Бельгийская фирма по контракту поставила российскому АО «Главсельдь» оборудование для двух рыболовецких траулеров. Контракт предусматривал оговорку о компетенции Арбитражного суда г. Москвы. (Решение → 34082)

Заказ №38622

Бельгийская фирма по контракту поставила российскому АО «Главсельдь» оборудование для двух рыболовецких траулеров. Контракт предусматривал оговорку о компетенции Арбитражного суда г. Москвы. Оговорка о применимом праве в контракте отсутствовала. Российский покупатель оборудование не оплатил. Бельгийская фирма обратилась с иском об уплате покупной цены и возмещении убытков в Арбитражный суд г. Москвы. Свои убытки фирма рассчитала на основе бельгийского законодательства. Ответчик признал свою задолженность, но потребовал ее пересчета на основе российского законодательства. В обоснование своего требования российское АО сослалось на рассмотрение спора в российском суде, т.е. на соглашение о компетенции. По мнению ответчика, при отсутствии в контракте выбора применимого права сторонами должна действовать презумпция «кто выбрал суд, тот выбрал право». Однако суд признал правильными расчеты бельгийской фирмы и полностью удовлетворил исковые требования. Является ли данный контракт внешнеторговой сделкой? На основе какого критерия можно сделать такой вывод? Является ли действительным контракт, содержащий оговорку о подсудности, но не содержащий оговорку о применимом праве? Почему свои убытки фирма-истец рассчитала на основе бельгийского законодательства? Существует ли в МЧП презумпция «кто выбрал суд, тот выбрал право»? Когда такая презумпция применяется? Можно ли утверждать, что при отсутствии оговорки о применимом праве к договорам купли-продажи применяется правило «кто выбрал суд, тот выбрал право»? Почему Арбитражный суд г. Москвы признал правильными расчеты бельгийской фирмы и полностью удовлетворил исковые требования? Какая коллизионная привязка была применена судом и почему? Почему Арбитражный суд г. Москвы не применил к данному спору положения Венской конвенции 1980 г.?

Бельгийская фирма по контракту поставила российскому АО «Главсельдь» оборудование для двух рыболовецких траулеров. Контракт предусматривал оговорку о компетенции Арбитражного суда г. Москвы.

Бельгийская фирма по контракту поставила российскому АО «Главсельдь» оборудование для двух рыболовецких траулеров. Контракт предусматривал оговорку о компетенции Арбитражного суда г. Москвы.