Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Законы Ману. 10

ТЕМА 2. ЗАКОНЫ МАНУ

ПЛАН
1. Источники древнеиндийского права.
2. Регулирование имущественных отношений в Законах Ману.
3. Обязательственное право.
4. Брачно-семейное право и институт наследования.
5. Уголовное право и процесс.

Источники древнеиндийского права.

Специфические черты права, отразившие особенности культурного, социально-экономического и государственного развития Древней Индии, проявились прежде всего в источниках права, среди которых особое место занимают дхармашастры - сборники религиозно-нравственных, правовых предписаний, правил (дхарм) и артхашастры - трактаты о политике и праве. Понятие дхармы многогранно. Это и религиозная добродетель, и мораль, и норма поведения, и свод правил, обязательных для каждого правоверного индуса, регламентирующих различные стороны его жизнедеятельности.

Наряду с термином дхарма в древнеиндийском праве существовало понятие "ньяя", сходное с европейским - закон, более узкое понятие, чем дхарма, обозначающее общепринятую норму поведения, нарушение которой влекло за собой наказание, применяемое государством.

Дхармашастры, составленные брахманами сначала для своих учеников, со временем были признаны не только авторитетными источниками права, но на определенном этапе даже вытеснили артхашастры, взяв из них то, что относилось к собственно праву. Включение в дхармашастры правовых тем и предписаний явилось вначале прямым следствием определения дхармы царя (раджа-дхармы) как охранителя мира и порядка.

Особое место среди источников права Древней Индии на определенном этапе ее истории занимала литература чисто светского жанра, относящаяся к науке политики - артхашастры. Одно из таких произведений, дошедших до нас, представляет собой научный трактат об искусстве политики и управления государством, предписываемый Каутилье, советнику царя из династии Маурьев Чандрагупты (конец IV в. до н.э.). В этом произведении (по уточненным данным относящемся к рубежу 1 тысячелетия до н.э. - 1 тысячелетия н.э.) содержатся обширные сведения, имеющие прикладной, деловой смысл: об администрации и финансах Древней Индии, судопроизводстве, организации суда, преступлениях и наказаниях.

Главное содержание Артхашастры – рассмотрение дхармы царя, внутренней и внешней политики, в центре внимания которой стоит понятие государственной выгоды, пользы (артхи), отодвигающей на второй план и религиозную мораль, и греховность правонарушения, и необходимость религиозного искупления.

Старейшие дхармашастры - Гаутама, Баудхаяна, Апастаба, Васиштха, носившие название дхармасутр (сутра - нить), появились, видимо, в начале второй половины 1 тысячелетия до н.э. и на рубеже н.э. На их основе возникла обширная литература собственно дхармашастр - Манусмрити, или Законы Ману (II в. до н.э. - II в. н.э.), джнавалкьясмрити (II - III вв. н.э.), Нарадасмрити (III - IV вв. н.э.)'. Законы Ману, содержание которых чаще всего воспроизводилось в более поздних произведениях этого жанра, среди других дхармашастр занимают особое место.

В дошедшей до нашего времени редакции Законы Ману состоят из 12 глав и 2685 статей, которые имеют форму двустиший (шлок) для лучшего запоминания.

Глава I Законов Ману излагает сведения о мироздании и его Творце (божественном Самосущем), о происхождении основных четырех сословий (варн) и главенствующей роли брахманов в охранении сокровищницы вселенского Закона, которому следуют и люди.

Глава II повествует о воспитании правоверного индуса путем приобщения к знанию Вед, в частности "того священного Закона, которому следуют люди, изучившие Веды, и который запечатлен в сердцах людей добродетельных, всегда чуждых ненависти и страстей" (II, 1). После изучения Вед человек считался приуготовленным для новой духовной жизни — "дваждырожденным" (двиджати). В этой же главе говорится о роли обычаев, обрядов и ритуалов, а также "запомненной священной мудрости" дхармашастр.

Глава III содержит нормы и требования к семейной жизни, правильному браку (анулома), а также повествует о последствиях неправильных браков (пратилома) и требованиях к соответствующим обрядам.

Главы IV, V и VI содержат сведения о способах сакрализации повседневной жизни: повседневные правила гигиены, распорядка дня, перечисление запретных поступков, описание ритуалов очищения и аскетических норм и образа жизни.

Глава VII рассказывает о дхарме царя, о роли наказания в правосудии, поддержании порядка и "защите всех творений''; в ней даются советы по делам административным, налоговым, военным и др.

Глава VIII посвящена 18 поводам для обращения в суд (нарушение договорных отношений, преступные деяния: кража, насилие, клевета, оскорбление действием, игра в кости, прелюбодеяние, осквернение ложа духовного наставника-гуру, распитие хмельных напитков и др.), а также роли закона и правилам судопроизводства и вынесения решения о наказании, освобождению от наказания в случае необходимой обороны (защита от насилия ребенка, женщины и священника-брахмана).

Глава IX повествует о "вечном законе для мужа и жены" в их семейной жизни, о личных и имущественных правах и обязанностях членов семьи, о наследовании, о наказаниях и роли царя в наложении наказаний.

Глава Х содержит правила, общие для трех дваждырожденных варн; семь законных способов приобретения собственности, десять способов существования, дозволенных всем людям в бедственном положении; дхармы, общие всем четырем варнам.

Глава XI посвящена регулированию образа жизни касты неприкасаемых (каста появляется вследствие заключения неправильных, смешанных, межварновых браков, нарушивших дхарму).

Глава XII дает предписания относительно культа, ритуалов и конкретных обязанностей их участников; говорит об ответственности человека за недостаточный контроль за своими мыслями, словами и своим телом.

Одновременное появление двух традиционных жанров в правовой литературе было связано с историческими особенностями развития Древней Индии, с той же слабостью государственной власти, автономностью общин, особым положением в социальной структуре варны брахманов. Оно демонстрирует развитие права в Древней Индии как бы двух уровней: государственного (артхашастра) и общинного (дхармашастра). Сами же юридические трактаты, развивающиеся в одной и той же культурной среде, за счет отбора и включения в свои тексты многочисленных обычаев тесно взаимодействовали друг с другом, о чем свидетельствует сходство их многих положений.

Регулирование имущественных отношений в Законах Ману.

Шастры свидетельствуют, с одной стороны, об имущественном расслоении в Древней Индии, а с другой - о довольно строгом сохранении общинных, кастовых, патриархальных, большесемейных связей. В общинном землевладении находились пастбища, ирригационные сооружения, дороги и пр. Нормы древнеиндийского права охраняют земледельческие права общин, деревень, селений, которые имели почти неограниченное право распоряжения землей: продавать, сдавать в аренду, дарить, в частности - храмам.

Частное крестьянское землевладение также было связано с широкими правомочиями: продажей, сдачей в аренду, дарением земли и пр.
Судя по всему, понятие собственности сложилось в Индии еще в первой трети I тысячелетия до н.э. О сложившемся понятии собственности, в отличие от пользования вещью, свидетельствует и появление в дхармашастрах, например в Законах Ману, норм о сроках давности пользования, владения вещью, влекущих за собой превращение владения в собственность. (VIII, 147: Если собственник поблизости молча наблюдает, как что-либо используется другим в течение десяти лет, он не имеет права получить это (обратно).)

Законы Ману (X,115) четко закрепляют законные способы приобретения имущества:
1.   путем передачи вещи по наследству;
2.   получения ее в дар;
3.   покупки;
4.   завоевания (только кшатрии);
5.   ростовщичества (только вайшии);
6.   исполнения работы (только вайшии);
7.   получения милостыни (только брахманы).

Этот идеальный порядок часто не отражал реального положения представителей отдельных варн. Сделки считались недействительными, если заключались тайно, без свидетелей, путем обмана или насилия, пьяным или безумным человеком, находившимся в состоянии гнева, горя, а также стариком, ребенком, уродом (VIII, 163). Была ограничена также дееспособность женщин, несамостоятельных членов больших неразделенных семей (сына, зависящего от отца, отца, зависящего от сына, брата, не имеющего семьи, и др.). Кредитору фактически предоставлялись неограниченные возможности для получения задолженности (с помощью хитрости, принуждения, путем осады дома, захвата животных или сыновей должника, а также силы, "когда кредитор, схватив должника, приводит его в свой дом и держит моря голодом и избивая его до тех пор, пока тот не заплатит долга"). При этом Законы Ману прямо предписывают царю штрафовать должника, жалующегося на кредитора, добивающегося уплаты долга по "произволу".

Наемный труд презирался высшими варнами, не случайно в Законах Ману услужение характеризуется как "собачий образ жизни", а брахману всячески рекомендуется избегать его. Крайне тяжелы были и условия личного найма. Наемный работник, не выполнивший работу, подвергался штрафу, ему не выплачивалась наемная плата, даже если он был болен и работа в связи с этим была немного не законченной (VIII, 215)
Для договора купли-продажи характерным было то, что кастовые барьеры накладывали ряд ограничений на возможность заниматься торговлей, особенно представителям высших варн. Самопродажа и продажа родственников в рабство влекла за собой изгнание из касты.
Согласно ранним дхармашастрам, договор купли-продажи мог быть расторгнут в течение 10 дней (VIII, 222). Не чем иным как стремлением упорядочить торговые отношения стало выделение в поздних шастрах таких поводов судебного разбирательства, как непередача проданного или отказ от купленного.

Обязательственное право.

Обязательственным отношениям Законы Ману уделяли значительное внимание. Это являлось объективным отражением сравнительно высокого уровня развития товарно-денежных отношений в Древней Индии. В основном в Законах говорилось об обязательствах из договоров. При этом подчеркивалось, что только договор, заключенный законным образом, влечет за собой правовые последствия. Недействительным признавался договор, заключенный в нарушение закона или обычая, путем обмана, по принуждению, с безумным, больным, пьяным, несовершеннолетним или престарелым. В принципе признавался недействительным и договор, заключенный рабом, но в отдельных случаях Законы допускают исключение из этого правила. Если договор сулил выгоду хозяину раба, то он его признавал ( VIII, 167. Если даже раб заключает договор для пользы семейства, то старшему (в доме), живушему в своей стране или вне ее, не полагается отказываться от него.)

Договоры заключались в устной или письменной форме. Иногда, дабы придать договору большее значение, стороны давали клятву. Исполнение договора являлось обязательным. Лица, нарушившие договор, несли не только имущественную, но и личную ответственность. Они подвергались штрафу, заключались в тюрьму и даже изгонялись из государства. А за неисполнение обязательств по займу виновного обращали в раба.

Договор займа получил в Законах Ману подробную и тщательную разработку. К примеру, при заключении договора займа разрешалось оговаривать взимание процентов (эта практика в будущем получит широкое распространение во всем мире). При этом размер процента зависел от кастовой принадлежности должника: для брахмана – 24% в год, для кшатрия – 36%, для вайшьи – 48% и для шудры – 60%.

Кредитору разрешалось самому любыми средствами принуждать должника к уплате долга: убеждением, хитростью, насильственными мерами. Жаловаться на то, что кредитор требует долг помимо суда, с применением насилия, должник не имел права, а в случае такой жалобы подвергался штрафу. При наличии нескольких кредиторов устанавливалась очередность в уплате долга – в первую очередь следовало расплатиться с государством или ученым брахманом, а затем уже с представителями нижестоящих варн. Если должник не был в состоянии вовремя уплатить долг, наступали различные последствия. Должник равной или низшей варны, чем кредитор, обязан был отработать долг, должник высшей варны мог выплачивать долг постепенно. В случае смерти должника долг с процентами переходил на сыновей, внуков и прочих наследников, получивших имущество умершего.

Важное место среди обязательственных отношений занимали договоры купли-продажи и дарения, которые считались действительными только при условии, что они были заключены собственниками вещи ( VIII, 199). Лицо, продающее вещь, на которую у него нет права собственности, признается вором. Запрещалась продажа товара низкого качества и недостаточного по весу. В случае отступления от требований к предмету договора сделку можно было расторгнуть в течение 10 дней после совершения купли-продажи. Непередача проданного или отказ от купленного – также основание к расторжению договора купли-продажи. Торговля некоторыми товарами-продуктами горных разработок, солью, спиртными напитками – являлась государственной монополией.

Законы Ману упоминают и договор личного найма. Труд свободных наемных работников (кармакаров), а ими были преимущественно шудры, а также разорившиеся свободные общинники и ремесленники, принадлежавшие к вайшьям, широко применялся в земледелии и скотоводстве. При всей кабальности договорных обязательств, всецело зависящих от работодателей, определенные материальные стимулы к труду у кармакаров были: они получали одну десятую с урожая или с масла от молока коров, за которыми ухаживали. За неисполнение договора – штраф в виде невыплаты виновному установленного жалованья. Временная нетрудоспособность (по болезни) не являлась поводом к прекращению договора найма.

Среди других договоров, встречающихся в Законах Ману, следует отметить договор хранения, договор перевозки, жилищного найма, договор товарищества, ряд арендных договоров о совместном пользовании.

Наряду с обязательствами из договоров, существовали и обязательства из причинения вреда. Они не получили столь детальной разработки, как первые, но в практике хозяйственного и налогового оборота страны имели значение. Основанием для их возникновения являлась порча имущества – потрава посевов скотом на огороженном участке, потеря пастухом животного, а также вред, причиненный при движении повозки по городу. В порядке наказания виновный платил штраф в государственную казну и возмещал причиненный ущерб «хозяину поля и скота».

Брачно-семейное право и институт наследования.

В Древней Индии семейные отношения в значительной степени сохранили влияние первобытных порядков. И Законы Ману лишь отразили объективную реальность – существование большой патриархальной семьи, в которой глава семьи (отец) обладал огромной, почти неограниченной властью. По отношению к главе семьи все, состоявшие под его властью, находились на положении рабов. И жена, и дети могли быть им проданы, сданы в наем и даже убиты (VIII, 416. Жена, сын и раб – трое считаются не имеющими собственности; чьи они, того и имущество, которое они приобретают).

Особенно тяжелым было положение женщины в семье. Она полностью зависела от своего мужа и сыновей (Глва IX, 2. День и ночь женщины должны находиться в зависимости от своих мужчин, ибо (будучи) приверженными к мирским утехам, они должны быть удерживаемы в их желаниях). Брак представлял собой имущественную сделку, в результате которой муж покупал себе жену и она становилась его собственностью. Законы Ману предписывали содержать женщину под опекой в течение всей ее жизни. Считалось, что ни девочка, ни пожилая женщина не имеют права что-либо делать по своей воле даже в собственном доме. В детстве женщина должна была подчиниться своему отцу, в молодости – своему мужу, после смерти мужа – своим сыновьям (II, 3). Женщина никогда не должна быть предоставлена самой себе.

Имущественные права женщины были ограничены. Предполагалось, что женщине может принадлежать лишь то, что дано ей при брачном огне, при свадебном шествии, что получено от брата, матери или отца в виде приданого.

Законы Ману допускали низкий брачный возраст для женщин. 30-летний мужчина мог жениться на 12-летней, а 24-летний – на 8-летней. Девочку могли выдать замуж и в более раннем возрасте. Не допускались браки между кровными родственниками, осуждались браки с внекастными, младшему брату не следовало жениться раньше старшего.

Вступая в первый брак, «дважды рожденный» обязан был брать жену равной с ним варны (II, 12). При последующих браках разрешалось жениться на женщинах нижестоящих варн. Женщине из высшей варны вступать в брак с мужчиной низшей варны запрещалось. Серьезным грехом считалась женитьба шудры на брахманке. Мужчина мог также иметь наложниц, чаще всего из числа рабынь.

Главным назначением женщины считалось воспроизводство рода. Рождение в семье дочери рассматривалось как несчастье, а сына – как благо, ибо именно на них падала обязанность совершать поминальные обряды по умершим предкам. Если у женщины не было сыновей, муж мог уполномочить свою жену на сожительство с деверем или другим родственником мужа для достижения желаемого потомства. Последнее, как и скот, признавалось основным видом богатства. Женщина в данном случае приравнивалась к домашним животным, рабыням, потомство которых принадлежало хозяину.

Законы не запрещали многоженство. При наличии жен из разных варн старшинство определялось порядком варн. Только жена равной с мужем варны могла лично прислуживать ему, присутствовать при совершении обрядов. Муж обязан был обучать жену хорошему поведению, мог наказать ее. Согласно Законам Ману жена должна почитать своего мужа как бога, даже если он лишен добродетели. Проданная в рабство и оставленная мужем, она все равно продолжала считаться его женой (IX, 46).

Брак в Индии считался священным институтом, и поэтому очень сурово наказывалось прелюбодеяние, особенно если оно совершалось между членами различных варн. В этих случаях мужчину сжигали, а женщину затравливали собаками. По этим же религиозным соображениям осуждался развод, следуя им, в Законах Ману развод не допускался (IX, 101 “Взаимную верность надо сохранять до смерти” – это должно считать (выраженной) вкратце высшей дхармой мужа и жены). Но «если жена не рождает детей, может быть взята другая на восьмом году, если рождает детей мертвыми – на десятом, если рождает (только) девочек – на одиннадцатом, но если говорит грубо – немедленно» (IX, 81).

По древним религиозным обычаям женщина не могла после смерти мужа вторично выйти замуж, в противном случае ее ожидало всеобщее презрение. Подобного рода брак не имел юридической силы. Идеалом жены в Древней Индии считалась женщина, которая после смерти мужа кончала жизнь самоубийством, восходя на костер, в котором сжигали труп ее мужа. Зато муж, почтив священными огнями умершую жену, мог вступить в новый брак. Видимо, поэтому женщины-идеалы, следующие за своими мужьями на костер, были все же редкостью.

После смерти главы семьи возникало право наследования его имущества. Женщины исключались из списка наследников семейной собственности так же, как и изгои, евнухи, слабоумные, расточители, калеки (IX, 185. Не братья, не родители, а сыновья получают собственность отца: собственность бездетного получает отец, а также братья). Наследственная масса делилась только между сыновьями умершего, которые должны были выделить сестрам по одной четвертой доли для приданного. При этом неравенство наследственных прав детей, рожденных от жен различных Варн, считалось естественным: сын брахманки получал четыре части, сын кшатрийки – три, сын вайшийки – две, а сын шудрянки – только одну часть. При отсутствии детей к наследованию призывались родственники умершего до шестой степени родства (отец, братья отца, дети последних и т.д.). Как правило, при отсутствии всех законных наследников имущество поступало в пользу царя при одном исключении: «имущество (умершего) брахмана никогда не должно поступать в пользу царя»(IX, 189). Имущество матери (приданое, подарки), даже если она умирала при жизни своего мужа, переходило к ее детям в равных долях.

Уголовное право и процесс.

Древнеиндийское уголовное право в том виде, как оно представлено в Законах Ману, отличается достаточно высоким для своего времени уровнем развития. Здесь нашли закрепление такие общие для уголовного права понятия, как умысел и неосторожность, рецидив и соучастие, смягчающие и отягчающие вину обстоятельства. Различались преступления умышленные, неумышленные и совершенные по незнанию. Были известны понятия необходимой обороны и крайней необходимости, подстрекательства и укрывательства. Предусматривалась ответственность для лиц, которые, видя совершаемое преступление, не пришли на помощь. Вместе с тем не проводится четкой грани между частноправовым правонарушением (деликтом) и преступлением. Тесная связь религии и права обусловили взаимопроникновение религиозно-нравственных и правовых норм. Законы Ману не упоминают кровной мести, но сохраняют другие пережитки общинно-родового строя: талион (VIII , 279. Тот член, каким человек низший ударит высшего, – именно он – у него должен быть отрезан, таково предприсание Ману)
, ордалий (VIII, 114. Или следует заставить (обвиняемого) взять огонь , погрузиться в воду или же прикоснуться к головам жены и сыновей в отдельности), коллективную ответственность общины за преступление, совершенное на ее территории, если преступник неизвестен

Оценка многих правонарушений, изложенных в Законах Ману, дается с учетом классовых позиций законодателя или его представления о добре и зле, праведности и греховности, нравственности и аморальности. Так, проживание не по правилам своей Варны греховно и безнравственно, наказание – изгнание из своей собственной. Запрещено применять смертную казнь и даже телесные наказания по отношению к брахманам. В отношении же представителей других варн, особенно шудр, смертная казнь применялась довольно широко. Нанесение телесного повреждения членами низшей варны представителю вышестоящих варн влекло наказание по принципу талиона (равным за равное). Если же подобного рода преступление совершит брахман или кшатрий по отношению к лицу из нижестоящей варны, их обычно ожидал штраф либо просто очищение грехов. Вообще посягательство члена низшей варны на личность или имущество представителя высшей варны является само по себе отягчающим вину обстоятельством. Более сурово наказывались преступления, совершенные из корыстных побуждений, в случае рецидива. Подстрекательство наказывалось так же, как и совершенное преступление. Соучастник преступления отвечал наряду с исполнителем. Освобождались от уголовной ответственности лица, совершившие преступление в состоянии необходимой обороны (VIII, 349. Убивающий, защищая самого себя,при охране жертвенных даров, при защите женщин и брахмана по закону не совершает греха). Считался глубоко нравственным поступок судьи, оправдавшего виновного в совершении преступления по незнанию.

Законы Ману содержат обширный перечень преступлений, главными из которых являются государственные, имущественные, против личности и против семьи.

К преступлениям, затрагивающим интересы государства и царской власти, относились: мятеж, выдача государственной тайны, служение врагам царя, составление ложных приказов, управление общественными делами во вред народу и др. При этом следует учесть – через весь сборник Законов проходит идея обожествления царя, что делает его особу священной и неприкосновенной. Законы исходят из презумпции, что божественный характер царской власти сам по себе является гарантией того, что никто не будет на эту власть посягать. В противном случае Законы угрожают преступнику тем, что «огонь царского гнева уничтожит все его семейство с его скотом и с его накопленным имуществом». Не менее суровая кара ожидала вероотступника, нарушителя предписаний господствующей религии. Смертной казнью или изгнанием каралось противодействие распоряжениям царя, казнокрадство, составление ложных приказов, умышленное разрушение плотин, городских укреплений и т.д.

Значительное место в Законах занимали имущественные преступления, направленные как против государственной собственности, так и против собственности частных лиц. Причем Законы четко различают кражу, разбой, грабеж, мошенничество, уничтожение чужого имущества. Под кражей понималось тайное похищение имущества, под грабежом –похищение имущества в присутствии владельца и с применением насилия (VIII, 332). Защите государственного, царского и храмового имущества уделялось особое внимание, похищение его в любом виде каралось «казнью без промедления». Различалось похищение рабов, скота, зерна, золотых и серебряных изделий, одежды и т.д. Похищение «людей из хорошей семьи и особенно женщин и драгоценных камней» наказывалось смертной казнью, захват (грабеж) же коров – отсечением половины ноги. Поджигатель пастбищ, полей, домов, лесов подвергался сожжению. Ответственность за воровство дифференцировалась в зависимости от того, был ли вор задержан на месте преступления или нет, совершена кража днем или ночью. Пойманный с поличным подвергался немедленной казни. Ночная кража каралась отрезанием вору рук и посажением на кол. Уличенный в воровстве трижды подвергался смертной казни (за первую кражу отрезали два пальца, при второй – руку и ноги). Дополнительным наказанием за простое воровство было клеймение.

Большую группу норм сборника составляют преступления против личности, причем осуждается любое насилие, совершенное над личностью. К насилию относилось и убийство, и телесные повреждения, и оскорбление (словом и действием). Умышленное убийство женщин, детей, брахманов с применением насилия и посредством яда влекло за собой смертную казнь. Убийство в драке, случайное к умышленным не относилось. Убийство в состоянии необходимой обороны не наказывалось. Причинение физической боли (нанесение ран, лишение глаза, перелом костей) относилось к телесным повреждениям. В качестве наказания применялся штраф, талион, изгнание. При этом учитывалась варновая принадлежность преступника и потерпевшего. В том случае, если стороны принадлежали к одной варне, предусматривалось за нанесение ранений денежное взыскание, а за увечье с переломом кости – изгнание. Тому, кто поднял руку или палку на человека высшей варны, отрезали руку, а кто в гневе бил ногою – терял ногу. Варновая принадлежность являлась определяющей и при ответственности за оскорбление. Если оскорбление равного себе по положению или представителя низшей варны наказывалось, как правило, штрафом, то такое же преступление шудры в отношении представителей высших варн влекло за собой телесное наказание – отрезание языка, губ, рук, ноги, кастрацию. Шудра, занявший место рядом с брахманом или выдающий себя за брахмана, подвергался телесному наказанию.

Преступления против семьи относились к числу наиболее тяжких. Религия, мораль и право стояли на страже семейных отношений, поэтому любое безнравственное вторжение в эту тонкую область человеческих чувств считалось и преступным, и греховным. Особенно наказуемым было прелюбодеяние. Законы обращают серьезное внимание на этот вид преступления, подчеркивая, что «людей, домогающихся чужих жен, царю следует изгонять, подвергать наказанию, внушающему трепет», ибо «от прелюбодеяний среди людей происходит смешение варн, отчего возникает грех, уничтожающий даже корни и несущий гибель всему». Под прелюбодеянием понимались не только интимные отношения, но и предложение женщине подарков, заигрывание с ней, прикосновение к ее одеждам и пр. Виновные в прелюбодеянии подлежали смертной казни. Законодатель не проводит четких различий между прелюбодеянием и изнасилованием. Проституция жены с согласия мужа не наказывалась, являясь средством заработка и содержания семьи. Честь и достоинство замужних женщин всемерно защищалась. Сурово каралось любое посягательство на жизнь и здоровье матери, отца, брата, мужа; даже словесное оскорбление их не оставалось без внимания. Но в каждом случае ответственность определялась сословно – варновой принадлежностью виновного.

Главной целью наказания в Законах Ману является устрашение. Законы отмечают, что «наказанием весь мир держится в порядке». Если бы царь не налагал наказания, то «никто не имел бы собственности …, все варны испортились бы, все преграды были бы сокрушены, и произошло бы возмущение всего народа» (VII, 21,24 ). Там, где наказание процветает, там подданные не возмущаются. Однако применять наказание следует с учетом всех обстоятельств совершения преступления, степени осознанности его и классовой принадлежности виновного.

Наказания отличались жестокостью, широко применялась смертная казнь. Различались простой вид смертной казни (отрубание головы) и квалифицированный (посажение на кол, утопление, сожжение, разрезание тела на части бритвами, помещение в кипящий котел, топтание слоном и др.). Для брахмана она заменялась бритьем головы. Широко практиковались членовредительные наказания: отрезание пальцев рук, ног, языка, ушей, кастрация, ослепление. Но они не распространялись на брахманов и кшатриев. Можно было и откупиться. Наказаниями являлись также исключение из варны, обращение в рабство, изгнание, штраф, заключение в тюрьму, заковывание в кандалы, конфискация имущества, ссылка. Практиковалось и клеймение преступников. Совершившему воровство клеймо делалось в виде собаки, пьянице – в виде чарки. С этими людьми нельзя было ни есть, ни совершать жертвоприношений, ни вступать в брак. Клеймили, как правило, представителей низших групп населения.