ПЛАН 

       ВВЕДЕНИЕ

      Русская культура первой четверти XVIII в. развивалась  под влиянием трех взаимосвязанных процессов, истоки которых проявились еще в предшествующем столетии: происходило дальнейшее обмирщение культуры, развивалось личностное начало, наконец, преодолевалась ее национальная замкнутость. Но, отмечая преемственность культуры петровского времени с культурой XVII в., следует подчеркнуть, что это было не плавное развитие, лишенное качественных сдвигов, а скачок, сопровождавшийся появлением многочисленных новшеств. При Петре впервые возникли: печатная газета, музей, регулярный город, специальные учебные заведения, ассамблеи, отечественные художники-портретисты и т.д. В то же время многое из того, что в XVII в. лишь пробивало себе путь и проявлялось в виде тенденций развития, в годы преобразований приобрело столь бурный рост и масштабность, что создавалось впечатление об отсутствии преемственности с предшествующим временем. Таковы гражданское зодчество, переводная литература и печатание книг светского содержания, обмирщение храмовой архитектуры, установление культурных связей с другими народами.

      Колорит эпохе придавали не родовитые  люди, косневшие в средневековых представлениях о своей исключительности, а безвестные дельцы, не имевшие знатных предков, но энергичные и сильные личности, такие, как Меншиков, Курбатов, Шафиров и другие.

      Преобразования, охватившие все стороны  жизни страны, не могли быть проведены без подъема общего культурного уровня населения, в первую очередь господствующего класса. Разросшийся бюрократический аппарат требовал грамотных чиновников; армии и флоту необходимы были офицеры, усвоившие военное и морское дело; строительство крепостей, каналов и мануфактур побуждало иметь людей, владевших техническими знаниями. Все это вызывало расширение сети учебных заведений и реорганизацию системы обучения. Богословские предметы в школах уступили место математике, астрономии, геодезии, фортификации, инженерному делу и другим наукам. Это было качественно новое явление.

      1. Общая характеристика  культуры петровского  времени

      Несмотря  на раскол, который произошел в  российском обществе при Петре 1 между высшими и низшими сословиями, в нем  сохранялись традиционные ценностные представления, образ  жизни. Одна из главных таких ценностей в жизни высших и  низших сословий — семья и семейные традиции. Авторитет семьи в российском обществе был необычайно высок. Человек, не  желавший в зрелом возрасте заводить семью, вызывал подозрение. Только две причины могли оправдать такое решение — болезнь и желание уйти в монастырь. Русские пословицы и поговорки красноречиво говорят о значении семьи в жизни человека:  «Не женат — не человек», «В семье и каша гуще», «Семье в куче не страшна и туча» и т.д. Семья была хранительницей и передатчицей из поколения в поколение жизненного опыта, нравственности, здесь проходило воспитание и обучение детей. Так, в дворянской усадьбе сберегали портреты дедов и прадедов, рассказы и предания о них, их вещи — любимое кресло дедушки, любимую чашку матушки и т.д. В русских романах эта особенность усадебного быта предстает как неотъемлемая его черта.

      В крестьянской жизни, также пронизанной поэзией традиций, само понятие дома имело в первую очередь значение глубинных связей, а не просто жилплощади: отчий дом, родной дом. Отсюда уважение ко всему, что дом составляет. Традицией предусматривались даже разные типы поведения в различных частях дома (что можно у печки, того нельзя в красном углу и т.д.), сохранение памяти о старших — также крестьянская традиция. От стариков переходили к молодому поколению иконы, вещи и книги. Такое крестьянско-дворянское восприятие жизни не обходилось без некоторой идеализации — ведь память всюду сохраняла самое лучшее. Обрядовые традиции, связанные с церковными и календарными праздниками, повторялись практически без изменений в различных социальных слоях российского общества..

      Русская семья оставалась патриархальной, еще долгое время руководствуясь «Домостроем» — старинным сводом житейских правил и наставлений.

      Таким образом, высшие и низшие сословия, оторванные в своем историческом существовании друг от друга, тем  не менее имели одинаковые нравственные ценности.

      Между тем происходившие в России важнейшие  социально-экономические преобразования, характеризовавшиеся установлением конкуренции в экономике, либерализма в политической жизни, утверждением идей свободомыслия и просвещения, способствовали распространению новых европейских социокуль-турных ценностей, которые по сути не укоренились в массах — ими смогла овладеть только элита.

      Трудящиеся  массы (так называемая «почва») придерживались традиций допетровской старины. Они оберегали изначальные идеологические догматы, связанные с православием и самодержавием, глубоко укорененные традиции, политические и социальные установления. Такие ценности не могли способствовать модернизации или даже интенсивной социодинамике страны. Определяющей чертой общественного сознания в «почвенных» слоях оставался коллективизм. Он был главной нравственной ценностью в крестьянской, городской посадской и казачьей общинах. Коллективизм помогал сообща перенести испытания трудных времен, являлся главным фактором социальной защиты. Так, жизнь казаков была основана на общинной организации и принципах военной демократии: коллективное принятие решений на казачьем круге, выборность атаманов, коллективные формы собственности. Суровые и жестокие условия существования казаков способствовали созданию определенной системы ценностей.

      Народное  мироощущение мало было затронуто грандиозными переменами, которые в Новую эпоху происходили в государстве. В гораздо большей мере изменения коснулись грамотной и активной части населения России, которую В.О.Ключевский назвал «цивилизацией». Здесь формировались новые классы общества, развивалось предпринимательство и складывались рыночные отношения, появлялась профессиональная интеллигенция. Интеллигенция была представлена духовенством и дворянством, разночинцами и крепостными (актерами, музыкантами, архитекторами и т.д.). В рядах интеллигенции как стиль мышления утверждались рационализм, оптимистическое мироощущение, вера в возможность совершенствования мира. Мировоззрение освобождалось от духовной власти церкви.

      Петр 1 отменил патриаршество и поставил во главе церкви синод, по сути коллегию чиновников, тем самым подчинив церковь государству. Дальнейшее ослабление церкви произошло в 60-е годы XVIII в., когда Екатерина II, укреплявшая устои светского абсолютистского государства, конфисковала большую часть земельных владений, принадлежавших церкви и монастырям. Из 954 существовавших тогда монастырей секуляризацию пережили только 385.

      Разрушение  замкнутого православного мира во многом происходило благодаря русскому просвещению. Ф.Прокопович, В.Н.Татищев, А.Кантемир, М.В.Ломоносов, Д.С.Аничков, С.А.Десницкий, А.Н.Радищев развивали идеи о независимости природы и человека от божественного предопределения, о необходимости разделения сфер влияния религии и науки и т.д. В XIX в. идеи свободомыслия, резкой критики религии выдвигали многие декабристы, а также революционеры-демократы В.Г.Белинский, А.И.Герцен, Н.Г.Чернышевский, Н.А.Добролюбов. Они пытались создать общую атеистическую концепцию, освещающую происхождение религии, ее социальных функций, в особенности православия.

      В системе ценностей российского  общества большую роль играли изменения в личной и общественной жизни сословий. По оценке Д.С.Лихачева, при Петре 1 «осознание перехода заставило сменить систему знаков»: надеть европейское платье, новые мундиры, «скоблить» бороды, реформировать всю государственную терминологию на европейский лад, признать европейское.

      Одной из особенностей личности дворянина  стала способность к общению, предполагавшая для него широкие дружеские связи. Немалое значение при этом имели ассамблеи, светские клубы (Английский и др.), которые ввели в общественную жизнь России женщину. После «теремного», замкнутого мира, в котором жила даже высокопоставленная женщина в эпоху средневековья, появился новый тип женщины — образованной, следующей европейским нормам жизни.

      В быт дворянства обязательно входили  обеды и балы, чтение книг и муЗицирование, наслаждение произведениями искусства. Ежедневная прогулка по парку вошла в дворянский быт не только деревни, но и города. В конце XVIII в. возник такой социокультурный феномен, как дворянская усадьба, с которой связан обширный пласт отечественной культуры, выходящей за рамки ее дворянской части.

      Противоречивость эпохи проявлялась в «возвышенных» достижениях дворянской «усадебной культуры» и наличии крепостнических нравов. Гуманность и благородство уживались с помещичьим «жестокосердием». Однако в целом для русских дворян ХVIII - ХIХ вв. характерным было неприятие помещичьего произвола, жестокости, сословной спеси, надменности. Е этой среде возник блестящий и просвещенный слой интеллигенции. Входящие в него вели замкнутый образ жизни, соблюдая определенную нравственную дистанцию по отношению в губернским и уездным администрациям, политике притеснения простого народа.

      Под влиянием западноевропейских идей формировались  новое миропонимание, стиль жизни, нравы, изменившие систему ценностей русской элиты. Однако в результате всех трансформаций в эпоху Нового времени Россия не стала Европой, она, по образному выражению Г.В.Плеханова, «имела европейскую голову и азиатское туловище». Соединение европейских и традиционных ценностей привело к возникновению проблемы «интеллигенция и народ» — вечной российской проблемы.

      2. Реформы Петра  I в области культуры

      2.1. Реформы в области  образования

      Преобразования  конца XVII в. завершают изменения в области культуры и быта. Эти новшества вытекали из предшествовавших реформ и являлись их логическим продолжением. Не требовалось проницательности Петра, чтобы уяснить простую мысль — нельзя находиться в постоянной зависимости от иноземцев как при комплектовании полков регулярной армии офицерским составом, так и при обеспечении создававшегося военно-морского флота мастерами-кораблестроителями.

      Уже начальный этап преобразований обнаружил  отсутствие множества необходимых стране специалистов самого разнообразного профиля: артиллеристов, фортификаторов, медицинского персонала, рудознатцев, астрономов, геодезистов и др. Петр вынужден был обращаться к услугам иностранных специалистов. Но их привлечение на русскую службу таило по крайней мере два негативных следствия. Одно из них обнаружилось еще во время заключения контрактов — иностранным специалистам надлежало платить в три-четыре раза более высокое жалованье, чем отечественным. Другое выявилось, когда они приступили к выполнению своих обязанностей: оказалось, что многие из них не владели необходимыми ни опытом, ни знаниями. Особенно ощутимо отрицательные последствия найма иностранцев сказывались в армии: офицерам, готовым служить всякому, кто больше платил, были чужды патриотизм, чувство долга перед Родиной, и они не выдерживали испытания в первом же серьезном деле, требовавшем жертв.

      Мысль о необходимости иметь собственных специалистов зародилась у царя задолго до поездки за границу. Путешествуя, Петр посещал музеи, университеты, лаборатории, мануфактуры и все более убеждался в выгодах распространения образования и в надобности создания школ в России.

      Страна располагала единственным учебным заведением — Славяно-греко-латинской академией, открытой братьями Лихудами в 1685 г. После их отстранения от дел в 1694 г. академия стала хиреть, а 150 ее учеников — бедствовать. Занимаемое ею здание в Заиконоспасском монастыре пришло в ветхость, изменился и профиль учебного заведения: первоначально в нем намечали не только обучать богословию, но и вооружать знаниями, необходимыми на гражданской и военной службе, однако богословие постепенно вытеснило светские науки.

      Развитие  торговли и промышленности, создание регулярной армии и флота, формирован совершенно новых структур чиновничье-бюрократического аппарата абсолютизма и другие реформы в стране требовали корень перестройки всей системы образования, подготовки большого числа квалифицированных специалистов. Петру нужны были школы «профессиональные», какие он видел в Германии, Голландии и Англии. Но он не давал себе времени выработать общий план, начав с начала, то ecть со школ первоначальных и средних; он сразу сделал скачок к образованию высшему: инженерному искусству, мореплаванию, высшей математике, и это потому, что он заботился сейчас не столько о распространении просвещения, сколько о подготовке офицеров, необходимых ему для армии и флота. Такая материалистическая точка зрения, согласная с нуждами правительств долго имела преобладающее влияние на создания Петра. Скоро в Москве появилась военно-хирургическая школа, где немецкие и английские профессора занимали щедро оплачиваемые кафедры. Не хватало только учеников. Чтобы приняться за изучение высшей математики. сыновьям дьяков и попов, имевшимся в распоряжении царя, недоставало умения читать и писать! Петр легкомысленно взобрался на вершину лестницы, не заботясь о промежуточных ступенях. В 1714 году, правда, был издан указ с планом школ провинциальных, низших и средних, при епархиях и монастырях, но в 1719 году Григорий Скорняков-Писарев, на которого возложено было заведывание этими училищами, докладывал государю, что единственная школа, где удалось собрать двадцать шесть учеников, могла быть открыта в Ярославле. В 1723 году, сорок семь учителей были разосланы по провинции из Петербурга и Москвы; восемнадцать возвратились обратно не найдя занятий. В том же году поднимался вопрос о соединении предполагаемых провинциальных школ с училищами духовными, восстановленными только что изданным приказом, Синод ответил, что единственное учреждение такого рода существует в Новгороде.

      В Инженерном училище насчитывалось  до 1713 года всего двадцать три ученика. Наконец Петр насильно поместил туда семьдесят семь молодых людей, набранных из детей дворцовых служителей, которым их ученым профессорам приходилось прежде всего преподавать — азбуку!

      В 1699 г. в Москве была основана Пушкарская школа, а в 1701 г. в здании Сухаревой  башни открылась «школа математицких и навигацких наук», ставшая  предшественницей созданной в 1715 г. в Петербурге Mopcкой академии. В петровское время были открыты Медицинская школа (1707), а также инженерные, кораблестроительные, штурманские, горные и ремесленные школы. В провинции начальное образование осуществлялось в трех типах школ: епархиальных, готовящих священнослужителей; цифирных—для подготовки местных мелких чиновников; в гарнизонных школах —для обучения солдатских детей. Помимо этого в 1703—1715 гг. в Москве работ особая общеобразовательная школа — «гимназия» пастора Р Глюка, бывшего учителя Екатерины Трубачевой, в которой обучали иностранным языкам, географии, этике, политике, латинской риторике, картезианской философии, танцам и верховой езде.

      Обмирщение  школы, преобладание среди преподаваемых дисциплин точных наук является характерной чертой постановки образования. В 1701 году Петр положил основание светским школам в России, открыл математические и навигацкие школы в Москве с помощью англичан – учителей. Ученики отсюда рассылались по цифирным школам (1714 г.) в провинции. Дети изучали в этих школах арифметику и начала геометрии, причем в роли преподавателей выступали выпускники Навигацкой школы. К концу первой четверти XVIII в. по губерниям были открыты 42 цифирные школы с 2000 учащихся. Но эти школы не привились. В 1715 году Навигацкая школа, переведенная в Санкт – Петербург, обращена в Морскую академию. Московские школы распались на Артиллерийскую (1701 г.), Инженерную(1712 г.), Латинскую . В 1716 году  отослано было несколько учеников латинских школ в Персию для изучения восточных языков. Также было открыто Медицинское училище в 1707 г. В 1719 году 30 учеников было отослано к доктору Блументросту для изучения медицины. Дети духовенства проходили обучение в 46 епархиальных школах, а дети солдат —в гарнизонных школах. При металлургических заводах на Урале и в Олонецком крае правительство организовало первые в России горные школы, готовившие специалистов горнорудного дела.

      Чтобы удержать командные высоты в государстве, дворянство должно было овладевать знаниями. Поэтому обучение дворянских детей  стало для них повинностью. Наряду с обучением в русских школах молодых дворян для овладения навигационным делом отправляли за границу. Но и тут возникали затруднения: Англия защищала свои учебные заведения против вторжения пришельцев; также не хватало денег.

        До открытия Навигацкой школы Петр использовал более эффективный способ обучения специалистов — отправку русских людей за границу, причем не столько для усвоения теоретических знаний, сколько для приобретения практических навыков в кораблестроении, управлении кораблем во время боя, кораблевождении. Учащиеся в большинстве случаев постигали премудрости навигации и кораблестроения не за партой, а с топором в руках либо на корабле, где они зачислялись в состав экипажа и наряду со штатными матросами выполняли самые разнообразные обязанности. По прибытии в Петербург навигаторы держали экзамены, нередко в присутствии царя.

        Большинство дворянских недорослей, особенно из аристократических фамилий, стремились уклоняться от обучения, поэтому в 1714 г. был издан указ, грозивший таким недорослям запрещением жениться. Отправка русских людей за границу с целью обучения производила крутой переворот в сознании современников. До Петра общение с иноземцами не поощрялось, разрешение на выезд за рубеж получали лишь две категории людей: лица, находившиеся в составе посольств, и гости. Для последних это была существенная привилегия: среди торгово-промышленного населения только гости имели право покидать пределы страны для заключения торговых сделок. Теперь отправка русских за границу не только не запрещалась, но поощрялась и даже проводилась в принудительном порядке.

        Первым отправился за границу  для обучения сын старшего дьяка Посольского приказа Василия Тимофеевича Посникова Петр Васильевич. В 1687—1691 годах он успешно овладевал знаниями в Славяно-греко-латинской академии, а в 1692 году — надо полагать, по рекомендации ее основателей братьев Лихудов — его командировали в Италию для обучение медицине. Блестящие способности, обнаруженные Посниковым в Падуанском университете, позволили ему получить две ученые степени — доктора медицины и философии. Затем он совершенствовал свое образование в Парижском и Лейденском университетах. Сведений об использовании П. В. Посниковым медицинских знаний во врачебной практике не сохранилось, но его эрудиция и владение многими европейскими языками пригодились царю во время его первого путешествия за границу: он сопровождал Петра в Амстердаме и Лондоне и консультировал его по поводу приобретения естественнонаучных коллекций и медикаментов. В Вене Посников был передан в распоряжение П. Б. Возницына и вместе с ним участвовал в Карловицком конгрессе.

      Отправка  за границу Посникова и командирование в том же 1692 году сына генерала Петра Ивановича Гордона Федора были первыми ласточками. Более или менее широко эта практика стала внедряться с конца 1696 года: 22 ноября этого года стольникам обоих государей был объявлен указ об отправке их «в разные государства учиться всяким наукам». Указ назвал поименно 61 человека: 39 из них надлежало держать путь в Италию, 22 — в Голландию и Англию. Свыше трети отправляемых — 23 стольника — принадлежали к княжеским фамилиям: Борис Иванович Куракин, будущий посол в Париже; Григорий Федорович Долгорукий, будущий посол в Варшаве; Петр Алексеевич Голицын, будущий посол в Вене; Дмитрий Михайлович Голицин, будущий сенатор; Владимир и Василий Петровичи Шереметьевы, родные братья будущего фельдмаршала и другие.

      С другой стороны, в надежде завоевать доверие царя за границу для обучения мореходству отправлялись немолодые дворяне. Так, известный дипломат П.А. Толстой отправился в Венецию, уже имея внуков. Пребывание Толстого за границей в течение года и одиннадцати месяцев оказалось для него крайне полезным. 26 февраля 1697 года в Италию выехал московский книжник, а вернулся в Москву 27 января 1699 года человек с изящными манерами, облаченный в европейское платье, свободно владевший итальянским языком. Его кругозор расширился настолько, что он был в праве отнести себя к числу если не образованнейших, то достаточно европеизированных людей России, чтобы стать горячим сторонником преобразований.

       2.2. Развитие  книгопечатания

      Уже в 1700 году в бытность свою в Амстердаме Петр поручил голландцу Ивану Тессингу, при помощи поляка Копьевского или Копьевича основать там русскую типографию. Таким образом был напечатан первый выпуск книги, касавшейся предметов самых разнообразных: истории, географии, лингвистики, арифметики, военного искусства, мореплавательного искусства. По большей части это были переводы или изложения. без всякой научной ценности, но весьма пригодные для популяризации. В 1707 году эта типография открыла второе отделение, послав в Москву наборщика и словолитчика, принесших в Россию русскую азбуку нового типа. То был «гражданский шрифт», так названный в противоположность старой славяно-сербской азбуке, сохраненной церковью. Петр его применил сейчас же в первой напечатанной книге — учебнике геометрии, и во второй, — руководстве для приветствий, переводе с немецкого. Затем следовали переводы сочинений по военному искусству, причем царь сам исправлял корректуры.

      С расширением сети школ связано появление  разнообразной учебной литературы. Учитель Славяно-греко-латинской академии Федор Поликарпов в 1701 году выпустил «Букварь словенскими, греческими, римскими письмены учатися хотящим». В 1703 году вышла знаменитая «Арифметика, сиречь наука одчислительная» Леонтия Магницкого, в течение полувека служившая основным учебным пособием по математике. Учебник Магницкого давал практические советы, например, как определить глубину колодца, высоту стен и т. д.

      Светское  образование потребовало новых  учебников. В 1703 году вышла в свет «Арифметика, сиречь Наука числительная. . . » Л.Ф.Магницкого, которая вводила арабские цифры вместо буквенных, а затем Магницкий и английский математик А. Фарварсон выпустили «Таблицы логарифмов и синусов». В создание новых учебников и учебных пособий большой вклад внесли Ф. П. Поликарпов , Г.Г. Скорняков-Писарев, Ф. Прокопович и другие.

      Одновременно  с реформой в сфере образования  в первой четверти XVIII века бурное развитие получило издательское дело. Для печатания  светской учебной, научной и специальной  литературы, а также законодательных актов были созданы новые типографии в Москве, Петербурге и других городах, выпустившие в свет в годы правления Петра свыше 600 названий книг и других изданий, немалое число которых были переводные.

      Развитие  книгопечатания повлекло за собой начало организованной книготорговли, а в 1714 году в Петербурге была открыта государственная библиотека, заложившая основу для библиотеки Академии наук. Большие собрания книг принадлежали князю Д. М. Голицыну, графу Б. П. Шереметеву, графу А.А. Матвееву и другим вельможам.

      Наконец, значение и влияние периодической печати не ускользали от пытливого взора великого мужа. В 1702 году на барона Гюнесена была возложена обязанность, посредством денежных субсидий, поддерживать хорошие отношения между царем и общественным мнением. Барон переводил, печатал и распространял намерения государя, относившиеся к военной организации его империи, приглашал ученых всех стран посвящать свои изведения его величеству и даже писать сочинения, клонящиеся к его похвале. Он наводнял Голландию и Германию брошюрами, в которых задолго до Полтавы Карл XII был разбит и поставлен в безвыходное положение; он субсидировал в Лейпциге журнал «Europaeische Fama», добросовестно за то отплачивавший царю восхвалением и лестью. В 1703 году в Москве появилась первая русская газета. Это второе окно к просвещению и к Западу. До сих пор царь один, или почти один, знал, что творится в чужих краях. Выдержки из иностранных газет (куранты), составлявшиеся в «Приказе Внешних сношений», предназначались только для государя и его приближенных. Новости внутренней жизни передавались исключительно из уст в уста, искаженные, сея заблуждения в наивных душах. Первый номер новой газеты содержал сообщение о качествах пушек, только что отлитых в Москве и числе учеников, посещавших недавно основанные школы.

      С декабря 1702 года стало выходить первое в России периодическое издание —газета «Ведомости» (тираж от 100 до 2500 экз. ).

       2.3. Развитие  географии и геологии

      В основе развития науки и техники  в Петровскую эпоху лежали в первую очередь практические потребности государства. Большие успехи были достигнуты в геодезии, гидрографии и картографии, в изучении недр и поиске полезных ископаемых.

      Крупный вклад в развитие отечественной  науки внесли географы. Отважные русские землепроходцы, нередко малообразованные, но наблюдательные и с острым умом, производили описание Сибири и открытых «новых землиц». К их числу принадлежит устюжский крестьянин Владимир Атласов, назначенный приказчиком в Анадырский острог. На свои скромные средства Атласов в 1697—1699 годах составил первое этнографическое и географическое описание Камчатки. В 1719 году два  флотских офицера Петра 1, Иван Евреинов и Федор Лужин, отправились в экспедицию для исследования берегов Камчатки. На них было возложено разрешение вопроса, поставленного Лейбницем: соприкасаются ли здесь Азия и Америка или они разделены морем? Результатом экспедиции явилась только карта Курильских островов; но настойчиво преследуя свою мысль, Петр снова, в 1725 году, возобновил попытку с Берингом. Эта экспедиция продолжалась с 1725 по 1730 годы. Таким образом был открыт пролив, увековечивший имя смелого исследователя.

      Однако  основных успехов отечественная  география достигла в обследовании уже известных территорий и нанесении их на карту. Русские картографы Ф. Соймонов и К. Верден нанесли на карту Каспийское море и описали его. В 1720 году карта была опубликована в России, подарена Петром 1 Парижской академии, которая избрала его своим членом. Эта карта, не будучи совсем точной, исправила имеющиеся на Западе сведения об этих странах. Картографы петровского времени «открыли» Аральское море, о котором западноевропейские ученые не имели достоверных сведений. Трудами Василия Киприянова, Алексея Зубова и Якова Брюса на карты были нанесены Балтийское и Азовское моря, бассейн Дона.

      В 1720 году правительство организовало первую в России экспедицию для изучения Сибири, перед которой были поставлены исключительно научные цели. Экспедиция, руководимая Даниилом Мессершмидтом, собрала большое количество естественно-исторических и этнографических коллекций, характеризующих быт и религию сибирских племен, природу Сибири.

      Широкий размах приобрели геологические  изыскания. Активно велись поиски железных и медных руд на Урале и в  Сибири при содействии местных крестьян. В петровское время было положено начало разведке каменного угля в Подмосковье, Донбассе и Кузбассе, нефтяных месторождений в районе Ухты и в Западной Сибири. В развитие горного дела и металлургии в России значительный вклад внесли Г. В. де Геннин, В. Н. Татищев, Я. В. Брюс.

      Поиски  полезных ископаемых увенчались открытием  залежей каменного угля в районах Подмосковья, Дона и Кузнецка и нефти в Поволжье. «Земляной» уголь в то время еще не умели использовать в практических целях, проводились лишь первые опыты употребления его в качестве топлива при выварке соли, а нефть применяли лишь в медицине. Особенно успешно велось изучение горнорудных богатств Урала и Сибири.

      Русские моряки-гидрографы много сделали  для составления карт Азовского, Каспийского, Балтийского и Белого морей. Значительными географическими достижениями отмечены экспедиции в Сибирь и на Дальний Восток, в Среднюю Азию, предпринятые В. Атласовым, И. Евреиновым и Ф. Лужиным, Д. Г. Мессершмидтом, Ф. Беневениным, И. Унковским и др. Начатая на рубеже XVII— XVIII вв. работа С. Ремезова по картографии «Чертежная книга Сибири» (1699—1701гг.) была продолжена в первой четверти XVIII века И. К. Кирилловым, приступившим к составлению сводного «Атласа Всероссийской империи», первый том которого вышел в 1732 году.