Социальные коммуникации в организациях

     Семинар 1

     Социальные  коммуникации в организациях 

1. Социальные  коммуникации: понятие, подходы к изучению.
1. Линейная модель социальной коммуникации Г.Лассуэла. Коммуникация как процесс: элементы, этапы.
2. Интеракционистская модель социальной коммуникации Т.Ньюкомба.
3. Теория социальной коммуникации Г.Маклюэна. Современные тенденции изменения коммуникационного пространства.
4. Общество как аутопоетическая система: основные положения концепции Н.Лумана. 
2. Роль коммуникации в управлении организацией.
1. Вертикальная и горизонтальная коммуникация в организации. Проблемы структурной организационной коммуникации.
2. Специфика межличностной коммуникации в управлении организацией. Барьеры межличностной коммуникации и их преодоление.

Модели социальной коммуникации: от информирования – к диалогу

  Понятие «коммуникация» (от лат. communicatio – сообщение, передача) используется в разных науках. Общее в его трактовке связано с представлением о коммуникации как о «передаче информации от одной системы к другой посредством специальных носителей, сигналов»[2].

  Как известно, коммуникация осуществляется между  индивидами, группами, организациями, культурами посредством различных  знаковых систем (языков). Различают коммуникацию межличностную, массовую (средства массовой коммуникации, или СМК), научную, техническую и т. д., поэтому термин «коммуникация», кроме общего, универсального, имеет дополнительные и уточняющие значения, в зависимости от того, какой смысл вкладывается в него в рамках того или иного научного подхода.

  В центре внимания семиосоциопсихологической  парадигмы оказывается социальная коммуникация, которая рассматривается как «универсальный социокультурный механизм, ориентированный на взаимодействие социальных субъектов, на воспроизводство и динамику социокультурных норм и образцов такого взаимодействия»[3].

  Для различных  видов искусства, массовой коммуникации, а также для ряда иных форм и способов (жанров), связанных с социальным взаимодействием общающихся субъектов, правомочен универсальный термин – социальная коммуникация.Множественное число этого же термина – социальные коммуникации – используется при необходимости дифференцировать коммуникационные потоки.

  Внимание  науки и общества к процессам  социальной коммуникации не случайно: от качества информационной среды, в  которую «погружен» фактически каждый человек, зависит в значительной степени и качество нашей жизни.

  Существуют  различные концепции и модели коммуникации, большинство из которых  практически отождествляют социальную коммуникацию с массовой коммуникацией (употребляются также термины  СМИ, СМК, mass-media) и связаны с представлением о ней как о массовой передаче информации посредством использования технических средств, с помощью различного рода профессиональных приемов для влияния и воздействия на аудиторию. При этом цель ожидаемого воздействия – решение политических или экономических задач, а также распространение просветительских идей, связанных, например, с желанием донести до каждого человека морально-нравственные нормы и ценности.

  Представление о коммуникации, положительно влияющей на людей и в массовых масштабах  совершенствующей их ум, нравственность, активно разрабатывалось в эпоху Просвещения (XVII–XVIII вв.). Особую надежду просветители связывали с появляющимися в этот период печатными изданиями, прежде всего газетами, а также с небывалыми доселе возможностями, открывающимися с началом книгопечатания. Казалось, еще немного – и высокая духовность станет обязательным качеством каждого человека, и на Земле наступит долгожданный золотой век…

  Разочарование в идеях Просвещения, а точнее, в результатах предпринятых усилий и действий, не изменивших массовое сознание людей, снова и снова обращало исследователей к поиску оптимальной модели коммуникации. Человечество, ввергнутое в пучины двух мировых войн, жаждало ответа: как это могло случиться и как избежать подобного впредь? К середине XX в. у многих ученых и у большинства граждан разных стран сложилось стойкое мнение о том, что для судеб цивилизации губительным оказалось влияние пропаганды, которую использовали для воздействия на умы, настроения и поступки миллионов людей.

  Модель  линейная (Г. Д. Лассуэлл). Одна из наиболее известных в мире моделей коммуникации была сформулирована в 1948 г. американским социологом Г. Д. Лассуэллом. Основной функцией средств массовой коммуникации Лассуэлл считал поддержание равновесия в обществе, т. е. «равноценное просвещение эксперта, лидера и гражданина», которое в идеале помогает прийти к пониманию и соглашению по проблемам, касающимся мира в целом[4].

  Поскольку в  истории человечества «понимание и соглашение» достигались далеко не всегда, внимание исследователя было обращено к процессу движения идей внутри общественного сознания, а эффектом, к которому следовало стремиться, было заявлено донесение информации без искажений. Г. Д. Лассуэлл, в отличие от своих предшественников, выдвинул тезис о том, что процесс коммуникации состоит из нескольких звеньев, или циклов, одной общей структуры, на каждом из которых возможно искажение информации. Предложенная им модель коммуникации известна как линейная и выглядит так: «КТО – сообщает ЧТО – по какому КАНАЛУ – КОМУ – с каким ЭФФЕКТОМ?»

  Обратим внимание на то, что, поскольку в данной модели конечной целью был заявлен эффект, а его достижение связывалось  с донесением информации (помогающей прийти к пониманию и согласию) без искажений, допущение влияния и воздействия в благих, с точки зрения коммуникатора, целях не снималось с повестки дня.

  Вслед за Г. Д. Лассуэллом ученые многих стран обратились к  изучению механизмов распространения  в обществе идей, объяснению причин успехов или провалов пропаганды при попытках влиять на сознание людей. Научные исследования отслеживали те промежуточные этапы коммуникативного акта, на которых возможны помехи для достижения желаемого эффекта (при использовании радио, например, изучались такие составляющие, как тембр звука, темп речи, пол дикторов, композиция сообщения и т. д.).

  Декларация  успешной, просвещающей коммуникации, в сочетании с предложенными  механизмами противодействия искажениям информации, была шагом вперед в  теории коммуникации; тем не менее, как показала жизнь, предложенная модель не повлияла на практику использования информационного пространства для воздействия и манипуляций сознанием людей. Не принесла она и ожидаемого социального согласия.

  В отечественной  науке советского периода формула Г. Д. Лассуэлла была широко известна, но принималась с оговорками, хотя, по сути, партийная журналистика также была не чем иным, как пропагандой, имеющей целью воздействие на сознание и поведение людей. Значительным продвижением вперед в социальной науке советского периода оказалось обращение внимания исследователей к воспринимающей стороне – аудитории, однако основной акцент изучения все же был односторонним и сводился к изучению методов и способов влияния на нее.

  Желание воздействовать на аудиторию, причем чаще в благих, с точки зрения коммуникатора, целях, не редкость и в современном информационном пространстве. Как показывают проведенные социально-диагностические исследования, такая форма коммуникации вызывает раздражение тех групп аудитории, которые не приемлют подобного способа общения, а также тех, кто придерживается мнения, противоположного тому, которое декларируется. Результатом оказывается и неумение больших групп людей адекватно понимать коммуникатора, а значит, и друг друга, иными словами, – неумение приходить к подлинному взаимопониманию и конструктивному взаимодействию.

  Модель  интеракционистская (Т. Ньюкомб). Вслед за моделью Г. Д. Лассуэлла в 1953 г. появилась интеракционистская модель, предложенная Т. Ньюкомбом, также ставшая широко известной. Аудитория рассматривается здесь не как объект воздействия, а как равноправный субъект коммуникации. Поскольку респондент (тот, кто воспринимает) и коммуникатор связаны взаимными ожиданиями и установками, общим интересом к предмету общения, результатом коммуникации оказывается сближение или, наоборот, отдаление их точек зрения. Именно в таком свете рассматривает Т. Ньюкомб эффекты коммуникации[5].

  Однако и  в модели Т. Ньюкомба успешная коммуникация не исключала возможности воздействия, причем для этой (конечно, благой) цели также допускалось использование  манипулятивных приемов. Так, для того чтобы продвинуться в направлении  желаемого эффекта, как успешный способ общения с аудиторией предлагался поиск некоей усредненной позиции, точки согласия. Но, как показывает практика социального управления, усреднение позиций сторон (консенсус) по поводу той или иной социально значимой проблемы далеко не всегда ведет к реальному разрешению этой проблемы. Поэтому заявленная равноправность участников (субъект-субъектность) в рамках модели Т. Ньюкомба оставалась в значительной степени декларативной.

  Разговор о  моделях коммуникации, возможно, покажется  кому-то абстрактным, тем не менее они отражают и определяют особенности и стиль социального общения, характерного для того или иного пространственно-временного континуума. А поскольку речь идет о модели Т. Ньюкомба, приведем пример ее практической реализации в современном информационном поле. Именно по такому сценарию строятся в настоящее время отношения между современными телеканалами, рекламодателями и телезрителями. Однако усредненная вещательная политика, ориентированная на самые многочисленные группы телезрителей (их выявляют посредством получения всем известных количественных рейтингов), вызывает недовольство огромного числа людей, в том числе тех, на кого предлагают ориентироваться аналитики телевидения.

  Между тем в  мире вновь и вновь звучат неутешительные выводы: до желаемого социального согласия всё так же далеко; возникла мощная «индустрия сознания», человек не в состоянии противостоять «массовой культуре»[6], которая ведет к обезличиванию и бездуховности больших групп людей, подчинению их вкусов и интересов интересам политики и бизнеса; экспансия печати, радио, телевидения, компьютерных развлечений, а теперь и Интернета более чем очевидна, и способа противодействовать ей практически нет.

  Исследователи социальных процессов стали ощущать  односторонность и ограниченность принятых ранее моделей коммуникации, поскольку в них отсутствуют, например, механизмы учета социального  контекста, особенностей «пространства-времени», в котором происходит общение. Появились дополнения и уточнения существующих моделей. Так, в 1978 г. отечественный ученый П. С. Гуревич предложил продолжить формулу Г. Д. Лассуэлла следующим образом: «Кто получил сообщение – как изменилось его представление – какое отношение сложилось к инициатору коммуникации – как обеспечивалась обратная связь – какой эффект воздействия на самого пропагандиста»[7]. 
 

2.1 Вклад М. Маклюэна в развитие коммуникации

По мере развития электронных  СМИ, информационных технологий и совершенствования  компьютерной техники в коммуникативистике и социологии расширяется дискурс  о функциях средств массовой коммуникации, роли информации в жизни общества и тенденциях построения информационного общества.

Среди работ Маклюэна следует выделить книги «Галактика Гутенберга», «Понимая медиа: продолжения  человека», «Медиум - это Послание», «Война и мир в глобальной деревне». В них представлены его философские воззрения, культурологическая концепция и теория коммуникационных технологий. Репутации первопроходца и классика в области теории массовых коммуникаций при жизни Маклюэна сопутствовала и его широчайшая известность в качестве популярного персонажа американской массовой культуры, в эти десятилетия буквально не сходившего с экранов телевизоров и страниц периодических изданий, прославившегося своими изречениями «пророка из Торонто». Рекламный ажиотаж вокруг имени Маклюэна в значительной степени объясняет первоначально отрицательную реакцию на его идеи со стороны академической науки. Следует отметить, что Маклюэн и сам вполне сознательно противопосталял себя американской социологиии масс-медиа. В ответ Маклюэна объявили солипсистом, сваливающим в одну кучу, как хлам, все ценности человека Запада. Однако, после того как стих рекламный ажиотаж, те же социологи стали обнаруживать, что Маклюэн, по существу, не опровергает, а дополняет их собственные представления о масс-медиа. Постепенно идеи Маклюэна обрели респектабельность и вошли в арсенал американской социологии.

Еще в 1962 году Маклюэн  вводит, в качестве ведущего, понятие  «электронное общество» отсюда его  стремление изучать развитие современной  культуры прежде всего по отношению  к месту в ней электрических, или электронных, средств общения, или коммуникации. Основной тезис Маклюэна, впоследствии ставший афоризмом, - «сообщением, передаваемым средством коммуникации, является само это средство (the medium is the message)».

Внимание Маклюэна было сконцентрировано, прежде всего, на телевидении, однако оно выступало как бы представителем всей глобальной электронной реальности - говоря о воздействии телевидения, он стремился выявлять тенденции характерные для всех СМИ. В качестве эстетико-психологического и социального объекта телевидение привлекает внимание поскольку оно «вбирает» в себя другие масс-медиа (радио, кино, прессу), и поскольку является важным элементом информационных технологий и информационных сетей.

Маклюэн указывает  на два основных аспекта телевидения:  
- мозаичность построения телевизионного изображения, представляющего весь мир в качестве набора несвязанных однозначной логической связью сообщений (когда, например, за короткий отрезок времени в программе новостей появляется разномасштабная и разноракурсная информация из всевозможных областей и эпох);

- резонанс (взаимоусиление) этих сообщений в воспринимающем  их сознании, который преодолевает  мозаичную раздробленность, объединяет  их в устанавливаемое восприятием  целостное смысловое единство.

При этом, наиболее подходящим средством удержания сознанием цельности восприятия бурно обновляющейся мозаично-резонансной реальности оказывается миф. «Мы действительно живем по законам мифа и интегрально, как когда-то, но продолжаем думать по формулам прежнего дискретного пространства - времени доэлектрического века».

Продолжая исследования Маклюэн обнаруживает, что в современную  эпоху не только телевизионное восприятие, но и вся жизнедеятельность современного общества стала все больше осуществляться в соответствии с принципом мозаичного резонанса: посредством телекоммуникаций, масс-медиа и компьютеров электричество как бы продолжает центральную нервную систему до образования «глобального объятия», где все оказывается взаимосвязано, и в результате формируется так называемая «глобальная деревня». «Земной шар, связанный электричеством, пишет Маклюэн, не больше деревни».

Подчеркивая относительную  самостоятельность средств массовой коммуникации, Маклюэн обозначает тенденции  все усиливающейся активной роли масс-медиа. Массовая коммуникация как структурно оформившаяся сфера жизни современного общества с одной стороны - является его частью, а с другой - имеет над ним определенную власть. Исходя из этих позиций, Маклюэн делает прогнозы на будущее: «Мы уже в пределах видимой досягаемости мира, который будет автоматически контролироваться [с помощью масс-медиа]… Теперь можно будет держать под контролем эмоциональный климат целых культур точно так же, как у нас стало получаться с поддержанием равновесия мировой рыночной экономики». Говоря о влиянии масс-медиа на общество, Маклюэн отметил выход в большую жизнь «поколений, с телевизором своей матери всосавших все времена и пространства мира через рекламу», согласно которой «демократические свободы в очень большой мере выражаются в том, что люди озабочены не политикой, а перхотью в голове, волосами на ногах, вялой работой кишечника, мало привлекательной формой груди, больными деснами, лишним весом и застойными явлениями кровообращения». В своих последних работах Маклюэн показал, что в условиях новой информационной среды и воздействия электронных сетей бизнес и культура оказываются понятиями равнозначными и взаимозаменяемым. При этом, предвидя ситуацию 1990_х гг., он отмечал, что «если существуют телекоммуникации с их глобальным охватом, то должно же быть так, чтобы соответствующие группы и организации их использовали».

В заключение краткого обзора идей Маклюэна необходимо сформулировать те позиции его концепции, которые  соотносятся с постулатами постиндустриализма. Можно сделать вывод, что Маклюэн в истории цивилизации выделял три основные этапа:

- первобытная дописьменная культура с устными формами связи и передачи информации;

- письменно - печатная культура («галактика Гутенберга»), заменившая естественность и коллективизм - индивидуализмом;

- современный этап («глобальная деревня») возрождающий естественное слуховизуальное многомерное восприятие мира и коллективность, но на новой электронной основе через замещение письменно-печатных языков общения радиотелевизионными и сетевыми средствами массовых коммуникаций.

2.2 Современная коммуникация  и роль Г.М. Маклюэна в ней

«Cовременный человек  живет не в разделенных изолированных  мирах, а в плюрализме миров и  культур - открытие электромагнитных волн вновь создало «поле одновременности» во всей человеческой деятельности, человеческая семья существует теперь в условиях глобальной деревни.»  
«Мы живем в едином ограниченном пространстве, где слышны звуки племенных барабанов.» - Marshall McLuhan.

Согласно концепции  Маклюэна развитие общества в первую очередь определяется развитием средств коммуникации. Но основное воздействие средство коммуникации осуществляет не передаваемым смысловым содержанием, а принципами организации коммуникации, media-is-the-message. От истока массовых коммуникаций различные медиа обеспечивают нужды экономических и политических институтов. В свете теории массового общества официальные медиа предстают как информационные системы, зависимые от главных атрибутов этого общества - консьюмеризма и конформизма, но вместе с тем и поддерживающие их благодаря своим возможностям манипулирования сознанием и психологией широкой аудитории. Официальные медиа, представляют вертикаль массовой коммуникации, в отличие от них новые медиа связывают каждого с каждым, поэтому их применение создает предпосылки для формирования гражданского общества.

Кризис культуры традиционных медиа в России (и мире) наблюдается  уже сегодня: в конце прошлого года генеральный директор первого  канала Константин Эрнст объявил  о потере 15-25 % аудитории. Закономерность прослеживается, если представить технологические расширения наших тел - медиа, как органы чувств (да, эту модель полвека назад предлагал Маклюэн. Эволюция и иерархия органов чувств у животных обусловлена критериями функциональности (информативности) этих органов в среде обитания. От объема и достоверности информации, которая поступает в мозг посредством рецепторов, зависит способность к выживанию, а еще внутривидовая и межвидовая конкурентоспособность).

Итак, в рамках апрельского  онлайн-опроса ROMIR Monitoring респондентам (1512 российских интернет-пользователей старше 18 лет) был задан вопрос о том, насколько среди них востребованы те или иные медиа. Выяснилось, что только 16 % российских пользователей не могут отказаться от телевизора. Чем старше респондент, тем большее значение для него имеет телевидение - среди молодых людей не откажутся от телевидения только 10 %, а среди респондентов старше 45 лет - 36 %. Более привязаны к телевизору обладатели среднего образования (21 %) и низкого уровня доходов (22 %). Каждый пятый пользователь сети (20 %) готов отказаться от телевидения навсегда (23 % среди мужчин, 15 % среди женщин). Данные графики наглядно иллюстрируют процесс эволюции медиа в России.

Новые медиа открывают  новые горизонты: коммуникации и  следовательно инноваций, кооперации и следовательно эволюции; при этом появляются новые возможности контроля и манипуляций. Когда организации занимаются производством и дистрибуцией товаров, как правило, предполагается, что делают они это с целью извлечения выгоды для владельцев. Медиа-корпорации никогда не были исключением, хотя они производили нечто менее материальное, чем обычные товары. Медиа производят социо-культурные формы - стереотипы, характеры, модели поведения, метафоры, способы рассказывать истории. Под социо-культурными формами подразумеваются способы внутренней организации медийной продукции; язык и значения, вложенные определенным образом в культурный код. Во многих случаях, особенно когда это оказывается новым производством, новые медиа просто заимствуют социо-культурные формы из более старых технологий. Ранние фильмы похожи на театральные постановки, раннее телевидение во многом копировало последовательности и способ подачи радио-передач и т. д. Социо-культурные формы - это суть того, как медиа создают смысл.

Об этом тоже писал Маршал Маклюэн: «Истинно тотальная война - это война посредством информации. Ее незаметно ведут электронные средства коммуникации - это постоянная и жестокая война, в ней участвуют буквально все. Войнам в прежнем смысле слова мы отводим место на задворках вселенной». 
 
 

Н.ЛУМАН: АУТОПОЙЕСИС - ВАЖНЕЙШАЯ КАТЕГОРИЯ СИСТЕМНОЙ ПАРАДИГМЫ

   Положения о "комплексности" (общесистемном  понятии сложности событий), "редукции (изменении качества в сторону  упрощения) комплексности", "рефлексии" (самосоотнесении с другим), "самореференции" и "аутопойесисе" (самоорганизации и самовоспроизводстве), "функциональной дифференциации (различии, обособлении) подсистем общества" и другие суть предельно широкие понятия в системной парадигме Лумана.

   Луман считает, что исходным пунктом каждого  системно-теоретического анализа является "дифференциация", а в качестве первоосновного выступает различение (дифференция) между системой и окружающей средой. Луман напоминает, что традиция, идущая от античности, использовала в значении "системы" термины "целое", "целостность". Из этой традиции выросла проблема: целое нужно было осмысливать двояким образом - как единство и как совокупность частей. Благодаря общей теории систем, указывает Луман, одним рывком традиционное различение целого и части заменяется на различение системы и окружающей среды. Системная дифференциация оказывается не чем иным, как воспроизведением разграничения системы и окружающего мира внутри системы. Важнейшими в понятии "дифференциация" являются не абсолютная изолированность и самодостаточность каждой сферы, а соотнесенность сторон, в рамках которой они только и обретают собственную определенность. По мнению Лумана, различение больше не рассматривается в качестве "сущности" или "инвариантности"; "оно представляет собой отношение между различными величинами, т.е. между системой и окружающей средой". Следовательно, решение системных проблем находится вне связи с какой-либо "неизменной частностью", а базируется на структурном допущении альтернативных возможностей.

   Основополагающей  характеристикой как системы, так и ее "окружающей среды", Луман считает "комплексность" - общесистемное понятие сложности событий. "Комплексность" мира - это бесконечное число возможностей, которые постоянно угрожают системе. В целях выживания она должна осуществлять "редукцию" (упрощение), сводя комплексность к возможностям, обеспечивающим ее функционирование, сохранение. Таким образом, Луман отождествляет редукцию с рациональностью при условии, что "...исходным пунктом концепции является различение (между системой и окружающей средой), а не принцип разума или принцип морали, солидарности, или что-нибудь еще". Он уверен, что в обществе нет независимой позиции наблюдателя, единой инстанции наблюдения. Следовательно, нет и ни одного привычного критерия правильности суждения.

   Теоретические конструкции Лумана позитивны в  той их части, где исследуются  важнейшие и сопряженные понятия: "оперативная закрьпость", "самореференция" и, в конечном итоге, "аутопойесис" системы, когда последняя органично  усваивает "закрытость - открытость" в отношениях со средой. До Лумана считалось, что системы (в том числе социальные) носят принципиально открытый характер. Чтобы сохраняться, любая система должна получать энергию, информацию извне, взаимодействуя с окружающей средой и имея для этого "вход" и соответственно "выход". Луман исходил из других принципов. С его точки зрения, система в состоянии самовоспроизводиться, самоорганизовываться и соотносить с собой свои элементы в процессе их организации и в элементарных операциях (самореференция). Самовоспроизводство системы и есть ее аутопойесис. Данный термин Луман заимствовал у чилийского нейрофизиолога Хумберто Матураны. "Самореференция" - одна из центральных тем системной парадигмы Лумана. Именно этими свойствами обладает коммуникация, которая, согласно Луману, делает социальную систему системой. Поэтому он ведет речь "об оперативной закрытости" систем. Отсюда становится понятным, почему у Лумана изначальной "социологической" операцией выступает не определение характера связи, взаимодействия системы со средой, а их различение. Теория самореферентной системы утверждает, что дифференциация систем может осуществляться лишь благодаря самореференции. В результате вопрос о разности "закрытой" и "открытой" систем заменяется вопросом об открытости самореферентной замкнутости. По мнению ученого, несомненное достоинство вводимых им понятий выражается в том, что они "освобождены от субъекта, от человеческого сознания" и перенесены в реальные системы в качестве "объекта науки". "Это означает, - пишет он, - что существует реальный мир систем, описание которых ведется посредством других систем в данных, логически разъясняемых противоречиях".

   Таким образом, по Луману, аутопойетичность социальной системы выражается в том, что  она сама в состоянии устанавливать  и изменять свои элементы посредством реляционных (относительных) процессов. Именно в этом методологическом требовании ученый усматривает основание стабилизации общества, различных его подсистем. Объясняющая роль понятия "аутопойесис" связывается с преодолением ценностных ориентации и иных субъективистских установок. В результате смысловая направленность функционирования общества и его подсистем приобретает надличностный характер. Причем аутопойесис как акт воспроизводства не предполагает воссоздаваемое™ причин и условий производства, конституирования системы, так как в данном случае речь идет о воспроизводимости функционирования общества. Поэтому Луман считает общество не только самореферентной, но и аутопойетической системой, что означает его способность не только описывать, но и действительно воспроизводить самого себя. Однако Луман считает, что аутопойетическое воспроизводство систем не есть точное повторение уже существующего, поскольку предполагает постоянное воссоздание новых элементов, связанных с прежними. За каждой коммуникацией в системе следует неидентичная коммуникация, но она соответствует общему коммуникативному коду системы, его смыслу и всегда предопределена ранее происходившими коммуникациями. Система, имеющая лишь одну повторяющуюся коммуникацию, потеряла бы смысл: она перестала бы оставаться системой в силу своей недостаточной комплексности.

   Луман делает вывод, что смысл каждого социального  образования "поликонтекстуален": смыслы столь же многочисленны, как  и соответствующие им социальные системы, и ни один из них не обладает статусом "единственного, изначального". Ни одна система не в состоянии отрицать аутопойесис другой системы, поскольку каждая система воспринимает предметы только в соответствии с присущим ей и только ей смыслом. Следствием этого является своего рода случайность всего существующего (Луман называет ее контингенцией). По мнению ученого, мир вообще не имеет центра, а также прочной основы. Не имеет их и современное общество.  Системы обречены на постоянный распад и новое самовоспроизводство. Действительный результат деятельности систем Луман видит в том, что они обусловливают связь распада с воспроизводством. 
 
 
 

Функции коммуникации.

В самом широком  смысле цель коммуникаций на предприятии - осуществление изменений, влияние  на деятельность таким образом, чтобы  достичь процветания предприятия.