оптимума.

Главное достоинство концепции  состоит в том, что она содержит идеи о необходимости поддержания  интенсивности труда на оптимальном, научно обоснованном уровне, так как  отклонения от рациональной нормы в любую сторону приносят вред народному хозяйству и рациональному использованию всех сил. Следовательно, система организации и управления производством должна обеспечивать нормальную работу всех подразделений и всех работников.

Однако стоит отметить как недостатки концепции тот факт, что научные достижения Ф. Тейлора и Г. Форда (и др.) О. Ерманский считал неприемлемыми для социалистической организации труда и управления (так как они призывают к чрезмерно напряженным методам работы). Он гипертрофированно оценивал роль и значение принципа оптимума, утверждая, что только на этом принципе может быть построена “действительно научная организация” и категорически отрицая и отметая все имевшиеся в тот момент в литературе научные подходы, весьма некорректно критиковал своих коллег.

Правильно оценив прогрессивную  роль механизации и автоматизации  производства, О.Ерманский приходит к несколько неожиданному выводу о том, что в скором времени  все станут руководителями, поскольку  работать будут не живые люди, а сложные машины-автоматы.

Процесс вытеснения человека из сферы  непосредственного производства О.Ерманский  почему-то понял как ликвидацию живого труда. Точнее, не вообще живого труда, а труда исполнителей. Ведь деятельность руководителя - тоже элемент живого труда. Конечно, управленцы в проекте Ерманского остаются. Более того, численность их резко возрастает.

"Индустриальная утопия" Ерманского  строилась на одной очень незаметной  методологической ошибке: абстрактные  теоретические рассуждения подкреплялись не менее абстрактной эмпирикой; вместо конкретного анализа проблемы автор приводил надуманные количественные расчеты.

Уравняв все со всем, Ерманский  суммирует 3 часа одного вида работы с 5 часами другого, имеющего совершенно иные характер и содержание труда. Почему? Оказывается, и физический, и умственный труд можно привести к единому материальному знаменателю, стоит только измерить количество выдыхаемого человеком углекислого газа и вдыхаемого кислорода. Если дирижер выдыхает его столько же, сколько токарь-оператор или конторщик, то качественных различий между ними нет. В "методологии газообмена" существуют лишь точные расчеты, цифры и формулы.

 

3.3 Теоретические разработки А.К. Гастева

Несомненным лидером  отечественной науки управления и НОТ в 20-е годы и наиболее известным автором в современной России является А.К. Гастев (1882 - 1938 или 1941), возглавлявший Центральный институт труда (ЦИТ). Институт был самым крупным и продуктивным научно-исследовательским институтом в области организации труда и управления. А. Гастев написал более 200 монографий, брошюр, статей. Под его руководством институт превратился в ведущий исследовательский, учебный и практико-рационализаторский центр России в области научной организации труда и управления. Институт сочетал в себе исследовательское, педагогическое и консультационное учреждение, чего ещё не было даже в Европе. Таким образом, А. Гастеву и его соратникам удалось сделать одну из наиболее ценных находок в истории мировой организационно-управленческой мысли, а именно - сформулировать и опробовать на практике идею триединого механизма развития научного менеджмента.

Основная заслуга Гастева заключается  в разработке теоретических и  экспериментальных идей новой науки - социальной инженерии (“социального инженеризма”), соединявшей в себе методы естественных наук, социологии, психологии и педагогики. Под его руководством на десятках предприятий внедрялись инновационные методы организации труда и производства. По методикам ЦИТа подготовлено более 500 тыс. квалифицированных рабочих, тысячи консультантов по управлению и НОТ. Значителен его вклад в разработку идей кибернетики и общей теории систем.

Гастев и сотрудники института  понимали, что в условиях крайней  разрухи и полной отрезанности от всего культурного мира от них ждут практических указаний того, как следует планировать производство, стимулировать труд, как эффективно работать в конкретной обстановке, чтобы добиться восстановления промышленности страны. Однако, по мнению А. Гастева, проблема, стоявшая перед страной, была гораздо радикальнее, ибо требовалась полная органическая реконструкция всей производственной структуры и прежде всего главной производительной силы - трудящегося.

Решение этой грандиозной задачи ЦИТ  связывал с развитием науки о  труде и управлении производством, которая должна была выявить и сформулировать принципы, а также разработать методы организации, позволяющие коренным образом преобразовать процесс труда из “тяжелого ярма для рабочих” в “положительный творческий процесс”. А. Гастев был убежден, что для создания собственной теории необходимо критически переосмыслить теоретические достижения и практический опыт, накопленные в промышленно развитых странах: ученый считал в равной степени недопустимыми не только подобострастное отношение к новейшим западным научным системам, но и абсолютное неприятие этих же знаний. В связи с этим можно отметить, что идейные постулаты ЦИТ сформировались как оригинальная, самобытная, но вместе с этим вобравшая в себя все самое ценное западной управленческой мысли (прежде всего Ф. Тейлора) концепция. Она охватывала в комплексе сферы техники и технологии, биологии, психофизиологии, экономики, истории, педагогики, а также содержала в себе зачатки таких наук, как кибернетика, инженерная психология, эргономика, праксеология, которые получили широкое развитие и распространение в последующие годы. Не случайно сами авторы называли свою концепцию “технобиосоциальной”.

Основные положения  концепции ЦИТа, совпадающие с  идеями Ф. Тейлора и Г. Форда:

1. Решительный отказ от эмпирического подхода к организации и управлению производством, главный метод - исследование. Согласно А. Гастеву, НОТ в своей процедурно-методической части основывается на следующих элементах: предварительный анализ объекта, разложение его на составляющие; выбор наилучших элементов, которые раскладываются затем в функционально взаимосвязанные ряды; компоновка отобранных вариантов по принципу их экономного расположения в трудовом процессе; отражение их на общей синтетической схеме (рисунке) изучаемого объекта.

2. Борьба за максимальное повышение производительности каждого отдельного элемента производственного комплекса, увеличение отдачи каждого станка, механизма и каждого работника;

Развитие организационной науки в трудах отечественных теоретиков