Возникновение христианства. Его сущность и истоки. Основные источники возникновения раннего христианства
Реферат по предмету «Культурология».
Тема: «Возникновение христианства. Его сущность и истоки. Основные источники возникновения раннего христианства»
Содержание
Введение…………………………………………………………
1. Общественные предпосылки возникновения христианства…………..…….5
2. Источники раннего христианства………………………………………..…
3. Идейные истоки христианства………
Заключение……………………………………………………
Список литературы…………………………………
Введение
О происхождении христианства написано огромное, по существу необъятное количество книг, статей и других публикаций. На этом поприще трудились и христианские авторы, и философы-просветители, и представители библейской критики, и авторы-атеисты. Это и понятно, поскольку речь идет об историческом феномене - христианстве, создавшем многочисленные церкви, имеющем миллионы последователей, занимавшем и до сих пор занимающем большое место в мире, в идейной, экономической и политической жизни народов и государств.
Христианство - (от греческого Christos- помазанник) одна из так называемых мировых религий (наряду с буддизмом и исламом). Христианство распространенно в странах Европы, Америки, в Австралии, а также в результате активной миссионерской деятельности – в Африке, на Ближнем Востоке и в ряде районов Дальнего Востока.
Главные идеи Христианства: искупительная миссия Иисуса Христа, предстоящее второе пришествие Христа, страшный суд, небесное воздаяние и установление царства небесного.
Так что же такое Христианство. Если говорить совсем коротко, это религия в основе которой лежит вера в то, что две тысячи лет назад Бог пришел в мир. Он родился, получил имя Иисус, жил в Иудее, проповедовал, страдал и умер на кресте, как человек. Его смерть и последующее воскрешение из мертвых изменило судьбу всего человечества. Его проповедь положила начало новой, европейской цивилизации. Для христиан же главным чудом было не слово Иисуса, а он Сам. Главным дело Иисуса было его бытие: бытие с людьми, бытие на кресте.
Тема возникновения Христианства всегда актуальна, т. к. до восемнадцатого столетия исследование начал христианства было запрещено. Излишнее любопытство, желание узнать больше, чем рассказывает Новый завет и церковная традиция, казались правоверным христианам в высшей степени предосудительным, граничащим с ересью.
Цель данной работы является ознакомление с основными источниками сведений о раннем христианстве, разобрать предпосылки возникновения христианства, его сущность и истоки.
В первой главе рассматриваются общественные предпосылки возникновения христианства. Вторая глава посвящена основным источникам сведений о раннем христианстве. Третья раскрывает идейные истоки христианства.
1.Общественные предпосылки возникновения христианства
Кризис старых духовных ценностей требовал какого-то социально-психологического замещения их. Искать замену в пределах греко-римского культурного круга было бесполезно, потому что его мыслители еще долго не могли преодолеть обаяния идей, созданных полисным миром, который формально продолжал существование еще в течение столетий. Правда, в более скромных социальных слоях, не затронутых учениями философов, отмечены и сообщества и такого типа, где подготавливалась моральная атмосфера, в которой позднее могло расцвести христианское учение. Уже в I в. до н. э. в Малой Азии сложились общины митраистов. В Греции еще ранее, со времен расцвета полиса, существовали и продолжали существовать в период империи общины орфиков. Учение их возводилось к древнему мифическому певцу и музыканту Орфею, якобы нисходящему в преисподнюю в тщетной попытке высвободить оттуда свою супругу Эвридику. Признавая весь пантеон греко-римских божеств, орфики переосмысляли мифы о них в этико-символическом духе: из яйца Хроноса («Времени») родился Эрос — божество любви и света, который и создал первичный мир, лишь видоизмененный Зевсом и олимпийскими богами. Орфики учили, что душа человека проходит круг перевоплощений, но он может быть сокращен «орфической» жизнью, которая предполагала презрение к плоти и аскетизм; выходя из круга перевоплощений, душа человека вступала в вечный мир блаженства и божественного бессмертия.
Учение орфиков, однако тоже не могло ответить на болезненные вопросы эпохи — хотя бы потому, что не порывало с уже опостылевшими «полисными» культами и с культом императора, делая упор на самосовершенствование в пределах существующей системы ценностей. Еще важнее было то, что орфические общины были тайными, строго замкнутыми группами. Но трудно отрицать, что и орфизм подготавливал среди населения империи многие идеи будущего христианства — прежде всего идею неокончательности смерти, возможности бессмертия для каждого праведника и воздаяния человеку по делам его в загробном бытии.
На Ближнем Востоке дело обстояло по-иному. Здесь уже по крайней мере с VI в. до н. э. возникли эсхатологические течения — мистика абсолютного будущего, ожидания прихода спасителя мира для учреждения нового, окончательного и безупречно справедливого порядка на земле. Ожидание спасителя было свойственно многим направлениям зороастрийской религии, но особенно характерно было упование на будущего спасителя «помазанника» для течений, слагавшихся на почве ветхозаветной религии, видимо, не без влияния зороастризма. В связи с перипетиями эллинистической истории, с многократными переселениями этнических групп — в том числе иудеев — во все концы эллинистического мира ветхозаветными идеи получали все более широкое распространение. Иудеи, принадлежащие к «диаспоре» (выселенцы из Палестины), занимались привлечением новообращенных в ортодоксальный иудаизм, но, кроме того, в разных местах образовывались различные более или менее обособленные группы и течения, такие, как терапевты в Египте, ессеи в Иудейской пустыне у Мертвого моря, сторонники Иоанна «Крестителя», а затем и многие другие. Для всех них были характерны не только эсхатологические чаяния вообще, но и ожидание избавления, которое будет принесено в «конечные времена» «конкретным» лицом. Для ортодоксальных иудеев это должен был быть непременно потомок древнего царя Давида, помазанный Богом в цари («помазанник» по-древнееврейски « машиах», по-гречески «мессия» или Христос); ожидалось, что он восстановит конкретное государство, но не в его прежнем виде, а в виде идеального, утопически-справедливого царства, доступного только праведникам, выполнявшим боговдохновенный «Закон» Торы, или Пятикнижия, приписывавшегося Моисею. Вера в приход мессии утвердилась по крайней мере еще с VI в. до н.э. Часто считали, что перед пришествием мессии будет новое явление пророка Илии, который якобы не умер, а вознесся живым на небо и может вновь появиться на земле в «конечные времена». Другие религиозно-этические движения сходного происхождения сохраняли его более в нравственном аспекте. Иудеи считали, что Яхве заключил со своим народом особый «завет» (договор, материальным признаком которого было обрезание: оно должно было отличать поклонников Яхве от всякого другого народа). Новые секты и религиозные движения стали выдвигать идею о Новом завете, т. е. новом договоре между богом и людьми, основанном на более высоких нравственных требованиях единого божества к личности человека. Представление о таких личных отношениях между богом и человеком не могло сложиться в хаотическом мифологическом мире греко-римской культуры — оно могло сложиться лишь на почве монотеизма, веры в одного бога, лицом к лицу с которым оказывается человек. Монотеизм же реально существовал в I в. до н. э. — I в. н. э. только в учениях, развившихся на библейской почве. Кроме того, именно здесь неизбежно было наиболее резкое столкновение с официальной идеологией Римской империи: монотеизм был абсолютно несовместим с идеологическим обоснованием империи — культом императора как одного из «божеств».
2.Источники раннего христианства.
О возникновении христианства, становлении его вероучения написано огромное, по существу, необъятное количество книг, статей и других публикаций. На этом поприще трудились и христианские авторы, и философы-просветители, и представители библейской критики, и авторы-атеисты. Это и понятно, поскольку речь идет об историческом феномене - христианстве, создавшем многочисленные церкви, имеющие миллионы последователей, занимавшем и до сих пор занимающем большое место в мире, в идейной и политической жизни народов и государств.
Вплоть до восемнадцатого столетия исследование начал христианства было запрещено. Излишнее любопытство, желание узнать больше, чем рассказывает Новый завет и церковная традиция, казались правоверным христианам в высшей степени предосудительным, граничащим с ересью. Многие ученые не отваживались обнародовать результаты своих исследований. Эти работы публиковались лишь после их смерти. Только благодаря просветителям восемнадцатого века сделалось возможным научное исследование происхождения христианства. Изучались самые разнообразные источники: произведения античных писателей, которые упоминали о христианах, сочинения христианских богословов и их противников, а также, конечно, те книги, которые сами христиане почитают священными и боговдохновенными, где изложены основные догмы христианской религии, легенды о жизни ее основателя – Иисуса Христа, приведены его слова и поучения.
Традиционное представление видит в христианстве создание одного человека, Иисуса Христа. И это представление продолжает господствовать и в настоящее время. В последнем издании «Британской энциклопедии» личности Иисуса Христа посвящено двадцать тысяч слов – больше чем Аристотелю, Цицерону, Александру Македонскому, Юлию Цезарю, Конфуцию, Магомету или Наполеону. В научных трудах, посвященных исследованию проблемы историчности Иисуса Христа, существует два направления – мифологическое и историческое. Первое считает Иисуса мифологическим собирательным образом, созданным на основе земледельческих или тотемических культов. Все евангельские рассказы о его жизни и чудесных деяниях – заимствования из мифов. Историческое направление признает, что в основе образа Иисуса Христа лежит реальная историческая личность. Его последователи считают, что развитие образа Иисуса Христа связано с мифологизацией, обожествлением действительно существовавшего проповедника из Назарета.
В доказательство исторической достоверности существования Иисуса Христа ссылаются на сохранившиеся до нашего времени тексты нехристианских авторов, чья беспристрастность якобы не вызывает сомнения. Речь идет о трех римских авторах Таците, Плинии Младшем и Светонии. Высказывания трех этих авторов подверглись тщательному изучению, кое какие вопросы так и не были выяснены окончательно и являются по сей день предметом ожесточенных споров.
Тацит, крупнейший историк и писатель Древнего Рима, патриций и консул (ок. 55 –120 гг. н.э.). Примерно в 116 году он опубликовал главное свое сочинение – «Аналлы». В книге 15-й «Аналлов» дано описание знаменитого пожара, вспыхнувшего в 64 году при Нероне и чуть не уничтожившего весь город. «Чтобы пресечь слухи, Нерон подставил виновных и подверг самым изощренным казням тех, кого чернь ненавидела за их постыдное поведение и называла христианами. Начало этому названию дал Христос, который был при императоре Тиберии приговорен к смерти прокуратором Понтием Пилатом; временно подавленное пагубное суеверие вспыхнуло снова не только в Иудее, где это зло родилось, но также и в столице, куда отовсюду стекается и находит множество приверженцев всякая гадость и пакость… Казнили их с позором – одевали в шкуры диких зверей и бросали на растерзание собакам, распинали на крестах и ночью поджигали вместо факелов… В итоге, хотя эти люди были виноваты и заслуживали строжайшего наказания, они вызывали сочувствие, ибо гибли не ради блага империи, а из-за жестокости одного человека».[2;с10]
О подлинности этого отрывка свидетельствует явно враждебное отношение к жертвам Нерона и их вере, презрительно названной “пагубным суеверием”. Поскольку невозможно предположить, что это более поздняя вставка, авторство Тацита представляется неоспоримым. Правда, Зенон Косидовский в своей книге «Сказания евангелистов» отмечает, что Тацит, изображая прошлое, не слишком заботился о точности. Известно, что в I веке н.э. приверженцы Христа еще не назывались христианами, поэтому в 64 году н.э. в Риме не было «христиан», как их называет Тацит.
В «Деяниях апостолов» (11:26) говорится, что название - или прозвище – «христиане» придумали язычники – жители Антиохии, славившиеся своей насмешливостью. Оказывается, «христос» - это греческий эквивалент еврейского слова «мессия», что значит «помазанный», «намазанный». Людям эллинистической эпохи этот эпитет в применении к приверженцам какого-то Христа казался смешным и нелепым. Таким образом, прозвище «христиане» значило: «те, кого натирают мазями».
Со временем последователи Христа привыкли к этому глумливому прозвищу и сами начали его употреблять. Но до этого они себя называли «святыми», «братьями», «избранными», «сыновьями света», «учениками», «бедными» и чаще всего «назареями».
В начале II столетия, когда писались «Аналлы», в Риме действительно было много последователей Иисуса, которых тогда уже называли христианами. И Тацит просто перенес современную ему обстановку на целых полвека назад.
Исходя из всех этих соображений, можно заключить, что приведенный выше отрывок текста действительно принадлежит Тациту, но, навеянный рассказами христиан II в., он неточно воссоздает обстановку середины I века.
Вторым римским писателем, упоминавшим в своих сочинениях о последователях Иисуса Христа, был Плиний Младший (52 – 114 гг. н.э.). Он занимал пост римского наместника и в одном из своих писем-очетов писал о последователях Иисуса Христа: «Эта вера распространяется повсюду, не только в городах и деревнях, но и во всей стране. Храмы пустеют, люди не совершают жертвоприношений…У них есть обычай в определенные дни собираться перед восходом солнца и молиться Христу, как богу».[2.с.12]
Некоторые ученые подвергают сомнению подлинность этих строк, но большинство исследователей склонны считать запись подлинной.
Третий римский автор Светоний (ок. 70 – 160г.) в своем сочинении «Жизнеописания двенадцати Цезарей» пишет следующее: «Он [император Клавдий] изгнал евреев из Рима за то, что они беспрестанно смутьянили, подстрекаемые каким-то Христом», и далее, в главе о Нероне: «Наказали пытками христиан, приверженцев нового и преступного суеверия».[2,с.13]
После тщательных исследований ученые пришли к единодушному выводу, что обе фразы являются подлинными и принадлежат самому Светонию, с той лишь оговоркой, что вторая, несомненно, заимствована у Тацита.
Вот, в сущности, все, что сказано о христианах в дошедших до нас текстах римских авторов. Из этих весьма лаконичных сообщений явствует, что в начале II века христианство имело в Риме довольно много приверженцев, но пользовалось не слишком доброй славой.
Еще одним свидетельством можно считать отрывок из «Иудейских Древностей» Иосифа Флавия. В третьей главе 18-й книги речь идет о римском прокураторе Понтии Пилате и сказано следующее: «В это время жил Иисус, мудрый муж, если только его можно назвать человеком, ибо он был чудотворец, учитель людей, радостно воспринимавших возвещаемую им истину, и нашел много приверженцев среди иудеев и эллинов. Это был Христос. Хотя, по доносу знатных людей нашего народа, Пилат приказал распять его, его ученики, любившие его, остались ему верными. Ибо на третий день после своей смерти он опять явился к ним воскресший, как это, наряду с другими чудесными делами его, было предсказано пророками. От него ведут свое название христиане, секта которых с тех пор не прекращается».[3,с35-36]
Это свидетельство всегда очень высоко ценилось христианами. Ведь оно принадлежит не христианину, а иудею и фарисею, который родился в 37 году н. э. и жил в Иерусалиме и, следовательно, мог иметь вполне достоверные сведения об Иисусе. Свидетельство его заслуживало бы тем больше внимания, что, как иудей, он не имел никакого основания совершать подлог в пользу христиан.
Но именно это чрезмерное почтение к Христу со стороны набожного иудея уже в шестнадцатом столетии возбудило сомнение в подлинности указанного места. Теперь точно известно, что оно не принадлежит Иосифу Флавию. Оно вставлено было в третьем столетии каким-то христианским переписчиком, который, шокирован тем обстоятельством, что Иосиф Флавий, подробно передающий всякие незначительные события из истории Палестины, ничего не сообщает о жизни Иисуса. «Набожный христианин вполне основательно чувствовал, что отсутствие такого упоминания говорит против существования или, по крайней мере, умаляет значение личности Спасителя»[3,с.36]
И это все известно из нехристианских источников, относящихся к первому столетию нашего летоисчисления.
Но, может быть, христианские источники гораздо богаче различными сведениями? Разве мы не имеем в евангелиях самое подробное описание учения и деятельности Иисуса?
Прежде чем перейти к
Первыми последователями Христа были люди в большинстве своем простые и невежественные. Лишь очень немногие из них умели читать и писать. Главным носителем мудрости в то время был не письменный документ, а устная традиция. В течение первых десятилетий после смерти Иисуса его учение распространялось только устно, путем так называемого «катехизиса» (поучения, наставления). Пропагандистами новой веры были бродячие учителя и проповедники. Учение Христа излагалось в форме легко запоминающихся афоризмов. Эти подлинные или мнимые изречения Иисуса в сочетании с драматическими событиями его биографии обретали живые краски народных притч, и таким образом возникала устная традиция, обладающая явными признаками фольклора.
Говоря о причинах сорокалетнего отсутствия письменных свидетельств о жизни и учении Христа, необходимо учитывать также настроение, в каком жили назареи после смерти Иисуса Христа. Они верили в его скорое возвращение, который, вернувшись, осудит неправедных и создаст царствие божье на земле. Из Евангелия от Матфея следует, что это должно было произойти совсем скоро. Иисус обещает своим ученикам: «Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят сына человеческого, грядущего в царствии своем».16:28).
Однако, ожидаемый день господень так и не наступал. Христиане стали задумываться над вопросом, почему Иисус не вернулся на землю, как обещал. Вместе с тем проснулся интерес к его биографии; ведь в том, что он делал, говорил, переживал скрывается, быть может, разгадка, которая укрепит их пошатнувшуюся веру. В такой обстановке начали появляться описания жизни и учения Христа, задачей которых было отстаивать, объяснять и доказывать, что Иисус действительно был мессией.
Начали появляться письменные свидетельства, вошедшие впоследствии в Новый завет. Это были в основном публицистические трактаты, имеющие целью объяснить и доказать, что Иисус Христос действительно был мессией. Авторы этих трактатов опирались на авторитет Ветхого завета. В Новом завете имеется помимо бесчисленных ссылок и упоминаний около трехсот прямых цитат из Ветхого завета.
На сегодняшний день учеными установлено, что из ранних христианских сочинений только очень немногие принадлежат авторам, которым они приписываются, что они большей частью составлены в гораздо более позднее время, чем обозначенная на них дата. Установлено также и то, что их первоначальный текст иногда искажался самым грубым образом, путем позднейших переработок и вставок.
Самым старым евангелием считается теперь Евангелие от Марка, которое было написано не раньше, чем через пятьдесят лет после смерти Иисуса. Все, что Марк рассказывает, представляет продукт полувекового легендарного творчества.
За Марком следует Лука, затем так называемый Матфей и наконец, последний из них, Иоанн, евангелие которого относится к середине второго столетия и написано не раньше ста лет после смерти Иисуса.
Евангелисты были малообразованные люди, имевшие очень часто совершенно превратные представления о многих предметах, о которых они писали. Так процесс Иисуса перед Понтием Пилатом не соответствуют ни римскому, ни иудейскому праву. Евангелисты очень часто приводят неточные и противоречивые сведения. Например, если сравнивать Нагорную проповедь Евангелия от Луки и более позднего – от Матфея. У первого она является еще апологией обездоленных, осуждением богатых. Но ко времени Матфея она для многих христиан была уже неприемлема. Поэтому Евангелие от Матфея превращает обездоленных, которых ожидает блаженство, в нищих духом и совершенно опускает осуждение богатых.
С другой стороны, относительно многих изречений Иисуса можно доказать, что они принадлежат не ему, а известны были еще до него. Например, «Отче наш» считается специфическим произведением Иисуса, но Пфлейдер указывает, что арамейская, очень старая молитва «Каддиш» кончалась словами: «Да святится и славится великое имя твое на земле, которую ты сотворил. Да приидет царствие твое при жизни нашей и жизни всего дома Израиля».[3,с.46]
Ввиду всего этого уже в девятнадцатом веке многие исследователи признали полную непригодность евангелий как исторических источников. Тексты Нового завета – это не более чем древние литературные памятники, синтетическое соединение древних мифов, библейских пророчеств, описаний исторических событий и произведений фольклора. Нельзя отрицать их значение для исследования. Они дают нам возможность заглянуть в обыденную жизнь, сообщают очень много сведений о социальном характере, об идеалах и стремлениях ранних христианских общин.
3. Идейные истоки христианства
Как и всякая новая религия, христианство возникло не на пустом месте. Именно поэтому необходимо рассмотреть явления, которые оказали влияние на происхождение, развитие, становления христианской религии и, следовательно, основных ее идей. Оно впитало идеи и представления ряда других религий, в первую очередь иудаизма.
Вообще, можно указать на немаловажную преемственность, неизменно существующую между ранними формами религии - мифами, с их политеизмом, обрядностью и прочим, и самой религией, возникающей на их основе. По замечанию В. С. Нерсесянца эта преемственность имеет большое значение в области политико-правовых воззрений и прямо проявляется, например, в виде учений о божественном характере власти и порядка, о божественном праве и т.п.[4,с20]
Христианская апологетика утверждает, что в отличие от всех остальных религий мира христианство не создано людьми, а дано человечеству Богом в готовом и законченном виде. Однако история религиозных учений свидетельствует о том, что христианство не свободно от религиозных, философских, этических и иных влияний. Христианство усвоило и переосмыслило предшествующие идейные концепции иудаизма, митраизма, древних восточных религий, философские воззрения. Все это обогащало и цементировало новую религию, превращало ее в мощную культурно-интелектуальную силу, способную противопоставить себя всем национально-этническим культам и превратиться в массовое национальное движение. Усвоение первоначальным христианством предшествующего религиозно-культурного наследия отнюдь не превращало его в конгломерат разрозненных представлений, а способствовало принципиально новому учению получить всеобщее признание.
Христианство родилось первоначально среди евреев Палестины в I в. н.э. и других стран Ближнего Востока. Связь новой религии с иудаизмом проявилась в частности в том, что священное писание христиан - Библия включала как собственно христианские произведения, образовавшие новый завет, так и священные книги последователей иудаизма - Ветхий завет.
Иудаизм - первая последовательно монотеистическая религия. В ней противоречиво сочетались суровые традиции древних племен с жертвоприношениями, насилием, жестокостью, и черты нового в духовной и нравственной сферах, подготовившие почву для христианства.
Иудаизм представлял собой религию одного народа, считавшего себя избранником на том основании, что бог через Моисея дал ему закон. Приняв этот закон, евреи вступили в особые отношения c богом, заключили с ним договор, который обеспечивал им божественное покровительство в случае соблюдения всех его предписаний.
Ростки нового в религии древних евреев заключались и в особых представлениях об истории в Библии история трактуется как поступательное движение. Иудеи верили в пришествие мессии - спасителя, ниспосланного богом для установления справедливости.
Из иудаизма христианство заимствовало несколько основных идей: во-первых, идею монотеизма, т.е. признание одного бога, сотворившего мир и управляющего им, во-вторых, идею мессианизма, и в-третьих, эсхатологию,
т.е. идею гибели существующего мира в результате божественного вмешательства. При этом необходимо отметить, что в христианстве все они существенно трансформировались: монотеизм был впоследствии ослаблен учением о божественной троице, мессианизм из узкоэтнического превратился в учение о спасении всех людей через искупительную жертву Иисуса Христа. Эсхатология - учение о конце мира, связывалась с идеей вторичного пришествия Христа.
Среди религиозных учений, групп, сект, массовое возникновение которых обуславливалось атмосферой неуверенности и ожидания конца света, царившей в обществе, была одна, учение и организация которой имеют непосредственное отношение к истокам христианства. Мы имеем в виду Кумранскую общину и ее учение. И. С. Свенцицкая утверждает, что «влияние, оказанное кумранитами на религиозное учение первых христиан, было очень велико».[5,с.50] По справедливому замечанию И. Д. Амусина кумранское учение сыграло своего рода посредническую роль между ортодоксальным иудаизмом и христианством.
Кумраниты жили замкнутой общиной, для которой характерны были общность имущества, обязательный труд всех членов общины, совместные трапезы, изучение религиозных текстов. Жизнь кумранитов была строго регламентирована. Каждый новый член общины должен был передать общине «все знание, труд и имущество»(Устав кумранской общины). Как не услышать те же призывы у первых христианских общин!
Отметим некоторые важнейшие сходные черты между кумранской и христианской идеологиями.
Если говорить об основополагающих сторонах религиозной философии кумранской общины - учения о дуализме (света и тьмы, добра и зла и т.д.) и предопределении, то известно, что эти доктрины были распространены и среди раннехристианских общин. Отголосками дуалистических мотивов противопоставления света - тьме изобилуют новозаветные писания, в особенности же приписываемое Иоанну («дух истины и дух заблуждения» в первом послании Иоанна 4:6). Точно также другой кардинальный принцип христианского учения, необходимо вытекающий из учения о предопределении: «Да будет воля твоя», находит себе, по-видимому, параллель в том же Уставе: «И все сделанное с ним он возжелает в добровольным предании себя и, кроме воли бога, ничего не хочет».[5,с.76]. Известно, что одним из основных и в то же время оригинальных положений христианства является предписание не отвечать злом на зло(«А я говорю вам: не противься злому» - Матфей 5:39). Указание на это мы встречаем и в кумранском Уставе:«Я никому не воздам злом, а добром преследую; ибо богу принадлежит суд над всеми живыми, и ему принадлежит воздаяние”.[5,с.76]
Наконец, можно указать сходство в социальных принципах, «философии нищеты», указывающих на результат действия общих факторов, действующих в аналогичных исторических условиях. Амусин И.Д. отмечает, что «ожидание мессии является не только религиозно-мифологической идеей. Социальный смысл мессианских чаяний заключается в жажде перемен, мечте о переустройстве мира. В то же время это является свидетельством отчаяния, вызванного сознанием невозможности только своими силами искоренить зло и несправедливость на земле”.[11 6,с.162]
«В кумранской идеологии впервые пробила себе место идея замены избранничества целого этноса избранничеством индивидуума».[6,с.225]
Из всего этого некоторые ученые сделали закономерный вывод, что новым и целиком оригинальным являются не учения христианства и его историческая роль, не социальные принципы, социальная организация и повседневная религиозная практика раннехристианских общин, а только божественная личность Христа и его спасительный подвиг придают христианству его новую сущность.
Наряду с многочисленными чертами сходства между кумранрской и новозаветной литературой можно обнаружить немало различий. Основное различие заключается в том, что кумранская община ограничивалась верованием в грядущий приход мессии, в то время как само возникновение христианства связано с верой в уже состоявшийся приход мессии - Христа. Выступающий в кумранской литературе мессия еще не наделен специфическими чертами спасителя, в то время как новозаветный Христос прежде всего - избавитель и спаситель мира, пришедший в мир, чтобы жертвенно принять на себя его грехи и своей кровью искупить их. Вполне понятно поэтому, что в кумранских текстах нет даже намека на такие христианские догматы, как воплощение им первородного греха людей, учение о троице.
Энгельс Ф. ставил вопрос о том, откуда происходят представления и идеи, которые в христианстве сложились в своего рода систему.[7,с.4]. Для того, чтобы ответ был полным, необходимо рассмотреть связь христианства с философией - уделом интеллектуальной элиты.
Энгельс отмечал заслугу Бауэра Б., который показал связь христианства с некоторыми античными философскими течениями. Особенно заметное влияние на основы христианского вероучения оказали неоплатонизм Филона Александрийского(25 до н. э. - 50 н.э.) и нравственное учение римского стоика Сенеки ( 4 до н. э.- 65 н. э.). Философа Филона Александрийского Энгельс назвал «отцом христианства», а представителя римских стоиков Сенеку – «дядей» христианства.
Филон соединил понятие Логоса в библейской традиции, рассматривающей Логос в качестве внутреннего закона, направляющего движение Космоса. Логос у Филона - священное Слово, позволяющее созерцать Сущее. Иного пути познания Бога не существует, только через Логос - Слово. Учение Филона о прирожденной греховности всех людей , о покаянии, о Сущем как первоначале мира, об экстазе как средстве приближения к Богу, о логосах, среди которых Сын Божий- высший Логос и другие логосы, названные ангелами, - послужило одной из идейных предпосылок для христианских представлений об иерархии духовных начал, оказало заметное влияние на формирование христианства.
- Возникновение христианства и его разделение
- Возникновение христианства. Роль христианской религии и церкви в формировании европейской культуры
- Возникновение центральных банков
- Возникновение центральных банков
- Возникновение цивилизации на территории Индии
- Возникновение человека
- Возникновение человека
- Возникновение Христианства
- Возникновение Христианства
- Возникновение Христианства
- Возникновение Христианства
- Возникновение христианства (2)
- Возникновение христианства (3)
- Возникновение христианства. Его социокультурные последствия
