Угольная промышленность в Кузбассе

     За  весь период Великой Отечественной  войны в численности  и составе  шахтерских кадров Кузбасса произошли  значительные изменения не всегда поддающиеся  точным подсчетам. Так даже по официальным  опубликованным сведениям численность  основной категории работников – рабочие по добыче угля в 1940 г. на шахтах Кузбасса согласно статсправочнику «Кузнецкий угольный бассейн», составляла 40712 чел., согласно статсправочнику «Угольная промышленность СССР за 50 лет» - 40644 чел. Включали ли эти показатели численность спецконтингента – неизвестно. Еще более сложно ответить на этот вопрос применительно непосредственно к военному времени. В источниках лишь встречается информация о направлении или прибытии на шахты определенной категории спецконтингента с указанием численности. Какое число из прибывших было направлено в шахты и включались ли они в среднегодовую численность рабочих определить весьма затруднительно. Для таких сомнений имеется достаточно оснований. Так, например, в письме Наркомугля СССР от 13.11.1942 г. все угольные предприятия при указании среднесписочной численности работающих обязаны были включить в состав персонала, не состоящий в списках трудящихся спецконтингент. В то же время в сведениях о численности и движении рабочих на конец каждого месяца требовалось указывать только списочный состав.¹  Можно привести и другой пример заставляющий ставить под сомнение полноту и точность информации о численности персонала, занятого на добыче угля. Сопоставление численности персонала в том числе рабочих, занятых на добыче угля в Кузбассе в 1944 и 1945 гг. свидетельствует о его росте на 10165 и 8891 чел. соответственно. Однако только в течение одного 3 квартала 1945 г. в Кузбасс для использования на подземной добыче был направлен различный спецконтингент в количестве 71,5 тыс.чел. Даже если допустить, что данный спецконтингент прибыл в Кузбасс не в полном составе и не полностью был использован по назанчению – на добыче угля, пополнение только за один квартал превышало среднегодовую численность рабочих занятых на добыче угля в 1945 г.(71031 чел. и прирост за 1945 г. 8891 чел).²

     Подробный анализ быта и трудоиспользования спецконтингента  в угольной промышленности Кузбасса в период Великой Отечественной  войны и первое послевоенное десятилетие  содержится в монографиях Р.С. Бикментова.³ Автор постоянно подчеркивает трудности в оценке реального вклада спецконтингента в увеличение добычи угля, в оценке полноты и достоверности информации о динамике его численности и состава, изменение производительности труда.

     Мы  разделяем эти сомнения. Со своей стороны можем только отметить, что опираясь на информацию, содержащуюся в доступных источниках, а также на труды предшественников – коллективную монографию «Угольная промышленность Кузбасса», монографии и статьи Р.С. Бикментова, К.А. Заболотской, А.А. Шадт и др.⁴ Мы констатируем резкое понижение уровня профессионализма рабочих угольной промышленности Кузбасса. Достаточно сказать, что за годы войны состав шахтерских ???? бассейна обновился на  80%.⁵ В 1945 г. в коллективе комбината Кузбассуголь, основного поставщика коксующихся углей, кадровые рабочие составляли всего 21,4%.⁶

     В условиях Великой Отечественной  войны резко ухудшились условия  работы в угольной отрасли. Помимо ускоренного  введения в строй новых шахт, не всегда полностью соответствующих условиям и правилам эксплуатации и изношенного оборудования существенное обновление  рабочих коллективов, тем более приемущественно за счет различных категорий спецконтингента создавали дополнительную угрозу возникновения аварийных ситуаций. Не случайно за пять военных лет на шахтах Кузбасса было травмировано 58330 шахтеров подконтрольных Кузнецкому горному округу Госгортехнадзора. По неполным данным (поиск продолжается) с учетом спецконтингента на шахтах Кузбасса за 1941-1945 гг. погибло более 25000 чел. Исходя из суммарной добычи этих лет – более 127 млн.т., каждый добытый миллион тонн угля уносит 20 жизней.⁷

     По  данным Западносибирской государственной  горно-технической инспекции Министерства угольной промышленности СССР за август 1941 – декабрь 1941 г. в бассейне произошло 25 аварий.⁸ Причины аварий были различны. Различен был размер принесенного ущерба, число травмированных и погибших шахтеров.

     Документами, наиболее полно  отражающими поведение различных служб при аварии, являются акты аварий и несчастных смертельных случаев в шахтах. В них очень четко прослеживается тенденция найти «стрелочника», мелкого чиновника, который бы ответил за все просчеты руководства треста. Хотя и руководство треста вряд ли могло существенно изменить  положение вещей.  В условиях войны рост добычи угля фактически требовался любой ценой. При расследовании причин аварии основное внимание уделяется технической стороне вопроса (методам выемки угля, состоянию кровли и т.д.) и почти ничего не говорилось о том, как оказывалась медицинская помощь пострадавшим. Не ставился о возможности или невозможности спасения человека после освобождения его из завала.

           Характерным примером является авария на шахте «Центральная»  треста «Кемеровоуголь» 15 августа 1942г. В забое работало 5 человек, после первого обрушения полностью засыпало трех из них, а рабочему Бурденко прижало ноги.  На крики и шум сбежались люди, стали откапывать шахтеров и укреплять кровлю. Тут произошло второе обрушение. Голоса засыпанных первым обрушением стали не слышны, но кровля над Бурденко выдержала, и его вскоре освободили. Он отделался легкими ушибами, примерно через час прибыло отделение горноспасателей и шахтеров удалось откопать. Один из них был жив, но с тяжелыми травмами. Его отправили в больницу, где он и скончался. Не указывается, в какую именно больницу он был отправлен, на каком виде транспорта и сопровождался ли он врачом или фельдшером. Эта авария не изменила положение вещей и в соблюдении техники безопасности. По заключению комиссии НКУП о технике безопасности от 01.05.1944г. шахта «Центральная» названа чрезвычайно опасной ⁹. Похоже, что констатацией этого факта комиссия и ограничилась, так как за годы войны на этой шахте произошли еще две аварии со смертельным исходом: 19 июля и 29 октября 1944г. погибло 5 и тяжело травмировано 25 шахтеров ¹⁰.

     Аварии  на шахте «Центральная» г. Кемерово с количеством погибших 2-3 человека, как это ни кощунственно звучит, можно назвать обычными, постоянно  происходящими. Таких аварий на шахтах Кузбасса в годы войны было свыше 20 ¹¹. 

     Крупнейшей  аварией за годы войны стала авария на шахте «Байдаевская» г. Новокузнецка., она унесла жизни сразу около 120 горняков ( точное количество не установлено). Авария произошла на «Байдаевской» шахте. В эту ночь в третью смену под землю спустилось 215 горняков, затем 80 заключенных и конвой. Несмотря на это рабочие третей смены были спущены в шахту, где и ожидали включения напряжения и проветривания забоя. После включения вентиляторов в забой был отправлен газомерщик, а через несколько минут прогремел взрыв. Причиной взрыва, как позже установила комиссия по расследованию аварий, явилась неисправная бензиновая лампа газомерщика. Взрывная волна распространилась на горизонте 110 и 210 от раскаленных газов возникли пожары, этому способствовало и активная вентиляция шахты. Первые сигналы о взрыве метана стали поступать в диспетчерскую шахту с шурфов по телефону в 4 часа 45 минут. Но только в 5 часов 20 минут было дано распоряжение вызвать пожарную команду, а в 5 часов 30 минут были вызваны работники спасательной станции.

           Люди, находившиеся в момент взрыва под землей были представлены сами себе. Горные мастера  и бригадиры не решались вывести  людей с участка, ждали указаний. Ведь в условиях военного времени  такое поведение рассматривалось  бы как трусость и паникерство, что могло привести к расстрелу. Лишь некоторые из них, такие как помощник начальника первого участка Быков, горный мастер Ушаков, помощник начальника пятого участка, бывший шахтер, заключенный Сиблага Устюгов, смогли принять волевое решение и спасти людей. Дополнительным препятствием для выхода на поверхность рабочих- заключенных стал конвой. Он не выпускал шахтеров с участка до распоряжения помощника начальника конвоя.

           Около 9 часов утра 16 февраля (т.е. спустя три с половиной  часа после вызова) к шурфу прибыло отделение горноспасателей под руководством Колабина. Им удалось спасти только одного шахтера, при втором спуске в шахту пострадал один из горноспасателей ( отравился угарным газом). По словам забойщика Суходоева в шурф они больше не спускались, хотя четверо горняков под землей еще целых два дня боролись за жизнь.¹² Это говорит о том, что горноспасатели не справились или не могли справиться с возложенной на него задачей. Аварии на шахтах случались и в довоенные годы. Только на шахте «Северная», вошедшей в строй в 1939г. за первый год работы случилось 106 аварийных ситуаций, было травмировано 333 человека, из них три со смертельным исходом. ¹³ В условиях войны, как уже отмечалось ранее, потенциальные условия возникновения аварий возросли. Наибольшее число аварий ( 15) превысило в 1944г. ¹⁴ И это на наш взгляд, связано не только с высоким ??? техники, но и со значительным увеличением в составе рабочих по добыче угля различных категорий спецконтингента, что, безусловно, в конченом итоге отразилось на общем уровне профессионализма шахтерских кадров.

     В годы Великой Отечественной войны  угольная промышленность Кузбасса, как  и вся промышленность СССР развивалась  по экстенсивному пути: по сравнению  с 1940 годом добыча угля в бассейне увеличилась на 37,4%, численность рабочих, занятых добычей угля – на 74, 9%, производительность труда снизилась на 21%.¹⁵ Кузбасс справлялся со своей миссией «на угле и металле Кузбасса и Урала, - писала в июле 1945 года газета «Правда» - жила вся оборонная промышленность. Кузбасс сыграл громадную роль в Великой отечественной войне, и его заслуги перед социалистическим Отечеством не забудет история».¹⁶

     В условиях войны рост добычи угля в  Кузбассе в значительной степени  обеспечивался за счет увеличения численности  шахтерских кадров, среди которого преобладал временный контингент, не имевший профессиональных навыков работы в отрасли. По этой причине на шахтах бассейна высок был уровень травматизма и гибели контингента, занятого на добыче угля. Для руководства угольных комбинатов, трестов и шахт задачей первостепенной важности было обеспечение роста добычи угля. Вопросы обеспечения безопасности труда, особенно относительно работавшего в шахтах спецконтингента имели второстепенные значения.

     После успешного завершения Великой Отечественной войны перед страной, понесшей колоссальный материальный ущерб встали задачи восстановления народного хозяйства и наращивания его индустриального потенциала. По своим масштабам они были не менее грандиозные, чем перестройка экономики на военный лад. В создавшихся условиях вновь появилась необходимость ??????? формированного наращивания добычи угля. Донецкий бассейн находился в стадии восстановления. И хотя в 1945 году здесь уже было добыто 37, 9 млн. тонн угля, в том числе 11,5 млн. тонн коксующегося, к довоенному 1940 году. Это составляло соответственно 40,9% и 41,6%.¹⁷ В 1950 году по сравнению с 1945 годом вся добыча угля в СССР должна была вырасти на 51% коксующихся углей – на 63,5%.

     Значительная  доля нагрузки как и в годы войны, вновь легла на плечи Кузбасса. Здесь намечалось увеличение  общей добычи на 69%, добыча углей, пригодных для коксования – почти в 3 раза.¹⁸

     Это был очень напряженный план, не учитывающий реальных возможностей. Не смотря на то, что Кузнецкий угольный бассейн находился в глубоком тылу, его угольная промышленность находилась в восстановлении. Требовалась реконструкция и обновление шахтерского фонда, замена устаревшего и крайне износившегося в годы войны оборудования, создание постоянных квалифицированный шахтерских кадров, способных оперативно и качественно осваивать новые мощности. В цеях увеличения производительной мощности бассейна в первую полевоенную пятилетку в Кузбассе было намечено ввести в  действие 30 шахт общей мощностью 18 млн. тонн.¹⁹ Для перспектив развития Кузбасса это было хорошее намерение, но реализовать его в столь ограниченные сроки не удалось. За 1946 – 1950 гг. производительные мощности бассейна возросли всего на 7,1 млн. тонн.²⁰ Увеличение мощностей происходило в основном за счет нового строительства (93,7%)²¹.

     Отличительной особенностью развития угольной промышленности этого периода стало начало освоения открытого способа добычи. В 1948-1949 гг. в Кузбассе появилось сразу  три предприятия по открытой добыче – карьеры «Краснобродский», «Бачатский»  и «Прокопьевский».²² Производительность труда на них в 2-3 раза превосходило подземный способ. Хотя в составе введенных вновь мощностей приходилось на открытую добычу всего 7%, дешевизна и безопасность производства обеспечили данному методу добычу угля дальнейшее развитие на территории Кузбасса. У открытой добычи было и еще одно приемущество – более высокая производительность труда.

     В 1945 г. среднемесячная производительность труда рабочих по добыче угля составляло по отрасли 23,8 т., в том числе на шахтах – 21,6 т., на разрезах (открытая добыча) – 86,9 т. В 1950 г. эти показатели по отрасли составляли соответственно 30,1 т., 27,8т., 96,3 т. В Кузбассе среднемесячная производительность труда рабочих на добыче в 1950 г. равнялась 36,3 т., на шахтах – 35,6 т., на разрезах – 143,3 т.²³

     В 1946 г. и 1947 гг. Кузбасс не справился  с годовыми планами добычи угля, а в ??????? даже снизил добычу к уровню к 1945 г. Перелом начался только в 1948 г., с началом освоения открытой добычи. Не смотря на увеличение мощностей, начало обновления материально-технической базы и освоение открытой добычи, перегрузка военных лет отразилась на общем состоянии угольной промышленности.  И новые чрезмерно напряженные задания четвертой пятилетки оказались невыполнимыми. Ввод новых мощностей существенно отставал от плана и был выполнен только на 39,4%, а план угледобычи – на 96%. Не был достигнут запланированный уровень и по добыче коксующихся углей.²⁴

     Одной из причин отрицательно сказавшихся  на росте добычи угля было состояние  рабочих кадров. Увеличение добычи угля в значительной степени обеспечивался за счет численности рабочих, а не роста производительности их труда. В 1950 г. по сравнению с 1945 г. объем добычи угля в бассейне вырос на 28,3%, официальная численность рабочих по добыче – на 18,9%, производительность труда на 7%.²⁵ В годы четвертой пятилетки на шахтах Кузбасса кадровые рабочие с довоенным стажем  составляли всего 22%.²⁶ Значительную часть рабочих как и в годы войны составляли спец контингент, который продолжал пополняться. Так осенью 1945 г. в угольную промышленность Кузбасса были направлены военнопленные – «власовцы», среди которых были и женщины. В конце сентября 1945 г. их численность достигла 13000. После предварительной проверки поступившие на шахты «власовцы» должны были по месту направления отбывать ?????? в течение 6 лет.

     По  сравнению с другим спец контингентом, особенно иностранными военнопленными «власовцы» не испытывали трудностей в общении, так как свободно владели  русским языком. Благодаря этому  они быстрее приспосабливались  к новым условиям и специфики шахтерского труда. На многих шахтах целые участки, забои, лавы были укомплектованы исключительно «власовцами». В 1947 г. спец контингент на шахтах Кузбасса пополнился за счет членов организации украинских националистов (ОУН) и участников украинской повстанческой армии (УПА). Одновременно на шахты прибыло 2,5 так называемых «указников» - лиц досрочно освобожденных из мест заключения, но обязанных до полного истечения срока наказания отработать на угольных шахтах. 

     В конце 1945 г., когда восстановления народного хозяйства страны происходило уже в мирных условиях, различные категории спецконтингента на шахтах комбината «Кузбассуголь» составляли более 40% рабочих. На шахтах кмбината «Кемеровоуголь» аналогичная ситуация была в начале 1946 г.: расконвоированные и репатриированные составляли 25,6%, другой спец контингент – 14,6% рабочих.²⁷

     В январе 1946 г. на шахтах Кузбасса появились  первые японские военнопленные. Этот контингент пополнял рабочие кадры бассейна в течение всего 1946 г. В декабре того же 1946 г. в комбинат «Кузбассуголь» было передано 5500 немцев, в комбинат «Кемеровоуголь» - 4000, вывезенных из Германии, в мае 1947 г. на шахтах бассейна трудилось более 9000 «власовцев»²⁸. Иностранный спецконтингент, по причинам о которых уже говорилось выше, заметно пополнял число травмированных. В 1945 г. на шахтах Кузбасса было травмировано 12918 чел., в 1946 г. – 12918 чел., 1947 г. – 14337, в 1948 г. – 16830 чел., 1949 г. – 16885 чел. Рост числа травмированных продолжался и в начале 50-х гг.²⁹ Но к этому времени политика в отношении использовании спец контингента в  угольной отрасли постоянно стала меняться.

     50-е  годы ХХ века угольная промышленность  сохраняла свои приоритетные  позиции в экономике СССР, являлась  одной из базовой отраслей  тяжелой индустрии. От темпов бобычи угля по-прежнему в значительной степени зависит производство электроэнергии, ритмичная работа транспорта, добыча коксующих углей влияла на темпы развития черной металлургии.

     В качестве исходного сырья, уголь  широко использовался в химической промышленности. Вместе с тем, по сравнению с четвертой пятилеткой соотношение темпов развития все промышленности и угольной отрасли произошли заметные изменения. Если в 1946-1950 гг. темпы роста угольной промышленности СССР (51%) опережали темпа роста всей промышленности (48%), то 50-е гг.: они уступали последним. Так, согласно пятому пятилетнему плану (1951-1955 гг.), объем всей промышленной продукции страны намечалось увеличить на 70%, а в шестой пятилетке (1956-1960 гг.) – на 65%, угольной отрасли – на 43 и 52% соответственно.³⁰ Успешное восстановление во второй половине 40-х гг. ХХ века промышленности СССР, в том числе и угольной отрасли, создавало для последней прочную основу дальнейшего наращивания объемов добычи. Вместе с тем, в 50-е гг. в экономике СССР появились новые факторы, оказавшие неодназначное влияние на развитие угольной отрасли.

     К этим факторам, по мнению К.А. Заболотской относится ускоренное развитие под воздействием начавшейся научно-технической революции таких отраслей как машиностроение, химическая и нефтехимическая промышленность, энергетика включая гидроэнергетику и производство атамной энергии, определивших по темпам развития угольную отрасль.

     Второй  фактор – запланированные опережающие  темпы добычи нефти игаза по сравнению добычей угля и как следствие этого – перестройка в их пользу структуры топливно-энергетического баланса СССР.

     В 1955 г. по сранению с 1950 г. добыча нефти  должна была вырасти на 85%,  природного газа – на 80%, угля – на 43%. В 1960 г. по сравнению с 1955 г. темпы роста добычи нефти, газа и угля сохраняли ту же тенденцию и соответственно планировались в размере 91%, 288%, и 52%.³¹

     В рассматриваемый период благодаря  этой стратегии структура топливно-энергетического  баланса СССР изменялась следующим  образом: в 1950 г. на долю угля приходилось 66,1%, нефти – 17,4%, газа – 2,3%; в 1955 г. – 64,8%, 21,1% и 2,4%; 1960 г. – 53,9%, 30,5%, 7,9% соответственно. Самый высокий удельный вес угля в топливно-энергитическом балансе СССР – 66,1% приходился на 1950 и 1952 гг., с 1953 г. по 1960 г. началось медленное, но неуклонное снижение доли угля.³²

     Несмотря  на отмеченные процессы, угольная промышленность оставалась одной из базовых отраслей экономики.

     Существенный  вклад в решение задач, поставленных перед угольной промышленностью страны в 50-е гг. предстоялось решать и Кузбассу. Рост добычи угля в бассейне был обеспечен увеличением мощность угольных предсприятий, численностью шахтерских кадров, техническим перевооружением шахт и разрезов.

     В 50-е гг. ХХ в. В бассейне было введено 33,7 тонн новых производственных мощностей, в том числе 10,2 млн. т. (30,3%) на открытой добыче. За счет реконструкции действующих шахт и разрезов добавилось еще 1,6 млн.т.³³ Новое строительство расширило территорию усвоения угоьных богатств Кузбасса. В 1953 г. на юге бассейна вошла в строй самая крупная по меркам того времени шахта – «Томусинская 1-2» с годовой производительной мощностью 2,4 млн.т., положившая начало освоению богатого коксующимися углями Томь-Усинского района.³⁴

     В 50-е гг. практически в каждом районе бассейна появились новые уольные предприятия. В анжерском районе шахты № 2 и 3; в Беловском – шахты «Чертинская-1», «Чертинская-южная», «Грамотеинская 1-2»; разрезы «Новосергиевский», «Моховских», «Свободный»; в Кемеровском – шахты «Промышленная», «Березовская-1», разрез «Кедровский»; в Киселевском – шахты «Тайбинская» и «Черкасовская»; в Ленинском – шахты «Полысаевская-Северная», «Полысаевская-2»; в Новокузнецком – шахта «Байдаевский укон», разрезы «Байдаевский» и «Листвянский»; в Осинниковском – шахта «Малиновская»; в Прокопьевском – шахта «Зиминка-3-4» и № 8; в Томь-Усинском – шахта «Томусинская-1-2».³⁵

     В  50-е гг. в Кузбассе началось освоение еще одного более экономичного гидравлического  способа добычи угля. Сначала на шахте «Тогранские уклоны» в 1952 г. был опробован первый гидрокомплекс, а в 1953 г. вышла в строй первая в мире специализированная шихта «Полысаевская-Северная», мощностью 150 тыс.т. В 1960 г. гидравлическим способом в Кузбассе было добыто уже 1,2 млн.т.³⁶ Всего в 1960 г. в Кузбассе было добыто 84 млн.т. угля, в том числе открытым способом 16454 тыс.т. (19,6%) и гидроспособом 1,5%.³⁷ На рубеже 50-х гг. соотношении подземного и открытого способов добочи угля в Кузбассе существенно отличалось от отраслевого. В 1959 г. в СССР подземным способом было добыто 89,6% всего угля, открытым 10,4%. В Кузбассе это соотношение выглядело как 98,1% и 1,9%. В 50-е гг. в стране и Кузбассе увеличивались не только объемы, но и удельный вес открытой добычи и в 1960 г. добыча угля, по способам добычи в Кузбассе приблизилась к общесоюзной. В 1960 г. 80% добычи в СССР обеспечивали шахты и 20% добычи – разрезы.

     В Кузбассе на долю надземной добычи приходилось 80,4%, откытой – 19,6%.³⁸ Рост удельного веса открытого способа добычи наиболее безопасного по сравнению с подземеным благотворным влияя на динамику производственного травматизма шахтеров. В 1948 г. (ввод в строй первого угольного разреза в Кузбассе), в бассейне было травмировано 16830 шахтеров, в том числе 577 с тяжелым и 429 со смертельным исходом. В 1960 г. общий уровень травматизма 16085 чел. снизился не значительно, но тяжелых случаев было 284, а смертельных – 178.³⁹

     Снизился  и коэффициэнт тяжести (кличесвто  сметельнотравмиованных на 1 млн.т. добытого угля). В 1948 г. он составлял 13,8 чел., в 1950 г. – 8,6 чел., в 1960 г. – 2,1 чел. Большое влияние на рост добычи угля и улучшение условий труда шахтеров оказалдо существенное техническое перевооружение угольной паромышленности Кузбасса, с 1950 г. по 1960 г. количество очистных кмбайнов увеличилось 68 до 251, проходческих – с 3 до 163, вырос процент их использования с 50 до 63%, очистных с 33,3 до 53,4% проходческих комбайнов. Повысилась механизация и других процессов: навалки, доставки, откатки. На открытой добыче так же увеличилось количество машин и механизмов. Только число одноковшовых эксковаторов с 1950 по 1960 гг. выросло с 21 до 276 единиц.⁴⁰

     Важнейшая проблема, которую постоянно приходилось  решать руководству угольных предприятий Кузбасса, была проблема кадров. Во второй половине 40-х ХХ в. численность и состав занятых в угольной отрасли определялось влиянием последствий только что завершившейся Великой Отечественной войны. Это касалось половозрастной структуры шахтеров, удельного веса среди рабочих, занятых добычей угля, кадровых шахтеров, каналов и состава новых поколений, высокой доли различных групп спецконтингента. В 50-е гг. ситуация стала меняться коренным образом.

     В бассейне возобновился прерванный войной процесс создания постоянных шахтерских кадров. Стал сокращаться, а затем почти полностью исчез спецконтингент. Улучшилась половозрастная структура трудовых коллективов на шахтах и разрезах. В их составе повысился удельный вес шахтеров с трудовым стажем 5 и более лет с 24,6% до 36,9%  (1950 г. - 1957 г.). ⁴¹

     Большую роль в этом сыграло то обстоятельство, что часть спецконтингента, проработавшего несколько лет в шахте и  уже освоившая навыки шахтерского  труда после изменения своего правового статуса считалось  в Кузбассе и продолжала работать в шахтах. В первую очередь это относилось к самой крупной по численности категории спецконтингента – трудомобилизованным немцам. В 1954 – 1956 гг. на основании поставления Совета Министров СССП от 13.08.1954 г. за № 1738-789СС началось снятие с учета спецнасеселения лиц немецкой национальности. В июле 1955 года на спецучете в Кузбассе еще состояло 42660 лиц немецкой национальности, большая часть из них работала в угольной отрасли.

     В течсение нескольких месяцев к февралю 1956 г. почти все они были сняты со спецучета и остались в большинстве на проживании в угольных городах бассейна. Снятие со спецучета советских немцев означало их официальное признание как полноправных граждан страны, как по месту проживания, так и на производстве. По данным на 5 мая 1958 г. в промышленности области трудилось 19114 лиц немецкой национальности, из них 9951 чел. (52%) в угольной отрасли.⁴² Еще ранее, в 1953 году в состав постоянных шахтерских кадров на общих правах ??????? большая часть «власовцев».⁴³ В послевоенные годы у предприятий вновь появилась возможность самостоятельного приема на работу, так называемый вольный найм. Шахты и разрезы смогли сами отбирать контингент новых поступлений, исходя из возраста и уровня квалификации претендентов.

       Изменение состава шахтерских кадров в 50-е гг. создавая объективные предпосылки для сокращения аварий и улучшения динамики травматизма. В какой то степени эти предположения оправдались. В 50-е гг. численность рабочих на добыче угля в Кузбассе уведичилась на 49,7% за первую половину 50-х гг. – на 19,1%, за вторую – на 25,6%. Число травмрованных за весь период с 1950по 1960 гг. уменьшилось на 5,4%, при этом за первую половину 50-х гг. выросло на 25,8%, за вторую – сократилось на 23,3%.⁴⁴ Абсолютной прямой зависимости здесь конечно нет, но в целом ситуация показательна. Если в первой половине 50-х гг. росла и численность рабочих и количество травмированных, то во второй половине 50-х при сохранении роста численности рабочих кадров, а именно, они в первую очередь попадают в аварии, число травмированных заметно сократилось. Объективность сложившейся картины подтверждает и изменеие частоты случаев травмирования (количество травмированных на 1000 трудящихся). В 1950 г. частота травмированных на угольных предприятиях Кузбасса составляло 169,7 чел, 1955 г. – 177,9 чел., в 1960 г. – 108 чел.⁴⁵

     Тенденция Аварийности определяющейся динамикой  количества аварий и числа травмированных. При небольших авариях травмируется от 1 до 3-4 чел., при крупных – до нескольких десятков и тогда в  намечающейся тенденции происходит сбой. В данном случае надо учесть, что в первой половине 50-х гг. на шахтах Кузбасса произошли три крупных аварии, в которых погибло 111 человек. В октября 1950 г. на шахте «им. 7 ноября» в г. Ленинске-Кузнецком во время аварии погибло 44 горняка. В декабре 1952 г. во время взрыва метана на шахте № 9 г. Осинники погибло 35 шахтеров. В июне 1954 г. в городе Прокопьевске на шахте «???????» погибло 32 человека⁴⁶, что и сказалось на уровне травматизма в первой половине 50-х гг. Динаминку травматизма, безусловно, нельзя объяснить только изменением качественной структуры кадров. На угольных предприятияъ повысилось внимание к вопросам безопасности труда горняков. В первое послевоенное десятилетие профессиональный уровень как рабочих, так и инженерно-технических работников всех структур управления, способных принимать грамотные технические и технологичские решения с учетом обеспечения безопасности шахтерского труда был крайне низкий. В угольной промышленности ощущался острый дефицит инженерных кадров. Из всех начальников участков шахт комбината «Кузбассуголь» в конце 40-х годов имели высшее образование только 4,3%, а средне-техническое – 20%. Среди помощников начальников участков не было не одного горного инженера. Количество несчастных случаев со смертельным исходом во второй половине 40-х гг. ежегодно колебалось в пределах 330-429 чел., в 50-е гг. от 178 до 287 чел.⁴⁷

     К вопросам охраны и безопасности труда  спецконтингента, особенно военнопленных  наблюдалось формальное отношение. Среди них был очень высок уровень тяжелого травматизма.⁴⁸

     Нельзя  сказать, что руководство отрасли абсолютно не занималось вопросами повышения безопасности труда шахтеров и снижения уровня травматизма на угольных предприятиях. Для обеспечения безопасной эксплуатации шахт Сибири и Дальнего Востока в 1946 г. в г. Ленинск-Кузнецком был открыт филиал Макеевского НИИ по безопасности работ в горной промышленности. Здесь он находился по 1954 г., после чего был переведен в г. Новосибирск, а позднее на основании постановления Совета Министров РСФСР № 793 от 03.07.1957 г. ВостНИИ по безопасности работ в горной промышленности был переведен в г. Кемерово, где и находится до сих пор.

     Основные  цели деятельности ВостНИИ определялись как создание и совершенствование  средств, способов, методов и других видов научно-технической продукции для обеспечения безопасного ведения работ и условий труда, предупреждения аварий, производственного травматизма и профессиональной заболеваемости на предприятиях угольной промышленности. Работа ВостНИИ имела для Кузбасса огромное значение, проблемы безопасности труда шахтеров стали решаться на месте. Значительно сократились сроки прохождения научных разработок до их внедрения на шахтах области, стали учитываться особенности добычи угля в Кузбассе. Образовывался большой научный потенциал, в ВостНИИ приезжали ученые со всего Союза. С 1947 г. сотрудники ВостНИИ начали анализировать причины травматизма и заболеваемости. Учитывая результаты расследования катастроф, в централизованном порядке решалась проблема обеспечения шахтеров самоспасателями, электрическими светильниками. Горные работы стали более упорядоченными, начался повсеместный переход на обособленное проветривание подготовительных и очистных работ. Большое внимание стало уделяться профессиональной подготовке кадров, усилился надзор за соблюдением правил безопасности при ведении горных работ.⁴⁹