Рыцарство в социокультурной системе Средневековья

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ  БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«ОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ  ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»

СУРГУТСКИЙ ФИЛИАЛ

Кафедра: Экономика  и управление

РЕФЕРАТ

по  дисциплине «Культурология»

на  тему «Рыцарство в социокультурной системе Средневековья»

   Выполнил: Ямолеев  М.Ю.

   студент группы: ЗЭ-131

   Проверил:  Безматерных  Н.И.

Сургут 2012

Содержание

 
ВВЕДЕНИЕ………………………………………………………………………3

1. ИСТОКИ РЫЦАРСКОЙ ИДЕОЛОГИИ…………………………………….4

2.ФЕНОМЕН РЫЦАРСТВА……………………………………………………8

3.ПОСВЕЩЕНИЕ В РЫЦАРИ………………………………………………...13

4.ТРАДИЦИИ РЫЦАРСКИХ ТУРНИРОВ…………………………………...15

 ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………...20 
СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ……………………………….22

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность исследования. В науке сложилось традиционное мнение, что основными истоками культуры Средневековья являлись, во-первых, римское право, сохранявшее свой огромный авторитет, и, во-вторых, каноническое право, основанное на христианской догматике. Но при этом не следует забывать и о третьем источнике - древнегерманских традициях военной демократии с  их акцентом на личной свободе и  достоинстве вооруженного человека (праве меча и обычая в отличие  от писаного права). Вместе с тем  субкультура рыцарства как социально  доминировавшего сословия эпохи  Средневековья базировалась именно на этом третьем источнике (праве  обычая), что в последующем сыграло  важную роль в становлении идеологемы свободной личности. 

Таким образом, актуальность нашего исследования определяется противоречием  между тенденцией к обезличиванию, характерной для всей социальной культуры Средневековья (все равны  перед Богом), и остро выраженной тягой к личностному самоопределению, персональной самоидентификации и  защите личного и родового достоинства , на чем в существенной мере выстраивалась  вся сословная идеология и  субкультура рыцарства. Столкновение этих двух тенденций и их постоянное взаимовлияние представляется одним  из важнейших результатов развития средневековой Европы, при ведшего  сначала к Возрождению, затем  к Просвещению и, наконец, к гражданскому обществу наших дней,  
степень изученности проблемы. Следует отметить, что работ, посвященных непосредственно поднимаемой нами теме нет. Вместе с тем существует значительное число исследований, непосредственно или косвенно затрагивающих отдельные проблемы, анализируемые в нашей работе. 

1. ИСТОКИ РЫЦАРСКОЙ ИДЕОЛОГИИ

Рыцарство как феномен  и явление определенного периода  человеческой истории непременно необходимо рассматривать вкупе с той  системой ценностей, норм, взглядов и  идей, носителями которой были сами рыцари – передовой и влиятельнейший класс средневековья. Рыцари при  всей сопутствующей им романтике  – при доспехах, герольдах, мечах, плюмажах и прекрасными дамах - обладали довольно четко выстроенной и  организованной идеологией, – выше чем просто морально-этические нормы  и принципы, которая выкристаллизовывалась  на протяжении довольно длительного  времени и являлась регулятором  деятельности рыцарей практически  во всех сферах общественно-политической жизни.

Идеология рыцарства оказалась  способна наложить весомый отпечаток  на функционирование человеческой жизни  в европейском cредневековье и в  нашем времени, о примерах которых  мы упомянем позже. Для того времени, а о рыцарской идеологии можно  говорить уже с XI века, такая система  норм и ценностей вносила совершенно новые социально-активные элементы в господствующие и организующие общественные отношения кутюмы (обычаи). Кутюмы были различны для дворян, горожан, духовных лиц и крестьян, они не знали писаных норм и правил и  различались в разных странах. Начала свои рыцарская идеология обретает в непреложной и известной  до сих пор символике – меч, конь и сопутствующие этим фетишам  воинская доблесть, храбрость и честь.

Значимость оружия, главным  образом меча, среди германских народов, ставших основой центральноевропейских  государств, отражена в древних юридических  установлениях. Оружие стоит в центре всех основных моментов жизни юноши-воина. Оно передается ему как дар, когда  он достигает совершеннолетия. Коль скоро юноша-воин в состоянии  владеть оружием, то оно может  считаться свидетельством его свободного состояния. Оружие – символ, которым  обмениваются жених и невеста  при вступлении в брак. И еще: оружие – часть ритуала присяги, священный  знак – меч, вогнанный в землю  по самую рукоять. Присяга, приносимая на оружии, засвидетельствована в  еще в германском эпосе, "Эдде". До какой степени оружие выражает, вернее сказать, символизирует мужское  начало, видно из законов алеманов: представители обоего пола присягают  на том, что им более всего дорого. Мужчины клянутся во имя войны, женщины  – во имя материнства. Женщина  клянется "грудью своей", он – "оружием  своим".

К рыцарским качествам  относятся отнюдь не только любовь к оружию и коню. Прежде всего, речь идет об отваге и доблести. Их подкрепляет  какая-то чуть ли не безумная, сомнамбулическая воля. Сочетание отваги и мудрости, первоначально столь далеко отстоящих  друг от друга (во всяком случае, психологически они противоположны), было положено в основание идеала рыцарской "меры". Наряду с инстинктивной, но отполированной впоследствии до блеска и усмиренной свирепостью, в средневековом рыцаре заметен комплекс характерных черт – его чувство корпоративной  общности, понимание дружбы, уважение к совместному владению общим  достоянием, желание разделять общую  участь своей группы. Основы такого сочетания следует искать опять  таки в германских корнях средневековых  рыцарей.

Будучи глубоко солидаристской, с пережиточным отношением к обществу как семье, германская воинская община моделировала себя по семейному образцу, создавая "искусственные" родственные  и братские связи. Наряду с семьей, исходящей из единого для ее членов материнского лона, возникала семья, которая создана войной и для  войны. Общность крови в ней была дана не рождением, а ритуалом смешения крови. В этом свете яснее, чем  прежде, предстает перед нами глубинный  смысл германских законов, предписывающих женщине клятву "грудью своей", мужчине – "оружием своим".

В период нашествий родился  новый, особый тип воина. На протяжении раннего средневековья его социальные, юридические и военные черты  становились все более определенно  выраженными. Постепенно он приобрел такие  этико-социологические характеристики, которые и по сей день остаются важными для европейской культуры. Появился подлинный рыцарь. Христианская церковь торжественно благословила оружие, священным ореолом окружила воина. Блаженный Августин утверждал, что война и ратный труд священны, а молитва – военное действие. Разумеется, согласно Августину, конечная цель всякого "воинствования" –  это мир: "Мира не ищут для того, чтобы творить войну, но творят войну  для того, чтобы добиться мира". Так Августин определял подлинную  миссию христианского воина –  поиск мира и наряду с ним справедливости, без которой никакой истинный мир вообще немыслим. Воин-христианин должен стремиться к подлинному миру, бороться за него с оружием в руках, так как главное его предназначение – восстановление попранной справедливости.

Средневековое рыцарство  на протяжении всей своей истории, особенно в ключевые столетия – XI-XII, несет  на себе печать стремления к идеалу – "воину христову" –и одновременно подвергается испытанию соблазнами мирской славы и мирского великолепия. Отсюда противоречивость рыцарства  и причина его духовного упадка на закате средневековья.

В бурные годы нашествий  викингов и сарацин подходит к  концу действие древнего германского  принципа, по которому каждый свободный  человек имеет право носить оружие. Только тот, кто располагает имуществом и в состоянии позаботиться самостоятельно о своей вооруженной защите и, таким образом, внести непосредственный вклад в оборону общества, может  всерьез называть себя свободным  человеком. В представлении франкской  аристократии зависимое состояние  отождествлялось с трусостью  и подлостью. Всякий безоружный считался трусом. Неважно, что отсутствие у  того или иного человека оружия было вызвано социально-экономическими причинами, а отнюдь не его моральными или физическими качествами. Человек  без оружия – зависимый раб. сформировался  некий кодекс "классовых" ценностей, хотя в данном случае речь идет о  классах не столько в социальном, сколько в юридическом смысле, об их образе жизни.

Тем временем продолжалось возвышение как тех, кто был достаточно богат, чтобы вооружиться, так и  тех, кто вопреки своему зависимому или, во всяком случае, весьма низкому  социальному положению получал  от своих господ необходимые для  приобретения оружия средства благодаря  каким-то своим личным достоинствам – физической силе либо особым талантам, раскрывшимся при благоприятном  стечении обстоятельств. Возвышались  также члены господской свиты, входившие  в состав комитата или отряда телохранителей сеньора. Они привнесли в феодальную и рыцарскую эпоху дух германской военной дружины.

Изменения тактико-стратегической обстановки на Западе в связи с  распространением лобовой атаки  и необходимость сочетать утяжеление веса вооружения с маневренностью конницы  привели к тому, что вооружиться  – это прежде всего значило  добыть себе боевого коня и обеспечить его содержание. По этой причине  потерять благосклонность господина  или имущество означало для воина  деградировать до уровня безоружного  крестьянина. В то же время способные  и удачливые крестьяне могли  рассчитывать на возвышение до ранга  воина. В отличие от древнегерманского  деления общества на свободных и  рабов феодальное деление на воинов и крестьян обеспечило на рубеже XI-XII вв. усиление социальной мобильности, санкционировав при этом превосходство  узкого слоя военных над остальной  массой крестьянства. Церковь в Х-XII вв. установила специальные каноны для регулирования деятельности класса воинов, поскольку их воинственность грозила ей самой: были случаи захватов церковных земель рыцарями – потомками  тех, кто подарил церкви эти земли. Обоснование церковных иерархов, что в ношении оружия нет ничего дурного, наложение ответственности  на королей за поддержание мира, объявлялось угодной Богу общественной иерархией. Она подразумевала существование  трех сословий: люди земледелия, молитвы  и войны.

Идеологические направления  церковной политики сближались и  сошлись в одной точке –  на уровне рыцарства. В основе своей  они были связаны с защитой  слабых: бедных, женщин и сирот. Эти  обязанности перечислялись епископами королям во время коронаций на особом моменте посвящения – когда  епископ передавал монарху меч, символ власти в своем королевстве. Меч стал символом такой идеологии: он означал миссию правосудия, защиты христианства, хранителя гражданского мира.

Произошедшее ослабление королевской власти принудило перенести  воздействие идеологических установлений на князей, а затем и на мелких властителей – рыцарей, которые  были способны разорять земли и вести  войну. Им было обозначено значительное место в идиллической симфонии устройства мира – люди войны. Война – для  воинов! Им были установлены правила  – грабить и воровать нельзя, а добыть в честном бою –  можно, безоружных убивать нельзя –  а церковники в те времена как  раз подпадали под категорию  безоружных, крестьян и женщин, не умеющих  обращаться с настоящим оружием, тоже нельзя убивать.

Рыцарская идея норовила внедриться даже в сферу метафизического. Бранный  подвиг архангела Михаила прославляется  как «деяние воинской и рыцарской  доблести». Понятие рыцарства образовывало для воинов совокупность общих идей, с помощью которых они объясняли  себе все, что касалось политики и  истории. Говоря о системе рыцарских  идей как о благородной игре по правилам чести и в согласии с  требованиями добродетели, возможно, определить связь между рыцарством и эволюцией  международного права. Хотя истоки последнего лежат в античности и в каноническом праве, рыцарство было тем ферментом, который способствовал развитию законов ведения войн. Понятие  международного права было предварено и подготовлено рыцарским идеалом  прекрасной жизни согласно требованиям  закона и чести.

Мир, управляемый рыцарством, сколь поверхностным и ошибочным  он бы ни был, яснее всего отвечал  мирскому духу средневековья в области  идей политических. Традиции рыцарства  действительно повлияли на ход политических событий. Битва при Пуатье была проиграна  Иоанном Добрым вследствие опрометчивости и рыцарского упрямства, проявленных  им в сравнении с тактикой уступающего  по численности английского войска.  

После бегства своего сына, который был взят в заложники, король, верный требованиям чести, отправился в Англию, подвергнув свою страну всем опасностям смены правления. Отделение  Бургундии, какие бы политические расчеты  ни стояли за этим, было в первую очередь  продиктовано рыцарскими мотивами, перед  лицом которых государственные  соображения сводились к нулю, – таково было вознаграждение юного  Филиппа за отвагу, выказанную им в  битве при Пуатье. Ричард II Английский предлагал вместе со своими дядьями, герцогами Ланкастером, Йорком и  Глостером, с одной стороны, сразиться  с королем Франции Карлом VI и  его дядьями, герцогами Анжуйским, Бургундским и Беррийским, с другой. Генрих V Английский послал вызов дофину перед началом битвы при Азенкуре. За несколько дней до битвы при  Азенкуре король Англии, продвигаясь  навстречу французской армии, в  вечернее время миновал по ошибке деревню, которую его квартирьеры  определили ему для ночлега. У  него было время вернуться, он так  бы и сделал, если бы при этом не были затронуты вопросы чести. Король, "как тот, кто более всего  соблюдал церемонии достохвальной  чести", как раз только что издал  ордонанс, согласно которому рыцари, отправляющиеся на разведку, должны были снимать свои доспехи, ибо честь не позволяла  рыцарю двигаться вспять, если он был  в боевом снаряжении.

Так что, будучи облачен в  свои боевые доспехи, король уже не мог вернуться в означенную деревню. Он провел ночь там, где она застала  его, распорядившись лишь выдвинуть  караулы и невзирая на опасность, с которой он мог бы столкнуться.

Основное значение рыцарской  идеологии на развитие цивилизации  должно рассматриваться с признанием главенствующей роли рыцарства в  вопросах чести и гордости, усваивающих  черты высокой этической ценности, рыцарское высокомерие, готовящее  путь милосердию и праву. Как писал  Тэн, "в людях среднего и низшего  состояния главенствующий мотив  поведения – собственные интересы. У аристократии главная движущая сила – гордость. Но среди глубоких человеческих чувств нет более подходящего  для превращения в честность, патриотизм и совесть, ибо гордый человек нуждается в самоуважении, и, чтобы его обрести, он старается  его заслужить". Вот отрывок, в  котором идеология меча, верности и отваги нашла простое выражение: "На войне любишь так крепко. Если видишь добрую схватку и повсюду  льется родная кровь, сможешь ли ты удержаться от слез! Сладостным чувством самоотверженности и жалости  наполняется сердце, когда видишь друга, доблестно подставившего  оружию свое тело, дабы свершить и исполнить  заповеди Создателя. И ты готов пойти  с ним на смерть - или остаться жить и из любви к нему не покидать его никогда. И ведомо тебе такое  чувство восторга, какое сего не познавший передать не может никакими словами. И вы полагаете, что так  поступающий боится смерти? Нисколько; ведь обретает он такую силу и окрыленность, что более не ведает, где он находится. Поистине, тогда он не знает страха".

2. ФЕНОМЕН РЫЦАРСТВА

Германцы не потакают себе ни в чем, поэтому для них нет  ничего позорнее и трусливее, как  пользоваться седлом''. В результате варварских завоеваний на территории Западной Римской империи образовались десятки варварских королевств. Вестготы в 419 г. основали в Южной Галлии королевство  с центром в Тулузе. В конце V - начале VI века Вестготское королевство  распространилось на Пиренеи и в  Испанию. Столица его была перенесена в город Толедо. В начале V в. свевы  и вандалы вторглись на Пиренейский  полуостров. Свевы захватили северо- запад, вандалы некоторое время  жили на юге - в современной Андалузии (первоначально называлась Вандалусия), а затем основали королевство  в Северной Африке со столицей на месте  древнего Карфагена. В середине Vв. на юго-востоке современной Франции  образовалось Бургунское королевство  с центром в г.Лионе. В Северной Галлии в 486 г. возникло королевство  франков. Его столица находилась в Париже. В 493 г. остготы захватили  Италию. Их король Теодорих царствовал более 30 лет в качестве "короля готов и италиков".

Столицей государства  был город Равенна. После смерти Теодориха остготскую Италию завоевала  Византия (555 г.), но ее господство было непродолжительным. В 568 г. Северную Италию захватили лангобарды. Столицей нового государства стал город Павия. На территории Британии к концу VI в. образовалось семь варварских королевств. Созданные  германскими племенами государства  непрерывно воевали между собой, их границы были непостоянны, а существование  большинства из них недолговечно. Во всех варварских королевствах германцы составляли меньшинство населения. (от 2-3% в остготской Италии и вестготской  Испании до 20-30% в государстве  франков). Поскольку в результате удачных завоевательных походов  франки расселились впоследствии на значительной части территории бывшей Западной Римской империи, доля германских народов в среднем несколько  увеличилась, но концентрация франков  в Северной Галлии сократилась. Отсюда следует, что история средневековой  Западной Европы - это история по преимуществу тех же самых народов, что населяли ее в эпоху античности. Однако общественный и государственный  строй на завоеванных территориях  существенно изменился. В V-VI вв. в  пределах варварских королевств сосуществовали германские и позднеримские институты. Во всех государствах была проведена  конфискация земель римской знати - в больших или меньших масштабах. В среднем, перераспределение собственности  затронуло от 1/3 до 2/3 земель. Крупные  земельные владения раздавались  королями своим дружинникам, которые  тут же переводили оставшихся в римских  виллах рабов в положение зависимых  крестьян, уравнивая их с колонами. Мелкие наделы получали рядовые германцы- общинники. Первоначально община сохраняла  собственность на землю. Таким образом, на территории варварских королевств сосуществовали крупные вотчины  новых германских землевладельцев, в которых работали превратившиеся в крепостных крестьян бывшие римские  колоны и рабы ( по происхождению - часто  коренные жители этих мест, обращенные в свое время в рабство за долги, так как отмененное в Риме долговое рабство сохранялось в провинциях), римские виллы, где прежние землевладельцы продолжали вести хозяйство позднеримскими методами, и поселения свободных  крестьянских общин, как германские, так и общин коренного населения.

Поэтому церковь вскоре стала  крупным землевладельцем: она владела  одной третью всех обрабатываемых земель Западной Европы. Занимаясь ростовщическими  операциями и ведя хозяйство в  принадлежащих ей владениях, католическая церковь представляла собой реальную экономическую силу, что было одной  из причин ее могущества. Долгое время  церкви принадлежала монополия в  области образования и культуры. В монастырях сохранялись и переписывались античные рукописи, комментировались применительно к потребностям теологии античные философы, прежде всего, кумир  средних веков Аристотель. Школы  первоначально имелись только при  монастырях, средневековые университеты были, как правило, связаны с церковью. Монополия католической церкви в  области культуры приводила к  тому, что вся средневековая культура носила религиозный характер, а все  науки были подчинены теологии и  пропитаны ею.

Церковь выступала проповедником  христианской морали, стремясь привить  христианские нормы поведения всему  обществу. Она выступала против бесконечных  усобиц, призывала воюющие стороны  не обижать мирное население и  соблюдать некоторые правила  по отношению друг к другу. Духовенство  заботилось о стариках, больных и  сиротах. Все это поддерживало авторитет  церкви в глазах населения. Экономическая  мощь, монополия на образованность, моральный авторитет, разветвленная  иерархическая структура способствовали тому, что католическая церковь стремилась играть в обществе руководящую роль, поставить себя выше светской власти. Весь XI век был заполнен разбойничьими  предприятиями феодальных дружин. В  каком бы месте ни возникала война, всегда находилось множество охотников  принять в ней участие в  надежде на добычу. Все эти движения не могли не привлечь к себе внимание церкви, озабоченной положением феодальных землевладельцев и опасаясь за свои обширные земельные владения. Нужно  было предпринимать какие-то меры. Чтобы  направить воинственный пыл рыцарства  в нужное направление, иерархи католической церкви всячески способствовали и поощряли активные действия со стороны рыцарства  в отношении иноверцев.

В XI веке наиболее опасным  для западного мира считались  владения арабов на Пиренейском полуострове. Борьба за освобождение Испании - Реконкиста - стала благоприятной возможностью направить рыцарское движение в  нужное русло в интересах церкви и феодалов. Чтобы усилить воинственный пыл рыцарства римская курия  постаралась окружить участников испанских  походов ореолом мученичества за веру. Папа Александр II, благословивший поход 1063-1064 годов, объявил об отпущении  грехов каждому, кто ''пойдет сражаться  за дело креста''. Вся феодальная система  облачалась в религиозную оболочку. В духовном плане человек, рядившийся в одеяния защитника своего народа и во имя его спасения готовый  даже пролить свою кровь, символически как бы повторял путь Христа; землепашец в эпоху, когда физический труд воспринимался  по-библейски как наказание за первородный грех, становится символом падшего греховного и проклятого человечества. Позже к Реконкисте прибавится более грандиозная задача - освобождение Иерусалима. История  рыцарства насчитывает восемь крестовых  походов. Крестовые походы способствовали становлению идей, обычаев, морали рыцарства.

Если войны нет - он отправляется дальше, вызывая первого встречного всадника, чтобы установить иерархию,. место в которой зависит от количества и качества побежденных  рыцарей. Рыцарь не может спокойно слушать  о чужих успехах. Один из героев баллад Марии Французской должен был  помериться силами с неизвестным  соперником, весть о славе которого дошла до него, ибо - как он говорит - зависть грызет его сердце. Поединки рыцарей с закрытыми лицами служат в куртуазных романах темой трагических  историй, в которых рыцарь, подняв забрало поверженного противника убеждается, что убил близкого родственника или  друга (обычай закрывать лицо забралом объясняется, по мнению Монтескьё, тем, что получить удар в лицо считалось  особенно позорно: ударить в лицо можно было только человека низкого  звания). При такой постоянной заботе о своем боевом престиже понятно, что от рыцаря требуется мужество. Недостаток мужества - самое тяжкое обвинение. Боязнь быть заподозренным  в трусости вела к нарушению элементарных правил военной стратегии, что зачастую приводила к гибели рыцаря и его  дружины. Короли в средневековых  поэмах изображались обычно не слишком  героическими, даже если речь шла о  таких фигурах, как Карл Великий  или король Артур. Обычно король искал  опоры в каком-нибудь благородном  рыцаре, что возвышало достоинство  этого рыцаря.

В 1020 году епископ Фюльбер  из Шартра изложил обязанности рыцаря по отношению к своему сюзерену в  шести пунктах. Присягнувший на верность был обязан не допускать причинения какого-либо ущерба телу сюзерена, его  достоянию, чести. его интересам, не ограничивать его свободу и дееспособность. Кроме этого, вассал обязан был верно  служить своему господину советами. В Cou sue udi es Feudorum (свод ломбардского феодального  права XII- XIII вв.) рассматриваются многочисленные примеры вероломства рыцаря по отношению  к сюзерену (felo ia), которые значительно  расширяют перечень обязанностей вассала. Необходимость законодательству того времени уделять много внимания подобным деяниям говорит о том, что вассальная присяга не могла  держаться только на одних словах и рыцари часто нарушали данное ими  слово. Неустанное соперничество не нарушало солидарности элиты как  таковой, солидарности, распространявшейся и на врагов, принадлежащих к элите. Из литературных источников можно узнать, как принимали англичане врагов, побежденных ими в битвах при  Креси и Пуатье, о совместных пирушках и состязаниях. Когда англичан в 1389 году преследует дизентерия и голод, они идут лечиться к французам, после  чего возвращаются и сражение возобновляется.

 Примером солидарности  феодалов - рыцарей может служить  история подавления крупнейшего  крестьянского восстания во Франции  - Жакерии (1358 - 1359 годы); при этом  французские и английские рыцари  объединились под знаменами наваррского  короля Карла Злого, не смотря  на Столетнюю войну, и обратили  свое оружие против восставших  крестьян. В одной из легенд  простой воин хвалился, что убил  благородного рыцаря из вражеского  войска; его благородный командир  велит повесить гордеца. Рыцарь  должен был хранить безусловную  верность своим обязательствам  по отношению к равным себе.

3.РИТУАЛЫ ПОСВЯЩЕНИЕ В  РЫЦАРИ

Рыцарство с течением времени  благодаря своей храбрости, великодушию  и честности приобретало все  более и более значения; но в  силу этого и посвящение в рыцарское  звание становилось все более  и более затруднительным. Только родовой дворянин по отцу и матери, достигший 21-го года, мог быть посвящен в рыцари. Необходимо было, чтобы  человек, добивавшийся рыцарского звания, был приготовлен к этому с  самых юных лет тщательным и хорошим  воспитанием; он должен был быть настолько  силен и крепок, чтобы выносить без вреда для своего здоровья все трудности воинской жизни; кроме  того, от него требовалось основательное  изучение всех обязанностей воина. Желавший получить рыцарское звание должен был  сначала на низших степенях воинского  звания доказать свое мужество, великодушие, честность и доблесть и проявить себя достойным такого высокого звания, такой великой чести. Обыкновенно  сыновья рыцарей и родовых  дворян начинали свою службу с пажей. Когда ребенок достигал десятилетнего  возраста, его отсылали на воспитание, по заведенному обычаю, к главнейшим рыцарям, с которыми его родители состояли в родстве или в дружбе. Советы и пример таких рыцарей  составляли истинное и окончательное  воспитание, называвшееся bo e ourri ure (хорошее  воспитание).

 Всякий рыцарь считал  для себя большой честью, если  какой-либо отец поручал ему  довершать воспитание своего  сына. Дослужившись до должности  оруженосца и находясь в этом  звании уже несколько лет, отличившись  хорошим поведением, скромностью,  мужеством и храбростью, молодой  человек начинал домогаться рыцарского  звания и просил о нем навести  справки; тогда государь или  грансеньор, к которому обращались  с просьбой, уверясь в храбрости  и других доблестях молодого  оруженосца, назначал день посвящения. Для этого обряда обыкновенно  избирались кануны каких-нибудь  торжеств, например, объявления мира  или перемирия, коронования королей,  рождения, крещения или брака  принцев, больших церковных праздников (Рождества, Пасхи, Вознесения), и  преимущественно канун Пятидесятницы. 

Такой оруженосец, или новик ( ovice), несколько дней приготовлялся  к посвящению в рыцари; он соблюдал строгий пост и раскаивался в  своих грехах. После исповеди и  приобщения Святых Тайн новика облекали в белую, как снег, льняную одежду как символ непорочности, необходимой  в рыцарском звании, отчего и произошло  слово кандидат (ca dida us от ca didus - белый).

 Кандидат, или новик,  отправлялся в этом одеянии  в церковь, где должен был  провести всю ночь и молиться. На рассвете приходили за новиком  старые рыцари, его восприемники, то есть избранные предстоять  с ним во время посвящения; затем они вели его в баню, которая из уважения к рыцарству  была приготовлена великим камергером. После этого сопровождавшие новика  рыцари надевали ему на шею  перевязь с мечом, укладывали  его в постель и покрывали  простым белым полотном, а иногда  и черным сукном в знак того, что он прощался со сквернами  мира сего и вступал в другую, новую жизнь.

4. ТРАДИЦИИ РЫЦАРСКИХ  ТУРНИРОВ

И после посвящения в рыцари повседневная жизнь воина представляла собой непрерывный тренинг физических и воинских достоинств. Охота и  турнир являлись своеобразными культурными  субститутами сражений, способствовавшими  приращению соответствующих навыков  и самоутверждению рыцаря в собственных  глазах и глазах окружающих. Сражение с раненным вепрем или медведем было столь же опасным, как и единоборство с вооруженным врагом. Кроме того, преследование диких зверей развивало  искусство верховой езды, необходимое  рыцарю.

Турниры также способствовали совершенствованию воинского искусства  рыцаря, не говоря уже о том, что  создавали благоприятную возможность  блеснуть личной отвагой, быть замеченными  и помимо всего прочего добиться материального вознаграждения, подтверждающего  рыцарскую доблесть. Изначально это  были полувоенные поединки. В них  четко прослеживались основные цели такого состязания: самоутверждение  воина и захват добычи. Схватка  велась, как правило, оружием, не отличавшимся от боевого, причем допускались практически  любые виды вооружения, вплоть до луков  и арбалетов. Господствовала массовая схватка. Побежденный лишался всего  вооружения и коня в пользу победителя. Нередко побежденный на турнире  становился пленником своего удачливого соперника и, как в условиях настоящей  феодальной войны, обязан был заплатить  выкуп.