Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Роль средств массовой информации в политике

Лет 100 назад главным орудием журналиста было перо, карандаш и печатная машинка. Журналистика была только газетно-журнальной. С течением времени она включила в перечень своих средств радио и телевидение. К концу XX века появились и интернет-издания, которые сейчас либо дополняют уже существующие печатные издания, радио и телевизионные каналы, либо составляют им конкуренцию.

Современную журналистику разделяют на газетно-журнальную (печатную) и электронную (телевизионная и радиожурналистика, интернет-журналистика, MS-журналистика). К электронным СМИ также относятся интернет-версии печатных СМИ. Работа в газетно-журнальном или электронном СМИ требует разных знаний и навыков.

В течение 100 лет к перечню техники журналистской деятельности добавились и звукозаписывающая аппаратура, и видеокамеры, и компьютеры, и мобильные телефоны, которые позволяют работать не только с печатным текстом, но и со звуком, изображением. Технический прогресс способствовал появлению новых технологий производства массовой информации. В зависимости от используемых технологий журналистику подразделяют на следующие виды:

газетно-журнальная журналистика;
фотожурналистика;
радиожурналистика;
тележурналистика;
интернет-журналистика;
MS-журналистика.

Возможны смешения этих видов. Например, традиционные радио и телеканалы начинают дополнительно вещать через Интернет, а статьи, написанные для веб-сайтов, перепечатываются в бумажных газетах и журналах.

Благодаря прогрессу в технике и технологии масс-медиа позиции журналистики в социальных системах за последнее столетие значительно усилились. При этом само влияние СМИ на социальные процессы оценивается неоднозначно. Например, «давление» современных СМИ (особенно радио и телевидения) на этнические культуры, обеспечивавших жизнеспособность этносов на протяжении столетий, сравнивается с действием нервно-паралитического газа.

Возросшая сила формирующего воздействия электрических и электронных СМИ на человека и общество позволила канадскому исследователю М. Маклюэну заявить: «Форма общества всегда определялась скорее природой средств человеческой коммуникации, нежели её содержанием». Его слова «Средство передачи сообщения само является сообщением» указывают на возникновение отличий в восприятии массовой информации её потребителями, под влиянием используемых средств передачи.

Правовое регулирование средств массовой информации

Для современного человека СМИ являются одним из основных и наиболее референтных источников информации. Они выступают одновременно сферой досуга и бизнеса, средством ориентации в окружающей действительности и поддержании профессиональной квалификации. Как институт гражданского общества СМИ являются одним из краеугольных камней современного демократического государства. На этот последний факт неоднократно обращалось внимание со стороны руководящих органов Совета Европы и других международных организаций. В частности, в Декларации о средствах массовой информации в демократическом обществе, принятой 4-й Европейской конференции министров в области средств массовой коммуникации было заявлено, что "плюрализм и разнообразие СМИ являются основополагающими для демократии и что гласность в СМИ - важное условие, чтобы помочь компетентным национальным властям оценить воздействие концентрации СМИ на эти ценности, а также, чтобы предоставить индивидуумам возможность сформировать свое мнение об информации, поставляемой СМИ".

Вполне естественно, что возрастание роли СМИ в современном обществе приводит к расширению государственного вмешательства в эту сферу человеческой деятельности. Создаются и совершенствуются различные способы воздействия на СМИ, расширяется необходимая нормативная база. Многие государства (прежде всего страны англосаксонской правовой семьи) предпочитают по возможности не создавать специальных норм, регламентирующих отношения в сфере СМИ. Юристы этих стран полагают, что производство и распространение средств массовой информации должно регламентироваться общими нормами, определяющими правовой статус граждан и организаций. В то же время во многих государствах в настоящее время сформировались особые комплексные правовые отрасли и институты, регламентирующие правовой статус средств массовой информации.

Республика Беларусь также пошла по пути создания специальных норм, регламентирующих процесс производства и распространения средств массовой информации. И хотя опыт законодательного регулирования в этой сфере у нашей страны не слишком велик, в настоящее время в Беларуси уже действует несколько десятков нормативных актов, в той или иной мере, регламентирующих правовой статус СМИ; расширяется международно-правовая основа регулирования данной сферы общественных отношений. По мнению целого ряда ученых, сегодня уже можно говорить о формировании новой отрасли права - права СМИ, или, еще шире, - информационного права, обладающего собственным предметом и методом регулирования. По крайней мере, можно констатировать факт существования института правового регулирования СМИ.

В силу универсального характера самой информации этот институт приобрел межотраслевой характер. На сегодняшний день в него включены нормы практически всех отраслей российского права: конституционного, административного, гражданского, уголовного, экологического, финансового и ряда других. Представляется, однако, что основу данного института составляют нормы конституционного и административного права. Это связано с тем, что ключевым для определения правового статуса СМИ является принцип свободы массовой информации, закрепленный в Конституции и международно-правовых документах. Изучение данного принципа наряду с иными правами и свободами человека и гражданина осуществляется в курсе конституционного права. При этом свобода массовой информации, как и любая другая свобода, ограничивается в первую очередь государством в лице органов исполнительной власти. Деятельность этих органов изучается уже в курсе административного права.

3. Основные каналы и особенности политического влияния СМИ.

Масс-медиа призваны решать определенные задачи в политической системе и обществе, в реальной жизни они достаточно самостоятельны, имеют собственные, часто расходящиеся с потребностями общества цели деятельности и используют для их достижения различные методы. Политическое влияние СМИ осуществляют через воздействие на разум и чувства человека.

В демократических государствах явно преобладает рациональная модель массовых коммуникаций, рассчитанная на убеждение людей с помощью информирования и аргументации, построенной в соответствии с законами логики. Эта модель соответствует сложившемуся там типу менталитета и политической культуры людей. Она предлагает состязательность различных СМИ в борьбе за внимание и доверие аудитории. В этих государствах запрещено законом использование СМИ для разжигания расовой, национальной, классовой и религиозной ненависти и вражды, однако и в них различные политические силы для пропаганды своих идей и ценностей широко применяют методы преимущественно эмоционального воздействия, что особенно ярко проявляется в периоды избирательных кампаний.

Живое слово и зрительный образ обладают большой силой эмоционального влияния на личность, которое нередко может затмить рациональные доводы и аргументы. Этим широко пользуются тоталитарные, авторитарные и особенно этнократические режимы, обильно насыщая свою политическую пропаганду эмоциональным содержанием, подавляющим разум человека. Здесь СМИ широко используют методы психологического внушения, основанные на страхе и вере, для разжигания фанатизма, недо верия или ненависти к политическим оппонентам, лицам других национальностей и всем неугодным.

Несмотря на важность эмоционального воздействия, все же главное влияние на политику СМИ осуществляют через информационный процесс. Основными этапами этого процесса являются получение, отбор, препарирование, комментирование и распространение сведений. От того, какую информацию, в какой форме и с какими комментариями получают субъекты политики, очень во многом зависят их последующие действия. «Иметь важную информацию значит иметь власть; уметь отличать важную информацию от неважной означает обладать еще большей властью; возможность распространять важную информацию в собственной режиссуре или умалчивать ее означает иметь двойную власть», — пишут авторы крупнейшего современного учебного пособия по политологии ФРГ.

Непосредственное обладание такой властью — прерогатива СМИ. Они не только отбирают сведения, поставляемые информационными агентствами, но и сами добывают и оформляют их, а также выступают их комментаторами и распространителями. Поток информации в современном мире настолько разнообразен и противоречив, что самостоятельно разобраться в нем не в состоянии ни отдельный человек, ни даже группа специалистов. Поэтому отбор наиболее важной информации и ее представление, в доступной массовой аудитории форме и комментирование — важная задача всей системы СМИ. Информированность граждан, в том числе политиков, прямо зависит от того, как, с какими целями и по каким критериям отбирается информация, насколько глубоко она отражает реальные факты после ее препарирования и редукции, осуществленных газетами, радио и телевидением, а также от способа и форм подачи информации.

Одно из важнейших средств политического влияния СМИ — определение тем и направлений дискуссий, концентрирующих внимание общественности и правительства. СМИ обычно сами определяют, что нужно и что не нужно выносить на суд общественности. Выбор политических тем и требований осуществляется не только в зависимости от пристрастий и интересов владельцев и руководителей СМИ, но и под влиянием специфических правил, складывающихся в условиях плюрализма информации в современном рыночном обществе. В нем главный критерий успеха СМИ и условие выживания большинства из них — внимание публики. Для того чтобы привлечь это внимание, масс-медиа, подчас даже не осознавая этого, при выборе тем публикаций и передач обычно руководствуются следующими общи ми принципами:

1. Приоритетность, важность (действительная и мнимая) и привлекательность темы для граждан. В соответствии с этим прин ципом наиболее часто сообщения СМИ касаются таких, напри мер, проблем, как угроза миру и безопасности граждан, терро ризм, экологические и иные катастрофы и т.п.

2. Неординарность фактов. Это означает, что информация об экстремальных событиях — голоде, войнах, необычайно жестоких преступлениях и т.д. — доминирует над освещением явлений будничной, повседневной жизни. Этим объясняется, в частности, склонность СМИ к информации негативного характера и сенсациям.

3. Новизна фактов. Привлечь внимание населения в большей степени способны сообщения, еще не получившие широкой известности. Это могут быть новейшие данные о результатах развития экономики или численности безработных, о полете к другим планетам, о новых политических партиях и их лидерах и т.д.

4. Политический успех. Согласно этому принципу, в передачи и статьи попадают сообщения об успехах политических лидеров, партий или целых государств. Особое внимание уделяется победителям на выборах или в рейтинговых опросах. Культ звезд в политике, искусстве, спорте — типичное явление для СМИ в рыночном обществе.

5. Высокий общественный статус. Чем выше статус источни ка информации, тем значительнее считается интервью или теле передача, поскольку предполагается, что их популярность при прочих равных условиях прямо пропорциональна общественному положению людей, сообщающих сведения. В силу действия этого правила наиболее легкий доступ к СМИ имеют лица, занимающие высшие места в политической, военной, церковной или других иерархиях: президенты, военачальники, министры и т.д. Им посвящаются первые страницы газет и главные радио- и телепередачи.

Следование СМИ правилам, ориентированным лишь на количество аудитории и победу в конкурентной борьбе, обусловливает их склонность к поверхностному освещению политических событий в погоне за сенсациями и известностью. Взятые ими на вооружение принципы отбора материалов плохо совместимы с глубокими аналитическими сообщениями и часто препятствуют созданию информационной картины мира, более или менее адекватной реальности.

Создание такой картины мира во многом зависит также от способов распространения информации. СМИ пользуются двумя основными способами распространения информации — последовательным и фрагментарным. Первый способ чаще использует пресса, последовательно и разносторонне освещая в статьях и других публикациях ту или иную политическую проблему. Второй способ — фрагментарная подача информации — особенно распространен на телевидении. Он порождает для слушателей ряд трудностей в познании сути того или иного события или процесса.

Дробление информации, создавая видимость ее разносторонности и оперативности подачи, препятствует непрофессионалам (подавляющему большинству граждан) сформировать целостную картину политических явлений или событий. Оно дает коммуникаторам дополнительные возможности манипулировать аудиторией, акцентируя ее внимание на одних сторонах события и умалчивая или затемняя другие. Фрагментарность подачи информации в конечном счете дезориентирует слушателей и либо гасит их интерес к политике и вызывает политическую апатию, либо вынуждает полагаться на оценки комментаторов.

Фрагментарный способ подачи информации многие исследователи считают спецификой телевизионного жанра, следствием присущего ему свойства, называемого «давлением визуальности». Суть этого свойства состоит в том, что в силу своих аудиовизуальных возможностей телевидение ориентировано на передачу главным образом визуализируемой, т.е. имеющей зрительный образ, информации. Поскольку же научная и другая серьезная информация обычно плохо совместима с экранным изображением, то она оставляется для печатных коммуникационных средств и радио.

Такое «разделение труда» между СМИ было бы вполне допустимо и даже целесообразно для демократического общества, если бы сопровождалось соответствующим перераспределением времени аудитории в пользу журналов, газет и книг. Однако общей тенденцией современного мира является растущее влияние телевидения как наиболее привлекательного средства по лучения политической и иной информации и относительное ослабление воздействия на население печатной продукции и радиопередач. Так, например, в ФРГ граждане тратят в 5,3 раза больше времени на просмотр телепередач, чем на чтение газет. К тому же телевидение лидирует среди других СМИ по силе убеждающего воздействия и доверию граждан, поскольку люди обычно склонны больше верить увиденному, чем услышанному или прочитанному.

Присущее телевидению «давление визуальности» проявляется не только во фрагментарной подаче информации в соответствии с возможностями ее экранизации, но и в ритуализации и персонализации политических сведений. Телевидение обычно предпочитает передавать информацию, которая может быть заснята телекамерой, т.е. показывать конкретных лиц, предметы и т.п. Поэтому на экранах доминируют легкодоступные для телеобъектива дипломатические и иные ритуалы, официальные встречи, визиты, пресс-конференции и т.д. Абстрактные же положения, раскрывающие наиболее глубокие причины тех или иных политических явлений, не поддаются видеозаписи и, как правило, не попадают в передачи.

В результате такой подачи информации политика чрезмерно персонализируется, внимание зрителей концентрируется главным образом на политических лидерах, которые обычно даже не получают возможности подробно изложить свои взгляды и цели политики.

Фрагментация, ритуализация и персонализация информации уводят телевидение на путь показа внешней, поверхностной стороны политических явлений. Сущностные же взаимосвязи в этом случае не раскрываются. Без должного внимания остается и сам процесс политического волеобразования и принятия решений, составляющий стержень политики.

СМИ обладают большими возможностями активного влияния не только на восприятие гражданами отдельных политических явлений и событий, но и на их отношения к политике в целом. Как политическая пассивность населения в каком-либо вопросе, так и его массовая активность непосредственно связаны с позицией СМИ в этом вопросе.

Огромные возможности активного воздействия СМК на политическое сознание и поведение граждан свидетельствуют о важнейшей роли «четвертой власти» в современном обществе. Некоторые исследователи массовых коммуникаций говорят даже о грядущей эпохе «медиократии» — власти СМИ, которые не столько отражают и интерпретируют действительность, сколько конструируют ее по своим правилам и усмотрению.

Оценки растущего влияния СМИ на политику и общество прямо противоположны. Некоторые авторы, например О. Тоффлер, видят в нем ростки новой, более высокой и гуманной цивилизации, информационного общества, усматривают реальное движение к «гетерогенному, личностному, антибюрократическому, ищущему, мыслящему, творческому государству», способному разрешить наиболее острые сегодняшние конфликты.

Другие же мыслители, констатируя опустошающее и разрушающее воздействие на личность, и культуру масс-медиа, и особенно телевидения, оценивают возрастающую роль информационной власти весьма пессимистично. Так, знаменитый итальянский кинорежиссер Федерико Феллини считал, что «с помощью гипнотической внушающей силы зрелища, которое и днем и но чью без всякого перерыва приходит к людям в дом, телевидение разрушило не только кино, но также отношение индивида к действительности. Вся жизнь — природа, наши друзья, литература, женщины — все постепенно угасает под воздействием этого маленького экрана, который становится все большим и проникает повсюду. Он поглотил все: реальность, нас самих и наше отношение к действительности».

Опыт истории показывает, что СМИ способны служить раз личным политическим целям: как просвещать людей, развивать в них чувство собственного достоинства, стремление к свободе и социальной справедливости, способствовать и помогать компетентному участию в политике, обогащать личность, так и духовно порабощать, дезинформировать и запугивать, разжигать массовую ненависть, сеять недоверие и страх.

Роль СМИ в военно-политических конфликтах современности.

Коммуникационная сфера вообще и СМИ в частности всегда были активными участниками вооруженных конфликтов. В этом контексте весьма символически выглядит факт, ставший 60 лет назад поводом для второй мировой войны — нападение на радиостанцию в Глейвице. Историки отмечают, что Б.Муссолини, по мнению его же соратников, при планировании военных операций больше внимания уделял тому, какие заголовки появятся в газетах, чем воинской целесообразности. Однако во второй мировой войне испытали поражение именно те государства, у которых достижения в информационно-пропагандистской сфере были наиболее убедительными. Использование СМИ в то время имело сравнительно небольшое значение для военного успеха.

В наше же время даже возникновение таких понятий как «информационная война», «медиа-агрессия», «информационная безопасность» свидетельствует не только о тесной связи масс-медиа с конфликтными ситуациями, но и о том, что в вооруженных конфликтах современности борьба на информационном поле не менее важна, чем непосредственно военные действия. Если до недавнего времени война влияла большей частью на информационную сферу, в частности, на журналистику (например, первая мировая война стала стимулом для появления и развития в США аналитической журналистики, так как американцы не могли понять, каким образом убийство эрцгерцога Фердинанда послужило причиной такого конфликта), то в последнее время наблюдается обратная связь, причем как на макро- так и на микроуровне.

Перелом в информационно-воинской сфере относится ко временам вьетнамской войны. Американские военные неоднократно утверждали, что причиной их поражения (во вьетнамской войне) стала не столько помощь СССР и мужество вьетнамцев, сколько негативная позиция «своей» прессы. Тогда же было признано необходимым наличие «информационно-психологического обеспечения боевых действий»: формировать посредством СМИ общественное мнение таким образом, чтобы любые военные действия находили поддержку среди собственного населения и вообще у большинства жителей планеты. Методы практически не отличаются от обычных приемов public relations. Это создание количественного и качественного преимущества собственной точки зрения в СМИ, внедрение стойких ассоциаций, схем, мифов, которые отвечают интересам организатора информационной кампании.

В наше время СМИ играют все большую роль как в решении вооруженных конфликтов, так и непосредственно в их ходе. «Сегодня в развитых государствах любое действие невозможно без соответствующей информационной подготовки. Войны должны выглядеть справедливими, враг — жесточайшим, собственные воины — настоящими героями» [Г. Почепцов]. Современные войны — это, прежде всего, вооруженные политические демонстрации. И демонстративный момент в них не менее важен, чем собственно момент применения оружия. Вообще, пропаганда срабатывает только тогда, когда люди ходят по колена в пропаганде. Журналисты давно стали третьей стороной едва ли не каждого вооруженного конфликта, и от того, какую сторону СМИ склонны поддержать, в значительной мере зависит его результат. Ученые, которые исследуют влияние информационных процессов на ход современных вооруженных конфликтов, отмечают: «Политические, идеологические и геополитические взгляды формируются у значительной части общества исключительно на основе телекоммуникаций. Медиа-образ фактически является атомарным синтезом, в котором сосредоточенно сразу несколько подходов — этнический, культурный, идеологический, политический. Информационный репортаж из какой-нибудь горячей точки, о которой ничего не известно, например, жителю Капитолия, должен за кратчайшее время представить географический, исторический, религиозный, экономический, культурный, этнический профиль региона, а также расставить акценты согласно узко заданной политической цели. Таким образом, профессия журналиста (в особенности тележурналиста) сближается с профессией геополитика. Масс-медиа в современном обществе играют уже не чисто вспомогательную роль, как раньше, но становятся мощным самостоятельным фактором, способным совершать сильное влияние на исторической судьбы народов» [А. Дугин].

Борьба на информационном поле является не менее важной, чем непосредственные боевые действия. Так, например, во время конфликта в Дагестане летом 1999 г. российские спецслужбы уделили большое внимание ликвидации в Интернете сайта Мовлади Удугова «Кавказ-центр». Кстати, принято считать, что для победы в русско-чеченской войне 1994-96 гг. М.Удугов (который получил от россиян прозвище «чеченский Геббельс») сделал не меньшее, чем полевые командиры: сначала он выиграл информационную войну с Россией (создал выгодный имидж Чечни), а уже потом победу была фактически получена и в боевых действиях. Именно после этого аналитики стали утверждать, что война на Кавказе — это, прежде всего информационная война. «Чеченские полевые командиры готовы и к информационной войне. Очевидно, что того, кто ее выиграет, назовут победителем. А тот, кто проиграет, потеряет все». [О. Стулов]. Примечательно, что Россия сделала надлежащие выводы из первой чеченской кампании, и в 1999-2000 годах сумела переломить ситуацию в информационном пространстве на свою пользу.

Во внутренних, гражданских, конфликтах бои за средства коммуникации (в частности, телецентры) вообще имеют решающее значение, о чем свидетельствуют события последнего десятилетия XX ст. на постсоветском пространстве: бои за телецентр в Москве в октябре 1993 г., штурм вильнюсского телецентра в 1991 г. Кстати, основным методом внутриполитической борьбы в развитых государствах давно стали так называемые «информационные войны». Это дает повод футурологам прогнозировать, что в будущем СМИ смогут заменить политические партии.

Глобализация информационной сферы приводит к власти не сверхдержавы, а транснациональные медиа-империи, которые создают реальность под себя и манипулируют сознанием масс на собственное усмотрение. Немало исследователей говорит об отрицательном влиянии масс-медиа (в особенности, электронных) на реципиента.

Все это дает основания утверждать, что именно масс-медиа становятся перспективной мишенью для «революционеров XXІ века». Эксперты утверждают: если традиционный терроризм не угрожал обществу как целостной системе, то высокотехнологический терроризм новой эпохи вполне может спровоцировать кризис государства с развитой инфраструктурой информационного общества» (что, например, фактически произошло в США после известных терактов 11 сентября 2001 года). Г. Маркузе, работы которого вдохновляли членов европейских левацких террористических группировок, отмечал: «Отключение телевидения и других электронных СМИ могло бы дать толчок к началу того, к чему не смогли привести коренные противоречия капитализма — к полному разрушению системы. Поэтому в повестке дня сегодня стоят не вопросы психологии или эстетики, а информационная база господства». Кстати, образ современного революционера-террориста тесно связан с коммуникационно-информационной сферой, его изображают как что-то среднее между хакером и повстанцем: «Образ воина с притороченным к седлу ноутбуком с беспроводным модемом — вот стереотип бойца будущего. С одной стороны он обеспечивает себе «пропагандистский тыл», создавая виртуальные дискуссионные клубы, а с другой — руководит боевыми единицами с помощью электронной почты». Хакеры сегодня воруют через Интернет миллионы долларов, проникают в электронные досье спецслужб; уже стали серьезно опасаться, чтобы они не спровоцировали третью мировую войну.

В связи с этим вопрос информационной безопасности приобретает в последнее время ключевое значение. Специалисты отмечают: «Если государство не сможет войти в мировую информационно-телекоммуникационную систему как самостоятельный игрок, то независимость и суверенитет такого государства окажется под вопросом»

Влияние СМИ на политическое сознание.

По поводу СМИ постоянно раздаются выражения типа "четвертая власть" и даже "силовые структуры". Действительно, "...как показывает история, в определенные периоды сила политического влияния СМИ становится сопоставимой с силой государственной власти. При таком понимании деятельность СМИ правомерно рассматривать как своеобразную форму власти" 1.

Вместе с тем далеко не все исследователи уверены в таком могуществе СМИ. Тому же Э. Деннису оппонирует его соавтор Д. Меррилл: "Возможно, средства массовой информации и обладают силой фокусировать наше внимание на определенных вещах, но это не та власть, которая заставляет действовать"2. Он же далее приходит к следующей довольно умеренной оценке: "влияние СМИ состоит скорее в том, чтобы указывать обществу, о чем следует задуматься, а не в том, чтобы говорить ему, что следует думать...". Иными словами, власть СМИ во многом состоит в определении в каждый конкретный момент соответствующей "повестки дня" (хотя это, на наш взгляд, также немало). В своих аргументах противники мнения о всевластии СМИ во многом опираются на многочисленные эмпирические исследования (проведенные в основном в США и начатые еще П. Лазарсфельдом в 40-х годах), которые не подтвердили серьезного влияния СМИ на формирование политического сознания и политическое поведение населения.

Сконцентрировавшись на исследовании изменений в установках и мнениях во время избирательных кампаний, американские ученые предложили описание двухступенчатого процесса коммуникации (от СМИ - к "лидерам мнений", а от них - к различным социальным слоям и группам) и модель личностного влияния. В этом подходе массовые коммуникации уже не играли роли центральной, доминирующей силы, а становились в один ряд с межличностным общением и разнообразными социализирующими воздействиями. В результате была сформулирована концепция "минимального воздействия" средств массовых коммуникаций на массовое сознание.

Сегодня между представленными полярными точками зрения существует довольно много компромиссных подходов, не отрицающих в целом серьезного влияния СМИ на политическое сознание и поведение населения, но указывающих на важные ограничения могущества СМИ.

Роль средств массовой информации в политике 📙 Реферат → 🆔 241664

Роль средств массовой информации в политике

Оглавление