"Шведский социализм": история и современность социальной политики в Скандинавии
ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО
ПО ОБРАЗОВАНИЮ
Государственное образовательное учреждение высшего
профессионального образования
«Нижегородский государственный университет
им. Н.И.
Лобачевского»
Факультет социальных наук
Кафедра
общей социологии и социальной работы
КУРСОВАЯ РАБОТА
студента 4 курса дневного отделения направления
социальная работа- 040100
Посаженникова Евгения Андреевича
"Шведский
социализм": история
и современность
социальной политики
в Скандинавии
Научный руководитель
д.соц.н., профессор
кафедры общей социологии и
социальной
работы Сизова И.Л.
НИЖНИЙ НОВГОРОД
2011
ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение…………………………………………………………
Глава 1. «Шведская модель социализма» ………………………………………5
Глава 2. История «шведского социализма»……………………………………11
Глава 3. Современный этап «шведского социализма»………………………..15
Заключение……………………………………………………
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ……………………………..19
Введение
В настоящее время Россия находится на пути глобальных политических преобразований. Взят курс на рыночные реформы, но модели экономических систем стран капиталистического мира разнообразны и многолики, и России необходимо выбрать определенный путь развития. Многие считают, что российским политикам, стоящим у руля экономических и социальных реформ, следует обратить внимание на некоторые особенности шведской модели управления государством, которую по праву можно назвать "социализмом в условиях рыночной экономики".
У многих из нас, когда речь заходит о Швеции, в голове возникают умиротворенные картинки буржуазного рая, где в стране доминирует забота государства над гражданами и предоставляет социальные гарантии по всем направлениям. С этим не поспоришь, но зачастую люди не обращают внимания на обратную сторону этой “медали».
Объектом изучения курсовой работы является «шведская модель социализма».
Предмет данной работы – история и современность социальной политики в Скандинавии.
Целью работы является раскрытие сущности «шведской модели социализма», приоритетов экономического и социального развития, истории возникновения и становления «шведского социализма», его современный этап, а также перспективы развития Швеции в будущем.
Задачи курсовой работы:
- рассмотрение исторического развития «шведского социализма»;
- изучение дальнейших перспектив его развития.
Рассмотрение этих задач поможет показать, есть ли сейчас в России те условия, которые способствовали появлению «шведского чуда», к чему ведёт «шведский социализм» и насколько долго может просуществовать такая модель управления в стране.
Для исследования проблемы, был, использовал широкий спектр источников и литературы и, материалы периодической печати, публикации по данному вопросу.
Глава 1. «Шведская модель социализма»
«Шведским социализмом» называют сочетание социального государства и капиталистической экономики. Шведская модель (в оригинальных терминах — «Народный Дом», Folkhem) исходит из того положения, что рыночная экономика наиболее эффективна, поэтому государство придерживается невмешательства в собственно производственную деятельность предприятий и компаний; а негативные социальные издержки рынка — в частности, безработицу и сильное неравенство — можно побороть при помощи активной деятельности государства на рынке труда, перераспределения части прибыли через налогообложение и использование госсектора, преимущественно включающего в себя инфраструктурные элементы и коллективные денежные фонды (а не предприятия).
Шведские социал-демократы, почти беспеременно находившиеся у власти с 1932 года, предпочли договориться с миром капитала или, говоря словами премьер-министра Швеции Пера Альбина Ханссона, не забивать "корову капитализма", а доить ее на благо всего народа. Именно крупные частные компании и составляют экономическую основу шведского социализма. Впрочем, с той же долей преувеличения можно говорить и о существовании в Швеции народного капитализма. В этой скандинавской стране с населением около 9 миллионов человек зарегистрировано сегодня около 700 тысяч компаний, причем две трети из них состоят из одного человека. Кроме того, по статистике, 8 из 10 шведов владеют акционерным капиталом, что и вовсе является своеобразным мировым рекордом. Однако за желание быть капиталистом шведам приходится платить высокую цену - в Швеции со всех доходов, полученных по акционерному капиталу или, скажем, банковскому вкладу, взимается 30-процентный налог. Помимо него существуют также налоги на недвижимость, собственность, наследство, дарение и личный транспорт.
Понятно, что чем больше у тебя капитала, тем больше твой взнос в общественную копилку. В принципе так обстоит дело и во многих других странах. Специфической особенностью Шведского Королевства является, пожалуй, то, что высокие налоги платят здесь не только богатые (для них установлена прогрессивная шкала налогообложения), но и все остальные жители страны. Ставка местного подоходного налога в зависимости от муниципалитета составляет от 32 до 35%. 1
Самое удивительное, что опросы общественного мнения свидетельствуют: большинство шведов по-прежнему готово делиться с государством третьей частью своего дохода. Возможно, причину столь редкостного единодушия стоит искать в складывавшихся на протяжении веков партнерских отношениях между государством и обществом. У шведов просто никогда не было особого повода не доверять своему государству. Деньги налогоплательщика - понятие в Швеции почти святое, и контроль за расходованием этих средств весьма серьезный. Представить себе, чтобы они были потрачены на строительство частного коттеджа, покупку шикарного автомобиля или путешествие на Багамы, просто невозможно. Чтобы лишиться высокого поста, в шведском королевстве достаточно совершить куда более мелкие прегрешения, например, расплатиться служебной кредитной карточкой за званый ужин, поездку на такси или коммунальные услуги.
Деньги налогоплательщиков в Швеции идут, прежде всего, на содержание системы социальной защиты, заботливо опекающей каждого жителя этой страны с момента его рождения. Бесплатное образование, в том числе для взрослых, субсидируемое региональными властями медицинское обслуживание, страхование от безработицы, оплачиваемый отпуск в случае рождения или болезни ребенка, пособие на оплату жилья, пенсия, достигающая 70-75% зарплаты, - вот далеко не полный перечень гарантий, предоставляемых шведскому населению. При этом все жители "шведского дома", независимо от уровня своего дохода, имеют доступ к равному набору одинаковых по качеству социальных услуг. Элитарные больницы или школы в Швеции - явление, до сей поры неизвестное.
Главным признаком «шведского социализма» является полная социальная защищённость населения. Некоторые представления о благосостоянии и социальной защищенности шведов могут дать следующие цифры (даются по состоянию на 2005 год). Средняя зарплата в Швеции составляет 16–20 тысяч крон (от 62 до 78 тысяч российских рублей). Средняя пенсия – около 17 тысяч крон в месяц. Пособие по безработице составляет не менее 240 крон в день и выплачивается от 300 до 450 дней после потери работы. В реальности к базовому пособию добавляется и страховое – до 548 крон в день. Пособие на ребенка составляет не меньше 950 крон в день на одного ребенка, предусмотрены льготы за коммунальные услуги семьям, имеющим детей. Кроме пособия на ребенка родители получают от государства своеобразную оплату по уходу за ребенком – до 80% от постоянного дохода в течение первого года, затем – минимальную оплату и единовременную выплату за рождение ребенка. Государство оплачивает от 30% расходов на медицинские услуги всем гражданам. Образование в Швеции бесплатное, в том числе и высшее.
В итоге около 30% ВВП шведское государство тратит на социальные расходы. Основной источник – налоги с доходов бизнеса. В Швеции обеспечена практически полная занятость населения. Ни в одной стране мира нет и не было ничего подобного.2
Еще одна характерная черта шведского социализма - выравнивание доходов между различными группами населения. Результатом этой политики является наименьшая в мире разница в зарплатах между различными профессиями. Так, если уборщица без образования получает в Швеции около $1700 в месяц, то дипломированный руководитель отдела продаж в крупной компании - $5100, что меньше, чем во многих других западноевропейских странах. И уж совсем незначительна в Швеции разница в зарплатах между представителями одной и той же профессии. Принцип "равная оплата за равный труд" зачастую оборачивается уравниловкой.
Ряд исследователей действительно усматривает в развитом «социальном государстве» признаки реализации социалистической идеи общественной собственности, осуществляемой за счёт перераспределения доходов через систему налогообложения и специальные фонды.
На практике, однако, эта модель постоянно подвергается жёсткой критике как «справа», так и «слева».
Критики «справа» (неолибералы) отмечают, что в сущности такая система осуществляет «скрытую экспроприацию», при которой имущие вынуждены платить за неимущих, и является тупиковой. Отмечается, что «конфискационное налогообложение» душит экономику и уже привело к прекращению экономического роста, а «государство всеобщего благоденствия» приводит лишь к массовому иждивенчеству и апатии населения, большая часть которого живёт преимущественно на государственные дотации и не имеет никакого стимула к деятельности.3
С
противоположной стороны, от более
радикальных социалистов и
Менее радикальные критики «слева» отмечают, что, в отличие от государств бывшего «Восточного блока» и в том числе СССР, в Швеции госсектор отнюдь не состоит из предприятий, создающих прибавочный продукт. При этом расходы на социальное обеспечение в ВВП Швеции составляют более 40 %. Извлекаются необходимые для этого средства путём налогообложения, причём основным его объектом является не крупный корпоративный бизнес, а наёмные рабочие и мелкие предприниматели. Таким образом выходит, что в виде «социальных выплат» им возвращается часть ими же и созданной стоимости, ранее у них же изъятой. Максимальная ставка налога на средний доход рабочего составляет — 50-65 %, служащего — до 80 %.5 Вывод делается следующий:
Социальные,
или как их именуют социал-демократы
«умеренно социалистические»
Американский социолог и экономист Дж. Бьюкенен вполне законно называет подобный тип социально-политического устройства «государством трансфера»: «Государство трансфера» всего лишь взимает налоги с индивидов и групп, находящихся в его юрисдикции, и переводит [англ. transfers] эти средства в виде выплат наличными другим индивидам и группам данного политического сообщества.6
Лишена такая «перераспределительная» социальная система, стоящая на ориентированном на получение прибыли любой ценой (то есть, имеющим с ней строго противоположные цели) рыночно-капиталистическом базисе, и большинства характерных (как практически, так и потенциально) для плановой экономики преимуществ — в частности, рационального, планомерного и научно обоснованного развития производительных сил общества как единого народохозяйственного организма.
Критики справа, в свою очередь, также отмечают и такие свойственные этой системе проблемы, как огромный рост бюрократизации, сильнейшая идеологизация и даже постепенный дрейф к «неототалитаризму», характерные для бесплатной медицины длинные очереди и так далее.
Глава 2. История «шведского социализма»
Шведская модель сформировалась не так уж давно. Еще в начале ХХ века Швеция была экономически одной из самых отсталых стран Европы. Материальное положение шведов было настолько тяжелым, что четверть тогдашнего населения (1,2 миллиона человек) эмигрировала, в основном в США, в поисках лучшей доли. В начале века в стране происходит промышленный бум, в связи с открытием месторождений железной руды и цинка развивается индустрия, но даже к 1913 году половина работоспособного населения была занята в аграрном секторе.
В 1914 году началась Первая мировая война. Очень скоро после ее начала выяснилось, что у всех воюющих стран есть две тяжелейшие хозяйственные проблемы: нехватка многих видов сырья и нехватка (из-за постоянных мобилизаций) рабочих рук, а нейтральная Швеция вполне способна частично восполнить эти нехватки. Вот главные богатства этой страны, остро понадобившиеся участникам войны: древесина и всевозможные изделия из нее, единственное в Западной Европе месторождение высококачественной железной руды, цинк, нитрит и другие полезные ископаемые, наконец, не затронутая мобилизациями квалифицированная рабочая сила и сравнительно развитая промышленность, которая в состоянии при наличии спроса производить разнообразные изделия, в том числе весьма сложные (подшипники, приборы и т.п.). И все это буквально по соседству с обоими враждующими блоками.
Огромные военные заказы подняли шведскую экономику на небывалую высоту. Еще недавно нищая страна уверенно вышла в мировые лидеры по производству на душу населения. За счет колоссальных барышей, полученных с военных заказов, уже во время войны и в послевоенные годы значительно вырос жизненный уровень населения и началось введение различных социальных гарантий. Одновременно Швеция всячески подчеркивала свой нейтралитет. В стране даже образовался так называемый «единый национальный блок» под лозунгом «защиты нейтралитета Швеции», в который вошли все политические партии, включая социал-демократов.7
В эти же годы Швеция вступила на путь индустриализации. Экономика была освобождена от пут государственного регулирования, налоги снижены, тарифы упразднены. Были приняты законы о поощрении свободного предпринимательства, введена система защиты патентных прав. Благодаря всем этим мерам в период 1890-1950 гг. Швеция занимала первое место в мире по темпам экономического развития.
Промышленное развитие бурно идет после Первой мировой войны, но ему мешают кризисы 20-х и особенно 30-х годов, которые к тому же накаляют отношения между трудом и капиталом. В 1932 году к власти в Швеции приходят социал-демократы, которые взяли курс на государство всеобщего благосостояния – «Народный дом». Отказавшись от программы национализации экономики и перехода к плану, что встретило мощный отпор у капиталистов, социал-демократы пошли по пути перераспределения доходов крупного бизнеса в социальную сферу при помощи прогрессивного налога. Постепенно была создана беспрецедентно высокая ставка налогообложения (на сегодняшний день крупные бизнесмены платят около 80% от дохода), и тем самым была заложена база шведского «социального государства».
Следует
учесть, что немалую роль в экономическом
процветании Швеции сыграли объективные
обстоятельства. Она вышла из Второй
мировой войны практически
Начало «шведского чуда» связывают с 1950-ми годами, когда заработали первые законы, открывшие эпоху «государства всеобщего благосостояния». С этого времени Швеция с гордостью несет имя страны, где отлажены самые эффективные механизмы социальных гарантий.
На протяжении последующих десятилетий налоги и государственные расходы быстро росли и к середине 90-х годов достигли пика: налоги перевалили за 50% ВВП и достигли наивысшего уровня в Западной Европе, а государственные расходы поглощали до 66% ВВП.
Повышение налогов и государственных расходов сопровождалось ужесточением государственного контроля над экономикой, проектами “социальной инженерии” и попытками государственного планирования. Как и следовало ожидать, рост государственных расходов и регулирования привел к упадку самодеятельности населения в связи с его растущей зависимостью от государства. Жесткое трудовое законодательство вызвало застой на рынке труда.9
Сверхприбыли капиталистов крупнейших предприятий Швеции привели к значительному накоплению капитала в банках. Пользуясь стихией финансового рынка, банки в свою очередь получили возможность и стали выделять неограниченное количество денег на различные рискованные коммерческие операции. Больше всего шведские банки стали вкладывать средства в спекуляцию недвижимостью на европейском рынке — в Лондоне, Париже и так далее. В 1989-1990 годах были вообще отменены какие-либо ограничения на спекуляцию. До 10% валового национального продукта ежегодно вывозится из страны. В Европе шведские инвестиции были вдвое выше японских и американских, вместе взятых.10 В этот период “шведский рай” достиг своего невиданного расцвета. Средства массовой информации взахлеб трубили тогда о вечном буржуазном “рае” для всех при достижении определенной гармонии в развитии капитализма. Именно тогда получил широкое распространение миф о “шведской модели социализма” без классовой борьбы угнетенных, без революционных потрясений, без насильственной экспроприации буржуазии. Однако этот миф просуществовал недолго.
Глава 3. Современный этап «шведского социализма»
В 1990-х и особенно в 2000-х в самой Швеции начинается кризис «шведского социализма».
«К 1990 году начался развал рынка недвижимости в Европе и затем наступил банковский крах в Швеции. Цены резко поползли вверх, а надежность шведских банков стала стремительно падать. Множество банков, среди них был даже государственный банк “Норд-банкен”, стали нести огромные убытки и им грозил крах. В этой критической ситуации на помощь шведским банкам пришло государство. На государственном уровне была создана специальная “банковская неотложная помощь”, которая, используя налоговые бюджетные поступления, стала спасать банки от разорения. В общей сложности на спасение банковских финансовых спекулянтов из государственного бюджета было потрачено более 100 миллиардов крон».11
К власти приходят «правые» – выразители интересов «крупного капитала», демагогически играя на недовольстве шведов высокими налогами (к положительным сторонам налогового бремени шведы привыкли и воспринимают уже имеющиеся блага как должное, а отрицательные стороны все больше их раздражают, особенно молодежь, которая не помнит, как жилось до 1950-х гг.). Конечно, правые не решаются начать радикальные неолиберальные реформы, о чем капитал давно мечтает. Но под разговоры о том, что большое налоговое бремя тормозит развитие экономики и что солидные социальные выплаты инициируют падение производительности труда и рост безработицы, правые организуют медленное наступление на социальные гарантии. Производится сокращение пособий, пенсионная реформа, вносятся соответствующие изменения в трудовое законодательство. После этих реформ, например, государство уже не оплачивает первые три дня болезни, а оплата последующих снижена до 75% от зарплаты (тогда как ранее была практически 100-процентная оплата всего больничного). Размер пенсий снижен с 65 до 55% от уровня прежней зарплаты. Квартплата и плата за коммунальные услуги возросла до 40% от среднестатистического дохода, льготы инвалидов, безработных в этой области сокращены до минимума. Доходы рабочих падают, зато растут сверхприбыли капиталистов. Работодатели получили законное право периодически вводить 10-часовой рабочий день без оплаты сверхурочных. Число безработных неуклонно приближается к 1 000 000 человек, и это в стране, где менее 9 000 000 населения.12
Особой проблемой для славящейся своим здоровым образом жизни Швеции стал постоянный рост болеющих граждан и "досрочных" пенсионеров. Денег на всех больных катастрофически не хватает. Поэтому в бюджете на следующий год правительство заложило сокращение пособий по болезни. Предпринимателям, в свою очередь, предлагается взять на себя оплату трех недель больничных вместо существующих двух. Правительство также собирается разработать специальное положение, по которому пособие может быть сокращено или полностью изъято в том случае, если больной усиленно сопротивляется реабилитации и возвращению на рабочее место.
Правительство королевства понять можно. Для поддержания в порядке системы всеобщего благосостояния Швеции, как и другим западноевропейским странам, необходимо задействовать всю имеющуюся в наличии рабочую силу. Задача - практически невыполнимая. Между тем, очереди на операцию в больницах, нехватка персонала для ухода за престарелыми, проблемы в школьном образовании уже стали реалиями сегодняшнего дня. В ближайшем будущем в результате старения населения ситуация может стать еще более острой. Найти выход лишь за счет дополнительного привлечения иммигрантов вряд ли возможно. Их интеграция в шведское общество и так идет весьма непросто.13
Все это - свидетельства того, что шведская модель стоит на пороге перемен. Впрочем, зная осторожный характер шведов, можно предположить, что перемены эти будут носить постепенный и вряд ли радикальный характер. Однако направление дальнейшего развития видно уже сегодня - умеренное сокращение государственных расходов, развитие конкуренции в общественном секторе, введение более гибкой системы оплаты труда, а также внедрение более устойчивой, но менее щедрой системы социальных льгот. Если Швеция вступит в зону евро (вопрос вынесен на всенародный референдум, назначенный на сентябрь), процесс преобразований может пойти еще более быстрыми темпами. Так что вопрос скорее не в том, произойдут ли перемены в "шведском доме", - можно сказать, что они уже идут, - а в том, смогут ли социал-демократы совместить реформы с традиционными для них идеологическими принципами. До сих пор это им удавалось.
Естественно, по сравнению с другими странами Европы, не говоря уже о России или странах третьего мира, уровень социальной защищенности шведов и сейчас сказочно высок, но перед нами тенденция, которая позволяет говорит многим экономистам о «конце шведского чуда». Возможно, шведский социализм просуществует не больше, а то и меньше советского, уж очень он не вписывается в неолиберальный поворот современной западной экономики.
Заключение
Сохранение в будущем двух основных целей шведской модели – полной занятости и равенства – видимо, потребует новых методов, которые должны соответствовать изменившимся условиям. Лишь время покажет, сохраняется ли специфические черты шведской модели – низкая безработица, политика солидарности в области зарплаты, централизованные переговоры по зарплате, исключительно большой государственный сектор и соответственно тяжелое налоговое бремя, или же модель соответствовала лишь особым условиям послевоенного периода. Рынок труда и трудовые отношения в 60-е годы и в настоящее время заметно отличаются. Постоянно проводятся реформы, и с течением времени то, что называется шведской моделью, постоянно подвержено изменениям. В этом и состоит процесс развития шведской модели и возможность ее приспособления к изменяющимся условиям.
Шведскому капиталу выгодно сохранение внутреннего мира в стране. Поэтому он старается по возможности никого не обижать у себя дома. Пока ему это более или менее удается, что вызывает искреннюю зависть у его конкурентов. Из всего вышеизложенного можно предположить, что у нас «шведский социализм» невозможен. Кроме Швеции и двух-трех небольших государств, модель «шведского социализма» не будет осуществима.
Список использованной литературы
1.
Александр Тырышкин. «Страна полуночного
солнца, где с радостью платят налоги».
– Постскриптум. Еженедельник. №1, 2005.
Ссылка через http://www.kprf.org/
2. Виктор
Вольский. Шведская модель — тупиковый
путь. Ссылка
через http://www.elektron2000.com/
3. Внутренние противоречия
шведской модели «благосостояния».
А. П. Сафронов, кандидат философских наук.
Фонд социальных исследований (Москва),
эксперт.
Ссылка через http://www.rusrand.ru/
4. Тэди-Ян
Франк, Коммунистическая марксистско-ленинская
партия Швеции. Закономерный крах «шведского
рая». Ссылка через http://left.ru/2000/4/Krah_
