Военная реформа Александра Второго

     Военная реформа Александра Второго  

Алекса́ндр II Никола́евич (17 (29) апреля 1818, Москва — 1 (13) марта 1881) — император Всероссийский, Царь Польский и великий князь Финляндский 1855—1881. Из династии Романовых. Вошёл в русскую историю как проводник широкомасштабных реформ. Удостоен особого эпитета в русской дореволюционной историографии — Освободи́тель (в связи с отменой крепостного права по манифесту 19 февраля 1861 года). Погиб в результате террористического акта, организованного партией «Народная воля». 

   Состояние  дореформенной армии определялось  социально-экономической обстановкой,  сложившейся в России на рубеже XVIII-XIX вв. Первая половина XIX столетия  характеризовалась кризисом феодально-крепостнической  системы и формированием новых  капиталистических отношений.  

      Отсталость дореформенной экономики  определяли состояние русской  армии и военной промышленности  в середине XIX в. Военное поражение  в Крымской войне не оставило  ни у кого сомнений в необходимости  преобразований в военной области.  

      В 1856 г. Александр II назначает военным министром генерала Н. О. Сухозанета и поручает ему проведение реформ, генерал не имел никакого плана проведения военной реформы, все его действия сводились к урезанию военного бюджета и сокращению армии. Царь изложил ему собственные идеи, но большинство их касалось изменения военной формы одежды. Более никаких серьезных шагов в области военных реформ не предпринималось вплоть до назначения военным министром в ноябре1861 г. Дмитрия Алексеевича Милютина. 

Обращено было особое внимание на поднятие уровня общего образования офицеров армии посредством реформ военных учебных заведений. Были созданы военные гимназии и юнкерские училища с двухгодичным сроком обучения. В них принимались лица всех сословий. 

 В январе 1874 года была провозглашена всесословная воинская повинность. В Высочайшем манифесте по этому поводу говорилось: “Защита престола и Отечества есть священная обязанность каждого русского подданного….”. По новому  закону, призываются все молодые люди, достигшие 21 года, но правительство каждый год определяет необходимое число новобранцев, и  по  жребию  берет  из  призывников  только это число (обычно на службу призывалось не более 20-25% призывников). Призыву не подлежали единственный сын у родителей, единственный  кормилец в семье, а также, если старший брат призывника отбывает или отбыл службу. Взятые на службу числятся в ней: в  сухопутных  войсках 15  лет: 6  лет в строю и 9 лет в запасе, во флоте - 7 лет действительной службы и 3 года в запасе. Для получивших начальное образование  срок действительной службы сокращается до 4-х лет, окончивших городскую школу - до 3-х лет, гимназию  -  до  полутора  лет, а имевших высшее образование - до полугода.  

Таким образом, результатом реформы стало создание небольшой армии мирного времени со значительным обученным резервом на случай войны. 

Подверглась коренным изменениям система военного управления, чтобы усилить управление по местам расположения войск. Результатом этого  пересмотра явилось утвержденное 6 августа 1864 г. “Положение о военно-окружных управлениях”. На основании этого “Положения” устроено первоначально девять военных округов, а затем (6 августа 1865 г.) еще четыре. В каждом округе поставлен, назначаемый по непосредственному высочайшему усмотрению, главный начальник, носящий название командующего войсками военного округа. Эта должность может быть возложена и на местного генерал-губернатора. В некоторых округах назначается еще помощник командующего войсками. 

К концу XIX века численность русской армии составляла (на 130 миллионов населения): офицеров, врачей и чиновников – 47 тысяч, нижних чинов – 1 миллион 100 тысяч. Затем эти цифры сокращались и достигли 742 000 человек, причем военный потенциал сохранялся. 

В 60-е годы по настоянию военного министерства были построены железные дороги к западным и южным границам России, а в 1870 году появились железнодорожные войска. В течение 70-х годов в основном завершилось техническое перевооружение армии. 

Забота о защитниках Родины проявлялась во всем, даже в  мелочах. Допустим, более ста лет (до 80-х годов XIX века) сапоги шились без различия правой и левой ноги. Считалось, что при боевой тревоге солдату некогда думать, какой сапог надевать, на какую ногу. 
 

Особое отношение  было к пленным. Военнослужащие, взятые в плен и не бывшие на службе у противника, по возвращении домой получали от государства жалование за все время нахождения в плену. Пленный считался лицом пострадавшим. А тех, кто отличился в боях, ждали воинские награды. Ордена России ценились особенно высоко. Они давали такие привилегии, что даже меняли положение человека в обществе. 

Перестройка комплектования армии 

Милютин сумел  доказать Александру 2 всю несправедливость сословной воинской повинности и  необходимость отмены ее. Ведь воинскую повинность раньше несло только подданное сословие, т.е. крестьяне и мещане. Однако, чтобы убедить царя  ввести всеобщую воинскую повинность, потребовалось не мало времени. Сначала по инициативе Милютина в 1862 г. была создана особая комиссия по пересмотру рекрутского устава под председательством Государственного совета Н. И. Бахтина. В состав этой комиссии вошел ряд представителей Военного министерства во главе с генералом Ф. Л. Гейденом. Работа комиссии продвигалась крайне медленно. 

Идея равенства  всех сословий для несения этой тягчайшей воинской повинности нашла себе непримиримых противников среди тех слоев общества, на которые она до сих пор не распространялась. Крепостники всеми силами сопротивлялись  всесословной воинской повинности, которая заставила бы “благородное” дворянство отбывать ее наравне “с мужичьем”. 

Особенно усердствовали  фельдмаршал А. И. Баратинский,  шеф  жандармов П. А. Шувалов, “всесторонний  консерватор” Д. А. Толстой, военный  писатель и публицист генерал  Р. А. Фадеев. Прибегнув к поддержке  М.И. Каткова и К.П.Победоносцева, они поощряли выступления в печати противников военных реформ, превратно истолковывая и порицая готовящиеся нововведения. 

Наиболее сильным  нападкам подвергалось намерение ликвидировать  устаревшую рекрутскую систему комплектования армии. 

Реакционные деятели  и публицисты, ссылаясь на манифест о вольности дворянства, отстаивали свою сословную неприкосновенность. Шувалов, например, предлагал держать  образованную молодежь в армии “отдельно  от войска”. 

Даже купцы  негодовали на то, что нельзя будет откупиться деньгами от рекрутчины. В результате этого реформа, задуманная в 1862 г. Милютиным, которого поддерживал великий князь  Константин Николаевич, была проведена только в 1874 г. Сильным толчком к этому послужила франко-прусская  война 1870 г. Пруссия, имя большую воинскую повинность, лучше устроенную армию, более развитых солдат, разгромила Францию. 

7 ноября 1870 г.  военный министр представил записку  “О главных основаниях личной  воинской повинности”, одобренную  императором. Через 10 дней для разработки  предложенных мер “высочайшим повелением” были созданы две комиссии: одна – по уставу о воинской повинности, другая по вопросу о запасных, местных, резервных войсках и государственном ополчении. Председателем обеих комиссий был назначен начальник Главного штаба генерал Гейден. Общее руководство их работой возглавил Д.А. Милютин. Комиссия о воинской повинности  была  подобрана из представителей различных министерств и ведомств. На ее заседания приглашались представители не только высшей бюрократии, но и разных сословий и отдельных групп населения. 

Для более квалифицированной  подготовки различных глав устава комиссия была разделена на 4 отдела. Первый отдел  разрабатывал вопрос о сроках службы и льготах по отбыванию воинской повинности, второй – о возврате  призываемых на службу, третий – о денежных расходах по призыву, четвертый – о вольноопределяющихся и о военной замене. 

Другая, так называемая  Организационная комиссия, приступила к работе в начале января 1871 г. Она  состояла в основном из военных и подразделялась на 9 отделов:1) об организации пехотных частей, служащих кадрами для формирования  в военное время резервных и запасных войск; 2) об артиллерийских и инженерных частях; 3)  о кадрах гвардейских частей; 4) о кадрах кавалерии; 5) о порядке счисления и призыва чинов запаса; 6) об интендантских и артиллерийских запасах и обозах; 7)о казачьих войсках; 8)  об иррегулярных  милициях; 9) о государственном ополчении. В  1872 г. Организационная комиссия была значительно усилена за счет введения в ее состав  нескольких командующих военными округами. 

Представляют  определенный интерес  обсуждавшиеся  на заседании этой комиссии проблемы, связанные с возможностью применения в России территориальной системы. Как правило справедливо отмечает в своем исследовании М. Н. Осипова, эти вопросы вновь приобретают актуальность в связи с проводимыми в армии реформами. 

Напомним, территориальная  система  комплектования предусматривает  пополнение войск личным составом за счет призывных контингентов, прибывающих вблизи мест  дислокации воинских частей. 

Такая система  облегчает отправку  призывников  в свои части, сокращает сопряженные  с этим расходы, позволяет привлекать  военнообязанных на военные сборы  с минимальным отрывом от производительного  труда и проводить отмобилизование войск в наиболее короткие сроки. Вместе с тем эта система при недостатке  численности призывников в районах дислокации воинских частей  затрудняет их укомплектование необходимыми специалистами. Имеются и другие изъяны. 

Организационная комиссия, признав невозможность полного применения в России территориальной системы, единодушно пришла к выводу: “В устройстве армии применить из начал территориальной системы только то, что по условиям нашего отечества может быть с пользою применено, сохраняя возможность перемещения и сосредоточения войск, но допуская постоянное, из определенных районов, комплектование каждой части армии в мирное время и пополнение ее до военного состава, при  приведении на военное положение…” 

Исходя из этого, было решено по проекту Главного штаба разделить всю Европейскую Россию на участки комплектования (на территории одного или нескольких уездов). Каждый участок должен был обеспечить комплектование не менее одного пехотного полка, одного отдельного  батальона, двух батарей  артиллерии, одного эскадрона кавалерии. 

По завершении работы комиссии о воинской повинности Д. А. Милютина 19 января 1873 г.  представил в Государственный совет обширную записку, подобно освещавшую ход  ее деятельности. В качестве приложения к записке были представлены проекты Устава о воинский повинности  и Положения о государственном ополчении. При обсуждении проекта всесословной воинской повинности о Государственном  совете развернулась ожесточенная и непримиримая борьба. Некоторые из членов совета  считали эту реформу  преждевременной, другие требовали  привилегий для дворянства. 

Наконец 1 января 1874 г. закон о воинской повинности был утвержден Александром 2. По принятому  положению воинской повинности подлежали  все без исключения лица мужского пола в возрасте 21 – 40 лет. 

В “общих основаниях”  сказано, что “защита отечества  составляет священную обязанность  каждого русского гражданина”. 

Нанимать за себя охотников или откупиться деньгами было запрещено. Все достигшие 20 лет  обязаны приписаться к своему призывному участку и вынуть жребий. Лица, вынувшие номер, влекущий к зачислению на службу, поступал в ряды войск, а прочие освобождались раз и навсегда от обязанности поступления на службу, но до 40 лет зачислялись в государственное ополчение. 

Установление обязательной воинской повинности, во-первых, возвысило звание воина, а во-вторых, привлекло в ряды армии значительное число лиц, принадлежавшим к высшим сословиям и  вообще получивших образование, тогда как по действовавшим законам таковые лица прежде освобождались от рекрутской повинности. 

“Милютин обратил  дело защиты родины, - писал А. Ф. Кони, - из суровой тяготы для многих в  высокий долг для всех и  из  единичного несчастья в общую  обязанность”. 

Общий срок службы по новому закону устанавливался в  15 лет, из них 6 лет на действительной службе и 9 лет в запасе, на флоте – 10 лет, из которых 7 приходилось на действительную службу и 3 года – в запасе. Лица, окончившие учебные заведения, могли поступать вольноопределяющимися на сокращенные сроки службы. Для имеющих высшее образование срок службы устанавливался в 6 месяцев (14 лет в запасе), для призывников с начальным образованием – 4 года (в запасе 11 лет). Допускались отсрочки до окончания образования и сокращение срока действительной службы. 

В 1876 г. срок действительной службы был сокращен до 5 лет, позже он неоднократно изменялся – то сокращался (до 3-4 лет), то увеличивался (до 5 лет). 

От военной  службы освобождались только лица, имеющие физические недостатки. Льготы устанавливались также и по семейному положению: не призывались единственные сыновья и единственные кормильцы семьи. По уставу запрещалась замена и найм. 

В принципе обучения солдат предусматривалось, что сила государства не в одной численности  войск, но и в нравственных и умственных качествах этого войска. 

В армии стали  развивать солдат, обучать, возвышать  нравственно. Были ограничены телесные наказания и кулачная расправа. Новый закон имел большое значение и для повышения народного образования. 

В рескрипте  Александра 2, оценивавшем заслуги Д.А. Милютина, говорилось: “Проникнутый горячей  заботливостью о пользе армии и общем благе государства, вы не смирились во  внесенном вами  в Государственный совет  проекте к приумножению не только материальной, но преимущественно нравственной силы войска, а в то же время не упустил из виду необходимости  ограждения других важных интересов: быта семейного, промышленности, торговле и искусстве, а в особенности просвещения во всех его степенях”. 

Новый закон  оказал влияние  и на состав армии, сделав ее более молодою, вследствие сокращения действительной службы, и однородною, по возрасту нижних чинов. 

Введение всесословной воинской повинности позволило увеличить численность армии, создать обученный резерв  до 550 тыс. человек, необходимый для развертывания армии в военное время, а также способствовало превращению вооруженных сил России в современную массовую армию. 

В государственное ополчение должны были зачисляться лица, не проходившее вовсе военной службы, а также и выслужившие положенное число леи (действительной службы и запаса). Предельный  возраст пребывания в ополчении устанавливался в 40 лет. Позже он был увеличен до 40 лет. 

Вместе с тем  закон не был до конца последователен. Значительная часть “инородческого”  населения устранялась от воинской повинности (уроженцы Средней Азии, Казахстана, некоторые народности Крайнего Севера). Освобождались от призыва  лица духовного звания,  менониты, отдельные группы колонистов, деятели науки и искусства. 

Данные, показатели призыва в течение первых семи лет после принятия закона о всесословной воинской повинности, представлены в  таблице. 

Из приведенных  данных видно, что  процент призываемых, получивших льготы по семейному положению, составлял в среднем 51,5%. 

     Лица, освобожденные от службы по  зачетным квитанциям, не насчитывали  даже 0,01%. Следует заметить, что зачетные  квитанции продавались правительством  по числу вступивших в ряды  армии охотников, а также выдавались как  отдельным семьям так и обществам:1) за ратников, которые остались на военной службе или умерли, находясь в ополчении; 2) за сданных в рекруты сверх набора и т.д. 

     Характерно, что с каждым годом увеличивалось  число лиц, которым были предоставлены отсрочки по образованию. 

                        Продажа Аляски 

Аляска –  самый большой штат США, расположенный  на северо-западе Северо-Американского  континента. Берингов пролив отделяет Аляску от Азии всего на 82 км (51 милями).  

Вопрос о судьбе Русской Америки возник в начале 1850-х годов. Весной 1853 года генерал-губернатор Восточной Сибири Николай Муравьев-Амурский представил Николаю I записку, в которой подробно изложил свои взгляды о необходимости укрепления позиций России на Дальнем Востоке и важности тесных отношений с Соединенными Штатами. 

Власти в Санкт-Петербурге отнеслись к записке Муравьева  весьма одобрительно. Предложения генерал-губернатора  Восточной Сибири по укреплению позиций  империи в Приамурье и на острове  Сахалин были детально изучены с участием генерал-адмирала, великого князя Константина Николаевича и членов правления Российско-американской компании. Одним из конкретных итогов этой работы было повеление императора от 11(23) апреля 1853 года, разрешавшее Российско-американской компании «занять остров Сахалин на тех же основаниях, как она владела другими землями, упомянутыми в ее привилегиях, с тем чтобы не допускать на Сахалине никаких иностранных заселений.» 

Со своей стороны  Российско-американская компания, опасаясь нападения англо-французского флота на Ново-Архангельск, поспешила весной 1854 года заключить с Американо-русской торговой компанией в Сан-Франциско фиктивное соглашение о продаже за 7 миллионов 600 тысяч долларов на три года всего своего имущества, включая и земельные владения в Северной Америке. Но скоро в Русскую Америку пришло известие об официальном соглашении РАК с Компанией Гудзонова залива о взаимной нейтрализации своих территориальных владений в Америке. «По сим так счастливо изменившимся обстоятельствам,— сообщал летом 1854 года русский консул в Сан-Франциско Петр Костромитинов,— препровождаемому из колоний акту я не дал дальнейшего движения». Хотя фиктивный акт был сразу же аннулирован, а колониальное начальство получило выговор за излишнюю самостоятельность, идея о возможной продаже Русской Америки США не только не умерла, но после окончания Крымской войны получила дальнейшее развитие. 

Главным сторонником  продажи Русской Америки выступал младший брат Александра II великий  князь Константин Николаевич, направивший по этому поводу весной 1857 года специальное письмо министру иностранных дел Александру Горчакову. Большинство наиболее влиятельных государственных деятелей хотя и не возражали в принципе против продажи русских владений в Америке, но считали необходимым предварительно всесторонне обсудить этот вопрос. Предлагалось сначала выяснить положение в Русской Америке, прозондировать почву в Вашингтоне и во всяком случае не торопиться с практическим осуществлением продажи, отложив ее до истечения срока привилегий РАК в 1862 году и ликвидации контракта о поставках льда Американо-русской торговой компанией в Сан-Франциско. Этой линии придерживались Горчаков и сотрудники Азиатского департамента МИД, а главное, сам император Александр II, распорядившийся отложить решение вопроса о продаже Русской Америки вплоть до ликвидации контракта с компанией в Сан-Франциско. Хотя правительство США считало приобретение русских владений в Америке весьма выгодным, в качестве вознаграждения оно предложило всего 5 миллионов долларов, что, по мнению Горчакова, не отражало «действительную стоимость наших колоний». 

В 1865 году, после  длительных дискуссий Государственным  советом России были утверждены «главные основания» нового устава РАК, а правлению  компании удалось даже получить от царского правительства дополнительные льготы. 20 августа (1 сентября) 1866 года император «повелеть соизволил» выплачивать РАК ежегодное «пособие» по 200 тысяч рублей и снять с нее долг казне в размере 725 тысяч. 

Компания этим не удовлетворилась и продолжала добиваться новых привилегий, что имело и свою отрицательную сторону: царское правительство лишь утверждалось во мнении о целесообразности избавиться от обременительных владений в далекой Америке. К тому же общее состояние финансов России, несмотря на проводившиеся в стране реформы, продолжало ухудшаться, и казна нуждалась в иностранных деньгах. 

Завершение гражданской  войны в США и последующий  дружественный визит американской эскадры во главе с Густавусом Фоксом в Россию летом 1866 года в какой-то мере способствовали возрождению идеи о продаже русских колоний в Америке. Однако прямым поводом к возобновлению рассмотрения вопроса о судьбе Русской Америки послужил приезд в Санкт-Петербург российского посланника в Вашингтоне Эдуарда Стекля. Выехав из Соединенных Штатов в октябре 1866 года, он вплоть до начала следующего года находился в царской столице. За это время он имел возможность встретиться не только со своим непосредственным начальством в ведомстве иностранных дел, но и переговорить с великим князем Константином и министром финансов Михаилом Рейтерном. 

Именно после  бесед со Стеклем оба государственных  деятеля сообщили свои соображения  «по предмету уступки наших Северо-Американских колоний». Продажа русских владений в Америке представлялась Рейтерну целесообразной по следующим причинам: 

«1. После семидесятилетнего  существования компании она нисколько  не достигла ни обрусения мужского населения, ни прочного водворения русского элемента и нимало не способствовала развитию нашего торгового мореплавания. Компания не приносит существенной пользы акционерам... и может быть только поддерживаема значительными со стороны правительства пожертвованиями». Как отмечал министр, значение колоний в Америке еще более уменьшилось, так как «ныне мы уже прочно водворились в Амурском крае, находящемся в несравненно более выгодных климатических условиях». 

«2. Передача колоний... избавит нас от владения, которое  в случае войны с одной из морских  держав мы не имеем возможности защитить». Рейтерн писал далее о возможных  столкновениях компании с предприимчивыми торговцами и мореплавателями из Соединенных Штатов: «Такие столкновения, сами по себе неприятные, легко могли бы поставить нас в необходимость содержать с большими на это расходами военные и морские силы в северных водах Тихого океана для поддержания привилегий компании, не приносящей существенной выгоды ни России, ни даже акционерам и во вред дружественным нашим отношениям к Соединенным Штатам». 

Наиболее влиятельной  фигурой при обсуждении вопроса  о судьбе русских владений в Америке оставался великий князь Константин, который высказывался в пользу продажи по трем основным причинам: 

1. Неудовлетворительное  состояние дел РАК, существование  которой необходимо поддерживать  «искусственными мерами и денежными  со стороны казны пожертвованиями». 

2. Необходимость  сосредоточения главного внимания  на успешном развитии Приамурского  края, где именно на Дальнем  Востоке «предстоит России будущность». 

3. Желательность  поддержания «тесного союза»  с США и устранение всего,  «что могло бы породить несогласие между двумя великими державами». 

После ознакомления с соображениями двух влиятельных  сановников и хорошо зная мнение Стекля, также высказывавшегося в пользу продажи Русской Америки, Горчаков пришел к выводу, что настало время  принять окончательное решение. Он предложил провести «особое заседание» с личным участием Александра II. Это совещание состоялось 16(28) декабря 1866 года в парадном кабинете МИД России на Дворцовой площади. На нем присутствовали: Александр II, великий князь Константин, Горчаков, Рейтерн, управляющий морским министерством Николай Краббе и Стекль. Все участники высказались за продажу русских колоний в Северной Америке Соединенным Штатам, а заинтересованным ведомствам поручалось подготовить для посланника в Вашингтоне свои соображения. Спустя две недели «во исполнение объявленной Его императорским величеством в особом заседании... высочайшей воли» переслал Горчакову свои соображения Рейтерн, который считал необходимым предусмотреть, чтобы «русским подданным и вообще жителям колоний» было предоставлено «право остаться в оных или беспрепятственно выехать в Россию. В том и в другом случае они сохраняют право на всю свою собственность, в чем бы она ни состояла». При этом министр особо оговаривал обеспечение свободы «их богослужебных обрядов». Наконец, министр финансов указывал, что «денежное вознаграждение» за уступку колоний должно составлять не менее 5 миллионов долларов. 

Возвратившись в марте 1867 года в Вашингтон, Стекль напомнил государственному секретарю  Уильяму Сьюарду «о предложениях, которые делались в прошлом о продаже наших колоний» и добавил, что «в настоящее время императорское правительство расположено вступить в переговоры». Заручившись согласием президента Джонсона, Сьюард уже в ходе второй встречи со Стеклем, состоявшейся 2(14) марта, смог обговорить главные положения будущего договора. 

18 марта 1867 года  президент Джонсон подписал официальные  полномочия Сьюарду, почти сразу  же состоялись переговоры государственного  секретаря со Стеклем, в ходе  которых в общих чертах был согласован проект договора о покупке русских владений в Америке за 7 миллионов долларов. 

В четыре часа утра 18(30) марта 1867 года договор был подписан. В числе уступленных по договору Россией Соединенным Штатам территорий на Североамериканском континенте и в Тихом океане были: весь полуостров Аляска (по линии, проходящей по меридиану 141° з.д.), береговая полоса шириной в 10 миль южнее Аляски вдоль западного берега Британской Колумбии; Александра архипелаг; Алеутские острова с островом Атту; острова Ближние, Крысьи, Лисьи, Андреяновские, Шумагина, Тринити, Умнак, Унимак, Кадьяк, Чирикова, Афогнак и другие более мелкие острова; острова в Беринговом море: Св. Лаврентия, Св. Матвея, Нунивак и острова Прибылова — Сен-Пол и Сен-Джордж. Общий размер уступаемой Россией сухопутной территории составлял 1519 тысяч кв. км. Вместе с территорией Соединенным Штатам передавалось все недвижимое имущество, все колониальные архивы, официальные и исторические документы, относящиеся к передаваемым территориям. 

В соответствии с обычной процедурой договор  был передан в Конгресс. Поскольку  сессия конгресса закончилась как  раз в этот день, президент созвал чрезвычайную исполнительную сессию Сената. За ратификацию(процесс придание силы юридическому документу) было подано 37 голосов, против — только два. Без каких-либо осложнений 3(15) мая ратификация прошла в Санкт-Петербурге, а официальный обмен ратификационными грамотами состоялся в американской столице 8(20) июня 1867 года. В дальнейшем в соответствии с установленным порядком договор был отпечатан, а затем включен в официальное собрание законов Российской империи. 

Решение о выделении 7,2 миллионов долларов, предусмотренных  договором, было принято Палатой  представителей Конгресса США спустя год, 14 июля 1868 (113 — «за», 43 — «против» и 44 конгрессмена не приняли участия в голосовании). 15 июля был выписан ордер на получение денег, 1 августа Стекль оставил в казначействе расписку в том, что вся сумма получена им полностью.