Женская трудовая миграция

Женская трудовая миграция 

     "Legitimizing migration space: migrant women's labor, trafficking and illegal migration

     (problems in conjunction)" 
 

     Тюрюканова Е.В., 

     научный сотрудник

     лаборатории социальной демографии

     Института социально-экономических 

     проблем народонаселения РАН 

     1. Международная трудовая миграция  на рубеже XX-XXI веков 
 

     Международная миграция является неотъемлемой частью современной мировой экономики. Взаимоотношения между миграцией и глобальными социо-экономическими изменениями сложны - это два процесса не только взаимно провоцирующие, но и взаимно проблематизирующие друг друга. Развитие миграции сегодня идет крайне противоречиво. С одной стороны, глобальные изменения сопровождаются интенсификацией международных миграций. С другой стороны, признано, что "люди менее мобильны, чем деньги, товары или идеи: они всегда принадлежат к какому-либо государству, зависимы от паспорта, визы, разрешения на проживание и конъюнктуры рынка труда".  

     Сегодня по-новому обостряются противоречия между принимающими и посылающими странами, а также между национальными интересами отдельных государств и правами человека. Установившаяся схема миграционного взаимодействия стран никак не может быть признана эффективной, поскольку она приводит к распространению конфликтов и дискриминационных практик в отношении отдельных групп мигрантов (в первую очередь, женщин) и отдельных стран. Миграционная политика принимающих и посылающих стран в большинстве своем является неэффективной и формируется методом проб и ошибок. Парадоксально, но факт, что основной урок, который можно извлечь из накопленного к настоящему моменту международного опыта в области миграции это то, что в условиях современного демократического общества, основанного на либеральной традиции, не существует инструмента, позволяющего обеспечить эффективное миграционное взаимодействие. Неэффективность господствующей сегодня модели международной миграции выражается в огромном размахе нелегальной миграции, состоящей из дешевой и абсолютно бесправной рабочей силы, значительную (и особенно уязвимую) часть которой составляют женщины. Вряд ли хоть одно государство может утверждать, что выработало действенные механизмы борьбы с нелегальной иммиграцией. Эти нелегитимные, но, тем не менее, существующие в громадных масштабах миграции практически являются иррациональной формой, в которой находит сегодня свое проявление идея свободы передвижения, превращаясь тем самым в квазисвободу.  

     За  вторую половину ХХ века природа и  структура межстрановых перемещений  претерпели значительные изменения, которые важны для понимания сегодняшней реальности и того, как и насколько мы можем управлять миграционными потоками. Вот краткий обзор происходящих процессов. 

     Интернационализация экономик, с одной стороны, и неравномерность  развития стран, с другой, привели к тому, что миграция труда приобрела беспрецедентное социально-экономическое и политические значение в современном мире, превратившись поистине в глобальный феномен. Сегодня в миграционный трудовой обмен вовлечены практически все страны. По оценкам ООН и МОТ только легальных трудовых мигрантов в мире насчитывается от 120 до 200 млн. человек, по сравнению с 75 млн. в 1965г. Разница в уровне жизни и экономических возможностях в разных странах – основная движущая сила такой миграции. В 1995г. почасовые затраты на оплату труда в производстве составляли 0,25 USD в Индии и Китае, 0,6 – в России, 2,09 – в Польше против 17,20 в США, 23,66 – в Японии, 31,88 – в Германии.

     Экономический баланс сил между странами формирует  траектории миграций, возбуждая направленные миграционные потоки. Основные направления перемещений складываются в глобальный миграционный сценарий, в котором различные страны и регионы играют свою роль. В миграционной теории и практике принята классификация стран на принимающие страны, страны выезда и страны транзита. Однако в последнее время эта модель теряет четкость, так как растет число стран, которые можно отнести к двум или даже ко всем трем группам. Классический пример такой “сдвижки ролей” - это страны южной Европы (Италия, Испания, Греция, Турция), а также Россия, которая сегодня относится к странам с двойсивенным миграционным статусом.

     Устойчивая  трудовая миграция за несколько последних  десятилетий привела к появлению определенного экономического порядка (режима), связанного с сегментацией рынка труда в развитых странах и выделением видов работ, которыми преимущественно заняты мигранты. Это, в первую очередь, непрестижные рабочие места, не требующие высокой квалификации, с тяжелыми условиями труда и низкой оплатой. Трудовые мигранты-женщины заняты в основном в сфере развлечений, общественного сервиса и домашних услуг. Феминизация миграционных потоков признается специалистами характерной чертой новейшего этапа развития международной трудовой миграции. Во многом это связано со структурными изменениями в мировой экономике, сопровождающими глобализационные процессы: относительное снижение в послевоенный период производственно ориентированного сектора мировой экономики и соответственный рост сервисно ориентированного комплекса, в широком смысле именуемого экономикой услуг (service economy). Все большее доминирование сферы услуг в структуре занятости формирует некий миграционный вызов развитых наций к развивающимся странам – постоянно растущую потребность в женщинах-мигрантах, занятых неквалифицированным трудом в сфере сервиса. Секс-индустрия и секс-туризм превратились в глобально организованный сверхприбыльный бизнес, практически не знающий национальных границ. Секс-индустрия в мегацентрах индустриально развитых наций стала составной частью глобальной "экономики услуг". Сегодня сфера сексуальных и около сексуальных услуг предоставляет большую часть миграционных возможностей для женщин из стран-доноров.

     За  последние 10-15 лет представления  о роли женщин в миграционных процессах  кардинально изменились. Традиционно в течение долгого времени явно или неявно предполагалось, что абсолютное большинство "самостоятельных" трудовых мигрантов - это мужчины. Женщины рассматривались как “зависимые” или “вторичные” мигранты (которые едут за семьей или за мужем). С 1980-х международное сообщество начинает предпринимать шаги, чтобы сделать женщин-мигрантов и их проблемы видимыми на социальном уровне, открытыми для социальной и миграционной политики. Инициатива исходила со стороны феминистского направления. В 1990 г. прошла первая встреча экспертной группы по Международной миграционной политике и статусу женщин-мигрантов, организованной Отделом населения ООН. Эта встреча оказалась программной для развития гендерно чувствительного подхода к миграции. Основной итог ее деятельности состоял в констатации того, что женщины представляют собой наряду с работниками-мужчинами ключевых "актеров" (или действующих лиц) международной миграции, то есть являются самостоятельными и активными участниками миграционных процессов.

     Таким образом, на самом высоком международном  уровне был опровергнут миф о  том, что женская миграция носит  в основном "вторичный" характер, и женщины не являются сами инициаторами миграции, а только следуют за мужьями. Появился даже специальный термин, обозначающий женщин-мигрантов как “unattached migrants” (то есть самостоятельных - “не прикрепленных” к мужьям или к семье).

     Статистика  подтверждает, что степень участия  женщин в миграции примерно равна  мужской составляющей. По данным переписей  населения основных принимающих стран, в среднем 48% всех трудовых мигрантов составляют женщины. Причем, женщины-мигранты составляют абсолютное большинство в некоторых секторах рынка труда, например, в сфере развлечений.

     Рост  мобильности населения (как и  в случае с товарами, финансами и информацией) ведет к необходимости существенных сдвигов в механизмах управления этими процессами со стороны государств и правительств. Противоречие между наднациональными экономическими и социальными процессами и институтами, с одной стороны, и национальной концепцией управления этими процессами и институтами, с другой, становится все более очевидным. Это противоречие выражается в, так называемом, кризисе управления. Подобно тому как в результате интернационализации производства и роста международных финансовых трансакций, исчисляемых сотнями миллионов долларов ежедневно, правительства теряют миллионы долларов годовых налогов, также становится затруднительным для государственной власти удерживать контроль над передвижением населения. Некоторые исследователи глобализации называют этот процесс кризисом управления. Результат - рост нелегальной миграции. По оценкам американской Службы Иммиграции и Натурализации, в 1996г. в США проживало от 4,6 до 5,4 млн. нелегальных мигрантов. В России, по оценкам, насчитывается более 3,5 миллионов нелегальных трудовых мигрантов. Женщины в силу различных причин, о которых будет сказано в дальнейшем, концентрируются именно на нелегальном полюсе миграции.

     В результате устойчивых миграционных потоков  со временем образуются миграционные сети, которые связывают иммигрантов в принимающих странах с метрополией. Эти сети снижают издержки и риск, связанные с миграцией, и поддерживают миграционный поток даже тогда, когда ослабевают объективные силы, возбудившие его, или появляются факторы, противодействующие миграции (например, в виде ужесточения иммиграционной политики принимающей страны). Это еще более ограничивает способность национальных государств управлять миграционными потоками.

     Появление новых информационно-коммуникационных и трансфертных (включая финансовые) технологий и современного транспорта также способствует развитию таких сетей. Для женщин-мигрантов наличие таких сетей особенно важный фактор, так как женщины чаще вынуждены использовать неофициальные каналы миграции (мы увидим это на примере российской статистики).

     Стоит упомянуть и еще один важный, на наш взгляд, момент, характерный  для новейшего периода развития миграции. Миграционные проблемы начали обсуждаться в контексте прав человека, что повлияло на политику стран в данной области (хотя возможно более в декларативном плане). Применение дискриминационных практик по отношению к мигрантам, хотя и сохраняется в странах с развитой демократической традицией, но подвергается критике со стороны правозащитных организаций и либерального крыла политических движений. Миграция все чаще становится козырем в политических играх сильных мира сего. Так, правые партии нередко разыгрывают миграционную карту, играя на неодобрительном отношении части населения к иммигрантам.

     2. Труд женщин-мигрантов  как основной фактор  дискриминации 
 

     Причины маргинализации женской миграции и  трудовых мигрантов-женщин стоит искать в объективной экономической сфере, в первую очередь, в характере труда, которым заняты женщины-мигранты и в их роли в экономических структурах общества. Рассмотрим положение, которое мигранты-женщины занимают на международном рынке труда.  

     В результате двоякой - национальной и  гендерной - сегрегации работников на рынках труда развитых стран складывается специфическое международное разделение труда и выделяются ниши, занятые преимущественно мигрантами.. Внутри этих ниш формируются типично женские сектора занятости. Причем это наиболее дискриминируемые, неформальные и теневые сегменты мигрантской занятости. К таким нишам относятся индустрия досуга и развлечений (танцовщицы в ресторанах, стриптизерши, участницы шоу-программ), сфера общественных услуг (низший персонал гостиниц, баров, фитнес-центров и т.п.), домашнее обслуживание (няни, гувернантки, домработницы, уход за детьми, престарелыми и больными), секс-услуги. Таково место, которое занимают женщины-мигранты на рынках труда развитых стран. И ключ к их маргинальному положению надо искать прежде всего в характере их труда и в исторически сложившемся статусе этого труда.

     Труд, которым в большинстве заняты женщины-мигранты, традиционно не признавался и до сих пор de facto не признан равноправным по социальному и экономическому значению другим видам труда. Многие виды труда в сфере обслуживания, по известному положению феминистской теории, как бы перешли из сферы частной домашней активности в сферу общественную, рыночную, сохранив низкий социальный статус, характерный для домашней работы. В бедных семьях этот труд выполняется, как правило, женщинами-членами семьи. В семьях среднего класса (middle class & upper middle class) в экономически развитых странах этот труд часто является наемным и все чаще выполняется женщинами-мигрантами. По мере структурных изменений в моделях занятости женщин среднего класса Западных стран, труд женщин-мигрантов из третьих стран превращаются в тот механизм, с помощью которого поддерживаются и развиваются эгалитарные гендерные модели.

     О том, что труд, выполняемый женщинами-мигрантами, остается трудом "второго сорта", одной из наиболее непрестижных сфер занятости, говорят размеры его оплаты. В соответствии с данными нашего выборочного обследования, в группе низкооплачиваемых трудовых мигрантов (до USD 500 в мес.) соотношение женщин и мужчин составляет 3:1, в то время как в группе высокооплачиваемых мигрантов (свыше USD 1000 в мес.) эта пропорция изменяется на противоположную: 1 женщина на каждые 3 мужчин

     Происходящая  девальвация труда, которым заняты мигранты помимо объективной экономической стороны имеет и субъективное выражение. Складывается отрицательный социальный имидж женщин-мигрантов, определенная стигма по отношению к ним, основанная на стереотипе, что они обычно выполняют непрестижную, часто общественно порицаемую работу, каковой является, например, секс-занятость.  

     3.Женская  миграция как сфера социального риска: секс-тороговля, проституция и миграция

     Специфика женской трудовой миграции, связана  не только с наличием типичных секторов занятости женщин-мигрантов и общественно непрестижным характером труда в этих секторах, но и с другими моментами. Это большая гибкость труда женщин, который труднее поддается регламентации в контрактах, носит индивидуальный ("штучный") характер. Это также социально-демографические особенности мигрантов (молодой и очень молодой возраст, неполное образование). Немаловажная особенность женской трудовой миграции это обилие скрытых мотивов (брачные, эмиграционные).  

     Ответы  на вопрос: “Как Вам кажется, часто  ли в предложениях для танцовщиц, "хостесс" в баре или “девушек для консумации” подразумевается секс-занятость? 
 

     Всегда-26

     Часто-53

     Иногда-18

     Никогда- -

     Не  знаю-3 
 

     "Интим  исключен" -а вместе с ним и возможность выезда 

     Описанные сферы риска обеспечивают большинство  миграционных возможностей для женщин развивающихся стран. Большинство  фирм, предлагающих женщинам работу за рубежом, не исключают секс-услуг. Подпольные нелицензионные фирмы открыто предлагают секс-занятость, официальные организации делают это скрыто. Как правило, в объявлении о работе за рубежом для танцовщиц, официанток, "девочек для консумации" ("раскручивание" клиента в баре на дополнительную выпивку), публикуемых в прессе, можно прочитать: "Интим исключен". Однако практика показывает, что если же девушка хочет работать вне сферы интимных услуг и исключает для себя секс-занятость, то круг возможных вариантов выезда для нее существенно сужается.

     В международной миграционной индустрии женщины-мигранты давно выполняют роль дешевых провайдеров различных услуг, в первую очередь, сексуальных и околосексуальных, занимая самые маргинальные ниши на рынках труда принимающих стран. По оценкам, в Европе трудится полмиллиона иностранных проституток. В Германии и Италии три из четырех проституток - приезжие, в Голландии - каждая вторая. По данным Международной организации по миграции рекрутеры нелегальных мигрантов ежегодно зарабатывают от 5 до 7 миллиардов долларов США. Немалая часть этих денег образуется за счет секс-торговли. Это хорошо организованный международный бизнес по переправке женщин из одних стран в другие с целью сексуальной эксплуатации.

     Та  волна "русской" (а на самом  деле - СНГ-вской) проституции на Западе, которая имела и имеет шумный резонанс в западных СМИ, просто говорит о "выходе" наших женщин на мировую сцену миграции. Они пришли вслед за подобными секс-волнами из Филиппин, Китая, Колумбии (60-70-е гг.), а затем Польши, Болгарии, Румынии (вторая половина 80-х гг.). В 1997 году 175 тыс. женщин и девушек были проданы из Восточной и Центральной Европы, а также стран СНГ в развитые страны Европы и Америки. Выход из изоляции региона Центральной и Восточной Европы, включая пространство бывшего СССР, инициировал новый передел западного рынка секс-услуг.

     Несмотря  на то, что торговля женщинами уже  длительное время находится в  сфере внимания международных организаций, согласованное определение этого феномена только начинает вырабатываться. The word "trafficking" does not have a universal usage, this results in different numbers of women being counted in different countries, depending on the definition used. This inconsistency is often cited as a serious barrier to progress in understanding and addressing trafficking. 

     Definitions of trafficking 

     IOM definition. 
 

     "Trafficking in human beings is defined by IOM as: “The illicit engagement (by recruiting, kidnapping, selling, etc.) and/or movement of migrants, either within national or across international borders, whereby intermediaries (traffickers) obtain economic or other profit by means of deception, coercion and/or other forms of exploitation under conditions that violate the fundamental human rights of migrants" . 

     The draft “Protocol to Prevent, Suppress and Punish Trafficking in Persons, especially Women and Children” definition: 

     Trafficking in persons means the recruitment, transportation, transfer, harboring or receipt of persons, by means of the treat or use of force or other forms of coercion, of abduction, of fraud, of deception, of the abuse of power or of a position of vulnerability or of the giving or receiving of payments or benefits to achieve the consent of a person having control over another person for the purpose of exploitation. Exploitation shall include, at a minimum, the exploitation of the prostitution of others or other forms of sexual exploitation, forced labor or services, slavery or practices similar to slavery, servitude or the removal of organs.  

     “Slavery” shall mean the status or condition of a person over whom any or all of the powers attaching to the right of ownership are exercised; 

     “Forced labor” shall mean labor or services obtained through force or the threat of force, or by the use of coercion, or through any scheme or artifice to defraud, including debt bondage; 

     “Servitude” shall mean the status or condition of dependency of a person who is [unjustifiably] compelled by another person to render any service and who reasonably believes that he or she has no alternative but to perform the service; 

     “Trafficking in persons” shall include the recruitment, transportation, transfer, harbouring or receipt of any child, or giving payments or benefits to achieve the consent of a person having control of a child. This being done with the aim of using, procuring or offering a child for slavery, forced labour, servitude, prostitution or for the production of pornography. 

     “Child” shall mean any person under 18 years of age. 

     These definitions make explicit reference to a range of forms of power and domination, which vitiate consent, such as coercion, debt bondage, abuse of authority and threats and deception.  

     Эти и другие определения торговли людьми содержат ряд ключевых моментов, которые иногда понимаются по разному. 

     Цель  торговли людьми - получение прибыли. В этом все подходы – едины. 

     Сфера торговли людьми определена шире, чем  секс-эксплуатация, а как эксплуатация практически любого труда с нарушением прав человека. Торговля людьми и рабский  труд стали практически синонимами и широко употребляются в международных документах, национальных законодательствах и СМИ. Более узкая трактовка трэфика женщин часто приравнивает его именно к принудительной проституции.  

     Понятие торговли людьми отличается от понятия  нелегальной миграции и от понятия  контрабандной переправки людей через границы для тех или иных целей. Оно допускает использование легальных каналов для торговли, поскольку часто именно легальные каналы используются криминальными группами.  

     Следует также сказать, что торговля людьми - глобальный процесс, затрагивающий  не только женщин, но также детей  и мужчин трудоспособного возраста, однако масштабы эксплуатации женщин с целью получения выгоды гораздо выше. 

     Основной  камень преткновения при определении торговли людьми и одновременно ключевой момент разногласий в понимании этого явления это - вопрос о добровольности и принуждении, а также об эксплуатации "проданных" людей. Не согласовано до сих пор, что подразумевать под эксплуатацией труда, где она начинается, и где заканчивается? Если женщина платит тысячи долларов за то, чтобы ее обеспечили работой в другой стране и переправили туда, то может ли она считаться жертвой эксплуатации? Такая постановка вопроса кажется многим абсурдной, поэтому критерием отнесения конкретного действия к торговле принято считать наличие каких-либо насильственных действий, принуждения или обмана. Для расшифровки понятия эксплуатации приводятся конкретные формы нарушения прав человека:  

• применение  физического и психологического насилия, угрозы,

• изъятие документов,

• долговая  кабала,

• принуждение к труду,

• ограничение свободы передвижения,

• обман,

• нарушение трудового контракта (недоплата, увеличенная  продолжительность рабочего дня, неприемлемые условия труда) и другие.

     Условия работы женщин-мигрантов в секс-индустрии  Нидерландов (%) 

     Регионы выезда 

     Центральная Европа 

     СНГ 

     Развивающиеся страны 

     Изъятие документов 

     54 

     75 

     33 

     Ограничение свободы передвижения 

     71 

     61 

     24 

     Продолжительность рабочего дня 13-18 час. 

     10 

     8 

     3 

     Принуждение работать без презерватива 

     - 

     2 

     3 

     Физическое  насилие 

     46 

     27 

     27 

     Угроза  семье 

     - 

     2 

     6 

     Число обследованных случаев (чел) 

     28 

     36 

     33 
 

     Источник: Trafficking and Prostitution: The Groving Exploitation of Migrant Women from Central and Eastern Europe. Migration Information Programme. IOM. May 1995 

     Одним из основных дискуссионных моментов в поднятой теме является недобровольность труда. Some years ago it was commonly accepted that it is important to make a distinction between people who are forced or tricked into being trafficked and those who choose to migrate. Nowadays people who choose to migrate but are then subjected to exploitation, such as voluntary commercial sex workers are classified as trafficked persons and the human rights abuses suffered by these people are to be taken just as seriously. Если в определении МОМ определение трэфика неявно предполагает наличие принуждения к миграции или к труду, то определение в конвенции CATOC ставит все точки над и (статья 3, b):  

     The consent of a victim of trafficking in persons to the intended exploitation set forth in subparagraph (a) of this article shall be irrelevant where any of the means set forth in subparagraph (a) have been used. 

     Соответственно, секс-торговля, не должна связываться только с насильственным вовлечением в проституцию и секс-эксплуатацией женщин-мигрантов “против их воли”.  

     Дискуссии по поводу отношения к добровольной проституции начались уже после  принятия ООН в 1949г. Конвенции по пресечению торговли людьми и эксплуатации проституции других, которая исходит из того, что проституция всегда предполагает эксплуатацию женщин. Соответственно все женщины, занимающиеся секс-работой, рассматриваются как жертвы эксплуатации. В конвенции не проводится различия между вынужденной и добровольной проституцией.  

     Наша  точка зрения состоит в том, что, необходимо разграничить криминально-процессуальное понимание (и соответственное определение) торговли людьми и социальный аспект проблемы. Рассматривая женскую миграцию в рисковые сферы занятости как социальную проблему (то есть не с точки зрения уголовного наказания, а с точки зрения принятия каких-то мер социальной политики), нельзя основываться на принципе “принуждения” и ограничиваться рассмотрением случаев насилия. О добровольности труда в данном случае можно говорить лишь относительно. Во многих случаях это “вынужденная добровольность”, выбор в условиях, когда нет другого выбора. Значительная доля тех женщин из России, которые соглашаются работать в сфере секс-услуг - это молодые люди, которые не могут найти заработка и приемлемых условий жизни у себя на родине. В условиях массовой бедности, безработицы, невыполнения обязательств государства перед своими гражданами принцип добровольности выезда людей за рубеж в поисках работы, в том числе в секс-сфере, превращается в фикцию.  

     Применение  в международной трактовке понятия  торговля женщинами принципа принуждения к проституции как проблемообразующего признака, фактически превращает данную проблему в криминальную, уводит ее от социального контекста. К тому же это сужает контингент женщин-мигрантов, нуждающихся в особых механизмах защиты прав, ограничивая его теми мигрантами, которые были вовлечены в проституцию насильственно. В то же время из-за слабости правового поля и распространенности теневых отношений в данной сфере женщины-мигранты, "добровольно" работающие в сфере секс-услуг, не менее нуждаются в защитных программах, чем те, кто были насильно вовлечены в проституцию.