Учение о государстве и праве И. Канта

Учение о  праве и государстве И. Канта  ВВЕДЕНИЕ

Иммануил Кант (1724 - 1804) - родоначальник классической немецкой философии и основоположник одного из крупнейших направлений в современной теории права.

Учение Канта сложилось в начале 70-х гг. XVIII в. в ходе предпринятого им критического пересмотра предшествующей философии.

Профессор философии Кенигсбергского  университета Иммануил Кант (1724–1804) был в Германии первым, кто приступил к систематическому обоснованию либерализма, в связи с чем, Канта по праву называют философом свободы. Квинтэссенцией этики мыслителя является учение о том, что человек – существо не только природное, но и свободное. «Кант пролагает новые начала развития и определяет направление юридико-политической мысли XIX века»¹

  Учение о праве и государстве Кант изложил в работах: «Основы метафизики нравственности» (1785); «Критика практического разума» (1788); «К вечному миру» (1795) и «Метафизика нравов в двух частях» (1797), где он с позиций «практического разума» дает рационалистическое обоснование данного учения.

Навеян духом Просвещения и  перекликается с индивидуализмом  школы естественного права краеугольный принцип социальных воззрений И. Канта: каждое лицо обладает совершенным  достоинством, абсолютной ценностью; личность не есть орудие осуществления каких  бы то ни было планов, даже благороднейших планов общего блага. Человек – субъект  нравственного сознания, в корне  отличный от окружающей природы, –  в своем поведении должен руководствоваться  велениями нравственного закона. Закон этот априорен, не подвержен  влиянию никаких внешних обстоятельств  и потому безусловен. Кант называет его "категорическим императивом", стремясь тем самым сильнее подчеркнуть  абстрактно-обязательный и формалистический характер данного предписания.

"Категорический императив"  лишен у Канта связи с конкретными  предметами, с реальными эмпирическими  событиями. Он гласит: "Поступай  так, чтобы максима твоего поведения  могла быть вместе с тем  и принципом всеобщего законодательства". Или иными словами: поступай  так, чтобы ты относился к  человечеству и в своем лице, и в лице любого другого  как к цели и никогда только  как к средству. Соблюдение требований "категорического императива" возможно тогда, когда индивиды  в состоянии свободно следовать голосу "практического разума". "Практическим разумом" охватывались как область этики, так и сфера права. 
Кант осознавал, как важна проблема правопонимания и насколько необходимо верно ее поставить, должным образом сформулировать. "Вопрос о том, – писал он, – что такое право, представляет для юриста такие же трудности, какие для логики представляет вопрос, что такое истина. Конечно, он может ответить, что согласуется с правом, т. е. с тем, что предписывают или предписывали законы данного места и в данное время. Но когда ставится вопрос, справедливо ли то, что предписывают законы, когда от него требуется общий критерий, по которому можно было бы распознать справедливое и несправедливое, – с этим он никогда не справится, если только он не оставит на время в стороне эти эмпирические начала и не поищет источника суждений в одном лишь разуме". Здесь разум, по Канту, есть способность (и воля) создавать принципы и правила морального поведения, содержащая их в себе в качестве внутреннего априорного побуждения.

Атрибут свободы имманентен человеческой личности: дар определять самим себе цель и варианты сообразного с  намеченной целью поведения является врожденным. Индивид, по Канту, есть существо, в принципе способное стать "господином самому себе" и потому не нуждающееся  во внешней опеке при осуществлении  того или иного ценностного и  нормативного выбора².

Кант исходит из идеи свободы как сущности и как явления. Все человеческие поступки подчинены неким общим законам природы и имеют определенные закономерности. Данные закономерности выявляются во всемирной истории, в процессе поступательного движения, развития всего человеческого рода. Все природные задатки человека раскрываются в ходе всемирной истории, и каждое новое достижение, все открытия, задатки просвещения передаются от поколения к поколению. История предстает как история просвещенного разума в ходе исторического совершенствования разума и развития природных задатков человека.

По Канту, человек есть не только разумное, но и деятельное существо. Деятельностное начало человеку дано от природы, так как от природы у него есть свобода воли.

По природе своей человек  склонен, с одной стороны, к общению  с себе подобными, с другой – к изоляции от общества. Отсюда, в человеке коренятся и доброе начало, и радикально злое (эгоистичное, по Гоббсу).

В силу зависти, эгоизма и других свойств человек преодолевает лень и пытается занять свое собственное  положение в обществе, а ближние  ему отвратительны, но он в них  нуждается. Развитие честолюбия, корыстолюбия, зависти является первым шагом от грубости к культуре. Радикально злое в человеке приводит в конечном счете к прогрессу в культуре. Значит, всемирная история идет к прогрессу культуры. К этому прогрессу ведут антиномии, присущие человеческой личности.

Кант дает теорию прогресса иначе, чем просветители, которые рассматривали  прогресс как наличное данное, а  не в исторической перспективе.³

Каждый человек думает, что он уникален, исключителен и поэтому  может нарушить категорический императив. Чтобы этого не произошло, человек  нуждается в принуждении, т.е. в  законе, который бы усмирял тех, кто  не желает соблюдать свободу других.

Этот закон должен быть справедлив, но поскольку он создан человеком  с присущими ему антиномиями, то надо стремиться к наисовершеннейшему государственному устройству. О таком устройстве, о путях к его достижению Кант говорит в своём учении о государстве и праве.

Актуальность данной работы можно  было бы обозначить как - роль Канта  в политико-правовой мысли, в общем. Кант, так же как и многие другие мыслители, был создателем одного из проектов идеального государственного строя, и стремился тому, что бы его теория воплотилась в жизнь, но она, так же как и все остальные  подверглась жесткой критике, и  невыполнению. В работе Канта есть целая глава о международном  праве и праве гражданина мира, эта тема очень актуальна в  связи с военными действиями в  Ираке. В этой главе просматриваются  правила поведения стран во время  военного положения, заключения мира, и вообще международный этикет воинствующих стран.

Актуальность изучения воззрений Канта на государство и право обусловлена тем, что политико-правовые доктрины Канта до сих пор остаются предметом пристального внимания, изучения, дискуссий.

1. Философские основы учения Канта о праве и государстве

Философ отказался выводить нравственность и право из теоретического знания. В этом отношении он следовал демократической  традиции, заложенной Руссо. Кант воспринял  руссоистскую идею о том, что носителями нравственности могут стать все люди без каких бы то ни было исключений, но пересмотрел позицию Руссо относительно источника морали. Источником нравственных и правовых законов, по мнению Канта, выступает практический разум, или свободная воля людей. Новизна такого подхода заключалась в том, что, "удерживая демократическое содержание руссоизма, он позволял восстановить рационалистические приемы обоснования этики и права". ⁴

Стать моральной личностью человек  способен лишь в том случае, если возвысится до понимания своей ответственности  перед человечеством в целом, провозгласил мыслитель. Поскольку  же люди равны между собой как  представители рода, постольку каждый индивид обладает для другого абсолютной нравственной ценностью. Этика Канта утверждала, таким образом, примат общечеловеческого над эгоистическими устремлениями, подчеркивала моральную ответственность индивида за происходящее в мире. ⁵

Опираясь на эти принципы, Кант вывел понятие нравственного  закона. Моральная личность, считал философ, не может руководствоваться  гипотетическими (условными) правилами, которые зависят от обстоятельств  места и времени. В своем поведении  она должна следовать требованиям  категорического (безусловного) императива. В отличие от гипотетических правил категорический императив не содержит указаний, как нужно поступать  в том или ином конкретном случае, и, следовательно, является формальным. Он содержит лишь общую идею "долга  перед лицом человечества", предоставляя индивиду полную свободу решать самостоятельно, какая линия поведения в наибольшей мере согласуется с моральным  законом. Категорический императив  Кант называл законом нравственной свободы и употреблял эти понятия  как синонимы. ⁶

Философ приводит две основные формулы  категорического императива. Первая гласит: "Поступай так, чтобы максима  твоего поступка могла стать всеобщим законом" (под максимой здесь понимается личное правило поведения). Вторая формула  требует: "Поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого  другого так же, как к цели, и никогда не относился бы к  нему только как к средству". Несмотря на смысловое различие формулировок, по сути они близки друг другу - в них проводятся идеи достоинства личности и автономии нравственного сознания.

Категорический императив Канта  лежит в основе его учения Канта  о праве и государстве.

Главную цель учения о государстве  и праве Кант видит в том, чтобы  поднять, возвысить право из мерзости окружающего его бесправия. Он считает, что необходимо возвысить право  над государством. А государство, по Канту, должно быть органом защиты прав личности. Личность может потребовать  от государства того же, что и  государство от личности. Здесь, таким  образом, Кант развивает идею взаимной ответственности государства и  личности. Он обосновывает и раскрывает сущность идеи правовой государственности  в целях охраны индивидуальных прав личности.

Принцип приоритетности неотчуждаемых  прав личности и положение о необходимости  их законодательного закрепления (в  юридическом законодательстве) вытекают из всей этико-правовой концепции Канта. Притом эти права служат как бы критерием легитимности всех юридических  актов, вытекающих из воли законодателя. Обоснование своих положений  Кант строит на двух формулах категорического (безусловного) императива.

Важное значение Кант придавал проблеме правопонимания и ее точной формулировке. «Вопрос о том, – писал он, – что такое право, представляет для юриста такие же трудности, какие для логики представляет вопрос, что такое истина. Конечно, он может ответить, что согласуется с правом, т. е. с тем, что предписывают или предписывали законы данного места и в данное время. Но когда ставится вопрос, справедливо ли то, что предписывают законы, когда от него требуется общий критерий, по которому можно было бы распознать справедливое и несправедливое, – с этим он никогда не справится, если только он не оставит на время в стороне эти эмпирические начала и не поищет источника суждений в одном лишь разуме... Право – это совокупность условий, при которых произвол одного совместим с произволом другого с точки зрения всеобщего закона свободы». Кант выводит следующий всеобщий правовой принцип: «Всеобщий правовой закон гласит: поступай внешне так, чтобы свободное проявление твоего произвола было совместимо со свободой каждого, сообразной со всеобщим законом». ⁷

Кант связывает право с правомочием  принуждать. Он утверждает, что «все неправое препятствует свободе, сообразной со всеобщим законом, принуждение же препятствует свободе или оказывает ей сопротивление. Следовательно, когда определенное проявление свободы само оказывается препятствием к свободе, сообразной со всеобщими законами (т.е. неправым), тогда направленное против такого применения принуждение как то, что воспрепятствует препятствию для свободы, совместимо со свободой, сообразной со всеобщими законами; то есть, бывает правым. Стало быть. по закону противоречия с правом также связано правомочие применять принуждение к тому, кто наносит ущерб этому праву.⁸

Рассмотрим, как согласуется этот главный принцип права с категорическим императивом.

Кант различает право в широком и в узком смыслах слова.

«Строгим правом (правом в узком смысле слова) можно назвать лишь совершенно внешнее право. Оно основывается, правда, на осознании обязательности каждого по закону, но для того чтобы определить в соответствии с этим произволом строгое право, чтобы быть чистым, не должно и не может ссылаться на это осознание как на мотив; поэтому оно опирается на принцип возможности внешнего принуждения, совместимого со свободой каждого, сообразной со всеобщими законами... С любым правом в узком смысле этого слова (ius strictum) связано правомочие принуждать. Но можно мыслить себе еще и право в более широком смысле (ius latum), где правомочие принуждать не может быть определено никаким законом. – Этих истинных или мнимых прав имеется два: справедливость и право крайней необходимости; из них первая допускает право без принуждения, второе – принуждение без права, и легко заметить, что такая двусмысленность покоится, собственно говоря, на том, что бывают случаи сомнительного права, для решения которых нет никакого судьи».⁹

С одной стороны, Кант разграничивает моральное и легальное поведение, право с объективной стороны  и право с субъективной стороны.

Моральным можно назвать такое  поведение, которое продиктовано внутренним осознанием долга. Правовое же поведение  основано на выполнении предписаний  закона, независимо от внутренних мотивов  субъекта.

Моральное поведение – сфера  мотивов, в основе которой лежит  особая моральная справедливость. Право  — внешнее поведение; в основе его — внешние проявления воли. Здесь мотивы не важны. Власть не должна указывать, как поступать личности, и не должна регулировать свободу  мысли. Государство не может задавать этические каноны. В сферу мотивов поведения, душевных побуждений, по Канту, государство не должно вмешиваться, нельзя заставлять человека быть счастливым и свободным.

С другой стороны, Кант связывает нравственность и право, так как в основе права  заложен нравственный принцип категорического  императива, но мир права и мир  морали нельзя отождествить, так как  они автономны.

Таким образом, по Канту, право с объективной стороны заключается в подчинении всех общему моральному закону, а право с субъективной стороны характеризуется тем, что каждый должен согласовывать свой произвол (свободу) со свободой (произволом) каждого другого человека.

2. Учение Канта о праве

Кант различает три правовые категории:

1) естественное право, которое  имеет своим источником самоочевидные  априорные принципы;

2) положительное право, источником  которого является воля законодателя;

3) справедливость – притязание, не предусмотренное законом и  потому не обеспеченное принуждением.

Естественное право, в свою очередь, распадается на две ветви: частное  право и право публичное. Первое регулирует отношения индивидов  как собственников. Второе определяет взаимоотношения между людьми, объединенными  в союз граждан (государство), как  членами политического целого.¹⁰

Под естественным правом Кант подразумевает естественные, прирожденные права личности. Кант, не останавливаясь на достигнутом в правовой мысли, далее развивал естественно-правовую интерпретацию прав человека. Он ставит вопрос об основании притязаний человека на признание своих прав. Естественные права человека до Канта просто декларировались, исходя из факта самого человеческого существования. Он создал свое учение о человеке и его прирожденных правах. По Канту, как физическое существо человек подчинен законам природы, но как волевое существо он подчинен законам морального мира. Эти законы Кант сформулировал в своём категорическом императиве, в котором заключена кантовская идея естественного права, под власть которого должны поставить себя каждое государство и издаваемые им законы.

Самым ценным и существенным во всей кантовской теории является принцип, согласно которому каждое лицо обладает совершенным  достоинством, абсолютной ценностью; личность не есть орудие осуществления каких  бы то ни было планов, даже благороднейших планов общего блага. Человек – субъект  нравственного сознания, в корне  отличный от окружающей природы, –  в своем поведении должен руководствоваться  велениями нравственного закона. Закон этот априорен, не подвержен  влиянию никаких внешних обстоятельств  и потому безусловен. ¹¹

Положительное право, основанное на воле законодателя, должно соответствовать естественному праву, т.е. требованиям категорического императива, и поддерживаться силой принуждения. «Естественному праву в состоянии гражданского устройства (т. е. тому праву, которое можно для такого устройства вывести из априорных принципов), – отмечает Кант, – не могут нанести ущерб статутарные законы гражданского устройства и, таким образом, остается в силе правовой принцип: “Тот, кто поступает согласно максиме, по которой становится невозможно иметь предмет моего произвола моим, наносит мне ущерб; в самом деле, только гражданское устройство есть правовое состояние, благодаря которому каждому свое лишь гарантируется, но в сущности не устанавливается и не определяется».¹²

Справедливость Кант связывает со свободой «Свобода (независимость от принуждающего произвола другого), поскольку она совместима со свободой каждого другого, сообразной со всеобщим законом, – утверждает Кант, – и есть это единственное первоначальное право, присущее каждому человеку в силу его принадлежности к человеческому роду ».¹³

Рассматривая соотношение частного и публичного права, Кант выступает  как сторонник отграничения гражданского общества от государства.

Частное право, по Канту, – это отношения  индивидов как частных собственников. В сфере должного данные отношения  должны строиться на основе свободы, равенства, независимости, так как  это вытекает из принципов естественного  права. Основным признаком права  Кант считает формальное равенство: в гражданском обороте люди выступают  как лица, формально равные. Формальное равенство может быть только в  свободе. Не должно быть привилегий в  сфере права. «Будь человеком, действующим  по праву… Не поступай с кем-либо не по праву»,¹⁴ – пишет Кант. Он выступает против средневекового неравенства, против права-привилегии.

Кант различает право на вещь и вещное право: «Право на вещь – это право частного пользования вещью, которой я владею (первоначально или в силу установления) совместно со всеми другими... Под словами вещное право (ius reale) подразумевается не только право на вещь (ius in re), но и совокупность всех законов, касающихся вещного мое и твое». ¹⁵

Собственность (dominium), по Канту, – это «внешний предмет, который по своей субстанции есть чье-то свое, кому неотъемлемо принадлежат все права на эту вещь (как акциденции присущи субстанции), которой собственник (dominus) может распоряжаться по своему усмотрению (ius disponendi de re sua)».¹⁶

В системе частного права Кант выделяет личное право. «Владение произволом другого как способность по законам  свободы определять этот произвол моим произволом к тому или иному действию (внешнее мое и твое в отношении причинности другого) – это некое право (каковых прав я могу иметь много по отношению к одному и тому же лицу или к другим лицам); совокупность же (система) законов, на основании которых я могу находиться в этом владении, – это само личное право, которое бывает только одно».¹⁷

Вещно-личное право как одна из трех разновидностей частного права (вещное, личное), по Канту, «представляет собой  право владения внешним предметом как вещью и пользования им как лицом». ¹⁸Оно регулирует также и отношения между мужем и женой, родителями и детьми, господином и рабом.

В числе других прав в системе  частного права Кант выделяет брачное  право, родительское право, право хозяина  дома, наследственное право и др.

Кант считает, что частное право  соответствует естественному состоянию, а гражданскому состоянию (status civilis) общества, подчиняющегося распределяющей справедливости, соответствует состояние публичного права. Он утверждает, что «из частного права в естественном состоянии вытекает постулат публичного права: ты должен при отношениях неизбежного сосуществования со всеми другими людьми перейти из этого состояния в состояние правовое, т.е. в состояние распределяющей справедливости. – Основание для этого можно аналитически вывести из понятия права во внешних взаимоотношениях в противоположность насилию (violentia)». ¹⁹

Публичное право регулирует отношения  лиц как граждан. По Канту, главным  в этих отношениях является право  народа участвовать в принятии конституции.

Право должно быть общеобязательным, так как цель человека – совместить свой произвол (свободу) с произволом (свободой) других. Но для соблюдения права необходимо принуждение, а  осуществление принуждения Кант связывает с государством.

Таким образом, Кант переходит от нравственности к праву и от права к государству, которое должно базироваться на требованиях категорического императива и соответственно на принципах права. Отсюда Кант выводит идею правового государства.

3. Учение Канта  о государстве

«Государство (civitas), – пишет Кант, – это объединение множества людей, подчиненных правовым законам. Поскольку эти законы необходимы как априорные законы, то есть как законы, сами собой вытекающие из понятий внешнего права вообще (а не как законы статутарные), форма государства есть форма государства вообще, то есть государство в идее, такое, каким оно должно быть в соответствии с чистыми принципами права, причем идея эта служит путеводной нитью (norma) для любого действительного объединения в общность (следовательно, во внутреннем)».²⁰

Правовое государство  – такое государство, где соблюдены  все естественные права и где  не пренебрегают свободой, равенством и независимостью воли отдельных  индивидов, а значит, соблюдены требования категорического императива. У Канта  нет термина "правовое государство", но идея правового государства вытекаеи из всей его правовой теории.

Кант представляет государство  как соединение множества людей  под властью правового закона. Наилучшим государством он считает  республику как правовой союз (а  не как форму правления). Он ведет  речь о правовом государстве как  о республике в духе еще цицероновской  традиции. Главная задача государства, где суверенитет принадлежит  народу, заключается, по Канту, в том, чтобы охранять и гарантировать  права и свободы граждан. ²¹

Идею народного суверенитета Кант выводит из договорной теории происхождения государства.

Анализируя происхождение  государства, Кант определяет его начало как естественное состояние, лишенное всякой гарантии законности. Нравственный долг, чувство уважения к естественному  праву побуждают людей оставить это состояние и перейти к  гражданскому обществу. Переход к  последнему не носит характер случайности. Акт, посредством которого изолированные  индивиды образуют народ и государство, есть договор.

Кантовское толкование природы  этого договора тесно сопряжено  с идеями об автономии воли, об индивидах, как моральных субъектах и  т.п. Главное условие заключаемого договора - обязательство любой создаваемой  организации внешнего принуждения (монархической ли государственности, политически объединившегося ли народа) признавать в каждом индивиде лицо, которое без всякого принуждения  осознает долг "не делать другого средством для достижения своих целей" и способно данный долг исполнить.²²

"Общественный договор", по Канту, заключают между собой  морально развитые люди. Поэтому  государственной власти запрещается  обращаться с ними как с  существами, которые не ведают  морального закона, и не могут  сами правильно выбрать линию  поведения. Согласно общественному  договору, заключаемому в целях  взаимной выгоды и в соответствии  с категорическим (моральным) императивом,  все отдельные лица, составляющие  народ, отказываются от своей  внешней свободы, чтобы тотчас  же снова обрести ее, однако  уже как членов государства.  От свободы беспорядочной, необузданной  переходят к свободе подлинной  во всем ее объеме в правовом  состоянии. Свобода в рамках  правового состояния предусматривает  в первую очередь свободу критики. ²³

Кант различает гражданское  общество и государство. Исследуя причины  возникновения гражданского общества, философ приходит к следующему выводу: в естественном состоянии каждый индивид не в состоянии обеспечить в полной мере свои права, ибо по природе люди все разные. И первое, что «человек обязан решить, если он не хочет отречься от всех правовых понятий, – это следующее: надо выйти из естественного состояния, в котором каждый поступает по собственному разумению, и объединиться со всеми остальными (а он не может избежать взаимодействия с ними), с тем чтобы подчиниться внешнему опирающемуся на публичное право принуждению, то есть вступить в состояние, в котором каждому будет по закону определено и достаточно сильной властью (не его собственной, а внешней) предоставлено то, что должно быть признано своим, то есть он прежде всего должен вступить в гражданское состояние».²⁴

Государство, утверждает Кант, должно строиться на основе взаимной ответственности личности и государства. Государство и гражданин –  равные субъекты права. Деятельность государства  основана на правовых законах, а эти  законы, в свою очередь, должны соответствовать  правовым принципам, суть которых составляют естественные права человека. Кант выделяет права и свободы граждан  как членов государства: «Объединенные  для законодательства члены такого общества (societas civilis), т.е. государства, называются гражданами (cives), а неотъемлемые от их сущности (как таковой) правовые атрибуты суть: основанная на законе свобода каждого не повиноваться иному закону, кроме того, на который он дал свое согласие; гражданское равенство – признавать стоящим выше себя только того в составе народа, на кого он имеет моральную способность налагать такие же правовые обязанности, какие этот может налагать на него; атрибут гражданской самостоятельности – быть обязанным своим существованием и содержанием не произволу кого-то другого в составе народа, а своим собственным правам и силам как члену общности, следовательно, в правовых делах гражданская личность не должна быть представлена никем другим».²⁵ Кант в числе других гражданских прав выделяет и избирательное право.

Для более совершенной  организации государственной власти в целях установления общего блага  и защиты прав личности Кант предлагает установить принцип разделения властей: «В каждом государстве существует три власти, то есть всеобщим образом объединенная воля в трех лицах (trias politica): верховная власть (суверенитет) в лице законодателя, исполнительная власть в лице правителя (правящего согласно закону) и судебная власть (присуждающая каждому свое согласно закону) в лице судьи».²⁶ Но верховенство законодательной власти не означает, что она может поступиться принципами права. «Законодательная власть может принадлежать только объединенной воле народа. В самом деле, так как всякое право должно исходить от нее, она непременно должна быть не в состоянии поступить с кем-либо не по праву». ²⁷Значит, правовые акты, издаваемые законодательной властью, должны соответствовать правовым принципам: свободе, равенству и справедливости как неотъемлемо присущим личности атрибутам. В процессе создания законодательных актов человек «должен рассматриваться в государстве как участвующий в законодательстве не только как средство, но в то же время и как цель сама по себе». ²⁸

Кант утверждает, что «все три власти в государстве, во-первых, координированы между собой наподобие моральных лиц (potestates coordinatae), т. е. одна дополняет другую для совершенства (complementum ad sufficientiam) государственного устройства; но, во-вторых, они также и подчинены друг другу (subordinatae) таким образом, что одна из них не может узурпировать функции другой, которой она помогает, а имеет свой собственный принцип, т. е. хотя она повелевает в качестве отдельного лица, однако при наличии воли вышестоящего лица; в-третьих, путем объединения тех и других функций они каждому подданному предоставляют его права». ²⁹