Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Теория этногенеза Л.Н.Гумилева

Министерство образования Республики Беларусь

Белорусский государственный университет

Юридический факультет

Кафедра политологии

Выполнила:

студентка 5 курса 14 группы

специальности «Политология»

Бурак Екатерина Николаевна

Преподаватель:

Денисюк Нина Павловна

кандидат философских наук,

доцент

Минск, 2011

Введение

Воззрения Л.Н.Гумилева – сложная система, в которой взаимодействуют не локальные объекты, а Космос и биосфера Земли в целом. Генеральнрй идеей творчества Л.Н.Гумилева было евразийство – направление русской исторической мысли, возникшее в первой половине ХХ века. Он не раз выражал согласие с основными историко-методологическими взглядами евразийцев. Но он не ограничился популяризацией концепции евразийства. В 1979 г. было впервые опубликовано основополагающее произведение «Этногенез и биосфера Земли», в котором автор дал целостное изложение своей теории этногенеза с ее ключевым звеном – учением о пассионарности. Создавая теорию этногенеза, Л.Н.Гумилев выступил не только как историк, но и географ, этнограф, востоковед, психолог. Он – один из тех, кто понял, что наступил век интеграции наук. Однако, в период «застоя» работа гумилева замалчивалась, а если и были отзывы, то, в основном, негативные. Так, В.Чивилихин усмотрел в его концепции «русофобско-спекулятивную сущность», Б.Рыбаков назвал ее «самообманом» и т. д. В последующие годы также явилось немало критиков, но всех их объединяет одно: они ограничиваются критикой частных моментов. Никем не сделано попыток опровергнуть теорию в целом. Она лишь голословно называется «плодом предвзятых идей и авторской фантазии».

Вся история человечества, писал Л.Н.Гумилев, состоит из череды изменений. Издавна люди пытались понять и объяснить истоки своей истории. Ответы получались разные, ибо история многогранна: она может быть историей социально-экономических формаций, или военной историей, историей науки и культуры, и т.д. Гумилев рассматривает историю как историю народов. Именно в рамках народов (этносов), контактирующих друг с другом, творится история, ибо каждый исторический факт есть достояние жизни конкретного народа. «Этносы, существующие в пространстве и времени, и есть действующие лица в театре истории». Что же такое этнос и каковы закономерности его возникновения, развития и упадка – на этот вопрос и пытается ответить автор.

Понятие этноса

Главный труд Гумилева звучит как «Этногенез и биосфера земли». Рассмотрим основополагающие его идеи. Сначала Гумилев формулирует понятие этнологии. Для него «этнология – это наука об импульсах поведения этнических коллективов, подобная этологии, науке о поведении животных». Теория этого исследователя сильно отличается от предыдущих теорий. Человека он рассматривает как составляющую, то как социума, то как этноса, призывая не скрещивать эти понятия, находящиеся в различных плоскостях. Наконец-то разводятся социальная и биологическая составляющие: «Спонтанное развитие социальных форм через общественно-экономические формации присуще только человеку, находящемуся в коллективе, и никак не связано с его биологической структурой».

Гумилев говорит о том, что проблему этноса надо поместить на стыке трёх наук: истории, географии (ландшафтоведения) и биологии.

Этническая целостность не совпадает ни с семейной ячейкой, ни с уровнем развития производства и культуры. Социальные формы, в которые облекаются внутриэтнические целостности, причудливы и не всегда совпадают с подразделениями этносферы. Этнос тесно связан с вмещающим ландшафтом; ландшафт действует на этнос принудительно, и при его смене этнос вынужден либо исчезнуть, либо выработать новую форму адаптации, что означает смену стереотипа поведения. А это свидетельствует о появлении нового субэтноса или даже этноса, если популяция мигрирует за пределы этноландшафтной зоны.

Итак, согласно Л.Н.Гумилеву, этнос – устойчивый, естественно сложившийся коллектив людей, противопоставляющий себя всем прочим аналогичным коллективам и отличающийся своеобразным стереотипом поведения, который закономерно меняется в историческом времени. «Этнос - система, имеющая начало и конец во времени».

Согласно теории Гумилева, главным критерием отличия этносов между собой является стереотип поведения. Это особый поведенческий язык, который передается по наследству, но не генетически, а через механизм сигнальной наследственности, основанной на условном рефлексе, когда потомство путем подражания перенимает от родителей и сверстников поведенческие стереотипы.

Гумилев утверждает, что не существует людей, не принадлежащих ни к какому этносу. Человек может быть частью разных систем и иметь стереотип поведения, созданный наложением этнических традиций. По этому поводу Гумилев непоследовательно утверждает, что каждый человек принадлежит только одному этносу.

Системными связями в этносе служат ощущения "своего" и "чужого", а не сознательные отношения, как в обществе. Этого противопоставления достаточно, чтобы системы не пересекались между собой. Поэтому этнос не социальная форма человеческого общежития и должен быть отнесен к категории природных коллективов (естественно сложившихся общностей) и изучаться как природный феномен методами естественных наук.

Важной сущностной характеристикой этноса является его тесная связь с энергией. Будучи частью биосферы, этносы участвуют во всех биосферных процессах. Не случайно В.И. Вернадский назвал живое вещество величайшей геологической силой, перед которой меркнут такие потрясающие процессы, как извержения вулканов, землетрясения, подвижки материков. Но мощнейшие процессы требуют гигантских энергетических затрат. Источник этой энергии — космические излучения и радиоактивный распад, но главное - энергия Солнца, излучения которого буквально пронизывают всю биосферу.

Гипотеза Гумилева заключается в том, что несколько раз за тысячелетие Земля подвергается воздействию какого-то специфического космического излучения, которое своим энергетическим воздействием вызывает определенные мутации, способствующие появлению у некоторых людей повышенной тяги к действию. Это свойство Гумилев назвал пассионарностью, а людей - носителей этого свойства — пассионариями. Собираясь вместе, такие люди ставят какие-то общие цели, добиваясь их осуществления, вырабатывают единые стереотипы поведения и единое самосознание, образуя таким образом новый этнос.

Существенно важным для характеристики этноса Гумилев также считает системный подход, в соответствии с которым весь мир рассматривается как совокупность систем — множества внешне и внутренне упорядоченных элементов. Системы могут быть открытыми (постоянно обменивающимися веществом и энергией с окружающей средой) и закрытыми (однократно получающими заряд энергии и затем растрачивающими его); жесткими (работающими при наличии всех элементов, изъятие даже одного из них нарушает работу всей системы) и дискретными (нет столь жесткой связи элементов). Системные связи в этносе, а вместе с ними и единство этноса поддерживается биохимической энергией живого вещества биосферы, расход этой энергии на поддержание связей определяется пассионарностью.

Этнос, по Гумилеву, закрытая система дискретного типа. Он получает заряд энергии в момент пассионарного толчка (той самой вспышки космической энергий, приводящей к мутациям) и, растратив его, переходит либо к равновесному состоянию со средой, либо распадается на части. Именно так существуют в биосфере природные коллективы людей с общим стереотипом поведения и своеобразной внутренней структурой, противопоставляющей себя всем другим подобным коллективам, на основе дихотомии «мы — они». Это явление противопоставления и есть тот механизм, с помощью которого человек влияет на природу, воспринимает ее составляющие и кристаллизует их в свою культуру.

Объединение людей в этносы, по мнению Гумилева, происходит по принципу комплиментарности — неосознанной взаимной симпатии к одним людям и антипатии к другим. Действуя внутри этноса, он формирует такое чувство, как патриотизм, являющийся мощной охранительной силой народа. Принцип комплиментарности не относится к числу социальных явлений. На нем основано приручение животных, а также семейные связи (почему мы любим одних людей и не любим других). Он также зависит от процессов энергетического обмена. Энергия живого вещества биосферы, разновидностью которой является энергия пассионарности, очевидно, должна иметь определенные физические характеристики. У человека — это, видимо, его биополе с определенной частотой колебаний силовых линий. Таким образом, этнос становится системой колебаний пассионарного поля. Создают его пассионарные особи, связанные положительной комнлиментарностью. При этом охватываются особи не пассионарные, но получившие тот же настрой путем пассионарной индукции.

При взаимодействии этносов ритмы их пассионарных полей накладываются друг на друга. При этом возникает либо гармония, когда фазы колебания идут в унисон, либо дисгармония. В первом случае возможно этническое слияние, ассимиляция либо плодотворные этнические контакты; во втором — нарушение ритма одного или обоих полей, что расшатывает системные связи этносов и при неблагоприятных условиях способно привести к гибели участников такого контакта.

Ученый разделяет понятия «этнос» и «этническое самоназвание»: «При изучении общих закономерностей этнологии прежде всего надлежит усвоить, что реальный этнос, с одной стороны, и этническое наименование (этноним), принятое его членами, - с другой, не адекватны друг другу».

Гумилев отметает язык как псевдооснову этноса, критикуя учение Черкасовых: «Не единство языка, ибо есть много двуязычных и триязычных этносов и, наоборот, разных этносов, говорящих на одном языке». В качестве примера приводятся мексиканцы, перуанцы и аргентинцы, говорящие по-испански, но не являющимися испанцами. Французы же говорят на четырех языках: французском, кельтском, баскском и провансальском, однако это не мешает им осознавать себя как единую нацию.

Скептически Гумилев относится и к этнообъединяющей роли религии: «Этнос более или менее устойчив, хотя возникает и исчезает в историческом времени. Нет ни одного реального признака для определения этноса, применимого ко всем известным нам случаям. Язык, происхождение, обычаи, материальная культура, идеология иногда являются определяющими элементами, а иногда – нет…» В качестве примера приводятся войны ставшей христианской Болгарией с её извечным врагом – Византией и частое неподчинение православной Руси Царьграду.

Этническая иерархия.

Этническую классификацию Гумилев считает нужным заменить этнической систематикой. Классификация может быть произведена по любому, произвольно взятому признаку (языку, расе, религии, принадлежности к тому или иному государству), в то время как систематика отражает то, что заложено в природе вещей.

Крупнейшей единицей после человечества в целом является суперэтнос – группа этносов, возникшая одновременно в одном регионе и проявляющая себя в истории как мозаичная целостность.

Известные истории суперэтносы – Римский мир, Левант, Византия, Западная Европа («Христианский Мир»), Великая Степь, Китай. Большинство этих суперэтносов существует и в настоящее время, хотя и под другими именами. Западная Европа после Реформации стала называться Цивилизованным Миром, который включает сегодня не только народы Западной Европы, но и потомков европейских колонистов и эмигрантов в США, Канаде, Австралии, Южной Африке, народы бывшей Австро-Венгрии; к ней же примыкают поляки и народы Прибалтики.

Можно заметить, что суперэтносы обычно существуют в границах определенной этноландшафтной зоны. Западную Европу от Российского суперэтноса, являющегося генетическим продолжением Православной Руси, отделяет сейчас, как и в средневековье, невидимая ландшафтная граница – нулевая изотерма января. Сибирские охотники и оленеводы (ханты, манси, нганасаны, тунгусы) представляли еще недавно самостоятельный Циркумполярный суперэтнос. Его отделяла от России опять-таки невидимая граница распространения вечной мерзлоты. К северу от нее в зональные ландшафты тайги и тундры, где на смену травяному покрову приходят ягельники, русская земледельческая культура не проникала. В настоящее время Циркумполярный этнос практически полностью вошел в российский, однако это вызвано искусственным переводом кочевников на оседлость.

Суперэтнос определяется не размером, не мощью, а степенью межэтнической близости входящих в него этносов. Хотя этносы, входящие в суперэтнос, связаны между собой экономическим, идеологическим и политическим общением, это отнюдь не исключает военных столкновений между ними. Однако, в отличие от войн на суперэтническом уровне, когда столкновения приводят к истреблению или порабощению (например, контакт европейцев с индейцами Америки), войны внутри суперэтноса ведут лишь к достижению временного преобладания (усобицы древнерусских князей) при стремлении к компромиссу. Этническое единство (единство действий) лишь иногда является главным фактором, определяющим поведение человека. Но ощущение этнической близости существует всегда.

Этнос – всего лишь вариант суперэтноса, в который он входит как элемент мозаичной системной целостности. Структура этноса более или менее сложна, но именно эта сложность и обеспечивает этносу устойчивость, благодаря чему он имеет возможность пережить века смятений, смут и мирного увядания. Принцип этнической структуры можно назвать иерархической соподчиненностью субэтнических групп.

Этносы делятся на субэтносы, то есть подразделения, существующие лишь потому, что они входят в единство этноса. Без этноса они распадаются и гибнут. С одной стороны, субэтносы находятся внутри этноса, а с другой – носители субэтнических стереотипов поведения отличаются от прочих манерами, обхождением, способом выражать чувства. Этносы возникают вследствие разных исторических обстоятельств. Французы – яркий пример монолитного этноса – включают в себя бретонских кельтов, гасконцев баскского происхождения, лотарингцев – потомков алеманнов и провансальцев. В середине IХ века, когда впервые было документально зафиксировано этническое название «французы», все перечисленные народы, а также другие – бургунды, норманны, аквитанцы, савояры – еще не составляли единого этноса, и только после тысячелетнего процесса этногенеза образовали этнос, который ныне называют «французами». Процесс слияния, однако, не вызвал нивелирования локальных обычаев, обрядов и т.п. Они сохранились как местные провинциальные особенности, не нарушающие этнической целостности французов.

Некоторая сложность структуры этноса повышает его сопротивляемость внешним ударам, поэтому там, где этнос при рождении не был достаточно мозаичен, он сам стал выделять субэтнические образования, иногда оформлявшиеся в виде сословий. Назначение субэтнических образований – поддерживать этническое единство путем внутреннего неантагонистического соперничества. Эта сложность – органическая деталь механизма этнической системы. При упрощении этнической системы число субэтносов сокращается до одного, и это знаменует пережиточное (персистентное) состояние этноса.

Субэтносы вырастают из конвиксий, а те в свою очередь – из консорций.

Консорция – группа людей, объединенных одной исторической судьбой. Чаще всего они распадаются, но иногда сохраняются на срок в несколько поколений. Тогда они становятся конвиксиями – группами людей с однохарактерным бытом и семейными связями. Уцелевшие конвиксии вырастают в субэтносы. Первые колонии в Америке создавали консорции англичан, превратившиеся в конвиксии: Новую Англию – пуритане, Пенсильванию – квакеры, Виргинию – роялисты.

Теория пассионарности

Развивая теорию В.И.Вернадского, Л.Н.Гумилев пришел к выводу об энергетической сущности этногенеза. В основе этногенеза как процесса лежит открытая В.И.Вернадским биохимическая энергия живого существа биосферы. Таким образом, по Гумилеву, движущая сила этногенеза – биохимическая энергия, привносимая в организмы из космоса, а способ действия этой силы – взрыв этногенеза (пассионарный толчок).

В результате взрыва этногенеза происходит определенного рода мутация: у части особей возникает новый признак, который Гумилев назвал «пассионарностью». Если принять за эталон импульс врожденного инстинкта самосохранения , то импульс пассионарности будет иметь обратный знак, ибо заставляет людей жертвовать собой и своим потомством.

По признаку пассионарности Гумилев классифицирует человеческих особей на три основные группы: 1) пассионарии; 2) гармоничные особи; 3) субпассионарии.

Пассионарии в полном смысле этого слова – люди, у которых пассионарный импульс (стремление к самопожертвованию) сильнее, чем чувство самосохранения, как индивидуального, так и видового. Гумилев выдвигает две возможные гипотезы: либо пассионарная особь захватывает больше энергии, чем нормальная, либо при равном захвате энергии бессознательно концентрированно направляет ее на достижение конкретной цели. Высшая нервная деятельность такой особи будет более активной, нежели это характерно для особи нормальной.

Но как ни велика роль пассионариев в этногенезе, число их в составе этноса всегда ничтожно. У подавляющего большинства – гармоничных особей – оба импульса уравновешены. Гармоничные особи – люди работоспособные, полноценные умственно и физически, уживчивые, но не сверхактивные. Люди этого склада – крайне важный элемент в теле этноса. Они восстанавливают его, умеряют вспышки пассионарности, умножают материальные ценности по уже созданным образцам. Они вполне могут обходиться без пассионариев, пока не объявится внешний враг.

Третья категория – люди с «отрицательной» пассионарностью (субпассионарии). Их поступками управляют импульсы, вектор которых противоположен пассионарному напряжению. Они плохие солдаты, никакие рабочие; они не умеют регулировать свои вожделения. Они не изменяют мир и не сохраняют его, а существуют за его счет. В силу своей подвижности субпассионарии часто играют важную роль в судьбах этносов, совершая вместе с пассионариями завоевания и перевороты. Но если пассионарии могут проявить себя и без субпассионариев, то последние без пассионариев – ничто.

Пассионарность обладает важным свойством: она заразительна. Это значит, что люди гармоничные, оказавшись в непосредственной близости от пассионариев, начинают вести себя так, как если бы они были пассионарны.

«Пусковой момент» этногенеза (взрыв этногенеза, пассионарный толчок) – это внезапное появление в популяции некоторого числа пассионариев, которое быстро увеличивается и у которого появляется через значительный промежуток времени возможность навязать свою волю большинству населения. В эти моменты происходит этническая перестройка, в результате которой из нескольких этнических субстратов – старых этносов – появляются новые. Старые при этом разваливаются, а новые активно развиваются. Гумилев отметил в известной нам мировой истории 17 пассионарных толчков. Он указывает, что места их появления – длинные полосы, идущие или вдоль меридиана, или по параллелям, или под углом к ним, но всегда – прямые: «Как будто кто-то хлещет плетью шар земной, а к рубцу приливает кровь». Причину взрывов этногенеза автор усматривает в солнечной активности.

Схема этногенеза: быстрый подъем пассионарности и медленная ее утрата – действительна для всех известных этносов. Следовательно, этногенез – инерционный процесс, более или менее интенсивная утрата пассионарности системы, иными словами, гибель пассииоонариев и их генов; это особенно касается войн, в которых пассионарии гибнут первыми.

Пассионарный толчок знаменует рождение нового организма – этноса, который проходит в своем развитии ряд закономерных фаз, подобных различным возрастам человека. Это следующие фазы: фаза подьема – быстрое увеличение числа пассионарных особей в результате либо размножения, либо инкорпорации; фаза пассионарного перегрева (акматическая) – когда число пассионариев в этносе максимально; фаза надлома – резкое уменьшение числа пассионариев и стеснение их субпассионариями; инерционная фаза – медленное уменьшение числа пассионарных особей; фаза обскурации – полная замена пассионариев субпассионариями, которые в силу особенностей своего склада либо губят этнос целиком, либо не успевают его погубить до вторжения иноплеменников извне. Во втором случае остается реликт из гармоничных особей.

Фазы этногенеза

1.Фаза подъема

Вначале протекает инкубационный период формирования нового этноса (в среднем около 100 - 150 лет), обычно не оставляющий заметных следов в истории. Это «пусковой механизм», не всегда приводящий к возникновению нового этноса потому, что возможен внезапный обрыв процесса посторонней силой. В одном-двух поколениях появляется некоторое количество персон, не мирящихся с ограничениями, которые охотно сносили их деды. Первые из них гибнут, если коллектив оказывает им сопротивление, но если процесс идет с достаточной интенсивностью, этих людей оказывается достаточно, чтобы сплотиться и навязать свою волю спокойным людям прежнего склада. В какой-то момент на исторической арене появляется исторически установимая группа людей, или консорция, быстро развивающаяся и формирующая свое этническое лицо и самосознание. Наконец, она облекается в соответствующую времени социальную форму и выходит на широкую историческую арену, часто начиная территориальную экспансию. Оформление этно-социальной системы знаменует конец инкубационного периода фазы подьема.

Как только особи нового склада создают новую этническую целостность, они выдвигают новый принцип общежития, новый императив поведения: «Будь тем, кем ты должен быть». Это означает: по мере сил исполняй свои общественные обязанности: если ты воин – воюй, если крестьянин – паши.

Ведущая часть населения толкает всю систему по пути этнического развития, накапливает материальные и духовные ценности. Каждый активный строитель этнической целостности чувствует себя продолжателем дела предков, к которому он еще что-то добавляет. Каждая прожитая минута воспринимается как приращение к прожитому, которое живет в человеке. Результатом такого восприятия времени (пассеизм) являются подвиги героев, добровольно отдававших жизни за Отечество. Для них характерно отсутствие личной заинтересованности. Они как будто любили свое дело больше себя. Они чувствовали себя не просто наследниками великих традиций, но и частицами их, и поступали так согласно своему нервно-психологическому складу, определявшему вектор и характер их деятельности.

Ведущая роль в фазе подъема принадлежит пассионариям, но и роль гармоничных особей, исправно несущих свои обязанности, значительна. Субпассионарии не замечаются. Выжить им в эту суровую эпоху трудно.

Фаза подъема, как правило, связана с внешней экспансией, расширением территории. Общественная система укрепляется.

2.Акматическая фаза

Биохимическая энергия достигает таких значений, что пассионариев в популяции становится «слишком много» (в этой фазе их – максимум), и они начинают воевать друг с другом. Соподчиненность элементов структуры этноса нарушается. Господствующий императив меняется: каждый хочет «быть самим собой» и ради этого ломает созданную организацию, принося интересы этноса в жертву своим собственным. Как правило, при этом обильно льется кровь. Крестьяне устремляются в города, а те, кто остается на земле, устраивают «жакерии». Церковь дробится. Бароны учиняют смуты и войны. Новые политические, социальные, религиозные водоразделы возникают один за другим. Акматическая фаза часто является весьма пестрой и разнородной по характеру, доминантам и интенсивности протекающих этнических процессов. По утверждению Гумилева, если 10% населения страны пассионарно, то это уже революционная ситуация.

При пассионарном перегреве гибнут одна за другой пассионарные особи. Результатом является определенное угасание пассионарности. Возрастает роль гармоничных особей. Переход к фазе надлома знаменуется новым императивом: «Мы устали от великих».

3.Фаза надлома

Надлом - переход от накала акматической фазы к разумному хозяйничанию инерции. Цели и задачи те же, а силы убывают. Пассионарная энергия неуклонно рассеивается. Процент людей гармоничных и субпассионарных растет. Субпассионарии формируют кадры исполнителей во время гражданских войн. Снижаются, а то и сводятся на нет усилия персон творческих, которых объявляют «фанатиками». Именно отсутствие внутренней поддержки «своих» определяет гибель этносов от немногочисленных, но пассионарных противников.

Конец фазы надлома и переход к инерционной фазе знаменует новый императив: «Дайте же жить, гады!».

4.Фаза инерции

Отличительной чертой этого периода является сокращение активного элемента и полное довольствие эмоционально пассивного и трудолюбивого населения. После пережитых потрясений люди хотят не успеха, а покоя. Они уже научились понимать, что индивидуальности, желающие проявиться во всей оригинальности, представляют для соседей наибольшую опасность. Избежать ее можно, изменив общественный императив. «Будь таким, как я», - девиз инерционной фазы. Посредственность становится идеалом. Для людей, не желавших отказаться от своей оригинальности, оставались сферы искусства и науки, казавшиеся безобидными.

Инерционная фаза – период интенсивного накопления материальных и культурных ценностей. Жить спокойно и хорошо. Предметов первой и всех последующих степеней необходимости – в достатке. Л.Н.Гумилев назвал эту фазу «золотой осенью» этноса.

В этой фазе способность к расширению ареала снижается. Наступает пора воздействия на ландшафт собственной страны. Растет техносфера – количество нужных и ненужных зданий, изделий, памятников, утвари – за счет природных ресурсов. Этнос теряет связь с почвой, т.е. жизнью, и наступает неизбежный упадок. Облик этого упадка обманчив: на него надета маска благополучия и процветания, которые современникам представляются вечными, потому что они тешат себя иллюзиями о неисчерпаемости природных богатств. Но это – утешительный самообман, рассеивающийся после того, как наступает последний, роковой фазовый переход.

Люди нетрудолюбивые, нетворческие, но обладающие завышенными требованиями к жизни, которые в героические эпохи имеют мало шансов выжить, в мягкое время цивилизации при общем материальном изобилии начинают размножаться без ограничений, и поскольку являются особями нового склада, создают свой императив: «Будь таким, как мы», т.е. не стремись ни к чему такому, чего нельзя было бы съесть или выпить. Следует переход к фазе обскурации.

5.Фаза обскурации.

Завершает пассионарный цикл эпоха так называемой обскурации: отцовское наследие растрачено, таланты не рождаются, инициатива пропала, этнос не способен себя защитить.

Субпассионарии выдвигают императив: «Будь таким, как мы», т.е. живи только для себя. Всякий рост становится явлением одиозным, трудолюбие подвергается осмеянию, интеллектуальные радости вызывают ярость. В искусстве идет снижение стиля, в науке оригинальные работы вытесняются компиляциями, в армии солдаты держат в покорности офицеров и полководцев, угрожая им мятежами. Ни на кого нельзя положиться, и правитель вынужден применять тактику разбойничьего атамана: подозревать, выслеживать и убивать своих соратников. В обществе господствуют, как и в предшествующих стадиях, группы, только отбор иной – негативный: ценятся не способности, а их отсутствие, не знания, а невежество, не принципы, а беспринципность. Правящая группа не способна ничего ни создать, ни сохранить, она способна только паразитировать, разъедать тело народа, и потому победа субпассионариев ведет их к гибели. Фаза обскурации ужасна тем, что она является серией резких изменений уровня пассионарности, хотя и незначительных по абсолютной величине. Адаптация запаздывает, и этнос гибнет как системная целостность. Носители обскурации исчезают, как дым, и остаются уцелевшие после всех передряг носители первоначального статического состояния. Переход к мемориальной фазе ознаменован императивом: «День, да мой».