Субъективная сторона преступления. 3

В современной России факты  обмана и злоупотребления доверием стали распространенным явлением. В  последнее время на фоне краж, грабежей и разбоев особый размах приобрела  так называемая «беловоротничковая» преступность.

Многие преступники поняли, что для процветания бизнеса  надежнее действовать не силой, а  хитростью - сменили топорную практику вымогательства денег на «тонкое» искусство  их выманивания. Однако этот вид преступности опасен не меньше, чем грабежи и  разбои.

Во-первых, потерпевший также  безоружен перед мошенником, как  связана по рукам и ногам жертва. Мошенник в отличие от грабителя  и разбойника обезоруживает потерпевшего не физически, а морально.

Во-вторых, мошенничество  имеет очень высокую степень  латентности: зарегистрированные преступления - лишь малая верхушка айсберга.

Мошенничество изящно и почти  не оставляет следов: волеизъявления потерпевшего и преступника внешне совпадают, мошенническая сделка имеет  вид обычного договора и маскируется  под гражданское правоотношение.

Общественную опасность  деянию придает неправильное восприятие действий мошенника. Потерпевший неправильно  понимает сущность сделки, умысел контрагента-мошенника. Понятно, что преступление, состав которого связан со столь неочевидными обстоятельствами, легко может остаться не раскрытым. Способы их совершения весьма разнообразны, причем особое внимание преступники  уделяют сокрытию корыстного характера  своих действий.

При исследовании темы выпускной  квалификационной работы на тему «Мошенничество: анализ состава и проблемы квалификации»  мы руководствуемся следующими методами: исторический, системный, сравнительный, специально-юридический и метод  анализа. Обобщив указанные методы исследования можно сказать, что  мы в основу работы вложили:

- исторические моменты  развития понятия мошенничества  на разных этапах развития  законодательства России, что дает  нам представление о неоднократном  изменении уголовно-правового понятия  мошенничества;

- судебная практика, в  частности Постановления Пленума  Верховного Суда РФ, приговоры  Федерального суда общей юрисдикции  Центрального района г. Новосибирска;

- работы некоторых юристов-правоведов, таких как Фойницкий И.Я., Червонецкий Д.А., Щепалов С., Якимов И.Н. и др;

- практический опыт сотрудников  УВД по Центральному району  г. Новосибирска при расследовании уголовных дел, возбужденных по факту мошенничества;

- собран практический  и статистический материал при  прохождении преддипломной практики  в УВД по Центральному району.

Объектом исследования является проблема квалификации мошенничества  и отграничения его от других видов  преступлений против собственности, в  которых также используется обман  или злоупотребление доверием.

Предметом исследования является само мошенничество.

Актуальность темы заключается  в том то, что в ней существует ряд дискуссионных проблем, в  частности, относительно объективной  и субъективной природы признаков  мошенничества. В условиях недостаточно глубокого исследования признаков  и специфики мошенничества, наличия  в теории уголовного права многих спорных вопросов, по этой проблеме нередко возникают затруднения  и ошибки при квалификации действий, в связи, с чем в судебной практике возникают вопросы отграничения мошенничества от других преступлений имущественного характера.

Поставленная проблема имеет  не плохую степень разработки, однако так и не остается до конца решенным вопрос об отграничении мошенничества  от смежных составов преступления. Это связано, прежде всего, с быстрым  темпом развития экономики и как  следствие появление новых способов совершения преступлений против собственности  с использованием обмана или злоупотребления  доверием.

Целью работы является разрешение данной проблемы, т.е. определить понятие  мошенничества и рассмотреть  объективные и субъективные его  признаки. Внести предложение о новой  формулировке ст.159 УК РФ, что можно  отнести к научной новизне  исследования.

Практическая значимость определения понятия мошенничества, рассмотрения его объективных и  субъективных признаков заключается  в попытке устранить ошибки при  квалификации действий лиц, совершивших  мошенничество, как на предварительном  следствии, так и в суде.

При написании работы мы ставим перед собой следующие  задачи:

- изучить понятие мошенничества  и его историческое развитие  в Российском законодательстве;

- изучить объективные  признаки мошенничества. Определить  объект и предмет хищения; объективную  сторону мошенничества, дать ей  общую характеристику, а также  рассмотреть формы и содержание  мошеннического обмана, злоупотребления  доверием. Определить преступный  результат и причинную связь  при совершении мошенничества;

- изучить субъект преступления;

- изучить субъективную  сторону преступления;

- установить проблемы  и пути их решения, возникающие  при квалификации мошенничества  и отграничения от смежных  составов преступлений.

Глава 1. Понятие мошенничества

1.1 Историческое развитие  уголовно-правового понятия мошенничества  в Российском законодательстве

Исторический опыт развития и становления системы уголовного законодательства показывает, что представления  об уголовно-правовом понятии мошенничества  неоднократно менялись, образовав ряд  научно-теоретических и практических проблем.

Обман как способ завладения чужим имуществом был известен еще  законодателям Древнего Рима. Римские  юристы давали четкое определение мошенничества, как впрочем, и других преступлений, и дифференцировали его на определенные виды. Они относили мошенничество  к числу тяжких деяний, и поэтому  уже со времен императора Адриана (76-138 гг.) лиц, использовавших обман в корыстных целях, подвергали жестокому наказанию. Их ссылали на дальние острова, где они были обречены на голодную смерть.

Памятники русского права  в понятие мошенничества вкладывали различное содержание. В XI-XVI веках  основным правовым документом, регулирующим имущественные отношения, являлась Русская Правда. Наряду с преступлениями против личности в ней упоминались  имущественные преступления: разбой, кража (“татьба”), самовольное пользование  чужим имуществом и т.д. Однако ни понятия обмана, ни связанного с  ним понятия мошенничества Русская  Правда не содержит [25 С. 27-63]. Кроме того, и «Псковская Судная грамота» не говорит  нам о мошенничестве.

Первое упоминание о мошенничестве  в законодательстве относится к 1550 году. Именно в этом году Судебник Ивана Грозного впервые в ст. 58 упомянул о понятии мошенничества, способом совершения которого и поныне остается обман: «А мошеннику та ж  казнь, что и тятю. А хто на оманщике взыщет и доведут на него, ино у ищеи иск пропал. А оманщика, как его ни приведут, ино его бити кнутьем» [26. С.108]. Понятия «обманщик» и «мошенник» употреблялись в Судебнике как равнозначные. Предусматривались и другие преступления, совершаемые с помощью обмана, не относящиеся к мошенничеству, например торговый обман - в отношении количества и качества проданных товаров, обман в тождестве и качестве проданной вещи.

В этот период судебная практика признает обман в своем значении, близком к тому, что понимается под мошенничеством сегодня в  уголовном праве. Однако закона, карающего  за самый распространенный вид обмана - мошеннический, не существовало. Указания на то, что мошенничество возможно и без татьбы, в законодательстве впервые появились в Указе 1573г. (дополнение к судебнику 1550г.). К таким  деяниям закон относил, например, подкуп для дачи ложных показаний.

Затем, наказание за обман  предусматривалось в Судебнике  царя Федора Иоанновича, принятом в 1589г. (ст.112). Однако понятия как вида преступления не давалось, поскольку в тех социально-экономических условиях мошенничество не сформировалось в самостоятельное и опасное деяние. По мнению русских правоведов, это было связано со слабыми производственными отношениями в обществе, крайней экономической отсталостью государства.

Судя по литературным источникам, мошенничество на Руси появилось  в конце XVI - начале XVII вв., т.е. намного  позднее, чем в странах Западной Европы, где, как известно, капиталистические  отношения стали зарождаться  на заре XIII-XIV вв.

Появление и распространения  мошенничества в России связывается  с развитием торговых отношений, укреплением внутренних и международных  рынков. Первоначально, как отмечают исследователи, обман преобладал именно в сфере торговли, где им занимались купцы. К типичным формам торгового  мошенничества относился обман  в качестве и количестве товаров. Например, под видом одних товаров  продавались другие. Обогащались  купцы и за счет различных махинаций, связанных с недовложением тех или иных вещей в стандартные упаковки.

В дальнейшем мошенничество  распространяется и в других социальных сферах. Несомненно, при этом изменяются формы и способы обмана. В частности, получают распространение различные  подлоги платежных, финансовых документов, с помощью которых те или иные лица завладевали чужим имуществом.

Начиная от Судебника Ивана  Грозного и до утверждения Уложения о наказаниях 1966 г. законодатель говорит  о мошенничестве не один раз, однако в самостоятельный состав посягательства так и не выделил. Даже в Уложении о наказаниях - этом унифицированном  сборнике уголовных законов Российской империи, в разделе об имущественных  преступлениях насчитывалось до десятка статей, предусматривающих  ответственность за различные способы  и виды обмана, но не упоминающих  термин «мошенничество».

В Соборном уложении 1649 г. в  отношении мошенников воспроизводилось старое правило положений, установленных  для “татей”: «…да и мошенникам чинить тот же указ, что указано  чинить татем за первую татьбу» [27. С.76]. При этом значительно усиливалось наказание за совершение этого преступления. Состав мошенничества был закреплен в Соборном уложении, хотя сам способ раскрыт не был. Понятие его автоматически подразумевалось таким же, как в судебнике 1550 г. Причем мошенническим обманом называли не столько деяния, вводящие в заблуждение потерпевшего, сколько неожиданные для потерпевшего действия.

Артикул воинский Петра I (1715 г.) содержал только нормы уголовного права и по сути, представлял собой Военно-уголовный кодекс без Общей части. В нем общего определения обмана, как и ранее, не дается, а указывается лишь на конкретные наказуемые виды обмана. Причем они перечисляются не в главе об имущественных преступлениях, а в главе о ложных поступках вообще. К имущественным обманам Артикулы воинские относят также лжеприсягу, подлог документов, подделку денег [28. С.327-389].

Впервые законодательное  определение мошенничества было сформулировано в Указе Екатерины II от 3 апреля 1781г. «О суде и наказаниях за воровство разных родов и о  заведении рабочих домов во всех губерниях». В п.5 данного Указа говориться, что «воровство-мошенничество есть, буде кто на торгу или в ином многолюдстве у кого из кармана что вынет, или обманом, или вымыслом, или внезапно у кого что отнимет, или унесет, или от платья полу отрежет, или позумент спорет, или шапку сорвет, или купя не платя денег, скроется, или обманом, или вымыслом продаст, или отдаст поддельное за настоящее, или весом обвесит, или мерою обмерит, или что подобное обманом или вымыслом себе присвоит ему непринадлжежащее, без воли, без согласия того, чье оно» [29. С.370, 384-385]. Таким образом, понятию «воровство» было дано новое значение и определение его видов: воровство-кража, воровство-мошенничество, воровство-грабеж.

Устав Благочиния 1782г. предусматривал такие виды имущественных обманов, как обман в торговле, контрабанда, банкротство. Под обманом понимался  способ действия, не только вводящий в  заблуждение потерпевшего, но и рассчитанный на внезапность, ловкость, порывистость, не дающий времени потерпевшему противодействовать. Обман не должен был содержать  насилия и принуждения, также  необходимо было усмотреть корыстные  намерения [23].

Жалованная грамота дворянству 1785 г. относила к преступлениям, за которые  можно лишиться дворянства, «лживые  проступки», «воровство различного рода» [24].

Свод законов уголовных 1832 г. к обманам относил две  группы преступлений: имущественные  обманы и лживые поступки и подлоги. Мошенничество относилось к первой группе. По сравнению с ранее действовавшим  законодательством в понимании  обманных преступлений изменений не произошло.

В 1846 г. вступило в силу «Уложение  о наказаниях уголовных и исправительных», действовавший с изменениями  вплоть до социалистической революции 1917 г. Уложение придало мошенничеству  более строгую юридическую конструкцию: «Воровством-мошенничеством признается всякое посредством какого-либо обмана учиненное похищение чужих вещей, денег или иного движимого  имущества».

22 марта 1903 г. Николаем I было утверждено Уголовное уложение, разработанное правительственной  комиссией, которое так и не  стало действующим уголовным  законом России. Согласно ст. 591 главы  33 «О мошенничестве» к мошенничеству  относились: похищение посредством  обмана чужого движимого имущества  с целью присвоения; похищение  движимого имущества с целью  присвоения «посредством обмера, обвеса или иного обмана в  количестве или качестве предметов  при купле-продаже или иной  возмездной сделке», побуждение  «посредством обмана с целью  доставить себе или другому  имущественную выгоду, к уступке  права по имуществу или к вступлению в иную невыгодную сделку по имуществу». Все виды мошенничества совпадали с видами воровства. Статьи 592-598 предусматривали ответственность за специальные виды мошенничества (обман в запрещенных сделках и обман лицом, ложно выдавшим себя за служащего или за лицо, исполняющее поручение служащего, страховой обман, ложное объявление аварии капитаном торгового судна), ст.ст.577-578 - за злоупотребление доверием [30. С.240-320].

Следует отметить, что наказание  за мошенничество было достаточно суровым (каторжные работы, ссылка в Сибирь, лишение всех «особенных, лично и  по стоянию присвоенных прав»). Данное обстоятельство было связано с тем, что мошенничество посягало на незыблемость частной собственности господствующего  класса. Советский ученый-криминолог С.С. Остроумов справедливо отметил, что в царской России было гораздо  проще оправдать человека за убийство, чем за преступление против собственности  «33.С.50».

Как отмечал И.Я. Фойницкий, несмотря на строгость наказания, традиционные в России топор и кисель заменялись орудиями более тонкими - обманом, хитростью, тайным изъятием чужого имущества [33. С.90]. Это, в свою очередь, привело к появлению новой устойчивой категории профессиональных уголовников, весьма быстро нашедших признание в преступном мире России.

В зависимости от объекта  посягательства мошенники делились на две группы. Первую составляли те, кто занимался преступлениями против государственной собственности. Во вторую входили лица, специализирующиеся на обмане с целью завладения частным  имуществом. Способы профессионального  мошенничества, применяемые в обеих  группах, характеризовались многообразием  и исключительной изощренностью. Как отметил криминалист И. Якимов, мошеннические способы «совершенно не поддаются какой либо классификации, поскольку обман так же разнообразен, как и человеческая изобретательность» [48. С.36].

Самым распространенным видом  обмана, от которого страдали преимущественно  рабочие и крестьяне, было «кукольное мошенничество». Обычно применялись  денежные и вещевые свертки, а  в них находились либо бумага вместо денежных купюр, либо тряпка вместо ценной вещи. Вот так, например, осуществлялось преступление с помощью вещевой  куклы. Действовала всегда группа преступников. Вначале они изготовляли сверток  по объему и форме похожий на упаковку той ценной вещи, которая играла роль приманки для покупателя. Во время  торга сверток незаметно подменялся.

Говоря о мошенничестве  как о сложнейшем преступлении, построенном  на слабостях человеческой психики, нельзя не отметить карточный обман, или шулерство (от польского слова  szuler - картежник профессионал, применяющий при игре в карты жульнические приемы).

К началу XX в. карточный обман  в России был очень распространен  и имел трехвековые уголовные  традиции. Как и мошенничество, шулерство  на Руси появилось много позже, чем  в странах Европы. Если там игральные  карты распространились приблизительно в начале XIV века, а существующие их типы сложились к концу XV века, то в России о них узнали в первой половине XVII столетия. Поэтому самое  ранее свидетельство о появлении  карточной игры мы находим в Соборном уложении 1648 г. Правда, в нем не говорилось об обмане, а запрещалась лишь сама игра, как вредная и вызывающая другие преступления.

В связи с ростом таких  преступлений, а вместе с ними росла  и степень опасности для господствующего  класса (шулеры нередко «выигрывали» целое состояние), в Уложении о  наказаниях 1866 г. законодатель ввел специальную  норму, содержащую достаточно четкое определение  карточного мошенничества. «Тот, который в игре запрещенной или не запрещенной, - говорилось в ст.1670 Уложения, - будет заведомо употреблять поддельные карты, кости и т.п., или давать играющим упоительные напитки или зелья, или передернет или подменит карту или служащие для игры кости, или вообще будет изобличен в каком-либо другом, для обыгрывания, обмане, приговаривается за сне…».

В 1922 гг. был принят первый Уголовный кодекс РСФСР. В ст.187 указанного нормативного акта определялось: «Мошенничество, т.е. получение с корыстной целью  имущества или права на имущество  посредством злоупотребления доверием или обмана». В специальном примечании к статье разъяснялось, что под  обманом следует понимать как  сообщение ложных сведений, так и  заведомое сокрытие обстоятельств, о которых необходимо было сообщить тем или иным лицам (утаивание правды). В Уголовном кодексе предусматривалась ответственность за мошенничество, посягающее как на государственную, общественную, так и на личную собственность граждан.

Однако эффективность  борьбы с мошенничеством была недостаточно высока из-за мягкости наказания, несоответствующего степени общественной опасности  преступления (6 месяцев и 1 год лишения  свободы). Эти и другие обстоятельства были учтены при дальнейшем совершенствовании  уголовного законодательства. Так, ст.169 УК РСФСР 1926 г. определяла мошенничество  как злоупотребление доверием или  обман в целях получения имущества  или права на имущество или  иных личных выгод.

Следующим очень важным этапом в развитии уголовно-правового понятия  мошенничества явилось принятие Уголовного кодекса РСФСР 1960г. Данный Уголовный кодекс дает нам два  понятия мошенничества: мошенничество, как преступление против «социалистической» собственности и мошенничество, как преступление против личной собственности  граждан. Как видно, основания ответственности  за мошенничество различны и зависят  от формы собственности, на которую  они посягают. В первом случае под  мошенничеством как разновидностью преступлений против «социалистической» собственности понимается исключительно  хищение государственного или общественного  имущества. В соответствии со ст.93 УК 1960 г. указанная разновидность мошенничества  определяется как «завладение государственным  или общественным имуществом путем  обмана или злоупотребления доверием (мошенничество)». В другом случае, согласно ст. 147 УК 1960 г., под мошенничеством понимается «завладение личным имуществом граждан  или приобретение права на имущество  путем обмана или злоупотребления  доверием (мошенничество)». Отличительные  особенности этих двух разновидностей мошенничества усматриваются не только в специфике их родовых  и непосредственных объектов, но и  в предмете посягательства. Предметом  мошенничества как хищения «социалистического»  имущества является государственное  или общественное имущество. Тогда  как предметом мошенничества  как преступления против личной собственности  выступают не только чужие движимые вещи, но и «право на имущество».

Федеральным законом от 1 июля 1994 г. глава № 2 о преступлениях  против социалистической собственности  была исключена из УК 1960 г. а ст. 147 «мошенничество» модифицирована так, что предполагала ответственность  за указанное преступление независимо от формы собственности, ставшей  объектом преступного посягательства. Теперь мошенничество понималось как  «завладение чужим имуществом или  приобретение права на имущество  путем обмана или злоупотребления  доверием (мошенничество)».

24 мая 1996 г. Государственной  Думой РФ был принят новый  Уголовный кодекс, вступивший в  действие 1 января 1997 г. и действующий  по настоящее время. Раздел VIII УК РФ «Преступления в сфере  экономики» открывает глава №  21 «Преступления против собственности», в которой предусмотрена уголовная  ответственность за мошенничество  (ст.159). При этом было изменено  определение понятия этого преступления, особенно подчеркнув, что мошенничество  - это хищение чужого имущества  или приобретение права на  чужое имущество путем обмана  или злоупотребления доверием. Как  видно, в новом уголовном законе  различаются две разновидности  (формы) мошенничества, которые  имеют различную правовую характеристику: хищение чужого имущества путем  обмана или злоупотребления доверием  и приобретение права на чужое  имущество путем обмана или  злоупотребления доверием.

Можно ли считать завершенным  процесс совершенствования уголовно-правовой нормы о мошенничестве? Мы считаем, что нет. Становление и развитие рыночного хозяйства в современной  России обуславливают высокий рост и многообразие видов обмана в  имущественной сфере. Указанное  обстоятельство есть не что иное, как  криминогенная закономерность формирования рынка. Отличительными особенностями  рыночной экономики являются товарное производство и обращение, многообразие форм собственности и их равенство, свобода экономической деятельности. Отсюда, рынок - прежде всего обмен, взаимная передача участниками экономических  отношений прав собственности, иных имущественных прав и выгод. Основная форма, в которой реализуются  рыночные отношения, - договор. Усиление экономического оборота и обусловленное  им развитие договорных отношений существенно  расширяют область возможного проявления имущественных обманов и создают  благодатную «почву» для их роста. Становление и развитие рыночных отношений сопровождается не только высоким ростом, но и распространением в обществе новых видов и форм обманов в имущественной сфере. Рыночные отношения обуславливают  появление и распространение  обманов, совершаемых по поводу недвижимого  имущества (например, мошенничество  при сделках с недвижимостью); имущественных прав, связанных с передачей имущества или не связанных с переходом права собственности на вещь (приобретение путем обмана права собственности, других вещных прав или обязательственных прав имущественного характера, в частности, получение права безвозмездного пользования чужим имуществом, склонение потерпевшего к отказу от доли в общем имуществе, уступка требования) и т.п.

Современные процессы, связанные  со становлением в России рыночных отношений, давно нуждается в  надежной защите, обеспечить которую  может новая система норм об имущественных  преступлениях, совершаемых путем  обмана. Усиление уголовно-правового  регулирования имущественных отношение - одно из основных направлений правового  обеспечения рынка, складывающегося  в современной России.

Так, А. Безверхов (доцент Самарского государственного университета) предлагает обсудить вопрос о строгом разграничении в уголовном законе имущественного обмана и злоупотребления доверием как двух самостоятельных разновидностей имущественных преступлений. При этом злоупотребление доверием представляет собой использование доверия, оказанного виновному в силу закона, договора или других оснований, вопреки вверенным имущественным интересам, повлекшее причинение имущественного ущерба гражданину, организации, обществу или государству. Другими словами злоупотребление доверием есть превышение полномочий или неисполнение (ненадлежащее) исполнение обязанностей лицом, действующим в чужом имущественном интересе на основании доверенности, договора, иного указания или заранее обещанного согласия, с целью получения выгоды для себя или других лиц, либо причинение ущерба доверителю или другим лицам. Одним из специальных видов такого имущественного посягательства является злонамеренное соглашение представителя одной стороны с другой стороной в целях причинения ущерба представляемому («стачка с противной стороной»). Очевидно, что уголовно-правовые нормы о злоупотреблении доверием призваны обеспечить охрану, прежде всего, договорным правоотношениям с участием представителей от различного рода нарушений последними условий сделок путем злоупотребления, сопряженного с извлечением выгод без изъятия имущества или (и) причинением имущественного вреда без уничтожения или повреждения чужого имущества [37. С.9-11].

Мы не согласны с данной позицией А. Безверхова. Разграничить такие понятия, как обман и злоупотребление доверием, значит потерять смысл понятия «мошенничество». Такое разделение может привести к проблемам квалификации в таких случаях, когда обман не мыслим без злоупотребления доверием.

Кроме того, А. Безверхов предлагает пересмотреть систему норм УК РФ об имущественных обманах и выделяет несколько вариантов такой систематизации.

1). Объединение всех норм  об имущественных обманах в  видовое понятие мошенничества  (предметом которого выступает  в данном случае любая имущественная  выгода), и на основании этого  правого понятия (общей нормы)  выделение отдельных видов мошенничества  (специальных норм) по предмету  посягательства и (или) содержанию  преступного действия.

2). Выделение наряду с  общей нормой о мошенничестве  двух общих норм об имущественном  обмане, отличающихся от мошенничества  по предмету или характеру  последствий. В данном случае  наиболее правильным представляется  строгое различие мошеннического  и иных имущественных обманов  в зависимости от предмета  посягательства. В этой связи  уголовный закон должен признать  мошенничеством хищение чужого  движимого имущества, совершенное  путем обмана. Приобретение путем  обмана имущественного права  (как вещного, так и обязательственного  характера) может охватываться  понятием мошенничества, а может  составлять самостоятельный вид  имущественного обмана. Это преступное  деяние, как и хищение, путем  обмана, связано с причинением  другому лицу имущественного  ущерба. Однако в отличие от  последнего оно состоит не  в завладении чужими вещами, а  в получении выгоды в виде  имущественных прав (например, приобретение  права собственности, безвозмездного  пользования чужим имуществом; склонении  потерпевшего к уступке требования). Среди квалифицированных видов  этого преступления целесообразно  предусмотреть приобретение или  ограничение (обременение) права  на недвижимое имущество либо  совершение следки с ним или  иных действий с ним (продажа,  обмен, аренда, передача в залог  и пр.) путем обмана.

Мы согласимся с первым вариантом систематизации. Этот вариант  кажется удобным и позволит более  точно подойти к проблеме квалификации мошенничества.

1.2 Понятие мошенничества

Для дальнейшего изучения состава преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ нам необходимо рассмотреть  вопрос: «Что такое мошенничество, и  какими признаками оно обладает?»

Законодатель в ч.1 ст.159 УК РФ мошенничество определяет как «хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием».

Такое определение позволяет  выделить две разновидности мошенничества:

1). Хищение чужого имущества

2). Приобретение права  на чужое имущество.

Кроме того, данное содержит указание на конкретные способы его  совершения, обособливающие его от других видов преступных деяний:

1). Обман

2). Злоупотребление доверием

Исходным пунктом в  составе мошенничества является определение хищения чужого имущества, содержащееся в ч.1 примечания к ст.158 УК РФ, поскольку все признаки хищения являются и признаками мошенничества.

В ч.1 примечания к ст.158 УК РФ хищение определяется как совершенное с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.