Развитие сыскной полиции в России в конце 19, 20 веке

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА И ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ при ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОРЛОВСКИЙ ФИЛИАЛ

ФАКУЛЬТЕТ ЮРИДИЧЕСКИЙ

КАФЕДРА ТЕОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

реферат

по учебной дисциплине  история отечественного государства и права

ТЕМА: СЫСКНАЯ ПОЛИЦИЯ РОССИИ В НАЧАЛЕ ХХ ВЕКА

Выполнил:

Студент 1 курса группы  4

Ломаев Алексей Александрович

Преподаватель:

д.и.н., профессор

Левицкая М.И.

Орел  2013

ВВЕДЕНИЕ

Совершенствование государственных и правовых институтов предполагает их развитие с учетом опыта, наработанного предшествующими поколениями. К сожалению, в теории и практике деятельности органов, осуществляющих борьбу с общеуголовной преступностью, были периоды, когда желание организовать ее по-новому приводило к отрицанию значительного объема исторически накопленного положительного опыта.

Это в полной мере относится к развитию и становлению уголовного розыска в Советской России. Слом государственного устройства в России в 1917г. механически привел к такому состоянию уголовной полиции, что организационно она перестала существовать, однако правительством очень скоро была осознана необходимость борьбы с общеуголовной преступностью.

Анализ законодательных и ведомственных нормативных актов, регулирующих оперативно-розыскную деятельность с 1917г. по настоящее время, показывает, что очень часто разработчики приступали к их подготовке, не проведя глубокого сравнительного историко-юридического исследования изданных документов, посвященных тем же вопросам. В подобных случаях неизбежны ситуации, когда хорошо зарекомендовавшие себя ранее в теории и практике силы, средства, методы и другие институты оперативно-розыскной деятельности просто забывались. Возрождение их может состояться через много лет, как это случилось, например, с использованием квартир-ловушек, оперативного внедрения, специально созданных фирм-прикрытий и т.д.

Хотелось бы обратить внимание, учитывая явный регресс и частичное разрушение структуры уголовного сыска в настоящее время на то, что не следует предавать забвению отечественный исторический опыт борьбы с преступностью. Как показало исследование, в оперативно-розыскной деятельности новое — это зачастую хорошо забытое старое.

1. ФОРМИРОВАНИЕ СЫСКНОЙ ПОЛИЦИИ (КОНЕЦ XIX-НАЧАЛО XX В.)Характеризуя в целом криминогенную обстановку, сложившуюся в середине XIX в. в России, следует отметить, что основным видом преступлений были кражи. Так, в 1860г. дела о краже составляли более 60% от общего числа совершенных преступлений, причем каждое второе дело возбуждалось по фактам незаконной порубки леса. Другими наиболее распространенными преступлениями были преступления против личности (11,7%) и против верховной власти и государственной службы (6,6%). Несмотря на принимаемые меры, большая часть уголовных преступлений, по мнению В.А. Новиковского, оставалась нераскрытой". За 1861—1871 гг. число подсудимых во всех общих судах составляло 2 991 543 человека; при этом преступления против благоустройства и благочиния составляли 12,5%, против личности — 10,9%, против порядка управления и суда (фальшивомонетничество, лжеприсяга, оскорбление полиции и т.п.) — 5%.

Правительство было обеспокоено плохой организацией предупреждения и раскрытия общеуголовных преступлений. Еще в 1863г. делалась попытка организовать уголовную полицию и возложить на нее оперативно-розыскные функции (проект В.Е. Фриша о преобразовании городской полиции С.-Петербурга), и наконец 31 декабря 1866г. в С.-Петербурге впервые в России была учреждена сыскная полиция.

В объяснительной записке обер-полицмейстера С.-Петербурга генерал-лейтенанта Ф.Ф. Трепова говорилось: «Существенный пробел в учреждении столичной полиции составляло отсутствие особой части со специальной целью производства исследований для раскрытия преступлений и изыскания общих мер к предупреждению и пресечению преступлений. Обязанности эти лежали на чинах наружной полиции, которая, неся на себе тягость полицейской службы, не имела ни средств, ни возможности действовать с успехами в указанном отношении. Для устранения этого недостатка и предложено учредить Сыскную полицию».

Наряду с выполнением обязанностей по обнаружению преступлений и проступков управление Сыскной полиции ведало деятельностью следующих отделов:

1) Справочная  часть;

2) Высылка из столицы разных лиц;

3) Общие распоряжения  по совершаемым в столице преступлениям и проступкам;

4) Сыскная деятельность;

5) Личный состав  чинов Сыскной полиции и расходование сумм, отпускаемых на розыски;

6) Канцелярия.

Первоначально состав Сыскной полиции города состоял из начальника, его помощника, 4 чиновников для поручений, 18 полицейских надзирателей, 9 писцов и 4 служителей. На связи у них (согласно отчету о деятельности Сыскной полиции С.-Петербурга за 1883г.) находилось 25 постоянных вольнонаемных агентов. Средний размер выплачиваемых сумм агенту составлял 20-40 руб., что, безусловно, не являлось значительным материальным стимулом (для сравнения: денежное содержание полицейского надзирателя составляло 666 руб. в месяц, а вознаграждение наиболее ценных агентов охранных отделений — до 1000руб. и более).

Такая малочисленность штатного состава не соответствовала назначению Сыскной полиции и ее главной задаче — предупреждению и раскрытию преступлений (для сравнения: штат сыскной полиции в Берлине составлял 879 сотрудников, в Вене — 600, в Париже — 400), поэтому большая часть совершаемых в столице преступлений оставалась нераскрытой и даже надлежащая работа по установлению виновных лиц не проводилась.

В связи с ограниченным составом чинов Сыскной полиции они не были прикреплены к конкретному району или участку, где бы могли работать во взаимодействии с чинами наружной полиции. Весь личный состав был сосредоточен в центральном управлении, что обусловливало формальный, чисто канцелярский характер работы сотрудников Сыскной полиции: составление розыскных статей для приложения к приказам и запись разыскиваемых вещей и лиц в справочные книги. Лишь при совершении преступлений в отношении высокопоставленных лиц сотрудники Сыскной полиции после сообщения наружной полиции или по требованию судебных властей прибывали на место происшествия.

По правилам Свода уставов счетных Сыскная полиция занималась розыском не только лиц, но и имущества, на которое наложено взыскание по начетам. При этом делалась соответствующая публикация, в которой сообщались все сведения, имевшиеся о лице, подвергшемся взысканию (его звание, чин, должность, место жительства, наличие недвижимого имущества). Как было отмечено в Уставе уголовного судопроизводства, в случае незнания места пребывания обвиняемого или его побега суд по представлению судебного следователя, предложению прокурора или по собственному решению выносил распоряжение о помещении в сенатских объявлениях и в губернских ведомостях статьи о розыске.

Объявления о розыске в городах оглашались на площадях, а в селах — на мирских сходках, наклеивались на двери полицейских управлений и судов. Когда были основания полагать, что разыскиваемый находился за границей, о его вызове в суд делались публикации в ведомостях, издаваемых на иностранных языках, и если правительство государства, в котором находился преступник, обязано было по договорам выдавать его, то принимались меры по возвращению разыскиваемого.

Оценить эффективность действий столичной Сыскной полиции в период ее становления можно по количеству совершенных и раскрытых преступлений. Так, в 1867г. в С.-Петербурге из 7 убийств было раскрыто 6 (85,7%), из 2 поджогов раскрыт 1 (50%), из 10 грабежей раскрыто 3 (30%), из 1826 краж— 1018 (55,7%), из 62 других преступлений — 40 (64,5%). Средний процент раскрываемости преступлений составлял 55,95%. Уровень преступности оценивался современниками как высокий; общественность выступала за принятие дополнительных мер борьбы с преступностью.

Деятельность Сыскной полиции в таких условиях продолжалась в течение 20 лет. Безусловно, недостаток сил Сыскной полиции, а также отсутствие централизованного руководства деятельностью сыскных подразделений в крупных городах (к этому времени сыскные подразделения были созданы в С.-Петербурге, Москве, Киеве, Вильно, Харькове, Варшаве, Минске и др.) и возникающие в связи с этим проблемы не могли не волновать ученых-юристов и руководителей МВД.

Видный ученый того времени Н. Селиванов подчеркивал, что для правильной организации дознания и розыска необходимы многочисленный штат агентов и сосредоточение руководства Сыскной полиции в одних руках.

Лишь в 1887г. по представлению градоначальника С.-Петербурга генерал-лейтенанта П.А. Грессера штат Сыскной полиции был увеличен на 102 человека; были увеличены и денежные оклады чинам полиции, и выплаты агентам. С этого момента деятельность Сыскной полиции приобретает стабильный и целенаправленный характер.

В 1890г. для быстрого и эффективного выявления лиц, совершивших преступления, и рецидивистов были организованы антропометрические бюро и фотография, в которых концентрируются и систематизируются данные о преступниках. Вместо практиковавшейся ранее регистрации разыскиваемых и сведений о судимости в книгах в справочном столе вводится карточная система, значительно облегчающая получение необходимых сведений.

В 1896г. по распоряжению градоначальника С.-Петербурга генерал-майора Н.В. Клейгельса чиновники для поручений были распределены по отделениям городам, а полицейские надзиратели — по участкам. В 1897г. по его же распоряжению при Сыскной полиции был образован стол находок, ведающий розыском утерянных денег, вещей, документов и т.п. В это же время в целях более тщательного и точного контроля над преступным и подозрительным элементом был расширен справочный отдел и введен новый — по мелким правонарушениям. Благодаря собранным этими отделами сведениям представлялась возможность удалить из столицы значительное количество лиц, принадлежащих к криминальному миру. Была установлена регистрация лиц, носящих холодное оружие. В 1902г. при Сыскной полиции учрежден стол учета дворников и швейцаров, где сосредоточиваются все сведения о благонадежности лиц этих категорий, а также сведения о наличии судимостей служащих питейных заведений и извозчиков.

Установившиеся постоянные отношения с сыскными отделами других городов Российской империи, а также с полицией других государств предоставили возможность задерживать «гастролирующих» воров и мошенников. Результатом деятельности Сыскной полиции в это время стало снижение количества тяжких преступлений в столице. Однако количество мелких правонарушений и краж увеличивалось, что объяснялось постоянным притоком населения в столицу в поисках работы.

В целях дальнейшего совершенствования деятельности сыскных подразделений в 1894 г. комиссия под председательством министра юстиции Н.В, Муравьева подготовила проект правил об организации деятельности полиции по судебной части, в котором предлагалось в целях улучшения деятельности предварительного следствия отделить от него обязанности розыскного характера. Проект предусматривал создание в масштабах России отдельно органов полиции, осуществляющих предварительное следствие, и органов полиции, занимающихся оперативно-розыскной деятельностью. К сожалению, и этот проект переустройства уголовной полиции не был осуществлен.

О недостатках в организации уголовного сыска в России свидетельствуют и высказывания русских ученых-юристов и практических работников на страницах юридических журналов, в частности такое: «и не тому нужно удивляться, что более половины преступлений у нас остается нераскрытыми, а тому, что другая половина раскрывается».

В целом, рассматривая деятельность полиции по борьбе с общеуголовной преступностью в 1866—1908 гг., можно сделать следующие выводы:

• в случае осложнения оперативной обстановки в связи с резким ростом уголовной преступности закон разрешал полицейским управлениям привлекать для оказания помощи воинские подразделения и местное население;
• деятельность сыскных подразделений, которые были созданы 
  в крупных городах империи, не регламентировалась нормативно единым всероссийским актом, т.е. строилась на различной основе, что приводило порой к несогласованности, взаимным упрекам и трениям; департамент полиции отнес решение этого вопроса к компетенции местных начальников полиции;
• в ходе уголовного сыска полиция использовала информацию, получаемую от агентов из числа «подозрительных», которым делались различные поблажки; нормативно отношения полиции с агентами не регулировались;
• в целях повышения эффективности оперативной работы сотрудники и агенты сыскных отделений зачастую получали премиальные суммы, поступавшие от благодарных клиентов, которым вернули украденное добро;
• отсутствие специальной подготовки сотрудников для сыскной полиции объясняет низкий розыскной профессионализм, слабую правовую квалификацию, в связи с чем значительное число уголовных дел прекращалось за не обнаружением виновного либо привлеченные к суду освобождались от уголовной ответственности по реабилитирующим 
  основаниям;
• децентрализованная система уголовного сыска, существовавшая в России, обусловливала замкнутость деятельности сыскных подразделений в пределах обслуживаемой территории; уровень взаимодействия отделений различных губерний и городов был крайне низок;
• стремление департамента полиции создать разветвленную 
  сеть осведомителей во всех слоях общества, организовать 
  их специализацию не подкреплялось правительственными 
  субсидиями;
• по свидетельству современников, дознание в полиции не редко сопровождалось рукоприкладством;
• все чины уездной полиции обязаны были обеспечивать безопасность граждан от воров и разбойников, тайно разведывать и примечать за людьми подозрительными.

В начале XX в. уголовная преступность в России продолжала неуклонно расти: если с 1885 по 1888г. число осужденных окружными судами увеличилось на 12%, то с 1899 по 1908г. на 66%. В первые девять лет XX в. ежегодный прирост преступности в стране составлял 7%. В 1913г. было зарегистрировано 3,5 млн. преступлений притом что население страны составляло 159 млн. человек. В ряде городов преступность начала приобретать не только профессиональный, но и организованный характер.

Полицейская служба в России в этот период представляла собой сложную организацию, не имеющую единой и четкой законодательной регламентации. Различные ее подразделения были образованы в разное время под влиянием потребностей конкретного исторического периода. По данным Министерства юстиции, ежегодно 31% всех расследований по уголовным делам прекращался из-за низкого уровня оперативно-розыскной работы. Такое положение в значительной степени было обусловлено отсутствием общегосударственной системы уголовно-сыскных аппаратов. В связи с этим 6 июля 1908 г. был издан Закон «Об организации сыскной части». Первым начальником сыскной части стал Иван Дмитриевич Путилин. Основу организации сыскной части составил опыт работы сыскных отделений С.-Петербурга и Москвы. В соответствии с указанным законом в 89 городах страны в составе полицейских управлений «для производства розыска по делам общеуголовного характера как в городах, так и уездах» были образованы сыскные отделения четырех разрядов: штатная численность сыскного отделения I разряда составляла 20 человек, II разряда 11, III разряда 8, IV разряда 6 человек.

В состав сыскного отделения входили начальник отделения, его помощник, заведующие столами, надзиратели и городовые. Оклады чинов сыскных отделений были несколько выше, чем у соответствующих чинов общей полиции. Начальники отделений и их помощники назначались и увольнялись с должности губернатором при согласии прокурора окружного суда. Общее руководство сыскными отделениями осуществляло специально образованное Восьмое делопроизводство Департамента полиции.

На созданные отделения возлагались все права и обязанности общей полиции в области производства дознаний по общеуголовным преступлениям. Новые сыскные отделения, как и существовавшие ранее, функционировали по децентрализованному принципу. Начальники отделений подчинялись начальнику городской полиции. Закон 1908г. установил контроль за работой сыскных отделений со стороны прокуроров, имевших право давать непосредственные поручения чинам сыскных отделений относительно производства розысков. По замыслу МВД сыскные отделения должны были действовать не только в городах, но и в прилегающих уездах. Однако на практике этот замысел в полной мере осуществить не удалось.

Следует заметить, что одной из задач, поставленных царским правительством указанным законом, было улучшение розыскного дела в сельской местности. Это неслучайно: в то время в Германии и во Франции уже существовали специальные инструкции, определяющие организацию, цели и задачи уголовного розыска в сельской местности.

Вместе с тем повышению эффективности деятельности сыскной и общей полиции по борьбе с уголовной преступностью мешало отсутствие единого нормативного акта. Лишь 9 августа 1910г. была издана Инструкция чинам сыскных отделений, которая определила внутреннюю структуру и регламентировала порядок деятельности органов уголовного сыска в России.

Основным методом работы сыскных отделений была работа с использованием наружного наблюдения и негласных сотрудников. Как указывалось в § 2 Инструкции,«...отделения через своих чинов имеют систематический надзор за преступными и порочными элементами путем негласной агентуры и наружного наблюдения». Была предусмотрена соответствующая структура отделений, отразившая основные направления, методы их деятельности: один отдел должен был проводить работу по выявлению преступников и их разоблачению с помощью негласной агентуры (внутреннее наблюдение) и посредством филеров — штатных чинов, специализировавшихся на ведении оперативного наблюдения за лицами, заподозренными в преступлениях (наружное наблюдение); другой отдел — оперативно-регистрационное бюро — осуществлять работу по использованию в сыске достижений криминалистики.

Наружное наблюдение вели штатные сотрудники — обычно в местах скопления преступного элемента (ресторанах, трактирах, постоялых дворах, ночлежных приютах, домах терпимости, ломбардах, различных увеселительных заведениях).

Внутренним наблюдением занимались секретные сотрудники (агентура), вербовавшиеся из представителей преступного мира, скупщиков краденого, хозяев воровских притонов, проституток. Кроме того, сыскная полиция пользовалась услугами лиц, которые по роду своих занятий имели возможность вести наблюдение за многими лицами, — старьевщиков, разносчиков, посыльных, дворников, извозчиков, кондукторов и других железнодорожных служащих. Начальник Петербургского сыскного отделения писал о контингенте секретных сотрудников: «Негласных агентов приходится иметь во всех слоях общества. Как при посредстве отбывших наказания за кражи и отпущенных на свободу возможно узнавать места сбыта похищенных вещей, разные воровские притоны и сборища, известные воровские клички воров и пр., так равно собирание секретных справок о разного рода личностях возможно иметь только при посредстве негласных агентов. Через них же получаются сведения о приезжающих из других городов шулерах и членах воровских и других шаек. Во всех увеселительных заведениях, гостиницах, трактирах, постоялых дворах должны быть агенты среди прислуги. Разные общественные и частные учреждения, банки, страховые общества и прочие также не могут быть оставлены без наблюдения тех же негласных агентов».

Кроме данных наружного наблюдения и агентуры сыскные отделения использовали такие источники, как доносы (анонимные сообщения и письма), слухи, сведения, справки, полученные от лиц различных профессий как за вознаграждение, так и в силу их постоянного общения с чинами сыскной полиции.

Сыскными отделениями методы полицейской разведки использовались в значительно меньшей степени и с меньшей эффективностью, чем органами политической полиции. Такое положение, на наш взгляд, было естественным и объяснялось необходимостью обеспечения безопасности царя и существующего строя, защиты их от посягательств со стороны революционеров и оппозиционных дворянских группировок. Этот приоритет и предопределял размеры финансирования, расстановку кадров и др.

Инструкция установила обязанность начальников сыскных отделений немедленно сообщать о всех сведениях, касающихся дел политического характера, начальникам губернских жандармских управлений или охранных отделений.

Создание новой специализированной службы требовало не только правовой регламентации ее задач, но и разграничения функций, установления порядка взаимодействия с другими полицейскими органами. Инструкция предписывала чинам сыскной полиции «полное единение с чинами общей полиции». Однако права и обязанности чинов различных служб не разграничивались. Предусматривалось, что взаимоотношения чинов сыскной и общей полиции должны определяться распоряжениями и инструкциями начальников местной полиции. На практике это приводило к неопределенности во взаимоотношениях, недоразумениям и конфликтам.

Основой работы сотрудников сыскных отделений стал принцип специализации (линейный принцип), что, несомненно, следует расценить как положительный факт. «Наиболее правильная и вполне соответствующая организация борьбы с преступностью, говорилось в Инструкции, заключается в специализации как общих мер розыска, так и розыскной деятельности членов сыскных отделений по главным родам преступлений».

Устанавливался учет преступлений по трем категориям:

1) убийства, разбои, грабежи и поджоги;

2) кражи (профессиональные воровские организации конокрады, взломщики, карманные, железнодорожные, хипесные шайки и т.п.);

3) мошенничество, подлог, обман, фальшивомонетничество, подделка документов, шулерство, аферизм разного рода, контрабанда, продажа женщин в дома терпимости и за границу.

В соответствии с этим личный состав сыскного отделения (где позволяло количество чиновников) распределялся на три группы, каждая из которых образовывала особый отряд и исполняла поручения начальника по одной категории преступлений.

Там, где позволял штат чиновников, каждый из трех отрядов делился на отделения, которые занимались еще более узкой категорией преступлений. В некоторых отделениях создавался четвертый «летучий» отряд, предназначавшийся для постоянных дежурств в театрах, на вокзалах", для обходов, облав на бродяг и для несения дневной и ночной патрульной службы на улицах, рынках и т.д.

Наряду с положительными сторонами Инструкции следует отметить и ее недостатки:

• как отмечали сами чиновники полиции, она «изложена так туманно, что дала возможность толковать начальникам городских полиций положение сыскных отделений в зависимости от их благоусмотрения, от чего сыск поставлен в такие рамки, которые не дают возможности успешно бороться с возрастающей из года в год преступностью»;

• в Инструкции ничего не было сказано об особенностях 
  организации сыска в зависимости от местных условий (в пограничных районах, в районах, население которых придерживалось местных традиций и обычаев, и др.);
• не был предусмотрен порядок непосредственного взаимодействия сыскных отделений между собой, минуя губернатора. В случае необходимости начальник сыскного отделения имел право составлять рапорт полицмейстеру, тот представлял дело на усмотрение губернатора, который, в свою очередь, ставил в известность департамент полиции и лишь последний отдавал распоряжение о производстве 
  необходимых розыскных действий сыскным отделениям различных губерний;
• нецелесообразным следует считать требование Инструкции 
  о ношении чинами сыскных отделений форменной одежды. Ношение штатского платья разрешалось только «в случае особой необходимости»;
• нечетко был регламентирован объем полномочий прокурора в области сыскной деятельности и материалов оперативного характера, что давало ему возможность не только надзирать за законностью при проведении уголовного сыска, но и руководить оперативной работой, чем, несомненно, причинялся ущерб ее результатам.

В 1911—1912гг. Департамент полиции, обеспокоенный неудовлетворительным состоянием Сыскного дела, провел целый ряд инспекций в полицейских органах. Результаты проверок показали, что труды и денежные затраты, понесенные министерством в 1908г. на организацию сыска в России, не дали желаемых результатов; научный сыск стал терять свое значение.

Положение усугублялось отсутствием профессионалов в сыскных подразделениях: 3/4 лиц, возглавивших вновь созданные подразделения (бывшие участковые и становые приставы, их помощники и даже околоточные надзиратели), не соответствовали требованиям, необходимым начальнику сыскного отделения.

Неудовлетворительное положение в организации уголовного сыска вынудило Департамент полиции провести его реформу, которая затронула как личный состав сыскных отделений, так и порядок денежных и статистических отчетностей, регистрации преступников, правила опознания неизвестных лиц и циркулярного розыска.

На всех служащих сыскных отделений были затребованы выписки из послужных списков, а на классных чиновников — еще и фотографии; на основании архивов Департамента и иных источников были составлены самые обстоятельные справки о нравственных качествах служащих; лица, отличившиеся на работе, подлежали немедленному поощрению, а к нерадивым принимались жесткие меры, вплоть до увольнения.

После этого Департамент полиции приступил к упорядочению регистрации преступников: их фотографировали, проводили дактилоскопию и составляли описание словесного портрета.

Весь регистрационный материал (более 200 тыс. фотографий), находившийся в центральном бюро и сыскных отделениях, к 1 января 1915г. был перерегистрирован по специально разработанной таблице родов преступности, включавшей 30 категорий преступников. В С.-Петербургском музее сыскной полиции хранились альбомы с фотографиями преступников, классифицированных по составам преступлений:

1) «гастролеры»; 2) карманные воры; 3) воровки-проститутки; 4) простые воры; 5) воры по передним; 6) воры чердачные; 7) воры магазинные; 8) воры по взломам квартир и магазинов; 9) воры с употреблением обмана; 10) воры-прислуги; 11) воры железнодорожные; 12) воры велосипедные; 13) пристанодержатели воров; 14) покупщики краденого; 5) конокрады; 16) мошенники и аферисты; 17) грабители и разбойники; 18) подделыватели фальшивых денег; 19) поджигатели; 20) убийцы; 21) шулеры-картежники; 22) хулиганы и «коты»; 23) бродяги; 24) глухонемые; 25) ссыльно-каторжные; 26) соучастники преступлений; 27) барышни театральные; 28) хипесники — обкрадывающие мужчин, приводимых проститутками на квартиры; 29) подкидчики; 30) пушкари и др.

Видоизменив и упростив регистрацию преступников, Департамент полиции начал усовершенствовать циркулярный розыск (в настоящее время — Федеральный розыск). Был организован выпуск Сыскных ведомостей, которые выходили каждую неделю, а в экстренных случаях через несколько часов после по лучения требования о сыске, делались выписки, которые рассылались во все полицейские учреждения. Благодаря этому существенно повысилась эффективность работы сыскного аппарата по розыску преступников. Разработанная система централизованного циркулярного розыска преступников сохранилась в основном и в настоящее время.

Наиболее ярким примером уголовного розыска того времени без сомнения можно назвать Аркадия Францевича Кошко (1867 – 1928). Это был поистине русский «Шерлок Холмс». Окончив Казанское пехотное училище, он получил назначение в полк, однако надолго он там не задержался. Своё истинное значение он обрёл в области криминалистики. Поступив рядовым инспектором в Рижскую полицию, он за короткое время смог стать её начальником. В 1908 году царским указом был назначен на должность Московской сыскной полиции, после чего сумел создать стройную систему розыскного аппарата.