Сравнительный менеджмент в Китае

Министерство  сельского хозяйства РФ

Департамент научно-технической политики и образования

Волгоградская государственная сельскохозяйственная академия 
 

Кафедра: «Менеджмент»

Дисциплина: «Менеджмент» 
 
 
 

Реферат

На тему: «Сравнительный менеджмент в Китае». 
 
 
 
 
 

Выполнила: Комарова И.П.

Группа: Эк-42

Проверила: Зеленева И.П. 

Волгоград 2011 г.

Введение

Россия  и Китай имеют много общего. Обе страны – географические гиганты  со стремительно развивающейся экономикой, привлекающие внимание иностранных  инвесторов и компаний всех размеров в поисках новых рынков. В то же время экономические особенности  двух стран весьма отличаются друг от друга.

Так, например, в России доля малых и средних  предприятий (МСП) в валовом внутреннем продукте (ВВП) составляет приблизительно 13-17 %. Официальные данные за 2005 год (самая  последняя доступная информация) показывают, что доля МСП в ВВП  Китая составляет 55%. Для сравнения, в США эта величина составляет 50-60%, а в Евросоюзе – около 70%. Что же является причиной такого ярко-выраженного отставания в этом секторе экономики? Ведь именно он, как считается, наделяет экономику  страны гибкостью, разнообразием и  силой преодолевать экономические  спады. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Малый и средний бизнес в Китае 

В отличие  от России, экономика Китая может  похвастаться сильным сектором МСП  и программами поддержки их финансирования. По сведениям за 2005 год, доля МСП  составляет 55% ВВП, а также 60% объема промышленного производства, 75% новых  рабочих мест и 75% занятости в  городской местности. Китайский  рынок встречает новые МСП  благосклонными для развития условиями, государственной поддержкой и повышенным вниманием со стороны иностранных  финансовых учреждений. Однако значительные трудности встречаются и там, одной из них является недостаточная  реализация прав интеллектуальной собственности.  

Китайское правительство хорошо осознает огромную важность МСП. В 90-х годах число  государственных предприятий в  Китае было значительно сокращено, многие из них были приватизированы  для того, чтобы повысить производительность и рентабельность самих компаний и экономики в целом. По некоторым  подсчетам в процессе этого было потеряно более 53 миллионов рабочих  мест в государственном секторе (большинство в результате сокращений и раннего выхода на пенсию).  

Такая потеря рабочих мест является потенциальным  риском социальной нестабильности, поэтому  китайское правительство уделило  приоритетное значение росту МСП  для поглощения возникшего избытка  рабочей силы, освобожденной с  государственных предприятий. Для  стимуляции роста МСП китайское  правительство предприняло различные  меры. Среди них – внедрение  одношаговой регистрации и процесса согласований с целью упростить  и ускорить образование новых  компаний, образование специального фонда, в котором МСП могут  получить низкопроцентные ссуды, а  также субсидии на погашение кредитов в размере до 2 миллионов юаней (более 290 000 долларов) для отвечающих установленным условиям предприятий.  

Помимо  поддержки правительства МСП  в Китае могут рассчитывать на помощь иностранных финансовых организаций. Недавно Citibank организовал в Китае  специализированный отдел, предоставляющий  МСП ссуды, консультации и управление наличностью.  Standard Charter Bank начал экспериментальную выдачу малых кредитов МСП в Шанхае и Шэнчьжэнь до 500 000 юаней без закладной на период до двух лет. Китайские МСП (как все МСП по всему миру) могут воспользоваться новой биржевой платформой NYSE Arca, позволяющей компаниям войти в специальную категорию листинга, пока они не смогут удовлетворить все стандартные требования листинга основной биржи.  

Тем не менее, несмотря на доступность финансирования, китайские МСП должны быть более  осторожны в выборе кредиторов. Коррупция  остается одной из главных проблем  Китая, оказывая негативное влияние  на финансовую систему страны. Хорошо известны многочисленные истории о  менеджерах и сотрудниках банков, покидающих страну с похищенными  миллионами. Общая сумма непогашенных банковских ссуд достигает 204 миллиарда  долларов. Многие банки спасаются  только благодаря государственной  финансовой поддержке из значительных валютных резервов страны. Трудно поверить, что МСП, используя такую нестабильную финансовую систему, способны защитить свои финансы.  

Коррупция в Китае распространена настолько  широко, что лидеры Коммунистической партии Китая назвали ее главной  угрозой продолжению руководства  Коммунистической партии. Повсеместное взяточничество увеличивает риск и  стоимость предпринимательства  в Китае даже для МСП, вынужденных  прибегать к взяткам для получения  контрактов и дальнейшего роста. Весьма распространена коррупция на низших уровнях власти среди должностных  лиц, находящихся в непосредственном контакте с компаниями.  

Также как и в России, многочисленные законы Китая выступают против таких  незаконных действий, но недостаточные  меры по их исполнению делают законы неэффективными. Несмотря на усиление деятельности правоохранительных органов и новую политику «назвать и опозорить», начатую в 2006 году, в рамках которой обличенные в  коррупции компании вносятся в общедоступный  интернет-список, коррупция продолжает оставаться препятствием предпринимательства  на обозримое будущее. В своем  выступлении на открытии 17-го съезда Ху Джинтао, лидер Коммунистической партии Китая, обратил внимание на долгосрочную природу борьбы с этой проблемой.

Еще одним  значительным препятствием для иностранных  МСП, входящих на китайский рынок, является недостаточная защита прав интеллектуальной собственности. Несмотря на повторяющиеся  строгие меры, многие компании, надеющиеся выйти на рынок Китая, обнаруживают, что более дешевые подделки их продуктов уже производятся и  продаются здесь.  Большие международные компании часто могут позволить себе затраты на судебные издержки и борьбу с фальсификаторами, но большинству МСП это не по карману.  

С позитивной точки зрения, учитывая уровень распространения  нарушений авторских прав в Китае, западные МСП, заинтересованные в выходе на китайский рынок, могут рассчитывать на некоторую поддержку со стороны  своего правительства в данном вопросе. Министерство Торговли США способствовало внедрению консультативной программы  по защите авторских прав МСП в  Китае «SME China IPR Advisory Program», предоставляющей  бесплатные консультации американским МСП. Программа помогает компаниям  в создании стратегии защиты их прав интеллектуальной собственности, решении  судебных споров и получении дополнительного  образования в этой сфере. Подобное агентство “China IPR SME Helpdesk" было создано  и в Евросоюзе.

Две страны, два рынка 

Пока  Россия стремится разнообразить  свою экономику и найти способы  увеличить долю участия в ней  малого бизнеса, в Китае этот процесс  уже осуществляется.  

В общем, среда для роста и развития МСП в Китае остается позитивной. Китайское правительство, осознавая  значимость МСП в создании новых  рабочих мест, активно поддерживает развитие малых компаний с помощью  целевых программ. Финансирование МСП  в Китае, хотя и далеко от совершенства, тем не менее, предоставляет адекватную поддержку их развитию. 

В России, с ее сокращением численности  населения и чрезмерной зависимостью от добычи природных ископаемых, поддержка  МСП далеко не так эффективна. Тогда  как ее растущие рынки весьма привлекательны для инвестиций малого бизнеса, российскому  правительству было бы полезно осознать значимость данного экономического сектора и принять конкретные меры для борьбы с бюрократией  и создания более позитивной среды  для кредитных организаций, работающих с МСП, возможно, посредством программ кредитных гарантий. Тогда как  проблемы с нарушением авторских  прав и коррупцией существуют в обеих  странах, Китай оказывает важному  сектору малого бизнеса более  значительную поддержку, и об этом свидетельствует  успешный рынок МСП в этой стране. России еще предстоит приложить  немало усилий прежде, чем ее показатели смогут сравниться с ее южным соседом.

     Для китайцев деньги без жизни  - ничто, но и жизнь без денег  лишена ценности. Более того, деньги  в китайском обществе являются  главным выражением и мерилом  любви и чувства солидарности  в рамках той же семьи, где  первостепенное значение придается  именно материальным интересам.  Китайские родители дарят детям  на Новый год красные конверты  с деньгами, давая им наглядный  урок важности денег как знака  личной симпатии. Те же красные  конверты (и ничего кроме них!) дарят новобрачным в день их  свадьбы. 

      Китайские торговцы традиционно склонны снижать  цены за счет более быстрого оборота  капитала (следовательно, и больших  усилий) и довольствоваться даже незначительной прибылью. Китайцы готовы работать почти круглые сутки без выходных и праздников (единственное исключение - недельный отдых на китайский  Новый год). Современные китайские  предприниматели любят подчеркивать, что истинная мера жизненного счастья - это работа, которая одновременно приносит доход и моральное удовлетворение. Очевидным фактом является то, что  китаец умеет находить интерес в  любой работе и потому прилежно ее выполняет. А где есть неподдельная личная заинтересованность и хорошие  навыки, там легко появиться и  общественному, и экономическому успеху. Отсюда и высокая конкурентоспособность  китайских предприятий и магазинов  там, где есть китайские общины. Напомним, наконец, что китайцы всегда ставили  акцент на способности человека жить совместно с другими людьми и  находиться с ними во взаимовыгодном обмене, считая это самым естественным свойством человеческого сознания. Обращение денег и финансов китайцы  уподобляли циркуляции жизненной энергии  в организме: чем свободнее осуществляется это обращение, тем больше пользы для всего общества.

      Одним словом, по китайским представлениям, жизнь нужно использовать для  того, чтобы зарабатывать деньги, а  чтобы жить воистину, нужно быть богатым.

      В реальной жизни традиционное отношение  китайцев к богатству предстает  как хозяйская рачительность, которая  в узких рамках повседневности кажется  крепко поставленной бережливостью, даже скупостью. Во всяком случае, китайские  общества отличаются самой высокой  в мире нормой сбережений.

      Деньги - излюбленная тема разговора в  китайской компании, обсуждаемая  с шокирующей европейцев (если не американцев) откровенностью.  Поинтересоваться даже у малознакомого человека, сколько  он заплатил за свой автомобиль или  костюм, который носит, отнюдь не считается  предосудительным среди китайцев. По ответу, по крайней мере, можно судить о положении в обществе, на которое  претендует данное лицо. Что касается власти, то здесь, конечно, главное значение имеют объективные критерии социального  статуса, но весьма важно также иметь  манеры, подобающие начальнику, учителю  или знаменитости: выдержку, царственное  спокойствие, снисходительное радушие  и т.д. Щедрость, однако, в число  этих добродетелей не входит, хотя она  и не совсем чужда детям Срединной  страны.

      Следует иметь в виду некоторые особенностях китайской семейной организации - например, обычай делить семейное состояние между  всеми наследниками, не исключая дочерей. Подобное дробление семейного имущества  усиливало неустойчивость экономического положения семьи, что усугублялось жесткой конкуренцией как в хозяйственной  деятельности, так и в социальной карьере. С давних времен в китайском  обществе повсеместно господствует убеждение в том, что процветание  семьи не продлится более трех поколений. Классические китайские  романы о семейной жизни почти  всегда являют собой повествование  о неотвратимом упадке и гибели состоятельного семейства. Возможно в этом кроется  причина навязчивого желания  главы китайской семьи оставить как можно больше сбережений своим  детям, чтобы обеспечить будущее  потомства.

    Но вернемся к характеристике  китайской социальности. В структурном  отношении присущий китайской  цивилизации социум представляет  собой как бы три концентрические  сферы. Его ядро составляет  семейный коллектив, члены которого  связаны кровными узами и, соответственно, некими безусловными и неотменяемыми  взаимными обязательствами. Внешняя  сфера соответствует кругу друзей  и доброжелательных знакомых, которые  способны оказать помощь или  услугу в различных делах. На  периферии находятся разного  рода чужаки - от незнакомых земляков  до иностранцев, - с которыми не  ведется никаких дел. Эти три  группы различаются между собой  по степени оказываемого им  доверия: «своей семье доверяют  абсолютно, друзьям и знакомым  доверяют в той мере, в какой  с ними находятся в отношениях  взаимной зависимости и от  них зависит собственное "лицо". В отношении же всех прочих  не предполагается наличия доброй  воли».

      Китайцам  свойственно (чего не скажешь, например, о современных русских) доверять общественному мнению, пусть даже в примитивном виде «людской молвы», суду истории и просто стихии народной жизни, которая, как убежден каждый китаец, сама расставит все по своим  местам и вынесет каждому справедливый приговор.

      На  практике китайцы в вопросе доверия  часто пользуются одним простым  приемом. Вся сеть их знакомств составляет круг лиц, которые заслуживают только «малого доверия». В рамках же этого  круга со временем образуется узкий  круг близких друзей, которые пользуются «большим доверием». В китайском  языке есть даже специальное понятие  для такого близкого друга, которое  означает буквально: «знающий тебя так, как ты сам себя знаешь». Заметим, что в политической и деловой  жизни Китая предательство своего патрона - явление сравнительно редкое.

      Классический  для Америки образ деловито-сухого менеджера, исповедующего «административно-командный» стиль работы, совершенно неприемлем в китайской среде, где управляющий  при всей его неоспоримой власти и авторитете должен держаться по-отечески мягко и радушно по отношению  к подчиненным, постоянно извиняться и благодарить их за труды.

      Потребность в неформальных, «душевных» связях между руководителем и подчиненными может выражаться в довольно-таки резких и непривычных даже для  демократической Америки формах. Кажется, только в Китае высшие лица государства могут давать телеинтервью, развалившись перед камерой в  одних носках. И это тоже, как  ни странно, исполнение определенной формальности.

      В китайском бизнесе доминируют семейные или, по крайней мере, семейные в  своей основе предприятия. В китайском  деловом мире господствуют мелкие и  средние компании, специализирующиеся на производстве одного вида продукции  или оказании очень узкого спектра  услуг и, как правило, вписанные  в более широкую сеть смежных  и обслуживающих друг друга предприятий. Расширение бизнеса сопровождается выделением из компании смежных, но в  значительной мере самостоятельных  структур, остающихся верными принципу узкой специализации. Приверженность китайцев к малому и среднему бизнесу  особенно заметна на периферии китайской  цивилизации и в странах ЮВА, где китайская община существует в чуждом этническом и культурном окружении и развивается вполне автономно.

      Нетрудно  предугадать особенности организации  маленьких, семейных в своей основе предприятий. Для них свойственны  простота и аморфность структуры, слабое размежевание между их отдельными функциями, важная роль личных отношений и неписаных  правил этикета, которые безусловно важнее законов и формальных обязательств, налагаемых контрактными отношениями. Фактору родства отдается безусловное  предпочтение, и капитал, вообще говоря, сохраняет значение семейного достояния.

      Какова  природа китайского семейного бизнеса  сточки зрения его организационных  основ? В литературе часто отмечается, что для китайского типа семейного  предприятия характерны, во-первых, патернализм как сосредоточение собственности, власти и авторитета в лице хозяина семейного дела; во-вторых, доминирование личностного  фактора в отношениях и, в-третьих, обостренное внимание к сплоченности корпорации и защите интересов ее членов. Бросается в глаза прежде всего совершенно исключительное положение, которое в жизни компании занимает ее хозяин - по-китайски лаобань. Именно он единолично принимает практически все решения, касающиеся организации и деятельности его предприятия, и притом исполняет свою роль руководителя в давно исчезнувшем на Западе патерналистском ключе, представая для своих подчиненных одновременно добрым и строгим отцом, наставником и старшим другом. В соответствии с древними правилами китайского «искусства власти» только он обладает всей полнотой информации о положении предприятия и скупо делится ею с отдельными служащими сообразно их функции и рангу. Только он один знает о мотивах и целях принятия решений, что позволяет ему поддерживать подобающую дистанцию с работниками. На долю последних остаются догадки и глухое соперничество с сослуживцами, что только укрепляет власть хозяина. Открытый обмен мнениями и тем более противодействие начальнику - вещи совершенно немыслимые в китайской среде. Более того, гласность невозможна даже в отношениях между рядовыми сотрудниками, ибо каждый китаец с детства приучен держать свое мнение при себе и «проглатывать» обиду и недовольство ради согласия в коллективе. Он старается не обсуждать и тем более не спорить, а «безмолвно постигать» смысл происходящего. Ибо всякий спор, даже разрешенный, говорил еще даосский патриарх Лао-цзы, надолго, если не навсегда, оставляет в сердце неприятный осадок, и это может стать причиной нового конфликта.

      Неизбежным  следствием такой авторитарной и  одновременно аморфной корпорации, скрепленной  больше символическим единством, являются интриги и фракционная борьба среди служащих, их жадный интерес  к всевозможным сплетням и слухам. Более того, в таких условиях работники  не испытывают чувства преданности  компании или даже ее хозяину, а руководство  не очень-то доверяет низовому персоналу. Бдительный контроль начальства за действиями подчиненных считается разумным и необходимым.

      Главным качеством китайского менеджера  является виртуозное мастерство, вырабатываемое многолетними и методическими упражнениями. Именно таков общий идеал человеческой практики в китайской цивилизации.

      Другой  гранью является неискоренимая подозрительность руководства по отношению к рядовым  работникам и почти маниакальное стремление контролировать каждый шаг  подчиненных. Это почти маниакальное стремление обеспечить полный контроль над деятельностью предприятия  выдает все ту же глубинную неуверенность  в будущем, которая проявляется  в привычке китайцев оценивать жизненный  успех деньгами и притом откладывать  как можно больше на черный день.

      Со  своей стороны, служащие должны были выказывать всяческое усердие и  преданность даже не столько компании, сколько лично ее хозяину. Личная просьба хозяина к работнику, да к тому же в подчеркнуто вежливой форме, непременно возымеет действие.

      Профсоюзы слабы и ориентированы на сотрудничество с руководством предприятия. Открытый конфликт с начальством и, тем  более забастовка, практически исключены.

      Естественно, авторитарный стиль руководства  китайской компании не способствует проявлению инициативы со стороны подчиненных  и снижает их чувство личной ответственности. Другим важным ограничением семейного  бизнеса по-китайски является неспособность  компании к расширению. Потребность  хозяина сохранить единоличный  контроль над всеми сторонами  деловой деятельности и нежелание  эту деятельность диверсифицировать  вкупе с традиционной осторожностью  китайских предпринимателей ставят свои жесткие пределы роста даже очень успешно действующего предприятия. Обычно от него отпочковывается новая  компания, во главе которой встает член семьи, ведущей бизнес. И даже если компания со временем приобретает  большие размеры, она по-прежнему управляется как семейное предприятие.

      Как всякий тип организации, китайские семейные предприятия имеют  свои сильные и  слабые стороны, и  дать строго объективную  оценку их деятельности едва ли возможно. К  достоинствам таких  компаний можно отнести  сравнительно высокий  уровень сплоченности ее служащих, эффективное  сотрудничество благодаря  устойчивым личным связям, низкие транзакционные издержки, способность  быстро откликаться  на изменения обстановки, отсутствие необходимости  в жестком контроле персонала и производства. Что же касается недостатков, то в их числе можно  назвать отсутствие инициатив и инноваций  в среде низших служащих и четкой стратегии у руководства, недостаток профессионализма, постоянную угрозу разделения персонала на соперничающие  фракции и, наконец, крайне ограниченные возможности для  сотрудничества.

      Важная  особенность китайского делового уклада - общая аморфность отдельных конгломератов  компаний и всей бизнес - паутины  делового сообщества при наличии  твердой патерналистской власти хозяина в каждой семейной или, в  лучшем случае, преимущественно семейной фирме. Это обстоятельство весьма затрудняет определение кредитных рейтингов  для китайских корпораций и вообще получение сколько-нибудь внятной  информации о деятельности отдельных  китайских предпринимателей. Соответствующие  агентства и консалтинговые фирмы, как правило, не могут сказать  ничего конкретного ни о происхождении  китайского капитала, ни, главное, о  методике принятия решения в китайских  компаниях. Преобладающая роль общей  паутины связей препятствует появлению  в китайском бизнесе ярких  корпоративных брендов. В этом заключается  одна из самых больших слабостей  китайского стиля менеджмента. 

Список  используемой литературы:

1. В. Семенов. «Экономика: по китайскому лекалу». Москва – 2006 г.,-№8 (с. 143-147).
2. Гончаров В.В. Руководство для высшего управленческого персонала. М.:МНИИПУ, 2005.
3. Забелин П.В., Нестеров П.В., Федцов В.Г. Предпринимательский менеджмент. М.: Приор, 2006.
4. Ильенкова С.Д., Кузнецов В.И. Основы менеджмента. М.: Инфра-М, 2006.
5. Лунев В.Л. Сравнительный менеджмент: Учебное пособие. Н-ск: НГАЭиУ, 2005.