Великий тюркский каганат

    Содержание:

    1. Введение…………………………………………………………………………………………………….3

    2. Образование Великого Тюркского  Каганата. Завоевательные походы……………………………….4

    3. Раскол в Великом Тюркском  Каганате……………………………………………………………………8

    4. Цивилизация древних тюрков……………………………………………………………………………13

    5. Заключение………………………………………………………………………………………………...17

    6. Список использованной литературы…………………………………………………………………….18 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    Введение:

    Для азиатских народов знание родословной  было издавна весьма характерным.

    К примеру, тибетцы считали своими предками самца обезьяны и самку  ракшаса (лесного духа), монголы – волка и лань, телесцы – тоже волка и дочь хуннского шаньюя, а тюрки – хуннского царевича и волчицу.

    Говоря  о появлении на исторической арене  древних тюрок, следует остановиться на происхождении их правящего клана  – рода Ашина.

    Итак, среди племен, побежденных тобасцами при покорении ими Северного Китая, находилось «пятьсот семейств Ашина». Эти «пятьсот семейств» возникли из смешения разных родов, обитавших в западной части Шэньси, отвоеванной в IV в. у китайцев хуннами и сяньби. Ашина подчинялись хуннскому князю Мутаню, владевшему Хэси (область к западу от Ордоса, между излучиной Хуанхэ и Наньшанем). Когда в 439 г. тобасцы победили хуннов и присоединили Хэси к империи Вэй, то Ашина с пятьюстами семействами бежал к жужаням и, поселившись по южную сторону Алтайских гор, добывал железо для жужаней.

    Слово «Ашина» означало «волк», «А» – префикс уважения в китайском языке. Следовательно, «Ашина» – «благородный волк».По-видимому, Ашина был вождем небольшой дружины, состоявшей из удальцов. Имя Ашина сохранилось как имя династии.

    Китайцы называли подданных ханов Ашина – ту-кю. Это слово удачно расшифровано историками как «тюрк+ют», т. е. «тюрки», но с суффиксом множественного числа не тюркским, а монгольским. В древнетюркском языке все политические термины оформлялись монгольским множественным числом. Это дает основание полагать, что они привнесены в тюркскую языковую среду извне.

    Само  слово «тюрк» значит «сильный, крепкий». Согласно мнению большинства ученых, «тюрк» – собирательное имя, которое впоследствии превратилось в этническое наименование племенного объединения.

    Таким образом, древние тюрки сложились  в V в. из небольшого народа, населявшего  отроги Монгольского Алтая и орды Ашина, пришедшей из Ганьсу в 439 г. Создавшийся таким образом народ получил название «тюрки».

    Род Ашина до середины VI в. был подданным жужаней.

    В 545–547 гг. союзом племен ту-кю (тюркютов) во главе с Бумыном было положено начало Великому Тюркскому каганату.

    Как же возникла степная империя? По этому  вопросу обратимся к труду  О. Трицака: «Когда в степи появлялся талантливый организатор, то он собирал вокруг себя толпу сильных и преданных людей, чтобы подчинить с их помощью свой род, а потом племя и, наконец, тот племенной союз, о коем идет речь. Потом он предпринимал со своими людьми разбойничьи походы. Если они протекали успешно, то следствием их было присоединение соседних племен. Следующей задачей было, с одной стороны, уничтожение господствующих родов племенных федераций, с другой, – размещение гарнизонов в степных укреплениях.

    Обладание священными местами в степи давало основателю новой федерации благодать (харизму), которая придавала его  империи силу законности. Так как  только принадлежащие к господствующему  роду могли рассматриваться как  господа, то созываемый на священном  месте вблизи от укрепления курултай, в котором принимали участие  старейшины племен, вошедших в эту  федерацию, выбирал кандидата в  степные цари. Кроме титула правителя, устанавливалось название для нового государства и федерации».

    Естественно, можно поспорить с некоторыми положениями историка, но, как очевидно, именно эпоха Великого каганата дала ему основание для построения этой концепции. 
 
 
 
 
 

    Образование Великого Тюркского  каганата. Завоевательные походы.

    Великий Тюркский каганат – первое крупное государство, объединившее народы, проживавшие на огромной территории от Днепра на западе до Амура на востоке и от Енисея на севере до предгорий Тибета на юге.

    Великий Тюркский каганат прочно объединял  кочевую степь и очаги земледельческой  оазисной цивилизации – города Центральной  Азии.

    Итак, уже в 545 г. Бумын установил дипломатические отношения с Китаем. Тем не менее тюркюты продолжали плавить железо для жужаней.

    Но  в 546 г. Бумын разбил и присоединил к своему айману 50 тыс. кибиток уйгуров, воевавших тогда против его сюзерена, жужаньского хана Анахуаня. Успех окрылил его надеждой, и он обратился к хану Анахуаню с просьбой отдать ему в жены царевну. Оскорбительный ответ последнего послужил поводом к войне. К тому же в указанном году Бумын получил поддержку от телеутов – 50 тыс. конников. Все это дало возможность для формирования профессиональной армии.

    В 551 г. Бумын женился на китайской принцессе. Тот же год был знаменателен тем, что Бумын получил титул кагана (хана), объединил тюркские народы в одно государство и в 551–555 гг. нанес сокрушительный удар по Жужаньскому царству. Таким образом закончилась зависимость тюркютов от жужаней.

    В 553 г. на трон взошел его сын Муганькаган (553–572 гг.), который превратил Тюркское объединение в каганат. Появление тюркской централизованной державы, охватывавшей всю азиатскую степь, оказалось для Китая, Византии и Ирана фактором неожиданности и огромного значения для дипломатии.

    Восточная политика сасанидского Ирана была гибкой и прозорливой: в столицу каганата прибыло персидское посольство, установившее союз, скрепленный браком шаха и дочери Истеми-хана. Согласно китайским источникам, вместе с десятью влиятельными вождями он-ок (десять стрел) Истеми сопровождал своего брата Бумына в поход на Джунгарию, затем, когда брат умер в год своей победы, он получил титул «ябгу» (можно перевести как вице-император), охранял западные земли империи по поручению своего племянника, сына Бумына Мугань-кагана, который сделал своей резиденцией «священную страну Отюкен» на берегах Орхона и Селенги в Верхней Монголии, представляя огромную угрозу Китаю.

    Для закрепления договора с Ираном к  персам было направлено тюркское посольство. Их путь лежал через Центральную  Азию, в ту пору завоеванную эфталитами. Эфталиты разграбили караван, а послов предали смерти. С требованием немедленной выдачи убийц к царю эфталитов обратился Мугань-каган, но получил резкий отказ. Война с эфгалитами стала неизбежной.

    В 560 г. Истеми-хан выступил в поход в Центральную Азию. Решающая битва между объединенными персидскими и тюркскими войсками против армии эфталитов произошла в 565 г. в горах у Несефа и завершилась полным разгромом последних. Победители же поделили их земли: персам досталась Бактрия, тюрки вступили в Согдиану, страну древней иранской цивилизации, где заложили основы будущей тюркизации. Тот факт, что она осуществлялась медленно и сопровождалась метисацией, т. е. смешением населения, не меняет ее разрушительной сути: Иран окончательно потерял одну из своих главных провинций, а индоевропеизм вновь откатился назад, однако родился Туран, который позже назовут Туркестан. Так Центральная Азия стала неотъемлемой частью каганата. Вскоре к тюркютам примкнули остатки хазар, булгары-утургуты (на Северном Кавказе), кидани (в Маньчжурии) и согдийцы. Тюркюты дошли до Волги, но не перешли ее, ограничившись подчинением народов, населявших приуральские степи.

    Времена изменились. На сцену великих цивилизаций  вышли тюрки.

    С тех пор тюрки и персы имели  общую протяженную границу: Туран, Иран – уже начертан план «Книги Царей» и великой эпопеи Фирдоуси.

    Каганат достиг не только политического, но и  экономического могущества. По сути дела, каганат стал колониальной империей, как Рим в эпоху принципата, или как Англия и Франция в  ХVIII—ХIХ вв. Каганат был не только обширнее, но и экономически сильнее государства Хунну, ибо он взял контроль над «дорогой шелка» – караванным путем, по которому китайский шелк уходил в Европу в обмен на европейское золото.

    Шелк  тюркюты получали из раздробленного Китая, где два царства – Бэй-Чжоу и Бэй-Ид – охотно платили за военную помощь и даже за нейтралитет. Тюркютский хан говорил: «Только бы на юге два мальчика были покорны нам, тогда не нужно бояться бедности» (два мальчика – Чжоу и Ци).

    В VI в. шелк был валютой и ценился  в Византии наравне с золотом  и драгоценными камнями. За шелк Византия получала и союзников, пусть подкупленных, и наемников, и рабов, и любые  товары. Она готова была покупать сколько  угодно шелка, но торговый путь шел  через Иран, который жил за счет таможенных пошлин с караванов и  потому вынужден был их пропускать, при этом строго ограничивая, ибо  при получении лишнего шелка  Византия наращивала военный потенциал, направленный против Ирана.

    Вскоре  после 565 г. Истеми направляет сасанидскому царю посольство, состоящее из согдийцев, под руководством некоего Маниаха. Затем, в 567 г., он расширяет область своих связей с Византией.

    Первая  война между Ираном и Тюркском каганатом в 568 г. явилась следствием посольства Маниаха, который сумел убедить Истемикагана изменить персидскую ориентацию на византийскую. И не последнюю роль здесь сыграл факт ограничения прохождения караванов с шелком через Иран.

    Истеми-каган решил с помощью оружия сделать Иран более сговорчивым: его войска перешли Амударью и в Джурджане захватили торговые города, принадлежащие персам. Но линии пограничных укреплений, воздвигнутых персами еще в V в. против эфталитов, не смогли пройти и в 569 г. вернулись в Согдиану, зная, что Византия вот-вот начнет войну в Месопотамии и отвлечет персидские войска. Тем временем другая часть войск Истемихана вступила на территорию Северного Кавказа, стремясь проложить новый караванный путь вокруг Каспийского моря через Кавказ.

    Мир с Ираном был заключен в 571 г.

    В 572 г. умер Мугань-каган. На похороны приехали послы всех соседних государств. Византийская империя послала специальную делегацию. На курултае, созванном после похорон, присутствовали представители всех тюркских племен, входящих в состав Великого Тюркского каганата, и на престол был посажен Арслан-хан с титулом Тобо-каган. Тюркский каганат быстро расширялся, особенно на западе, в его состав входили новые тюркские племена со своими территориями. Каганат, для облегчения правления, разбили на восемь улусов: Тобо-каган отдал восточное крыло улуса в управление своему племяннику Шету, западное крыло – своему брату, у которого был сын Бурихан.

    Тем временем Истеми-хан, закончив организацию государственного аппарата, начал войну с аварами.

    Авары, бежавшие из Центральной Азии в Причерноморье, за короткое время создали крепкое  тюркское государство. Чтобы противостоять  Великому Тюркскому каганату, авары  заключили мир с Византией. Война  между каганатом и Аварским государством была долгой и кровопролитной. Одержав  победу над аварами, тюрки в 576 г. дошли до Босфора и вышли к границам Византийской империи. У Менандра мы находим обращение Истеми-хана к послу византийского императора Валентиниана: «Не те ли вы римляне, которые говорят на десяти языках и на всех одинаково обманывают! Мы, тюрки, не знаем ни лжи, ни обмана, и знайте, что я найду случай отомстить вашему государю, который, уверяя меня в своей дружбе, покровительствует аварам, беглым рабам нашим».

    В 576 г. умер Истеми-хан. Командование армией и верховной властью на западе Тобо-каган поручил его сыну Кара-Чурин Тюрку с титулом Тардуш-хан (576–603 гг.). Он стал первым лицом после кагана.

    Начиная с 576 по 583 гг. тюрки вели войну с  Византией и аварами. Война шла  на Черноморском побережье, в Крыму  и на Кавказе. Тюрки завладели  северо-восточными берегами Черного  моря и прорвались в Крым, но потерпели  поражение и отступили, оставив  Крым.

    Что касается восточных дел, то Каганат  заключил мирный договор с империей Бэй-Чжоу, которая ежегодно выплачивала 100 тыс. кусков шелковых тканей, за что тюрки помогали ей совершать походы в глубь территории Бэй-Ци.

    В 576 г. началась война между двумя  китайскими империями – Бэй-Чжоу и Бэй-Ци. Чжоусцы победили. Но объединение Северного Китая не входило в планы Тобо-кагана, поэтому он приютил царевича Ци у себя и объявил его законным императором Бэй-Ци. В 578 г. Тобо-каган вторгся в Китай и наголову разбил чжоускую армию. Однако китайцы пошли на хитрость, предложив Тобо-кагану в жены китайскую принцессу и большое приданое в обмен на императора Ци. Тобо-каган дал согласие, и это подорвало его авторитет среди высшего сословия и народа. Кроме того, Тобо-каган принял буддийскую веру и покровительствовал буддийским миссионерам, но это учение тюрками не воспринималось, лишь усиливало противостояние народа и религиозных деятелей. В 581 г. Тобо-каган неожиданно умер, а в Китае Чжоуская династия была свергнута генералом Ян Цзяном – основателем династии Суй. А в Великом Тюркском каганате медленно назревал конфликт. Следует отметить, что до этого периода внутри Тюркской державы не было распрей.

    Итак, движение тюрок на запад было не просто завоеванием, а крупной миграцией  тюркоязычных народов и заселением ими обширных территорий.

    Под энергичным командованием Истеми-кагана и его выдающегося сына Кара-Чурин Тюрка на западе тюрки добились больших успехов, и в первую очередь успехов дипломатических. Истеми-хан принял язык иранских сасанидов, возобновив, таким образом, союз кочевников с оседлыми племенами, союз противоестественный и очень опасный, наподобие того, что римляне заключали с германцами, затем с Аттилой, а также того, что Китай и Византия позже так часто заключали с варварами: он упрочил связи для борьбы против эфталитов.

    Хосров I, Царь царей, самый великий из династии Сасанидов, взял в жены тюркскую принцессу, которая родила ему сына, Хормизада IV, названного при короновании Тюркзаде – Сын Тюрка. Это был факт исключительной важности, если не для того времени, то для будущего; он призвал в свою армию тюркских наемников, несомненно, христианского вероисповедания, но все-таки тюрков.

    Его политику будет продолжать мусульманский  Иран, затем Византия, Арабский халифат  Аббасидов, Египет, позже эти страны окажутся под властью тюрков, т. е. утратят свою независимость и самобытность.

    При Хосрове I Иран был так могуч, что тюрки не шли на решительную агрессию.

    Дипломатические связи тюрков на западе (благодаря  которым мы имеем ценные источники  – византийские заметки о западных тюрках) сделали возможным протекторат, который Истеми и Кара-Чурин установили над жителями равнин Юго-Восточной Европы: об этом впервые заговорили в 569 г., затем в 576 г. Все сказанное свидетельствует о размахе тюркской дипломатии. Связи подпитывались амбициями тюрков и византийцев. Последние в течение долгого периода, начиная с римской эпохи, вели бесконечную войну против иранцев, борьбу, которая истощила обе стороны и сделала их беззащитными к тому моменту, когда арабы вышли из своих пустынь. Новая ситуация, обусловленная появлением тюрков далеко на западе, сделала их потенциальными союзниками.

    Итак, Кара-Чурин в 567 г., после смерти Истеми-кагана, унаследовал верховную власть на западе и титул Тардуш-хана и был самым сильным из князей, несмотря на то что занимал по иерархии лествичной системы подчиненное положение. Остановимся на этой социальной системе подробнее.

    Чтобы держать в покорности такую огромную страну, как Великий Тюркский каганат, надо было создать жесткую социальную систему. Тюркюты ее создали и назвали «эль». В центре этой социально-политической системы была орда – ставка хана с воинами, их женами, детьми и слугами. Вельможи имели каждый свою орду с офицерами и солдатами. Все вместе они составляли этнос «кара будун» – «тюркские беки и народ», почти как в Риме: «сенат и народ римский». По сути, орда – это было упорядоченное войско с правым (восточным) и левым (западным) крылом. Восточные назывались «толос», а западные – «тардуш». Все вместе составляли ядро державы, заставлявшее «головы склониться и колени согнуться». А кормили этот народ-войско огузы – покоренные племена, служившие орде и хану из страха.

    Прежде  всего, мы должны учесть, что покоренное племя было верным до тех пор, пока панцирная конница с волчьими головами на знаменах была недалеко. Только наместник, обладающий значительными  силами, мог предотвратить откол  племени.

    Но  что могло заставить самого наместника сохранить верность, если в его  руках были власть и войско и огромные расстояния отделяли его от ханской  ставки? Правда, можно было посадить в наместники родственника, но война  между родственниками – дело обычное, и одно это положения не спасало. Тогда-то и была принята удельно-лествичная система. Смысл ее заключался в следующем. Наместник, сажаемый в отдаленную область, должен был быть заинтересован в верности великому хану. Тюркские владыки не имели того цемента, которым для халифов дамасских и багдадских был ислам, а для китайских императоров – развитая бюрократия. Добрые чувства или личные качества наместников не служили гарантией. Необходима была его личная заинтересованность, и таковую могла создать лишь перспектива роста. Эту-то перспективу и давал лествичный, или очередной, порядок занятия престола. Первое время, пока Тюркская держава была невелика, в нем не было надобности. Но со времени фактического основания империи Мугань-кагана тюрки ввели закон о престолонаследии, по которому младший брат наследовал старшему, а старший племянник – дяде. В ожидании престола близкие родственники хана получали в управление уделы. Лествичная система свою роль сыграла, и Великая Тюркская держава просуществовала двести лет.

    Обратимся вновь к Кара-Чурину, который правильно оценивая политическую реальность, отказался от дружбы с иранцами и обратился к византийцам. Он напал на Иран в 584 г., затем в 588 и 590 гг. и наконец захватил Тохаристан. Это не помешало ему, как только представился случай, вмешаться во внутренние византийские распри. Именно тогда, когда при его дворе находился византийский посланник Валентин, он послал войска на помощь тюркам, жившим на территории нынешней Украины, в их борьбе против крымских заговорщиков.

    Казалось, ничто не могло удержать тюрков в  их агрессивной экспансии. Они распространили свою власть на Монголию, Туркестан, часть  китайского Туркестана, западный берег  Каспийского моря, север и восток Афганистана, дошли почти до Инда, оказались на пороге Индии.

    Что касается китайцев, то на громадную  империю тюрков они смотрели, естественно, с опаской. Вначале китайцы были поражены появлением новой варварской державы и по своей привычке решили отгородиться от нее. Однако, когда в их стране стали искать убежище последние потомки жужаней, они не смогли устоять перед требованием кагана об их высылке: беженцы были выданы и истреблены у Великой стены. Затем китайцы опомнились: это случилось в тот самый момент, когда они собирались возвести на трон династию Тан. После чего они с еще большим упорством продолжили свою традиционную внешнюю политику, состоящую из военных походов, которым предшествуют и которые сопровождают дипломатические игры. Тюрки понимали ее двойственность и достаточно точно оценивали поведение противника. «Китайцы, – писали они, – люди хитрые, ловкие интриганы и смутьяны. Они плетут заговоры между старшими и младшими братьями… клевещут на беков и народ… Если ты отправишься к китайцам – тебе конец».

    Итак, за период с 546 по 582 г. были покорены жужани, кидани, кыргызы и разбиты эфталиты. В 556 г. удачный набег на Тогон заставил и это государство считаться с тюрками. В 558 г. тюркам подчинились огоры. В 60-е гг. начинаются войны в Китае, в результате которых обе северные империи – Ци и Чжоу – стали тюркскими данниками. В 570 г. поход на Иран стабилизирует границу на Джейхуне, а в 576 г. тюрки отнимают у Византии Боспор и в 582 г. вторгаются в Лазику.

    Это апогей их могущества, и необходимо еще раз отметить, что в этот период внутри Тюркской державы не было распрей. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    Раскол  в Великом Тюркском каганате

      Начиная с 582 г. между восточными  тюрками, тюрками Орхона и западными  племенами он-ок произошел раскол. И вскоре соперничество между двумя царствами переросло в вооруженное столкновение, чем не замедлил воспользоваться Китай.

    Изначально  раскол между восточными и западными  тюрками носил характер династической  распри.

    Итак, кто же были участниками этой распри?

    Амрак – старший сын Тобо-хана – совершенно не подходил к той деятельности, к которой был предназначен своим царственным происхождением, предпочитая спокойную жизнь превратностям судьбы властителя. Торэмен – сын Мугань-хана – властолюбивый, но нерешительный, храбрый в бою, но нерешительный в политике, уступчивый перед сильным, наглый перед слабым. К тому же его мать была всего лишь наложницей-китаянкой Мугань-хана, что весьма негативно отразилось на популярности ее сына.

    Шету  и Чулохеу – сыновья Кара Иссык-хана. Шету – храбр, умен, решителен, энергичен настолько, что даже жена считала его «по свойствам настоящим волком»; эти качества обеспечивали ему уважение народа и знати. Чулохеу ни в чем не уступал старшему брату и был весьма популярен в народе. Его удел располагался на восточной границе каганата. Имя его означает буквально «второстепенный князь каменистой пустыни». Очевидно, именно эта «второстепенность» тянула его на сближение с китайцами.

    Кара-Чурин  Тюрк Тардуш-хан был самой значительной фигурой и при этом дядей всех перечисленных ханов. Он и Шету ненавидели друг друга, хотя и старались скрывать свои чувства.

    Итак, в 581 г. Тобо-хан умирает и оставляет свой трон, согласно лествичной системе, сыну своего брата Мугань-хана – Торэмену. Но в закон престолонаследия вносится корректива: в силу того что у Торэмена мать – наложница и он не пользуется популярностью у тюркской знати, престол передается Амраку. И в принятии этого решения далеко не последнюю роль сыграл Шету, который в качестве аргумента привел «длинное копье и острую саблю». Аргументация оказалась убедительной, но безвольный и слабый Амрак уступил свое место Шету, который вступил на престол под именем Ишбар-каган.

    Таким образом, первым ханом стал Ишбар-каган, ставка находилась у гор Отюкен, в центре его восточных владений. Вторым ханом, западных владений, был Кара-Чурин Тюрк. Ставка Кара-Чурина располагалась у горы Актаг. Третьим ханом считался безобидный Амрак. Его ставка находилась у реки Толы, среди привольных охотничьих угодий. Торэман получил удел на северных окраинах государства и титул Або-хана (старейшего хана).

    Второстепенные  ханы также получили уделы.

    Тюркская  держава распалась на уделы, причем наиболее крупным и значимым был  удел не великого хана, а Кара-Чурина – Семиречье. Тем не менее, обойденный Кара-Чурин не смирился, затаил обиду. Его сторону принял Торэмен.

    В это время весьма активно зерна  раздора между ханами каганата сеял китайский лазутчик, находившийся при  посольстве, – Чжан-сунь Шэ, который был дружен с Шету еще со времен, когда тот был удельным князем.

    Чжан-сунь Шэ очень ловко плел интриги и сумел поссорить Ишбар-кагана с Або-ханом, а затем и с другими удельными ханами – такова была цель суйского императора.

    Объединенный  Северный Китай стал сильным государством. Чувствуя это и видя назревавший  в Каганате конфликт, новый император  Ян Цзянь прекратил платить дань и разорвал дипломатические отношения с тюрками. Это означало объявление войны.

    У Бичурина мы находим: «Война оказалась  не такой легкой, как предполагали император и его советники. Тюрки  сразу взяли инициативу и лишили китайцев возможности использовать численный перевес. Суйская армия растянулась по всей линии Великой стены. Левый фланг упирался в Наньшаньские горы, а правый располагался на равнинах Шаньси. Китайские пограничные войска были разбиты и укрылись за Великой стеной. Тюрки форсировали ее через проходы Мухя и Шиминь, в Ганьсу». Шесть богатых областей Северо-Западного Китая были захвачены тюрками. Ян Цзянь объявил мобилизацию всех сил империи, но спешно укомплектованная армия из крестьян не соответствовала боевой подготовке тюркских войск. После первых же сражений император Ян Цзянь понял, что с такой армией нечего и думать о победе. Военные поражения на фронтах были с лихвой восполнены дипломатической службой. Император Ян Цзянь послал к Кара-Чурину брошь из золота в форме волчьей головы, показав этим, что Китай признает его. Получив политическую поддержку от Китая, Кара-Чурин Тардуш-хан – правитель западной части каганата – объявил о своем неподчинении кагану и заключил сепаратный мир и вывел войска из Китая. Ишбар-каган негодовал.

    Что касается Китая, то гегемония Суйской династии покоилась, во-первых, на жестокой вражде, возникшей между западными и восточными тюркютами, и, во-вторых, на неослабевающей потребности в шелковых тканях.

    Умный и хитрый император Ян Цзянь понимал, что его армию спасла только распря в Каганате, и он сделал следующий шаг, отправив посольство с дарами, как во времена правления Бэй-Чжоу, к Ишбар-кагану. Посол потребовал, чтобы каган назвался вассалом империи Суй, за что получит войско против Кара-Чурина. Одним словом, в 584 г. Ишбар-каган совместно с китайской армией выступил в поход на запад. Объединенные войска разбили армию Торэмена и захватили в плен его жену и детей. Торэмен с войсками отступил на запад и обосновался возле Пайкенда (Бухары).

    Таким образом, в этот критический для  Тюркской державы момент Ишбар-каган капитулировал перед империей Суй, вследствие чего китайцы разгромили мятежников, что дало возможность кагану умереть на престоле в 587 г.

    После смерти Ишбар-кагана положительную роль в сохранении империи сыграла опять же лествичная система: на трон не решался сесть сын Ишбара Юн Йоллыг, поскольку наследником был Чулохеу-хан, хотя последний и находился в стане врага, западного кагана. По личным качествам он превосходил своего старшего брата Шету.

    Между племянником и дядей завязалась переписка, в результате которой, соблюдая законы лествицы, на трон сел Чулохеу-каган, который вместе с престолом унаследовал и политику своего брата: подтвердил союз с империей Суй и повел войну против своего бывшего друга Або-хана.

    Противостояние  между западными и восточными тюрками было обусловлено тем, что  восточные тюрки претендовали на главенство, западные – на самостоятельность.

    Воцарение Чулохеу-кагана сразу разрядило обстановку. Многие из числа сторонников Торэмен-хана перешли на сторону нового кагана. Кара-Чурин тоже перестал активно действовать против центральной власти и поссорился с Торэмен Або-ханом, который оказался в полной изоляции. Но, несмотря на свое плачевное положение, Торэмен продолжал политику непризнания кагана и центральной власти. После переговоров с Торэменом, не добившись его повиновения, Чулохеу-каган повел против него восточные войска. На помощь кагану были посланы войска западного каганата. Ими командовал сын Кара-Чурина Янг Соухтегин. Весной обе армии окружили войско Торэмен Або-хана и заставили его принять битву около Бухары. Войско Торэмена было разбито и рассеяно, а сам он погиб. Покончив с мятежником, Чулохеу-каган оповестил об этом всех в Каганате, надеясь на мирное управление. Но надежды не оправдались: после разгрома и гибели Або-хана усилились распри между востоком и западом. Хан западного крыла каганата Кара-Чурин вновь начал выражать свое неподчинение центральной власти и плести интриги против каганата. Верховная власть решила, что дальше нельзя терпеть Кара-Чурин Тардуш-хана, так как из-за него нет мира в державе. Зимой 588 г. Чулохеу-каган двинулся на запад против Кара-Чурин Тардуш-хана. После жестокого побоища войска Чулохеу были разбиты, а сам он погиб. Но война не прекратилась, а продолжалась до 593 г. Китайский летописец приводит слова первого министра об этих событиях: «Родные истребляют друг друга подобно ядовитым насекомым». Только в 593 г. мир с Тардуш-ханом заключил Юн Йоллыг – сын Ишбара, ставший каганом после смерти своего дяди Чулохеу. Этот мир восстановил единство каганата и стабилизировал границы между улусами.