Создание концлагерей. Еврейские гетто

Министерство образования Республики Беларусь УО «Полоцкий государственный университет»

Реферат

По дисциплине «Интегрированный модуль «История»»

«Создание концлагерей. Еврейские гетто»

                                                                                                     Выполнил Группа 13-РГФ-2

Историко-филологический факультет

Сдано        « » 2013г.

Проверил: Глазырина Т. Н.

           Полоцк 2013

содержание

Введение

1.Тростенецкий лагерь

2.Минское гетто

3.Озаричи

Заключение

Список использованной литературы

Приложение

Введение

 
 
1 сентября 1939 года  началась Вторая  Мировая война. Это была самая ужасная война в истории, и ужасна она не только большими потерями на фронтах, но и огромным количеством жертв среди мирного населения. К этому привела политика нацистов, которые исходили из расовой теории. Целью этой политики было освобождение Европы от "низших" рас путем их уничтожения. Частью этой политики было создание лагерей смерти. 

Лагеря смерти — учреждения для массового уничтожения различных групп населения. Первые концентрационные лагеря в нацистской Германии   были созданы после прихода гитлеровцев к власти с целью изоляции и репрессирования противников нацистского режима. Лагеря смерти, используемые нацистами для убийства евреев , цыган  и узников других национальностей, были построены по специальным проектам, с расчётной мощностью на уничтожение заданного количества людей.  
 
В период второй мировой войны гитлеровская Германия на территории оккупированных европейских стран создала гигантскую сеть концентрационные лагерей, превращенных в места организованного систематического убийства миллионов людей. С начала войны до марта 1942 г. число заключенных выросло с двадцати пяти тысяч до ста тысяч; в 1944 г. оно достигло миллиона. Целая система нацистских лагерей была создана и на территории оккупированной Беларуси.

Цель моей работы рассмотреть наиболее крупные лагеря на территории Беларуси  : Тростенецкий лагерь, Минское гетто , Озаричи  .

Задачи

1. Охарактеризовать данные лагеря смерти
2. Проанализировать их

1. Тростенецкий лагерь

Территория Беларуси покрылась сетью концентрационных лагерей и тюрем  ( более 260 лагерей смерти , их филиалов и отделений ), где людей сжигали , скармливали   собакам, закапывали живыми в землю , уничтожали в душегубках. Самым крупным в Беларуси и в СССР являлся Тростенецкий лагерь смерти около Минска, в котором было уничтожено более 200 тыс. человек. По количеству уничтоженных людей Тростенецкий лагерь уступает только польским Освенциму ,Майданеку и Треблинке .

19 июля 1941 года, три недели  спустя после того, как вермахт  оккупировал Минск, в западной  части города было создан лагерь  смерти, куда согнали всех оставшихся 85000 минских евреев. Для этих массовых  расстрелов шеф недавно созданной  минской службы «командир охранной  полиции в Минске», оберштурмбанфюрер  Эрих Эрлингер искал новое место для убийств, которое должно было находиться в его окрестностях. Он нашел его в 13 километрах юго-восточней Минска, в лесу Благовщины, слева от Могилевского шоссе. Эта местность не должна была быть видна издалека, и, что касается подъездных путей и ограждения, она была подготовлена наилучшим образом.

 
Ранее эта местность уже была огороженной советской территорией и возможно уже тогда была местом расстрелов жертв сталинских репрессий. Можно было использовать имеющиеся смотровые вышки. Необходимо было только на русских вывесках добавить на немецком: «Запретная зона! Вход воспрещен. Стреляем без предупреждения!»

Там выкопали большие ямы: шестьдесят метров в длину, пять метров в ширину и три метра в глубину. Командование охранной полиции называло это место «Территорией поселения». Эти ямы выкапывали русские военнопленные. Сначала в ноябре 1941 для 7000—10000 минских евреев из гетто. Затем для всех минчан, которых расстреляли немецкие оккупанты: для коммунистов, больных и слабых людей, а также для детей, молодежи и взрослых людей, которые подозревались в сговоре с партизанами или участвовали в сопротивлении.

Не было ни одной причины, препятствующей расстрелам в Тростянце. 
 
На грузовиках людей привозили из Минска к ямам. Затем они должны были отдать все, что у них было и раздеться. Они становились на край ямы и около двадцати стрелков тайной полиции или местных коллаборационистов убивали их выстрелом в затылок. В каждой яме находилось приблизительно 4500 тел. Сверху посыпали известняком и выравнивали поверхность. Начиная с мая 1942 года все убийства происходили в этом лесу Благовещины. 
Расстрелы производились по одному и тому же плану. Согласно этому плану люди отбирались перед каждой акцией. Привлекались все служащие охранной полиции, не учитывая их специализацию и прежние служебные дела. Командир охранной полиции следил за тем, чтобы были задействованы по возможности все. Так как чаще всего эшелоны прибывали на минскую товарную станцию в промежутке с 4.00 до 7.00 утра, то это способствовало тому, чтобы прибывших расстреливали в тот же день без промедления. Расстрелы продолжались с раннего утра до позднего вечера. Одна группа охранной полиции отвечала за разгрузку вновь прибывших людей, их багажа и товарных вагонов. Разгрузка, сбор и сортировка до прибытия эшелона из Кельна 24 июля 1942 года производилась на территории товарной станции в Минске. Во избежание паники и с целью проведения выгрузки и перегрузки без осложнений, депортированных вводили в заблуждение, рассказывая им об их дальнейшей судьбе. По громкоговорителю звучала упоительная речь, которая поздравляла их с прибытием. Им говорили, что расселят в различных местах. Их лживо уверяли, что их документы, оставшиеся деньги, все их вещи, которые они взяли с собой, забирают лишь для их блага, для того, чтобы они налегке могли ехать дальше, что все будет выслано им на место назначения. Чтобы их в этом убедить, им выдавали на все даже квитанции. Таким образом, многие до последнего момента действительно еще верили в переселение. Другая группа забирала деньги и ценные вещи.

Потом уже другие служащие отбирали таких людей, которых можно было бы послать на работу в гетто: депортированных, у которых еще были силы для работы, и квалифицированных рабочих. Из вещей они могли взять с собой только самое необходимое. Все остальное они должны были отдать.

 Для неработоспособных, больных, слабых, стариков и детей  уже стояли наготове грузовики: грузовики отвозили этих людей  к ямам в лес Благовещины, который находился в тринадцати километрах юго-восточнее Минска, для расстрела. Во избежание столпотворения на месте расстрела, что дало бы возможность жертвам устроить мятеж, грузовики отправлялись через определенный промежуток времени. Здесь на месте отправки за этим специально следил человек из охранной полиции.

Расстрелы производились по одной и той же схеме, каждый точно знал свою задачу и выполнял ее, не требуя каких-либо дополнительных распоряжений. Когда грузовики приближались к могилам, специальная группа выводила депортированных из машин, часто угрожая оружием, потому что люди уже слышали выстрелы, предполагали, что с ними произойдет и не хотели покидать грузовики. Другая группа сопровождала их прямо до края ямы, пытаясь предотвратить попытку жертв к бегству, которая могла произойти в последнюю секунду. Третья группа приказывала им раздеться полностью или до нижнего белья. Затем людей выстраивали вдоль ямы перед стрелками. Многие еще до расстрела прыгали в ямы, туда, где уже лежали трупы. Это создавало беспорядок и препятствовало установленному ходу расстрела. В соответствии с планом отбиралось также соответствующее количество стрелков. Издавался шум игравших пластинок, шлягеры сезона должны были заглушить звуки выстрелов, чтобы жители окрестных деревень, прежде всего Малого и Большого Тростенца, не слишком отчетливо слышали выстрелы. Убивали выстрелом в затылок. Если случалась промашка и жертва оставалась в живых, то производили повторные выстрелы. Часто давали автоматную очередь прямо в яму, пока все не становилось тихо и люди не лежали неподвижно. 

На месте сбора, на минской товарной станции, стояли уже наготове душегубки. Использовало этот способ убийства, чтобы ускорить процесс уничтожения, и из-за опасения, что психологическая нагрузка для стрелков была бы очень сильной, так как расстрелы производились слишком часто. Душегубки применялись по особому приказу минского ведомства охранной полиции, и это дело доверялось лишь квалифицированным шоферам. Они были в форме коробки, оббитой изнутри жестью, с двустворчатой дверью со стороны задней стенки. Водитель подключал трубу, через которую выхлопные газы поступали в камеру. И газовая камера ехала к ямам в лесок Благовещины.

Рабочая группа, состоящая из русских военнопленных или евреев, должна была доставать из камеры сцепленные друг с другом окровавленные, испачканные собственными отходами, фекалиями и мочой тела и бросать их в ямы.

 Иногда выхлопные газы  поступали в камеру тогда, когда  душегубка прибывала к могилам  и стояла с работающим двигателем. Тогда можно было слышать в  этой камере крики отчаянно  борющихся со смертью людей. Они  кулаками били по стенам и  упирались ногами с такой силой, что машина раскачивалась.  
Спустя 15 минут в машине становилось все тихо и неподвижно.

Это было показателем того, что борьба находящихся внутри людей прекратилась и можно открывать двери.

 
В конце июля 1942 года (во время массовых расстрелов евреев из Минского гетто) в Благовещине было уничтожено такое большое количество людей, что службе охранной полиции приходилось дополнительно одалживать грузовики у вермахта и у руководства железной дороги, чтобы перевезти все этих жертвы. 
По другую сторону этого места казни находилась небольшая деревня Малый Тростенец. Это деревня граничила с огромной хозяйственной местностью под названием колхоз Карла Маркса. Территория колхоза, где занимались земледелием и скотоводством.  
После оккупации Минска эсэсовцы отняли это хозяйство, и оно перешло в их владение как «хозяйство Тростенец». Все продукты, которые здесь производились, поставлялись в казино, столовые и полиции. Таким образом, это хозяйство кормило своих оккупантов. Для работы в нем была выделена рабочая сила: военнопленные и депортированные из рейха и специально для этого отобранные евреи, в хозяйстве были задействованы 500 рабочих. Они работали также и в прачечных, где очищалась одежда расстрелянных людей от песка и крови, и в швейной мастерской, где приводилась в порядок разорванная и пострадавшая от пуль одежда, в сапожной мастерской, где ремонтировались поврежденные сумки жертв. 
 

Чтобы следить за рабочими и чтобы предотвратить попытку к бегству, людей держали в бараках, окруженных забором из колючей проволоки, и поставили смотровые вышки. Количество рабочих росло, и росла территория, на которой находились люди в свободное от работы время. Необходимо было строить новый забор из колючей проволоки и ставить смотровые вышки: лагерь за пределами хозяйства становился больше.

Дошло до того, что ежедневно большое количество людей доставлялось к месту расстрела на телегах, столько, сколько стрелки могли «обслужить» за день. Таким образом, люди были вынуждены ждать своей смерти два или три дня: в бункерах и бараках, конечно, окруженных забором из колючей проволоки и смотровыми вышками. 
 
Так возникли два отдельных лагеря: один для рабочих, работающих в колхозе, а другой для тех, кто ожидал своей смерти. 
 
Не прекращались попытки партизан освободить людей. Одна из таких попыток была предпринята в ночь на 19 марта 1942 года.

 Партизаны убили несколько  из охранников, обошли здание  коменданта и освободили определенное  количество пленных. В связи с  этим немцы увеличили число  охранников на 250 человек, обнесли  каждый из бараков в отдельности  колючей проволокой, поставили охранников  с собаками вокруг бараков  и бункеров. Кроме того, они оборудовали  бункер для пленных, которых должны  были расстреливать на следующий  день непосредственно у ворот  лагеря возле тополиной аллеи, который строго охранялся. И весь  лагерь в три ряда был обнесен  забором из колючей проволоки, к которому было подведено  электричество, поставили смотровые  вышки с постовыми. Внутри находилось  футбольное поле. Чтобы развлечь  комендантов лагеря, управляющих, охранников  и людей охранной полиции из  Минска, здесь проходили футбольные  матчи: соревнования двух команд, игроков которых предварительно  поили водкой. Даже вновь прибывшие  евреи должны были играть против  пленных из бункеров, которые  ожидали своей смерти. Проигравшую команду сразу же расстреливали в Благовщине. Команде, которая одерживала победу, продлевали жизнь на день или два.

Несмотря на усиленную охрану, партизанам постоянно удавалось по ночам проникать в лагерь и освобождать небольшую часть своих соотечественников. Ранее партизаны были обычными крестьянами и проживали в деревне Малый Тростенец, которая находилась неподалеку от лагеря. В то время как они делали вид, что обрабатывают поля возле колючей проволоки, они весь день напролет могли следить за оцеплением и сменой постов.

 
После повторной попытки освободить заключенных, минский генеральный комиссар в мае 1943 года велел переформировать деревню Малый Тростенец в «военную деревню». Все жители должны были покинуть деревню, а на их место были поселены сторонники нацистов и крестьяне-коллаборационисты. Пригодные к военной службе мужчины в возрасте от 16 до 50 лет, будучи крестьянами-коллаборационистами, были обучены военному делу и получили оружие. Таким образом, деревня управлялась и охранялась немецкой жандармерией и (местной) группой охранников. Благодаря такому «обучению и использованию сил» крестьян-коллаборационистов в «военной деревне» попытки партизан проникнуть в деревню Малый Тростенец и освободить заключенных стали невозможными. 
В конце сентября 1943 года солдаты вермахта вынуждены были оставить Смоленск. Красная Армия приближалась к Минску. Командирам стало ясно, что Минск им уже не удержать.

 Уже весной — в  начале лета 1943 германская служба  безопасности, которая несла ответственность  за уничтожение евреев, поняла, что  немецкие войска должны очистить  всю восточную часть России. И  русские не должны были обнаружить  следы массовых убийств со  стороны немецких оккупантов. Эти  следы необходимо было уничтожить. И служба безопасности Берлина  решила перед наступлением Красной  Армии «очистить» все крупные  массовые захоронения. Эта акция  была названа «извлечением трупов» (массовое сжигание трупов). Она  была строго секретной, и все, кто принимал в ней участие, должны были дать подписку о неразглашении. 
 
Для рабочих рядом с территорией, на которой происходило сжигание, был построен небольшой земляной бункер без окон, в котором они ночевали и проводили вечера.

 Проход был таким  узким, что через него мог пройти  только один человек. Для подачи  воздуха служило узкое вентиляционное  отверстие. Перед дверью стоял  охранник, а на крыше находился  переводчик, который подслушивал  разговоры рабочих. На ногах у  военнопленных были цепи, которые  едва позволяли им выполнять  их работу, но зато препятствовали  побегу. 

 
 
Найти 34 ямы-могилы было несложно, потому что с течением времени почва осела , и образовался отвес. Работа 100 русских военнопленных заключалась в том, чтобы вскрывать могилы и с помощью специально подготовленных крюков доставать из них тела. Так как трупы уже подверглись сильному разложению, то во время их вытягивания они распадались на куски. Головы отваливались от шей, а руки и ноги от туловищ. Рабочим приходилось спускаться вовнутрь и доставать, находясь в зловещей вони, тела и части тел и складывать их в кучу. 
 
Во время этой акции расстрелы продолжались возле этих «куч». Бывало и такое, что людей только ранило и позже они выбирались и прятались в лесу. К тому же день и ночь к месту сожжения подъезжали душегубки с телами. И прежде чем рабочие утром начинали доставать тела из ям, они должны были сначала «разобраться» с телами расстрелянных или задушенных ночью людей.

Чтобы не оставлять свидетелей, через определенный промежуток времени, чаще всего после рабочего дня, военнопленных расстреливали и сжигали. А на утро привозили новых людей из минских лагерей, которых тоже ликвидировали после выполнения работ. Так как речь шла о секретной операции, переписка была категорически запрещена.  

Чтобы обеспечить себя достаточным количеством древесины, вокруг Тростенца были отобраны все повозки. Ежедневно крестьяне рубили деревья в его окрестностях и отвозили бревна к краю Могилевского шоссе, туда, где начиналась узкая дорога в лес Благовещины.

Под присмотром рабочие колонны отвозили древесину, грузили ее в машины и шли к месту кострищ. 
15 декабря 1943 года все тела из 34 ям-могил были извлечены и сожжены. Предпоследняя смена рабочих выровняла последнюю могилу и прикрыла ее ветками. Руководитель обратился к 45 рабочим с дружественной речью, поблагодарил их за работу и выразил свое удовлетворение. Затем каждый из них должен был подойти к столу и расписаться на листе бумаги о неразглашении их деятельности. Он сообщил им, что они едут в Минск и смогут принять душ. Каждый получил кусок мыла и полотенце. Он с каждым лично попрощался за руки. Вместо обещанного транспорта, который должен был следовать в Минск, их погрузили в стоявшую наготове душегубку. Они уже предполагали, что с ними произойдет, и не хотели заходить. Полицейские запихивали их в газовую камеру. Военнопленные были настолько измучены, что особо не сопротивлялись. Вскоре двери за ними заперли и двигатель заработал.  
Так как Красная Армия все ближе подходила к Минску, с конца октября 1943 года трупы больше не закапывали, их сразу же сжигали. 
В конце июня 1944 Красная Армия уже стояла под Минском. Лагерь ликвидировался еще с большей силой. В лагере еще находилось 100 пленных. Красная Армия все ближе подходила к Минску. Уже была слышна стрельба. Поддавшись панике, немцы готовили свой побег. Пленные, находившиеся в минских лагерях и тюрьмах, надеялись, что Красная Армия подойдет скорее, чем немецкие грузовики и душегубки. И все же, прежде чем немцы покинули Минск, шеф полиции 28 июня 1944 года приказал: минские гражданские лица из тюрем и оставшиеся русские военнопленные из лагерей Минска и его окрестностей должны быть расстреляны в большом сарае и сожжены вместе с ним. 
Так и произошло. 28—30 июня 1944 года жертв выстраивали на бревнах и расстреливали из пулемета. На трупы снова клался слой древесины. Прибывали новые жертвы и все снова повторялось. Все продолжалось до тех пор, пока последние не находились под потолком. 6500 трупов находились в этом сарае. А потом их поджигали.

Это продолжалось в течение трех дней, пока Красная Армия не освободила Минск. Когда первые советские войска вступили в Тростянец, трупы все еще горели. Горели также бараки и деревянные постройки лагеря и колхоза, которые подожгли немцы перед своим бегством. 
Общее число убитых в лагере смерти Тростянец составляет 206500 человек.

2. Минское гетто

Распоряжение полевого коменданта о создании в гор.Минске

19 июля 1941г.     

1. С  момента издание настоящего распоряжения в Минске создаётся еврейский район ,где будут проживать исключительно евреи.
2. В течение пяти суток со времени опубликования настоящего распоряжения всё еврейское население гор.Минска обязано переселиться в отведённый ему для жительства район гор.Минска. Лица, которые по истечении упомянутого срока будут замечены всне отведённой им для жительства района ,подвергнутся аресту и строгим мерам наказания.
3. Разрешается взять с собой домашнее имущество. Присвоение чужого имущества карается смертной казнью.
4. Отведенный для жительства район ограничен следующими улицами : Колхозный пер., Колхозная ул., проходящая вдоль реки, Немигская ул., исключая православную церковь ,Республиканская ул., Шорная ул., Коллекторная ул., Мебельный пер., Перекопская ул.,Низовая ул., стена еврейского кладбища ,Обувная ул.,  2-й пер. Опанского , Заславльская ул., вплоть до угла  Колхозного пер.
5. После завершения процесса переселения весь квартал, отведенный для жительства евреям ,подлежит изоляции от остальной части города путём возведения стены из сухой кладки. Сооружение этих стен осуществляется самими жителями еврейского жилого квартала с применением камня и кирпича разрушенных зданий .

6. Категорически запрещается евреям ,включённым в трудовые колонны ,пребывание за пределами отведённого им жилого района. Эти евреи могут покидать свой район лишь в составе трудовой колонны и находится за пределами своего района лишь для выполнения работ, предписанных им Минской городской управой. Неподчинение этому приказу карается смертной казнью.
7. Евреям разрешается входить в еврейский жилой район и выходить из него лишь через два прохода, находящихся на ул.Опанского и Островского. Перелазить через стену ,ограничивающую этот район ,запрещается. Немецким часовым и вспомогательной полиции даны инстукции стрелять в тех,кто не подчиняется этому распоряжению.  Немецким часовым и вспомогательной полиции даны инструкции  стрелять в тех, кто не подчиняется этому распоряжению.
8. Право входа в еврейский жилой район имеют только евреи, а также военнослужащие немецких воинских частей и работников Минской городской управы, посещающие еврейский жилой район по служебным делам
9. Для осуществления мероприятий ,связанных с переселением евреев ,на еврейский совет налагается принудительный заем в сумме 30 тыс. червонцев. Эта сумма ,выплата которой с процентами будет урегулирована позднее, должна быть внесена в кассу городской управы по ул.Карла Маркса , д.28, в течении 12-ти час.после опубликования настоящего распоряжения .
10. Еврейский совет обязан немедленно уведомить жилищный отдел городской управы обо всех квартирах ,находящихся за пределами еврейского жилого района ,освобождённых евреями и ещё не заселены арийским населением.
11. Порядок в еврейском жилом районе будет поддерживаться еврейской службой охраны порядка .
12. Еврейский совет гор.Минска полностью отвечает за осуществления приказа о переселении евреев .Лица , не подчиняющиеся этому приказу ,будут строжайше наказаны.

Полевой комендант

Одним из крупнейших городских лагерей смерти было Минское гетто, созданное гитлеровцами 19 июля 1941 г. Гетто было обнесено высоким ограждением с колючей проволокой. Выходить из него евреи могли только на работу или по специальному разрешению. На спине и груди они должны были носить жёлтые знаки. За нарушение правил угрожал расстрел . На население гетто гитлеровцы налагали контрибуции , сбором которых занимался еврейский комитет и еврейская полиция .В годы оккупации в Минском гетто систематически повторялись погромы.

 В результате здесь было  уничтожено около 100 тыс. человек . Всего  в Беларуси существовало более 100 еврейских гетто, в которые  немцы сожгли сотни тысяч евреев  – жителей Беларуси , стран Европы .   
 
По свидетельствам очевидцев, гетто опоясали густыми рядами колючей проволоки, установили сторожевые вышки и круглосуточное наблюдение. Через определенные интервалы времени вдоль ограды следовали вооруженные патрули жандармов и полиции. По тем, кто рисковал подойти к проволоке заграждения для обмена личных вещей и имущества на продукты питания, охране разрешалось открывать огонь без предупреждения. Вскоре в гетто Минска согнали евреев из близлежащих местечек и сел. Скученность населения достигла невероятных размеров. Немцы были вынуждены распределять жилую площадь из расчета полтора квадратных метра на одного взрослого человека, не считая детей. Трудно представить себе тесноту гетто, среди развалин кварталов, разрушенных бомбардировкой зданий, взорванных квартир, на пепелищах сожженных домов без перекрытий и сияющими провалами вместо окон, где ютились тысячи несчастных, голодных, трепещущих от страха существ. Фашисты издевались над заключенными евреями, грабили, мучили, кололи штыками, бросали живыми в огонь. Осужденных на смерть принуждали петь песни, танцевать, а потом их расстреливали. 
По приказу генерального комиссара Белоруссии вводился режим особого положения. В Минске был установлен комендантский час с 22.00 до 5.00 утра, а в других городах республики - с 21.00, в сельской местности - до 4.00. Все лица старше 14 лет обязаны были иметь при себе удостоверение личности. Владельцы домов и квартир - вывешивали на видном месте списки с точным указанием проживающих жильцов. Особо подчеркивалось, что поддерживать "большевистские банды" и их приверженцев, передавать им сведения и личные наблюдения, денежные средства, продовольствие, одежду, медикаменты, давать приют, пускать на ночлег и пр. запрещалось под угрозой смерти. Приказ обязывал всякого немедленно сообщать властям о появлении подозрительных лиц. За успешное сотрудничество предлагалось денежное вознаграждение, водка, папиросы и махорка. Для крестьян, отличившихся в борьбе с партизанами, выделялись единоличные хозяйства. 
 
Каждый еврей должен был носить на своей одежде нашивку желтого цвета. Как правило, это были просто куски желтой материи, чаще всего неровно вырезанные кружки. В Минске немцы не требовали, чтобы «желтые звезды» были действительно звездами. Как правило, вопрос отличительного знака для евреев был прерогативой местного начальства и на различных частях оккупационной территории решался по-своему. 
 
Чтобы поесть, выжить люди продавали свои вещи, которые немцы при переселении в гетто не конфисковали. Так как денег не было, основной «валютой» в торговле между гетто и «той стороной» служил отрез — своеобразный обменный купон, в первичном своем назначении — материал на мужской костюм или женское платье. Отрезы имелись у многих из жителей гетто, так как в советских условиях их собирание было, пожалуй, самым надежным вкладыванием и сохранением своих сбережений. В гетто отрезы сразу же обрели большой спрос, который не уменьшался до последних дней его существования. 
 
Нацисты применили классическую тактику: прежде чем приступить к уничтожению еврейского населения, необходимо ликвидировать его самую активную, боеспособную, способную к сопротивлению часть — мужчин, причем самых здоровых и молодых. Это стало целью облав 14, 26 и 31 августа 1941 года в Минском гетто. 
 
После событий августа 1941 г. большинство евреев поняло, что каждому из них без исключения угрожает смерть, что даже «честная работа» или «надежные документы» не могли гарантировать защиту от смерти. Только в августе 1941 -го гетто трижды (14, 26 и 31) узнало массовые облавы, учиненные командами и отрядами литовских фашистов со специально обученными собаками. С побоями и криками тысячи евреев сгоняли на Юбилейную площадь, и оттуда их вывозили на Тучинку и на Широкую. 
 
Утром 7 ноября отряды СС и полиции вместе с большим количеством местных и литовских помощников вошли в гетто. Остановившись ненадолго на Юбилейной площади, они затем рассыпались по улицам Немига и Островского. Там начали искать и хватать всех, кто попадался на глаза: мужчин, женщин и детей, которых сгоняли на Юбилейную площадь. Старых и немощных расстреливали на месте.

Вся площадь и прилегающие улицы заполнились людьми, на лицах которых был написан неизмеримый отчаянный страх.

Затем поступил приказ построиться в шеренги по 8 человек, людям раздали красные флаги с советской символикой. Мужчинам в первой шеренге дали в руки огромный плакат с лозунгом: «Да здравствует 24-я годовщина Великой Октябрьской социалистической революции!» Из юденрата вышли люди в гражданском с кинокамерами. С разных сторон они стали снимать «демонстрацию»: евреям было приказано улыбаться и выглядеть счастливыми, взять на плечи детей и двигаться маршем. Колонна вышла на ул. Опанского, где уже стояла колонна больших черных машин. Через некоторое время эти черные машины, груженные евреями, стали двигаться на Тучинку. 
 
Погромы следовали один за другим. К 1 августа 1941 года осталось около 85 тысяч человек, а к лету 1942г. фашисты уничтожили практически всех. Поражают цинизм и хладнокровие, с которым фашисты вели подсчет уничтоженных ими людей. 31 июля 1942г. генеральный комиссар Кубе докладывал рейхскомиссару «Остланда» Лозе: «За последние десять недель в Белоруссии ликвидировано около 55 тысяч евреев. В Минской области евреи полностью истреблены». Так было по всей Беларуси.

3. Озаричи

 
Одна из трагических страниц истории белорусского народа - испытания, выпавшие на долю узников Озариченского лагеря.

 
Из Акта комиссии представителей воинской части Красной Армии и местной общественности о зверствах и издевательствах немецких фашистов над советскими людьми в концлагере у мест. Озаричи Домановичского района Полесской обл.

Не ранее 19 марта 1944г.

Лагерь по территории занимает площадь около 2 га. Расположен в редком сосновом лесу под открытым небом .Площадь лагеря огорожена проколкой в 1 ряд и в 5 линий по вертикали .По углам лагеря построены 4 наблюдательные вышки для охраны .Охрана лагеря  была вооружена автоматами и станковыми пулемётами . По показаниям самих заключённых , в начале марта их насильно согнали и этапным порядком отправили на стн.Жлобин ,откуда, погрузив 3 товарных не отапливаемых эшелона ,повезли в неизвестным направлении. Эшелоны прибыли на стн.Старушки ,где их [заключённых]всех выгрузили и распределили по лагерям . В вышеупомянутый лагерь прибыло более 8800 чел. Среди них подавляющее большинство жителей Беларуси –Полесской ,Гомельской и Могилёвской обл., а также люди ,угнанные немцами из других областей ещё летом и осенью 1943г. Большинство заключённых лагеря были дети всех возрастов ,остальная часть – нетрудоспособные женщины (из них много кормящих  матерей), старики ,старухи и больные инфекционными заболеваниями .Несмотря на то, что перед эвакуацией из родных сёл и городов немецкие власти объявили жителям ,что им разрешается брать с собой неограниченное количество вещей и продуктов питания, немецкие офицеры и солдаты отобрали имевшиеся у них продукты питания , не оставив хлеба для маленьких детей .Режим лагеря был невыносим. Раздетые  и голодные не имели права разводить костры ,ходить в ближайшее болото ,чтобы достать из-под мха несколько капель болотной воды .

Категорически запрещалось приближаться к проволоке. За попытку приблизиться к заграждению расстреливали …

На проволоке висели противопехотные мины. При малейшим прикосновении к проволоке мины рвались , убивая и раня находящихся в близи людей …

Охрана лагеря расхаживала по территории и избивала заключённых дубинками…

В лагере был установлен режим ,рассчитанный на истребление людей и голодную смерть. Раз в неделю немцы подвозили к проволоке хлеб и кусками ,как собакам , бросали его в толпу измождённых людей .Маленький кусочек хлеба после систематического голодания ещё больше усиливал муки заключённых .Ежедневно в лагере умирало много людей от истощения вследствие  систематического недоедания  и от острых инфекционных заболеваний .Умерших в большинстве случаев не хоронили, и они лежали тут же ,среди  живых , распространяя трупный запах и эпидемии.

По всей вероятности ,немецко-фашистские  захватчики собирались расстрелять все заключённых лагеря и для этой цели заставили самих заключённых вырыть огромный ров 6 на 3 на 2 м, куда было брошено 15 расстрелянных. Все подступы к лагерю были густо минированы противотанковыми и противопехотными минами…

Преступление немецко-фашистких оккупантов в Беларуси. 1941-1944 –Мн.,1965.-С.147-149.

 
В 1944 году командование вермахта широко применяло практику использования гражданского населения в качестве прикрытия (заслона) на пути наступления советских войск. Как правило, у передней линии обороны гитлеровцы обносили колючей проволокой в несколько рядов большие участки земли, загоняли туда женщин, детей, стариков и держали их под сильной охраной без крова, пищи и воды. Преднамеренно сюда помещали больных сыпным тифом и другими инфекционными болезнями. 
 

В марте 1944г. в соответствии с приказами и распоряжениями командующего 9-й армией генерала Иозефа Харце, командира 56-го танкового корпуса генерала Фридриха Госсбаха и командира 35-й пехотной дивизии генерала Георга Рихерта у переднего края немецкой обороны были созданы три лагеря.

Один из них находился на болоте у поселка Дерть, второй - в двух километрах северо-западнее местечка Озаричи, третий - в двух километрах западнее деревни Подосинник в болоте. В конце февраля - начале марта 1944 года гитлеровцы согнали сюда более 50 тысяч нетрудоспособных граждан Гомельской, Могилевской, Полесской областей Беларуси, а также Смоленской и Орловской областей России. Эти три лагеря получили название «Озаричского лагеря смерти». 
 
12 марта 1944 года в Озаричские лагеря смерти гитлеровцы вывезли и жителей деревни Выжары (Кировский р-н Могилевской обл.). 
Из воспоминаний бывшей узницы Е.М.Харченко: 
 
Нашу деревню Выжары окружили каратели и выгнали всех жителей из домов. Сказали, что с нами будет все хорошо, и никаких вещей с собой брать не нужно. Людей разделили на 2 группы: женщин, детей и стариков - в одну, мужчин и подростков - в другую. Всех погрузили в автомашины и повезли в Бобруйск. Там еще раз отсортировали тех, кто помоложе, куда попала и я. Но мои дети со слезами бросились ко мне, схватили за руки и вывели с этой группы в другую, более старшую по возрасту. Там были и мои родители. К счастью, немцы в суете не обратили на это внимания. Людей собралось много, были тут и жители нашего района.  
 
Потом нас как животных погрузили в товарные вагоны и повезли куда-то по железной дороге. Вагоны были битком набиты людьми, можно было только стоять. Дети плакали, кричали, просили пить. Во всех в голове засела одна мысль: Куда нас везут? Но везли нас недолго.  
 
Вскоре мы очутились за колючей проволокой какого-то лагеря. Под открытым небом, без воды и еды. Под охраной автоматчиков прошла ночь. Как только начало светать, приказали выходить, погнали пешком.