А.М. Горчаков: реконструкция портрета

Введение

Актуальность исследуемой проблемы. В последние годы интерес к личности министра иностранных дел, затем канцлера Российской империи князя Александра Михайловича Горчакова вырос необычайно. Государственный деятель XIX столетия, чье служение растянулось на период четырех царствований - Александра I, Николая I, Александра II, Александра III, оказался важен и нужен сейчас - в России XXI века, России, вступившей во второе десятилетие трудных преобразований.

Многому в сегодняшней России можно найти исторические аналогии и параллели. Подобное время страна переживала, например, после Крымской войны, когда утратила несомненную лидирующую роль на континенте. "Крымская система", дипломатическим ядром которой было англо-французское соглашение, была нацелена на ослабление России. В частности, в рамках так называемой нейтрализации Черного моря ей запрещалось иметь на море свой военный флот и строить прибрежные оборонительные сооружения. Ослабли позиции России на Балканах, на Балтике, была утрачена Бессарабия. Необходимы были решительные и нестандартные действия и решения, в том числе и внешнеполитические. Такие шаги были найдены. Россия смогла вновь занять достойное место в Европе. На дипломатической арене обретение Россией самой себя было связано с именем незаурядного человека, видного русского дипломата и государственного деятеля, последнего канцлера Российской империи, князя Александра Михайловича Горчакова.

Поэтому обращение к личности А.М. Горчакова, его дипломатической службе на сегодняшний день особо актуально. Этот пример может быть полезным сегодня, особенно в связи с обострением внешнеполитической обстановки в мире.

Степень научной разработанности темы.

Внешнеполитический курс России, составляющей частью которого является дипломатия, всегда привлекал внимание исследователей.

С именем А.М. Горчакова связан длительный и важный период в истории внешней политики России. Его влияние как главы ведомства иностранных дел на внешнюю политику России было значительным. Как отмечает А.В. Игнатьев1, на дипломатическом небосклоне второй половины XIX века звезда Александра Михайловича Горчакова не уступала по яркости ни одному из выдающихся современников, будь то Наполеон III, Б. Дизраэли или сам О. Бисмарк. Общеизвестна его роль в упрочении позиций России в мире, подорванных крымским поражением. Но малоосвещенными остаются попытки Горчакова восстановить на новой основе стабильность международных отношений в целом. Между тем одно было тесно связано с другим. Это была ярчайшая звезда на сиятельном российском небосклоне, но при этом Горчаков оставался фигурой независимой, высоковлиятельной - в этом сходятся все мемуаристы.

Степень изученности темы можно проследить, рассмотрев ряд источников по изучаемой проблеме, относящихся к разному периоду времени.

Дореволюционная отечественная литература о Горчакове-министре характеризовала его прежде всего как добросовестного исполнителя воли Александра II2, что естественно принижало роль дипломата. Л. Слонимским политика князя Горчакова называется «полуполитикой», в колебаниях и полумерах которой отражалась как бы борьба двух направлений - традиционного, честолюбиво-международного и практического, основанного на понимании внутренних интересов государства. Горчаков преподносится как дипломат старой школы, который придерживался устаревших традиций и для которого искусно написанная нота есть сама по себе цель. Отмечается, что «бледная фигура Горчакова могла казаться яркой только благодаря отсутствию в России политической жизни, свободы критики и оппозиции». Канцлер Горчаков как министр иностранных дел России подвергался критике в российской прессе за недостаток патриотизма. Газета “Голос” писала, что продажа Аляски есть “воровская сделка”3.

В советской историографии отношение к Горчакову менялось в зависимости от идеологических установок в оценке внешней политики России. То его представляли как одного «из наиболее видных руководителей агрессивной внешней политики царизма во 2-ой половине XIX века4», то, напротив, характеризовали с патриотических позиций как защитника страны, униженной Парижским миром (биографические книги С.К. Бушуева5 и С.Н. Семанова6). Последняя линия продолжена и в новейшей биографической работе Г.Л. Кессельбреннера «Светлейший князь»7. В названных работах с именем А.М. Горчакова связывается длительный и важный период в истории внешней политики России. Высоко оценивается его влияние как главы ведомства иностранных дел на внешнюю политику России. Горчаков преподносится как умный царедворец, который умел отстаивать свои убеждения, образованный человек, хороший оратор, владеющий тонкостями дипломатического искусства. В истории дипломатии место Горчакова определяется тем обстоятельством, что он «обладал способностью быстро ориентироваться в сложной международной обстановке, определять задачи, выбирать момент их осуществления и смело добиваться цели».

Будущий дипломат “ленинской школы” и наркоминдел Г.В. Чичерин еще в 1900 - 1904 гг. написал целый трактат на 776 страницах - "Исторический очерк дипломатической деятельности A.M. Горчакова"8, который хранится в историческом архиве Петербурга. Часть рукописного исследования была опубликована в 1960-х гг. в статьях И. Ковалева9 и Г. Кизельштейна10. Небольшой отрывок из этого трактата под заголовком “Чичерин о Пушкине и Горчакове” также опубликован в 1998 г. в “Информационном бюллетене” Историко-документального департамента МИД РФ11. Известным дипломатом Чичерин стал после 1918 г., заняв пост народного комиссара по иностранным делам Советской России. А начал он службу в архиве Министерства иностранных дел Российской империи в 1897 г., где и имел возможность ознакомиться с материалами времен государственной деятельности Александра Михайловича Горчакова. С позиций нашего времени многое из того, что и как писал Чичерин, представляется наивным и архаичным. Но точка зрения Чичерина заслуживает внимания. Она дает возможность понять, как характеризовался Горчаков (и его политика) с позиций человека, жившего в начале самого тяжелого для России века; причем глазами человека, имеющего возможность все взвесить и оценить, опираясь на многочисленные документы, ставшие уже "историей"; глазами не просто историка, но и дипломата, оценивающего шаги министра и канцлера с позиций интересов России как государства-империи, существовавшей и во времена самого Чичерина. По мнению Чичерина, «политика интересов» получила у князя Горчакова высшее раскрытие.

Правовые начала должны были быть охраняемы ради самих же интересов России, но с высшей точки зрения. А в то же время имели силу и основные положения князя Горчакова - не тратить русских сил, когда нет положительной потребности для России и не переходить за пределы собственного могущества». Чичерин считает также, что «для русской политики это была новая эра». По его мнению, прежняя система отжила свой век и Горчаков, «искусно остерегаясь крайностей, внес в политику новую систему, не составляющую ни слишком резкого перелома после прежней, ни бесплодного коснения в старине». Чичерин высоко оценивает вклад князя Горчакова в историю русской политики. «Политика интересов в соответствии с потребностями времени ведет со стараниями к удовлетворению народных устремлений; но притом в пределах государственности; и в то же время стремление соблюсти в политике высшие начала правомерности и для их прока верховенства соединенной Европы, и через исполнение этой задачи дать русской политике нравственное обаяние - вот что отличало дело князя Горчакова в истории русской политики», - отмечал он12.

В некоторых работах (не посвященных специально Горчакову) давался критический анализ тех или иных сторон его внешнеполитической деятельности. Чаще всего его обвиняли, не без некоторых оснований, в ошибочной линии в германском вопросе и даже в вольной или невольной «германофильской политике», противоречившей интересам России13. Горчакову-министру действительно приходилось считаться с пропрусскими симпатиями Александра II и его придворного окружения. Но все же нет оснований утверждать, что он пошел на сближение с Пруссией, а потом Германией вопреки собственным воззрениям, из-за недостатка гражданского мужества.

Были и другие критические стрелы в адрес Горчакова, мало убедительные, как считает А.В. Игнатьев. По его мнению, довольно странно обвинять этого весьма умеренного либерала в отсутствии симпатий к революционно-демократическому духу, гарибальдийскому движению14. А с Кавуром, как отмечает в своей работе О.В Серова, он сумел найти общий язык15. В румынском вопросе дипломатия России – единственной из государств, подписавших Парижский трактат, - выступила, хотя бы формально, против нарушения этого договора объединением Молдавского и Валашского княжеств. Отказ России от присоединения к франко-английским интригам, направленным против американского правительства в период борьбы Севера и Юга, вообще не может рассматриваться как ошибочный16.

С научной точки зрения наиболее интересны исследования о внешней политике России второй половины XIX века, в которых роль Горчакова раскрывается в связи с теми или иными крупными событиями в международных отношениях. Это работы Л.И. Нарочницкой, В.Г. Ревуненкова, Н.С. Киняпиной, О.В. Серовой17 и, конечно же, коллективный труд по истории внешней политики России второй половины XIX в.18.

200-летний юбилей А.М. Горчакова, который отмечался в 1998 году, выявил  значительный интерес к нему  современного российского общества. Видимо, это объясняется известным  сходством положения страны после  Крымской войны и теперешней ситуацией в России. Юбилейный сборник, изданный к этой дате19, заметно расширил спектр наших представлений о выдающемся русском дипломате, в том числе и о его взглядах на международный правопорядок.

Обстоятельные исследования личности А.М. Горчакова и его роли в российской дипломатии содержатся также в публикациях ряда современных историков20. И все же роль Горчакова как архитектора новой, складывавшейся после крымской войны системы связей, несомненно, требует более пристального внимания, тем более что в западной литературе с её преобладающей антироссийской направленностью она нередко принижается, как это видно, например, в работе Г. Киссинджера «Дипломатия»21.

Как свидетельствует проведенный историографический анализ, различные аспекты внешнеполитического курса российской дипломатии в рассматриваемый период времени нашли свое отражение в довольно обширной как в содержательном, так и жанровом отношении литературе. Поставленные и решенные в ней проблемы способствовали, с одной стороны определению ориентиров российской дипломатии того времени, а с другой – пониманию логики формирования самой дипломатии.

Цель и задачи работы. Целью настоящей квалификационной работы является анализ жизни и деятельности А.М. Горчакова как видного русского дипломата и государственного деятеля.

Для достижения цели были поставлены следующие задачи:

- определить условия, повлиявшие  на формирование личности А.М. Горчакова;

- проанализировать исторический  фон, на котором формировались  дипломатические качества будущего канцлера России;

- исследовать деятельность А.М. Горчакова на посту канцлера  Российской империи.

Объектом исследования является роль отдельной личности в формировании устойчивой и сильной российской дипломатии в специфических экономических и общественно-политических условиях России того времени.

Предметом исследования является жизнь и деятельность А.М. Горчакова как видного русского дипломата и государственного деятеля.

Хронологические рамки работы ограничиваются датами жизни А.М. Горчакова и охватывают период с 1798 по 1883 год.

Источниковая база представлена источниками двух видов – официальными документами и свидетельствами личного происхождения.

К первой группе относятся различного рода соглашения, договоры, регулировавшие отношения России с рядом европейских и азиатских государств в рассматриваемый период. Среди них правовые акты, относящиеся к вопросам территориального и пограничного характера, посредством которых решались различные спорные вопросы22. Их анализ свидетельствует о том, что в выработке дипломатического курса России в то время прослеживались два направления: первое, связанное с восстановлением потерянного Россией вследствие Крымской войны авторитета великой европейской державы; второе – нацеленное на укрепление дальневосточных позиций России.

Вторую группу составили дневники и воспоминания видных государственных деятелей и публицистов того времени23.

Прибегая к использованию таких видов свидетельств, необходимо помнить, что источники личного происхождения несут на себе печать субъективизма в определенной степени. Для многих мемуаристов характерно преувеличение своей роли в описываемых событиях и, соответственно, уменьшение роли других лиц. Воспоминания, как правило, пишутся для чтения последующими поколениями, поэтому их авторы тщательно выверяют материал, как бы готовя их к публикации. Дневники отличаются большой достоверностью и точностью в воспроизведении событий и фактов, современниками (а то и участниками) событий которых они были. Они пишутся одновременно с описываемыми событиями или под их впечатлением. Поэтому они отражают их весьма точно.

Несмотря на существующие определенные погрешности в этих видах источников, они весьма ценны для исследователей. По их данным весьма успешно восстанавливаются события давно прошедших столетий.

В данном случае очень полезными оказались дневниковые записи военного министра, активного участника великих реформ 60-70-х годов 19 столетия Д.А. Милютина. Занимая столь высокий пост, зная проблему изнутри, он имел возможность повлиять на ее решение в большой степени. Отношение его к А.М. Горчакову не очень дружеское, но он дает высокую оценку его дипломатическим способностям. Благодаря дневникам Милютина мы получили возможность проследить реализацию поставленной задачи на протяжении интересующего нас периода.

Воспоминания В.Н. Шелгунова дали прекрасную возможность проследить оценку российским обществом дипломатических шагов А.М. Горчакова. В переписках А.М. Горчакова с Александром II и О. Бисмарком имеется хороший материал о русско-германских отношениях в период становления «Союза трех императоров» 1873 и периода русско-турецкой войны 1877 – 1879 гг.

Методологическую основу квалификационной работы составили принципы историзма и научной объективности.

Принцип историзма является общеметодологическим и применяется в тех областях знания, которые анализируют объекты в их развитии. Его применение позволяет выявить особенности становления тех или иных процессов и явлений в определенные периоды времени.

В данной работе этот принцип использовался для выявления особенностей формирования российского дипломатического курса в столь тяжелый для страны период времени – после поражения России в Крымской войне.

Принцип научной объективности обеспечивает получение достоверных знаний об изучаемых явлениях и процессах, что предполагает изучение большого количества самых разнообразных источников и их сопоставление. Этот принцип нашел реализацию в данном случае через изучение и сопоставление документальных свидетельств официального и личного происхождения, а также анализа многих специальных работ. Это позволило определить непредвзятый подход к деятельности А.М. Горчакова на посту министра иностранных дел и канцлера России.

К работе применялись также и конкретные методы исторического анализа – проблемно-хронологический, сравнительно-исторический и ретроспективный.

Проблемно-хронологический метод позволяет расширить ряд вопросов по группировке сходных явлений, относящихся к различным временным эпохам. В данной работе этот метод использовался при составлении историографического обзора рассматриваемой проблемы и определении конкретных причин взлёта или падения внешнеполитического курса России того времени.

Сравнительно-исторический метод состоит в сопоставлении исторических объектов в пространстве и во времени, выявлении их сходства и различия. Его применение позволило нам выявить особенности дипломатических шагов А.М. Горчакова на разных этапах реализации поставленных им задач, определить причины и степень их результативности.

Ретроспективный метод, суть которого состоит в изучении процесса движения мысли исследователя от современности к прошлому. Этот метод позволил на основе имеющихся источников и специальной литературы реконструировать портрет А.М. Горчакова, как известного государственного деятеля и дипломата с мировым именем.

Научная значимость квалификационной работы состоит в комплексном исследовании деятельности А.М. Горчакова как на посту канцлера, так и в начальной стадии его дипломатической службы.

Практическая значимость исследования. Материалы исследования и выводы могут быть использованы как в школьном курсе истории, так и в ВУЗе при подготовке к семинарским и практическим занятиям.

Структура работы. Работа состоит из введения, 2 глав, заключения, списка использованных источников и литературы, приложения.

Во введении определяется актуальность темы, анализируется степень изученности проблемы, описывается методология, ставятся цель и задачи исследования, а также определяется научная и практическая значимость работы.

В 1 главе «Становление личности А.М. Горчакова» исследуются этапы его становления как будущего дипломата, ближайшее его окружение, оказавшее так или иначе влияние на формирование личностных человеческих качеств.

Во 2 главе «Дипломатическая деятельность А.М. Горчакова на посту канцлера Российской империи» посвящена анализу его работы в новом качестве, становлению методов его дипломатии и её итогам.

В заключении делаются выводы и предложения.

Глава 1. Становление личности А.М. Горчакова

Изучение процесса становления личности исторического деятеля является одной из важнейших составляющих исторического исследования. Для того чтобы максимально достоверно и полно раскрыть исследуемую личность, историк должен располагать сведениями о биографических данных, уровне образования, формировании морально-нравственных позиций исторического лица.

Александр Михайлович Горчаков родился в городе Гапсале. Днем рождения А.М.Горчакова принято считать 4 (15) июля 1798 г., однако эта дата весьма условна. Метрическая запись о рождении князя в г. Гапсала (ныне - эстонский город Хаапсалу) не найдена, в литературе же встречаются указания и на другие даты его рождения. В обнаруженной недавно в Российском государственном военно-историческом архиве (РГВИА) формулярном списке полковника Казанского кирасирского полка М.А. Горчакова (отца будущего дипломата), датированном 1 июня 1798 года, значится сын Александр одной недели от роду. Согласно этому документу Александр Михайлович Горчаков родился 25 мая (4 июня) 1798г24.

Генеалогия князей Горчаковых имеет глубокие корни. На родословной таблице25 можно увидеть имя Михаила Всеволодовича Черниговского, замученного Батыем в 1246 г. за отказ поклоняться идолам, и многих других представителей древнего княжеского рода Горчаковых, восходящих к славному Рюрику. Горчаковы происходили от перемышльских удельных князей из Черниговского княжеского дома, потерявших в правление великого князя московского Ивана III Васильевича свои владетельные права. Князь И.Ф. Перемышльский имел (в 23-м колене от Рюрика) сына Ивана, по прозвищу Горчак (горчак, по В. Далю, род травы, а также речная рыба), ставшего родоначальником княжеской фамилии Горчаковых и потерявшего удел. Служили головами, стряпчими, стольниками, воеводами, окольничими, имели знатные чины и жалованы были поместьями и другими царскими «милостями». Существует также мнение, что князья Горчаковы произошли от князей Морткиных, ветви владетельных князей ярославских. Занятие высших должностей на государственной службе сделалось как бы наследственным в роду князей Горчаковых26.

Отец А.М. Горчакова, князь Михаил Алексеевич, был генерал-майором, мать, Елена Васильевна Ферзен, - дочерью полковника. Характер службы отца требовал частых переездов: Горчаковы жили в Гапсале, Ревеле, Петербурге.

Воспитанием детей, а их было в семье пятеро - четыре дочери и сын, занималась мать. В одном из своих писем А.М. Горчаков писал: «С молодости никогда в родительском доме не знал, что такое нужда, однако и к роскоши не привык»27. Начальное образование Александр получил дома, а затем окончил гимназию в Петербурге. В аттестате, полученном по окончании гимназии, значилось, что он обучался «основаниям математики, истории, географии, русской словесности, языкам: латинскому, французскому и немецкому с хорошим успехом, вел себя благопристойно и добропорядочно».

Окончив 30 июля 1811 г. гимназию в Петербурге, Горчаков в том же году «выдержал блистательно» приемные экзамены и поступил в Царскосельский лицей, в задачи которого входило "образование юношества, особенно предназначенного к важным частям службы Государственной"28. Лицей находился под особым покровительством царя и непосредственном ведении министра народного просвещения. По окончании лицея воспитанники поступали на гражданскую службу с чинами, в зависимости от успехов от XIV до IX класса, а на военную – на положении воспитанников Пажеского корпуса.

До поступления в лицей Горчаков прочел много книг, превосходно изучил английский, немецкий и французский языки, поэтому неудивительно, что его зачислили среди первых учеников в это привилегированное заведение.

В лицее А. Горчаков отличался большим прилежанием и трудолюбием. В характеристике 14-летнего Александра стояло: «Превосходных дарований. Благородство с благовоспитанностью, крайняя склонность к учению с быстрыми в том успехами, ревность к пользе и чести своей; всегдашняя вежливость, нежность и искренность в обращении, усердие ко всякому, дружелюбие, чувствительность с великодушием его; пылкость ума и нрава его выражают быстрая речь и все его движения; при всем тон его осторожен, проницателен и скромен»29. Репутация хорошо успевающего ученика сохранилась за Горчаковым в течение всего пребывания в лицее.

Шесть лет, проведенных в самом престижном учебном заведении России того времени, — очень важная веха в жизни будущего дипломата. Здесь он обрел своих первых друзей, здесь получил фундаментальное образование, сформировался как знаток и тонкий ценитель изящных искусств. Лучшие педагоги и воспитатели лицея раскрыли и развили природные таланты юного Горчакова. Среди предметов, преподававшихся в лицее, он особенно увлекался русской литературой и историей. Вместе со своими лицейскими товарищами А.С. Пушкиным, И.И. Пущиным, А.А. Дельвигом, В.К. Кюхельбекером он пытался заниматься литературным творчеством. Эти первые опыты не сохранились, однако изящество и непринужденность слова в деловой и частной переписке свидетельствовали о несомненных талантах их автора30.

Учёба в лицее накрепко связала судьбы А.С. Пушкина и А.М. Горчакова, да и многие другие однокашники по лицею не теряли связи между собой в течение всей жизни.

"Вы пишете токмо для вашего  удовольствия, а я, который вас  искренно люблю, пишу, чтоб вам сие сказать. А. Пушкин". Это самый ранний из сохранившихся автографов Пушкина: в альбоме Александра Горчакова в 1811 г. Великий поэт посвятил своему однокласснику стихотворение, в котором предсказал ему блестящее будущее: "Тебе рукой Фортуны своенравной указан путь и счастливый и славный"31.

Примечательно, что еще в 1814 г. Пушкин адресовал целеустремленному и честолюбивому 16 - летнему Горчакову "стихи на именины":

Что должен я, скажи, в сей час

Желать от чиста сердца другу?

Глубоку старость, милый, князь,

Детей, любезную супругу,

Или богатства, громких дней,

Крестов, алмазных звезд, честей?

Пожелания поэта, как известно, сбылись.

И впоследствии, когда Пушкин жил в Петербурге, они оставались друг для друга теми же милыми друзьями, какими были и в Лицее. Однако их разделило то, что они вращались в разных сферах общества: один был в кругу молодых весельчаков, а другой – в кругу вельмож высшего света. Они надолго расстались32.

Возвращаясь в сентябре в 1825 году в Россию и проезжая через Псковскую губернию, Горчаков встретился с ним, другом юности, отбывавшим ссылку в с. Михайловское, хотя этот поступок был чреват для него неприятностями. А ведь молодой дипломат материально полностью зависел от получаемого им жалованья, так как он отказался в пользу сестер от своей доли наследства. Об этой встрече поэт написал в стихотворении:

Ты, Горчаков, счастливец с первых дней,

Хвала тебе! Фортуны блеск холодный

Не изменил души твоей свободной:

Все тот же ты для чести и друзей.

Нам разный путь судьбой назначен строгой;

Ступая в жизнь, мы быстро разошлись:

Но невзначай проселочной дорогой

Мы встретились и братски обнялись.

Горчаков сохранил с Пушкиным дружеские отношения на всю жизнь. А.С Пушкина Горчаков, по собственному признанию, «весьма любил и был взаимно им любим»33.

Он нравился многим лицейским, им гордились: везде первый, умом хорош, князь - Рюрикович, но свой - не чванится. Кто же не встречал таких первых учеников - красивых повес, лидеров, тех, кто в укромном уголке описывает свои невероятные приключения и фантастические победы - однокашники же посмеиваются, притворяются, будто не верят, и завидуют…

В числа любили играть - всю жизнь подписывали письма друг другу лицейскими номерами. Начальство же любило выстраивать их сообразно успехам: номер первый (из 30 возможных) - Горчаков или Вольховский. Пушкин шел восемнадцатым, девятнадцатым, а иногда и ниже. Но эту табель рангов лицейская "скотобратия" отвергала решительно и демократически34.

Император Александр I уделял особое внимание лицеистам, которые пользовались его милостью. Он называл их своими детьми, отдал им в подарок библиотеку, которая была у него в молодости35.

Горчаков много читал, будучи лицеистом, хотя «несмотря на решительный вкус к чтению, мог похитить лишь очень мало минут для своего любимого занятия: но эти похищенные минуты были тем приятнее». В последствии Горчаков вспоминал, что в интеллектуальном противостоянии того времени ему было приятно, что прозаик Н.М. Карамзин, во зло всем славянофилам, удостоился самого лестного внимания государя императора, был сделан статским советником и получил Анну первой степени через плечо, что еще никакому статскому советнику не давали и, кроме того, получил на напечатание своей Истории 60 000 рублей. В 1815 г. Горчакова обрадовала весть, что выходят столь долго ожидаемые публикой полные сочинения Жуковского в двух частях и цена 20 рублей. Он очень жалел, что финансовое состояние не позволяло в то время подписаться на них36.

В лицее, под неусыпной заботой директора Е.А. Энгельгардта Горчаков получил и первые навыки дипломатической службы. Он активно готовится к карьере дипломата - зубрит, кроме обязательных – французского и немецкого, еще и итальянский и, особенно, английский, что, в отличие от наших времен, в XIX веке было большой редкостью (когда в 1917 г. Временное правительство решило назначить в США своего посла, оно так и не нашло среди царский “карьерных” дипломатов ни одного, кто свободно владел бы английским; пришлось назначить инженера Бахметьева, ранее несколько лет стажировавшегося в Америке). Одновременно с усердным изучением иностранных языков А. Горчаков специально знакомится с приемами русской дипломатии. В начале 1816 года в лицее проводились дополнительные занятия с целью «приготовления к службе тех, кои изберут дипломатическую». В числе лицеистов, занимавшихся изучением «дипломатической переписки», составлением дипломатических депеш, находился и А. Горчаков37.

Горчаков долго колебался в выборе рода службы. Военная служба не представляла для него почти ничего привлекательного в мирное время, кроме мундира, однако он все же имел предрассудок думать, что молодому человеку необходимо начать службу с военной. Но Александр предоставил другим срывать лавры на ратном поприще и решительно избрал светскую, как более сходную с его способностями, образом мыслей, здоровьем и состоянием. Он считал, что так мог стать более полезным38.

За год до окончания лицея А.М.Горчаков окончательно определился в выборе рода будущей деятельности. Большую роль в выборе дипломатической службы сыграл его дядя А.Н. Пещуров. Дядюшке Пещурову он писал: "Без сомнения, если бы встретились обстоятельства, подобные тем, кои ознаменовали 12-й год… тогда бы и я, хотя не без сожаления, променял перо на шпагу. Но так как, надеюсь, сего не будет, то я избрал себе статскую и из статской, по вашему совету, благороднейшую часть - дипломатику"39. И еще через месяц: "Директор наш г. Энгельгардт, который долго служил в дипломатическом корпусе, взял на себя несколько приготовить нас к должности… По сие время нас четыре - он будет задавать нам писать депеши, держать журнал, делать конверты без ножниц, различные формы пакетов и пр., словом, точно будто мы в настоящей службе; приятно знать даже эти мелочи, как конверты и пр., прежде, нежели вступить в должность"40.

Проведя в лицее шесть лет, Горчаков оканчивает его с золотой медалью. В лицейском Похвальном листе А.М.Горчакова было записано: «Примерное благонравие, прилежание и отличные успехи по всем частям наук, которые оказывали Вы во время шестилетнего пребывания в Императорском лицее, сделали Вас достойным получения второй золотой медали, которая и выдана Вам с Высочайшего Его Императорского Величества утверждения. Да будет Вам сей первый знак отличия, который получаете Вы при вступлении Вашем в общество граждан знаком, что достоинство всегда признается и награду свою получает, да послужит он Вам всегдашним поощрением к ревностному исполнению обязанностей Ваших государству и отечеству»41.