Религия - первооснова культуры

1.Религия-первооснова   культуры

   Если вслед за древними понимать  культуру как служение  Истине, Добру и Красоте, то можно  увидеть, что с первых же  шагов  человечества это служение  проходило под знаком  поклонения  чему-то или кому-то, кто был  сильнее и служил идеалом, т.е. осуществлялось под знаком культа.

  Определяющим  фактором русской жизни, русской  культуры и нравственности  в  течение  многих столетий  было  православие. Из 708  дошедших до  нас рукописей  XI-XIV в.в. только 20 были светского содержания.¹ Кроме того, этимологическое родство обоих слов «культ» и «культура»  имеет глубокий социально-исторический смысл.  Н.А. Бердяев писал, что культура родилась из культа. «Культура – благородного происхождения. Культура имеет религиозные   основы. Это нужно  считать  установленным с самой   позитивно-научной точки зрения».² И даже такой, совсем нерелигиозный писатель, как М.Горький, считал, что «Бог есть комплекс… идей, которые будят и организуют социальные чувства, имея целью связать личность с обществом, обуздать зоологический индивидуализм». За это  высказывание  великий писатель даже получил грубейшую  нотацию от Ленина,  утверждавшего в этой связи, что « всякий боженька есть  труположество».³

  В  современной социологии и общественной  психологии слово «религия» нередко употребляется для обозначения  « любой системы взглядов и действий, которой придерживается какая-либо  группа людей и которая служит  индивиду схемой  ориентации и объектом  поклонения».⁴

  Первым, кто предложил   такой подход  к религии, был один из основоположников философии позитивизма, французский ученый Огюст Конт (1798-1857). Он претендовал на то, чтобы превратить свое атеистическое учение  о всесилии идей  в некую «научную», «истинную» религию, которая должна была стать новым фактором сплочения общества. «Идеи, - писал Конт, - управляют  и переворачивают мир… весь социальный механизм покоится  в конце концов на мнениях». ⁵

  Без  веры ни один  народ, ни одно  общество существовать не могут.  История не знает  стерильно  безрелигиозных обществ и народов. Нельзя представить  ни одной  человеческой жизни, которая не опиралась бы на определенный комплекс верований- от самых примитивных до сложнейших философских систем. Человек как психобиологическое существо просто не может существовать  без веры в правоту своего миропонимания. Если этого нет, то нет и самого Человека.

  Сначала  люди поклонялись фетишам и  идолам, затем - многим  богам,  еще позднее –единому Богу  –Христу, Аллаху, Беде или Конфуцию, причем буддизм и конфуцианство   выглядят скорее не как религия, а как свод государственно-нравственных законов  и определенная идеология.

  В  наше время атеисты, особенно  политики и ученые гуманитарного  профиля, поклоняются идеям, тем  самым создавая себе новых  идолов и богов, новые «мифы», называя их «позитивизмом», «научным  прогрессом». Однако принципиальной  разницы между религией (т.е. верой в Бога) и «научной» верой в будущий земной рай, получившей  название «коммунизм», не существует. И христианство будет отличаться  от «научного социализма» только тем, что первое –это естественно развивавшаяся  две тысячи лет религия  Царства  небесного, а второй- наспех и грубо сработанная  псевдорелигия Царства  земного. И в конечном счете в первом случае речь идет  о богопоклонстве и боготворчестве, а во втором-  об идеепоклонстве и современном мифотворчестве.

  Носителями  первого выступают священники, носителями  второго- философствующие пророки  и партийные пропагандисты. 

  Из  сказанного вытекает, что вера  как и в ее современной   идеологической ипостаси, так и в традиционной, была и остается  важнейшей составной частью  любой культуры.

  Наибольшая  заслуга  в осознании религии  как важнейшего фактора  социокультурной  интеграции и общественной стабильности  принадлежит  двум ученым –  французскому ученому Эмилю Дюркгейму ( 1858-1917) и немецкому социологу, философу и историку  Максу Веберу ( 1864-1920). Именно они  показали связь религии с другими формами общественного сознания : идеологическими, нравственными, правовыми, экономическими и т.д.

  Дюркгейм, разделяя взгляд на общество, как на саморегулируемый и подверженный социальным болезням « организм», считал государство «умом», а религию- « коллективной душой» этого организма. Признавая двойственность человека как существа, с одной стороны, биологического, а с другой социального, Дюркгейм искал истоки религии не в анимизме или преклонении перед природными силами, а в самом факте формирования  социальной среды. Религия для него - это совокупность символов, на основе которых происходит общественная интеграция, зарождение культуры и передача из поколения в поколение ее ценностей.  В своей наиболее крупной работе  « Элементарные формы религиозной жизни…» (1912)  он прослеживает  первобытные истоки религии и стремится показать  ее всеобъемлющее влияние на формирование  человеческих общностей. В сущности, по Дюркгейму, любое общество- и продукт, и главное «божество» религии, основная  социальная функция которой –пробуждение человеческой солидарности  и выдвижение идеалов, ценностей и норм, стимулирующих общественное развитие.

  Таким  образом, религия и шире- вера  становятся у французского социолога  едва ли не единственным культурообразующим  фактором.  Для него  в конечном  счете неважно, что именно лежит  в основе сплоченности и процветания  той или иной человеческой группы - христианство, ислам или марксистская доктрина, лишь бы люди были   достаточно прочно объединены и чувствовали себя счастливыми.

  Главным  объектом  размышлений  М.Вебера  было влияние религии и ее  этических норм не на общество  как таковое, а на его  экономическую  жизнь в ее конкретных  историко-географических проявлениях. И если Дюркгейм хотел  показать  особую роль  религиозного сознания и ее производного-культуры в формировании человеческих групп  и коллективов вообще, то Макс Векбер пошел по иному пути.

  В  своей знаменитой работе «  Протестантская  этика и дух  капитализма»  (1904-1905) немецкий социолог, не претендуя  на объяснение  генезиса капиталистических отношений  как определенной хозяйственной  системы, стремился  установить  следующее: «  Играло  ли также и религиозное влияние- и в какой степени-  определенную роль  в качественном формировании и количественной экспансии « капиталистического духа» и какие конкретные стороны сложившейся на капиталистической основе культуры восходят  к этому религиозному влиянию».⁶

   Вебер считает, что именно рационализм,  прагматический расчет, отказ от  «магического»  и «идеалистического»  понимания  жизни характеризовал  и до сих пор характеризует  экономическую  и духовную  жизнь Западной Европы и Северной  Америки в отличие от других регионов мира.  В этом смысле взгляды Вебера  перекликаются   с концепцией П.Сорокина, предлагавшего различать идеациональный, чувственный и идеалистический типы человеческих культур.

  Кроме  того, очень близка  культурологическим взглядам  П.Сорокина и веберовская теория о трех типах государства (государства, власти): «легально-рациональном» (например, в США и большинстве стран Европы); « традиционном» (например, в дореволюционной России)  и « харизматическом» (например, в СССР периода сталинизма  или на современной Кубе и т.п.), основанном на личных  качествах «вождя». Каждому типу господства (власти) соответствует определенная организация общества и особый  характер культуры.

  Общая  идея М.Вебера  была развита  немецким социологом  не только на примере  протестантизма, но и применительно к другим мировым конфессиям- индуизму, буддизму, конфуцианству,  даосизму, иудаизму и т.п.  При этом великие религии Азии Вебер  считал менее рационалистическими  и более «магическими».

  В  психоанализе и социальной психологии  следует остановиться  на З.Фрейде и К.Юнге. Эти два ученых исследовали влияние  религиозного фактора  на отдельно взятую человеческую личность. И тот , и другой были не менее убежденными материалистами и атеистами, однако, как и медики, и крупные ученые в своей области, при оценке роли  религиозного сознания  они не давали  увлечь  себя идеологическими, а тем более политическими пристрастиями.

  Фрейд,  в частности, считал, что всякая  культура покоится   на принуждении  к труду и на отказе от  влечений, отрицательно оценивал  религию как фактор  духовного  закрепощения.  По Фрейду, религия всегда выполняла  и продолжает выполнять   три важные стабилизирующие и организующие функции: во-первых,  она «удовлетворяет человеческую  любознательность»; во-вторых,  «умаляет страх  людей перед опасностями и превратностями жизни», « утешает их в несчастье»; в-третьих, «дает предписания», «провозглашает запреты и ограничения».⁷ Именно поэтому, пока религия существует, к ней нужно относиться  с должным пониманием.

   Взгляды Фрейда на религию  как на «навязчивый детский  невроз», защитную реакцию человечества  против угрожающих ему  опасностей природы, судьбы и самого общества не оспаривался Юнгом. Для трудов Юнга , посвященных художественному творчеству,  мифологии и фольклору, характерно стремление «примирить» науку и веру, психологию и религию, выдвигая на первый план огромную терапевтическую силу последней.

Свою  работу « Психология и религия»  он заканчивает так: « Религиозный  опыт абсолютен. Он несомненен. … Неважно, что мир думает о религиозном  опыте; для того, кто им владеет - это великое сокровище, источник жизни, смысла и красоты придающий новый блеск  миру и человечеству.»⁸

. РЕЛИГИЯ  О КРАСОТЕ И ИСКУССТВЕ

  Искусство  неразрывно  связано  с красотой, поскольку имеет  своей   целью  внести в обиход  человеческой  жизни  часть божественной красоты, которая существует в природе.⁹ «через искусство имеете свет», - говорит Учение, и не признать  истинности этих слов нельзя. Человек приближается  к познанию  Истины и восходит  к Свету через искусство, которое творит красоту.

  Искусство  существует на всех ступенях  человеческого  развития, зарождается   раньше появления  письменности, которая, в сущности, есть движение  искусства, и является  показателем   достигнутого культурного состояния   каждого народа. На самых низших  ступенях  человеческого развития   у самых первобытных народов, соответственно их зарождающемуся сознанию, существует  примитивное искусство в виде песен, священных плясок и  грубого  изображения  предметов  обихода и животных  на камнях и стенах. Но тем не менее, и это примитивное искусство   исполняет  свою великую роль  в деле развития человеческого сознания. По мере развития   человечества, развивается и его искусство, но точно так же можно сказать, что с развитием искусства развивается  и человек, поскольку одно исходит  из другого и одно есть следствие другого. История искусства есть  история развития человечества.

  Таким  образом, искусство  есть  путь  в мир  прекрасного. Искусство   имеет целью  творить и созидать  красоту, будить человеческий  дух и бороться с его низшей природой, поднимать и возвышать человека, улучшать  и облагораживать  его нравственный  облик, скрашивать  его жизненный путь, примирять его с невзгодами жизни. Искусство, которое не преследует  таких целей, не только не имеет никакой цены  в мироздании, но абсолютно  вредно.

 «  Искусство, которое есть искание  красоты, является истинной целью   жизни, к нему направляется  наше развитие, ради него  и  им совершается  наш внутренний  рост.»¹⁰

  Талантливый  человек рождается готовым художником, певцом, поэтом, музыкантом и т.д.,  его дипломы находятся  в «чаше накопления»,  каждый его талант  есть его вечный, божественный  диплом, приобретенный усилиями  его прежних жизней, духовные накопления, в виде талантов, передаются  из жизни в жизнь, ибо  раз цель  жизни есть  совершенствование, то талантливый  человек сделал уже  некоторые успехи  в своем совершенствовании, он приблизился к ступени  совершенного человека-Архата, который  обладает  всеми талантами, какие вообще  могут существовать.

  В  Учении сказано: «Одна специальность не может составить содержание Иерарха» (Агни-Йога, 93), поэтому узкий специалист будет еще много раз воплощаться, чтобы сравняться  с многообразно  талантливым человеком.

  Искусство  объединяет  человечество. Искусство  едино  и нераздельно. Искусство имеет много ветвей, но корень един. Искусство есть знамя грядущего синтеза. Искусство - для всех. Для всех должны быть  открыты врата  священного источника. Н.Рерих указывает на то, что необходимо, чтобы искусством  были украшены не только музеи, театры, школы, библиотеки, здания станций и больниц, но  и тюрьмы должны быть прекрасны. Тогда больше не будет тюрем.¹¹

  Искусство,  рождающееся из горения божественного  огня любви к противоположному  началу, во все времена человеческого  существования обладало могучим средством воздействия на умы, сердца и нравы людей и было главным фактором, способствовавшим расцвету цивилизации и подъему нравственного сознания людей. Искусство, которое не выполняет этого своего высокого назначения, не есть искусство, и художники, которые забыли  свое высокое призвание идти впереди  жизни и вести  за собой менее развитых, которые, вместо того, чтобы давать  тон и направление жизни, плетутся в хвосте ее, угождают низменным чувствам  толпы и подделываются  под вкусы  масс, не имеют права  на существование, ибо вред, приносимый  такими  псевдохудожниками, неизмеримо  велик.

  Наблюдая  современную жизнь, мы видим,  что прекрасное почти изгнано   из обихода жизни современного  человека. Занятый борьбой за  свое существование, он отошел от красоты, перестал ее понимать, перестал чувствовать потребность в ней. На прекрасные произведения искусства он стал смотреть как на ненужную и лишнюю роскошь, без которой можно обойтись, или же стал искать  и находить красоту там, где ее не было.

  От  безобразия  современных условий  жизни, от падения нравов и  дальнейшего одичания  человечества, от звериной борьбы за существование  может спасти  людей лишь красота.

  «Красота  спасет мир»- говорил Достоевский.  Поэтому нужно искать красоту всегда, везде и во всем, и, найдя, хранить и оберегать этот нежный цветок от прикосновения к нему всего низкого, грубого и пошлого. Нужно развивать и растить в себе красоту, сознательно оберегая свой внутренний мир от проникания в него всего безобразного, отрицательного и растлевающего.  Нужно бороться с самим собою и со своей низшей природой, поскольку это есть  единственный род борьбы, который приносит  благие результаты, и прислушиваться к голосу своего высшего Я, который  направляет  нас на путь  совершенствования , то есть красоты.

  Любя  красоту, мы любим Бога, ибо  Бог есть   высшая Красота,  Которая присутствует везде и  во всем, нужно уметь лишь найти  ее.  Учение говорит: «  Учи  счастью красоты. Учи счастью  знания. Учи счастью любви. Учи  счастью единения с Богом». Именно в любви и красоте заключается  высшее счастье  сознания Истины, высшее счастье слияния  с Богом.

  Таковы  основные мысли современным религиозных  учений о прекрасном.