Современный русский язык. 3

Содержание

Введение

     Актуальность  темы исследования. Процесс модернизации языка происходит постоянно, но в отдельные периоды он может быть особенно интенсивным. Современную языковую ситуацию характеризует «информационно-номинативный взрыв», вызванный ростом научно-технического прогресса, ставшего неотъемлемой частью жизни общества. С каждым годом появляется все больше и больше технических новшеств, в связи с быстрым проникновением компьютерных и производственных технологий во все сферы жизнедеятельности человека, соответственно ускорился и лингвистический процесс номинации в этой области. Также не прошли незамеченными и другие социальные и культурные изменения в обществе. В связи с этим, актуальным является вопрос изучения происходящих изменений и прогнозирования направлений дальнейшей модернизации языка.

      Степень разработанности проблемы. Данная тема была освещена в роботах и публикациях таких отечественных специалистов как Дуличенко, Костомаров, Купина, Рождественский, Шапошников, Сальников, Крысин и Ермакова.

     Цель  исследования заключается в изучении состояния современного русского литературного языка и происходящих в нем изменений.

     Поставленная  цель определила следующие задачи:

• определить предпосылки и неизбежность изменений в современном русском языке;
• описать социально обусловленные процессы литературного языка;
• рассмотреть возможность прогнозирования изменений и определить общие направления модернизации языка.

     Объект  исследования –  русский литературный язык в сложившихся условиях современного общества.

     Предмет исследования – изменения, происходящие в современном русском литературном языке.

     Методологической  и теоретической  основой работы послужили положения и концепции, представленные в классических и современных работах российских и зарубежных ученых-филологов и специалистов из смежных отраслей, занимающихся проблемами изменения русского языка под влиянием современного общества.

      Для решения задач исследования использовались методы сплошной словарной выборки и контекстологического анализа, а также лингво-статистический метод.

     Информационная  база послужили печатные средства массовой информации, оперативно отражающие все новые языковые явления. А так же ряд лингвистических работ, посвященных изучению состояния русского языка в конце XX столетия и происходящих в нем изменений

     Структура работы. Реферат состоит из введения, трех параграфов, заключения, списка литературы.

1 Предпосылки и неизбежность изменений в русском языке в новых общественно-политических условиях на рубеже XX-XXI веков 

      После 1991 года в российском обществе произошли  значительные политические и экономические  изменения, которые оказали влияния на условия употребления русского языка в устной и письменной речи. Эти изменения условий использования языка отразились и на отдельных участках его лексической системы. Потеряли актуальность и вышли из активного употребления многие слова, называвшие экономические реалии советского времени, идеологическая лексика. Были вновь переименованы названия многих учреждений и должностей. В активное употребление вернулась религиозная лексика, из специальной сферы в общеупотребительную перешли многие экономические и правовые термины.

      Отмена  цензуры привела к появлению  в прямом эфире спонтанной устной речи, демократизация – к участию в публичном общении лиц, имеющих различное образование и уровень речевой культуры.

      В последнее время появился ряд лингвистических работ, посвященных изучению состояния русского языка в конце XX столетия и происходящих в нем изменений; см., например [О состоянии…1991; Дуличенко 1994; Костомаров 1994; Ферм 1994; Кёстер-Тома 1993, 1994; Купина 1995; Рождественский 1995; Zybatow 1995; Русский язык…1996; Русский язык 1997; Шапошников 1996, 1998] и нек. др.

      Авторы  этих работ исследуют новшества  в лексике русского языка (см., например: [Сальников 1992; Ферм 1994]), в частности  многочисленные иноязычные заимствования, по преимуществу - американизмы [Брейтер 1997; Костомаров 1996; Крысин 1996], в семантике, словообразовании, грамматике [Ермакова 1996, 1997; Земская 1996; Гловинская 1996, Норман 1998], в стилистических характеристиках слова и в соотношении функциональных стилей и речевых жанров [Какорина 1992, 1996; Виноградова 1998; Жанры…1997, 1999], в стереотипах речевого поведения [Винокур 1993]. Отмечаются социальные причины происходящих изменений: демократизация русского общества, деидеологизация многих сфер человеческой деятельности, антитоталитарные тенденции, снятие разного рода запретов и ограничений в политической и социальной жизни, «открытость» к веяниям с Запада в области экономики, политики, культуры и др.

      Разумеется, влияние этих факторов на язык обычно осуществляется не прямо, а опосредованно. В некоторых случаях даже трудно определить, какие внешние причины способствуют, скажем, активизации той или иной словообразовательной модели или синтаксической конструкции (но специальный анализ может показать, что толчком к такой активизации послужили социальный по своей природе стимулы; примеры подобного анализа см. В работах [Русский язык…1968, кн.2 и 3; Русский язык…1996]. Однако на некоторых участках языка связь происходящих в нем изменений с изменениями в обществе проявляется более отчетливо: так обстоит дело, например, с увеличением потока англоязычных заимствований, с активизацией некоторых речевых жанров, предполагающих спонтанность речи и относительную свободу речевого поведения (таковы, например, жанры радио- и телеинтервью, в советское время влачившие жалкое существование, - см. об этом, в частности, в работе [Голанова 1997], - разнообразные ток-шоу, телевизионные игры с множеством участников и т. п.).

      Изменения в обществе влияют и на взаимоотношения  подсистем, которые в совокупности составляют систему русского национального языка, на качественные и количественные характеристики каждой из этих подсистем.

      После 1991 года в речевой практике общества сформировались некоторые положительные  тенденции:

      расширение  словарного состава языка в области экономической, политической и юридической лексики;

      приближение языка средств массовой информации к потребностям достоверного освещения  реальности;

      сближение языка заметок и корреспонденций  с литературной разговорной речью, отказ от канцелярского стиля в публицистике;

      деидеологизация некоторых пластов лексики;

      выход из употребления многих газетных штампов  советского времени;

      возвращение некоторым городам и улицам исторических названий.

      Положительное влияние на развитие языка оказывает изменение условий публичного общения: отмена цензуры, возможность высказать личное мнение, возможность для слушателей оценить ораторские таланты видных политиков.

      Наряду  с положительными в современной  речи массовое распространение получили отрицательные тенденции:

      закрепление грамматических ошибок в качестве образцов построения предложений;

      неточное  употребление лексики, искажение значений слов;

      стилистические  нарушения речи.

      Грамматическими недостатками современной речи являются:

      замена личных форм глаголов отглагольными существительными с суффиксами -ация, -ение, -ание (регионализация, фермеризация, криминализация, спонсирование, лоббирование, инвестирование);

      утрата  словами определенного значения (подвижки, панацея, импульс, стабилизация, эксклюзивный);

      нагромождения падежных форм (во время проведения операции по задержанию вооруженного преступника, корректировка курса будет проводиться в сторону ужесточения реформ, о плане мероприятий, проводимых в связи с празднованием…);

      замена  падежного управления предложным (конференция показала о том, что…);

      замена  косвенного падежа сочетанием с как (иногда это является как уступка, он назван как лучший игрок);

      неправильный  выбор падежа (на основании каких-то материалах).

      Лексическими  недостатками речи являются:

      распространение слов с узким (ситуативным) значением (бюджетник, контрактник, льготник, отраслевик, силовик);

      употребление  заимствований непонятных многим, иногда и самому говорящему (брифинг, дистрибьютор, киднепинг);

      употребление аббревиатур (УИН, ОБЭП, ООДУУМ и ПДН УВД, ГО и ЧС);

      идеологизация некоторых пластов лексики, изобретение  новых ярлыков (групповой эгоизм [о требованиях людей соблюдать  их права при застройке территорий, своевременно выплачивать зарплату], потребительский экстремизм [о желании граждан получать качественные услуги]).

      Стилистика  речи (практически во всех функциональных стилях) сегодня характеризуется  такими отрицательными чертами:

      превращение метафор в новые шаблоны (вертикаль  власти, оздоровление экономики), иногда бессмысленные (предвзятые барьеры, Россия больна сегодня здоровьем людей, Россия занимает здесь главное лицо, местные власти борются с нехваткой средств [здесь хочется добавить: нехватка пока побеждает в этой неравной борьбе]);

      употребление  категоричных слов (например, знаменитое однозначно);

      употребление  слов, скрывающих суть явлений (социальная незащищенность [нищета], привлечение фирм к благотворительной деятельности [незаконные поборы с предпринимателей]);

      проникновение жаргона в публицистическую и устную официальную речь;

      злоупотребление эмоционально окрашенной лексикой в  официальной публичной речи

      Столь заметные перемены в речи вызвали  обоснованную обеспокоенность общественности по поводу состояния русского языка  современности. При этом высказываются различные мнения. Некоторые считают, что реформы в обществе привели к резкому снижению уровня речевой культуры, порче языка. Другие высказывают мнение, что развитие языка – стихийный процесс, который не нуждается в регулировании, так как язык, по их мнению, сам по себе выберет все лучшее и отвергнет лишнее, неподходящее. К сожалению, оценки состояния языка чаще всего политизированы и чрезмерно эмоциональны. Для того чтобы разобраться, что происходит с языком, необходимы научные методы оценки благоприятности языковых изменений, которые пока еще разработаны недостаточно.

      К причинам отрицательных явлений  в речевой практике относятся:

      влияние неграмотной речи лиц, имеющих авторитет  в обществе (политиков, артистов, спортсменов, телеведущих);

      доверие народа к печатному слову (привычка рассматривать все напечатанное и сказанное по телевидению как образец нормы);

      снижение  редакторской требовательности к журналистам  в отношении соблюдения языковых норм;

      снижение  качества корректорской работы;

      запутанность и нечеткость мысли авторов публицистических статей, политических заявлений и законов, и, как следствие, неясность языка их произведений;

      разрыв  между усложненными требованиями новой школьной программы по русскому языку и реальными возможностями сегодняшней российской школы;

      снижение  интереса школьников к классической литературе;

      проблемы  в пополнении фонда библиотек;

      превращение "Правил орфографии и пунктуации" 1956 года в библиографическую редкость и отсутствие их новой редакции;

      неуважение  к гуманитарной науке;

      неуважение  к адресатам речи;

      пренебрежение к родному языку.

      Таким образом, после 1991 года в российском обществе произошли значительные политические и экономические изменения, которые оказали влияния на условия употребления русского языка в устной и письменной речи.

      Социальными причинами происходящих изменений являются: демократизация русского общества, деидеологизация многих сфер человеческой деятельности, антитоталитарные тенденции, снятие разного рода запретов и ограничений в политической и социальной жизни, «открытость» к веяниям с Запада в области экономики, политики, культуры и др.

      Изменения в обществе влияют и на взаимоотношения  подсистем, которые в совокупности составляют систему русского национального  языка, на качественные и количественные характеристики каждой из этих подсистем.

      Положительное влияние на развитие языка оказывает  изменение условий публичного общения: отмена цензуры, возможность высказать  личное мнение, возможность для слушателей оценить ораторские таланты видных политиков.

      Наряду  с положительными в современной  речи массовое распространение получили отрицательные тенденции. 

      2 Социально обусловленные процессы в литературном языке  

      Изменения в литературном языке обусловлены  не столько демократизацией контингента  владеющих литературной речью (как это было, например, в 20-е годы, когда к традиционному носителю литературного языка – интеллигенции – прибавились значительные по численности группы выходцев из рабочих и крестьян), сколько вхождением в публичную жизнь таких групп людей, которые в своих привычках и пристрастиях связаны с разного рода жаргонами и другими формами нелитературной речи. Кроме того, отход в области социальной жизни общества от канонов и норм тоталитарного государства, провозглашение свободы как в общественно-политической и экономической сфере, так и в человеческих отношениях сказываются, в частности, на оценках некоторых языковых фактов и процессов: то, что раньше считалось принадлежностью социально непрестижной среды (преступной, мафиозной, просто малокультурной), начинает приобретать «права гражданства» наряду с традиционными средствами литературного языка.

      Как следствие этих процессов происходит «смягчение литературной нормы», допущение  в литературный речевой оборот таких  средств, которые до недавнего времени считались принадлежностью некодифицированных подсистем русского национального языка.

      Массовое  вхождение в литературно-речевой  обиход инноваций вызывает необходимость  оценки этих элементов, как с позиций нормы, так и в отношении их социальной маркированности: многие из новшеств имеют отчетливо выраженное «социальное происхождение». Рассмотрим здесь только некоторые из социально маркированных фактов, характерных для литературной речи обсуждаемого периода.

      1. Обращает на себя внимание чрезвычайная активизация форм множественного числа существительных мужского рода с ударными флексиями: взводА, срокА, обыскА, тросА, приискА, вызовА, сейнерА, тортА, супА, юпитерА и под. Многие из этих форм проникают в литературный речевой обиход из профессиональной среды: взводА (взводОв, взводАм и т.д.) - из речи военных; срокА и обыскА - из речи прокурорских и милицейских работников. Работники скорой помощи сетуют на то, что в иную ночь у них бывает по несколько вызовОв, кулинары рассказывают о том, как они варят супА и изготовляют тортА, строителям не дают покоя слабые такелажные тросА, старатели вслух выражают недовольства задержками зарплаты на приискАх и даже писатель Михаил Жванецкий признался, что устал стоять под светом юпитерОв, а скульптор В. Малолетков считает Мухину одним из великих скульпторОв XX века.

      Распространенность  подобных форм в профессиональной речи отмечалась лингвистами давно, однако значительное увеличение частотности  этих форм в публичной речи – по радио, телевидению, в газете – можно считать характерной чертой последнего десятилетия XX в.

      2. Социально маркированы некоторые  факты словоупотребления и синтаксиса. Так, из языка военных распространился  в общее употребление глагол  задействовать (первоначально он употреблялся, по-видимому, применительно к новым подразделениям, вводимым в военную операцию: задействовать дивизию, задействовать резервы главного командования), особенно активно используемый сейчас в языке административных документов и вообще характерный для речи чиновников.

      Чиновничий язык порождает такие непривычные для традиционного литературного словоупотребления образования, как проговорить, обговорить в значении ‘обсудить’ (необходимо проговорить этот вопрос на совещании; обговорим это позднее), озадачить в значении ‘поставить перед кем-нибудь какую-нибудь задачу’ (Главное – озадачить подчиненных, чтобы не болтались без дела), подвижка (Произошли подвижки по Югославии. – Из выступления В.С. Черномырдина), наработки (По этой проблеме у нас уже есть некоторые наработки), конкретика (Документ важный, но надо наполнить его конкретикой, применить к реальным ситуациям в разных префектурах Москвы).

      3. Из новшеств в области синтаксиса  отметим только два (но весьма  характерных) факта – активизацию конструкций с предлогом по и специфическое управление глагола заказать.

      3.1. Возникшая в чиновничьей среде  конструкция с предлогом по типа: переговоры по Боснии, голосование по кандидатуре NN, инициатива по Чечне, договоренность по Газпрому (предлог по в этой конструкции выражает «валентность темы»).

      Как правило, синтаксическим хозяином в  этой конструкции является отглагольное существительное, в норме не управляющее  предложно-падежной группой с предлогом  по; ср.: переговоры, договоренность о чем-либо, голосование за кого-либо, инициатива в чем-либо. Встречаются и сочетания, где в качестве подчиняющего компонента употребляется не существительное, а глагол, в традиционном литературном языке не способный управлять предлогом по: Мы, кстати, встречались с Гайдаром и по банку, и по Парамоновой (В.С.Черномырдин); Необходимо договориться с МВФ по российскому долгу, по его реструктурированию.

      Конструкции с предлогом по этого типа часто встречаются в языке средств массовой информации, в устных выступлениях представителей власти, политиков, финансистов, бизнесменов, то есть наблюдается достаточно широкий «разброс» этой конструкции по разным функциональным разновидностям речи и разным социальным слоям и группам носителей русского языка. Однако нельзя не отметить тот факт, что эта конструкция мало характерна для устно-разговорной речи социальных групп, не связанных с указанными выше сферами деятельности (власть, политика, финансы, бизнес), - например, для речи гуманитарной интеллигенции.

      3.2. Глагол заказать в нормативном его употреблении управляет объектом, который может выражаться только неодушевленным существительным – как конкретным, так и абстрактным (заказать костюм в ателье, заказать столик <ужин> в ресторане и т.п.). Сейчас этот глагол стал употребляться в значении ‘подготовить, организовать убийство кого-либо’ и управлять объектом, который выражается существительным, обозначающим лицо: Киллерам заказали известного политического деятеля, и они привели заказ в исполнение: вчера NN был убит возле своего дома (из газет). Оставаясь в рамках литературной нормы, следовало бы сказать: заказали убийство политического деятеля.

      Оборот  «заказать + S род одуш», представляющий собой результат стяжения нормативной конструкции, родился в речи мафиозных, преступных групп в конце 80-х - начале 90-х гг. XX в., а в современной языковой ситуации он широко используется представителями самых разных социальных слоев.

      4. Последний из рассмотренных нами  примеров - специфическое употребление  глагола заказать - один из великого множества фактов, свидетельствующих о явлении, весьма характерном для состояния литературного русского языка в 80-90-х годах нынешнего столетия, - о его значительной жаргонизации.

      Этот  процесс находит отражение прежде всего в устно-разговорной разновидности  литературного языка, в непринужденной речи его носителей при их общении со «своими», с людьми близкими и знакомыми. Однако многие жаргонизмы проникают и на страницы печати, в радио- и телеэфир. Таковы, например, жаргонные по своему происхождению, но весьма частотные в разных стилях и жанрах современной литературной речи слова и обороты: крутой (калька англ. tough) - о человеке: решительный и хладнокровный, производящий сильное впечатление на окружающих этими своими качествами; тусовка - собрание людей, объединенных общими интересами (чаще других тусуются артисты, музыканты, журналисты, политики); разборка - (выяснение отношений, обычно агрессивное, с применением насилия; заложить - предать кого-нибудь, донести на него, лимон - миллион рублей или долларов (применительно к другим денежным единицам лимон, кажется, не употребляется); кинуть - обманным путем выманить более или менее крупную сумму денег (Кинули меня на пол-лимона); вешать лапшу на уши - рассказывать набылицы, врать с какой-либо корыстной целью; крыша едет, поехала (у кого-либо) - некто сошел (сходит) с ума или просто стал плохо соображать, и др.

      Многие  из подобных жаргонных элементов  утрачивают свою социальную прикрепленность, становятся хорошо известными и употребительными в разных социальных группах носителей  русского языка. Это дает основание  некоторым исследователям говорить о начале формирования так называемого общего жаргона – языкового образования, которое не просто занимает промежуточное положение между собственно жаргонами (скажем, тюремно-лагерным, воровским, нищенским и др.), с одной стороны, и литературным языком, с другой, но и активно используется носителями литературного языка в неофициальной обстановке.

      Несомненно, жаргонная лексика и фразеология  огрубляет литературную речь, и неумеренное  и неуместное ее использование резко  контрастирует с традициями речевого общения в культурной социальной среде. Но надо сказать, что жаргонизация литературной речи вполне в духе одной из тенденций, которые присущи современному речевому общению, - тенденции к огрубению речи. Эта тенденция проявляется в значительном увеличении употребительности на страницах газет, художественной литературы, в публичных выступлениях политиков грубопросторечных слов. Социальные причины подобного огрубения речи очевидны: какова жизнь, таков и язык этой жизни.

      Таким образом, некоторыми из социально маркированных фактов, характерных для литературной речи обсуждаемого периода яляются: чрезвычайная активизация форм множественного числа существительных мужского рода с ударными флексиями; некоторые факты словоупотребления и синтаксиса; активизация конструкций с предлогом по и специфическое управление глагола заказать.

      Этот  процесс находит отражение, прежде всего, в устно-разговорной разновидности литературного языка, в непринужденной речи его носителей при их общении со «своими», с людьми близкими и знакомыми.

      Несомненно, это приводит к огрублению литературной речи. Социальные причины подобного огрубения речи очевидны: какова жизнь, таков и язык этой жизни.  

      3 Прогнозные оценки  дальнейших изменений  в русском языке 

      В науке существуют разные мнения относительно возможности предсказать дальнейшие изменения русского языка. Одни ученые с уверенностью говорят о практически безграничных возможностях современной прогностики. Другие, скептики и маловеры, пишут так: "Мысль о возможности предвидеть языковые изменения лишена оснований. Вообще будущее не является предметом познания".

      Наше  время – время массовых социально-экономических прогнозов. Как и планирование, прогнозирование развития общества становится не данью преходящей моды, а осознанной и устойчивой потребностью. Прогнозируется сейчас практически всё: добыча и потребление угля, нефти газа, врачи прогнозируют эпидемии гриппа, работники текстильной и обувной промышленности ломают голову над судьбами моды, утверждая, впрочем, что в поведении даже этой "капризной дамы" наблюдается довольно строгая повторяемость, цикличность. Важно при этом подчеркнуть высокую достоверность научно-технических предсказаний.

      На  путь прогнозирования, научно обоснованного  предвидения будущего вступает и  наука о языке. И вызвано это отнюдь не праздным любопытством. Не секрет, что сегодняшняя норма литературного языка существует нередко в двух, а иногда и более вариантах. Одни, например, говорят творо'г, индустри'я, и'скрится, другие - тво'рог, инду'стрия, искри'тся. Старшее поколение, как правило, произносит: коне[ш]но, ску[ш]но, у молодежи все чаще встречается сближение с орфографией: коне[ч]но, ску[ч]но. Да и не только у молодежи. Жесткая конкуренция продолжается в грамматике. Формы докторы, профессоры ушли в прошлое, уступив новым доктора, профессора, но ведут борьбу за выживание токари и токаря, инструкторы и инструктора, корректоры и корректора. Какие из этих и подобных вариантов окажутся победителями? Языковед, который занят составлением словарей и грамматик, должен оценить такие факты объективно, и не только с позиции сегодняшнего дня, но и с учетом языкового "завтра". Ведь история жестоко мстит тем, кто основывается на языковом пуризме и пытается остановить естественный ход вещей.